Евангелие от Луки 7 глава 36 стих

  Потому, когда фарисеи, считавшие себя праведниками, порицали Господа за то, что Врач смешивает Себя с больными, и говорили: «Смотрите, с кем он разделяет трапезу: с мыта­рями и грешниками», — Врач ответил безумцам: Не здоровые имеют нужду во враче, но больные. Я пришел призвать не праведников, но грешников (см. Мф. 9:11 — 13). То есть Он сказал: «Поскольку вы называете себя праведниками, хотя вы и греш­ны, поскольку считаете себя здоровыми, хотя вы больны, вы отказываетесь от исцеления и лише­ны здоровья». Так вот, фарисей, который позвал Господа вкусить с ним пищи, казался себе здоро­вым. Но в дом тот ворвалась больная женщина, хотя и не была приглашена туда, и, дерзко выра­зив желание исцелиться, приблизилась не к из­головью Господа, не к руке Его, но к ногам; стала обливать их слезами, отирать волосами, целовать их, мазать миром, и грешница обрела покой у ног Господа.

(2)    Тот же фарисей, возлежавший там, принял­ся, как если бы был здоров, порицать Врача и ска­зал сам себе: «Если бы Он был пророк, то знал бы, что за женщина касается ног Его» (см. Лк. 7:36—39). А подозревал тот, что Он не знал что это за жен­щина на том основании, что Он не оттолкнул ее, чтобы она не касалась Его нечистыми руками. Но Он знал, что это за женщина, позволил прикос­нуться к Себе, чтобы само прикосновение принес­ло исцеление.

Как бы для сравнения, сколько в самом деле ближе к пути Божию эти отверженные фарисеями грешники, нежели мнимые праведники, вскоре в глазах учеников опытно раскрылось глубокое различие внутреннего состояния тех и других (Лк. 36–50).

Один из фарисеев, Симон, имевший некоторое расположение к проповеди Евангелия, впрочем не признававший еще в Иисусе чрезвычайного посланника Божия, – вероятно по обычаю, позвал Его (конечно с учениками) к себе на трапезу. Здесь были и посторонние, конечно также из фарисеев (ст. 49). Но в то время, как Господь возлежал здесь с прочими, в дом фарисеев вошла женщина из так называемых грешниц, с слезами раскаяния, с искренним сокрушением о своих грехах, с сильным желанием выразить пред Господом чувство любви своей к Нему и, вероятно, благодарности за слово Его, пробудившее ее душу от сна греховного. Не довольствовалась она питать сии чувства только внутри себя; стыд и страх не удержали ее выразить их даже в присутствии этих «праведников», она пришла с алавастром мира в руках, с тем чтобы излить это миро на своего Спасителя. Она помазала им главу Его, но чувство собственного недостоинства остановило ее у ног Божественного Спасителя. К ним, к стопам Его преклонилась глава ее, слезы драгоценнее мира текли на них струею, волосами головы своей она их отирала и мазала миром... Эта разительная сцена продолжалась несколько времени. Для фарисея, может быть, не казалось это странным, что Господь дозволяет в таком уничижении повергаться пред собою женщине: это и он бы допустил. Но странно для него, что Господь дозволяет касаться себя всем известной грешнице. Если она Ему не известна с такой стороны, по крайней мере дух пророческий должен был сказать Ему, кто такова эта грешница.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 117-118++

