yandex

Библия - Бытие Глава 1 Стих 2

Стих 1
Стих 3

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

Указание на Пресвятую Троицу - см. Быт. 1:4. О бесформенности также сказано в толковании на Быт. 1:1. Или же и этими последними словами обозначается бесформенность той и другой твари — телесной словами: земля бе невидима и неустроена, а духовной — словами: тма верху бездны; так что, переставив слово, мы под темною бездной будем разуметь бесформенную природу жизни, если она не обращается к Творцу, от которого только одного она может получить форму, чтобы не быть бездною, и просвещаться, чтобы не быть темною? И каким образом сказано: тма бысть верху бездны, разве что не было тогда света, который, если бы был, без сомнения был бы вверху и как бы разливался по поверхности, что и бывает в духовной твари, когда она обращена бывает к неизменному и безтелесному свету, Богу? ГЛАВА V. Разумная природа становится бесформенною, если она не совершенствуется, обращаясь к Божественному Слову. Почему сказано, что Дух Святый носился над водою, прежде чем сказано, что Бог изрек слова: Да будет свет (Быт. 1:3) Ибо Слово-Сын не имеет бесформенной жизни: для Него не только быть то же, что жить, но и жить то же, что жить премудро и блаженно. Напротив, тварь, хотя бы даже и духовная, мыслящая или разумная, которая, по-видимому, более близка к Слову, может иметь жизнь бесформенную; потому что для нее как быть не то же, что жить, так и жить не то же, что жить мудро и блаженно. Ибо, отвращаясь от неизменной Премудрости, она живет неразумно и злополучно, что и составляет ее бесформенность; напротив, форму она получает тогда, когда обращена бывает к неизменному свету Премудрости, Слову Божию. Она от Него получает бытие, чтобы быть и жить так иди иначе, — к Нему обращается, чтобы жить мудро и блаженно. Ибо начало разумной твари есть вечная Премудрость; каковое начало, пребывая неизменным само в себе, никогда не перестает сокровенным вдохновением призывания говорить с той тварью, для которой оно служит началом, чтобы она обращалась к Тому, от Кого происходит, потому что в противном случае она не может быть образованною и совершенною. Поэтому-то на вопрос, кто Он, Он и отвечает: Начаток, яко и глаголю вам (Ин. 8:25). Но чтО говорит Сын, то говорит Отец, потому что, когда говорит Отец, изрекается Слово, Которое и есть Сын, — Сын вечным образом (если только нужно дать это добавление, так как Бог изрекает совечное Слово). Ибо Богу присуща высочайшая Благость и святая и праведная Любовь к своим тварям, проистекающая не вследствие того, что Он в них нуждается, а вследствие Своего к ним благоволения. По этой-то причине, прежде чем написано: Рече Бог: да будет свет, Писание говорит; И дух Божий ношашеся верху воды. Хотел ли здесь писатель именем воды назвать всю телесную материю, чтобы таким образом дать понять нам, откуда произошло и образовалось все, что можем мы распознавать теперь в его родах, назвав эту материю водою потому, что на земле, как это мы видим, все в своих разнообразных видах образуется и возрастает из влажной природы; или же — некоторую духовную жизнь, как бы расплывающуюся до получения формы своего последующего бытия (ante formam conversionis); во всяком случае носился тогда Дух Божий, потому что именно от благого изволения Творца зависело все, что только должно было получить форму и совершенство, так что когда Бог в Своем Слове говорит: Да будет свет, создаваемое, смотря ко степени своего рода, оставалось в Его благой воле, т. е. благоволении, потому конечно оно было и угодно Богу, как говорит Писаниe: И бысть свет, — и виде Бог свет, яко добро. ГЛАВА VII. Почему о Духе Святом сказано, что Он носился верху воды. Но почему сперва упомянута тварь, даже еще и несовершенная, а после уже упоминается Дух Божий, так как в Писании сперва говорится: Земля же бе невидима и неустроена; и тма верху бездны, а потом уже: И Дух Божий ношашеся верху воды? Разве не потому ли, что ограниченная и недостаточная любовь любит так, что подчиняется тем вещам, которые она любит; почему, когда упоминается Дух Божий, под Которым разумеется святое благоволение и любовь Божия, говорится, что Он носился вверху воды, дабы мы не подумали, что Бог долженствовавшие произойти творения Свои любит больше вследствие нужды в них, чем вследствие полноты благоволения к ним? Памятуя об этом, Апостол, начиная речь о любви, говорит, что он покажет путь превосходнейший (1 Кор. 12:31): и в другом месте: Преспеющую разум любовь Христову (Еф. 3:19). Отсюда, когда нужно было внушить такую мысль о Духе Божием, какая дается словами, что Он носился вверху, было удобнее указать сначала нечто уже начавшее существовать, над чем бы Он носился, — носился, конечно, не пространственным образом, а все превышающим и превосходящим могуществом. Глава XVIII. Как производит Бог действие. Но прежде всего мы должны помнить, — о чем уже мы не раз говорили, — что Бог действует при посредстве не временных движений, если так можно выразиться, своего духа или тела, как действует человек или ангел, а вечных и неизменных и постоянных идей совечного Своего Слова и некоего, выразился бы я, согревания Своего, также совечного Себе, Святого Духа. Ибо сказанное на греческом и латинском языке о Духе Святом что Он "носился над водами", согласно со значением близкого к еврейскому сирийского языка, надобно, утверждают говорят, это разъяснено одним ученым христианином-сирийцем, понимать не в значении носился вверху, а в значении согревал. И согревал не так, как согреваются опухоли или раны на теле холодною или доведенною до соответственной теплоты водою, а так, как согреваются птицами яйца, когда теплота материнского тела при посредстве чувства любви своего рода содействует до некоторой степени образованию птенцов. Итак, не следует понимать плотским образом, как временные, изречения Божии в течение каждого дня оных Божественных действий. Ибо сама Премудрость Божия, приняв на Себя нашу немощность, явилась собрать под свои крылья чад Иерусалима, якоже кокош собирает птенцы своя (Мф. 23:37), не для того, чтобы мы оставались всегда младенцами, а чтобы, оставаясь детьми на злое, перестали быть детьми по уму (1 Кор. 14:20).

