Евангелие от Иоанна 5 глава 8 стих

Три приказа Он отдал: встань, возьми одр свой и ходи. Но приказ «встань» был не повелением трудиться, но деянием исцеления. А два других приказа Он отдал здоровому: возьми постель свою и ходи.

***

Он изрек: встань, возьми постель твою и ходи. Он произнес три повеления: встань, возьми постель твою и ходи. Но встань — было не приказом к действию, но действием по исцелению. Уже здоровому Он дал два повеления: возьми постель твою и ходи. Я спрашиваю вас, почему недостаточно было сказать: ходи? Или почему недостаточно было сказать: встань ? Ведь тот, поднявшись здоровым, не остался бы на месте. Разве он встал не для того, чтобы уйти оттуда? Так вот, мне кажется, что Он дал два повеления тому, у кого Он нашел недостаток в двух вещах: ибо, отдавая два приказания, Он как бы наполнил того больного тем, чего ему недоставало.

Каким же образом мы находим в тех двух предписаниях Господа те две обозначенные заповеди любви? Встань, — говорит Он, — возьми постель твою и ходи. Каковы же те две заповеди, вспоминайте, братья, вместе со мной. Ибо они должны быть прекрасно известны вам, и не только должны были войти в ум ваш, когда мы вверяли их вам, но и никогда не должны удаляться из сердец ваших. Постоянно думайте о том, что следует любить Бога и ближнего: Бога всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим и ближнего твоего, как самого себя (ср. Лк. 10:27). Об этом постоянно следует думать, об этом размышлять, это хранить в памяти, это совершать и это исполнять. Любовь к Богу стоит на первом месте в порядке предписания, любовь же к ближнему — первая в порядке исполнения. Ибо Предписывающий тебе эту любовь в двух заповедях не повелел тебе прежде любить ближнего, а потом уж Бога, но — прежде Бога, а потом уж ближнего. Ты же, поскольку еще не видишь Бога, через любовь к ближнему заслужишь узреть Его; через любовь к ближнему ты очистишь взор свой для созерцания Бога, как со всей очевидностью изрек Иоанн: нелюбящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?(1 Ин. 4:20).

Смотри, сказано тебе: «Возлюби Бога». Если ты скажешь мне: «Покажи мне Его, Которого я должен любить», — что я скажу в ответ помимо того, что изрек сам Иоанн: Бога не видел никто никогда (Ин. 1:18)? И чтобы ты не Col. 1532 посчитал вдруг, что ты совершенно лишен созерцания Бога, он говорит: Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге (1 Ин. 4:16). Возлюби же ближнего и узри в себе источник, благодаря которому ты любишь ближнего; там, насколько ты сможешь, увидишь Бога. Начни же любить ближнего. Раздели с голодным хлеб твой, и скитающихся бедных введи в дом; когда увидишь нагого, — одень его, и от единокровного твоего не укрывайся (Ис. 58:7).

Совершивши это, чего же ты добьешься? Тогда откроется, как заря, свет твой (Ис. 58:8). Свет твой — это Бог твой, заря для тебя, потому что придет Он к тебе после ночи этого мира. Конечно, Он не восходит и не заходит, ибо всегда пребывает; Он будет зарей для тебя, когда ты возвратишься к Нему, так же, как стал закатом для тебя, когда ты отвратился от Него. Так вот, изрекши: возьми постель твою (Ин. 5:8), Он, кажется, сказал мне: «Возлюби ближнего твоего» (ср. Лк. 10:27).