Около того же времени, к которому относится посольство Крестителя ко Христу, некто из фарисеев, по имени Симон, пригласил И. Христа на устроенную им вечерю, и Он, вошед в дом фарисея, возлег. Вечеря была открытая, во время которой в доме, кроме приглашенных, мог присутствовать всякий желающий в качестве зрителя. А как скоро на эту вечерю был позван Господь, за Которым постоянно следовало множество народа, чтобы слушать учение Его или получить исцеление от болезней, то, попятно, таких желающих присутствовать на вечери было много. И вот в числе других вошла в дом тот одна женщина, которая была грешница. В настоящее время душа ея была полна чувством самаго живого и горячаго раскаяния во грехах, и она вошла в дом с тою именно целию, чтобы слезами вымолить у Господа прощение в них. Для сего, ставши позади у ног Иисуса и плача, она начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром. Гордый своею праведностию, Симов фарисей, считавший для себя осквернением одно прикосновение к женщине, известной всем за грешницу, не мог понять, каким образом Иисус дозволяет этой женщине прикасаться к Себе? Если бы Он был пророк, думал Симон, то знал бы, какая женщина прикасается к Нему. Тогда Господь, пригласивши его выслушать Себя, предложил ему притчу о двух должниках. Из этих должников, говорил Господь, один был должен заимодавцу пятьсот динариев, а друг пятьдесят. А как они не имели, чем заплатить, то заимодавец простил долг обоим. «Скажи же,—спросил Господь Симона,—который из них более возлюбит его? Симон отвечал: думаю, тот, которому более простил. Господь одобрил ответ Симона и потом раскрыл пред ним, что ответом своим он сам и произнес приговор над свовн холодным, жестким сердцем,—не тронувшимся при виде даже и таких слез любви и раскаяния, я оправдал Спасителя в Бго любвеобильной снисходительности к грешникам. «Видишь ля ты,—сказал ему Господь,—сию женщину? Я пришел в дом, твой, и ты не оказал Мне самых обыкновенных знаков внимания, почтения и расположения; а она, с тех пор как Я пришел, не перестает изливать самое горячее чувство святой любви. А потому сказываю тебе: прощаются грехи ея многие за то, что она возлюбила много; а кому мало прощается, тот мало любит». Кончивши речь к Симону, Господь сказал жене: «Прощаются тебе грехи". Эти слова Господа с недоумением встречены были, присутствовавшими: «кто же это, что и грехи прощает?" говорили они про себя (ср. Лк. 5:21). Но Господь сказал женщине: «Вера твоя спасла тебя; иди с миром».

Христос в доме Симона-Фарисея

В одном из городов Галилеи, быть может, Магдале, один из фарисеев, по имени Симон, пригласил к себе Иисуса на обед. С какой целью последовало это приглашение – Евангелист не объясняет, но очевидно, что Симон был не из числа расположенных к Иисусу, так как не оказал Ему в своем доме самой обычной в то время вежливости: не облобызал Его и не велел омыть Ему ноги и помазать голову.

Покаявшаяся грешница

Христос принял приглашение, и когда, по восточному обычаю, возлег перед обеденным столом, в дом Симона вошла известная в том городе грешница. Предание гласит, что то была Мария Магдалина. О Марии Магдалине в Евангелии говорится как о женщине, из которой Иисус изгнал семь бесов (Мк. 16:9; Лк. 8:2), а так как в Священном Писании число семь часто применяется вместо много, множеством же бесов обозначается иногда множество грехов, то можно полагать, что Мария Магдалина была большая грешница. В дальнейших повествованиях говорится, что она всюду следовала за Иисусом, стояла у креста Его, присутствовала при Его погребении и первая удостоилась видеть Его воскресшим. Вообще, это – выдающаяся личность в евангельской истории. Поэтому некоторые думают, что если бы в дом Симона-фарисея вошла Мария Магдалина, то Евангелист Лука, тщательно исследовавший все евангельские события, назвал бы ее по имени, а так как он умалчивает об имени той женщины, то, вероятно, это была не Мария Магдалина, а другая женщина, известная всему городу блудница. Но если принять во внимание, что тот же Евангелист, вслед за рассказом о случившемся в доме Симона-фарисея, говорит, что за Иисусом, ходившим после того по городам и селениям, следовали двенадцать Апостолов и некоторые женщины, в числе которых на первом месте ставит Марию Магдалину (Лк. 8:1–3), и если допустить предположение, что Лука нарочно не назвал по имени явившуюся в дом Симона грешницу, потому что не хотел связывать прошлого этой грешницы с именем Марии Магдалины, ставшей после того праведницей, – то следует верить преданию.

