yandex

Евангелие от Матфея 5 глава 37 стих

Стих 36
Стих 38

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 34-37

Аз же глаголю вам не клятися всяко: ни небом, яко престол есть Божий; ни землею, яко подножие есть ногама Его; ни Иерусалимом, яко град есть великаго Царя; ниже главою твоею кленися, яко не можеши власа единаго бела или черна сотворити. Буди же слово ваше: ей, ей; ни, ни; лишше же сею от неприязни есть. Буди же слово ваше: ей, ей; ни, ни. Мне кажется, что эти слова можно истолковать так: пусть «да» значит «да», и «нет» значит «нет». Говори да» как окончательное утверждение и «нет» как окончательное отрицание, а не с каким-то намеком и подвохом. А может быть, речь идет о двукратном повторении, которое мы иногда употребляем, чтобы подтвердить свое высказывание: «да-да» или, наоборот, «нет-нет». Спаситель запрещает клясться вообще чем бы то ни было: Аз же глаголю вам не клятися всяко. Видимо, евреи избирали, чем, по их мнению, клясться можно, а чем нет. Они очень боялись, например, употреблять имя Божие всуе. И старались его даже в Священном Писании заменить синонимами, то есть уже переходили грань здравого смысла. В наше время люди потеряли всякую веру, ничто им не дорого, они поклянутся и Богом, и чем угодно. Но когда скажешь: «Поклянись здоровьем своих детей или родных», тогда человек останавливается. Тут он уже не соврет, потому что думает: «Нет, здоровьем своих детей я не поклянусь». Ни небом, яко престол есть Божий; ни землею, яко подножие есть ногама Его; ни Иерусалимом, яко град есть великаго Царя. Из этих слов становится ясно, почему Спаситель запрещает эти клятвы. Видимо, евреи их употребляли, потому что они не содержат в себе имени Божия, а Господь говорит: «Небо — это престол Божий, земля — подножие ног Божиих, Иерусалим — град Божий, и потому все равно, чем клясться: ими или Самим Богом». Ниже главою твоею кленися, яко не можеши власа единаго бела или черна сотворити. Буди же слово ваше: ей, ей; ни, ни; лишше же сею от неприязни есть. Все зависит от Бога, в том числе и сам человек, поэтому мы не имеем права клясться ничем. Предмет клятвы так или иначе восходит к Богу, и мы таким образом употребляем имя Божие всуе, что заповедью Моисея запрещено. Сделаю здесь небольшую оговорку. Святые отцы разрешают иногда говорить неправду. В каких случаях? Если меня кто-то спросит: «Что ты обо мне думаешь?» — а я, скажем, ненавижу этого человека, но борюсь со своей страстью, пытаюсь изжить ненависть из своего сердца. Что я должен ответить? «Я думаю о тебе, что ты последний негодяй. Прости меня, я борюсь с собой». Как это подействует на человека? Конечно, ему будет очень неприятно. В этом случае по-христиански было бы употребить ложь, чтобы скрыть зло. Правда принесет этому человеку вреда больше, чем ложь. Все знают, что нельзя выдавать чьи-то тайны. Скажем, духовник и намеком не должен выдать тайну исповеди. Если бы даже кто-то и догадывался о правде, духовнику лучше этому человеку солгать, чем сказать о другом то, что может его скомпрометировать. В недавние десятилетия арестовывали верующих людей. Как правило, от них не требовали отречения от Христа, а требовали предательства своих близких, требовали, чтобы они своих братьев и сестер во Христе называли в числе сообщников выдуманных чекистами контрреволюционных обществ. Если человек говорил правду, он становился предателем, а если лгал или, может быть, совсем ничего не говорил (что большевиками тоже рассматривалось как ложь), то поступал по-христиански. Приведу пример. Одну монахиню арестовали. Все знали, что она имела подруг, с которыми они вместе молились, какой-то священник их окормлял, но она совершенно все отрицала, видимо, потому, что боялась сказать лишнее. Спрашивали у нее: «С кем ты молилась?» — она отвечала: «Не знаю». «А кто приходил из священников?» — «Не знаю, не знаю». И она достойно пронесла свой мученический крест. Не помню, чем окончилась ее жизнь: ссылкой или расстрелом... Расстреливали и тех людей, которые предавали своих близких. У большевиков не было логики, у них было иррациональное, совершенно демоническое поведение. В таких обстоятельствах христианину важно было сохранить чистую совесть, и иногда это делалось благодаря лжи. Так что в иных случаях, действительно, благороднее солгать. Это не значит, что всякий христианин имеет право лгать по своему усмотрению, для того чтобы, как ему кажется, никого не обидеть. Например, скрывать какие-то свои грехи, чтобы духовник не загрустил. Ложь допустима в особенных, исключительных случаях.

Источник

Размышления над Нагорной проповедью.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 34-37

Значит, клятва – не просто утверждение, а если нужно – то и проклятие для самого себя, в случае, если сказанное окажется неправдой. Как же сильно человека любит Бог, если идет на такое – проклинает Себя Самого! И это не просто слова. Это действительно проклятие на деле. Об этом так и сказано в другом месте Священного Писания: Проклят всяк, висящий на дереве, то есть на Кресте, как пишет об этом апостол Павел в Послании к Галатам, цитируя ветхозаветную Книгу Второзакония и объясняя: Христос искупил нас от проклятия, Сам сделавшись за нас проклятием (13 Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою [ибо написано: проклят всяк, висящий на древе],Гал. 3:13).

Клятва, данная Богом Аврааму, клятва Самим Собой, осуществилась и как проклятие. Не потому, что Бог не верен, а потому, что человек изменил. Бог все взял на Себя Самого. Клятва Божия исполнилась. Аврааму было дано потомство, распространившееся по всему миру. Но потомство это отпало и от Бога, и от Авраама, как свидетельствует Христос, скорбя о случившемся и утверждая, что Господь может и из камней сделать детей Аврааму. В этом смысле, духовно, клятва не осуществилась. Бог дал этому потомству свободу, и оно ушло на страну далече (13 По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно.Лк. 15:13). И за это Сам Господь сошел на землю, взяв на Себя это проклятие.

Вот как страшна клятва! Поэтому Сам Христос, придя на землю, отменяет ее для своих учеников вообще, раз и навсегда. Слышали вы, что было сказано древним: не приноси ложной клятвы, но исполняй перед Господом клятвы твои. А я говорю вам: не клянись вовсе, ни небом, потому что оно престол Божий, ни землею, потому что она подножие ног Его, ни Иерусалимом, потому что он город великого царя, ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Да будет же слово ваше «да, да» и «нет, нет», а что сверх этого, – от лукавого (33 Еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои.34 А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий;35 ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя;36 ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным.37 Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого.Мф. 5:33-37). Да, от лукавого. От проклятого, от того, кого именуют отцом лжи. Потому что клятва психологически предполагает ложь, обман, фальшь, недоверие и неверие. И когда Бог клянется Самим Собой Аврааму, Он снисходит к греховной немощи человеческой, искушаемой дьяволом – лжецом и отцом лжи. Но вот клятва совершилась. Бог снизошел, дал клятву. И стал жить на земле в теле человеческом и в муках человеческих сходил в ад. И уничтожил Собою клятву. Больше нет и намека на ложь! Не клянись вовсе, ты теперь в правде Божией, ты искуплен, ты теперь не знаешь ни лжи, ни фальши, ты веришь без клятвы – она не нужна тебе, истинному христианину. Вера побеждает без клятвы – «да, да» и «нет, нет».

