Евангелие от Иоанна 14 глава 27 стих

Это то, что мы читали у пророка: «Мир сверх мира» (ср. Ис. 57:19 LXX). Он оставляет нам мир, намереваясь уйти, и даст Свой мир нам в конце, когда придет. Он оставляет нам мир в сем веке и даст Свой мир в грядущем веке. Он оставляет нам Свой мир, пребывая в котором мы побеждаем врага, и даст нам мир Свой, когда мы будем царствовать, не имея врага. Он оставляет нам мир, чтобы также и здесь мы любили друг друга, и даст нам Свой мир, когда мы совершенно не сможем быть в раздоре. Он оставляет нам мир, чтобы мы не судили друг друга из-за тайных помыслов наших, пока живем в этом мире, и даст нам Свой мир, когда Он обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога (1 Кор. 4:5). И вое же в Нем и от Него у нас мир: или тот мир, который Он оставляет нам, намереваясь отправиться к Отцу, или тот, который Он даст нам, когда приведет нас к Отцу.

Что же Он оставляет нам, удаляясь от нас, если не Самого Себя, поскольку не покидает нас? Ибо Он есть мир наш, соделавший из обоих одно (Еф. 2:14). Таким образом, Он Сам — мир для нас, и когда мы веруем, что Он есть, и когда увидим Его, как Он есть (ср. 1 Ин. 3:2). Ибо если пока мы пребываем в тленном теле, которое отягощает душу (ср. Прем. 9:15), и пока мы ходим верою, а не видением (2 Кор. 5:7), Он не покидает тех, которые устранены от Него (ср. 2 Кор. 5:6), то насколько больше Он наполнит нас Собою, когда мы достигнем видения Его?

Но почему Он сказал: мир оставляю вам, и не добавил Мой, при том что Он сказал: даю вам и прибавил: Мой? Неужели подразумевается Мой даже там, где это слово не было использовано, так как, сказанное однажды, это добавление может быть отнесено к обеим частям фразы? Или, быть может, здесь кое-что сокрыто, что необходимо найти, разузнать и открыть тем, которые стучат? Не хотел ли Он, чтобы под Его миром понимался тот мир, каким Он Сам обладает, а этот мир, который Он оставляет нам в этом веке, скорее следует называть нашим, нежели Его? Ведь Тот, Кто совершенно без греха, не может противоборствовать Сам в Себе, мы же таким обладаем теперь миром, в котором все должны произносить: прости нам долги наши (Мф. 6:12).

Стало быть, есть в нас некий мир, ибо мы находим удовольствие в законе Божием по внутреннему человеку, но он неполон, ибо мы видим в членах наших иной закон, противоборствующий закону ума нашего (ср. Рим. 7:22-23). Также и между нами у нас есть мир, ибо мы уеж собой верим, что любим друг друга, но и этот мир неполон, потому что мы не видим помыслов сердец наших и полагаем в отношении друг друга нечто, чего в нас нет, — лучшее или худшее. Поэтому этот мир, пусть он и Христом оставлен для нас, является нашим миром. Конечно, мы не имели бы и такого мира, если бы не Он, но у Него Самого не такой мир [. Если мы будем сохранять до самого конца тот мир, какой мы получили, то мы обретем тот, какой имеет Он, где ничего в нас не будет противоборствовать нам и ничто не будет сокрыто в сердцах наших друг от друга.

Я не могу отрицать также, что эти слова Господни можно воспринять и таким образом, что они, по-видимому, являются повторением одного и того же высказывания: мир оставляю вам, мир Мой даю вам, — так что, сказав мир, Он повторил то же самое, сказавши мир Мой, а сказав оставляю вам, Он повторил то же самое, сказавши: даю вам. Пусть каждый воспринимает это так, как хочет; [Col. 1835 но я больше предпочитаю (я верю, что и вы, братья мои любезные) это так воспринимать, что мы обладаем этим миром, где мы вместе одолеваем врага, чтобы устремляться к миру, где не будем иметь врага.

Когда же Господь продолжил и сказал: не так, как мир дает, Я даю вам (Ин. 14:27). Как это понять, если не таким образом: «Я даю не так, как дают люди, которые любят мир»? Они для того дают себе мир, чтобы, не терпя тягот от ссор и от войн, наслаждаться миром не с Богом, но с другом своим. И хотя они дают мир праведным, так что не преследуют их, мир этот не может быть истинным, ибо в нем нет истинного согласия (concordia), ибо разобщены в нем сердца (corda). Ибо как соучастником (consors) называется тот, кто объединяет с другим участь свою (sortem), так должен называться сердечным другом (concors) тот, кто объединил с другим сердце свое. Мы же, возлюбленные, кому Христос оставил мир и кому даст мир Свой, — не как мир дает, но как даст Тот, через Кого создан мир, чтобы мы благодаря этому стали сердечными друзьями, — давайте соединим друг с другом сердца наши и будем устремлять единое сердце вверх, чтобы оно не погибло на земле.

да не смущается сердце ваше и да не устрашается - см. 28

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 214++

Оканчивая вечерю, глава семейства произносил: «Мир». Уход, о котором Иисус рассказал ученикам, поселил в их душе замешательство и страх. Поэтому Иисус оставляет им мир в смысле внутреннего спокойствия и невозмутимости в принятии предстоящего¹: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не робеет».

«Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам», — говорит в прощальной беседе с учениками накануне Крестной смерти Христос. Он говорит о даре Духа Святого, и этот дар — мир. В Священном Писании «мир» никогда не означает просто отсутствие тревог. Он означает все, что составляет наше высшее благо. Мир, который мир дает, касается только временного и земного. Христовы дары касаются вечности. Есть мир, который только замазывание трещин. «Мир, мир, говорят они, — свидетельствует пророк, — а мира нет. Скажи обмазывающему стену грязью, что она упадет». Мир Христов бесконечно драгоценней мира, который дает мир. Мир в наших сердцах, мир, о котором возвещали Ангелы людям в ночь Христова Рождества. Христос оставляет нам мир, как небесное сокровище, как Божие благословение.