Вошедшая в дом Симона женщина принесла с собой алавастровый сосуд с миром. Алавастром назывался особый вид мрамора, отличавшийся легкостью и прочностью; из него выделывались, между прочим, сосуды для хранения благовонных жидкостей; сосуды эти имели форму высокого кувшина с узким горлышком. Нард, это – дерево, росшее преимущественно в Индии; из корней его добывался душистый сок, ценившийся очень дорого. Из этого сока, оливкового масла и душистых цветов варили благовонную жидкость, называвшуюся нардовым миром. В те времена богатые люди мазали себе миром волосы на голове, бороду и даже все лицо; на пиршествах у богачей принято было мазать миром головы и гостей, а для оказания кому-либо особого почета мазали и ноги. Мазали миром при погребении и тела умерших богатых людей.

Когда Христос, в сопровождении учеников Своих, многих женщин и толпы народа, вошел в тот галилейский город, в котором жил Симон-фарисей, то несомненно, что проживавшая там же богатая блудница, увлекавшая в свои сети толпы мужчин, полюбопытствовала посмотреть на нового Пророка. Несомненно также, что учение Иисуса, услышанное ею, открыло ей новый мир и произвело на нее такое сильное, потрясающее впечатление, что она решилась оставить свой порочный образ жизни; и вот, когда Христос вошел в дом Симона, она идет туда, останавливается у ног возлежавшего Иисуса, припадает к ним, рыдает и так обильно проливает слезы покаяния, что обливает ими неомытые ноги Иисуса, вытирает их своими волосами, целует их и мажет принесенным ею миром.

Этот нравственный переворот, видимо совершившийся в душе блудницы, эти слезы покаяния, это открытое исповедание грехов не тронули заскорузлое сердце фарисея, а только дали ему повод считать Иисуса простым человеком, даже не пророком. По его понятиям, прикосновение грешницы оскверняло человека, и потому благочестивый еврей, не желавший оскверниться, не позволил бы грешнице даже дотронуться до своих ног. «Если бы Он был пророк, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему (рассуждал Симон), и не допустил бы Себя до осквернения, а так как, очевидно, Он не знает, что к нему прикасается грешница, то Он – не пророк» .

Господь являл чудеса с помощью обычных вещей, чтобы те, кто осмеивают чудеса, знали, чего они лишились. Ведь если подобное лечение было избрано тайно внутри, то, несомненно, Он мог даровать и неута- иваемое излечение Своим словом.

И если через целование Его ног нечистые губы освятились, то сколь более чистые губы могут освятить- ся через целование Его уст. Так грешница получила благодаря целованию благодать от пречистых ног, принесших ей оставление грехов. Она принесла в дар утешение ногам ее Врача с помощью масла, Который даровал ей сокровищницу исцелений для ее болезней. Питающий алчущих не был приглашен ради Своего чрева, но из-за покаяния грешницы Оправдывающий грешников пришел к фарисею.

Этот живописный рассказ мы находим только в Евангелии от Луки. Правда, нечто похожее мы читаем в конце Евангелия от Марка, в истории страстей. Там рассказано, что за два дня до Пасхи Иисус был ...в Вифании, в доме Симона прокаженного, и возлежал, - пришла женщина с алавастровым сосудом мира ив нарда чистого, драгоценного и, разбив сосуд, возлила Ему на, голову. Некоторые же вознегодовали и говорили между собою: к чему сия трата мира ? Ибо можно было бы продать его более нежели за триста динариев и раздаст пищим. И роптали на нее. Но Иисус сказал: оставьте ее; что ее смущаете? ... Она сделала, что могла: предварила помазать тело Моек погребению (Мк. 14:3-9).

Ввиду сходства ситуаций евангелист Лука в своем повествовании о страстях опустил эту историю, рассказанную Марком.

Итак, только что произнесенные слова о Сыне Человеческом, «Который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам» (7:34), дает евангелисту повод рассказать об обеде в доме некоего фарисея Симона. На этом обеде появляется грешница, и возникает возможность в лице Иисуса Христа иллюстрировать милосердие Божье. Милосердие выражено и в прощении грехов, и в самом общении с грешницей. - Итак, Иисус принял приглашение фарисея Симона и, войдя в его дом, возлег за обеденным столом. Напомню, что в античном мире, особенно на Востоке, люди не сидели, а лежали за низкими столами. Они ложились на еще более низкие ложи, опираясь на локоть левой руки. Правая рука при этом оставалась свободной. Ложились не вдоль стола и не перпендикулярно столу, но по диагонали, под углом. Ноги, с которых, конечно, снимались сандалии, вытягивались назад. Этим объясняется, почему женщина стала позади у ног Его». Эта женщина была известной в городе «грешницей», иначе говоря, блудницей. Она «принесла алавастровый сосуд с миром и, став позади у ног Его и плача, начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром». В этих словах картинно изображен неловкий, неприятный для хозяина-фарисея, даже скандальный инцидент.

