Евангелие от Матфея 22 глава 4 стих

Обобщающее толкование

Святые отцы видят в этом стихе повторный и особенно милостивый Божий призыв к уже званым. Бог не сразу наказывает отказавшихся, а снова посылает рабов и говорит, что всё уже готово. Главная мысль у святителей Иоанна Златоуста, Григория Двоеслова, Николая Сербского, преподобного Симеона Нового Богослова, блаженного Феофилакта, святого праведного Иоанна Кронштадтского и Евфимия Зигабена одна: Бог зовёт не к тяжести и страху, а к радости, полноте и спасению. Это пир Царства, союз Христа с Церковью, духовная трапеза, где человеку предлагается всё нужное для жизни с Богом.

Первая линия толкования — историческая. Вторые рабы понимаются как новые Божии посланники. У святителя Григория Двоеслова первые посланники — пророки, а вторые — апостолы: первые возвещали будущее воплощение, вторые проповедали уже совершившееся. Так же объясняют святитель Николай Сербский и преподобный Симеон Новый Богослов: после прежнего зова к иудеям снова обращаются апостолы, прежде всего к «погибшим овцам дома Израилева». Евфимий Зигабен уточняет: под первыми рабами можно разуметь сторонников Петра, под вторыми — сторонников Павла.

Вторая линия — смысл «готового обеда». Святитель Иоанн Златоуст подчёркивает Божие долготерпение: иудеи уже отвергли и убили Сына, но Бог снова зовёт их не на наказание, а на брачный пир. Святой праведный Иоанн Кронштадтский видит здесь снисхождение царя и предупреждает христиан: вечеря Царства действительно готова, но беспечность лишает человека великого дара. Святитель Николай Сербский раскрывает «всё готово» как полноту даров Христовых: истина, победа над злом, крещение, покаяние, Евхаристия, благодать Духа, Церковь и Царство.

Третья линия — таинственная и евхаристическая. Преподобный Симеон Новый Богослов видит в «юнцах» и «упитанном» Самого Христа, закланного ради нас и преподаваемого верным. Блаженный Феофилакт говорит о благах Ветхого и Нового Завета, а также о духовном хлебе слова Божия. У святителя Григория Двоеслова «юнцы» и «упитанные» указывают на отцов Ветхого и Нового Заветов как примеры уже совершившейся верности Богу.

Частные замечания Святых Отцов

Блаженный Августин напоминает: на пир у Матфея входят и добрые, и злые, поэтому важно не только быть приглашённым, но достойно участвовать.

Святитель Иоанн Златоуст отмечает: чем больше Бог долготерпел, тем сильнее ожесточались отказавшиеся.

Святитель Григорий Двоеслов объясняет, что второе приглашение добавляет не только слова, но и примеры: Бог показывает, что путь уже пройден святыми.

Блаженный Иероним допускает два понимания: вторые рабы — пророки или апостолы; пир и закланные животные означают либо царское богатство образа, либо величие Божественного учения.

Блаженный Феофилакт поясняет: человек уже призван к добру по природе и разуму, но Бог посылает ещё внешних учителей.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский сравнивает Евангелие с пригласительным письмом на вечерю Царства.

Преподобный Симеон Новый Богослов говорит, что Христос назван «юнцами» во множественном числе, потому что Его святая Плоть разделяется на многие частицы, но в каждой — весь Христос.

Святитель Николай Сербский подчёркивает: даже убийство Жениха Бог обратил в источник спасительной радости.

Святитель Симеон Солунский кратко относит образ брака ко Христу-Жениху, Который Сам совершает тайну брака.

Но вина, казалось, заключалась в одних руководителях народа? Господь дал на это ответ в следующей притче, в которой ясно раскрыл, как все Иудеи, званые на брак, отрицались от приглашения грубым и враждебным образом; они не считают стыдом повторять свои отказы на повторяемые приглашения; даже не хотят слышать их, показывают явное презрение к ним. Различие между ними только в том, что одни погруженные в земное, равнодушно пропускают мимо себя проповедь о таком царстве, которое не удовлетворяет их чувственным потребностям; а другие, враждебные фарисеи и их партия – явно ругаются и даже умерщвляют рабов царя, приглашавшего их на вечерю т. е. посланников Божиих, чрез которых они призывались в царство. Отсюда и суд над народом и городом т. е. истребление убийц пророков и Самого Господа и – разрушение Иерусалима. И так как граждане разоренного города не могут более быть приглашены на брачную вечерю – в царство Мессии – то, по разрушении города, Царь посылает Своих рабов на распутья, где встречается много проходящих людей.