Впрочем, все еще является неясным и требует разъяснения (как я думаю), почему любовь к ближнему вверяется нам в виде взятия постели. При этом нас не должно оскорблять то, что через постель, вещь в некотором смысле нелепую и бестолковую, выражается ближний. Да не прогневается ближний из-за того, что он выражен для нас через вещь, которая не имеет ни души, ни чувства. Сам Господь наш и Спаситель наш Иисус Христос был назван краеугольным камнем, соединившим в Себе двоих (см. Еф. 2:14-20). Он был назван также скалой, из которой изливалась вода: «Скалой же был Христос» (ср. 1 Кор. 10:4). Что же удивительного в том, что ближний назван деревом Имеется в виду, что ближний символически изображен в виде постели, которую в данном случае следует понимать в значении «кровать». В латинском тексте Евангелия, которым пользовался блж. Августин, для обозначения постели используется слово grabatum, которым называли простую низкую кровать в виде деревянной рамы с сеткой из ремней или веревок. — Пер., если Христос — скалой? Но все же он назван не простым деревом: подобно тому как Он назван не простой скалой, но той, из которой изливалась вода для жаждущих, не простым камнем, но краеугольным, который в себе соединяет две стены, пришедшие с разных сторон. Так и ближнего ты должен воспринимать не как простое дерево, но как постель.

Что же совершалось посредством постели, я спрашиваю тебя? Что, кроме того, что на постели носили того больного? Здоровый же сам несет постель. Ведь что сказано апостолом? Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов (Гал. 6:2). Закон же Христов есть любовь, и не исполняется любовь, если мы не носим бремена друг друга, снисходя, как говорит он, друг ко другу любовью, стараясь сохранять единство духа в союзе мира (Еф. 4:2—3). Когда ты был болен, носил тебя ближний твой; ты выздоровел, носи ближнего твоего: Hociime бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов. Так исполняй, о человек, то, что тебе недоставало.

Возьми же постель свою. Но когда ты поднимешь его, не стой на месте, иди. Любя ближнего и проявляя заботу о ближнем твоем, отправляйся в путь. А каким путем ты идешь, если не к Господу Богу, к Тому, Кого мы должны любить всем сердцем, всей душой и всем разумением (ср. Мф. 22:37)? Мы еще не пришли к Господу, но рядом с нами ближний наш. Возьми же его, иди вместе с ним, чтобы ты смог прийти к Тому, с Кем ты хочешь пребывать вечно. Так вот, возьми постель твою и ходи.

Случаем к сему в самом Иерусалиме Господь избрал исцеление одного больного, уже страдавшего 38 лет (Ин. 5), совершенное им нарочито в субботу. Освободив его от болезни, Господь сам приказал ему взять свою постель и идти. Строгие блюстители внешних требований закона и преданий старцев, узнав о сем, – вместо того, чтобы обратить внимание на Божественное исцеление, вступились за нарушение покоя субботнего. Это было в глазах их преступление, достойное смерти, – тем более, что совершено среди многолюдства, на празднике. Но ни приговор судилища, ни рука тайного предателя не могли поразить Его прежде, нежели Сам Он предаст Себя людям. Посему, не опасаясь замысла врагов своих, Господь Сам является к ним и объявляет, на чем основывалось несоблюдение Им бездейственного покоя в субботу.

Суббота – памятник покоя Божия по окончании творения. Но сей покой не есть бездействие. Деятельность Творца не прекращается: но соблюдение мира от сотворения его доселе есть не что иное, как возобновляющееся с каждым мгновением Его творение, начатое Отцем чрез Сына ( послеши Духа твоего и созиждутся), обновление духовной природы человека есть тоже творение ( сердце чисто созыжди во мне…) – Итак Бог, Творец мира, и почив покоем, доселе делает.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 101-102++

Повеление Христа больному «Встань, возьми постель твою и ходи» (Ин. 5:8) состоит из двух указаний: «встать» – это первая часть фразы, означающая исцеление, а затем – «возьми постель твою и ходи». Поэтому исцелённый не может ослушаться и не брать постели. То, что обязательность ношения постели он воспринимает как единый акт с совершившимся над ним исцелением, подтверждает его ответ иудеям, недоумевающим, почему он несёт свою постель в субботу: «Тот, Кто сделал меня здоровым, Он мне и сказал: “Возьми постель твою и ходи"» (Ин. 5:11).

Согласно Мишне, ложе разрешалось переносить в субботу, если на нём был человек. Поэтому повеление «нести постель», с одной стороны, являлось нарушением принятых правил, а с другой – неотвратимо и неизбежно служило обнаружению совершённого чуда. Его смысл, возможно, в том, чтобы показать полноту избавления от болезни – человек не только ходит без посторонней помощи, но и несёт постель, на которой пролежал многие годы¹.