Источник

Епископ Василий (Родзянко). Живет во мне Христос. О смысле жизни и православной веры. Часть 2. Озарение Христовым Воскресением. Как вера отменяет клятву

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

См. ст. 34

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

<...> избегающий того, чтобы клясться, пусть не просто говорит «да» или «нет», но говорит это при соблюдении полной истины, так чтобы дела явить соответствующими словам: потому что таким образом «да» будет «да» и «нет» будет «нет», согласно смыслу евангельской заповеди. Если же слово не держится правды, но слово нарушается делами, то тогда «да» окажется «нет», и «нет» – «да», и опять же будет, сущая от лукавого, ложь: потому что ложь происходит от диавола, и он является отцем ее, и говорящий ложь сближается с ним и усыновляется ему, и не имеет участия с Духом Истины и не может быть членом Тела Христова; почему Апостол и говорит в Послании к Ефессянам: «Обновляйтеся духом ума вашего, и облецытеся в новаго человека, созданнаго по Богу в правде и в преподобии истины; отложите лжу, глаголите истину кийждо ко искреннему своему: зане есмы друг другу удове» (24 и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины.25 Посему, отвергнув ложь, говорите истину каждый ближнему своему, потому что мы члены друг другу.Еф. 4:24-25). См. 23 если же око твое будет худо, то всё тело твое будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?Мф. 6:23

Источник

Омилия 56

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Пусть будет, говорит, словом вашим, когда вы утверждаете, – да, и когда отрицаете, – нет. Этим только и пользуйтесь для утверждения вместо клятв и ничем другим больше: ей и ни. А что сверх этого присоединяется, называет клятвою. Но если клятва от дьявола, то почему ее допускал древний Закон? Потому что и приношение в жертву животных было от лукавого и соприкасалось с идолослужением, но, однако, Закон допустил это по мудрому Домостроительству ради слабости евреев. Так как они были прожорливы, то любили идоложертвенное, а так как были недоверчивы, то любили клятвы. Посему, чтобы впоследствии они не приносили жертв идолам, и не клялись идолами, Закон допустил и приносить жертвы, и клясться, и другое подобное, – но все это направил к Богу. Но в свое время все это должно быть отменено более высоким законодательством. Так как питаться молоком для детей полезно, а для мужей – не нужно, – поэтому детям мы это позволяем, а взрослых отклоняем и удерживаем от этого. Что же нужно делать, если кто-либо требует клятвы и принуждает к ней? Страх Божий пусть будет тебе необходимее такой необходимости и предпочитай скорее все терпеть, чем нарушить заповедь Божию. И при всякой заповеди часто встретятся тебе насилие и опасность; и если везде ты не сочтешь более необходимою заповедь Божию, то все они останутся у тебя пустыми и неисполненными. Впоследствии сказал Господь: Царствие Небесное нудится, и нуждницы восхищают е (12 От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его,Мф. 11:12).

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Эта заповедь повторяется в Послании апостола Иакова: «Братия мои, не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою, но да будет у вас: «да, да» и «нет, нет», дабы вам не подпасть осуждению» (12 Прежде же всего, братия мои, не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою, но да будет у вас: "да, да" и "нет, нет", дабы вам не подпасть осуждению.Иак. 5:12). Почему не просто «да» и не просто «нет»? В некоторых переводах мы читаем: «ваше слово «да» да будет да, и «нет» да будет нет; а что сверх этого, то от лукавого». Но это уже толкование, причем не совсем правильное, ибо в евангельском тексте, как и в других местах Нового Завета, четко повторяется: «да, да» и «нет, нет». Такой двойной повтор был характерен для иудеев того времени в согласии с постановлением Закона о том, что для установления истины необходимы как минимум два согласных свидетеля. Об этом говорится в книге Второзаконие (см.: 6 По словам двух свидетелей, или трех свидетелей, должен умереть осуждаемый на смерть: не должно предавать смерти по словам одного свидетеля;Втор. 17:6), об этом неоднократно говорится и в Новом Завете: «При устах двух или трех свидетелей будет твердо всякое слово» (1 В третий уже раз иду к вам. При устах двух или трех свидетелей будет твердо всякое слово.2 Кор. 13:1, ср.: 16 если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово;Мф. 18:16). «А что сверх этого, то от лукавого». «Лукавым» в Евангелии от Матфея обычно называется сатана. Другие евангелисты так его не называют.

В связи с клятвой надо сказать еще об одном моменте. В Израиле, как было упомянуто, клятва любого свидетеля на суде считалась клятвой в присутствии Бога. Кстати, и в наше время в некоторых системах правосудия, скажем в англо‑американской, существует клятва свидетеля на Библии. То же происходит при инаугурации президента США. Да и не только в США, но и в России новоизбранный президент (явное подражание американцам) клянется, положив руку на… нет, не на Библию, но на текст Конституции. Разумеется, все это делается, скорее, не всерьез, а просто для пущей торжественности церемонии. Но как к этому все же относиться? Например, к присяге в армии? Мы уже упомянули о древней секте ессеев, которые не клялись. Так и ныне существуют группы, только уже не иудеев, а христиан, отрицающие клятвы и присяги. Правильно ли это? Просто дело в том, что они из слов Иисуса Христа сделали какой‑то новый Закон, заменяющий в земном царстве Закон Моисея. Но ведь, вспомним, сам апостол Павел иногда прибегал к клятвенным заверениям (см.:23 Бога призываю во свидетели на душу мою, что, щадя вас, я доселе не приходил в Коринф,2 Кор. 1:23; 20 А в том, что пишу вам, пред Богом, не лгу.Гал. 1:20). В каких‑то обстоятельствах, видимо, он считал это возможным и даже необходимым.

И здесь нам стоит вспомнить слова Иисуса Христа, на которых мы уже подробно останавливались, о том, что, пока существует этот мир, «доколе не прейдет небо и земля», «ни одна йота или ни одна черта не прейдет из Закона». Иисус говорил о святом Законе Моисея, данном для этого мира, во зле и грехе лежащего. Но то же относится и к любому, отнюдь не святому, закону всякого земного царства. В отличие от Закона Моисея, данного Богом, все прочие законы переменчивы, но они существуют и будут существовать, «доколе не прейдет небо и земля». И верующий христианин, пока несет свой земной крест, является гражданином земного царства, где от человека требуются клятвы и присяги. Но он же одновременно является гражданином Царства Божия, в котором ни клятва, ни присяга не нужны. Нелегкий и принципиальный вопрос в том, как в реальной жизни совместить эти два гражданства. Ответ на него не входит в настоящее рассуждение об антитезах.

Источник

Ианнуарий (Ивлиев) архим. Жемчужины Нагорной проповеди. О главном в христианстве. Четвертая антитеза. О клятве

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 34-37

Иудеи известны тем, что всегда имеют весьма дурную привычку клясться составными частями мира (per elementa), как в этом часто обличает их пророческое слово. Кто клянется, тот или любит, или чтит того, кем он клянется. В законе заповедано, чтобы мы клялись только Господом Богом нашим. А иудеи, клянущиеся ангелами, городом Иерусалимом и храмом, а затем составными частями мира, почитали твари и плотские вещи поклонением и почтением, приличествующим только Богу. Затем обрати внимание на то, что Спаситель не запрещает клясться именем Божиим [или: Богом = per Deum], но запрещает клясться небом и землей, и Иерусалимом, и головой своей. Но и это есть уступка закона им, как бы детям, так что, как жертвы они приносили Богу, чтобы не приносить их перед идолами, так и клясться им позволяется именем Божиим не потому, что это делать следует, а потому, что лучше это делать во имя Божие, чем во имя демонов. А евангельская истина не допускает клятвы, так как место клятвы заступает каждое нелживое слово (fidelis sermo).