Источник

О книге Бытия буквально, 1.1
  • * *
  • Исповедь, книга 12. 3. Земля эта «была невидима и неустроена»; не знаю, что это за глубокая бездна, над которой небыло света: она была лишена всякого вида, почему и велел Ты написать: «тма была над бездной». Что это означает, как не отсутствие света? Где был бы свет, если бы он был? Он находился бы надо всем и всё озарял. А так как света еще небыло, то что означает присутствие тьмы, как не отсутствие света? Над бездной, следовательно, находилась тьма, ибо под ней света небыло; это, как со звуком: там, где его нет, там молчание. А что значит «там молчание»? То, что там нет звуков. Не Ты ли, Господи, наставил эту душу, которая Тебе исповедуется? Не Ты ли, Господи, наставил меня: прежде чем Ты придал форму и красоту этой бесформенной материи, не было ничего: ни цвета, ни очертаний, ни тела, ни духа. И все-таки это не было полное «ничто»: было нечто бесформенное, лишенное всякого вида. 4. Каким же именем назвать это «ничто», чтобы о нем получили какое-то представление умы даже не очень острые? Каким-нибудь обычным словом, конечно. А что во всех частях вселенной найдется более близкого к полному отсутствию формы, как не земля и бездна? Находясь на самой нижней ступени творения, они соответственно и менее прекрасны, чем все светящиеся и сверкающие тела вверху. Почему же для обозначения бесформенной материи, которую Ты создал сначала без всякого вида, чтобы потом из нее создать мир, прекрасный видом, не взять мне столь знакомых людям слов, как «земля невидимая и неустроенная»? 5. Когда же мысль ищет в этой материи, что в ней доступно уму, она говорит себе: «Это не нечто отвлеченное, как жизнь, как справедливость, ибо это телесная материя, но она и чувственно не воспринимается, ибо в „невидимом и неустроенном“ ничего нельзя увидеть и воспринять». Когда это говорит себе человеческая мысль, то к чему сводятся ее попытки? Знать, не понимая, или не понимать, зная? 6. Я же, Господи, — если бы исповедать Тебе устами моими и пером моим всё, чему Ты научил меня об этой материи! Я слышал раньше ее название, не понимая его сути, и рассказывали мне о ней люди, ее тоже не понимавшие. Я мысленно представлял сев бесчисленном разнообразии видов и, следовательно, не ее представлял. Душа моя кружилась среди беспорядочно перемешанных, отвратительных и страшных форм, но всё-таки форм. Я называл бесформенным не то, что было лишено всякой формы, но имело такую, от которой, явись она воочию, отвратились бы, как от непривычной и нелепой, мои чувства, и я бы, по человеческой слабости, пришел в замешательство. То, что я мысленно себе представлял, было бесформенным не по отсутствию всякой формы, но по сравнению с формами более красивыми. Здравый разум убеждал меня совлечь начисто всякий остаток формы, если я мысленно хочу представить бесформенное; но я не мог. Я скорее счел бы лишенное всякой формы просто не существующим, чем мысленно представил себе нечто между формой и «ничто»: нечто не имеющее формы, но и не «ничто», — почти бесформенное «ничто». Ум мой перестал тогда допрашивать воображение, полное образами тел, имевших форму, которые оно произвольно изменяло и разнообразило. Я направил внимание на самые тела, глубже оглядывался в их изменчивость: исчезает то, чем они были, и возникает то, чем они не были. Я начал подозревать, что этот самый переход из одной формы в другую совершается через нечто бесформенное, не через совершенное «ничто», — и захотел знать, а не только подозревать. Если бы мой голос и стиль исповедали Тебе всё, что Ты распутал мне в этом вопросе, то у кого из моих читателей хватит терпения всё это обдумать? Не перестанет, однако, сердце мое воздавать Тебе честь и воспевать хвалу за то, о чем оно не в силах поведать. Итак, изменчивое в силу самой изменчивости своей способно принимать все формы, через которые, меняясь, проходит изменчивое. Что это такое? Душа? Тело? Некий вид души или тела? Если бы можно было о ней сказать: «ничто, которое есть нечто» и «есть то, чего нет», — я так и сказал бы. И всё же она как-то была, дабы могло возникнуть видимое и устроенное. 7. Откуда же это «как-то была», как не от Тебя, от Которого всё существующее, поскольку оно существует? Только чем оно с Тобой несходнее, тем оно дальше от Тебя, — и не о пространстве тут речь. Господи, Ты не бываешь то одним, то другим, то по-одному, то по-другому: Ты всегда то же самое, то же самое, то же самое — святой, святой, святой, Господь Всемогущий, Ты создал нечто из «ничего», началом, которое от Тебя, Мудростью Твоей, рожденной от субстанции Твоей. Ты создал небо и землю не из Своей субстанции: иначе Творение Твое было бы равно Единородному Сыну Твоему, а через Него и Тебе. Никоим образом нельзя допустить, чтобы Тебе было равно то, что не от Тебя изошло. А кроме Тебя, Боже, Единая Троица и Троичное Единство, не было ничего, из чего Ты мог бы создать мир. Ты и создал из «ничего» небо и землю, нечто великое и нечто малое, ибо Ты всемогущ и добр и потому сотворил всё добрым: великое небо и малую землю. Был Ты и «ничто», из которого Ты и создал небо и землю: два тела, одно близкое к Тебе, другое близкое к «ничто»; одно, над которым пребываешь Ты; другое, под которым ничего нет. 8. «Небо небес» Твое, Господи; земля же, которую Ты дал «сынам человеческим», которую можно видеть и трогать, была не такой, какую мы сейчас видим и трогаем. Она была невидима и неустроена: это была бездна, над которой не было света: «тьма закрывала бездну», т. е. была еще большей, чем в бездне. В бездне вод, ставших уже видимыми, даже на глубине есть своеобразный свет, как-то ощущаемый рыбами и гадами, ползающими по дну; тогда же всё целиком было почти «ничто», потому что было совсем бесформенно и, однако, уже могло принять форму. Ты же, Господи, создал мир из материи бесформенной, которую, почти «ничто», создал из «ничего», чтобы из этого создать великое, чему изумляемся мы, сыны человеческие. Так изумительно это зримое небо, эта твердь между водой и водой, которой Ты сказал на второй день после создания света: «да будет» — и стало так. Эту твердь Ты назвал небом, но небом для этой земли и моря, которые Ты создал в третий день, дав зримый облик бесформенной материи, созданной до всех дней. И небо Ты создал до всех дней, но только «небо этих небес», ибо в начале создал Ты небо и землю. Земля же эта, Тобою созданная, была бесформенной материей, была «невидима, неустроена, и тьма была над бездной». Из этой невидимой и неустроенной земли, из этого бесформенного, этого почти «ничто» Ты и создал всё то, из чего этот изменчивый мир состоит, но не стоит он, это воплощение самой изменчивости. Она и позволяет чувствовать время и вести ему счет, ибо время создается переменой вещей: разнообразно в смене обликов то, чему материалом послужила упомянутая «невидимая земля». 9. Поэтому Дух, поучающий слугу Твоего, напомнив, что Ты сотворил вначале небо и землю, молчит о времени, ни слова не говорит о днях. И действительно, «небо небес», которые Ты создал в начале, есть мир духовный. Он ни в коем случае не извечен, как Ты, Троица, но всё же причастен Твоей вечности. В сладостном счастье созерцать Тебя он не позволяет себе изменяться. Не зная падений, от самого времени сотворения своего прильнувший к Тебе, он находится вне круговой смены скользящего времени. И это бесформенное нечто, «земля невидимая и неустроенная», находилось также вне времени. Где нет никакого облика, никакого порядка, где ничто не приходит и не уходит, нет, конечно, ни дней, ни смены времен. 13. Теперь да поймет душа, которую далеко завело ее странствие, что если она жаждет Тебя и если «слезы стали ей хлебом», когда ежедневно говорят ей: «где Бог Твой»?; если просит она «у Тебя одного и одного ищет» поселиться «в доме Твоем на все дни жизни своей» (а что ее жизнь, как не Ты? А что дни Твои, как не вечность, как и «годы Твои, которые не истощаются», ибо «Ты всегда тот же») — да поймет же душа, которая это может, как высоко стоишь Ты, вечный, над всеми временами, если и обитающие в жилище Твоем и не ушедшие странствовать, хотя и не извечны, как Ты, но не знают смены времен, находясь в общении с Тобой непрерывном и неразрывном. Это ясно мне «пред лицом Твоим» и да проясняется, прошу Тебя, всё больше и больше; да пребуду я, получив это откровение, смиренно под крыльями Твоими. 14. Не знаю, какая бесформенная материя возникает при изменениях в самом последнем и низком. И кто осмелится сказать мне, кроме человека, который в пустоте сердца скитается и кружится среди созданий собственного воображения, — кто, кроме такого человека, осмелится сказать мне, что смена времен возможна при умалении и полном исчезновении всякой формы, когда останется одна бесформенная материя, которая позволяет одной форме изменяться и переходить в другую? Это вовсе невозможно, потому что без разнообразия в движении нет времени, а где нет никакой формы, нет и никакого разнообразия. 15. Обдумывая это. Боже мой, поскольку Ты позволяешь, поскольку побуждаешь меня стучать и поскольку открываешь стучащему, нашел я, что Ты создал два мира, где нет времени, хотя ни один из них не извечен, как Ты: один устроен так, что в созерцании неослабном, в неизменности постоянной, хотя изменчивый, но неизменный, наслаждается он Твоей вечностью и неизменяемостью; другой был настолько бесформен, что в нем не было ничего, что могло перейти из одной формы движения или покоя в другую, то есть не было ничего, что подчинено времени. Ты не оставил этот мир бесформенным, ибо сотворил раньше всякого дня «в начале небо и землю», эти два мира, о которых я говорил. «Земля же была невидима и неустроена, и тьма над бездной». Эти слова подсказывают понятие бесформенности и дают возможность постепенно понять их смысл людям, которые не могут представить себе, что и при отсутствии всякой формы что-то есть. Из этой бесформенной материи и возникли другое небо и земля, видимая и устроенная, и вода с ее красотой, и вообще всё, упоминаемое при дальнейшем устроении мира с указанием: дней: всё это по свойствам своим подчинено смене времен в силу упорядоченных изменений в движении и форме. 16. Вот что мне пока стало понятно, Боже мой, когда я сльшу, как говорит Писание Твое: «вначале Бот создал небо и землю, земля же была невидима и не устроена, и тьма была над бездной», не упоминая, в какой день Ты это создал. Стало пока мне понятно, что здесь говорится о «небе небес», «разумном небе», где разуму дано познать всё сразу, а не частично, не «в загадке», не «в зеркале», а полностью, в откровении, «лицом к лицу»; не познать то одно, то другое, а, как сказано, сразу все, вне всякой смены времен. Не упомянуты дни потому, что земля невидимая и неустроенная, была вне всякой смены времен, обуславливающей возможность то одного, то другого: там, где нет никакой формы, нигде нет «того» и «другого». Имея в виду, с одной стороны, нечто первоначально организованное, с другой — совершенно бесформенное: то небо, но «небо небес» и эту землю, но землю невидимую и неустроенную. Писание Твое, как стало мне пока понятно, и говорит, не упоминая дней: «в начале сотворил Бог небо и землю», и сразу же добавляет, о какой земле говорится. Упоминая же, что во второй день сотворена твердь, названная небом, оно дает понять, о каком небе раньше, без указания дней, шла речь. 28. Истинно, Господи, что Ты создал небо и землю. Истинно, что Начало есть Мудрость Твоя, которой «Ты сотворил всё». Истинно также, что в этом видимом мире есть две больших части: небо и земля; этим кратким обозначением охватываются все созданные существа. Истинно, что всё изменяющееся подсказывает нам мысль о чем-то бесформенном, что может принять форму, изменяться и становиться разным. Истинно, что не подвластно времени настолько слившееся с неизменяемой формой, что и будучи изменчиво, оно не изменяется. Истинно, что для бесформенного, которое почти «ничто», не может быть смены времен. Истинно, что вещество, из которого какой-то предмет делается, может в переносном смысле получить название по предмету, из него сделанному; поэтому и можно было назвать «небом и землей» любую бесформенную материю, из которой созданы небо и земля. Истинно, что из всего принявшего форму ближе всего к бесформенному земля и бездна. Истинно, что не только сотворенное и приобретшее форму, но всё, что могло быть сотворено и могло принять форму, создал Ты, «от Которого всё». Истинно, что всё, получившее форму из бесформенного, было сначала бесформенным, а затем приобрело форму. 29. Из всех истин, в которых не сомневаются те, чьему внутреннему глазу Ты дал это видеть и кто непоколебимо верит, что Моисей, слуга Твой, говорил «в духе истины», — из всех этих истин один выбирает себе слова «в начале Бог создал небо и землю» и толкует их так: «Словом Своим, извечным, как Он Сам, Бог создал мир умопостигаемый и мир чувственный, т. е. духовный и телесный». Другой, говоря «в начале Бог создал небо и землю», понимает это иначе: «Словом Своим, извечным, как и Он Сам, Бог создал всю громаду этого телесного мира со всем, что мы на нем видим и знаем»; третий, говоря «в начале Бог создал небо и землю», понимает это еще иначе: «словом Своим, извечным, как и Он Сам, Бог создал бесформенную материю для мира духовного и телесного». Четвертый, говоря «в начале Бог создал небо и землю», понимает еще иначе: «словом Своим, извечным, как и Он Сам, Бог создал бесформенную материю для мира телесного, где еще в смешении находились и небо и земля, которые теперь, как мы видим, получили в громаде этого мира свое место и свою форму». Пятый, говоря «в начале Бог создал небо и землю», понимает это так: «в самом начале Своего дела Бог создал бесформенную материю, содержавшую небо и землю в смешении; получив форму они выдвинулись из нее и появились со всем, что на них». 30. То же самое относится и к пониманию следующих слов: «земля же была невидима и неустроена, и тьма была над бездной». Из всех верных толкований один выбирает себе такое: «то телесное, что создал Бог, было еще бесформенной материей для существ телесных, беспорядочной и не освещенной». Другой: «земля же была невидима и неустроена, и тьма была над бездной» — это значит: всё, что называется небом и землей, было еще бесформенной и темной материей, из которой и созданы наше небо и наша земля со всем, что на них познается телесными чувствами. Третий: «земля была невидима и неустроена, и тьма была над бездной», это значит: всё, что было названо небом и землей, было еще бесформенной и темной материей, из которой возникли умопостигаемое небо — в другом месте оно называется «небом небес» — и земля, т. е. все телесное, включая сюда и это наше земное небо; иначе говоря, имеется в виду материя, из которой возник весь видимый и невидимый мир. Еще толкование: «земля была невидима и неустроена, и тьма была над ней». Писание назвало именем неба и земли вовсе не эту бесформенную материю; «землей невидимой и неустроенной и темной бездной» именует оно то бесформенное, уже существовавшее, из чего, как сказано в Писании раньше, бог создал небо и землю, т. е. миры духовный и телесный. Есть и другое толкование: «земля была невидима и неустроена, и тьма была над бездной», т. е. нечто бесформенное было уже материей, из которой Бог, как сказано раньше в Писании, создал небо и землю, т. е. всю телесную мировую массу, разделенную на две огромные части, верхнюю и нижнюю, со всем, что на них создано, известно и привычно. 37. Как источник обильнее водой в маленькой котловинке своей и множеством ручьев орошает пространство более широкое, чем любой из этих ручьев, который, выйдя из этого источника, проходит по многим местам, так и рассказ возвещающего слова Твои, который послужит многим говорунам, струит узенькой струйкой потоки чистой истины, откуда каждый в меру своих сил извлекает один одну истину, другой другую, чтобы затем влачить ее по долгим словесным извивам. Одни, читая или слушая эти слова, представляют себе Бога как бы человеком или хотя бы неким громадным телом, которое наделено неограниченной силой; по неожиданному и внезапному решению Он создал вне себя, как бы на расстоянии, небо и землю, два больших тела, одно вверху, другое внизу, где всё и находится. Когда они слышат: «Бог сказал: да будет это, и стало так», то они думают о словах, имевших начало и конец, прозвучавших во времени и умолкнувших; они умолкли, и возникло всё, чему повелено было возникнуть. Таковы и другие, подобные же мнения, подсказанные привычкой к телесному. Совсем еще маленькие дети, они в своей слабости успокаиваются на этих самых простых понятиях, как на материнской груди, у них, однако, построено здание здравой веры: они твердо стоят на том, что Бог создал всю природу, во всем ее удивительном разнообразии, которое воспринимают они своими чувствами. Если же кто из них, исполнившись презрения к этим будто бы дешевым мыслям, высунется в своей глупой гордости из уютной колыбели, увы! несчастный падает, и, Господи Боже, сжалься! не дай прохожим растоптать неоперившегося птенца, пошли ангела Твоего, чтобы он положил его обратно в гнездо: пусть живет там, пока не научится летать! 38. Другие, для которых эти слова уже не гнездо, а тенистый сад, видят скрытые в нем плоды и, радостно летая, щебечут, ищут их и клюют. Читая или слушая слова эти, они видят, что в недвижимом и вечном бытии Божием преодолены прошедшее и будущее, но что нет ни одного временного существа, Тобою не созданного; что воля Твоя, т. е. Ты, не знает перемены, и Ты создал всё по внезапно возникшему, новому желанию. Ты не создал из себя подобие Свое, как образец для всего, но создал из «ничего» бесформенную материю, с Тобой несходную, которая, однако, может приобрести форму, уподобляясь Тебе и возвращаясь к Тебе, Единому, насколько это возможно в меру тех способностей, которые определены каждому в ряду однородных созданий. И всё «очень хорошо» — и то, что пребывает вокруг Тебя, и то, что, постепенно удаляясь от Тебя, становится во времени и пространстве участником в прекрасном разнообразии мира. Они видят это и радуются в свете истины Твоей, насколько это в их силах. 39. Кто-нибудь из них остановит свое внимание на словах: «в начале Бог сотворил» и сочтет «началом» мудрость, «потому что она сама говорит нам». Другой тоже остановит свое внимание на этих же словах и поймет «начало» как начальное возникновение сотворенного; как «во-первых создал». Среди тех, кто понимает «начало» как мудрость, которой «Ты сотворил небо и землю», один сочтет, что «небо и земля» означают материю, из которой можно было создать небо и землю и которая получила одно имя с ними; другой что это уже создания, получившие разную форму; третий — что под «небом» разумеется материя, имевшая форму и духовная, а под «землей» — бесформенная масса телесной материи. Те, кто думает, что «небо и земля» означают еще бесформенную материю, из которой потом образуются небо и земля, и об этом думают неодинаково: по мнению одного, она послужила для создания существ, разумных и чувствующих; по мнению другого — только для этой телесной чувствующей массы, содержащей в своем огромном лоне видимые, воспринимаемые существа. Разно думают и те, кто верит, что «небом и землей» назван мир, уже вполне устроенный и упорядоченный: они разумеют и видимый и невидимый, другие — только видимый: светлое небо и темную землю со всем, что на них. 40. Тот же, кто «в начале сотворил» понимает только в смысле «во-первых сотворил», никак не сможет правильно понять, что такое «небо и земля», если только он не понимает под этими словами материю для неба и земли, т. е. для всего разумного и телесного мира. Если же он считает эти слова обозначением мира, уже принявшего форму, то правильно было бы его спросить, «если Бог сделал это во-первых, что он делал во-вторых?». А так как вселенная уже сотворена, он не найдется, что ответить, и услышит неприятный для себя вопрос: «а каким же образом во-первых, если ничего нет во-вторых?». Если же он скажет, что во-первых создана была материя бесформенная, которая уже потом приняла форму, то это ответ толковый, если только говорящий в состоянии разобраться, чему принадлежит первенство по вечности, по времени, по выбору, по происхождению. По вечности: Бог, например, над всем; по времени: цветок, например, раньше плода; по выбору: плод, например, лучше цветка; по происхождению: звук раньше пения. Из упомянутых мною четырех видов первенства очень трудно понять первый и последний; два средних очень легко. Редко и очень трудно дается видение и созерцание Твоей вечности, Господи, творящей в неизменности своей изменяющееся и поэтому имеющей первенство. Кто обладает умом настолько острым, чтобы без большого труда понять, каким образом звук первенствует над пением? Пение есть ведь оформленный звук; существовать без формы что-то, конечно, может, но как может принять форму то, чего нет? Материи принадлежит первенство только относительно того, что из нее возникло; она первенствующая не потому, что она «делает»; она ведь сама «сделана», и не имеет первенства во времени. И мы не начинаем во времени бесформенных звуков, которые не являются пением, и которые мы потом уже приспособляем к песенной форме или отделываем, как дерево для сундука или серебро для посуды. Такой материал даже по времени раньше вещей, из него сделанных. Но ведь с пением не так. Когда поют и мы слышим звук, то он не звучит сначала бесформенно, а затем уже в пении получает форму. И как бы он ни прозвучал, но он исчез, и ты ничего тут не найдешь, что можно было бы вернуть и превратить в стройное пение. Пение всё в звуках: звуки — это его материя, которой придают форму, чтобы она стала пением. Поэтому, как я и говорил, звук, т. е. материя, имеет первенство над пением, звуком уже оформленным, но первенство не по способности «делать». Звук не создает пения; издаваемый телесным органом, он подчиняется душе певца, дабы стать песней. Нет у него первенства и во времени: звук и пение одновременны. Нет и по выбору: звук не лучше пения, поскольку пение есть не только звук, но еще и, красивый звук. Он первенствующий происхождением: не пение приобретает форму, чтобы стать звуком, но звук приобретает форму, чтобы стать пением. Из этого примера пусть, кто может, поймет, что материя, созданная «во-первых» и названная небом и землей, потому что небо и земля из нее созданы, создана «во-первых» не по времени, потому что время появляется, когда всё уже облечено в форму, а материя эта была бесформенной, и видишь ее уже во времени и вместе с ним. И о ней ничего нельзя сказать, кроме разве того, что у нее есть как бы первенство относительно времени, хотя ей уделяется место низшее, потому что, конечно, имеющее форму лучше бесформенного. Вечность Творца ей предшествует, дабы из «ничего» возникло то, из чего могло что-то возникнуть. 41. Среди такого разнообразия правильных мыслей, да установит согласие сама Истина, и да сжалится над нами Господь наш: будем «законно пользоваться законом», имея в виду его цель: чистую любовь. И поэтому если кто-нибудь спросит меня, что тут думал Моисей, великий слуга Твой, то исповедь моя не будет исповедью, если я не скажу: «я не знаю». Знаю только, что мысли его верны, за исключением касающихся плоти, о которых я сказал, что думал. И детей, в вере подающих добрые надежды, не устрашают слова книги Твоей, высокие в своем смирении, обильные в своей краткости. Да полюбим же друг друга все, кто в этих словах видит истину и признает это, и да полюбим также и Тебя, Бога нашего, Источник Истины, если жаждем именно ее, а не суетного и пустого. Слугу же Твоего, написавшего эти книги, исполненного Духом Твоим, почтим и поверим, что когда он писал, то обратил особенное внимание, по откровению Твоему, на то, что вполне истинно и особенно полезно. 42. Поэтому, когда один скажет: «он думал, как я», а другой: «нет, как раз как я», то, полагаю, благочестивее скажу я: «а почему не так, как вы оба, если оба вы говорите правильно». И если кто увидит в этих словах и третий смысл и четвертый и еще какой-то, только бы истинный, почему не поверить, что все их имел в виду Моисей, которому Единый Бог дал составить священные книги так, чтобы множество людей увидело в них истину в разном облике? Что касается меня, то я смело провозглашаю из глубины сердца: если бы я писал книгу высшей непреложности, я предпочел бы написать ее так, чтобы каждый нашел в моих словах отзвук той истины, которая ему доступна; я не вложил бы в них единой, отчетливой мысли, исключающей все другие, ошибочность которых меня не могла бы смутить. Я не хочу, Боже мой, быть настолько опрометчивым, чтобы не верить, что этот великий муж не заслужил у Тебя такого дара. Он думал, когда писал эти слова, о том, что истинного можем мы найти в них, и о том, чего не можем или еще не можем и что, однако, в них найти можно. 43. И, наконец, Господи, Ты Бог, а не плоть и кровь, и если человек не видит всего, то ужели от благого Духа Твоего, Который «приведет меня в землю праведную», могло укрыться то, что Ты Сам откроешь в этих словах будущим читателям, если даже и тот, через кого они сказаны, из многих верных мыслей имел в виду лишь одну. Если это так, то эта мысль его будет, конечно, более возвышенной; нам же, Господи, Ты покажешь или ее, или какую Тебе угодно другую истинную — но откроешь ли Ты открытое самому слуге Твоему или другое, вложенное в те же самые слова, только питай нас, чтобы мы не стали игралищем заблуждения.
  • * *
  • Земля же бе невидима и неустроена, и тьма верху бездны, и Дух Божий ношашеся верху воды — Еретики (манихеи), восстающие против В. Завета, по поводу этого места пускают в ход, обыкновенно, клевету, говоря: "Каким образом в начале Бог создал небо и землю, если земля уже была"? Так говорят они, не понимая, что слова эти прибавлены для объяснения того, какова была земля, о которой уже сказано, что Бог сотвори небо и землю. Таким образом, понимать это следует так: Бог в начале создал небо и землю; но эта земля, Богом созданная, была невидима и неустроена, пока Им же Самим не была разграничена и приведена из смешения в определенный порядок вещей. Или же не лучше ли понимать так, что в этом стихе снова упоминается та же материя, которая выше названа небом и землею, так что смысл будет такой: в начале сотворил Бог небо и землю, но то, что названо небом и землею, была земля невидимая и неустроенная, и тьма была вверху бездны; т. е. то, что названо небом и землею, было некоторою смешанною материей, из которой, по выделении из нее элементов и принятия ими формы, образовался мир, состояний из двух самых больших частей, неба и земли? Это смешение материи могло быть приближено к простому пониманию под такими только чертами, когда земля названа невидимой, неустроенной, т. е. не приведенной еще в порядок, или не приготовленной, и когда сказано, что была тьма вверху бездны, т. е. над этою беспредельною глубиной. А эта глубина, в свою очередь, быть может, поименована потому, что ничья мысль не может понять ее, по причине самой ее бесформенности. И тьма верху бездны. — Была ли бездна внизу, а тьма вверху, как будто бы уже существовала раздельность пространства? Или же, так как еще продолжается описание смешения материи, что и по-гречески называется caoz, то не потому ли сказано: И тьма верху бездны, что не было света, который если бы был, то, конечно, был бы вверху, потому что он тоньше, и освещал бы, что находилось ниже его? И в самом деле, кто рассудит внимательно, что такое тьма, тот найдет ее ничем иным, как отсутствием света. Таким образом, слова: И тьма бысть верху бездны равносильны словам: "Над бездною не было света". По этой причине та материя, которая дальнейшим действием Божиим распределяется в определенные формы вещей, названа невидимою и неустроенною землею и лишенною света глубиною, будучи раньше названа именем неба и земли, как бы семенем неба и земли, как уже сказано выше; если только, впрочем, под именем неба и земли писатель не хотел сначала обозначить вселенную, чтобы потом, когда уже разъяснена материя, перейти к исследованию частей Мира. И Дух Божий ношашеся верху воды. — Писатель не говорил раньше, что воду Бог создал, и однако ни в каком случае не следует думать, что Бог не сотворил воды, и что она уже существовала прежде, чем Он создал что-либо. Ибо, как говорит Апостол, Он Тот, от Кого все, чрез Кого все и в Ком все (Рим. 11:36). Следовательно, и воду Бог сотворил, и думать иначе — великое заблуждение. Но почему же не сказано, что Бог сотворил воду? Не захотел ли здесь писатель назвать еще и водою ту самую материю, которую он раньше называл то небом и землею, то невидимою и неустроенною землею, то бездною? В самом деле, почему бы не назваться ей и водою, если она могла быть названа землею, когда в сущности она не была еще не разграниченной и сформированной водою, ни землею, ни чем-либо другим? И, может быть, сперва она названа небом и землею, затем невидимою и неустроенною землею и лишенною света бездною, а, наконец, и водою с тою целью, чтобы сначала именем неба и земли обозначить материю всей вселенной, для которой она создана совершенно из ничего; затем, именем невидимой и неустроенной земли и бездны дать понятие о бесформенности, потому что в ряду всех элементов земля наиболее бесформенна и наименее светла, чем остальные; наконец, именем воды обозначить материю, подлежащую действию Творца, ибо вода подвижнее земли, и потому подлежащая действию Творца материя, в виду легкости обработки и большей подвижности, должна быть названа скорее водою, чем землею. И хотя воздух подвижнее воды, а эфир не без основания считается и ощущается еще подвижнее, чем даже воздух; однако назвать материю именем воздуха или эфира было бы менее удобно. Ибо воздух и эфир считаются более элементами, имеющими способность производить действие, земля же и вода только имеющими способность принимать действие. Если это не ясно, — полагаю, что совершенно очевидно то, по крайней мере, что ветер приводит в движение воду и некоторые земные предметы, а ветер есть движущийся и как бы волнующийся воздух. Отсюда, так как очевидно, что воздух движет воду, но не ясно, от какой причины он движется сам, чтобы быть ветром: то кто же станет сомневаться, что материи приличнее называться именем воды, потому что вода приводится в движение, чем именем воздуха, который приводить ее в движение? Но двигаться — значит претерпевать действие, а двигать — производить действие. К этому присоединить надобно и то еще, что все, рождаемое землею, орошают водою, чтобы оно могло взойти и вырасти; так что и в самых этих порождени?