Авторитет человека, который «сделал его здоровым», для исцелённого куда более значим, чем почитание или нарушение установленных субботних норм.

 У него не было человека, говорит нам Синаксарь сегодняшнего дня, и потому слово Божие, Бог Превечный стал человеком, чтобы придти к этому больному, лежащему у Овчей купели, и спасти его.

«Встань, возьми постель твою и ходи», — говорит расслабленному Христос. 

Среди других больных, которые лежали при купальне в ожидании чудеснаго движения воды, был человек, находившийся в болезни уже 38 лет. Когда И. Христос, увидев его, обратился к нему со словом теплаго участия, больной с сожалением высказал, что он не имеет человека, который впустил бы его в купальню, когда возмутится вода. Тогда Господь говорит разслабленному: „встань, возьми постель твою и ходи». И больной вдруг почувствовал себя совершенно здоровым, тотчас встал, взял постель свою и пошел. Так как это было в субботу, то, по взгляду неразумных ревнителей закона, И. Христос в данном случае дважды нарушил закон о субботнем покое: во-первых, тем, что совершил исцеление в субботу, и, во-вторых, тем что дозволил исцеленному нести постель свою в этот день. Посему, когда бывший больной сообщил им, что Исцеливший его есть Иисус Христос, они сильно озлобились на Господа и даже искали убить Его.

Встань! Возьми одр! Ходи! повелевает Господь творческою силою. Те же три повеления дает Господь расслабленному, спущенному сквозь крышу дома в Капернауме Мф. 9:6; Мк. 2:11.. В них заключается исцеление – встань; возврат сил – возьми одр; полное восстановление здоровья – ходи.

Не без основания указывают, что исцеление болящего 38 лет было явлено Господом в субботу не случайно, а намеренно, точно так, как произошло в субботу исцеление сухорукого Мф. 12:12–13. и женщины, «которую связал сатана тому восемнадцать лет» Лк. 13:11–16., и исцеление слепорожденного Ин. 9:14.. Господь восстановляет вместо буквы закона дух его, давно забытый Иудеями, ибо только этот закон, исполняемый в духе, мог приготовить Израиль к воспринятию высших христианских истин. В субботу можно и должно творить добро (Лк. 6:9). Но именно против этого духовного закона возмущались Иудеи, т. е. книжники и фарисеи купно с полуатеистами саддукеями, членами синедриона, ибо этот духовный закон освобождал народ от влияния их, ибо сила их была в постоянном наблюдении за мелочною обрядностью, установленною ими же Не можем не указат, что именно тот же строй жизни остался у нынешних евреев и таково же влияние на народ раввинов и цадиков у Талмудистов..

Исцеление расслабленного происходит в субботу. Иисус не только исцеляет больного, но говорит ему: «Встань, возьми постель твою и ходи». Он как бы провоцирует нарушение заповеди о субботе, согласно которой в этот день ничего нельзя носить в руках. Иудеи относятся к исцеленному достаточно терпимо, им не нравится лишь, что он берет постель свою в день, когда это запрещено.

Когда Иисус подошел к этой купальне, то увидел больного, страдавшего тридцать восемь лет, и спросил его: «Хочешь ли быть здоровым?» Больной, очевидно, не знал, что перед ним стоит Мессия-Христос, иначе он просил бы Его об исцелении. Но он только объясняет Иисусу, как обыкновенному человеку, причину своих неудач. «Хочу, Господи (отвечал расслабленный); но горе мое в том, что сам не в силах скоро погрузиться в воду, и некому мне помочь: каждый раз, как только я пытаюсь войти в купальню, кто-нибудь предупредит меня и войдет прежде, чем я успею собраться с силами». Сжалившись над безвыходным положением несчастного, Иисус сказал ему: встань, возьми постель твою и ходи. Исцеление произошло мгновенно; больной встал, взял постель, на которой лежал, и пошел. Было же это в день субботний.