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Итак, что означает лишнее против слов: ей и ни? Это означает клятву, а не клятвопреступление. Всякому известно, и никому нет нужды доказывать, что клятвопреступление происходит от неприязни, и не только излишнее дело, но и богопротивное, а клятва есть дело излишнее и без нужды прибавляемое. Итак, скажешь, клятва была от лукавого? А если она от лукавого, то почему позволена была законом? То же самое ты можешь, однако, сказать и о жене: на каком основании ныне почитается любодеянием то, что прежде было позволительно? Что ж на это можно сказать? То, что тогда многое сказано было из снисхождения к приемлющим закон. Ведь и чтить Бога туком жертв столь же недостойно Его, как недостойно и философа — пустословить. Ныне, когда добродетели возросли, отпущение жены вменяется в прелюбодеяние, и клятва признается от неприязни. А если бы законы касательно развода и клятвы с начала были законами дьявола, то они не были бы столько полезны и действительны. С другой стороны, если бы не предшествовали эти законы, то не так бы легко было принято и Христово учение о них. Итак, ныне, когда нужда в этих законах миновала, не ищи уже в них силы. Они нужны были при тогдашних обстоятельствах; впрочем, ежели угодно, нужны и ныне. И ныне показывается их сила, и особенно тем самым, что они лишаются у нас своего значения. То, что они ныне представляются таковыми, служит для них величайшею похвалою. Они, конечно, не показались бы нам таковыми, если бы не воспитали нас надлежащим образом, и не сделали способными к принятию высших законов. Сосцы, когда исполнят свое дело и младенец сделается способным вкушать более совершенную пищу, делаются уже бесполезными. И родители, которые прежде почитали сосцы необходимыми для своего младенца, делают их предметом шуток; а многие не только шутят, но и намазывают их каким-нибудь горьким веществом, чтобы, если словами не могут отучить от них младенца, то уже самым делом уничтожить в нем расположение к сосцам. Так и Христос, когда сказал, что клятва происходит от неприязни, то сказал не потому, будто древний закон произошел от дьявола, но чтобы сильнее отвлечь слушателей от древнего несовершенства. Так Он говорил Своим ученикам. А что касается до бесчувственных иудеев, нераскаянно пребывающих в своем прежнем нечестии, то страхом пленения, как бы некоторою горечью, окружив их город (Иерусалим), Он сделал его для них недоступным. Но так как и это не могло обуздать их, и они опять, подобно детям стремящимся к сосцам, желали видеть этот город, то Бог, наконец, сокрыл его от очей их, разрушив его и большинство из них удалив от него, подобно как удаляют тельцов от матерей их, чтобы со временем заставить их отстать от прежней привычки к материнскому молоку. Если бы древний закон был от дьявола, он не отвлекал бы от идолослужения, но напротив приводил бы и повергал бы в него, потому что этого желал дьявол. Но мы видим, что древний закон производил противное. И самая клятва в ветхом завете потому узаконена, чтобы не клялись идолами. Клянитесь, говорит пророк, истинным Богом (2 И будешь клясться: "жив Господь!" в истине, суде и правде; и народы Им будут благословляться и Им хвалиться.Иер. 4:2). Итак, древний закон о клятве доставил людям не малое, но весьма великое благо. Назначение его состояло в том, чтобы они перешли к твердой пище. Так значит, скажешь ты, клятва не от злого? — Нет! и весьма даже от злого; но только ныне, когда открыта нам самая высокая мудрость, а не тогда. Но как может быть, скажешь ты, одно и то же то хорошим, то не хорошим? А я наоборот скажу: как одно и то же не может быть хорошим и не хорошим, когда это неопровержимо доказывают все дела, искусства, плоды и все прочее? Смотри, как это возможно, прежде всего, в отношении к нам самим. Например: быть носиму на руках в первом возрасте хорошо, а после вредно. Питаться разжеванною пищею в младенчестве хорошо, а после — отвратительно. Питаться молоком и прибегать к сосцам в начале полезно и спасительно, а после вредно и опасно. Видишь ли, как одно и то же, смотря по времени, хорошо, а после представляется не таковым? Носить детскую одежду отроку хорошо, а мужу неприлично. Хочешь ли знать и с противной стороны, как то, что мужу прилично, отроку неприлично? Одень отрока в одежду человека возрастного, — будет и смешно, и опасно для него ходить, потому что он часто будет запутываться. Поручи ему производство гражданских дел, поручи торговлю, заставь сеять и жать, — опять будет очень смешно. И что я говорю об этом? Самое убийство, всеми признаваемое за изобретение лукавого, будучи совершено в приличное время, сделало Финееса, учинившего его, достойным степени священнической (Чис. 25). А что убийство есть дело дьявола, то послушай, что говорит сам Спаситель: вы дела отца вашего хощете творити, он человекоубийца бе искони (41 Вы делаете дела отца вашего. На это сказали Ему: мы не от любодеяния рождены; одного Отца имеем, Бога.Ин. 8:41, 44). Но Финеес был человекоубийца, и — вменися ему в правду, говорит Писание (31 И [это] вменено ему в праведность в роды и роды во веки.Пс. 105:31). А Авраам был не только человекоубийцею, но, что еще хуже, детоубийцею, — и тем самым больше всего благоугодил Богу. Равным образом и Петр учинил двойное убийство, и однако, это было делом духовным (1 Некоторый же муж, именем Анания, с женою своею Сапфирою, продав имение,Деян. 5:1 и след.). Итак, не станем просто судить о делах, но будем тщательно вникать во время, причину, намерение, в различие лиц и во все другие обстоятельства, — иначе нельзя дойти и до истины. И если хотим достигнуть царствия, то должны стараться доказать что-нибудь большее против ветхозаветных заповедей, а иначе нельзя получить небесных благ. Если мы достигнем только в меру возраста ветхозаветных, то будем стоять вне врат царствия: аще не избудет правда ваша, говорит Господь, паче книжник и фарисей, не можете войти в царствие небесное (20 Ибо, говорю вам, если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное.Мф. 5:20). И однако есть люди, которые, и при такой угрозе, не только не превосходят древней правды, но даже и ее не имеют. Они не только не избегают клятв, но и преступают их; не только не остерегаются любострастного взгляда, но совершают и самое гнусное действие и безумно попирают все прочие заповеди, дожидаясь только одного дня мучения, чтобы понести тогда жесточайшее наказание за свои преступления. Такова только и может быть участь тех, которые окончили жизнь свою в нечестии. Им нужно оставить всякие надежды на спасение и не ждать ничего, кроме наказания, потому что только находящиеся еще здесь удобно могут и вступить в борьбу, и победить, и увенчаться. Итак, не ослабевай, человек, и не упраздняй доброго расположения! То, что повелевается тебе, не тягостно. Скажи мне, какой труд избегать клятвы? Разве нужна тут трата денег? Разве требуются великие усилия и изнурения? Стоит только захотеть — и все сделано. Если же кто-нибудь представит мне в оправдание привычку, то я скажу тому, что по этому самому и легко исполнить заповедь. Если ты приобретешь себе другую привычку, этим все и кончишь. Вспомни, для примера, многих эллинов, как одни из них, будучи заиками, при усиленном старании, исправили недостаток в своем языке; а другие отстали от привычки постоянно поднимать и дергать беспорядочно плечами, приставляя к ним сверху меч. Если вы не убеждаетесь Писанием, то я вынужден, к стыду вашему, убеждать вас примером язычников. Так и Бог поступал с иудеями, говоря: приидите во островы Хеттим, и в Кидар послите, и видите, аще премениша языцы боги своя, и тии не суть бози (10 Ибо пойдите на острова Хиттимские и посмотрите, и пошлите в Кидар и разведайте прилежно, и рассмотрите: было ли [там] что-нибудь подобное сему?Иер. 2:10, 11). А часто посылает их даже к бессловесным тварям, напр. говоря: иди ко мравию, о лениве, и поревнуй путям его, и иди ко пчеле (6 Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его, и будь мудрым.Притч. 6:6). Так и я теперь скажу вам: представьте философов языческих, и тогда узнаете, какого достойны наказания те, которые преступают божественные законы. Те ради людского уважения употребляли бесчисленные труды; а вы даже о небесных благах не хотите приложить такого же тщания. Если же и после этого ты скажешь, что привычка сильна, она может обмануть и самых осторожных, то хотя я и согласен с этим, но вместе с тем скажу и то, что привычка так же легко может быть исправлена, как легко может вводить в обман. Если поставишь над собою дома многих стражей, наприм., жену, раба, друга, то всеми побуждаемый и поощряемый легко отстанешь от худой привычки. И если займешься этим хоть только десять дней, то тебе более будет и не нужно; все счастливо совершится и устроится у тебя, добрая привычка опять твердо укоренится в тебе. Итак, когда начнешь исправлять худую привычку, то хотя бы раз, хотя бы два, три раза, хотя бы двадцать раз преступил закон, не отчаивайся; вставай и принимайся опять за тот же труд — и непременно останешься победителем. Клятвопреступление есть немаловажное зло. Если и клятва происходит от злого, то какого наказания будет достойно клятвопреступление? Вы хвалите мною сказанное? Но мне не нужны ваши рукоплескания, громкие отзывы и похвалы. Я желаю одного только, чтобы вы, с безмолвием и разумением слушая, исполняли слова мои. Это заменяет для меня всякое ваше рукоплескание, и всякую вашу похвалу. Если же ты хвалишь сказанное, а не исполняешь того, что хвалишь, то тебе это служит к тягчайшему наказанию и большему осуждению, а нам к стыду и посмеянию. Здесь не театр, здесь вы смотрите не актеров, чтобы только рукоплескать. Здесь училище духовное. Потому об одном только и должно стараться, чтобы исполнить сказанное, и делами доказать повиновение. Тогда я все получу от вас; а теперь я почти принужден в вас отчаиваться. Я и частным образом приходящих ко мне не переставал увещевать в том, о чем говорю теперь, и в общем собрании непрестанно об этом беседовал с вами, и однако не вижу никакого плода: вы все еще держитесь только первых начал; а это может привести учащего в великое уныние. Посмотри, как и Павел скорбел от того, что его слушатели долгое время оставались на низшей степени учения. Должни суще быти учители лет ради, говорит он, паки требуете учитися, кая писмена начала словес Божиих (12 Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия, и для вас нужно молоко, а не твердая пища.Евр. 5:12). Потому и я плачу, и сердечно болезную. И если еще увижу вас неуспевающими, то запрещу вам наконец и приступать к этим священным вратам и приобщаться бессмертных тайн, подобно блудникам, прелюбодеям и обвиняемым в убийствах. Лучше ведь с двумя или тремя хранящими закон Божий возносить обычные молитвы, нежели собирать множество беззаконников, которые развращают других. Пусть же не гордится, пусть не надмевается здесь ни один богач, ни один вельможа. Все это для меня басни, тень и сновидение. Там, за гробом, нынешний богач не защитит меня, когда я буду обвиняем и принуждаем давать отчет, почему не с надлежащею ревностью защищал законы Божии. Это-то именно погубило и знаменитого старца первосвященника Илия; хотя он сам вел жизнь безукоризненную, тем не менее вместе с детьми своими потерпел страшное наказание за то, что небрег о попираемых законах Божиих. Если же и родственные узы не могли освободить от вины, если даже отец, который не с надлежащею строгостью поступал с своими детьми, подвергся столь тяжкой казни, то какое будем иметь извинение мы, которые, будучи свободны от таких уз, портим все своим послаблением? Итак, чтобы не погубить вам и меня и себя, то прошу вас: послушайтесь моего наставления и, приставив к себе многих наблюдателей и советников, оставьте привычку к клятвам, — чтобы вы, начавши с этого, могли упражняться с полным успехом и в других добродетелях и насладились будущими благами, которые все мы да сподобимся получить благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