Само появление грешницы за обедом объяснимо тем, что во время подобных обедов и пиров с участием важных персон двери дома держались открытыми, и в дом могли входить посторонние, не приглашенные (как видим, даже женщины). Им дозволялось слушать, о чем говорилось за столом, и даже иногда принимать участие в дискуссии, то есть быть так называемыми «совопросниками». Скандальность же того, что произошло в данном случае, состояла в том, что вся сцена, с точки зрения окружающих, выглядела совершенно непристойной. Женщина распустила свои волосы, что было крайне предосудительно. Она отирает волосами слезы с ног Иисуса и через такое прикосновение делает Его «нечистым». Строго говоря, Он теперь не может продолжать обедать, так как Его присутствие делает «нечистыми» и других участников. Грешница даже целует ноги Иисуса и делает это долго, как сказано самим Иисусом, «не перестает целовать у Меня ноги». Наконец вместо того, чтобы возлить миро на голову, как это было принято, она льет его на ноги Иисуса, что выглядит совсем уже неприличным и вызывающим.

Притча о двух должниках в Евангелии от Луки является частью повествования о женщинегрешнице, которая пришла в дом фарисея, где Спаситель возлежал за трапезой, чтобы помазать Его ноги драгоценным миром. У Луки этот эпизод относится к галилейскому периоду служения Иисуса Христа. Сходный по содержанию эпизод имеется в Евангелиях от Матфея и Марка, но там он отнесен к последним дням земной жизни Иисуса и происходит в Вифании, близ Иерусалима, в доме некоего Симона прокаженного (Мф. 26:6-7; Мк
14.    3). Еще один похожий эпизод приведен в Евангелии от Иоанна: там действие происходит тоже в Вифании, но в доме Лазаря, и ноги Спасителя помазывает Мария, сестра Лазаря (Ин. 12:1-8).
В вопросе о том, описан ли во всех четырех Евангелиях один и тот же случай, или два разных, или три, ученые расходятся. Имеется четыре основных версии: 1) все Евангелисты описывают один и тот же случай, но разногласят в деталях; 2) один случай описан у синоптиков, другой у Иоанна   ; 3) один описан у Луки, другой у Матфея, Марка и Иоанна ; 4) в четырех Евангелиях речь идет о трех разных случаях — первом у Луки, втором у Матфея и Марка, третьем у Иоанна .
Мы считаем наиболее обоснованной третью точку зрения, однако ее подробное обоснование выходит за рамки нашей темы, поскольку здесь мы говорим о притчах Иисуса Христа, а притча имеется только в одном из четырех рассказов: в рассказе Луки о женщинегрешнице. Укажем лишь на наиболее очевидные отличия рассказа Луки от рассказов других Евангелистов: 1) у Луки действие происходит не в Вифании, а в Галилее и 2) не в последние дни земной жизни Иисуса Христа, а намного раньше; 3) женщина помазывает не голову Спасителя (как у Матфея и Марка), а Его ноги (как у Иоанна); 4) действие происходит в доме Симона фарисея, а не Симона прокаженного (как у Матфея и Марка); 5) женщина обозначена как «грешница» (о чем другие Евангелисты не говорят); 6) она обливает слезами ноги Спасителя и отирает их волосами (эта деталь отсутствует у других Евангелистов); 7) на ее поведение реагирует не Иуда (как у Иоанна) и не «ученики» (как у Матфея), а фарисей; 8) история содержит диалог между фарисеем и Христом (чего нет у других Евангелистов); 9) в истории отсутствует диалог между Христом и учениками; 10) отсутствует упоминание о том, что своим действием женщина приготовила Спасителя к погребению; 11) в конце рассказа Иисус Христос обращается напрямую к женщине (чего Он не делает в повествованиях других Евангелистов), причем происходит это дважды.
Рассказ Луки
Ввиду того, что рассказ Луки достаточно сильно отличается от повествований других Евангелистов и что только он содержит интересующую нас притчу, в данной главе мы рассмотрим его изолированно от других аналогичных повествований. При этом рассказ необходимо рассмотреть целиком, поскольку притча является его составной частью:
Некто из фарисеев просил Его вкусить с ним пищи; и Он, войдя в дом фарисея, возлег. И вот, женщина того города, которая была грешница, узнав, что Он возлежит в доме фарисея, принесла алавастровый сосуд с миром и, став позади у ног Его и плача, начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром. Видя это, фарисей, пригласивший Его, сказал сам в себе: если бы Он был пророк, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему, ибо она грешница.
Обратившись к нему, Иисус сказал: Симон! Я имею нечто сказать тебе. Он говорит: скажи, Учитель. Иисус сказал: у одного заимодавца было два должника: один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят, но как они не имели чем заплатить, он простил обоим. Скажи же, который из них более возлюбит его? Симон отвечал: думаю, тот, которому более простил. Он сказал ему: правильно ты рассудил.
И, обратившись к женщине, сказал Симону: видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отерла; ты целования Мне не дал, а она, с тех пор как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги; ты головы Мне маслом не помазал, а она миром помазала Мне ноги. А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит.
Ей же сказал: прощаются тебе грехи. И возлежавшие с Ним начали говорить про себя: кто это, что и грехи прощает? Он же сказал женщине: вера твоя спасла тебя, иди с миром (Лк. 7.36-50).
Рассказ можно условно разделить на четыре части: повествование о женщине и о первоначальной реакции фарисея на ее действия; диалог, содержащий притчу о двух должниках; толкование этой притчи в форме диалога с Симоном; диалог с женщиной и реакция возлежащих.
Хозяин трапезы сначала назван неопределенно: «некто из фарисеев». Имя фарисея возникает лишь впоследствии, в обращении к нему Спасителя. На протяжении всей евангельской истории фарисеи составляли оппозицию Иисусу Христу. Тот факт, что он принимает приглашение одного из них на обед, говорит о готовности Иисуса Христа к диалогу с любым человеком, в том числе из числа Своих противников. Жестко обличая фарисеев как группу, партию, школу, называя фарисеев «лицемерами», «безумными и слепыми», «порождениями ехидниными» (Мф. 23:13-33), Христос не распространял эти эпитеты на всех без исключения представителей данной группы. Впрочем, эпизод, рассказанный Лукой, относится к тому периоду жизни Иисуса, когда Его конфликт с фарисеями еще не вступил в завершающую стадию.

Об этом событии повествует только евангелист Лука.

Некий от фарисей (некто из фарисеев), по имени Симон (ст. 40). Фарисеи, как известно, во времена Христовы составляли особую секту у евреев. (Чит. о них в объясн. Лк. 3:7) По какому поводу Симон пригласил И. Христа к себе на трапезу, – неизвестно. Не оказал-ли ему Господь какого-либо благодеяния, как можно отчасти заключить из дальнейшего повествования (41, 42, 47 ст.), и не в благодарность-ли за это он пригласил Господа к трапезе? Господь пред Своими страданиями, возлежал также на вечери в доме некоего Симона прокаженного, жившего в Вифании (Мф. 26:6 и дал.). Может быть, это – одно и то же лицо, ставшее из-за оказываемых ему Господом благодеяний близким к Нему? Правда, та вечеря была в Вифании, а эта, по всей вероятности, в каком-либо из городов Галилейских; но этот же Симон со временем мог переселиться и в Вифанию (Мих.). Возлеже (возлег). О возлежании за столом чит. в объясн. Лк. 5:29

То, как Иисус относится к грешникам, подтверждается рассказом о благодарной грешнице. Этот эпизод есть только у Луки, хотя целый ряд деталей сближает его с рассказом о помазании Иисуса в Вифании (кстати, у Луки он отсутствует). Это иллюстрация того, как грешники приняли Божье прощение и преисполнены благодарности, в то время как у «праведников» нет ни любви, ни благодарности.