Потому «да не смущается сердце ваше и не устрашается». Как сердце Самого Господа, Который уходит от них, но знает, что снова к ним придет. И мы должны это знать, прощаясь с нашими близкими в час нашей смерти. Мы уходим от них, чтобы встретиться с ними в вечности. « 

Если тебя будут искушать сильное желание или страсть, читай Евангелие, пусть Иисус скажет тебе: «Да не смущается сердце твое!» Если на тебя нападет какой-то страх, пусть скажет тебе Христос: «Да не смущается сердце твое и да не устрашается!» Если преследователь предаст тебя мучениям, читай Евангелие, пусть скажет тебе Иисус: «Да не смущается сердце твое и да не устрашается!» Прочти слова апостола: Нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая внезапно придет (Рим. 8:18). Если во время морского плавания поднимется высокая волна, начнет свирепствовать страшная буря, пусть скажет тебе Иисус: «Это Я, не беспокойся!» Итак, вступая в великую и тяжелую битву, прежде скажи: Я готов и НЕ КОЛЕБЛЮСЬ, ЧТОБЫ ХРАНИТЬ ЗАПОВЕДИ Твои (Пс. 118:60).

Намереваясь Окончить вечерю л вместе Свою беседу с учениками, И. Христос высказывает им прощальное обетование мира, обещает излить в их души тот же мир, которым .Он Сам наслаждается, в сознания единства Своего с Отцом по существу и жизни. Мир, который дает κοσμος состоит в обильном, беззаботном наслаждении земными, преходящими благами, при чем однако в душе, непримиренной с Богом, всегда остаются внутренния мучения совести, раздвоение с самим собою, безпокойство. Мир, который Спаситель сообщает человеку верущему, есть мир душевный, внутренний, происходящий от сознания и чувства примирения с Богом и общения с Ним и от надежды на Ёго всесильную спасающую благодать, — мир, ненарушимыя никакими опасностями жизни. Поэтому да не смущается сердце ваше и да не устрашается, когда придет в исполнение то, что Я вам предсказал: иду от вас » прииду к вам. Не только не смущаться вам от этого следует, но даже радоваться, ибо если вы любите Меня, то, разумеется, желаете Мне лучшаго; но Я иду к Отцу, Который болий Мене есть. Эти последния слова в связи с ясным утверждением И. Христом Своего единства с Отцом здесь же, в этой беседе (9—11), очевидно, следует понимать в том смысле, что Сын менее Отца в Своем человеческом явлении, как грядущий к Отцу в обладание и по человечеству тою божественною славой, которая принадлежит Ему от вечности как Сыну Божию и который в настоящее время Его человечество не имеет. В заключение этого прощальнаго утешения И. Христос говорит ученикам Своим, что Он для того и предсказывал им об этом, т.-е, о Своем прославлении чрез смерть, воскресение и вознесение на небо, чтобы они еще более укрепились в вере в Него, когда предсказания Его придут в исполнение. Пророчество есть чудо всеведения и всемогущества Божия. Посему и пророчества Христовы, прийдя в исполнение, должны были во всей силе являть пред взорами учеников божественное величие и силу Господа. .

Многолюбимый и единодушный брат мой, да будет с тобою мир, который Господь даровал ученикам Своим. Прежде всего дал Он им мир, изгоняя из них все плотские помыслы и всякое разумение диавольское, чтобы сердца их сделались чистыми и чисто приняли учения и заповеди своего Владыки.

Господь, говоря об «Утешителе Духе Святом, его же пошлет Отец во имя Мое», связывает с пришествием Утешителя Духа дар мира верующим. Сам Он даровал ученикам мир, и по отшествии Богочеловека Дух Святой, осеняющий душу человека, дает ей тот мир, о котором Господь Иисус глаголет ученикам. Это дар Божий, данный лишь христианину, верующему в Сына Божия. «Смятения мира (χόσμος) отныне ничто для учеников, если они будут иметь мир (είρηνη) с Господом, мир в душе своей, мир между собою Ин. Злат. бесед. 75 на Иоанна, ч. 2, стр. 363.». Этот мир составит их силу.

Слова «мир вам» кроме этого главного значения своего, – успокоения и надежды среди превратностей земной жизни, – имеют здесь и другое значение: прощания Господа с учениками: «Мир оставляю вам». Но основная мысль та, что Господь дает верующим единый истинный мир, дающий счастье, источником которого один только Господь, дарующий Духа Утешителя от Отца исходящего.

Земля и человеческое общество в своем строе и в своих умствованиях не могут дать мира душе. Волнения страстей, удовлетворение материальных желаний, богатство, власть, величие, сила, – разве могут дать покой душе? Не ищет ли душа чего либо большего? Душа жаждет испить от воды живой, утоляющей жажду на веки и текущей в жизнь вечную Ин. 4:13–14, 7:37–38.. Только эта вечная вода – Слово Божие и может дать тот мир, который как наследие оставляет Господь любящим Его.

«Мир оставляю вам; мир Мой даю вам», и присовокупляет: «Да не смущает ся сердце ваше, ни устрашает Славянский перевод относит частицу ся к двум глаголам: смущает (ся) и устрашает (ся). Ср. русский перевод и греческий оригинал.".

Последние слова Господа суть слова ободрения при прощании и, по-видимому, вызваны ужасом учеников, который выразился на лицах их при словах прощания «мир вам///». Тяжелы были эти минуты для учеников, любивших горячо Господа, но они воспитывали их для их будущей деятельности, для того великого дела, которое возложил на них Господь.