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    д) Земля же была БЕЗВИДНА И ПУСТА (евр. т`оху ва б`оху). Это редкое в Ветхом Завете выражение означает хаос (в финикийской мифологии богиня ночи именуется Баау). Было ли это хаотическое состояние результатом прямой воли Божией? В Ис. 45:18 (по дословному переводу) Бог землю сотворил «не пустой» (евр. ло т`оху). Из этого можно заключить, что нечто таинственное внесло искажение уже в изначальный творческий замысел. Возможно, здесь прикровенное указание на злую волю, возникшую в мире тварных духов.

    е) ТЬМА (евр. х`ошех) и БЕЗДНА (евр. те`ом, множ. те`омот). Примечательно, что Божие одобрение получает не тьма Хаоса, а только свет (Быт. 1:4, ср. 1 Ин. 1:5: «Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы»). Русский богослов В. Н. Ильин замечает в связи с этим: «С полной уверенностью можно утверждать, что началу творения нашего космоса, его «первому дню» предшествовала какая-то домирная, метаматериальная и метафизическая трагедия, страшным эпилогом которой явились тьма и хаос» (Шесть дней творения, Париж, 1930, с.67).

    Слово «теом» (бездна) созвучно с именем вавилонской богини Океана Ти`амат (см. § 11, 3). Тиамат изображалась в виде дракона. Аналогичные чудовища Хаоса встречаются и в мифах других народов (египтян, хананеев, китайцев). Боги-драконы олицетворяли водную стихию (см. приложение, а также В. Топоров. Хаос. — В кн.: Мифы народов мира. т. 2. М., 1982, с. 581–582).

    Хотя в Шестодневе «бездна» лишена всяких мифологических черт, в других частях Ветхого Завета мы находим образ водного чудовища, или Дракона, которое, однако, рассматривается как тварь (Левиафан, Раав, Дракон: Иов. 9:13, где имя Раав в синод. пер. заменено словом «гордыня»; Пс. 73:13–14; Пс. 88:11; Ис. 51:9-10; ср. Лк. 8:31). Это существо воплощает в себе сопротивление божественной воле, которое возникло в лоне духовного тварного мира (падение сатаны, ср. Ин. 8:44; 1 Ин. 3:8; Откр. 12:9; Откр. 20:2). В конце времен эти демонические силы будут повержены (Ис. 27:1; ср. Ин. 12:31).

    ж) ДУХ БОЖИЙ (евр. Руах Элохим). Некоторые толкователи переводят слово «руах» как ветер. Действительно, это слово может означать и дух и ветер. Но «Руах Элохим» естественнее переводить как Дух Божий. Тем более, что глагол «мерахофет» (носился) передает мысль о попечении, заботе, творческом воздействии (ср. Втор. 32:11: «как орел… носится над птенцами своими»).


    Источник

    Исагогика. Учение о творении в шестодневе.

    5. Пояснения к тексту Шестоднева:

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Хороший мастер сначала закладывает фундамент, а после того как заложит его, по порядку возводит части здания и добавляет украшения. Итак, после того как было заложено основание земли и утверждена субстанция неба — ибо эти двое суть как бы краеугольные камни сущего, — Моисей добавил: Земля же была безвидна и пуста. Что значит была? Как бы не усмотрели в этом высказывании бесконечность и безначальность и не заявили: вот, даже согласно Божественному Писанию материя, или ὕλη1, как говорят философы, не имела начала! Но тем, кто так говорит, ответим: написано также, что Каин был земледелец (Быт. 4:2); и о том, кто называется Иувалом, сказано в Писании: Он был отец всех играющих на гуслях и свирели (Быт. 4:21); и об Иове: Был человек в земле Уц, имя его Иов (Иов. 1:1). Так что пусть они прекратят придираться к словам, ибо Моисей еще прежде сказал: Сотворил Бог небо и землю. Так что была сказано о земле потому, что прежде она была сотворена. Если же некоторые утверждают, что она безначальна и что не только Господь, но и материя не имела начала, пусть укажут, где же она находилась. Если в некотором месте, значит, безначально и то место, в котором пребывала безначальная материя сущего. Если же думать так о месте абсурдно, посмотрим, не должны ли мы считать землю летучей, так что она, не имея основания, удерживалась взмахами крыльев. Откуда же мы можем догадаться об этих крыльях? Быть может, для этого привлечем толкование речения пророка, поняв его так, что чудесные животные — это крылья земли, и эти крылья земли были крылья созвездий?2 Но если так понять слова пророка, что это был за воздух, в котором летала земля? Без воздуха она летать не могла, а воздух к тому времени еще не существовал: ведь пока не были сотворены элементы, в материи не существовало различия, а к тому времени элементы еще не были сотворены. Так где же пребывала эта материя, поддерживаемая взмахами крыльев? Она не пребывала в воздухе, ибо воздух есть мирское тело. А то, что воздух есть тело, мы знаем из того, что, если пустить стрелу в то место, в какое хочет направить ее лучник, разорванный воздух тотчас соединяется вновь. Где же пребывала материя? Быть может, кто-нибудь выскажет безумное предположение о том, что она пребывала в Боге? Итак, невидимый по природе и неизменный Бог, пребывающий в недостижимом свете, непостижимый и чистейший дух, был вместилищем мирской материи, и мир имел свою часть в Боге, хотя души рабов Божиих не от мира сего, как сказано в Писании: Они не от мира, как и Я не от мира (Ин. 17:16). Каким же образом видимое соединится с невидимым, совершенно простым, наделившим это видимое порядком и красотой? Разве что из-за того, что сказано: Земля же была безвидна, некоторые подумают, что она была безвидна по своей сути, а не потому, что, будучи покрыта водою, она не могла быть видима телесными очами, точно так же, как многое находящееся в глубине вод недоступно отчетливому видению смертными очами? Как бы то ни было, считается, что не для Бога нечто было невидимо, а для земного создания, судящего о творении. Невидимой земля названа также потому, что еще не было света, озаряющего мир, не было солнца; после же были созданы небесные светила. И если солнечный луч освещает даже все сокрытое под водой и озаряет глубины, погрузив в них свое сияние, кто усомнится в том, что для Бога не могло быть невидимым пребывающее в глубине? Или же так следует понять безвидность земли, что она еще не знала Слова Божиего и Его защиты, не имела человека, из-за которого Господь заботится о земле, согласно написанному: «Господь призрит на сынов человека, если тот будет разуметь и почитать Бога»?3 И в другом месте сказано: С небес ты возвестил суд; земля убоялась и утихла (Пс. 75:9). И справедливо земля названа безвидной, то есть неоформленной, ибо еще не приняла подобающую фигуру и образ от своего Творца. Быть может, кто-нибудь спросит: почему Бог — как Он сказал, так и стало по слову Его — не придал сразу же должного украшения возникающим элементам? Разве не мог Он сразу по сотворении заставить небо сверкать звездами, а землю — одеться цветами и плодами? Мог, разумеется. Но все потому называется сначала «сотворенным», а затем — «оформленным», чтобы не подумали, будто все это не сотворено и не имеет начала, как если бы виды сущего были порождены изначально и не претерпели потом никакого прибавления. Хорошо, что Дух задержался с украшением неба и зарождающейся земли, ибо таким образом должны были прорасти семена новых частей творения, в соответствии со словами пророка: Пошли духа Твоего, и будет сотворено, и обновишь лик земли (Пс. 103:30).