Ст. 36 Многие христиане убеждены в том, что между Иисусом и фарисеями царила открытая вражда и не было никакого общения. Но это не так. Иисус пришел ко всем и поэтому принимал приглашения от всех, потому что в Радостной Вести, по Его мнению, нуждались все, а не только бедные и отверженные. Так, Лука несколько раз рассказывает о том, что Иисус бывал на пирах у фарисеев (11:37; 14:1). Некоторые комментаторы убеждены в том, что несколько странный порядок слов в греческом тексте свидетельствует о том, что подобные приглашения были вещью необычной¹. Возлег на ложе за обеденным столом – обычай есть лежа, заимствованный евреями из Греции и Рима, потом стал обычным во время пиршеств и обязательным для пасхальной трапезы. Обедающие лежали на специальных ложах вокруг стола. Здесь, вероятно, речь идет о субботнем обеде после возвращения из синагоги.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 193++

Теперь уже для всех достаточно было доказательств, что Иисус из Назарета есть именно Мессия Христос. Но Он еще не был помазан, и это помазание должно было совершиться теперь. Если Христос родился в яслях и главное самооткровение о Своем мессианском достоинстве сделал бедной и греховной самарянке, то неудивительно, что и помазание Его совершено было не первосвященником в торжественной обстановке храма, а при самых простых обстоятельствах, способных произвести смущение в непросвещенной душе (Лк. 7:36-50). В одном из прибрежных городков Спаситель получил приглашение в дом фарисея, носившаго весьма распространенное в то время имя Симона. Приглашение было сделано в духе фарисейской неискренности — просто с целию полюбопытствовать, что это за учитель из презреннаго Назарета, так что при этом не соблюдены были даже обычныя правила гостеприимства, требовавшия от хозяина, чтобы он встретил гостя целованием, омыл ему ноги и доставил все необходимые удобства. Накрыт был стол, и все приглашенные гости возлегли за ним, как это было в то время в обычае у иудеев, подражавших грекам и римлянам. При пиршествах двери дома на востоке не закрывались, так что и всякий посторонний мог войти в него — если не принять участие в пиршестве, то хоть постоять и посмотреть на пирующих. Но на этот раз среди других взяла на себя смелость вторгнуться в этот почтенный дом одна личность, присутствие которой было не только нежелательно, но положительно противно хозяину. Одна несчастная, порочная, падшая женщина, известная в той местности своею худою жизнью, узнав, что Иисус возлежит в доме фарисея, осмелилась про- тесниться через толпу других посетителей с алавастровым Свое название этого рода сосуды подучили от города Алавастрона в Египте, где было главное их производство, и оттуда они вывозились во все окружающия страны. Их находят в раскопках в Ассирии, Греции, Италии и других странах—все той же египетской формы. сосудом мира. Она нашла кого искала, и смиренно, став позади Христа, слушала слова Его. Невольно размышляя о Нем и о своем страшном падении, — размышляя о безпорочной, безгрешной чистоте святого юнаго Пророка и о своей собственной позорной и греховной жизни, — она стала плакать, и слезы ея капали на босыя ноги Христа, к которым она склонялась все ниже и ниже, стараясь скрыть свое смущение и стыд. Фарисей с ужасом отскочил бы от одного прикосновения, а не только от слезы такой личности; он стал бы в семи водах омываться от полученнаго осквернения и с проклятием отогнал бы нахально вторгшуюся грешницу. Но женщина эта внутренно чувствовала, что Иисус не поступит с нею так; она чувствовала, что высочайшей безгрешности свойственно глубочайшее сочувствие; она видела, что где оттолкнула бы жесткая благопристойность подобнаго ей грешника, там примет совершенная святость Спасителя. Весьма вероятно, что она слышала безконечно любящия и милостивыя слова, сказанныя Христом, быть может, в тот же самый день: «приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф. 11:28). Не будучи отвергнута, она ободрилась еще больше, и убедившись, что, как бы ни смотрели на нее другие, Спаситель во всяком случае не презирал ее, она подвинулась к Нему еще ближе и, опустившись на колени, своими длинными распущенными волосами начала вытирать ноги, омоченныя ея слезами, покрывать их поцелуями и наконец, разбив В Сирийском переводе Пешито, слово разбив в Мк. 14:3, читается открыв, что может иметь применение и в данном случае. Впрочем, драгоценное миро доставалось из алавастровых ваз часто чрез отбитие их узкаго горлышка. алавастровую вазу, стала умащать их драгоценным и благоухающим миром.

