К Колоссянам послание ап. Павла 2 глава 14 стих

Затем, не упоминая еще в частности ни о каких лжеучениях, Апостол только внушает, что твердость веры во Христа обязывает колоссян прямо отрицаться от всяких, хотя бы и обольстительных по философскому глубокомыслию, воззрений, если они не от Христа, а от людей. Ибо во Христе мы имеем все: в Нем обитает вся полнота Божества телесно, в Нем мы и обрезаны обрезанием нерукотворенным; с Ним мы погребены в крещении; в Нем и совоскресли верою, ибо ради Него истреблено бывшее рукописание наших согрешений, которое Он пригвоздил ко кресту.

учение - Греч, δόγμα, употребленное здесь во множественном числе, может переводиться не только как «учение», но и как «правило» или «повеление», поэтому здесь речь идет, видимо, о различных велениях закона (см. также комм, к Еф. 2:15).

бывшее о нас рукописание - документ, игравший роль долговой расписки. В иудаизме того времени бытовали представления о том, что у Бога записаны все поступки человека, за которые его ждет суд, в том числе и за нарушение заповедей и повелений закона.

Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту - Греч, αίρω может иметь значение «взять силой». Бог не только простил грехи людей, но и удалил Сам «список наших долгов» (см. РБО, Кул.) через смерть Христа на кресте.

Грехи наши на древо Сам Господь вознес „Телом Своим": 1 Пет. 2:24; бывшее о нас рукописание Он истребил как «учением» Своим, так и «пригвождением ко кресту»: Еф. 2:16. Если приня-тием на Себя людских грехов пречистый Господь но осквернился: 1 Ин. 3:5, и если истреблением рукописания не осквернепо учение Христово или Евангелие, то не осквернился и крест Христов, которым уничтожено греховное рукописание и убита вражда: Поелику на крест Господь вознес грехи и рукописание Телом Своим, то Святость Тела Христова превозмогла все печистое, уничтожила на кресте грехи и рукописание: (Еф. 2:16); а самый крест честною Кровию Господа освятился: Кол. 1:18-20. Крестом Христовым Апостол хвалится: Гал. 6:14, а заблуждающиеся в вере— смущаются: 1 Кор. 1:18.

На этих словах щтундисты думают основаться, когда поносят ев. крест: они говорят, что Христос пригвоздил ко кресту рукописание, враждебное нам, содержащее грехи наши, и чрез это крест сделался достойным нашего отвращения, а не почитания. На грехи наши Господь вознес на древо и пригвоздил к нему не иначе, как на Теле Своем (по словам ап. Петра, 1 Пет. 2:24); грехи Он взял на Себя (Ин. 1:29), а потом Себя вознес на крест. Если бы грехи что-либо при этом оскверняли, то они должны были бы осквернять Тело Христово, что думать нелепо; крест же мог Только получить (и получил) освящение от распятого на нем Христа.

+++Примечания к Апостолу и Апокалипсису в обличение штундистов и подобных им сектантов. Владимир-на-Клязьме, 1904. С. 107++

В предыдущих стихах Апостол, под разными метафорическими образами (обрезание не рукотворное, совлечение греховного тела плоти, погребение) изобразил отъятие силы у живущего в нас греха. В стихе же четырнадцатом изображает он (тоже метафорически), как Господь устроил нам отпущение уже содеянных нами грехов; ибо «устроение отпущения грехов есть особое дело в домостроительстве спасения, равносильное устроению обрезания сердца и благодатного оживления» (Еп. Феофан).

Наша виновность перед Богом изображается у Апостола под видом собственноручной нашей долговой расписки, которую Господь Иисус Христос взял от среды (удалил прочь) и потом разодрал ее, пригвоздив на кресте, а долг наш заплатил за нас Отцу Небесному своими крестными страданиями. Все сии метафоры имеют ясный догматический смысл; но что значит выражение Апостола, что бывшее о нас рукописание Господь истребил учением (слав. – ученьми, δόγμασιν) – какое здесь разумеется ученье? По отзыву Преосвященного Феофана «наши (т. е. восточные) толковники все разумеют под сим словом веру», т. е. догматы веры христианской, не только в уме светящиеся у истинных последователей Христовых, но и согревающие сердце их.