    Примечания

    • 1 Греч. ὕλη, как и лат. materia означает нечто, из чего сделаны вещи (как, например, древесина). - Прим. ред.
    • 2 См. Иез. 1
    • 3 В Писании фраза иная: "Господь с небес призрел на сынов человеческих, чтобы видеть, есть ли разумеющий, ищущий Бога (Пс. 13:2; ср. Пс. 52:3) - Прим. ред.

    Источник

    "Шестоднев". 1.7 Сl. 0123, 1.7.25.23.4

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Земля: Моисей сразу говорит о «земле». В его рассказе полностью отсутствует «звездная история». Обычно народная мифология уделяет чрезвычайно большое внимание истории созвездий, происхождению планет, именам звезд и т.п. Библия не рассказывает историй о том, кто пролил молоко на Млечный путь, кто привязал Большую медведицу, в кого целится Стрелец, и чья рожица видна на Луне. безвидна и пуста: Это описание первичного состояния материи. У нее нет еще внутренней структуры, нет формы: все это появится несколько позже. Сначала Богом творится некая «праматерия», из которой потом начинают вычленяться частицы мироздания. Дух Божий: Для христианской традиции это указание уже на Третье Лицо Троицы: на Духа Святого. Это Дыхание Бога, согревающее и хранящее мироздание у самых его истоков. носился: Глагол, употребленный здесь Моисеем (merahafet), относился и к птице, высиживающей своих птенцов: «Как орел носится над птенцами своими, распростирает крылья свои, берет их и носит их на перьях своих — так Господь» (Втор. 32:11-12). Это опять характерно для Библии: мир появляется не в результате войны и не в результате чьей-то ошибки или мести, а как итог любви. Не смерть (скажем, смерть Пуруши в индуизме) стоит у истоков нашего мира, а тепло Божьего дыхания. над водою: О воде прежде ничего не говорилось, потому что это уже третья попытка автора передать аморфность первоматерии: земля «безвидна и пуста», «бездна», покрытая «тьмою», наконец — «вода». У воды нет своей формы, она занимает ту форму, которую ей предложат обстоятельства. Так и мир в первое мгновение своего бытия еще не имел ни своих собственных законов, ни своих форм, ни даже физических констант.

    Источник

    Школьное богословие: кн. для учителей и родителей — М.: Норма, 2005

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    На не многих словах остановившись утром, нашли мы в них такую сокровенную глубину мыслей, что приходим в совершенную безнадежность касательно последующих. Ибо если вход во Святая таков, и преддверие храма так досточестно и величественно, таким преизбытком красоты осиявает наши очи и умы, то каково же Святая-Святых? И кто достоин смело взойти во святилище? Или кто прострет взор на таинственное? И зрение сих тайн недоступно, и знаменование вмещаемого умом совершенно неизъяснимо. Впрочем, поскольку у Праведного Судии назначены немаловажные награды и за одно преднамерение исполнить должное, то не обленимся заняться исследованием. Ибо, хотя не постигнем достоинства предметов, однако же, если при помощи Духа не уклонимся от намерения Писания, то и сами, конечно, не будем признаны ни к чему негодными, и при содействии благодати сделаем нечто к назиданию Церкви Божией. Сказано: «земля же бе невидима и неустроена». Почему, когда то и другое, и небо и земля, сотворены равночестно, небо доведено до совершенства, а земля еще несовершенна и не получила полного образования? Или вообще, что значит неустроенность земли? И по какой причине была она невидима? Совершенное устройство земли означает обилие ее произведений, прозябение всякого рода растении, появление высоких деревьев, и плодовитых и неплодовитых, доброцветность и благовоние цветов, и все то, что в скором времени должно было, по Божию повелению произникнув на земли, украсить породившую все сие. А как ничего этого еще не было, то Писание справедливо наименовало землю неустроенною. Но то же самое можем сказать и о небе. И оно не имело еще полного образования, не получило свойственного ему украшения, потому что не освещалось луною и солнцем, не венчалось сонмами звезд. Всего этого еще не было, а потому не погрешишь против истины, если и небо назовешь неустроенным. Невидимою же названа земля по двум причинам, или потому что не было еще зрителя земли – человека, или потому что она погружалась в глубине, и от разливающейся на ее поверхности воды не могла быть видимою. Ибо воды не были еще совокуплены в свои «собрания», которые совокупивший их Бог наименовал в последствии «морями». Да и что бывает невидимо? Как то, чего нельзя видеть плотскими глазами, какова наша мысль, так и то, что по природе видимо, но скрывается по причине заграждения наложенным на него телом, как железо в глубине. В сем значении, как думаю, и теперь названа невидимою земля, покрытая водою. Сверх того, поелику не был еще сотворен свет, то не удивительно, что земля, по причине неосвещенного над нею воздуха, лежащая во тьме, и в этом отношении названа в Писании невидимою. Но подделывающиеся под истину, не приучившие ума своего следовать Писанию, а напротив того, по собственному усмотрению, превращающие смысл написанного, говорят, что сими словами означается материя. Ибо материя, рассуждают они, по природе своей невидима и неустроена, потому что сама в себе взятая бескачественна, не имеет никакого вида и очертания. И ее-то взяв, Художник, по Своей премудрости, образовал и привел в порядок, а таким образом осуществил из нее видимое. Итак если материя не сотворена, то, во-первых, она равночестна Богу, как удостоенная тех же преимуществ. Но что может быть сего нечестивее? Бескачественное, не имеющее вида, крайнее безобразие, не получившую никакого образования гнусность (употребляю собственные выражения сих учителей) удостоить одинакового предпочтения с премудрым, всемогущим и прекраснейшим Создателем и Творцом всяческих! Во-вторых, если материя так вместительна, что может принять в себя все ведомое Богу, то чрез это сущность материи уравнивают они некоторым образом с неисследимым Божиим могуществом, как скоро материя достаточна к тому, чтобы измерить собою весь разум Божий. А если материя мала для Божьего действования, то и в таком случай учение их обратится в нелепую хулу, потому что недостаточностью материи заставят они Бога остаться в бездействии и не довершить дел Своих. Но их ввела в заблуждение скудость естества человеческого. Поскольку у нас каждое искусство трудится над одним каким-нибудь веществом отдельно, например: кузнечное над железом, плотничное над деревами, поелику в сих искусствах иное есть материя, иное форма, а иное – производимое по форме, и вещество берется совне, форма же прилаживается искусством, а произведением бывает нечто сложенное из того и другого, из формы и из материи, то они рассуждают таким же образом и о Божием созидании, что форма дана миру премудростью Творца всяческих, а вещество имел Создатель совне, и произошел сложенный мир, который материю и сущность имеет от иного начала, а очертание и образ получил от Бога. В следствие сего они отрицают, чтобы великий Бог был полновластен при устроении всего сущего, представляют же Его как бы участвовавшим в складчине и малую только долю вложившим от Себя в бытие существ. Так они, по низости своих умствований, не могут досязать взором до высоты истины, потому что здесь искусства позднее веществ, будучи внесены в жизнь нашу по требованию необходимости. Прежде была шерсть, потом родилось ткацкое искусство, чтобы восполнить от себя недостаток природы. Было и дерево, строительное же искусство, взяв и обделывая сие вещество для каждой представлявшейся нужды, показало нам пользу дерев, доставляя мореходцам весло, земледельцам веяльную лопату, воинам древко для копья. Но Бог, прежде нежели существовало что-нибудь из видимого ныне, положив в уме и подвигшись привести в бытие не сущее, вместе и помыслил, каким должен быть мир, и произвел материю соответственную форме мира. Для неба отделил Он естество приличное небу, и в форму земли вложил сущность, свойственную земле и для нее потребную. Огню же, воде, воздуху и формы дал, какие хотел, и в сущность их привел, как требовало умопредставление каждой из творимых вещей. И целый мир, состоящий из разнородных частей, связал Он каким-то неразрывным союзом любви в единое общение и в одну гармонию, так что части, по положению своему весьма удаленные одна от другой, кажутся соединенными посредством симпатии. Посему да прекратят свои баснословные построения те, которые, при немощи собственных умствований, измеряют могущество непостижимое для разумения и вовсе неизреченное на человеческом языке! «Сотвори Бог небо и землю», не в половину каждое, но целое небо и целую землю, самую сущность, взятую вместе с формою, потому что Он не изобретатель только образов, но Зиждитель самого естества существ. Иначе, пусть отвечают нам, каким образом встретились между собою и деятельная сила Божия, и страдательная природа вещества, встретились между собою и вещество, доставляющее материю без образа, и Бог, имеющий знание образов без вещества, встретились так, что недостающее у одного дается другим, дается Зиждителю то, над чем показать искусство, а веществу то, чтобы отложить свое безобразие и неимение формы? Но о сем довольно. Возвратимся к сказанному в начале. «Земля же бе невидима и неустроена». Сказавший: «в начале сотвори Бог небо и землю», умолчал о многом: о воде, о воздухе, об огне, и о видоизменениях, из них происшедших. Хотя все это, как служащее к восполнению мира, очевидно, существовало в целом, однако же история не коснулась сего, чтобы приучить ум наш к самодеятельности, и дать ему случай по немногим данным делать заключения и о прочем. Посему, когда не сказано о воде, что сотворил ее Бог, но сказано, что земля была невидима, рассуди сам в себе: какою же завесою она была покрыта и не являлась зрению? Огонь не мог ее закрывать, потому что огонь светоносен, и к чему присоединяется, тому сообщает скорее видимость, нежели темноту. Также и не воздух был тогда покровом земли, потому что естество воздуха тонко и прозрачно, принимает в себя все образы видимых вещей и передает их взорам видящих. Итак остается нам представить, что вода возвышалась на земной поверхности, пока еще влажная сущность не была отделена в особое место. А от сего земля была не только невидима, но и неустроена, потому что излишество влаги даже и ныне бывает препятствием плодородию земли. Итак одна причина и невидимости и неустроенности, если только под устройством земли разуметь свойственное ей и естественное украшение – жатвы, волнующаяся в долинах, зеленеющие и испещренные различными цветами луга, цветущие холмы и осененные лесами вершины гор. Всего этого еще не было. Земля, по силе, вложенной в нее Создателем, хотя готова была породить все сие, однако же ожидала приличного времени, чтобы, по Божию повелению, произвести на свет свои порождения. Но сказано: «и тма верху бездны». Опять новый предлог к баснословию, новые основания к нечестивым построениям для тех, которые извращают слова по собственным догадкам! Ибо не объясняют по обыкновенному, что тьма есть какой-нибудь не освященный воздух, или место затененное от преграждения света телом, или, вообще, место, лишенное света по какой ни есть причине, но толкуют, что тьма есть злая сила, лучше же сказать, самое зло, само от себя имеющее начало, противоположное и противодействующее Божией благости. Если «Бог свет есть» (1 Ин. 1:5), то сила Ему противоборствующая, говорят они, в сообразность сей мысли, очевидно будет тьма – тьма, не от другого кого имеющая бытие, но самобытное зло, тьма, нечто враждебное душам, нечто производящее смерть, противление добродетели. И в самых словах пророка, по ложному их разумению, показывается, что тьма сия существовала, а не Богом сотворена. И на этом предположении каких не построено лукавых и безбожных учений! Kaкиe «волцы тяжцы» (Деян. 20:29), расточающие Божие стадо, устремлялись на души, ведя начало от сего краткого слова1! Не отсюда ли Маркионы? Не отсюда ли Валентины? Не отсюда ли мерзкая ересь Манихеев, которую, если назовет кто гнилостью в церквах, не погрешит в приличии наименования? Для чего, человек, бежишь вдаль от истины, сам для себя вымышляя случаи к погибели? Просто и для всякого удобопонятно слово; сказано: «земля бе невидима». Какая же тому причина? Та, что земля имела над собою распростертую бездну. Что же за понятие: бездна? Это – множество воды, в котором невозможно достать нижнего предела. Но знаем, что многие тела часто бывают видны сквозь тонкую и прозрачную воду. Почему же ни одна часть земли не показывалась в водах? Потому что разлитый над водою воздух был еще не светел, но темен. Ибо луч солнечный, проходящий чрез воды, показывает часто в глубине мелкие камни. Но в глубокую ночь никто никаким образом не увидит находящегося под водою. Посему словам: «земля бе невидима», пояснением служит присовокупленное, что лежала на ней бездна, и бездна была темная. Итак бездна – не множество сопротивных сил, как представляли себе некоторые, и тьма – не первоначальная какая-нибудь и лукавая сила, противопоставляемая добру. Ибо две силы, по противоположности одна другой уравнивающиеся, непременно будут одна для другой разрушительны, и состоя между собою в непрекращаемой брани, непрестанно будут иметь и доставлять друг другу случаи ко вражде. И если одна из противоположных сил превосходить другую могуществом, то делается совершенно истребительною для преодолеваемой силы. Посему, если говорят, что сопротивление зла добру равносильно, то вводят непрекращающуюся брань и непрестанное разрушение, поелику каждое отчасти одолевает и одолевается. А если добро превосходить силою, то по какой причине природа зла не истреблена совершенно? А если, чего и выговорить невозможно... дивлюсь, как не бегут они сами от себя, будучи увлекаемы в такие злочестивые хулы! Но неблагочестиво сказать и то, будто бы зло имеет начало от Бога, потому что противное от противного не происходит. Жизнь не рождает смерти, тьма не начало свету, болезнь не содетельница здравия. Напротив того, хотя при перемене состоянии бывают переходы из противоположного в противоположное, однако же в рождениях каждая рождающаяся вещь происходит не от противоположного, но от однородного. Итак спрашивают: если зло и не есть нечто несотворенное, и не Богом сотворено, то откуда же имеет свою природу? А что зло существует, сего не будет отрицать никто из причастных жизни. Что же скажем на сие? То, что зло не живая и одушевленная сущность, но состояние души, противоположное добродетели и происходящее в беспечных чрез отпадение от добра. Посему не доискивайся зла вовне, не представляй себе, что есть какая-то первородная злая природа, но каждый да признает себя самого виновником собственного злонравия. Все, что ни бывает, всегда приключается с нами частью по природе, например, старость и немощи, частью по случаю, например, неожиданные встречи чего-нибудь нередко скорбного или и радостного, происходящие от посторонних причин, как-то: роющему колодезь – обретение сокровища, или идущему на рынок – встреча бешеной собаки, частью же от нас зависит, например, взять верх над пожеланиями или не полагать меры удовольствиям, удержаться от гнева или наложить руки на раздражившего, сказать правду или солгать, иметь нрав кроткий и умеренный или гордый и заносчивый. Посему не ищи вовне начал тому, над чем сам ты господин, но знай, что зло, в собственном смысле взятое, получило начало в произвольных падениях. А если бы оно было не произвольно, и не от нас зависело, то как законы не угрожали бы таким страхом обидчикам, так и наказания, налагаемые на преступников в судах по мере вины, были бы тогда неизбежны. Сие пусть будет сказано о зле, в собственном смысле взятом. А болезнь, бедность, бесславие, смерть и другие человеческие скорби не должно и включать в число зол, потому что противоположное им не причисляется нами к величайшим благам, и скорби сии частью бывают по природе, а частью оказываются для многих послужившими в пользу. Итак в настоящем случае, заставив умолкнуть всякое переносное и догадочное толкование, изложим понятие тьмы просто, без тонкостей, следуя намерению Писания. Разум спрашивает: сотворена ли тьма вместе с миром, и первоначальнее ли она света, а поэтому точно ли худшее старше? – Ответствуем, что и сии тьма не что-либо самостоятельное, но видоизменение в воздухе, произведенное лишением света. Какого же света лишенным вдруг нашлось место в мире, так что поверх воды стала тьма? Полагаем, что, если было что-нибудь до составления сего чувственного и тленного мира, то оно, очевидно, находилось во свете. Ибо ангельские чины, все небесные воинства, вообще, какие только есть именуемые и не именуемые умные природы и служебные духи, жили не во тьме, но во свете и во всяком духовном веселии имели приличное для себя помещение. И против сего никто не будет спорить, тем паче тот, кто в числе обетованных благ ожидает пренебесного света, о котором говорит Соломон: «свет праведным всегда» (Притч. 13:9), и Апостол: «благодаряще Бога и Отца, призвавшаго нас в причастие нacледия святых во свете» (Кол. 1:12). Ибо если осужденные посылаются во тьму кромешную, то совершившие дела достойные благоволения, очевидно, имеют упокоение в премирном свете. Посему, когда по Божию повелению, вдруг распростерто было небо вокруг того, что заключилось внутри собственной его поверхности, и стало оно непрерывным телом, достаточным к тому, чтобы отделить внутреннее от внешнего2, тогда по необходимости само небо сделало неосвещенным объемлемое им место, пресекши лучи, идущие совне. Ибо для тени нужно быть в одно время свету, телу и неосвященному месту. Таким образом тьма в мире произошла от тени небесного тела. Сказанное же мною поймешь из очевидного примера, если в ясный полдень поставишь над собою палатку из плотной и непроницаемой ткани, и сам себя заключишь в составившуюся мгновенно тьму. Такою же предположи и оную тьму, то есть, не чем-нибудь предварительно осуществленным, но следствием других вещей. О сей, конечно, тьме говорится, что она возвышалась над бездною, потому что с поверхностями тел обыкновенно соприкосновенны крайние пределы воздуха, но тогда над всеми телами разлита была вода, почему по необходимости сказано, что тьма верху бездны. «И Дух Божий, – говорит Моисей, – ношашеся верху воды». Или дух сей означает разлияние воздуха, и ты разумей, что Писатель перечисляет части мира, то есть, что Бог сотворил небо, землю, воду, воздух, и притом воздух уже разлитый и текущий. Или, что ближе к истине и одобрено прежде нас, духом Божиим назван Дух Святый, потому что Он, по замеченному, преимущественно и исключительно достоин такого упоминания в Писании, и никакой другой дух не именуется Божиим, кроме Святого, восполняющего Собою Божественную и блаженную Троицу. И ты, допустив такое разумение, извлечешь из него большую пользу. Как же Он «ношашеся верху воды»? Скажу тебе не свое мнение, но мнение одного Сириянина, который был столько же далек от мирской мудрости, сколько близок к ведению истинного. Итак он говорил, что Сирский язык выразительнее и, по сродству с Еврейским, несколько ближе подходит к смыслу Писания. Разумение же сего речения таково. Слово «ношашеся», как говорит он, в переводе употреблено вместо слова «согревал» и «оживотворял» водное естество, по подобию птицы, насиживающей яйца и сообщающей нагреваемому какую-то живительную силу. Подобная сей мысль, говорят, означается сим словом и в настоящем месте. Дух носился, то есть приуготовлял водное естество к рождению живых тварей. Таким образом из сего достаточно объясняется предлагаемый иными вопрос: без действия ли оставался Дух Святый в деле творения?