Встань! возьми одр! ходи! повелевает Господь творческою силою. Те же три повеления дает Господь разслабленному, спущенному сквозь крышу дома в Капернауме (Мф. IX, 6; Марка II, 11). 

В них заключается исцеление: — встань; озврат сил: — возьми одр; полное возстановление здоровья: — ходи.

В субботу, по воззрениям фарисеев, нельзя ни зажигать огонь, ни приготовлять постель, ни варить пищу; иудей не имел права на это время ни вытащить своего осла из канавы, ни поднять руку в защиту своей жизни. Эта последняя оговорка была, впрочем, отменена Маккавеями поле того, как тысячи евреев погибли напрасно на войне; с тех пор иудеям позволялось защищать свою жизнь даже день субботний. Но ни что другое в том мрачном законе не было смягчено. З день покоя иудей не мог оставить вой стан, свою деревню или свой город. Он не мог начинать путешествия этот день; даже если находился уже дороге, то должен был отдыхать с наступления солнечнаго заката до того же самаго времени следующаго дня. Иудей не юг в этот день носить ни своего головного убора, ни сикля за поясом; если ему был нужен для употребления платок, то последний должно было обвязать округ ноги. Иудей, нарушивший которое нибудь из этих правил, считался залужившим наказание, назначенное для самых тяжких грешников. Некоторые раввины признавали, что в день субботий человек даже не должен изменять своего положения; как стоя или сидя слышал он звук „шофа“, так и должен был стоять или сидеть, — неподвижный, как камень, до тех пор, пока суббота не миновала. (См. „Святая земля» Уилияма Диксона. Перев. с англ. под. ед. Н. С. Кутейникова С.-Пб. изд. 1869 г. тр. 247).

Не без основания указывают, что исцеение болящаго 38 лет было явлено Госодом в субботу не случайно, а намеренно, точно так, как произошло в субботу исцеление сухорукаго (Мф. XII, 2-13), и женщины, которую связал сатана тому восемнадцать лет (Луки 13, 11 — 16), и исцеление слепорожденно (Ин. IX, 14). Господь возстановлен вместо буквы закона дух его, дав- ;о забытый иудеями, ибо только этот закон, исполняемый в духе, мог приготовить Израиля к воспринятою высших :ристианских истин. В субботу можно и должно творить добро (Луки VI, 9). Но именно против этого духовнаго закона возмущались иудеи, т. е. книжники и фарисеи купно с полуатеистами саддукеями, членами синедриона, ибо этот духовный закон освобождал народ от влияния их, ибо сила их была в постоянном наблюдении за мелочною обрядностью, установленною ими-же. (Не можем не указать, что именно тот же строй жизни остался у нынешних евреев и таковоже влияние на народ раввинов и цадиков у талмудистов).

Мы видим параллели с Мк 2; Мф 9; Лк 5.

Детали разные (Капернаум - Иерусалим, несли друзья, требование веры, прощение грехов и т.д.). Возможно, одно событие, но разные рассказы о нем на ранней стадии традиции.

Это четвертое знамение.

1. Кана (вино);

2. Кана (сын вельможи);

3. Насыщение пяти тысяч.

Смысл, как и во 2-ом - жизнь по слову Иисуса.

Иисус очень часто Сам берет инициативу в Свои руки. Из тех, кто за Ним следовал, Он избирает двенадцать учеников. Об этом избрании в Евангелии от Марка говорится: «Потом взошел на гору и позвал к Себе, кого Сам хотел; и пришли к Нему. И поставил из них двенадцать…» (Мк. 3:13–14). Одну группу Он выделяет из общей толпы последователей и берет с Собой на гору. Из этой группы Он выделяет еще одну: тех, которых избирает, «чтобы с Ним были и чтобы посылать их на проповедь, и чтобы они имели власть исцелять от болезней и изгонять бесов» (Мк. 3:14–15). Не всех Своих последователей Он в равной мере наделяет этой властью, а только тех, «кого Сам хотел».