Так Экумений: «δόγμασιν, т. е. верою или догматами нашего благочестия (веры христианской)». Блаж. Феодорит пишет: «Бог Слово, вместо ветхозаветных способов очищения грехов, дал нам евангельские догматы, за сохранение их обетовав нам спасение». Так же толкуют Св. Златоуст и Феофилакт.

Представляя Бога под образом милостивого заимодавца, простившего нам долги (грехи), Апостол говорит о рукописании, которым подтверждались человеческие грехи, что оно изглаждено, изъято и пригвождено ко кресту. По изъяснению Экумения, «всем этим св. Павел выразил несомненность прощения и безвозвратность (взыскания)». В древности писали нередко на дощечках восковых, в которых особенно легко можно было изглаждать написанное, как и с пергамента, чрез раствор чернил каким-либо веществом. Ито касается пригвождения рукописания ко кресту, то этот образ заимствован из древнего обычая пригвождать законы, потерявшие силу. Имея это в виду, должно сказать, что здесь, с одной стороны, Апостол указывает на то, что уничтожены все грехи людские, на которые простерлась сила крестных страданий Иисуса Христа, а с другой стороны – уничтожилась и сила множества предписаний Ветхого Завета, по которым люди подлежали проклятию и смерти за их неисполнение. А так как было великое множество предметов и существ – свидетелей установления закона, то Господь изъял его «из среды», а началовождей греха, для предотвращения которого дал закон, Он победил, отдавши Себя на страдания крестные и сошедши во ад, чтобы там восторжествовать над главными силами его, населявшими его. «Так как все мы, говорит св. Иоанн Златоуст, были под грехом и наказанием, то Он (Христос) претерпел наказание, свободив нас и от греха и от наказания. Наказание же Он претерпел на кресте. Туда взял Он и рукописание и пригвоздил его с Собою, а потом, как имеющий власть, и совсем разодрал его». «Метафора: совлек начала и власти – означает, что Господь лишил власти над нами нечистые силы и именно тем, что пригвоздил рукописание грехов наших ко кресту. Браги указывали на рукописание как бы говоря: смотри, они наши, нашу волю творят. Когда же рукописание разодрано и уничтожено, то им не на чем более утверждать свою власть. Они раздражили Иудеев против Господа. Чаяли, что, подвергши Его посрамлению (крестному), они оттолкнут от Него всех. Оказалось же напротив. На кресте не Господь посрамлен, а они, и не Его дело разорилось, а разрушено его царство» (преосвящ. Феофан). «Господь, поставив Свой триумф на кресте, как бы на всенародном зрелище Еллинов, Римлян и Иудеев, восторжествовал над демонами» (Феодорит).

истребив... рукописание. Т.е. уничтожив "долговую расписку". Под долговой распиской подразумевается закон, посредством которого познается грех (дол перед Богом). На кресте Бог сделал Христа "жертвою за грех" (2 Кор. 5:21), и Он претерпел "клятву закона" (Гал. 3:13), направленную против "должников". В смертном приговоре Иисусу Павел усматривает упразднение той обреченности на смерть, которая грозила нарушителям закона. Верующему уже больше не угрожает проклятие закона.

Обращаясь теперь в частности к христианам из язычников, ап. говорит, что они получили от Бога во Христе такое благодеяние, выше котораго не могло найтись для них. Именно они, проводившие прежде жизнь во грехах и руководившиеся в жизни побуждениями своей плоти, которая не имела даже и внешняго обрезания (в необрезании плоти вашея), получили во Христе нравственное обновление. Что касается и самих иудеев, к которым принадлежали лжеучители, то и им тоже чрез Христа отпущены Богом грехи, а вместе с этим они освободились от обязательства исполнять ветхозаветный закон, которое наложено было на них в силу заключеннаго с Богом завета.^; Христос изгладил или уничтожил ту собственноручную  росписку (χειρόγραφον), которою народ Израильский при Синае обязался сохранять постановления закона (τοις δόγμασιν—дател. отношения) и которая загораживала Израилю путь ко спасению, ибо условия ея Израиль был не в си-лах исполнить. В таком именно виде, как кусок пергамента, на котором ничего не осталось от написаннаго  на нем прежде, Бог и пригвоздил эту росписку ко кресту, чтобы все видели, что она лишена теперь всякой силыи значения, что люди уже не должны быть обязываемы к соблюдению предписаний Моисеева закона 