Трогательное событие, полное глубокого смысла, совершившееся в доме Симона фарисея, показало ученикам Господа и всем присутствовавшим, что к царству Его ближе кающиеся грешники, нежели мнимые праведники, какими считали себя фарисеи. Симон, живший в одном галилейском городе, пользуясь близостью прославленного Учителя, которого не считал еще Мессиею, просил Иисуса Христа к себе на вечерю. В то время, когда Господь, по древнему обычаю, возлежал в доме его вместе с прочими, вошла туда известная в городе грешница со слезами раскаяния; она не постыдилась и не побоялась возлежавших с Ним, но притекла, по выражению преподобного Ефрема Сирина, «к Иисусу, наилучшему Врачу, исцеляющему греховные язвы, умоляя, чтобы перевязал и исцелил язвы ее». Она принесла алавастровый сосуд с миром для того, чтобы помазать Господа, и Милосердый не воспретил ей приблизиться к Себе. Ставши позади у ног Его и плача, кающаяся начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, целовала ноги Его и мазала миром. Горькие воздыхания грешницы, по замечанию того же святого Отца, были для Господа «гораздо приятнее вечери», приготовленной Симоном, и капли слез, пролитых ею, были для Него «лучше всякого пития».

Пример служения

Вы видите, что Христос пришел на трапезу фарисея не для того, чтобы вкусить плотской пищи, а для того, чтобы явить пример небесного служения во плоти.

Видим в святом Евангелии, что Христос Господь в дома входил тех людей, которые Его к себе звали, и ел у них. О, блаженны те дома, которые Царь Небесный посещал и, дающий пищу всякой плоти (Пс. 135:25), пищи в них вкушал! За счастье люди почитают царя земного в дом принять. Какое несравненно большее счастье – принять в дом Царя Небесного! Принимающие тогда Христа в домах своих не иное что о Нем думали, как только то, что Он был пророк, славный учитель и чудотворец, но не знали того, что Он – пророков Господь, хотя свет божества Его из разных чудес и преславных дел Его, и всеведения Его, и власти Его, и прочего, как солнце из лучей его, показывался. О, если бы знали, что Гость, Которого принимают, есть истинный Бог, ходящий во образе человеческом по земле, с великим страхом и неизреченною радостью принимали бы Его! Но скрылся от них тогда этот Божественный и вечный свет.

Христиане! Нам благодатию Божиею блеснул свет Тот. Мы ныне веруем и знаем, что Христос – Господь и Бог наш, Который пришел в мир грешников спасти. Покаемся же и обратимся к нему. Откроем дома сердец наших и со смирением попросим Его к себе – да посетит и нас, смиренных и грешных. Хотя мы и не видим Его, однако Он и ныне между верными Своими обретается и человеколюбиво посещает их, по обещанию Своему: Се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь (Мф. 28:20). Он, как видим в Евангелии, никем не гнушался, кто бы Его ни звал к себе. Не возгнушается и нами, как человеколюбец, если покаянием очистим дома наши и со смирением попросим Его. Но Он и Сам готов и рад к нам прийти, если только увидит угодное Себе место в нас, ибо так говорит Он Сам: Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною (Откр. 3:20).
            Гость велик и славен, любезен и радостотворен – как Бог. Праздничного стола, пищи и питья от нас не потребует. Сам предложит трапезу нам, не такую трапезу, какую люди представляют, а трапезу укрепляющую, утешающую, увеселяющую души наши и имеющую сладость вечной жизни. На этой пресладкой вечери отчасти вкусим сладости небесной трапезы, которую Ангелы Его святые вкушают. Очистим дома сердец наших истинным покаянием и изгоним шум различных попечений и прихотей мира сего, да услышим пресладкий глас Его при дверях наших, и откроем двери Ему, и так придет преславный Гость к нам.