Все это было пророческим указанием на то, что по разрушении Иерусалима и по отвержении древнего избранного народа, должны быть избраны новые члены царства Божия из всех народов, доселе остававшихся вне призвания.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 197++

Святые отцы говорят нам, что эта притча — о духовном пире. Посмотрите, как сегодня люди живут, что их волнует, к чему они стремятся. Что передают по телевидению, по радио, что пишут в газетах. О чем сами люди, встречаясь друг с другом, беседуют. Когда речь идет о деньгах, о блуде, который теперь называется любовью, о политике, путешествиях, моде, спорте — они внимательно слушают. А заговорите с ними о жизни будущей, о Страшном последнем Суде, о рае и аде — на их лицах появляется скука. Одни из них откровенно зевают, а иные просто со злобою и с насмешкою встречают такие речи.

Разве мы не узнаем в людях, которые нас окружают, тех, приглашенных на царский духовный пир? Мы видим у них полное равнодушие к тому, что предлагает им их царь. Или гораздо худшее: они готовы растерзать и убить тех, кто говорит о Царстве Небесном. Сегодняшнее Евангелие раскрывает нам в простоте и глубине картину жизни рода человеческого. То, что происходит с нашим народом, со всем человечеством.

Оттого, что люди с таким безразличием встречают проповедь о вечной жизни, должна ли умолкнуть, замкнуться в себе Святая Церковь? Нет, Господь этого не благословляет, и притча говорит о другом. Она говорит нам о том, что царь посылает своих слуг на улицы и на площади, и находят там людей, которые как будто бы не готовы еще к тому, чтобы быть приглашенными на царский духовный пир. Но многие из них приходят. Одни — с изумлением, с благодарностью, с покаянием. Другие просто идут — всех зовут, и мы идем. Церковь призвана обращаться к человеческому сознанию и человеческой совести до скончания мира — до тех пор, пока грех не стал нормой, когда нет уже необходимости каяться и обращаться к иной, высшей радости жизни.

Что же это за пир? Что знаем об этом духовном пире мы, приглашенные? Что за трапеза предлагается нам Царем? Есть еще на земле, почти в каждом городе и во многих селах, храмы, и в каждом храме в алтаре есть стол, который во многом напоминает всякий другой стол, но от всякого другого стола отличается. Это — стол, на котором совершается Божественная литургия. Самая простая пища предлагается здесь — хлеб и вино, но она драгоценнее всех сокровищ, какие существуют на свете. Этот стол называется престолом Господним, на котором восседает Сам Царь Небесный и Самим Собою питает на этом духовном пиру.

Впечатление на слушателей притчи о злых виноградарях было таково, что первосвященники и фарисеи старались схватить И. Христа (Мф. 21:45-46 и парал,). В ответ на это Господь предложил новую притчу, в которой изображается, что Бог с Своей стороны употребил все меры для того, чтобы „званых» (избранный народ Божий, в течение веков подготовляемый Им к принятию Мессии) призвать в Царство Божие, и только после всех мер долготерпения и милосердия Своего, по желанию самих званых, обратился с призывом к „добрым и злым» без различия, а отказавшихся от призыва к спасению убийц посланников Божиих наказал истреблением (пророчественное указание на разрушение Иерусалима и разсеяние после того иудеев). Притча эта—о браке царскаго сына—очень сходна с притчею О званых на вечерю. Лк. 14:16—24. Однако уже по внешней своей форме оне различны: у Луки царство Божие изображается под образом простой семейной вечерп; у Матфея—под образом брачнаго пира царскаго сына. Но еще более различны оне по содержанию: в первой притче званые являются лишь пристрастными к земному; в последней; кроме того, еще жестокими убийцами посланников Божиих; вследствие этого в первой притче звапые наказываются лишь тем, что Бог отступается от них; в последней, кроме того, Господь истребляет их и их город; в первой притче второй и третий призывы обращены к „пищим, убогим, хромым и слепым» (в противоположность отказавшимся богатым и знатным; в последней второй призыв обращен к „добрым и злым»; эта черта в последней притче вызвала целое особенное отделение в ней (11—13), котораго вовсе пет в первой притче. Проповедники Евангелия обращаются с призывом к спасению безразлично ко всем—и к добрым и злым (и к иудеям и к язычникам, и при том без разсмотрения действительнаго их достоинства), и в церкви, при ея земном существовании, находятся и те и другие. Но однако будет время, когда определится, кто действительно достоин вечнаго блаженства: это суждение произносить сам Бог над каждым верующим при вступлении его в обладание вечным блаженством. Отсюда и заключение этой притчи, одинаковое по слововыражению, за исключением той („ибо много званых, мало же избранных»), имеет несколько иной смысл; в последней многие „званые" суть все те, к кому будет обращаемо слово апостольскаго благовестия, а „малые избранные" суть христиане; в первой „малые избранные» суть только удостоившиеся вечнаго блаженства христиане.