έστω praes. imper. act. 3 pers. sing, от ειμί быть.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 33-37

Ветхозаветный Закон воспрещал употреблять клятву именем Божиим в делах пустых, тем более в уверениях ложных. Третья заповедь Десятословия по двоякому значению еврейского слова шаве, которое значит и не нужный, и ложный, запрещает и суетное употребление имени Божия (по слав. не возмеши имени Господа твоего всуе, 7 Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно.Исх. 20:7), и употребление его для лжи. Иисус Христос изъясняет эту заповедь, как запрещение клясться именем Божиим во лжу, а потому она излагается здесь греческим выражением: οὐκ ἐπιορκήσεις. Современные Христу иудеи вследствие означенного запрещения воздерживались от употребления имени Божия при ложных или суетных заверениях, но вместо того клялись небом, землею, Иерусалимом, головою и таким образом без употребления имени Божия клялись и всуе, и во лжу. Это и воспрещает божественный Законодатель Нового Завета, говоря: глаголю вам не клятися всяко ни небом, – ни землею, – ни Иерусалимом... Слово всяко (греч. не следует ни отделять от последующего перечисления, ни переводить в смысле совсем, совершенно, вообще (в важных случаях клятва именем Божиим была употребляема и в Ветхом, и в Новом Завете, см. 9 Свидетель мне Бог, Которому служу духом моим в благовествовании Сына Его, что непрестанно воспоминаю о вас,Рим. 1:9; 23 Бога призываю во свидетели на душу мою, что, щадя вас, я доселе не приходил в Коринф,2 Кор. 1:23; 8 Бог - свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа;Флп. 1:8; 5 Ибо никогда не было у нас перед вами ни слов ласкательства, как вы знаете, ни видов корысти: Бог свидетель!1 Фес. 2:5, 10; 6 и клялся Живущим во веки веков, Который сотворил небо и все, что на нем, землю и все, что на ней, и море и все, что в нем, что времени уже не будет;Откр. 10:6), но, соединяя это речение с примерами клятвы, должно принимать слова Господа в таком смысле, как если бы сказано было: небом, землею, Иерусалимом во всяком случае не клянитесь. Те, которые на основании этого места отвергают клятву или присягу, разумеют греческое слово σ῞λως в смысле вообще. Не далеко от сего и вовсе, стоящее в русском переводе Евангелия. ό᾿λως употребляется в Нов. Завете три раза: 1) в 1 Есть верный слух, что у вас появилось блудодеяние, и притом такое блудодеяние, какого не слышно даже у язычников, что некто вместо жены имеет жену отца своего.1 Кор. 5:1, где оно значит: как бы то ни было, не зависимо от того, т. е. от того, чего хотят коринфяне, и с чем придет к ним апостол, см. 21 Оттуда, идя далее, увидел Он других двух братьев, Иакова Зеведеева и Иоанна, брата его, в лодке с Зеведеем, отцом их, починивающих сети свои, и призвал их.Мф. 4:21. 2) в том же послании, в 7 А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны;Мф. 6:7, это слово означает или тоже самое, или, может быть, во всяком случае, и без того; наконец, 3) в том же послании, в 20 это оскверняет человека; а есть неумытыми руками - не оскверняет человека.Мф. 15:20, находится изречение: εὶ ὅλως vεκροἱ οὐχ ἐγείρονται, τί και βαπτίζονταις это значит: что и креститься, если мертвые не востают во всяком случае? т. е. ни крещенные, ни некрещенные? Ни в одном из этих мест ὅλως не значит ни во все, ни вообще. Оно означает как бы то ни было, независимо от того. При этом говорящий оставляет один вопрос открытым и обращается к другому, или оставляет достоверность одного положения без дальнейшего разъяснения, а вместо того устанавливает достоверность другого. Так и здесь, 33 Еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои.Мф. 5:33. „Что запрещено древним, то пусть и будет запрещено; но, независимо от того (как бы то ни было), не клянитесь ни небом, ни землею», или, „ни небом, ни землею во всяком случае не клянитесь». Таков смысл изречений Господа о клятве. Таким образом, Христос оставляет пребывать третью заповедь Десятословия, которая хотя воспрещает нарушение или напрасное употребление клятвы, однако не воспрещает самой клятвы, т. е. призывания Бога во свидетеля наших обещаний и в помощника при их исполнении. Но Он безусловно воспрещает клятвы небом, землею, Иерусалимом, головою. Почему? «Люди клянутся высшим“, говорит Апостол (16 Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.Евр. 6:16): посему и означенными предметами евреи клялись, как такими, которые близки к Божеству и особенно драгоценны человеку. Господь, утверждает этот взгляд, говоря, что небо есть престол Божий, земля – подножие, Иерусалим – град великого Царя, т. е. на небе, на земле, в Иерусалиме обнаруживается особенное присутствие Божества, выражается совершенство и владычество Его (34–35). Даже и наша голова, хотя и кажется принадлежащей нам, однако всецело находится во власти Божией и составляет предмет особого попечения Божия. Все эти предметы суть драгоценные благочестивому человеку образы божественного величия и божественной благости. А между тем клятвы этими предметами придуманы и употребляемы были единственно для тех случаев, когда страшились и избегали клясться именем Божиим, употребляемы были единственно для ложных или суетных уверений. В этом случае фарисейское лицемерие устроило как бы обход третьей заповеди Десятословия: имя Божие не употреблялось всуе и во лжу: вместо того для суетной и ложной клятвы призывались небо, земля, Иерусалим... Этот фарисейский обход разоблачается и обличается Господом в обличительной речи против книжников и фарисеев, 20 Итак клянущийся жертвенником клянется им и всем, что на нем;21 и клянущийся храмом клянется им и Живущим в нем;22 и клянущийся небом клянется Престолом Божиим и Сидящим на нем.Мф. 23:20-22; в нагорной беседе клятвы небом и землей, как создание фарисейского лукавства (37 Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!Мф. 23:37) запрещаются безусловно. Ст. 37. Буди же слово ваше: ей, ни, ни. Вместо клятв, о которых только что сказано, Господь заповедует употреблять усиленное утверждение или такое же отрицание и присоединяет, что сверх сего употребляемые пустые клятвы внушаются лукавым, т. е. диаволом.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 34-37

