К Римлянам послание ап. Павла, Глава 4

Послание к Римлянам. Глава 4. Профессор Андрей Десницкий.
Послание к Римлянам. Глава 4. Профессор Андрей Десницкий.. Профессор Андрей Десницкий (9:28)
Специально для сайта Экзегет.ру, Андрей Десницкий читает цикл лекций по посланию к Римлянам. Лектор использует свой собственный перевод. Я, Андрей Десницкий, мы с вами читаем Послание к Римлянам апостола Павла в моём переводе в рамках проекта Экзегет. Сегодня четвёртая глава. В конце третьей был такой парадоксальный вопрос: что же мы верой упраздняем закон? Да не будет. Напротив, мы закон подтверждаем — говорит Павел. И нам было абсолютно не понятно, что он собственно хочет сказать. До этого он долго и подробно говорил, что закон, который просто лежит как книга на столе или полке — он никому и ничем не полезен. Это легко понять: только соблюдение могло бы спасти человека, но люди все, так или иначе, закон нарушают, поэтому все виновны перед Богом и спасаются искуплением пролитой Христовой крови. Если поверили в это, то грехи смываются, человек получает от Бога праведность. И отсюда логичный вывод, который он здесь оспаривает: значит, вера отменяет закон? Закон вообще не нужен никогда? Ведь вера не по закону, а как-то иначе работает. В четвёртой главе он даёт практический пример. Вообще, кто для иудеев самый главный? Праотец Авраам, с которого начинается завет между Богом и сначала одним Авраамом, потом его потомками, его семьёй. Израильский народ — это в общем-то семья Авраама. И потом будет заключён завет через Моисея со всем народом, но Авраам — это первый. Поэтому вместо того, чтобы здесь продолжать сложные богословские формулировки, в четвёртой главе Павел обращается к истории Авраама, рассказанной в Книге Бытия. Что же сказать об Аврааме, нашем праотце по плоти? Если Авраам стал праведником за свои дела, ему есть чем хвалиться, но только не перед Богом. (Рим. 4:1-2) То есть, понятна логика. Спортсмен на Олимпиаде победил, допустим, он золотой медалью хвалится: он прыгал, бегал. Но не перед Богом ему хвалиться, потому что Бог его создал. Точно также и в духовных делах. Если Авраам удостоился золотой олимпийской медали за своё благочестие — да, перед всеми нами он имеет право хвалиться, но не перед Богом, который дал ему эту способность. Но что говорит Писание? Поверил Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность. (Рим. 4:3) Что, за дела что-ли: Авраам очень много трудился и получил эту медаль? Он цитирует Книгу Бытия и дальше объясняет. Это работнику платят не по благодати, а по обязательству. Большинство из нас работает, у нас есть трудовой договор. И если мы исполнили работу, нам обязан наш работодатель заплатить зарплату. Если не платит, мы идём в суд и получаем через суд эти деньги, его ещё и накажут штрафными санкциями. Но Авраам не заключал с Богом договора о найме. О том, что он исполняет некоторые вещи за определённую награду. Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность, он цитирует. Но праведником признаётся верующий не по трудам. А по вере в Того, кто может наделить праведностью нечестивца. (Рим. 4:4-5) Другая ситуация. Не золотая олимпийская медаль, а вот приходит ребёнок в спортивную секцию, его туда принимают, потому что он хочет заниматься. Ещё никто не знает, выйдет ли из него олимпийский чемпион, или ничего не получится, но он уже получает статус спортсмена. Так и Давид говорит о блаженстве человека, которого Бог счёл праведником не за его дела. Блажени те, чьи беззакония прощены, чьи грехи покрыты. Блажен муж, которому Господь не вменит греха. (Рим. 4:6-8) Вот тоже цитата, которая подтверждает, что это не товарно-денежные отношения: в ответ на дела Бог даёт нечто. Это дар, который просто принимается. А это блаженство (которое Давид упоминает — А.