Окончание тайной вечери

Пасхальный вечер пришел к концу. По обычаю, при окончании этого вечера глава семьи говорил присутствующим: Мир вам! Эти же слова говорились при встрече кого-либо, при уходе, и вообще служили обычным приветствием. После произнесения на пасхальном вечере главой семьи «мир вам» начиналось пение псалмов, и затем все расходились.

Соблюдая этот обычай, Иисус, в конце вечера, сказал Апостолам: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам мир, чтобы ничем не смущалось и не устрашалось сердце ваше».

Обычное пожелание мира, высказываемое людьми при известных случаях, так и остается одним лишь пожеланием, бессильным привести его в исполнение. Христос же не ограничивается одним желанием мира, Он дает его Апостолам, оставляет его им, и притом дает им тот мир, который наполняет Его собственную душу. Это тот мир души, то равновесие всех духовных сил, то умиротворение духа, о котором пели ангелы в ночь рождения Иисуса Христа. Этот-то мир и принес Христос на землю и даровал его всем истинным последователям Своим, членам основанного Им на земле Царства Божия.

Здесь оставляю, оттуда даю. Прежним оставляю, будущим даю.

Наследство Христа

Не пожелание мира, а дарование мира. «Мир мой даю вам».

1. Об Утешителе. Он научит. Мы до конца дней должны учиться. Кто думает, что научился, тот еще не приступал к учению.

Он «напомнит», то есть сохранит от заблуждений и надменности нашего разума. Он сохранит от робости.

2. О мире. Мир нам предлагает покой забытья, отказ от трудностей. Мир Иисуса - мир победы.

3. Куда идет. К Отцу. Это радость. Там мир. Там свобода.

4. О победе над князем мира.

5. О восстании. Вставайте! Пойдемте из мира зла! (Через крест - не позор, а победа.)

Благодатный мир Христов, которым подвижник вводится в чистую молитву, совершенно отличен от обыкновенного спокойного, приятного расположения человеков: вселившись в сердце, он оковывает возмутительные движения страстей, отъемлет страх не удалением страшного, но блаженным доблестным состоянием о Христе, при котором страшное не страшно, как Господь сказал: Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мир дает, Аз даю вам. Да не смущается сердце ваше, ни устрашает.

В мире Христовом сокровенно жительствует такая духовная сила, что он попирает ею всякую земную скорбь и напасть. Эта сила заимствуется из Самого Христа: «во Мне мир имате. В мире скорбни будете: но дерзайте, яко Аз победих мир» (Ин. 16:33). Призываемый сердечной молитвой, Христос ниспосылает в сердце духовную силу, называемую миром Христовым, не постижимую умом, не выразимую словом, непостижимо постигаемую одним блаженным опытом. «Мир Божий, – говорит Апостол христианам, – превосходяй всяк ум, да соблюдет сердца ваша и помышления ваша о Иисусе Христе» (Флп. 4:7). Такова сила мира Христова. Он – «превосходяй всяк ум». Это значит: он превыше всякого ума созданных, и ума человеческого, и ума Ангелов света, и ума ангелов падших. Он, как действие Божие, властительски, Божественно распоряжается помышлениями и чувствованиями сердечными. При появлении его отбегают все помышления демонские и зависящие от них ощущения, а помышления человеческие, вместе с сердцем поступают под его всесвятое управление и водительство. Отселе он делается царем их, и соблюдает их, то есть, хранит не прикосновенными для греха, о Христе Иисусе. Это значит: он содержит помышления неисходно в евангельском учении, просвещает ум таинственным истолкованием этого учения, а сердце питает хлебом насущным, сходящим с неба и дающим жизнь всем, причащающимся его (Ин. 6:33). Святой мир, при обильном действии своем, наводит молчание на ум и к блаженному вкушению себя влечет и душу и тело. Тогда прекращается всякое движение крови, всякое ее влияние на состояние души: бывает тишина великая. Веет во всем человеке некий тонкий хлад, и слышится таинственное учение. Христианин, держимый и хранимый святым миром, делается неприступным для супостатов: он прилеплен к наслаждению миром Христовым, и, упиваясь им, забывает наслаждения не только греховные, но все вообще земные, и телесные и душевные. Целительный напиток! Божественное врачевство! Блаженное упоение! Точно: какое может быть другое начало обновления человека, как не благодатное ощущение мира, которым составные части человека, разделенные грехом, соединяются опять во едино! Без этого предварительного дара, без этого соединения с самим собой, человек может ли быть способным к какому-либо духовному, Божественному состоянию, созидаемому всеблагим Святым Духом? Разбитый сосуд, прежде нежели он будет исправлен, может ли быть вместилищем чего-либо? Ощущение о Христе мира, как и всех вообще благодатных дарований, начинает прежде всего проявляться при молитве, как при том делании, в котором подвижник бывает наиболее приготовлен благоговением и вниманием к приятию Божественных впечатлений. Впоследствии, сделавшись как бы принадлежностью христианина, он постоянно сопутствует ему, постоянно и повсюду возбуждая его к молитве, совершаемой в душевной клети, указывая издали мысленных врагов и наветников, отражая и поражая их всесильной десницей своей.