«А Я го­ворю вам: не клянись вовсе. Но да будет слово ваше: да, да, нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого», так как чем усиленнее клятва, тем она предполагает большую воз­можность нарушения ее по внушению исконного отца лжи. – Иные должны быть в новозаветном Царстве и начала взаимных отношений вообще.

Источник

Александр Павлович Лопухин. Руководство к Библейской истории Нового Завета. – СПб.: Тузов, 1889. С. 83

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Всего лучше старайтесь жить так свято, честно и справедливо, чтобы вам и нужды не было в клятвах, чтобы люди верили вам и без клятвы. Кто часто божится, тому меньше и верят. Итак, в ваших обычных житейских делах вовсе никогда не клянитесь, говорите всегда одну только чистую правду. Всякая легкомысленная божба, всякие вымышленные фарисеями кляты уже от лукавого. Даже и та клятва, о которой Бог прямо заповедал через Моисея: “именем Моим клянись,” и эта клятва, произносимая с благоговением, как молитва, допущена только из-за лукавства человеческого, только потому, что существуют на земле ложь и обман, и пока они существуют, дотоле и клятва эта будет необходима для людей, чтобы пресекать путь лжи и греху.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Да, да; нет, нет. Простое утверждение или отрицание сказанного или сделанного; это не значит, что христианин всегда должен употреблять вместо клятвы именно эти слова; а значит только то, что он должен просто и прямо утверждать истину или отрицать ложь, говорить правду и не говорить неправды (Феофилакт). Сверх этого. Всякое усиленное посредством какой-либо божбы заверение — от лукавого: от зла, от неправды; так как виновник всякого зла есть диавол, то — от диавола (Златоуст, Феофилакт, Евфимий Зигабен). Запрещая клясться вовсе, Спаситель, очевидно, не разумеет клятвы законной, необходимой в общественной (какова присяга) и частной жизни клятвы именем Божиим. Сам Он утвердил клятву на суде, когда на слова первосвященника: Заклинаю Тебя Богом живым, — отвечал: Ты сказал, так как у евреев обыкновенно суд произносил клятвенную формулу, а обвиняемый усвоял ее себе словами: Аминь, да будет так, ты сказал (63 Иисус молчал. И первосвященник сказал Ему: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий?64 Иисус говорит ему: ты сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных.Мф. 26:63—64). Апостол Павел призывает Бога во свидетельство истины своих слов, что есть, очевидно, та же клятва (9 Свидетель мне Бог, Которому служу духом моим в благовествовании Сына Его, что непрестанно воспоминаю о вас,Рим. 1:9; 1 Истину говорю во Христе, не лгу, свидетельствует мне совесть моя в Духе Святом,Рим. 9:1; 23 Бога призываю во свидетели на душу мою, что, щадя вас, я доселе не приходил в Коринф,2 Кор. 1:23; 17 Ибо мы не повреждаем слова Божия, как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, пред Богом, во Христе.2 Кор. 2:17; 20 А в том, что пишу вам, пред Богом, не лгу.Гал. 1:20; 8 Бог - свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа;Флп. 1:8; 5 Ибо никогда не было у нас перед вами ни слов ласкательства, как вы знаете, ни видов корысти: Бог свидетель!1 Фес. 2:5; 16 Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.Евр. 6:16). Клятвы были предписаны Законом Моисеевым, но Господь не отменил этих клятв (11 клятва пред Господом да будет между обоими в том, что взявший не простер руки своей на собственность ближнего своего; и хозяин должен принять, а тот не будет платить;Исх. 22:11; 1 Если кто согрешит тем, что слышал голос проклятия и был свидетелем, или видел, или знал, но не объявил, то он понесет на себе грех.Лев. 5:1; 19 И заклянет ее священник и скажет жене: если никто не переспал с тобою, и ты не осквернилась и не изменила мужу своему, то невредима будешь от сей горькой воды, наводящей проклятие;Чис. 5:19; 12 чтобы вступить тебе в завет Господа Бога твоего и в клятвенный договор с Ним, который Господь Бог твой сегодня поставляет с тобою,13 дабы соделать тебя сегодня Его народом, и Ему быть тебе Богом, как Он говорил тебе и как клялся отцам твоим Аврааму, Исааку и Иакову.14 Не с вами только одними я поставляю сей завет и сей клятвенный договор,Втор. 29:12—14). Отменяются клятвы пустые, фарисейски-лицемерные и легкомысленные.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Бог, Который по человеколюбию Своему хощет, чтобы человеческие нравы были честные, мысль праведная и сердце святое, повелевает, говоря: «буди же слово ваше, ей, ей; ни, ни: лишше же сею, от неприязни есть» (37 Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого.Мф. 5:37). Человече, говорит: — клятва «ей» да будет в мысли твоей; клятву «ей» да произносят и уста твои; клятва «ни» да будет в мысли твоей; клятву «ни» да произносят и уста твои. Лишше же сего, «ей» и «ни», то есть, обманы, обоюдные слова и искусное, мрачное притворство, от неприязни есть. Если о другом помышляешь, а другое говоришь, если на словах говоришь «ей», на деле же являешь «ни», или на делах «ей», а на словах «ни»; есть сие плод злобы, вымыслы диавольские, есть лицемерие, как подтверждает Богоглаголивый Иаков, говоря: «буди же вам, еже ей, ей, и еже ни, ни: да не в лицемерие впадете» (12 Прежде же всего, братия мои, не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою, но да будет у вас: "да, да" и "нет, нет", дабы вам не подпасть осуждению.Иак. 5:12). Когда о другом мыслишь и другое говоришь, о другом печешься и на другое соглашаешься, иное говоришь, а другое делаешь: падаешь тогда в грех лицемерия, то есть, бываешь лжецом, обманщиком, враждующим и коварным.

