Евангелие от Матфея 19 глава 18 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы видят в вопросе юноши «какие?» не простое незнание закона, а ожидание чего-то большего. По святителю Иоанну Златоусту, Евфимию Зигабену и святителю Кириллу Александрийскому, юноша думал, что кроме известных заповедей Моисеева закона есть еще другие, особые заповеди, прямо ведущие к вечной жизни. Поэтому Христос отвечает ему не новым учением, а сначала возвращает его к уже данным Божиим заповедям.

Главная линия толкования такова: путь к жизни начинается с исполнения заповедей, особенно тех, которые относятся к ближнему. Эту мысль проводят святитель Игнатий Брянчанинов, святитель Иоанн Златоуст, святитель Кирилл Александрийский, Евфимий Зигабен и блаженный Феофилакт. Христос указывает юноше на закон не потому, что закон сам по себе уже является полнотой совершенства, а потому что он является началом пути, детоводителем ко Христу. Закон учит уклоняться от грубого зла: убийства, прелюбодеяния, воровства, лжесвидетельства.

Другая линия, у святителя Илария Пиктавийского, видит в юноше образ иудейского народа. Народ хвалился законом, но на деле нарушал его: убивал пророков, изменял вере, искажал заповеди, отвергал Христа. Поэтому перечисление заповедей становится обличением: человек должен увидеть, что внешнее знание закона еще не значит настоящего исполнения.

У святителя Кирилла Александрийского особенно ясно различаются закон и Христос: закон — начало праведной жизни, а Христос — совершенство. Закон удерживает от зла и учит справедливости, но Христос возводит выше — к полноте благости.

Итак, смысл стиха: Христос не отвергает закон, а показывает, что спасительный путь начинается с верности Божиим заповедям. Но это только начало; исполнение закона должно привести человека к более глубокому следованию за Христом.

Частные замечания Святых Отцов

Святитель Иларий Пиктавийский: юноша является образом народа, который хвалится законом, но не исполняет его по-настоящему.

Святитель Иоанн Златоуст: юноша спросил «какие?» не для искушения, а потому что думал о других заповедях, ведущих к вечной жизни.

Блаженный Иероним занимает более строгую позицию: он считает вопрос юноши хитрым, будто тот не знал заповедей или ожидал, что Христос скажет нечто противное Богу.

Святитель Кирилл Александрийский: закон не есть совершенство, но введение в жизнь вечную; он был детоводителем ко Христу.

Евфимий Зигабен: Христос указывает главные заповеди закона, чтобы почтить их и открыть слушателям добродетельную жизнь юноши.

Святитель Игнатий Брянчанинов: Господь перечисляет заповеди о ближнем, потому что говорит с иудеем, верующим в истинного Бога; соблюдение заповедей необходимо для спасения.

Блаженный Феофилакт: Христос отсылает юношу к закону, чтобы иудеи не могли сказать, будто Он презирает закон.

Наконец к Господу приходит еще человек, строго исполнявший заповеди Божии, не смотря на то что был облечен высоким саном (начальник άρχων) и обладавший великим богатством, в молодых годах, и питавший ревность о достижении высшего совершенства духовного, чтобы достигнуть жизни вечной. Чего, по-видимому, было более желать от приходящего к Господу? Казалось, он мог войти в царство Его не тем путем, каким обыкновенно призывались прочие, – без покаяния. Сами ученики принимали в нем великое участие (см. последние их вопросы). Но Господь двумя замечаниями обнаружил пред всеми, как еще не близко было сердце сего юноши к пути Божию. Во-первых, Он заметил ему, что не признавши в Иисусе лица Божественного, он, по своей строгости законной, не должен был расточать учителям земным таких титулов, которые в собственном значении могут принадлежать только Единому Богу. Во-вторых, указал ему, что в нем не достает и полной любви к ближнему, когда потребовал от него, чтобы он расстался с своим богатством и роздал его нищим, – и требование сие так смутило юношу, что он, оставив Господа, отошел от Него, скорбя. – С своей стороны Господь ничего не требовал от него здесь особенного против прочих. Заповедь о самоотвержении и отречении от всего ради Евангелия была заповедью для всех.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 165++