Величие духовного дара, мира Христова, его явление в избранном народе Божием, новом Израиле, христианах, силу его исцелять души, силу поддерживать здравие душ, начало этого дара от Богочеловека, подаяние этого дара Богочеловеком, описано святым пророком Исаией так: «Бог крепкий», – говорит Пророк о вочеловечившемся Господе, – «Властелин, Князь мира, Отец будущаго века: приведу бо мир на князи», на преуспевших христиан, побеждающих страсти и потому заслуживших название князей, «мир и здравие Ему. И велие начальство Его, и мира Его несть предела на престоле Давидове и на царствии Его, исправити е и заступити Его в суде и правде, от ныне и до века: ревность Господа Саваофа сотворит сия» (Ис. 9:6, 7). «Возсияет во днех Его правда и множество мира» (Пс. 71:7); «Господь благословит люди своя» – христиан – «миром» (Пс. 28:11), «кротции наследят землю и насладятся о множестве мира» (Пс. 36:11). Как Святой Дух возвещает Сына (Ин. 16:14): так действие в человеке Святого Духа, мир Христов, возвещает, что помыслы человека вступили во всесвятую область Божественной Правды и Истины, что евангелие принято его сердцем: «милость и истина сретостеся, правда и мир облобызастася» (Пс. 84:11). Действие мира Христова в человеке есть признак пребывания его в заповедях Христовых, вне заблуждения и самообольщения: напротив того смущение, самое тончайшее, какими бы оно ни прикрывалось оправданиями, служит верным признаком уклонения с тесного пути Христова на путь широкий, ведущий в погибель¹. Не осуждай ни нечестивого, ни явного злодея: «своему Господеви стоит он, или падает» (Рим. 14:4). Не возненавидь ни клеветника твоего, ни ругателя, ни грабителя, ни убийцы: они распинают тебя одесную Господа, по непостижимому устроению судеб Божиих, чтобы ты, от сердечного сознания и убеждения мог сказать в молитве твоей Господу: «Достойное по делам приемлю, помяни мя, Господи, в Царстве Твоем». Уразумей из попускаемых тебе скорбей твое несказанное благополучие, твое избрание Богом, и помолись теплейшей молитвой о тех благодетелях твоих, посредством которых доставляется тебе благополучие, руками которых ты отторгаешься от мира и умерщвляешься для него, руками которых ты возносишься к Богу. Ощути к ним милость по подобию той милости, которую ощущает к несчастному, утопающему в грехах человечеству Бог, Который предал Сына Своего в искупительную жертву за враждебное создание Создателю, ведая, что это создание в большинстве своем посмеется и этой Жертве, пренебрежет ей. Такая милость, простирающаяся до любви к врагам, изливающаяся в слезных молитвах о них, приводит к опытному познанию Истины. Истина есть Слово Божие, Евангелие; Истина есть Христос. Познание Истины вводит в душу Божественную правду, изгнав из души падшую и оскверненную грехом правду человеческую: вшествие свое в душу Божественная правда свидетельствует Христовым миром. Мир Христов соделывает человека и храмом и священником Бога живого: «в мире место Его» (Божие), «и жилище Его в Сионе. Тамо сокруши крепости луков, оружие и меч, и брань» (Пс. 75:3-4).

О блаженном соединении человека с самим собой от действия мира Христова свидетельствуют величайшие наставники иночества. Святой Иоанн Лествичник говорит: «Воззвах всем сердцем моим», то есть, телом, душой и духом: «идеже бо два» сии последние соединены, тамо и Бог «посреде их» (Пс. 118:145; Мф. 18:20)². Преподобный Исаия Отшельник: «Если ты, подобно мудрым девам, знаешь, что сосуд твой исполнен елея, и ты можешь войти в чертог, а не должен остаться вне; если ты ощутил, что дух твой, душа и тело соединились непорочно, и восстали нескверными в день Господа нашего Иисуса Христа, если совесть не обличает и не осуждает тебя, если ты сделался младенцем по слову Спасителя, сказавшего: «Оставите детей и не возбраняйте им приити ко Мне: таковых бо есть царство небесное» (Мф. 19:14): то воистину ты сделался невестой (Христовой); Святой Дух почил на тебе, хотя ты и находишься еще в теле»³. Святой Исаак Сирин: «Не сравни творящих знамения, чудеса и силы посреди мира с безмолвствующими разумно. Возлюби праздность безмолвия больше нежели насыщение алчущих в мире и обращение многих язычников к поклонению Богу. Лучше тебе разрешить себя от уз греха, нежели освободить рабов от работы. Лучше тебе умириться с душой твоей во единомыслие имеющейся в тебе троицы – говорю: тела, души и духа – нежели умирять учением твоим разномыслящих»⁴. Святой мир есть то недвижение ума, рождающееся от исполнения евангельских заповедей, упоминаемое святым Исааком Сириным в 55 слове, которое ощутили святой Григорий Богослов и святой Василий Великий, и, ощутив, удалились в пустыню. Там, занявшись внутренним своим человеком и окончательно образовав его Евангелием, они сделались зрителями таинственных видений Духа. Очевидно, что недвижение ума, или непарительность (уничтожение рассеянности) стяжается умом по соединении его с душой. Без этого он не может удержаться от парения и скитания всюду. Когда ум, действием Божественной благодати, соединится с сердцем, тогда он получает молитвенную силу, о которой говорит преподобный Григорий Синайский: «Если бы Моисей не принял от Бога жезла силы, то не поразил бы им Бог Фараона и Египет: так и ум, если не будешь иметь в руке молитвенной силы, то не возможет сокрушить грех и сопротивные силы»⁵. С необыкновенной ясностью и простотой изображено учение о Христовом мире, показана высота и важность этого дара в духовных наставлениях иеромонаха Серафима Саровского, там все снято прямо с сердечного святого опыта: «Когда ум и сердце будут соединены в молитве и помыслы души нерассеяны, тогда сердце согревается теплотой духовной, в которой воссияет свет Христов, исполняя мира и радости всего внутреннего человека»⁶. Ничтоже лучше есть во Христе мира, в нем же разрушается всякая брань воздушных и земных духов. Признак разумной души, когда человек погружает ум внутрь себя и имеет делание в сердце своем. Тогда благодать Божия приосеняет его, и он бывает в мирном устроении, а посредством этого и в премирном: в мирном, то есть, с совестью благой; в премирном же, ибо ум созерцает в себе благодать Святого Духа, по слову Божию: «в мире место Его» (Пс. 75:3). Когда кто в мирном устроении ходит, тот как бы лжицей черпает духовные дары. Когда человек придет в мирное устроение, тогда может от себя и на прочих издавать свет разума. Этот мир, как некое бесценное сокровище, оставил Господь наш Иисус Христос ученикам Своим, перед смертью Своей глаголя: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам» (Ин. 14:27). Мы должны все свои силы, желания и действия сосредоточить к тому, чтобы получить мир Божий и с Церковью всегда вопиять: Господи Боже наш! Мир даждь нам (Ис. 26:12). Всеми мерами надо стараться, чтобы сохранить мир душевный и не возмущаться оскорблениями от других: для этого нужно всячески стараться удерживать гнев и соблюдать посредством внимания ум и сердце от непристойных движений. Оскорбления от других должно переносить равнодушно и приучаться к такому расположению духа, как бы оскорбления их относились не к нам, а к кому-либо из лиц чуждых нам. Такое упражнение может доставить тишину сердцу человеческому и сделать его обителью Самого Бога. Каким образом побеждать гнев, можно видеть из жития Паисия Великого. Он просил явившегося ему Господа Иисуса Христа, чтобы освободил его от гнева. И рече ему Христос: Аще гнев и ярость купно победити хощеши, ничесоже возжелай, ни возненавидь кого, ни уничижи⁷. Чтобы сохранить мир душевный, должно отдалять от себя уныние и стараться иметь радостный дух, а не печальный, по слову Сираха: «Печаль многих уби, и несть пользы в ней» (Сир. 30:25). Для сохранения мира душевного должно всячески избегать осуждения других. Неосуждением и молчанием сохраняется мир душевный: когда в таком устроении бывает человек, то получает Божественные откровения»⁸. «Царство Божие – правда, и мир, и радость о Дусе Святе. Иже бо сими служит Христови, благоугоден есть Богови» (Рим. 14:17-18).