В данном случае Иисус также проявляет инициативу и Сам предлагает расслабленному неожиданный дар – исцеление после тридцати восьми лет тяжкой болезни. Расслабленный еще не понимает, о чем идет речь, и начинает жаловаться на жизнь, излагать свои обстоятельства. Ключевыми в его монологе являются слова: «Не имею человека». Люди зависимы один от другого, и когда одному плохо, другой приходит на помощь. Но этот человек слишком долго пролежал без движения, слишком давно выпал из обычной жизни: не осталось никого, кто мог бы сидеть с ним и терпеливо ждать, пока возмутится вода.

В лице Иисуса он находит не просто Человека, Который готов ему помочь. По словам Григория Богослова, «вчера на одре лежал ты расслабленным и неподвижным и не имел человека, который опустил бы тебя в купальню, когда возмутится вода: сегодня нашел ты человека и Бога одновременно, лучше же сказать, нашел Богочеловека». В лице Иисуса Сам Бог приходит к расслабленному на помощь – приходит по Своей инициативе, без просьбы с его стороны.

Иисус недолго слушает объяснения парализованного. Он произносит формулу, похожую на ту, которую адресовал расслабленному в Капернауме (только там было «иди в дом свой», а здесь просто «ходи»). Эффект от этих слов тот же самый – немедленное исцеление: расслабленный поднимается, берет постель и начинает ходить, в одночасье обретая те способности организма, которые были утрачены им много лет назад.

Отметим, что Иисус не прибегает к помощи воды: «Его животворное слово не действует через воду, но становится ее альтернативой». Этим исцеление расслабленного при купальне Вифезда отличается от исцеления слепого, которого Иисус отправит умыться в купальне Силоам (Ин. 9:7).

Востани и пр. Подобныя слова сказал Господь И. Христос при исцелении разслабленнаго в Капернауме (Мф. 9:7). Возьми одр твой и ходи,—в доказательство того, что он сделался совершенно здоров, и ноги его, которыми он доселе не мог ходить, начали действовать.

Больные, чаявшие движение воды, ждали появления знамения. В этом отношении вода Овчей купели в гл. V допускает сопоставление с водой колодца Иаковлева в гл. IV. Нет никаких указаний на то, что иерусалимские ревнители соблазнялись тем, что происходило у Овчей купели. Но исцеление, которое приносило возмущение воды, бывало ограничено случаями возмущения воды, и получал его только один человек, первый спускавшийся в возмущенную воду. Спасение, которое нес Иисус, не было ограничено ни временем, ни местом, ни числом. Оно делало ненужным воду Овчей купели, как делало ненужным колодец Иаковлев дарование воды живой. Мысль одна и та же — прехождение воды, а тем самым и домостроительства Ветхого Завета. Вспомним, что и крещение Иоанном было крещением водой. Это нам помогает уразуметь и дальнейшее.

– Встань, возьми свою циновку и иди, – говорит ему Иисус – Такие же слова Иисус произносит в Евангелии от Марка, исцеляя парализованного, которого друзья спустили через крышу дома (см. Мк. 2:11). Только Марк и Иоанн употребляют простонародное греческое слово «кра́ббатос», означающее здесь циновку или какую-то другую подстилку, на которой лежит больной.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 145++

Простой фразой Иисус исцеляет расслабленного, который не мог войти в купель Вифезды в то время, когда Ангел возмущал воду. То, что происходило в Вифезде, когда Ангел сходил в воду, это в какой-то мере постоянная, «установленная» щедрость благодати. Но Иисус не перестает приходить к людям и непосредственно, вот и сейчас Он исцеляет тех, кто не может сам войти в воды купели.

И это не означает, что нужно пренебрегать Вифездой и не желать ничего знать о ней. Но Иисус не связан ничем. Для Него возможно все и без всяких условий.

***

Иисус говорит расслабленному: Встань, возьми постель твою и иди в дом твой. Эта постель и станет свидетельством. Она напомнит о недуге, от которого был исцелен человек. Иисус не хочет, чтобы забывали или не ведали о том, что было даровано, о том, что было прощено. Постель расслабленного — это знак. Он поможет исповедовать Иисуса. Те, кто знали нас до того, как мы изменились, должны знать, что сотворил с нами Спаситель.