    Примечания

      *1 То есть слово: тьма.
    • 2 Дуцей советует здесь читать: внешнее от внутреннего, согласно с Феодоритом, который в вопросе 6-м на книгу Бытия заимствует все сие место у Св. Василия.

    Источник

    Беседы на Шестоднев, 2

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Сими словами изображается первоначальное состоя­ние новосотворенной земли. Она была невидима, т. е. по­верхность земного шара находилась глубоко под водами, и потому очертания ее нельзя было рассмотреть даже в том случае, если бы было кому смотреть и был свет. Она была «неустроена», т. е. совсем не представляла того благообра­зия, какое явилось на ней в третий и последующие дни, со времени появления на ней царства растительного и разных животных. Кроме того, можно думать, что и во внутреннем своем составе она еще не имела надлежащей плотности и сосредоточенности. Она была в разжиженном состоя­нии – «И тма верху бездны». Не только не было света на самой земле, покрытой водою, но и над самою водою носился непроницаемый мрак, от нее высоко поднимались пары, о густоте которых самое слабое понятие дают бы­вающие теперь густые, непроницаемые туманы и облака. В подобном, вероятно, состоянии находились и прочие планеты и звезды. Посему и сказано в послании ап. Петра: «В начале Словом Божиим небеса и земля составлены из воды и водою» (2 Пет. 3:5). «И Дух Божий ношашеся верху» воды. Здесь идет речь об участии Св. Духа, третьего Лица Пресвятой Троицы, в творении. Дух Святый «ношашеся верху воды», или, точнее с еврейского текста, осенял ее наподобие гнездящейся птицы (Втор. 32:1); это значит, что Дух Святый согревал и оживотворял водное естество и находящуюся под водою землю, для дальнейшего образо­вания их в продолжение шести дней, которое описывается в следующих стихах. Можно думать, что точно также Дух Святый действовал и в отношении к другим мирам.

    Источник

    Паремия за вечернею в навечерие праздников Рождества Христова, Богоявления, Пасхи, также в понедельник первой седмицы Великого поста (Быт. 1:1-13).

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Посему-то, когда приходила в бытие вселенная, прежде, нежели каждое из наполняющих вселенную существ оказалось само по себе, над всем разлит был мрак. Ибо не появлялось еще блистание огня, сокровенное в частицах вещества. Как кремни остаются невидимыми во тьме, хотя по естеству имеют в себе светоносную силу, при взаимном ударении друг о друга порождая из себя огонь; но как скоро является из них искра, и сами они при ее светлости делаются видимыми: так все было невидимо и не явлено, пока не пришла в явление светоносная сущность. Ибо когда по единому мановению Божией воли вдруг нераздельно составилась вселенная, и все стихии были еще одна с другою смешаны, тогда рассеянный по всюду огонь оставался потемненным, омрачаемый преизбытком вещества... (см. ст. 3) К таковому (см. ст. 1) же разумению, утверждаем мы, содействуют поставленные в средине речения; ибо написано: «земля же была безвидна и пуста»: а из сего явствует, что все уже было в возможности при первом устремлении Божием к творению, как бы от вложенной некоей силы, осеменяющей бытие вселенной, но в действительности не было еще каждой в отдельности вещи. Ибо сказано: «земля же была безвидна и пуста»; а сие тоже значит, как если бы сказать: земля и была, и не была; потому что не сошлись еще к ней качества. Доказательством сей мысли служит то, что, по Писанию, была она «невидима». Ибо невидимое не есть цветность; а цветность производится как бы неким истечением образа на поверхность, образ же не возможен без тела. Посему, если земля была невидима, то, конечно, и бесцветна, с бесцветностью же подразумевается неимение образа, и вместе с сиим последним неимение и тела. Следовательно при начальном основании мира земля, как и все прочее, была в числе существ, но ожидала того, что дается устройством качеств, что и значит, прийти в бытие. Писание, сказав, что земля была «невидима», показывает сим, что никакого иного качества не было еще при ней видимо; а наименовав «неустроенною», даст разуметь, что не была еще приведена в огустение телесными свойствами. Еще более уясняется такая мысль писаниями Симмаха, Феодотиона и Акилы. Один сказал: «земля была праздною и безразличною»; другой: «она была пустота и ничто»; третий: «ничто и ничто». А сим, по моему рассуждению, выражается, словом: «праздна», что не была еще в действительности, имела же бытие в одной только возможности, а словом: «безразлична», что качества не были еще отделены одно от другого, и не могли быть познаваемы каждое в особенности и само по себе, но все представлялось взору в каком-то слитном и безразличном качестве, не усматривалось в подлежащем ни цвета, ни образа, ни объема, ни тяжести, ни количества, ни чего-либо иного сему подобного, отдельно в себе самом взятого. На ту же мысль указывают нам слова: «пустота и ничто». Ибо словом: «пустота» Феодотион выразил способность вместить в себе качества; а из сего познаем, что Творец вселенной предварительно дал земле силу приемлемости качеств; была же она какою-то пустотою, и ничего в себе не имела, пока не восполнена качествами. Третье же выражение Акилы, как отысканное им в Философии Эпикура, думаю оставить без рассмотрения. Ибо и Эпикур о первом начале существ говорит нечто подобное, показывая таковыми речениями, что не состоятельное естество атомов есть пустое слово, и ничего не значит; а это подобно выражению: «ничто и ничто». И никто да не подумает о мне, будто бы сим в моем воззрении на речения, понимая оные иносказательно, ввожу смешение понятий, и чрез это соглашаюсь с мнениями тех, которые прежде нас имели подобный взгляд, и говорю: бездною называются отпадшие силы, а под тьмою верху бездны разумеется миродержитель тьмы. Никогда не соглашусь на такую беззаконную мысль, чтобы злобу представлять себе Божиим созданием, когда Божие слово вкратце изрекло ясно: «И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма» (Быт. 1:31). Если добро все, что сотворил Бог, бездна же, и что около нее, не вне созданного Богом; то следует, что и она, хотя есть бездна, в собственном смысле добра, хотя и не сияет еще около сей бездны вложенный в существа свет. Посему, когда слышу в Писании слово: «бездна», утверждаю, что означается сим множество вод. Ибо так определяется сие слово и в Псалмопении, где сказано: «Видели Тебя, Боже, воды, видели Тебя воды и убоялись, и вострепетали бездны» (Пс. 76:17–18). А когда слышу, что около бездны тьма, тогда представляю себе, что вложенная в естество существ светоносная сила еще не явилась.

    Источник

    О Шестодневе

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Земля была покрыта со всех сторон безмерной толщей вод, свойства которых тогда отличались от современных, полученных ею в третий день. "Тьма над бездной" не была, как думал о. А. Мень, злой силой. Св. Василий Великий пишет: "Бездна - не множество сопротивных сил... и тьма - не первоначальная какая-нибудь и лукавая сила, противоположная добру". Прочь от нас нечестие манихеев! Нет, тьма эта - подобная мгле материнского чрева. Она блага и содержит в себе возможность появления других тварей. "Бог есть свет" (1 Ин. 1:5) и поэтому до начала творения везде царил нескончаемый день. Но тогда, когда в одно мгновение были распростерты небеса, то они как шатер скрыли сияние духовного Солнца и впервые появилась тьма, как тень от созданных небес. Поэтому далее Моисей и поставляет на первом месте вечер, ибо после вечного дня наступила ночь, лишенная всякого света, продолжавшаяся 12 часов. В это время над бездной вод, наполнявших всю вселенную носился (букв. "согревал Своими крыльями") Дух Божий. "Он - как пишет св. Ефрем Сирин - согревал, оплодотворял и соделал родотворными воды, подобно птице, когда она с распростертыми крыльями сидит на яйцах, и, во время сего распростертия, своею теплотой производит в них оплодотворение. Сей-то Дух Святой представлял тогда нам образ св. Крещения, в котором, ношением Своим над водами, порождает Он чад Божиих". Таким образом первые воды наполнялись жизненными силами, дабы позднее они породили живые твари.