Источник

Беседа о лицемерии

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Учение Христа о клятвах. Глагол ἐπιορκέω (клянусь ложно) предыдущего стиха заменен здесь ὄμνυμι. Ὀρκέω, ὄρκος соответствует еврейскому «шаба», который производят от «шеба» — семь — священное число у евреев и на Востоке употреблявшееся при клятвах (28 И поставил Авраам семь агниц из стада мелкого скота особо.Быт. 21:28 сл.) и проклятиях (1 И сказал Валаам Валаку: построй мне здесь семь жертвенников и приготовь мне семь тельцов и семь овнов.Чис. 23:1), и «шебуйя» — клятва. Ὄμνυμι соответствует еврейскому «нишба», т.е. тому же глаголу, но в форме «нифал», имеющей возвратное значение в отличие от «кал». «Нишба», следовательно, — «он клялся», в отличие «он клял» или «проклинал». Таким образом, предполагая, что Христос говорил на арамейском языке, можем допустить, что слова Его отличались только по форме и были, следовательно, по значению одинаковы; переводчик же выразил их по-гречески двумя разными глаголами. Первое впечатление, которое создается при чтении стихов 34–37, заключается в том, что Христос запретил всякую, какую бы то ни было, клятву вовсе и безусловно. Такое впечатление подкрепляется параллельным местом 12 Прежде же всего, братия мои, не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою, но да будет у вас: "да, да" и "нет, нет", дабы вам не подпасть осуждению.Иак. 5:12, где апостол говорит: «прежде же всего, братия мои, не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою (μὴ ὀμνύετε... ἄλλον τινὰ ὄρκον), но да будет у вас: «да, да» и «нет, нет», дабы вам не подпасть осуждению». Так и поняла эти слова Христа древняя Церковь, в смысле абсолютного воздержания от всякой клятвы. Иустин мученик: «Он (Иисус Христос) заповедал нам не клясться вовсе, но говорить всегда истину, в словах: «не клянитесь вовсе» и прочее (буквально приводятся слова 37-го стиха с небольшими различиями)». Евсевий Кесарийский («Церковная история», VI, 5) рассказывает о мученике Василиде, что его товарищи по какому-то случаю требовали с него клятвы, но он утверждал, что клясться ему никак не позволено, потому что он христианин — и открыто исповедовал это. Исповедание Василида сперва принимали за шутку, но т.к. он твердо стоял на своем, его отвели к судье, который, выслушав то же самое, заключил его в темницу. Через некоторое время Василид был обезглавлен. Святитель Иоанн Златоуст решительно вооружается против всякой клятвы, говоря, что она позволительна была только для древних, подобно тому, как сосцы позволительны только для детей, а не для взрослых. То, что прилично отроку, неприлично мужу. Одень отрока в одежду взрослого человека — будет и смешно и опасно для него ходить, потому что он часто будет запутываться. Поручи ему производство гражданских дел, поручи торговлю, заставь сеять и жать, — опять будет смешно. «Но как же быть, скажешь ты, если кто-нибудь требует клятвы и даже принуждает к тому? Страх к Богу да будет сильнее всякого принуждения. Если ты станешь представлять такие предлоги, то не сохранишь ни одной заповеди». Феофилакт: «Клятва, кроме: ей и ни, излишня и есть дело диавола. Но скажешь, неужели и закон Моисея, повелевая клясться, был худ? Узнай, что в то время клятва не составляла худого дела, но после Христа она — дело худое, подобно тому, как обрезываться и вообще иудействовать. Ведь и сосать грудь прилично младенцу, но неприлично мужу». Евфимий Зигавин: «Пусть, говорит Он (Спаситель), слово ваше удостоверительное, когда что-нибудь утверждаете, будет «да», а когда отрицаете — «нет». И только этими словами пользуйтесь для удостоверения вместо клятвы и не употребляйте ничего другого, кроме «да» и «нет». Лишнее против этого (Спаситель) называет клятвой». У латинских отцов и церковных писателей встречаем некоторое колебание. Августин, правда, выражается в одном месте столь же категорически против клятвы, как и Иоанн Златоуст: «Господь не хотел, чтобы мы, не произнося клятвы, отступали от истины, а чтобы, произнося клятву в истинном, не приближались к клятвопреступлению». Но Иероним думал несколько иначе. Обращая внимание на то, что Спаситель не запрещал клясться Богом, Иероним говорит: «Кто клянется, тот или почитает, или любит того, кем клянется. В законе дана заповедь, чтобы мы не клялись, разве только Господом Богом нашим (Втор. 6–7)... Обрати внимание на то, что Спаситель здесь не запретил клясться Богом, а небом, землей, Иерусалимом и головой твоей». Впрочем, замечает Иероним, «евангельская истина не обязывает к клятве (non recipit juramentum), так как вся речь бывает правдивою и заменяет клятву (cum omnis sermo fidelis pro jurejurando sit)». По словам Толюка (1856), «только с пятого столетия начали считать отказ от клятвы делом еретическим» (S. 284). И это понятно почему. Сделавшись господствующей, христианская Церковь вступила в ближайшие отношения с гражданской властью и должна была сделать уступку, потому что клятва требовалась для подтверждения верности царям и правителям, а также и в судах. Впоследствии мы встречаемся уже постоянно с многоразличными и интересными обходами положительного закона, данного Христом, в древнейшей Церкви признававшегося почти единогласно. Правда, и новейшие экзегеты иногда прямо и смело высказываются за незаконность клятвы. Так, немецкий комментатор евангелиста Матфея Мейер говорит: «Христианство, каким оно должно быть по воле Христа, не должно знать никакой клятвы... Присутствие Божие должно быть настолько живо в совести христианина, что его «да» и «нет» и для него самого, и для других в христианском обществе равняются по значению клятве». Но, прибавляет Мейер, клятва бывает, однако, необходима при несовершенном состоянии христианства. Поэтому, например, анабаптисты и квакеры неправильно совсем отвергают клятву, как это сделали Иустин, Ириней, Климент, Ориген, Иоанн Златоуст, Иероним и многие другие. По словам Цана, «Иисус запрещает не только виды ложной клятвы, но и все роды ее». Однако в среде протестантских и католических ученых раздается много голосов и в защиту клятвы. Указывают на Спасителя, Который Сам не всегда употреблял только «да» (ей) или «нет», но и сопровождал Свои слова более сильными уверениями (аминь и прочее). Когда первосвященник с клятвой потребовал от Него сказать, Он ли Сын Божий, то Он будто бы повторил его клятву в выражении: «ты сказал» (σὺ εἶπας) (63 Иисус молчал. И первосвященник сказал Ему: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий?64 Иисус говорит ему: ты сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных.Мф. 26:63-64). Апостол Павел не только не учил воздерживаться от клятвы, но и сам произносил ее несколько раз (9 Свидетель мне Бог, Которому служу духом моим в благовествовании Сына Его, что непрестанно воспоминаю о вас,Рим. 1:9; 8 Бог - свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа;Флп. 1:8; 5 Ибо никогда не было у нас перед вами ни слов ласкательства, как вы знаете, ни видов корысти: Бог свидетель!1 Фес. 2:5, 10; 11 Почему же так поступаю? Потому ли, что не люблю вас? Богу известно! Но как поступаю, так и буду поступать,2 Кор. 11:11, 31; 20 А в том, что пишу вам, пред Богом, не лгу.