Истребить. Это в греческом – эксалейфейн. Понять это слово – значит понять поразительное милосердие Божие. Древние писали свои документы или на папирусе, своего рода бумаги, изготовленной из сердцевины камыша, или на пергаменте, изготовлявшемся из шкур животных. И то и другое стоили очень дорого и их, конечно, нельзя было просто испортить и выбросить. Чернила древних не содержали кислот, и потому не въедались в бумагу, а лежали на поверхности. Иногда писец использовал для экономии папирус или пергамент, на которых уже писал раньше. Для этого он брал губку и стирал написанное. Вследствие того, что чернила лежали только на поверхности писчего материала, их можно было стереть так, как будто их никогда не было. В Своем потрясающем милосердии Бог столь окончательно и бесповоротно покончил со списками наших проступков и прегрешений, как будто их никогда и не было; от них не осталось даже следа.

Бог, продолжает Павел, взял этот обвинительный акт и прибил его гвоздями к Кресту. Говорят, что в древности, если аннулировался какой-нибудь закон или постановление, его закрепляли на доске и прибивали насквозь гвоздем. Но маловероятно, чтобы Павел именно это имел здесь в виду. Скорее всего, за этим стоит вот какая идея: на Кресте Иисуса Христа был распят сам обвинительный акт против нас. Он был казнен и устранен окончательно, чтобы его больше никогда нельзя было видеть. По-видимому, Павел искал примеры из человеческой деятельности, чтобы продемонстрировать, что милосердие Божие окончательно покончило с осуждением, которое ждало нас.

Далее в ст. 2, 14–15 Апостол называет виновность нашу перед Богом «рукописанием», уподобляя ее долговой расписке, которую Господь Иисус Христос изъял от нас и «пригвоздил ко кресту» и долг за нас заплатил Своими крестными страданиями. Образ взят из древней практики писать долговую расписку на восковой дощечке, с которой легко можно было изглаждать написанное рукой («рукописание»). Для иудеев таким «рукописанием» был закон Моисеев, который они подписывали своею кровию в обрезании, но так как они не могли его исполнить, то это было их «рукописание грехов». Для всех же нас наша греховная жизнь есть тоже «рукописание грехов». Это рукописание грехов наших Господь и истребил учением (Кол. 2:14), т. е. всей совокупностью христианского вероучения, которое мы усвояем верой и жизнью по вере.

Помянув об отпущении грехов, продолжает объяснять, как оно даровано. Как выше (см. стихи 11 — 12) объяснял он отъятие силы живущего в нас греха, называя его то обрезанием нерукотворенным, то совлечением тела греховного, то спогребением и совостанием Христу в крещении; так здесь объясняет он разнообразно устроение отпущения грехов крестною смертию Христа Спасителя, называя это изглаждением рукописания, взятием его от среды и пригвождением ко кресту или разодранием. То и другое делает он для того, чтоб, с разных сторон представляя один и тот же предмет, яснее его изобразить и глубже напечатлеть во внимании. Отсюда уразумеваем притом, что устроение отпущения грехов есть особое дело в домостроительстве спасения, равносильное устроению обрезания сердца и благодатного оживления.

Истребив еже на нас рукописание. Истребив, εξαλειψας, — изгладив, как изглаждают следы чего-либо на песке, воске и подобном, как изглаждают буквы, написанные каким-либо способом на чем-либо. Есть рукописание на нас. Его изгладил Бог крестного смертию Христовою. Какое это рукописание? Рукописание, собственно, есть собственноручная долговая расписка. Какие у нас долги? Грехи, как и в молитве Господней читаем: остави нам долги наша. Итак, крестного смертию Христовою Бог изгладил грехи наши, изгладил первородный грех, изгладил и все грехи каждого человека от начала мира и до конца его. Такова сила смерти Господней. Всякий имеет свое рукописание грехов, и оно на нем лежит и само требует удовлетворения, как содомский вопль отмщения грехов. Правда Божия терпела, терпит и будет терпеть каждому, удовлетворяясь искупительною и ходатайственною смертию Христовою. Но чрез это рукописание каждого не теряет своей силы. Если оно не будет изглажено и разодрано, то в свое время потребуется за него взыск и уплата. Как же достигается изглаждение и разодрание рукописания сего? Каются с верою в крестную смерть Господа, и, когда за тем погружаются в купель, вода крещальная или паче благодатная сила крещения изглаждает грехи, и рукописание представляет одну чистую хартию, на которой ничего не остается написанным. Вот это и говорит Апостол: Бог даровал нам грехи, изгладив рукописание грехов наших. Святой Златоуст говорит: «и что же? Позволил им остаться? Нет; истребил их; не только даровал, но совсем истребил, чтоб они никогда не показывались». То же и блаженный Феофилакт пишет: «поелику сказал, что Бог даровал нам прегрешения; то, чтобы ты не подумал, что Он все же оставил их быть где-либо, и видимыми быть, говорит: нет, не то; Он совсем изгладил их, вычистил». Этого сподобляются все крещаемые; и если б по крещении никто не грешил, то ни на ком бы из них рукописания такого и не было. Но как грешат, то хартия опять исписывается грехами и снова изглажена быть может только слезами покаяния. Сила же, изглаждающая все, одна — крестная смерть Господа. В смерти Господа изглажены рукописания всех людей, которые Апостол объединяет и представляет как единое рукописание всего человечества. В силе так и есть; но в действительности рукописание каждого изглаждается во святом крещении или покаянии по вере в Господа, за нас умершего крестною смертию.