 Всякая же обязанность может быть обычной или совершенной См. у Цицерона: off. 1:8; 3. 14–16; ср. : fin. 3:59. Речь идет о стоических терминах officium medium aut perfectum, первая возможна любому человеку, вторая – лишь мудрецу. Свт. Амвросий считает общими для всех обязанностями (officium medium) соблюдение ветхозаветного Декалога, а совершенство возможно, если следовать новозаветному учению; см. далее: off. 3:10 , и это мы можем доказать авторитетом Священного Писания. В Евангелии Господь сказал юноше: Если хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди. Говорит Ему: Какие? Иисус же сказал ему: не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не лжесвидетельствуй, почитай отца и мать и люби ближнего своего, как самого себя (Мф. 19:17-19). Это обычные обязанности, но им чего-то недостает. 

 Господь отвечает ему: Знаешь заповеди: не убей, не прелюбодействуй, не лжесвидетельствуй (Мф. 19:18), показывая, что в этих заповедях заключена вечная жизнь. 

Юноша знал заповеди, данные Богом через Моисея, но ему хотелось узнать, нет ли еще иных, которые ему неизвестны, и потому спросил: «Какие заповеди я должен исполнять?»

Кия (какия) заповеди? Юноша ожидал, что ему будут указаны Господом какия-либо особенныя заповеди, которыми предписываются какия-либо особенныя добродетели. Поэтому и предложил Господу вопрос: какия заповеди? Но И. Христос указывает ему известныя 10 заповедей, данныя Богом чрез Моисея, и указывает некоторыя из них, разумея, конечно, при этом все, указывает сначала более удобныя к исполнению, потом более трудныя, более широкия.

Возможно, юноша решил, что Иисус имеет в виду какие‑то отдельные заповеди Декалога.

Юноша видимо ожидал какого-либо нового и необычайного указания со стороны такого великого Учителя и спросил Его: какие заповеди? Когда Христос перечислил ему главнейшие заповеди десятословия и Моисеева закона, с особенным указанием на заповедь любить ближнего как самого себя, то юноша в изумлении заметил, что он все это соблюдал от юности своей и ему хотелось бы еще сделать что-нибудь кроме этого.

Такой простой ответ удивил юношу; он никак не предполагал, что это – известные ему заповеди Десятословия, а посему спросил: кия?

Тогда, указывая ему путь спасения, начертанный в откровенном законе, Господь назвал заповеди второй скрижали – пятую, шестую, седьмую, восьмую и девятую, и присоединил общую заповедь о любви к ближним: не убиеши, не прелюбы сотвориши, не украдеши, не лжесвидетельствуеши, не обиди, чти отца твоего и матерь, – словом: возлюбиши ис-кренняго твоего, яко сам себе.

Дополняет поучения об отвержении мира встреча с богатым юношей, исполнявшим заповеди и имевшим ревность достигнуть духовного совершенства (Лк. 18:18–28). Господь на вопрос юноши, чего ему недостает для этого, ответил: «Оставь все и следуй за Мной». Этот ответ показывает, что совершенства можно достичь только полным оставлением всего ради Христа. В условиях жизни в миру такое полное оставление почти неосуществимо, поэтому в Церкви со временем этот идеал реализовался в монашестве.

Но нельзя не обратить внимание, что среди учеников Христа были такие богатые и влиятельные люди, как Никодим и Иосиф Аримафейский, не оставлявшие ни своего богатства, ни общественного положения. Это не означает, что одни люди призываются все оставить ради Христа, а другие к этому не призываются. Каждое слово Спасителя обращено ко всем и для всех имеет значение непреложного правила, но в Церкви спасаются конкретные личности, многое зависит от духовного состояния человека, поэтому и степени, и формы отказа от богатства у всех различны. Любому христианину нельзя рассматривать богатство как самоценность, нельзя считать себя владельцем богатства, но лишь его распорядителем. Если человек не считает богатство своим и использует свои материальные возможности для служения ближним, а не для самоугождения и питания своих страстей, то тем самым он совершает духовный подвиг ради Христа и его лишь условно можно назвать богатым. Такими условно богатыми были Никодим и Иосиф Аримафейский.