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    После Моисей говорит не о том, что над твердью, но о том, что между твердью и землей, как бы в недрах каких. Не написал он нам о духах, не говорит, в какой день сотворены они. О земле же пишет, что «была не образована и пуста», – то есть ничего на себе не имела и была пустынна. И так сказал, желая показать, что пустота возникла прежде природ. Впрочем, не говорю, что пустота есть нечто действительно существующее, а хочу только показать, что была тогда одна земля, и кроме ее ничего другого не существовало. Сказав о сотворении неба и земли и указав на пустоту (поскольку время древнее природ, сотворенных по времени), Моисей обращается к описанию самих природ и говорит: «и тма верху бездны». Это показывает, что бездна вод сотворена в то же время. Но как она сотворена в тот день, в который сотворена? Хотя и создана в тот день и в то время, однако же Моисей не написал здесь, как она сотворена, потому и мы должны принять, что бездна появилась в то время, как написано, и от самого же Моисея ожидать объяснения, как она сотворена. Тьму «верху бездны» некоторые почитают тенью неба. Если бы твердь сотворена была в первый день, то мнение их могло бы иметь место. А если бы горния небеса подобны были тверди, то глубокая тьма лежала бы между небесами и небесами, потому что Бог не сотворил еще и не водрузил свет, который бы своими лучами разгонял там тьму. Если же небесная область светла, как свидетельствует Иезекииль, Павел и Стефан, и небеса светом своим разгоняют тьму, то как распростирали они тьму над бездной? Если все сотворенное (хотя написано, или не написано о сотворении того) сотворено в шесть дней, то облака появились в первый день. Огонь – вместе с воздухом, хотя о нем и не написано; так и облака сотворены вместе с бездной, хотя и не написано, что сотворены вместе с бездной, подобно тому, как не написано о сотворении огня вместе с воздухом. Ибо надлежало, чтобы все было сотворено в шесть дней. Происхождение же облаков нам известно, и потому должны мы полагать, что облака сотворены вместе с бездной, ибо они всегда рождаются от бездны. «И Илия видел облак..., восходящий из моря» (3 Цар. 18:44), и Соломон говорит: «в чувстве его бездны разверзошася, облацы же источиша росу» (Притч. 3:20). В том, что облака сотворены в это именно время, то есть в первую ночь, убеждает нас не одна сущность облаков, но и само их действие, – ибо полагаем, что благодаря им произведена первая ночь. Подобно тому, как облака простирались над Египтом три ночи и три дня и произвели ночь, так же распростерлись облака над целым миром в первую ночь и в первый день творения. Если облака были прозрачны, то первый день имел некоторое освещение, потому что сияния горних небес было достаточно, чтобы заменить свет, сотворенный после того, в первый же день. По прошествии ночи и дня, в вечер второй, сотворена твердь, и она с того времени тенью своей производила следующие затем ночи. Таким образом, в вечер перед первой ночью Бог создал небо и землю, с ними сотворил и бездну, и облака, а они-то, распростершись над всем, произвели темную ночь. А после того, как тень эта покрывала все в продолжении двенадцати часов, сотворен был свет, и он рассеял тьму, распростертую над водами. Сказав о тьме, что тьма была распростерта «верху бездны», Моисей продолжает: «и дух Божий ношашеся верху воды». Дух Божий есть Святый Дух Бога Отца, исходящий от Него не временно, по сущности и творческой силе равный Отцу и Единородному Сыну Его. Дух сей, особо и самостоятельно отличаемый от Отца, в Божественном Писании именуется Духом Божиим и Духом Святым. О нем говорится: «ношашеся над водами, чтобы вложить родотворную силу в воды, в землю и в воздух, и они оплодотворились, породили в себе и произвели растения, животных и птиц». Духу же Святому подобало носиться в удостоверение, что творческой силой равен Он Отцу и Сыну. Ибо Отец изрек, Сын сотворил; подобало и Духу привнести Свое дело. И сие явил Он «ношением», явственно показав тем, что все приведено в бытие и совершено Троицей. Притом должно знать, что Писание, когда повествует о творческой силе Божества, не представляет нам иного духа, который бы, как нечто сотворенное и произведенное, вместе с Богом носился над водами, – но говорит о Духе Святом. Он согревал, оплодотворял и соделовал родотворными воды, подобно птице, когда она с распростертыми крыльями сидит на яйцах и во время этого распростертия своей теплотой согревает их и производит в них оплодотворение. Сей-то Дух Святый представлял нам тогда образ Святого Крещения, когда «ношением» Своим над водами Он порождает чад Божиих.1

    Примечания

    • 1 Так это место читается в сирийском издании Ассемана, т. 1, с. 117–118.

    • Источник

      Толкование на книгу Бытие

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    И Дух Божий носился над водами. Вместо того, что написано в наших книгах "носился", в еврейском тексте стоит merefeth (מְרַחֶ֖פֶת), что можно передать как "высиживал" или "согревал". Это подобно птице, своим теплом оживляющей яйца птенцов. Отсюда становится ясно, что речь идёт не о "духе мира", как полагают некоторые, а о Святом Духе. Он же называется и Оживителем всего от начала. А если Он Оживитель, то, следовательно, и Творец. А если Творец, то и Бог. Ведь сказано: "Пошли Духа Твоего, и они будут сотворены" (Пс. 103:30).

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Земля вся, говорит, «была безвидна и пуста». Почему, скажи мне, (Бог) небо произвел светлым и совершенным, а землю — безобразною (αμορφωτον)? И это сделал Он не напрасно, но для того, чтобы ты, познав Его творчество в лучшей части творения, оставил прочие недоумения и не думал, будто это произошло от недостатка могущества.

    Кроме того, Он создал землю безобразною и по другой причине. Так как она есть наша и кормилица, и мать, от нее мы и произошли, и питаемся, она для нас и отчизна, и общий гроб, в нее мы опять возвращаемся, и чрез нее получаем бесчисленные блага, — то, чтобы люди за полезное и необходимое не стали почитать ее сверх надлежащего, показывает тебе ее наперед безобразною и неустроенною (αδιατυπωτον), так чтобы получаемые от земли благодеяния ты приписывал не природе земли, но Тому, Кто привел ее из небытия в бытие. Поэтому и говорит: земля же «была безвидна и пуста».

    Может быть, мы слишком скоро и рано привели ваш ум в напряженное состояние отвлеченными рассуждениями; поэтому считаем нужным остановить на этом слово, прося вашу любовь запомнить сказанное, да и всегда иметь это в свежей памяти, а как выйдете отсюда, то, вместе с чувственною трапезою, предлагайте и духовную трапезу: муж пусть передает нечто из сказанного здесь, а жена пусть слушает, дети пусть поучаются, да и слуги пусть получают урок, и таким образом, дом пусть будет церковью, чтобы убежал оттуда диавол и скрылся этот лукавый демон и враг нашего спасения, почивала же бы там благодать Святого Духа, совершенный мир и единодушие ограждали живущих. Помня сказанное прежде, вы с большею готовностью станете принимать и то, что будет после предлагаемо; и мы также с большим усердием и обилием будем излагать то, что подаст божественная благодать, когда увидим, что посеянное произрастает. Так и земледелец, когда увидит, что семена произрастают, тогда с великим усердием смотрит за нивами и с охотою принимается засевать и другие места.

    5. Итак, чтобы возбудить в нас больше усердия, покажите точное сохранение уже сказанного, и с истинными догматами соедините великое попечение о жизни. «Так да светит, — говорит (Господь), — свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16). Пусть жизнь соответствует догматам, и догматы будут глашатаями жизни. «Вера без дел мертва» (Иак. 2:26), и дела без веры мертвы. Если мы содержим здравые догматы, но нерадим о жизни, нам не будет никакой пользы от догматов; и опять, если мы заботимся о жизни, но хромаем в догматах, и в этом случае также не будет пользы. Поэтому необходимо, чтобы наш духовный дом был прочен с обеих сторон. «Итак всякого, — говорит Господь, — кто слушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному» (Мф. 7:24). Видишь, как Он желает, чтобы мы не только слушали, но и исполняли и показывали делами то, что слушаем, называя мудрым того, кто поступает сообразно с словами, а глупым того, кто не идет далее слов. И это справедливо, потому что последний, говорит Господь, «который построил дом свой на песке», отчего она не могла вынести напора ветров, но тотчас упала (Мф. 7:26, 27). Таковы души беспечные, не утвердившиеся на духовном камне. (В словах Господа) речь не о постройке и доме, но о душах, которые приходят в колебание и от малого искушения. Под именем ветра, дождя и рек Господь показал действие на нас искушений. Человек твердый, бодрый и трезвенный от этого еще более укрепляется, и, чем более умножаются скорби, тем более возрастает его мужество; а нерадивый и беспечный, лишь подует на него легкий ветерок искушения, тотчас колеблется и падает, не от свойства искушений, но от слабости своей воли. Поэтому нужно трезвиться, бодрствовать и быть готовым ко всему, чтобы и в счастье быть нам сдержанными, и в скорбях не унывать, а сохранять великое благоразумие, непрестанно воссылая благодарность человеколюбивому Богу. Если мы так будем устроять нашу жизнь, то получим великую благодать свыше, и будем в состоянии и настоящую жизнь проводить в безопасности, и в будущей жизни приготовить себе великое дерзновение, коего да достигнем все мы, по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.


    Источник

    Беседы (гомилии) на книгу Бытия, 2
    PG 51, 25-31

    ***

    Чтение божественного Писания подобно сокровищу. Как получивший из сокровища и малую частицу приобретает себе великое богатство, так и в божественном Писании даже в кратком речении можно найти великую духовную силу и неизреченное богатство мыслей. И не только сокровищу подобно слово Божие, но и источнику, источающему обильные потоки, и имеющему много воды: это все мы узнали на самом деле вчера. Начав с первых слов книги творения, мы все поучение посвятили словам: в начале сотворил Бог небо и землю, и однако не могли обнять всего, потому что велико богатство этого сокровища и обильны потоки этого духовного источника. Не удивляйся, что так случилось с нами: и наши предки по своим силам черпали из этих потоков, и наши потомки будут делать тоже самое, и однакож не будут в состоянии исчерпать все; напротив воды будут прибывать и потоки умножаться. Таково свойство потоков духовных: чем более будут черпать из них, тем более начнет прибывать и умножаться благодать духовная. Поэтому и Христос сказал: кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой (Ин. 7:37, 38), — показывая нам обилие этих потоков. Если же таково свойство духовных потоков, то пусть каждый из нас в обилии принесет сосуды ума, чтобы наполнив их, возвратиться домой, потому что благодать Духа, как усмотрит пламенное желание и возбужденный ум, сообщает дары свои в обилии. Итак, оставив все житейское и вырвав из себя заботы, могущие подобно тернию заглушать ум наш, сосредоточим нашу мысль на духовных стремлениях, чтобы выйти нам отсюда с многою пользою, с великим и славным приобретением. Но чтобы (наша) речь была для вас яснее, напомним вашей любви нечто из сказанного вчера: таким образом и то, что будет сказано сегодня, соединим со вчерашним как бы в одно тело. Вчера, как помните, мы показали, как блаженный Моисей, повествуя нам о творении этих видимых стихий сказал: в начале сотворил Бог небо и землю: земля же была безвидна и пуста, и объяснили вам то, почему и для чего Бог создал землю безобразною и неустроенною, — думаю, что все это вы хорошо помните. Затем сегодня нужно рассмотреть последующие слова.

    Сказав: земля же была безвидна и пуста, Моисей с точностью объясняет нам, отчего она была невидима и неустроена, и говорит: и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. Смотри, как здесь блаженный пророк не говорит ничего лишнего, и как не описывает, по частям, все сотворенное, но сказав нам о главнейших стихиях, и упомянув о небе и земле, все прочее оставляет. Так он, не сказав о сотворении вод, говорит: и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. Они-то и покрывали лицо земли, т. е. тьма и бездна вод. Отсюда мы узнаем, что все видимое было бездною вод, покрытою мраком, и нужен был премудрый Творец, чтобы прекратить все это нестроение и привести все в благообразный вид.

    И тьма, говорит, над бездною, и Дух Божий носился над водою. Что означают слова: Дух Божий носился над водою? Мне кажется, означают то, что водам была присуща некоторая жизненная деятельность и что это была не просто стоячая и неподвижная вода, но движущаяся и имевшая некоторую жизненную силу. Неподвижное ни к чему не годно, а движущееся пригодно на многое.

    Итак, чтобы научить нас, что эта вода, великая и необычайная, имела некоторую жизненную силу, Моисей сказал: и Дух Божий носился над водою. А божественное Писание наперед говорит об этом не без причины, но так как оно имеет в виду показать нам, что из этих вод, по повелению Создателя вселенной, произошли и животные, то и дает здесь уже знать слушателю, что вода не была просто стоячая, но двигалась, разбегалась и все заливала.


    Источник

    Беседы (гомилии) на книгу Бытия, 3
    PG 51, 31-33

    ***

    Земля «же была безвидна и пуста». Почему Моисей небо представил законченным, а землю устраиваемой постепенно? Для того чтобы ты, познав могущество Его в (создании) лучшей стихии, удостоверился, что Он мог и землю, подобно небу, произвести вполне оконченной. Но Он сделал не так для тебя и твоего спасения. Как, скажет (кто–либо), для меня, и моего спасения? Земля есть общая трапеза, и отечество, и кормилица, и мать, — общий и город, и гроб. Из нее и отсюда же и пища для наших тел; на ней мы живем и проводим время и по смерти возвращаемся опять в нее. Итак, чтобы насущная польза не возбудила в тебе удивления к ней более надлежащего, чтобы многочисленность благодеяний не увлекла к нечестию, (Моисей) предварительно показывает ее тебе безобразной и безвидной, чтобы ты, увидев ее несовершенство, удивлялся Тому, Который создал ее и вложил в нее всю эту силу, чтобы ты прославил Того, Кто устроил это для нашего пользования. Прославляется же Бог не только правыми догматами, но и жизнью: «да светит, сказано, свет ваш перед людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16).