Гал. 1:20; 31 Я каждый день умираю: свидетельствуюсь в том похвалою вашею, братия, которую я имею во Христе Иисусе, Господе нашем.1 Кор. 15:31; 23 Бога призываю во свидетели на душу мою, что, щадя вас, я доселе не приходил в Коринф,2 Кор. 1:23; 16 Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.17 Посему и Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву,18 дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду,Евр. 6:16-18). Отрицание клятвы в древней Церкви не было безусловным, но находило решительных защитников. Толюк указывает на пример (еретика) Новата (вторая половина III в.), который во время причащения «принуждал бедных людей вместо благодарения клясться, и при этом, держа обеими руками руки приемлющего (дары), дотоле не выпускал их, пока тот не поклялся и не произнес известных слов и проч.» (Евсевий Кесарийский, «Церковная история», VI, 43); и еще на Афанасия Александрийского, который, как ни много избегал клятвы, клялся пред Константином, — и на постановления соборов (против пелагиан). Отрицание клятвы, говорит Морисон, основывается на неправильном толковании стиха 34, где Спасителем клятва запрещена не абсолютно, а относительно — клятва теми предметами, которые перечисляются дальше.Сам Бог иногда произносил клятву (4 Клялся Господь и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека.Пс. 109:4; 11 Скажи им: живу Я, говорит Господь Бог: не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был. Обратитесь, обратитесь от злых путей ваших; для чего умирать вам, дом Израилев?Иез. 33:11; 13 Бог, давая обетование Аврааму, как не мог никем высшим клясться, клялся Самим Собою,14 говоря: истинно благословляя благословлю тебя и размножая размножу тебя.15 И так Авраам, долготерпев, получил обещанное.16 Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.17 Посему и Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву,18 дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду,Евр. 6:13-18), и Ангелы (6 и клялся Живущим во веки веков, Который сотворил небо и все, что на нем, землю и все, что на ней, и море и все, что в нем, что времени уже не будет;Откр. 10:6). По природе вещей не может считаться неправильным подъем души к Богу, как Свидетелю, Покровителю, Защитнику истины и Мстителю за ложь. Человек, который находится в общении с Богом, не может освободиться от ссылок на Бога в той или другой форме. Цан, утверждавший, что клятва противна христианству, пишет, что только непонимание стихов 33–37 ведет к мысли, что Христос будто бы запретил клятву по требованию гражданских властей, а вместе с тем и добровольное употребление удостоверительных формул в повседневной жизни. Такое мнение несовместимо с общей целью заповедей с 21-го стиха. Подобно тому как Спаситель воздержался от всякого суждения о том, должна или не должна власть применить смертную казнь, или о том, в каких случаях развод недозволителен или дозволителен, так и теперь Он не сказал о том, что ученики должны буквально исполнять законы, указанные в 33-м стихе. Слова мученика Аполлония (180–185 гг. по Р.X.), который заявил своему судье, что произносить клятву для христианина есть нечто постыдное, и тут же прибавил: «Если ты желаешь, чтобы я поклялся, что мы почитаем императора и молимся за его управление, то я принесу достоверную в этом клятву пред истинным Богом», Цан называет превосходными. Соблюдая возможное беспристрастие, мы привели доводы рrо и contra клятв. Но какой же вывод может сделать читатель из всего вышеизложенного? Тот, что Спаситель не запрещал клятвы, но ограничил слова клятвенные только «ей ей», «ни ни», которые по значению равняются всякой клятве. Этого совершенно достаточно во всякой практике. Этому нисколько не противоречат вышеприведенные цитаты из Посланий апостола Павла и прочее, потому что в словах его нет и следа каких-либо формальных и особенно принудительных клятв, и они являются только простыми удостоверениями, в которых апостол призывает имя Божие. Распространенные клятвенные формулы нисколько не служат бо́льшим и высшим удостоверением истины сравнительно с простыми «да» и «нет». Подробные и распространенные клятвенные формулы, произнесенные или по ошибке, или по недоразумению, или вследствие практической невозможности их исполнять, имели иногда роковые последствия. Вообще же, как видно, в словах Спасителя речь идет о запрещении не клятвы, а только различных клятвенных формул, кроме «ей ей», «ни ни». Защита принудительных и распространенных клятвенных формул, если принять во внимание многочисленные злоупотребления, которые бывают при этом, показывает только, что защитники вращаются среди дел плоти, где «прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, [соблазны,] ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство» (19 Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство,20 идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, [соблазны,] ереси,21 ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное. Предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так Царствия Божия не наследуют.Гал. 5:19-21). И для правительств, и для управляемых, в этой ветхозаветной области, свидетельствующей о продолжении жизни ветхозаветного человека, клятвы необходимы, как и убийства, которые являются противодействием убийствам же. Однако опять повторим, что защитники как распространенных клятв, так и убийств, пусть никогда не говорят, что они стоят на чисто новозаветной почве, совершенно освободились от власти ветхозаветного человека и переступили в новую область, где любовь, «радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (22 Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера,23 кротость, воздержание. На таковых нет закона.Гал. 5:22-23). В этой новозаветной области, когда все люди войдут в нее, никаких клятв, кроме простых удостоверений, не требуется и не будет требоваться. Выступая из Ветхого Завета и стремясь к Новому, ветхозаветный человек все менее и менее делается наклонным к убийствам, казням, клятвам и т.п. Наоборот, оставляя новый завет и стремясь к ветхому, новозаветный человек проявляет все бо́льшую и бо́льшую склонность к ним — вследствие понятной практической необходимости, подтверждаемой всякого рода законодательствами. Первое «да» некоторые считают за подлежащее, а второе за сказуемое. Смысл: пусть да ваше будет да, т. е. истинно в утверждениях, а нет будет нет, т. е. истинно в отрицаниях. Но Цан возражает и считает такой перевод «грамматически «недопустимым», потому что estw, как связь, очевидно относится к logoj, а «да да» и «нет нет» связуемые. Поэтому Цан «осмеливается» повторить догадку, что переводчик здесь затемнил смысл оригинала, который вероятно гласил: «пусть ваше утверждение будет да, и ваше нет — нет», т. е. пусть ваши да и нет будут истинными и достойными доверия, а не одновременными да и нет, или сегодня да, а завтра нет. Относительно tou ponhrou лучшие толкователи признают, что это средний род единственного числа и, следовательно, здесь разумеется не диавол, а вообще злое в мире. Вместо множ. twn ponhrwn поставлено единственное потому, что это грамматически возможно, когда речь идет о коллективных понятиях.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