Мир Христов есть источник непрестанной умной, сердечной, душевной, благодатной, духовной молитвы, молитвы, приносимой из всего существа человеческого, действием Святого Духа; мир Христов есть постояннный источник благодатного, превышающего ум человеческий, смирения Христова. Не погрешит тот, кто скажет, что благодатная молитва есть благодатное смирение, и благодатное смирение есть непрестанная молитва. Признаем необходимым изложить здесь теснейший союз молитвы со смирением.

«Мир оставляю вам»

Греческое слово εἰρήνη, означающее «мир», или «покой», является

эквивалентом еврейского термина שׂלום šālôm, имеющего тот же смысл и играющего важную роль в ветхозаветном представлении о Боге. В Книге Судей упоминается о том, как Гедеон построил жертвенник Господу и назвал его שׂלום יהוה Yahwē šālôm, что переводится как «Господь – мир» (Суд. 6:24). Мир проистекает из самого божественного естества и подается как дар Божий сынам Израилевым (Чис. 6:26); Бог благословляет народ Свой миром (Пс. 28:11). «Мир тебе»: так говорил Бог Своим избранникам (Суд. 6:23); так люди приветствовали друг друга (1 Пар. 12:18); в такой форме преподавалось благословение целому городу (Пс. 121:8)или отдельному человеку (Дан. 10:19). «Мир» был синонимом здоровья: когда хотели справиться о здоровье или благополучии того или иного человека, спрашивали, в мире ли он.

Седьмая заповедь Блаженств из Нагорной проповеди гласит: «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9). Эта заповедь далее расшифровывается в словах: «Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним» (Мф. 5:25); «Не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Мф. 5:39); «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5:44). Иисус призывает к последовательному миротворчеству, к непротивлению злу насилием, к воздержанию от ответных действий при нанесении ущерба или оскорбления.

Но откуда человеку черпать внутренние силы для того, чтобы не отвечать злом на зло, оскорблением на оскорбление, насилием на насилие? Из того мира, источником которого является Сам Господь. Этот мир Иисус «оставляет» (ἀφίημι) ученикам; мир, принадлежащий Ему, Он «отдает» (δίδωμι) им. Они становятся полноправными наследниками и обладателями мира, которым Он обладает в Самом Себе.

Природа этого мира иная, чем тот мир, который возможен в условиях человеческого сообщества. В условиях земного бытия мир всегда имеет временный характер: мир среди людей – это перемирие между ссорами, конфликтами, междоусобицами, войнами. Мир, которым обладает Бог и который Он преподает Своим ученикам, имеет вечную природу, как и все другие качества и свойства Бога. Будучи преподан людям как сверхъестественный дар, он становится в них тем внутренним качеством, которое позволяет им не отвечать злом на зло, любить врагов, благословлять ненавидящих, молиться за обижающих. В сердце миротворца, каким заповедано быть ученику Иисуса, проклятие, посылаемое извне, призвано превратиться в благословение, посылаемое в ответ, вражда должна обратиться в любовь, ненависть – в благословение, обида – в молитву.

Это возможно только в том случае, если мир становится внутренним качеством человека, его неотъемлемым свойством, подобно тому, как он является неотъемлемым свойством Бога. Но если для Бога мир – естественное свойство, то для человека такой мир – сверхъестественный дар, получаемый вместе с Иисусом, когда Он вселяется в человека.

Слова о мире, произнесенные Иисусом в прощальной беседе с учениками, предшествуют рассказу о Страстях Христовых. Первыми же словами, с которыми Иисус обратится к ученикам после Своего воскресения, будет приветствие «мир вам» (Ин. 20:19). Таким образом, повествование о человеческой несправедливости, о насилии и убийстве с обеих сторон обрамлено текстами, в которых слово «мир» звучит из уст Иисуса, выражая идею присутствия Бога в мире, охваченном ненавистью и враждой.