    4. Хотел я присовокупить еще слово о милостыне, но, кажется мне, излишне учить вас словом, когда учит вас делами сидящий теперь среди вас, общий ваш отец и учитель разумеется епископ антиохийский Флавиан. Он как будто для того и получил от предков отцовский дом, чтобы отдать его на пользу странникам; он совсем уступил его гонимым отовсюду за истину, принимает их и оказывает им всякие услуги, так что я не знаю, нужно ли его называть домом его или домом странников; лучше же потому считать его домом его, что он есть дом странников. И точно, имущество наше тогда особенно бывает нашим, когда мы им пользуемся не для самих себя, но исключительно для бедных. Как же это, сейчас скажу. Если я отдам деньги в руки бедного, то ни обманщик не нападает, ни завистливый глаз не засматривается, ни разбойник, ни тать, разломав стену, не похищает их, ни слуга, укравши, не убегает, потому что эта кладовая безопасна. А если закопаешь золото дома, то ты подвергаешь его опасности и от разбойника, и от стенокопателя, и от завистника, и от обманщика, и от слуги, и от всякого вреда. Часто бывало, что, благодаря множеству дверей и запоров уцелевши от внешних нападений, (золото) не избегало рук стражей, что те, которым вверено его охранение, похищали его и убегали. Видишь, что мы тогда–то особенно бываем господами своего имущества, когда вверяем его бедным. И не ради только целости это безопаснейшее место, но и потому, что приносит большую пользу и прибыль. Если дашь взаймы человеку, то получишь сотую часть разумеется, вероятно, сотая часть роста или один процент в месяц, т. е. 12 процентов в год, а если через бедных дашь взаймы Богу, то получишь не сотую часть, а во сто раз большую. Если ты сеешь на плодородной земле, то и тогда, когда она принесет обильную жатву, получишь в десять раз более против посеянного. Но если посеешь для неба, то прибыль возрастет во сто раз и ты получишь жизнь вечную, не стареющую и бессмертную. Притом, здесь для сеющих семена много труда, а там посеянное произрастает без плуга, без волов, без землепашцев и без всякого беспокойства, и сеющим там не нужно никогда бояться ни засухи, ни наводнения, ни медвяной росы, ни града, ни массы саранчи, ни другого чего-либо. От всякого такого вреда (Бог) оградил сеемые там семена. А если нет ни труда, ни опасности, ни страха, ни какого-либо неблагоприятного обстоятельства, напротив, вырастает гораздо более, чем посеяно, и произрастает столько доброго, «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку» (1 Кор. 2:9), то не будет ли крайней беспечностью, оставив большее, гнаться за меньшим, бросив верное, стремиться за неверным, весьма опасным и гибельным? Какое извинение, какое прощение будет нам, если это делаем? Ссылаемся, конечно, на бедность: но мы не беднее той вдовицы, которая имела только две лепты, и те положила (Лк. 21:2). Поревнуем же богатству ее, будем подражать величию ее намерения, чтобы получить нам и уготованные ей блага, которых да удостоимся все мы благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.


    Источник

    Проповеди (8 слов) на книгу Бытия, 1

    ***

    «Тьма, — гово­рит он, — была над бездною». Бездною называется мно­жество вод. А что и бездны произошли, об этом свидетель­ствует Писание, когда говорит: «когда еще не существовали бездны, ...прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов» (Притч. 8:24—25), — следовательно, и бездны произошли.

    Слушай, как произошел некогда и воздух. «И Дух Божий носился над водою». Под духом бытописатель разумеет не Святого Духа, — потому что несоздан­ное бытие не причисляется к созданию, — а называет так движение воздуха. Подобно тому как в повествовании об Илии пророке написано: «небо сделалось мрачно от туч и от ветра» (3 Цар. 18:45), так и здесь под духом разумеется воздух.

    Слушай дальше внимательно. «Тьма была, — говорится, — над бездною» (Быт. 1:2). Следовательно, скажут, и тьму сотворил Бог? Сознаемся, что мысль глубока, но так как мы находимся часто среди слушателей, из которых одни слушают с любовью, а другие любят порицать, то нельзя оста­вить указанных слов без объяснения, дабы не оказалось, что обещаем мы много, а даем мало. Итак, откуда же тьма? Бог, говорят, ее не создал, потому что Бог не творит ни тьмы, ни мрака. Что же в таком случае мрак? Многие гово­рили, что это тень от неба. Когда, говорят, произошло горнее небо, а небесных светил еще не существовало, то земля обнажилась и явился мрак. Но горнее небо светло, а не темно, потому что оно, хотя и не имеет солнца, луны и звезд, светло по самой своей природе. Если же, таким образом, небо нахо­дилось вблизи сверху, а земля была распростерта внизу, — све­тящий вверху, а освещаемое внизу, то откуда мрак? Мне ду­мается, можно объяснить таким образом: так как вода по­крывала поверхность земли, то над водами собирался густой туман, как это бывает и теперь над реками; производящий тьму туман образовал облака, облака же, бросая тень, произвели тьму. Что облако производит тьму, об этом говорится и в Писании: «небо сделалось мрачно от туч» (3 Цар. 18:45).

    Нужно, однако, заметить и об аллегорических толкованиях еретиков. Неко­торые еретики осмеливались утверждать, что мрак есть диавол, а бездна — демоны; когда же Бог сказал: «да будет свет», то этими словами повелел быть Сыну. Они не стыдятся таким образом называть диавола старшим, чем Сын, потому что если бездна — демон, а тьма — диавол, и затем Бог сказал: «да будет свет», т.е. Сын, то диавол не только равночестен с Ним, но и старше Его. Подлинно, о таком нечестии не сле­дует и вспоминать, — сказал же я, чтобы вы не оставались в незнании. Итак, тьма была тогда от облаков. Такова же тьма была и в Египте, — тьма не от того, что настала ночь, а от образовавшегося тумана (Исх. 10:22). Точно также было и на горе Синае: мрак был не от наступившей ночи, а от осе­нявшего облака (Втор. 4:11). Так же произошла тьма и при распятии Христа — не от наступившей ночи, а от происшедшего затмения. Итак, слова божественные следует понимать не в буквальном смысле. «И дух Божий носился над водою». Под духом бытописатель разумеет ветер, как в другом месте и псалмопевец, когда говорит: «ветром бурным Ты сокрушишь корабли Фарсийские» (Пс. 47:8), называя духом движение воздуха. Не подумай, что иное — воздух, а иное — ветер, потому что сам воздух, если его приводить в движение, производит ветер, как об этом свидетельствует опыт. Так, часто, приводя в движение спокойный воздух опахалом или веером, мы получаем от движения воздуха ветер. Чтобы показать самым словом «дух», что ветер есть движение воздуха, бы­тописатель для того и сказал: «носился», поскольку ветру свой­ственно носиться над творением.


    Источник

    О творении мира (также приписывается еп. Севериану Гавальскому), день 1.

    ***

    «Земля же была, — говорится, — безвидна». Что значит «безвидна»? Многие святые отцы, как я знаю, говорили, будто не­видима была земля потому, что покрывалась водою. Но многие мнения хотя и благочестивы, однако не истинны. Например, три друга Иова, видя его в искушениях, полагали, что святой страдает справедливо, и говорили: если бы ты не огорчал вдов, если бы не угнетал сирот, то Бог не навел бы на тебя этих бедствий. Так как они не знали намерения Бога, то предпо­читали скорее признать, что Иов страдает справедливо, чем утверждать, что Бог навел бедствия неправедно. Они ратовали за Бога, и, тем не менее, Бог обличает их: почему «вы говорили о Мне не так верно, как раб Мой Иов» (Иов. 42:8)? Итак, что значит: «земля же была безвидна и пуста»? Толковники изъяснили это определенно. Акила говорит: земля же была пустота и ничто. Невидима была, следовательно, не в том смысле, что ее было не видно, а в том, что была, так ска­зать, не убрана. Она не была еще разукрашена растениями, не была еще увенчана плодами, не была еще опоясана реками и источниками, не была еще украшена остальными разнообразными видами благолепия, не была еще одарена способностью рождать — и потому была невидима. Писание говорит о некотором храб­ром и красивом муже: не он ли «убил одного Египтянина» видимого (2 Цар. 23:21). Есть, следовательно, муж неви­димый? Нет, а говорится это очевидно в том смысле, что муж достоин того, чтобы его видели. Следовательно, как египтянин назван мужем видимым в том смысле, что он заслуживает того, чтобы его видели, так и земля названа не­видимой в том смысле, что была не украшена.


    Источник

    О творении мира (также приписывается еп. Севериану Гавальскому), беседа на день 2. § 3

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Вопрос. Как земля была невидимой и неустроенной – Бог ее не свершил, или как? Ответ. Земля была невидима и неустроена не по существу, но по неукрашенности и внешнему виду. Не были воды обустроены на своих местах, чтобы явилось ее существо, и чтобы она украсилась деревьями и цветами; и завязями. Ибо ее покрывала пучина; и нигде она не была опоясана родниками и реками, не была испещрена. Из нее по Божией воле вышли животные. Но как бы одеждой скорби она была одеяна некоторой бездной, как именно сказал божественный певец Давид: «Бездна, как свитое полотно, одеяние его». В образе океана до сих пор всегда окружает землю.

    Источник

    "Вопросы св. Сильвестра и ответы прп. Антония". Вопрос 63.
  • **
  • и Дух Божий носился над водою Нелепо причислять Несозданного к созданию. Но это вправду может быть понято богоприлично: Он носился по водам, согревая этим самым воды для творения жизни: как птица, когда высиживает, влагая некую жизненную силу разогреванием воды. Так что «вскипел» бесчисленный род рыб.

    Источник

    "Вопросы св. Сильвестра и ответы прп. Антония". Вопрос 55.

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Безвидна и пуста. В египетских представлениях о началах содержится идея «несуществующего», весьма похожая на то, что описано в Бытие. «Несуществующее» рассматривается как нечто еще не разграниченное и не получившее назначения. Никакие пределы и определения еще не утверждены. Тем не менее египетская мифология также передает мысль о потенциальных возможностях и качествах абсолютного бытия. Дух Божий. Некоторые переводчики истолковали это выражение как «вихрь», или «ветер» (древнееврейское слово, переведенное как «Дух», иногда переводится в других местах как «ветер»). Это находит параллель в *вавилонской поэме *«Энума элиш», где бог неба Ану, создает четыре ветра, которые тревожат морские глубины и их богиню, *Тиамат. Там ветер действует как разрушительная сила, вызывающая волнение. Описание подобного явления можно обнаружить в видении Даниила о четырех зверях, где «четыре ветра небесных боролись на великом море» (7:2), вследствие чего эти звери были потревожены. Если это предположение верно, то слово «ветер» могло входить в описание ст. 2 наряду со словом «тьма».

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Так как во втором стихе отдельно говорится и об участии Духа Божия в деле творения, то ясно, что Бог действовал при создании мира как превечная Троица1. Открыв тайну происхождения мира как целого и его двух составных частей — неба и земли, бытописатель переходит к описанию порядка образования мира в его теперешнем виде, во всем разнообразии его видимых форм, и так как летопись бытия предназначалась в поучение жителям земли, то и главное внимание его обращается именно на историю образования земли, так что во втором стихе уже не упоминается о небе2. В первобытном своем состоянии «земля была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою». Это было только что сотворенное бесформенное вещество — хаос3 «тогу-ва-богу», в котором бродили слепые силы вещества, ожидая зиждительного слова Творца, и над этою-то бродящею бездною была тьма, и только творческий Дух Божий носился над водою, как бы оплодотворяя зародыши и семена имевшей возникнуть жизни на земле. Откровение ничего не сообщает о продолжительности такого хаотического состояния. Только с известного момента началась творчески-образовательная деятельность Творца, и она совершилась в шесть последовательных периодов времени, называемых днями творения.

    Примечания

      *1 На это, отчасти, указывает и самый оборот еврейского подлинника в первом стихе: «Берешит бара Элогим эт гаш-шамаим ве эт гаарец, т.е. «В начале сотворил Бог небо и землю».
    • 2 Под небом разумеется как звездный, так, и главным образом, высший духовный мир, сотворение которого совершилось раньше сотворения земли, так что ангелы, как служащие духи, уже исполняли волю Божию и славословили Творца при совершении Им отдельных актов творения (Иов. 38:7).
    • 3 Хаос — от греч. лью, сливаю все вместе, перемешиваю. В Библии это слово не употребляется, но самое понятие содержится в повествовании и находит себе подтверждение у отцов церкви, напр, у Вас. Великого и Григория Богослова. Евр. тогу-ва-богу соответствует этому представлению.
    • А.П.Лопухин придерживается креационизма "дня-эпохи", который, как показывают современные авторы (свящ. Даниил Сысоев, иером. Серафим (Роуз)), придерживающиеся традиционного толкования, имеет мало оснований в Святоотеческом Предании.

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Земля же... Под словом "земля" в Библии может подразумеваться не только земной шар, но и видимое небо; понятие "материя" также может быть обозначено этим словом.

    безвидна и пуста. Описание первичного хаоса, который в потенциале содержит в себе то, что станет физическим небом и землей.

    тьма над бездною. Тьма образно-символическое обозначение первичного хаоса. "Над бездною" и "над водою" (Быт. 1:2) в еврейском тексте стоят два близких по значению слова, которые обозначают массу воды, образующую целую "бездну" (т.е. массу чего-то расплавленно-бесформенного).

    Дух Божий. Точнее: Дух Всесильного. См. Ин. 4:24; 2 Кор. 3:17. Некоторые экзегеты полагают, что здесь говорится о Духе Святом Третьем Лице Святой Троицы.