НО ДА БУДЕТ СЛОВО ВАШЕ: ДА, ДА; НЕТ, НЕТ; А ЧТО СВЕРХ ЭТОГО, всякая легкомысленная божба, всякие вымышленные фарисеями клятвы, ТО уже ОТ ЛУКАВОГО; даже и та клятва, о которой Бог прямо заповедал через Моисея: именем Моим клянись, и эта клятва, произносимая с благоговением, как молитва, допущена только из-за лукавства человеческого, только потому, что существуют на земле ложь и обман, и пока они существуют, дотоле и клятва эта будет необходима для людей, чтобы пресекать путь лжи и греху. Так понимали слово Христово – не клянись вовсе – и святые отцы. Так, святитель Иоанн Златоуст говорит: "Кто живет так, как повелел Иисус Христос, того все уважают и никто не принуждает к клятве. Страшное дело: слуга не смеет назвать господина своего по имени без нужды и уважения, а мы имя Господа Ангелов произносим с такой небрежностью! Христос так щадит нас, что запрещает нам клясться даже собственной головой, а мы до того не щадим славы Господа, что всюду влечем Его! Ты – червь, земля, пепел, дым – влечешь к поручительству Владыку своего и принуждаешь Его быть поручителем!.. Какая дерзость! Если бы ты никогда не лгал, то лишь только сделал бы знак, и тебе поверили бы больше, нежели тем, которые произносят тысячи клятв". Но в особенно важных случаях и святые Божий не чуждались клятвы. Вот, например, как выражался преподобный Ефрем Сирин в своем предсмертном завещании: "Я, Ефрем, умираю и пишу завещание... Клянусь Снисходившим на гору Синайскую и Вещавшим из камня, клянусь устами Возопившего Элой и Приведшим чрез то в содрогание всю тварь; клянусь Тем, Кто продан был Иудой и биен в Иерусалиме; клянусь могуществом Заушенного по ланите и величием Приявшего заплевание, – что не отделялся я от Церкви"... Клялись Богом святые мученики Иамвлих и Аполлоний, клялись преподобные Зосима, Павел Препростой и другие. Клятва употреблялась на Вселенских Соборах (V и VI); она заповедуется православным христианам в случаях важных и необходимых, когда требует этого законная власть, причем ее должно произносить с благоговением и твердым намерением отнюдь не изменять ей...

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 37-37

Чтобы ты не сказал: но как мне поверят? — Он говорит: поверят, если всегда будешь говорить правду и никогда не станешь клясться, ибо никто так не теряет доверия, как тот, кто тотчас клянется. Клятва, кроме: да и нет, излишня и есть дело дьявола. Но ты спросишь: разве и закон Моисеев, повелевая клясться, был худ? Узнай, что в то время клятва не составляла худого дела; но после Христа она — дело худое, подобно тому, как обрезываться и вообще иудействовать. Ведь и сосать грудь прилично младенцу, но не прилично мужу.

Толкование на группу стихов: Мф: 5: 34-37

Вот еще заповедь Евангелия, дарованная Спасителем для предохранения нас от лжи, к которой растленное грехом сердце человеческое наиболее склонно.. И в древнеме законе строго запрещалось нарушение клятвы, произнесенной пред Господом. Спаситель Христос, подтверждав сей закон, воспрещает и всякую, клятву, собственно от нас зависящую. Здесь должно заметить, что запрещение сие не относится к той клятве, к которой мы обязываемся гражданскими законом, когда клянемся хранить верность Государю, или когда призываемся законом свидетельствовать истину клятвою. Ибо сие также основывается на Божественной заповеди повиновения предержащей власти. Но запрещаются клятвы произвольныя без важной, а часто и без всякой причины произносимыя. Запрещаются по тому, что ими нарушается непреложная заповедь Божия: не приемли имени Господа Бога твоего всуе (7 Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно.Исх. 20:7). Таковыя божбы и клятвы, ослабляя в сердце человека страх Божий, неприметным образом укореняют в нем навык ко лжи и располагают к неуважение и законных клятв, а часто и к ужасному нарушение оных. Посему-то Спаситель, желая исторгнуть самый корень зла сего из сердца нашего, заповедуете не клясться не только именем Божиим святым и страшным но ни небом: ибо оно есть престол Божий, ни землею: ибо она есть подножие ног Его, ни Иерусалимом, по обычаю Иудеев, для которых град сей, как град Царя Израилева, был священнейшим, ниже собственною своею главою, которая есть премудрое создание рук Божиих; мы те сами по себе не только не можем сотворить ни единаго волоса, но ниже пременить цвет его из белаго в черный, или из чернаго в белый. А для утверждения истины во всех случаях Иисус Христос считает достаточными слова: ей, ей, и ни, ни; все те, что есть сверх сих слов, происходит от лукаваго и непримиримаго врага спасения нашего, духа злобы — диавола, который, как отец лжи, всячески ухищряется посеять и укоренить в сердце нашем ядовитыя семена ея, дабы после мало-по-малу довесть их и до ужаснаго нарушения клятвы. Самая опасная хитрость духа злобы есть та, что он воображению нашему представляет нарушение заповедей Иисуса Христа делом маловажным и угрожения нарушителям их слишком строгими, дабы сею уловкою изгнать из сердца нашего страх суда Божия, который поставлен от Господа стражем душе наших. Коль скоро успеет он удалить от души Христианина сего Божественнаго стража, то беспрепятственно входит в сердце его, и как разбойник расхищает все его сокровище благодати, душу его делает пленницею своею, а тело орудием своей злобы. Подобает убо нам, братие, тщательно бодрствовать над сердцем своим, освященным в обитель Самаго Бога, дабы и все чувства тела нашего были чистыми орудиями творенья заповедей Его, по глаголу Премудраго: всяцем хранением блюди сердце твое, от сих бо суть исходища живота (23 Больше всего хранимого храни сердце твое, потому что из него источники жизни.Притч. 4:23). Подобает всегда молить Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, да Он оградит сердца наши спасительным страхом суда Своего праведнаго; да уязвит их любовию Своею; да возлюбим Господа и Бога нашего всем сердцем нашим, всею душею, всею мыслию, всею крепостию и всем помышлением нашим (37 Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим:Мф. 22:37); да, ходя непорочно во свете заповедей Его, сподобимся быть наследниками жизни вечной. Аминь.

Источник

Беседы на Святое Евангелие