Христос же разумел более скорую и действительную помощь. «Встань, сказал Он, возьми постель свою, и ходи!» Это было сказано тоном, которому нельзя было не повиноваться. Взгляд говорившаго, Его голос и повелительный тон, подобно электрическому току, пробежал по изможденным членам и разбитому организму, ослабленному страданием и грехом целой жизни. После тридцативосьмилетней разслабленности он мгновенно встал, поднял свою постель и пошел. В радостном изумлении он озирался кругом, чтобы увидеть своего неизвестнаго благодетеля; но толпа была велика, и Христос, стараясь избежать грубаго возбуждения в народе, спокойно удалился.

Между другими больными был тут расслабленный, который 38 лет болел и долгое время находился уже в Доме милосердия. Господь Иисус Христос сжалился над ним и сказал ему: Встань, возьми постель твою и ходи. Это было в субботу. Фарисеи, увидевшие исцеленного несущим постель, сочли это за оскорбление праздничного дня, так как буквально понимали запрещение Закона работать в субботу и всякое физическое напряжение в субботу считали тяжким грехом. А когда потом фарисеи узнали, что исцеленный нарушил субботу по приказанию Иисуса Христа, то сильно озлобились на Него и решили убить Его.

возьми постель твою. Толкование закона о субботе в иудейской традиции исключало всякую возможность ношения в этот день каких-либо тяжестей.

 Между ними самым несчастным был расслабленный, который, по выражению святителя Иоанна Златоуста, «оставаясь в таком положении тридцать восемь лет, видя каждый год, как другие исцелялись, а он сам все еще одержим болезнью, однакоже не упадал духом и не отчаивался, хотя не только безотрадное прошедшее, но и безнадежность в будущем довольно могли поколебать его». Такая долговременная и застарелая болезнь делала и самое чудо исцеления особенно поразительным.

Любвеобильному сердцу Богочеловека близко было всякое человеческое страдание: Он пришел и в этот дом милосердия, с тем чтобы здесь, и притом нарочито в субботу, оказать милость наиболее нуждающемуся и достойному. Увидев расслабленного и уразумев, что он лежит уже долгое время, Господь «не тотчас исцеляет его, а сначала предрасполагает его к Себе вопросом, пролагая путь готовой в нем вере»: хощеши ли цел быти? На эти слова, понятые больным в смысле простого участия к горькому положению его, он отвечал кротко и жалостно: ей, Господи, человека не имам, да егда возмутится вода, ввержет мя в купель; егда же прихожду аз, ин прежде мене слазит. Видно, что больной мог двигаться, но с большим трудом и весьма медленно; «быть может, – замечает святитель Иоанн Златоуст, – он надеялся получить от Христа только ту помощь, что Он ввергнет его в воду». Но Господь, прозревая веру его и показывая, что «может все сделать одним словом Своим», сказал расслабленному: востани, возми одр твой и ходи, – «повелевает взять одр, дабы совершившееся чудо имело тем более достоверности и дабы никто не считал этого события призраком или обманом». Больной тотчас выздоровел, взял одр свой и пошел.

Христос задал больному вопрос, который в той ситуации мог показаться странным или даже насмешливо-жестоким: «Хочешь ли быть здоров?»Свт. Иоанн Златоуст замечает, что «естественная» реакция на этот вопрос могла быть резкой и обиженной, что-то вроде: «А разве не видно?!..» Но расслабленный отвечает не так: «Ей, Господи, только не имею человека…» Среди множества окружающих его людей за столько лет не нашлось ни одного сочувствующего, ни одного готового помочь. Но что удивительно, это не озлобило расслабленного, и этот его кроткий ответ объясняет, почему Господь подошел именно к нему. Господь знал о продолжительности вынесенного больным испытания и видел духовное состояние этого человека. Веры в расслабленном еще не было, но была подходящая для нее почва: «А вот на кого Я призрю: на смиренного и сокрушенного духом и на трепещущего пред словом Моим» (Ис. 66:2). Вопрос Христа был нужен не столько расслабленному, сколько ученикам Христа, обнаружив им дивное смирение этого больного человека. После этого Господь словом исцелил этого больного.