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    1, 1-2. «Сотвори Бог небо и землю. Земля же бе невидима и неустроена» («безвидна и пуста» – русский текст). Свят. Василий спрашивает: «Почему, когда и то и другое, и небо и земля сотворены равночестно, небо доведено до совершенства, а земля еще несовершенна и не получила полного образования? Или вообще, что значит неустроенность земли? И по какой причине была она невидима? Совершенное устройство земли означает обилие ее произведений, прозябание всякого рода растений, появление высоких дерев и плодовитых, и неплодовитых, доброцветность и благовоние цветов, и все то, что в скором времени должно было по Божию повелению произникнув на земле, украсить прародившую все сие. А как ничего этого еще не было, то Писание справедливо наименовало землю неустроенною. Но то же самое можем сказать и о небе. И оно не имело еще полного образования, не получило свойственного ему украшения; потому что не освещалось луною и солнцем, не венчалось сонмами звезд. Всего этого еще не было; а потому не погрешишь против истины, если и небо назовешь неустроенным» (Шестоднев II, I, стр. 14). Свят. Амвросий говорит об этой работе первого дня как об «основании» мира: «Хороший архитектор кладет сперва основание, и затем, когда основание уже положено, задумывает различные части строения, одну за другой, и затем прибавляет к этому украшения... Почему же Бог не даровал стихиям в то же самое время, как они возникли, свойственные им украшения, как если бы Он, в самый момент творения был не способен заставить небо тотчас же мерцать усеивающими его звездами и землю быть одеянной цветами и плодами? Так вполне бы могло быть. Писание, однако, указывает, что вещи были сперва сотворены и лишь затем приведены в порядок, чтобы не думали, будто они не были в действительности сотворены и, будто они имели начала, как если бы природа вещей была как бы то ни было произведена от начала и не представлялась чем-то привнесенным впоследствии» (Six Days, 1:7, р. 26, 28-29). Преп. Ефрем говорит: «(Он) сказал, желая показать, что пустота была прежде природ (вещей)... Была тогда одна земля и кроме нее ничего другого не было» (стр. 211-212). 1, 2. «И тьма верху бездны». Воды «бездны» были созданы вместе с землей и полностью покрывали землю. В этом была причина ее незавершенного внешнего вида. Отцы допускают, что был некий свет, созданный с небесами, поскольку небеса суть область света; но если так, то облака, покрывающие землю, препятствовали его проникновению на землю. Преп. Ефрем пишет: «Если все сотворенное (хотя написано или не написано о сотворении того) сотворено в шесть дней; то облака сотворены в первый день... Ибо надлежало, чтобы все было сотворено в шесть дней» (гл. I, стр. 212). (Это, между прочим, еще одно указание, что делание шести дней отлично от продолжающейся после того творческой активности Бога, и что мы не можем понять его путем обратной проекции нашего настоящего опыта). Свят. Амвросий специально опровергает мнение, что «тьма» здесь означает аллегорические силы зла (Six Days, 1:8). 1, 2 «И Дух Божий ношашеся верху воды». Здесь мы видим активность Третьего Лица Святой Троицы в деле творения. Свят. Амвросий пишет: «Оставалось еще прийти полноте действия в Духе, как написано: «Словом Господним небеса утвердишася, и духом уст Его вся сила их» (Пс. 32:6)... Дух надлежащим образом носился над землей, определяя произрастать плодам, ибо содействием Духа она удерживала семена нового рождения, которые должны были прорасти по слову Пророка: «Послеши духа Твоего – и созиждутся, и обновиши лице земли» (Пс. 103:30). (Six Days, 1:8, р. 32-33). Преп. Ефрем дает нам простой образ действования Духа в первый день: «Согревал, оплодотворял и соделывал родотворными воды, подобно птице, когда она с распростертыми крыльями сидит на яйцах, и во время сего распростертия своею теплотою согревает их и производит в них оплодотворение. Сей-то Дух Святый представлял нам тогда образ святого крещения, в котором ношением Своим над водами порождает Он чад Божиих» (гл. I, стр. 214). Дух Святый также участвовал и в остальных днях творения, ибо Иов говорит о Нем: «Дух Божий сотворивый мя» (Иов. 33:4).

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Земля же была безвидна и пуста, Понятие «земли» на языке Библии часто обнимает собой весь земной шар, со включением сюда и видимого неба как его наружной атмосферической оболочки (Быт. 14:19, 22; Пс. 68:35). В этом именно смысле оно употреблено и здесь, как это очевидно из контекста, по свидетельству которого хаотическая масса этой «земли» впоследствии выделила из себя твердь и воду (Быт. 1:7). Слова «безвидна и пуста», которыми характеризуется первобытная масса, заключают в себе мысль о «тьме, беспорядке и разрушении» (Ис. 40:17, Ис. 45:18; Иер. 4:23–26), т. е. дают идею о состоянии полного хаоса, в котором элементы будущего света, воздуха, земли, воды и также все зародыши растительной и животной жизни не поддавались еще никакому различению и были как бы перемешаны между собой. Лучшей параллелью к этим словам служит место из книги Премудростей Соломона, в котором говорится, что Бог сотворил мир из «необразного вещества» (Прем. 11:18) и (2 Пет. 3:5). и тьма над бездною, Эта тьма была естественным следствием отсутствия света, который еще не существовал в качестве отдельной самостоятельной стихии, будучи выделен из первобытного хаоса лишь впоследствии, в первый день недели творческой деятельности. «Над бездною» и «над водою». В тексте подлинника стоят здесь два родственных по смыслу еврейских слова (tehom и maim), означающих массу воды, образующую целую «бездну»; этим самым делается указание на расплавленное жидкообразное состояние первозданного, хаотического вещества. и Дух Божий носился над водою. В объяснении этих слов толковники довольно сильно расходятся между собою: одни видят здесь простое указание на обыкновенный ветер, ниспосланный Богом для осушения земли (Тертуллиан, Ефрем Сирин, Феодорит, Абен-Езра, Розенмюллер), другие – на Ангела, или особую умную силу, назначенную для той же цели (Златоуст, Кайзетан и др.), третьи, наконец, – на Ипостасного Духа Божия (Василий Великий, Афанасий, Иероним и большинство прочих экзегетов). Последнее толкование предпочтительнее прочих: оно указывает на участие в деле творения и третьего лица Святой Троицы, Духа Божия, являющего Собой ту зиждительно-промыслительную силу, которая, по обще-библейскому воззрению, обусловливает происхождение и существование всего мира, не исключая и человека (Быт. 2:7; Пс. 32:6; Иов. 27:3; Ис. 34:16; Деян. 17:29 и др.). Самое действие Святого Духа на хаос уподобляется здесь действию птицы, сидящей в гнезде на яйцах и согревающей их своей теплотой для пробуждения в них жизни (Втор. 32:11). Этим самым, с одной стороны, позволяется усматривать в хаосе и некоторое действие естественных сил, аналогичное процессу постепенного образования в яйце зародыша, с другой, – как эти самые силы так и результаты их поставляются в прямую зависимость от Бога.

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Вопрос 5. Если земля была, то как она пришла в бытие? А писатель говорит: «земля же бе». Этот вопрос очень пуст и несмыслен. Сказавший, «в начале сотвори Бог небо и землю» (Быт. 1:1), не сказал, что земля вечна, но говорит, что после неба, или вместе с небом, получила она бытие. При том же писатель сказал не в отрешенном смысле: «земли же бе», но присовокупил и следующее: «земля же бе невидима и неустроена» (Быт. 1:2), т. е. приведена в бытие Богом всяческих, но еще была «невидима», потому что покрывала ее вода, и «неустроена», потому что не была еще украшена растениями, цветущими лугами, рощами и жатвами. ... Вопрос 6. Моисей не научил нас, что и воды создал Бог. Впрочем, сказав: «земля же бе невидима и не устроена, и тма верху бездны», показал, что с землей создано и естество вод. И узаконивая о субботе, Бог всяческих сказал: «шесть дней делай..., в день же седмый суббота (покой) Господу Богу твоему... Зане в шести днех сотвори Господь Бог небо и землю, море и вся яже в них» (Исх. 20:9–11). А из сего явствует, что всякое в них существо, видимое или невидимое, чувственное или мысленное, все кроме сущности Божией имеет тварную природу. Да и божественнейший Давид, сказав: «блажен, ему же Бог Иаковль помощник его, упование его на Господа Бога своего, сотворшаго небо и землю», присовокупил: «море и вся яже в них» (Пс. 145:5–6). ... Вопрос 7. Какого же света лишенным нашлось в мире место, чтобы тьме быть «верху воды»? Рассуждаем, что если было что прежде этого чувственного мiра; то, очевидно, было сие во свете; потому что чины ангельские и все небесные воинства жили не во тьме, но во свете и во всяком духовном веселии. И сего не будет оспаривать никто из допускающих в числе обетованных благ и тот пренебесный свет, о котором говорит Соломон: «свет праведных всегда» (Притч. 13:9). И апостол сказал: «благодаряще... Отца, призвавшаго нас в причастие наследия святых во свете» (Кол. 1:12). Итак, поскольку небо, по Божию повелению, вдруг распростерлось над всем объемлемым собственной его окружностью, небесный же свод имеет плотность, достаточную к тому, чтобы отделить внешнее от внутреннего; то сей небесный свод, по необходимости, пресекши внешние лучи, образовал объемлемое им несветлое место. Ибо для произведения тени должны стекаться три вещи: свет, тело и неосвещенное место. А потому эта мировая тьма была произведена небесным сводом. ... Вопрос 9. Какой дух носился «верху воды»? По мнению некоторых – Всесвятой Дух, оживотворявший водное естество и предызображавший благодать крещения. Но более справедливым почитаю мнение, что писатель здесь духом именует воздух. Ибо сказав, что Бог сотворил небо и землю, и под именем бездны упомянул о водах, по необходимости упомянул и о воздухе, простирающемся от поверхности воды до неба, потому что свойство воздуха носиться над телами, которые внизу. Весьма же прилично сказал писатель: «ношашеся», а не покрывал, потому что словом «ношашеся» выражается удобоподвижная сущность воздуха. А если кто не согласен на такую мысль, потому что написано: «Дух Божий ношашеся верху воды» (Быт. 1:2); то да слышит, что блаженный Давид говорит о Боге всяческих: «дхнет дух Его и потекут воды» (Пс. 147:7). Но если и не скажу, то само собою явно, что Духом Божиим Давид назвал ветр, потому что, как скоро подует Евр или южный ветер, замерзшая вода обыкновенно тает.

    Источник

    Толкование на книгу Бытия

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    Потом сказав о сотворении их, он показывает нам: «земля же была, невидима и неустроенна и тьма (была) над бездною и дух Божий носился над водою». Этому прежде всего научает нас божественное Писание; некоторым образом показывая, что материя, из которой Бог сотворил и устроил мир, получила начало и создана от Бога.

  • * *
  • Называет же он землею – то, что некоторым образом служит грунтом и основанием; бездну – множество вод и тьму, так как созданное Богом небо, на подобие крыши, покрывало воды вместе с землею, и дух, который носился над водами, – тот, который дал Бог твари для ее оживотворения, как человеку душу, соединяя тонкое с тонким, (ибо дух тонок и вода тонка), дабы дух питал воду, а вода вместе с духом, проходя повсюду, питала все создание. Сей единый дух, имея подобие света, находился между водою и небом, чтобы некоторым образом тьма не соприкасалась с небом, весьма близким к Богу, прежде нежели Бог сказал: «да будет свет».

    Толкование на группу стихов: Быт: 1: 2-2

    В описании первого дня изображается первоначальное состояние видимого мира, образ творческого действия, первый вид сотворенных вещей, одобрение сей части творения, первое действие первого вида сотворенных вещей, то есть света, время сея части творения. Первоначальная земля необразованная и пустая не означает земного шара, поелику он образовался не прежде отделения вод, которые под твердию, от вод, которые над твердию, и поелику земля оная в сем состоянии противополагается устройству всего видимого мира. Итак, землею называется здесь вещество сего мира вообще, потому что земля есть ближайший предмет созерцания в сотворении мира, потому что противополагается небу или миру духовному, наконец, потому что в сем состоянии не может еще иметь определительнейшего наименования. Качество первоначальной земли, или всеобщего вещества, изображается словами: תהו ובהו, по переводу семидесяти толковников: αοραιος και ακαιασκευαστοs — невидима и неустроена; по Акиле: κενωμα και ουδέν — пустота и ничто; по Феодотиону: κενόν και ουδέν — нечто пустое и ничтожное; по Симаху: αργον και αδιακριον — нечто праздное и безразличное. Еврейские слова по их производству и употреблению (Ис. 34:11, Иер. 4:23) знаменуют изумляющую пустоту. Сим означается вещество не качествованное положительным и определительным образом и не имеющее тех видов и форм, которые мы соединяем с понятием о вещах сотворенных. То же самое вещество называется бездною в знаменовании пространства, не разграниченного разнообразием вещей. Более тонкие части сего вещества и вообще недостаток постоянных образов, по которому оно из известных родов тел наипаче долженствовало приближаться к свойству жидких, изображаются еще наименованием воды. Ибо вода, в обыкновенном смысле взятая, отделена от всеобщего смешения во второй и третий день творения. Над бездною вещества представляется тьма. Это не есть тень, какова тьма ночная по сотворении солнца, но совершенное отсутствие света, который не был еще сотворен. Над бездною или на лице бездны полагает ее бытописатель не потому, чтобы относил ее к некоторой только части веществ, но по применению сего понятия к обыкновенному понятию о свете, который сверху приходит и наипаче является на поверхности вещей. Изъясняя образ творческого действия, Моисей представляет Духа Божия, носящегося над водами, и Бога, глаголющего к тварям не сущим, дабы дать им бытие. Под именем Духа Божия нельзя разуметь Ангела, поелику оное не употребляется в таком знаменовании, ни ветра, как у Псалмопевца (Пс. 148:7), ибо какой ветер прежде разделения стихий? Не довольно разуметь со Златоустом просто животворящую силу Божества — в изображение действий собственно Божеских Дух Божий, по обыкновенному сего слова употреблению в Св. Писании, знаменует третью ипостась Св. Троицы (Быт. 6:3, Пс. 32:6, Иов. 33:4. Деян. 4:25, Деян. 7:51). Действие ипостаси Святого Духа изображается словом מרחפת, которым в другом месте (Втор. 32:11) Моисей выражает действие птицы, гнездящейся или сидящей с распростертыми крыльями над птенцами и их согревающей. В приложении к творению сей символ изображает такое действие, которым Творящий ближайшим образом сообщает жизненную силу творимому, не сообщая, однако, ему самого существа Своего и не смешиваясь с ним.