Второй звонок

Реакция устроителя пира может показаться непонятной – ведь приглашенные имели полное право отказаться от трапезы, это было их личное время, которым они могли распоряжаться по своему усмотрению. Неужели можно заставить людей прийти на торжество и радоваться из‑под палки? Однако в древности большие пиры не давались экспромтом, их планировали заранее, за несколько недель или даже месяцев. Тогда не было электронной почты, мобильных телефонов, поэтому так же заблаговременно приглашали гостей, которые давали согласие или отказывались. Незадолго до начала торжества вновь посылали слуг, чтобы сообщить конкретные детали празднества. Так что все приглашенные из притчи обещали прийти, а отказались, когда трапеза была уже приготовлена, тем самым выразив неуважение хозяину.

Бывает, и мы сперва откликаемся на призыв Божий, но потом эгоистически изменяем свое мнение, взгляд на жизнь, систему ценностей и отказываемся от своих слов и обещаний. Первое приглашение на трапезу Царства мы получаем в Крещении, в момент сознательного обращения к Богу, когда эта встреча переживается особенно глубоко. Но проходит время, и в жизни появляются новые люди, новые вещи и заглушают желание деятельного ответа. Пригласительные письма продолжают регулярно поступать – через слово Писания и обстоятельства нашей жизни, – но нам проще отмахнуться, мы уже полностью заняты собой. Притча ставит перед нами вопрос: есть ли у нас сейчас та любовь к Богу, какая была раньше, или именно к нам обращены слова Христа: …имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою. Итак, вспомни, откуда ты ниспал, и покайся, и твори прежние дела (Откр. 2:4–5).

Гости, отказавшись от пира, привели веские причины – и добровольно ограничили свой горизонт: теперь их внутренний потенциал, «залог Духа» (см.:2 Кор. 1:22), не раскроется во всей полноте. Хозяин в притче не говорит, что нужно пренебречь имуществом, прекратить работать и содержать семью. Но все это – не конечная цель человеческого существования.

«Цель жизни точно надо определенно знать. Но мудрено ли это? И не определена ли уже она? Общее положение такое, что как есть загробная жизнь, то цель настоящей жизни всей должна быть там, а не здесь. Это положение всем ведомо, и толковать об нем нечего, хоть о нем меньше всего помнят на деле. Но поставьте вы себе законом для жизни вашей всеми силами преследовать эту цель – сами увидите, какой свет разольется оттого на временное ваше на земле пребывание и на дела ваши. Первое, что откроется, будет убеждение, что, следовательно, все здесь есть только средства для другой жизни. Относительно же средств один закон – употреблять их и пользоваться ими так, чтоб они вели к цели, а не отклонялись от нее и не поперечили ей. Вот вам и решение вашего недоумения: не знаю, что сделать со своей жизнью. Смотрите на небо и всякий шаг вашей жизни так соразмеряйте, чтоб он был ступанием туда» (святитель Феофан Затворник).

+++Владимир Хулап прот. Евангельские притчи. Вчера, сегодня, завтра. Глава: Небеса подождут? Притча о брачном пире++

Они не пошли, когда царь послал рабов своих звать их. Тогда царь опять посылает с ним сказать, что все уже готово, остановка только за ними, чтобы начать пир: приходите же! Но они все-таки не пошли; одни пошли на свое поле, другие занялись торговлей, прочие же оскорбили и убили посланных к ним рабов.

Поэтому кто не станет плакать, кто не будет скорбеть, кто не придет в ужас от того, что Владыка вселенной и Сам, и через рабов Своих, пророков и апостолов, проповедует и вопиет, но нет послушавшихся? Что же проповедуются они? «Брак Мой готов, — говорит Он, — упитанная исколена (Мф. 22:4). Жених со славой и великолепием восседает в брачном чертоге и с радостью принимает приходящих, дверь отверста, слуги изъявляют свое усердие. Пока не затворена дверь, спешите войти; иначе останетесь вне, и некому будет ввести вас туда». И нет разумевающего; никто не прилагает старания; леность и заботы века сего, подобно цепи, связали ум. Божественные Писания и списываем мы правильно, и читаем правильно, а правильно их выслушать не хотим, потому что неугодно нам исполнять то, что в них повелевается.