Слова «если бы вы любили Меня» являются не упреком ученикам в том, что они не любят Иисуса, а скорее напоминанием о том, что любовь не должна сводиться только к желанию обладать любимым и находиться рядом с ним. Жертвенная любовь предполагает готовность расстаться с любимым, если этого требует воля Божия. Когда Петр в ответ на предсказание Иисуса о Своей смерти начал прекословить Ему (что он делал, несомненно, из любви к Нему), Иисус ответил резко: «Отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн! потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое» (Мф. 16:23). Человеческой любви свойственно эгоистическое стремление удержать при себе любимого. Любовь, к которой призывает Иисус, предполагает всецелое подчинение человеческих чувств и эмоций воле Божией вплоть до готовности расстаться с любимым. Однако Он подчеркивает, что расставание учеников с Ним будет недолгим.

 При вставании из-за пасхальной вечери старший обыкновенно произносил: мир вам! Это было заключением Пасхи. И Господь изрек слово мира, но другим, высшим образом: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мир дает (на одних словах), Аз даю вам!» — вещал Господь.

  «Да не смущается сердце ваше, — продолжал Он, — и да не устрашает (вас). Слышасте, яко Аз рех вам: иду и прииду к вам. Аще бысте любили Мя (как должно Меня любить, хотя в любви у вас нет недостатка), возрадовалися бысте убо, яко рех: иду ко Отцу; яко Отец Мой болий Мене есть.

  Ныне рех вам (о том, что Мне надобно отойти) прежде, даже не будет: да егда будет, веру имете.

Когда оканчивалась еврейская вечеря, то обыкновенно глава семейства выражал желание мира всем присутствовавшим на ней. Это же приветствие миром говорили при встрече, напр., входя в дом, и при прощании, при уходе из дома (1 Цар. 1:17. Мк. 5:34. 1 Пет. 5:14). Благожелание мира преподал и Господь, окончив вечерю и имея в виду, что Он скоро отходит от учеников Своих. 

Мир, т. е. спокойствие духа (да не смущается, сердите ваше), оставляю вам. Господь еще прибавляет: мир Мой даю вам, не так как (не якоже) мир дает. Мир Мой, т. е. такое спокойствие духа, которое наполняло душу Самого Господа и в виду предстоящих Ему страданий и смерти и которое по вере апостолов в Него должно перейти и в их души от Него. Не так, как дает мир. Я даю вам. Это значит, что когда люди изрекают желание мира, то это ограничивается только одним желанием, так как они не могут привести свое желание в действие: но дарование мира И. Христом есть действительное дарование. И этот мир даю Я вам, прибавляет Господь, для того, чтобы изгнать из сердца вашего всякое смущение и безпокойство по случаю отшествия от. них Господа,— да не смущается сердце ваше, и всякий страх в виду предстоящих событий уничижения, страданий и смерти Его — да не устрашается (ни устрашает) сердце ваше. Так с ангельским приветствием мира вступил Господь в мир сей (Лк. 2:14): с завещанием мира Он и уходит из Него ).

 Какая любовь, самая нежная, святая!

 Мир понимается здесь в смысле внутренняго о в человеке умиротворения, а не внешпяго: Рим. 14, 17; Флп. 4:7; о мире с внешней стороны ученикам Своим Христос сказал: „в мире будете иметь скорбь": Ин. 16:33; а в другом месте Господь еще сильнее высказал о предстоящих скорбях исповедников учения Его: Мф. 10:32-36; 24, 5—9.

|||Утешение продолжается как дарование мира – «не так, как мир дает» (Ин. 14:27) – и обещанием возвращения (Ин. 14:28). Но если ученики любят Иисуса, они должны радоваться и Его отшествию к Отцу, «потому что Отец больше всех» (Ин. 14:28). Об этом стихе было много написано. Его приводили ариане как аргумент в пользу субординационизма, учения о подчиненном положении Сына по отношению к Отцу. Православная апологетика шла по двум линиям. Для одних превосходство Отца было просто превосходство Духа над Сыном, как Воплощенным, для других Отец был больше Сына, как начало и источник Божества. Ключ к ответу лежит в антиномии Отеческого-Сыновнего отношения: Отец, как Отец, всегда больше Сына, но Сын, как Сын, всегда равен Отцу. В преломлении в области человеческих отношений последнее положение оправдывается тем, что принципиально всякий сын когда-то становится отцом. В контексте беседы утешение учеников отшествием Иисуса к Отцу предполагает возведение и их к источнику Божественной жизни.

– «Мир!» – говорю Я вам на прощание – Слово «мир» (евр. шало́м) было и приветствием, и прощанием. «Шалом» значит гораздо большее, чем «мир» в русском и других европейских языках: это не просто отсутствие вражды и войны, но мир с Богом и полнота Божьих даров. Это не пожелание человека человеку, но краткая молитва, которая в полном виде звучит примерно так: «Пусть Бог дарует тебе (вам) мир!» Ср. Кол. 3:15: «Пусть мир Христов направляет ваши сердца». Иисус не только прощается с учениками, но одновременно наделяет их Своей собственной силой, которая пребудет с ними. Я даю вам Мой мир, но не тот мир, что люди дают, Я даю вам – Мир, который дает Иисус («Мой мир»), это прежде всего дар спасения. Недаром в Писании Помазанник часто называется носителем мира и благоденствия (ср. Ис. 9:6-7; 52:7; 57:19; Иез. 37:26; Агг. 2:9; Деян. 10:36; Рим. 14:17). Человечество, враждебное Богу, не способно дать ничего подобного; их приветствие лишено такой силы (ср. Иер. 6:14). В сердце же Иисуса царит мир, хотя для Него настало время опасности и близкой смерти. Люди – буквально: «мир» (греч. «космос»); в русском языке получается игра слов, которой нет в оригинале. Прогоните тревоги из сердца и не страшитесь! – Ср. 14:1.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 360++

Мир оставляю вам, мир Мой даю вам. Иисус дает мир. Он не одалживает его, не собирается взять обратно. Мир во Христе (Мой мир) окончательно переходит во владение учеников. С началом каждого дня я могу войти в этот мир и остаться в нем, какие бы тревоги ни принес потом этот день.