Почему Апостол и приложил: ученми, δογμασιν. Наши толковники все разумеют под сим словом веру. Святой Златоуст говорит: «ученми, говорит. Какими ученми? Верою. Следовательно, достаточно уверовать. Павел не делами дела, но верою дела изглаждает». Блаженный Феодорит пишет: «Бог Слово (вместо ветхозаветных способов очищения грехов) дал нам евангельские догматы, за сохранение их обетовав нам спасение». Экумений: «δογμασιν, — то есть верою или догматами нашего благочестия (веры христианской). И именно изглаждается рукописание в крещении». То же и у Феофилакта. — И очевидно, что ученми стоит у Апостола как указание на способ или образ изглаждения рукописания. Потому всякое толкование, по которому ученми соединялось бы с рукописанием, надобно считать неуместным здесь.

Еже бе сопротивно нам. Рукописание было против нас, осуждало нас, требовало удовлетворения. Где же оно было? Где-то посреде. Где же посреде? Посреде всего сущего. Все творения — и земные, и небесные, и вещественные, и духовные — видели это бывшее против нас рукописание, соглашались, что праведно взыскать с нас долги по сему рукописанию, и, следовательно, тоже были против нас. И правда Божия требовала того же — еще паче. Между тем мы ничего не могли представить в уплату, — и належала нам крайняя беда. Что же сделал положивший спасти нас многоблагоутробный Бог? То взят от среды — принял наше рукописание с глаз долой, так что никто уже более его не видел. Взят, — ηρκεν, — от: αιρω. Значение этого слова точно выражает наша обычная фраза: возьми или прими это отсюда, с глаз долой. Так и рукописание наше принято было от среды и никому уже не бросалось в глаза. «Взят от среды, значит, — сделал, чтоб его не видно было» (блаженный Феофилакт). Куда же девал его милостиво спасающий нас Бог? «От среды взял, но, может быть, где-либо в другом месте спрятал. Потому страх берет, как бы не стал когда-либо взыскивать с нас по сему рукописанию. Теперь простил, а как раскается, что простил, и начнет взыскивать: рукописание цело. Апостол и устраняет этот страх, сказав: пригвоздив е ко кресту. Взяв от среды, Бог не отложил его куда-либо в сторону на сохранение, а разодрал его: пригвождением ко кресту означается разодрание» (из Экумения перифраз). «Взяв от среды, ни нам его не отдал, ни Сам у Себя не сохранил, но, пригвоздив ко кресту, разодрал» (блаженный Феофилакт). Это — метафорическое выражение. Значит же оно вот что: «так как все мы были под грехом и наказанием; то Он, претерпев наказание, свободил нас и от греха, и от наказания. Наказание же претерпел Он на кресте. Туда взял Он и рукописание и пригвоздил его с Собою, а потом, как имеющий власть, и совсем разорвал его» (святой Златоуст). «Этим святой Павел выразил несомненность прощения и безвозвратность (взыскания)» (Экумений). Все, укрывающиеся верою под сень креста, безопасны от взыскания за грехи по правде Божией. Кровь Христова очищает их от всякого греха. Помазуются же они сею очистительною кровию в крещении и покаянии.