Д.), оно связано с обрезанием или нет? Мы сказали: Аврааму вера вменилась в праведность. И когда же она вменилась, до обрезания или после? Нет, ещё до обрезания. (Рим. 4:9-10) Обрезание как главное отличие иудея от язычника играло, конечно, для них огромную роль. И вот Павел уточняет: вообще-то Авраам получил статус праведника ещё до того, как была дана заповедь об обрезании, она пришла потом. Обрезание само по себе ничего не даёт человеку. Он принял знак обрезания как печать праведности по вере ещё когда был не обрезан, чтобы стать отцом для всех тех, кто уверует необрезанным, и чтобы эта вера была вменена им в праведность. А затем отцом обрезанных, если они не просто обрезаны, но и ступают по следам отца нашего Авраама, уверовавшего прежде обрезания. (Рим. 4:11-12) Печать — вот документ подписан, и его печатью заверяют. Но сначала документ надо составить, написать, подписать только потом. Смотрите, Авраам был поверившим, и это ему вменилось в праведность. Не обрезанным, потом он сделал обрезание, соответственно и те и другие имеют его своим праотцем. И те, кто несёт на себе этот знак физического удаления крайней плоти у мужчин, и те, кто его не несёт — они одновременно могут обращаться к Аврааму как к первому, кто получил праведность по своей вере. Был он обрезан, не был ли — в разные моменты жизни по-разному. Не по закону было обещано Аврааму его потомство, что они унаследуют весь мир, но по праведности, которая от веры.(Рим. 4:13) Такое обещание действительно Бог дал, но соответственно не было такого закона, по которому сказано: если совершаешь обрезание, то вот так тебе будет. Если наследование происходит по закону, то вера тщетна, а обещание упраздняется. Закон приводит в действие кару, но где нет закона, там нет и преступления. (Рим. 4:14-15) Здесь чисто юридические вещи. Наследование по закону. В нашем праве тоже есть два вида наследования: когда умирает человек, либо он оставил завещание, и тогда завещание имеет силу; либо, если он завещание не оставил, есть закон — наследники первой очереди, второй и так далее. И если Бог дал это всё Аврааму по закону, то обещания никакого не было, его не могло быть. Но Бог ему дал это по обещанию, как завещание. Примерно та же система. И вторая вещь: там, где нет закона — там нет и преступления. То есть нарушение закона возможно там, где закон действует. Итак. Обещание даётся по вере, чтобы оно было по благодати и было твёрдым для всякого семени (то есть потомства Авраама — А.Д.), не только тем под законом, но и тем, кто от веры Авраама нашего общего отца. (Рим. 4:16) Авраам — отец всем. Кто-то обрезан и соблюдает закон. Кто-то необрезан, и это не важно — если они верят, то Авраам в равной мере для них отец. Общего отца, как и написано, множеству народа сделал Я тебя (Бог говорит Аврааму — А.Д.). Таков он пред Богом, которому поверил, который мёртвому возвращает жизнь, а несуществующему даёт бытие. (Рим. 4:17) Два действия: возвращение к жизни и оживление того, что ещё не существует, введение в эту жизнь, можно так сказать. Сотворение мира и воскрешение мёртвого человека. Бог именно таков, как Его здесь описывает Павел. Это не такой юрист-крючкотворец, который сидит на Небе и тщетно сверяет Свои поступки с параграфами закона. А многие так Его себе и представляют. Это Тот, Кто творит мир, Кто даёт жизнь мне и тебе, каждому из нас. Кто воскрешает мёртвых. И всё, что делается с законом, что связано с верой, праведностью, спасением — это тоже дарование жизни, это тоже воскрешение. А не мелкие придирки: кого оштрафовать, ходит гаишник и выписывает всем штрафные квитанции. Потому что каждый же что-то нарушил так или иначе. В безнадёжности он с надеждой верил (Авраам — А.Д), что станет отцом многих народов по сказанному: «столь многочисленно будет семя твоё». (Рим. 4:18) Он не имел сына, но верил, что станет отцом этого большого количества потомков. Вера его не истощилась, хотя он знал, что у него, столетнего старика, омертвело тело, как и утроба Сарры была мертва. (Рим. 4:19) Он и его жена состарились, детей рожать не могли, и тем не менее у них родился Исаак. Но он не сомневался в Божием обещании, не терял веру, но укреплялся ей, воздавая славу Богу в убеждении, что Тот силён исполнить обещанное. И это было вменено ему в праведность. (Рим. 4:20-22) Праведность — это действительно готовность следовать за Богом, а не исполнение некоторого количества правил, предписаний, пусть даже очень хороших, пусть даже очень большого их количества. Вменено в праведность, то есть признано, сочтено праведностью. Так написано не только о нём, но и о нас. И нам будет вменена вера в Господа нашего, воскресившего из мёртвых Иисуса, который предан был смерти за наши преступления и воскрес ради нашей праведности. (Рим. 4:23-25) Вновь и вновь Павел будет возвращаться к этой центральной формулировке. Связь крестной смерти Христа, оправдание человека и его оживление, его наделение праведностью. И в пятой главе, особенно сложной богословски, эта тема, конечно, у Павла продолжится.