Спаситель дает ученикам мир именно тогда, когда Сам идет на страдания. Прозревая страдания и близкую смерть, Он говорит о мире и приобщает к нему учеников. Если в эту минуту Иисус остается господином мира, сила Его ни при какой буре не покинет учеников.

А теперь Он оставляет им благословение мира, так как не имеет возможности поучать их много и должен вступить в страшную борьбу с князем мира сего.

«Мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам» (Ин. 14:27). То есть: «Ученики Мои, Я вам даю Мой мир священный и святой, не такой, каков мир мирской, часто имеющий целью зло». Пребывая в этом священном мире, мы удостоимся получить в нашем сердце обручение Духа, как и апостолы, оставаясь в Иерусалиме по повелению Господнему, получили совершенство и благодать Духа в день Пятидесятницы. Ведь мир – это дар, который включает в себя все остальные божественные дарования, и в мире живет Господь, ибо, как говорит пророк Илия, не в большом и сильном ветре был Бог, не в землетрясении, не в огне, а в веянии тихого и мирного ветра – там был Господь (См. 3 Цар. 19:11–12).

Однако никто не может приобрести мир, не имея других добродетелей, добродетель же не приобретается без исполнения заповедей, а заповедь, в свою очередь, не может исполняться в совершенстве без любви, любовь же не возобновляется без Божественного Причащения. Итак, без Божественного Причащения мы напрасно трудимся.

В заключение вечери, по обычаю того времени, глава семьи выражал присутствующим за вечерей пожелание мира: «мир вам», затем все вставали, пели 115–118 псалмы и расходились. Соблюдая этот обычай, и Христос в заключение Вечери сказал апостолам: Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается (ст. 27). «Обычное пожелание мира, высказываемое людьми при известных случаях, так и остается одним лишь пожеланием, бессильным привести его в исполнение. Христос же не ограничивается одним желанием мира, Он дает его апостолам, оставляет его им, и притом дает им тот мир, который наполняет Его собственную душу. Это тот мир души, то равновесие всех духовных сил, то умиротворение духа, о котором пели Ангелы в ночь рождества Иисуса Христа. Этот-то мир и принес Христос на землю и даровал его всем истинным последователям Своим, членам основанного Им на земле Царства Божия» – Церкви (Толк. Еванг. Гладкова, с. 592).

Мир оставляю вам. Это обычное приветствие, которым евреи обменивались при встрече и прощании. Но Иисус использовал его в новом и более глубоком смысле: Его мир — это стабильность и безопасность для того, кто обрел спасение, кто примирился с Богом. Этот мир может быть приобретен только через смерть и воскресение Иисуса (ср. Деян. 10:36; Рим. 5:1; Рим. 14:17; Еф. 2:14-17; Флп. 4:7; Кол. 3:15).

Богочеловек знал, что немного времени остается Ему быть в святом обществе своих возлюбленных учеников, а посему беседа Его делается еще сердечнее. Желая успокоить мятущееся чувство их и приготовить их к грядущим событиям, он открывает перед ними будущее, настолько, насколько это было необходимо в тогдашнем положении их. Все недоумения, какие могут возникать в умах их по причине забвения или непонимания слов Учителя, объяснятся и разрешатся с пришествием нового Утешителя, которого пошлет им отец во имя и по заслугам Христа Спасителя, совершившего искупление человеческого рода. Сия глаголах вам, в вас сый: Утешитель же, Дух Святый, егоже послет Отец во имя Мое, Той вы научит всему, и воспомянет вам вся, яже рек вам. – какое радостное обетование для учеников, опечаленных близкою разлукою! «Это он говорит, – по замечанию святителя Иоанна Златоуста, – с тем, чтобы приготовить их к мужественному перенесению Его отшествия, т. к. Оно будет для них источником великих благ, а беспрестанно упоминает об Утешителе потому, что они тогда были одержимы скорбью». Для окончательного успокоения тех, которых Господь, избрав от мира, до конца возлюбил (Ин. 13:1), он, своим животворным и действенным словом изгоняя всякий страх и смущение из сердец их, вселяет в них свой мир, – плод благодатного озарения верующей души Божественным светом: мир оставляю вам, мир Мой даю вам, не якоже мир дает, Аз даю вам. Да не смущается сердце ваше, ни устрашает. Благожелания мира, расточаемые миром, не имея внутренней силы, обыкновенно остаются без действия и бесследно исчезают, да и «внешний мир часто бывает и вреден, и бесплоден, и бесполезен для тех, которые имеют его»; но благодатный мир Христов, вселяясь в душу человека, ищущего успокоения в Боге, приносит с собою вожделенный покой, которого не могут нарушить никакие скорби и страдания, никакие враждебные приражения и усилия. и этот мир, подаваемый тем, который сам есть мир наш (Еф. 2:14), не только успокаивает колеблемый сомнениями дух человека, но, выражаясь вовне, связует учеников Его в одно духовное общество, где каждый отдельный член находит себе потребную помощь и опору. С даром благодатного мира, как наиболее необходимым и полезным Господь обращается к святым апостолам и по своем воскресении (Ин. 20:19, 21). Да и теперь, если бы они уразумели все необъятное значение отшествия от них Учителя, то не страх и скорбь наполнили бы сердца их, а радость и веселие об исполнении домостроительного смотрения Божия о спасении человеческого рода. Слышасте, – продолжал Господь, – яко Аз рек вам: иду и прииду к вам; аще бысте любили Мя так, как должны бы любить, возрадовалися бысте убо, яко рек: иду ко Отцу, яко Отец Мой болий Мене есть. По изъяснению святого Афанасия александрийского, он назвал отца большим, с одной стороны, «по причине рождения своего от отца»: «поелику начало сына от отца, – говорит святитель Василий великий, – посему отец и более, как виновник и начало», а с другой – по причине соединения «с удобостраждущим телом, которое понес на себе сын», сделавшись человеком (свт. Афанасий александрийский). Спаситель утешал учеников своих, указывая им на ту славу и честь, равную Богу отцу, какую имел от вечности по Божеству (Ин. 17:5) и скоро восприимет по человечеству: «доколе я здесь, вам естественно думать, что мы находимся в опасности: если же я отойду туда, верьте, что мы вне опасности» (свт. Иоанн Златоуст). Все сказанное Господом ученикам в эти последние часы пребывания с ними, открывая перед духовными взорами их приближающиеся великие события, должно было служить для них Спасительным предупреждением и по мере исполнения предречений – наилучшим укреплением веры: ныне рек вам о том, прежде даже не будет: да егда будет, веру имете.