(В отличие от версии от Луки) Царь приглашает званых не один раз, а дважды, но они оба раза отказываются. 

Здесь под другими рабами, посланными Богом звать в церковь Свою, разумеются апостолы, которые после сошествия на них Святаго Духа, начав евангельскую проповедь, снова звали в церковь Христову Иудеев. Все готово, т. е. церковь Христова уже открыта Его страданиями, смертию, воскресением и вознесением на небо. В словах: обед Мой Я приготовил, тельцы Мои и, что откормлено, заколото некоторым образом указывается на таинство причащения в христианской церкви. Они же небрегше (пренебрегли то) отъидоша (пошли), о в убо на село свое (кто на поле свое), ов же на купли своя (а кто на торговлю свою). Здесь указывается, что Иудеи были очень привязаны к земным благам, они ожидали и Мессию, как земного царя: оттого и не уверовали в Него — пренебрегли царским приглашением. Прочие же емше (схватив) рабов его, досадиша им и убиша (оскорбили и убили) их. Так пишется в книге Деяний апостольских: Иудеи то налагали на них руки, то били их (Деян. 4:3; Деян. 5:40 и др.), затем убили из свв. апостолов, архидиакона Стефана и Иакова, брата Божия.

В Евангелии от Луки не говорится о первом отказе. Там подразумевается, что гости приняли приглашение и лишь потом, когда, согласно обычаю того времени, получили вторичное приглашение непосредственно перед началом пиршества, принялись отказываться. У Матфея в притче больше элементов аллегоризации: царь, под которым понимается Бог, проявил терпение и милосердие, вновь пригласив отказавшихся.

Великое поучение этой притчи состоит в том, что многие, называющиеся христианами, сердцем далеки от Бога и не могут поэтому называться детьми Божиими.

  Кто есть царь, сделавший для сына брачный пир? – Бог Отец.

  Кто Сын Его? – Господь Иисус Христос.

  Какое значение имеет приглашение на брак? – Послания и кроткие увещания слова Божия.

  Кто рабы, зовущие на пир? – Проповедники и все священнослужители, призывающие грешников к Спасителю.

  Кого изображают те, которые пренебрегли приглашением и отошли? – Они изображают тех, которые так заняты житейскими заботами, что не хотят и слушать душеспасительных наставлений.

  Кто убийцы рабов? – Это во первых иудеи, гнавшие пророков Божиих, а во вторых все вообще преследующие христианскую веру.

  Кто собранные повсеместно на брачный пир? – Это все вообще люди, различных нравов и свойств, которые обращаются к Церкви и принадлежат к ней.

  Что изображает пришествие царя? – Означает пришествие Иисуса Христа в день страшного суда.

  Кого представляет человек без брачной одежды? – Лицемера, или по имени только христианина.

  Что означает брачная одежда? – Она означает истинную веру, сопровождаемую любовью.

  Чему нас научает то, что царь нашел человека не в брачной одежде? – Научает тому, что никакой лицемер или ложный христианин не скроется от очей Божиих в день страшного суда.

  Что означает молчание человека без брачной одежды? – Безмолвное и уже бесполезное сознание греховности и невозможности оправдать себя пред Богом.

  Чему нас научает его наказание? – Тому, что страшная участь ожидает лицемеров, лжесвидетелей, и вообще всех грешников, которые на сем свете живут в грехах и не каются.

Тексты, относящиеся к притче о брачной одежде

1. Блажени званнии на вечерю брака агнча. Откр. 19:9.

2. Изыди на пути и халуги, и убеди внити, да наполнится дом мой. Лк. 14:23.

3. И Дух и невеста глоголят: прииди. Откр. 22:17.

4. Кая бо есть надежда нечестивому, яко ожидает? надеяся на Господа спасется ли? Иов. 27:8.

5. Отступиша, иже в Сионе беззаконницы, приимет трепет нечестивыя. Ис. 33:14.

6. Да возрадуется душа моя о Господе, облече бо мя в ризу спасения, и одеждею веселия одея мя. Ис. 61:10.

7. Сии суть, иже приидоша от скорби великия, и испраша ризы своя, и убелиша ризы своя в крови агнчи. Сего ради суть пред престолом Божиим, и служат Ему день и нощь. Откр. 7:14–15.