То утешения веры, то утешения любви предлагал скорбным ученикам Своим Любящий небесный Учитель. — Но ученики были еще слабы, — а Любовь не истощима в утешениях. И Любящий Господь после того, как объявил, что уже сказано все нужное ученикам, (ст. 26.), снова утешает их.

Мир оставляю вам, мир Мой даю вам.

Мир иудейский, мир злобы и нечестия, поднимает бурю бед против безпримерно невиннаго Сына человеческаго. Христос Иисус, Сам преисполненный божественнаго покоя, оставляет мир друзьям Своим, и какой мир? Мир оставляю вам, мир Мой даю вам, говорит Он. Он дает мир Свой, с которым Сам Он идет на страдания но воле Отца небеснаго, дает тот мир, который может дать только Он, Сын Божий, Ходатай Бога и людей. Еще Пророк называл Мессию, Князем мира (Ис. 9:6.). И кто же, как не Мессия, может послать мир волнуемой грехами земле? Он, и никто другой, может дать мир, где люди умиротворяются с самими собою, примиряются с Богом, мирятся друг с другом, не имея за что бы враждовать между собою (Кол. 1:20.); Он дает мир, который исправляет желания, очищает радости, усмиряет скорби. — Мир Его — мир Божий, превосходяй всяк ум (Флп. 4:7.). Люди думают, люди говорят даже, что следуя за Иисусом находят только лишения, только страдания, только тревогу. Ах! люди думают и говорят неправду. Пусть поверят опытом. Пусть откажутся от сует жизни, так часто досадных уже одною пустотою их; пусть снимут с души тяжести совести нечистой, от которой людям нет покоя и па мягкой постеле; пусть защитят себя благодатною молитвою от тревог, поднимаемых коварными страстями; пусть со всеми желаниями обратятся к одному, что нужно на целую вечность: не мир ли Божии тогда почувствуют в себе мир тихий и живительный, мир прочный и верный, как благодать небесная?

Не якоже мир дает, Аз даю вам. Мир — это люди, которые живут не по воле Божией, а по желаниям испорченной души, по прихотям преступнаго сердца. Как дают мир такие люди? Мир, мир, говорят они, а мира нет (Иер. 8:11. Иер. 14:13.). Их обещания — только слова, их желания — только ложь, их уверения — обман. Обещания льются у них рекою, обещания пышныя, блистательныя. Но на деле оказывается лишь пустота, оскорбительная пустота. Те, которые обещают, не имеют нс желания искренняго, ни силы верной, чтобы исполнить обещанное, и следовательно обещая лгут и ложью вводят в обман, оскорбляющий и чувство и совесть. Целяху сотрение людей Моих, глаголюще: мир, мир, и где есть мир? (Иер. 6:14.). Прельстиша людей Моих, глаголюще: мир, мир и не бяше мира: сей сограждает стену, а они помазуют ю, падется (Иез. 13:10.). Чтó значит все, что обещает мир? Обещают другим конечно то, чтó сами любят, чтó считают для себя благом. А что такое любит мир! О! как пусто, как низко все, что любит мир! Он любит наслаждения легкия, как ветер, и пустыя, как ветер, наслаждения, отравляющия душу грехами, и которыя не оставляют в душе ничего, кроме пустоты и раскаяния: он любит почести и славу, которыя лишь получаются, теряют цену и поднимают тревогу новых надежд, новой жажды, новаго искания; он любит корысть, — и не насыщается приобретениями.

См. толк. на Рим. 1:7

И Христос Господь, даровав Своему царству мир, конечно, не взял его обратно. «Мир Божий превосходяй всяк ум», как облак света сверхчувственного, носится над землею, и готов осенить всякую душу, и все души, искренно желающия принять его, и действительно их осеняет, и исполняет и «соблюдает» (Флп. 4:7), и никто не может похитить у них сего внутреннего мира. Он готов чрез них низпуститься и во внешний мир, осенить и внешнюю жизнь, исполнить собою и домы, и грады, и царства, и прогнать с лица земли всякую брань. Но беда в том, что слишком много людей, которые не приемлют Христа, и следственно и мира Его; и, что еще горестнее, есть люди, которые приближаются ко Христу устами, сердцем же своим и жизнию своею далече отстоят от Него, и следственно и от мира Его. И от того, к стыду христианства и человечества, есть люди, которые, именуясь христианами, идут содействовать исступленным и бесчеловечным врагам имени Христова, в то самое время, когда их исступление особенно возбуждено против христианства и человечества.