Евангелие от Иоанна 12 глава 23 стих

Здесь найдется кто-нибудь, кто подумает, что Он заговорил о прославлении потому, что язычники пожелали увидеть Его. Нет, не так. Он видел, что после страстей и воскресения Его язычники во всех краях уверуют в Нeгo. Воспользовавшись случаем, когда язычники стремились увидеть Его, Он возвещает грядущую полноту язычников. Он говорит, что пришел Ему час прославиться, потому что, когда это свершится на небесах, придут к вере и язычники, как поется в псалме: Будь превознесен выше небес, Боже, и над всею землею да будет слава Твоя! (Пс. 56:6). Однако надо было, чтобы превознесению и славе Его предшествовало уничижение страстей.

***

Возмож-но, кто-то сочтет, что Он сказал, что прославится, потому что язычники захотели Его увидеть. Это не так. Но Он видел, что после Страстей Его и после воскресения Его язычники из всех народов уверуют в Него, поскольку, как сказал апостол, «отчасти ослепление произошло в Израиле, пока не войдет полнота язычников» (ср. Рим. 11:25). И вот в связи с этими язычниками, которые жаждали Его увидеть, Он объявляет о грядущей полноте язычников и обещает, что вот-вот уже наступит час Его славы, после наступления которого на небесах язычники уверуют. Отчего и было предсказано: Будь превознесен выше небес, Боже; над всею землею да будет слава Твоя (Пс. 107:6). Это и есть полнота язычников, о которой говорит апостол: «Отчасти ослепление произошло в Израиле, пока не войдет полнота язычников» (ср. Рим. 11:25).

В этом опыте Господь видел предзнаменование великих последствий, какие должны произойти для человечества от Его страданий в отношении к нравственному преобразованию рода человеческого, к распространению церкви Божией. «Наступило время прославления Сына Человеческого, сказал Он. Сын Человеческий прославляется на небеси, страданиями Он возводится в славу, прославляется на земли, приобретая Своими действиями последователей Себе между язычниками».

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 203++

Иисус отвечает, что час Его страданий и славы наконец пришёл. Он сравнивает свою смерть, погребение и воскресение, а также принесённую Им вечную жизнь для всех верующих с тем, как пшеничное зерно падает в землю, прорастает и во множестве порождает новую жизнь

Господь пришел спасти всех, и если язычники начинают искать Его, значит, этот час славы Его пришел. Чем больше искупленных, тем больше слава Искупителя. Господь говорит о часе Своего торжества, и эта победа будет достигнута через смерть Его: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно»,

«Пришел час прославиться Сыну Человеческому». Приход ко Господу вопрошателей из язычников — знак этого часа. Но их желание видеть Иисуса не исполнится — так, как они ожидают, так, как хотели этого иудейские толпы, приветствовавшие криками «осанна» торжественный вход Царя Израиля в Иерусалим. Скоро они убедятся, что Его Царство совершенно отличается от их ожиданий. Откровение Божией славы явится в Его умирании на Кресте. И как иудеи, так и язычники примут совместное участие в предании Его смерти. Но Его смерть поистине будет прославлением Сына Человеческого, потому что в ней будет прославлен Бог. То, что распятие человека может быть высшим явлением славы Божией, — соблазн для иудейского религиозного мессианства и абсурд для эллинской философии (1 Кор., 1, 22—24). Но это и есть истина, ибо слава Божия — излияние Его любви. Она открывается в полноте в послушании Христа до смерти и в отдаче Отцом Небесным Сына Своего Единородного за жизнь мира, и в пребывании с Ним до конца в Его послушании (Ин. 17, 1—5). Здесь прославление Богом Своего имени и прославление Того, Кто стал истинным человеком, — Сына Человеческого. 

Это проявление веры в людях, родившихся в язычестве, подает повод И. Христу мысленно взглянуть на То недалекое будущее, когда разрушится преграда, разделявшая языческий мир от иудейскаго, и церковь, Им основанная на земле, начнет распространяться среди язычников и обнимет всю вселенную. В этом прославится Сын человеческий. Время сего прославления И. Христос созерцает уже наступившим и событие совершающимся: прииде час, да прославится Сын человеческий. Однакоже прославление Его в распространении церкви по всей земле должно совершиться не только после Его страданий и смерти, но и чрез них: как пшеничное зерно, падши на землю, должно умереть, чтобы принести много плодов, так и Христос только Своей смертию может основать церковь Свою. Но не для Него только предлежит такой путь к цели: и люди, если хотят достигнуть цели своей жизни, вечнаго спасения, должны быть готовы пожертвовать всем в настоящей временной жизни, и даже самою этою жизнию (25, ср. Мф. 10:37—39. 16, 24 — 26. и парал.), должны последовать за И. Христом по пути на крест, и тогда они удостоятся принять участие и в Его славе (26, ср. 17:24).,:

Господь избирает эту минуту, когда земная слава Чудотворца достигает своего апогея, чтобы напомнить ученикам, что скорбь и страдания и смерть увенчают эту славу и соделают ее вечною. «Прииде час, да прославится Сын человеческий», глаголет Он. Народ иерусалимский встретил Его на спуске горы Елеонской как царя своего; язычники с запада приходят поклониться тому по-видимому, который по древнему пророчеству Сивиллы, известному во всем языческом мире, должен был водворить последний век всеобщего счастия и мира См. известную Эклогу 4, 4, 5 Виргилия «к Полиону»: Ultima Cumaei venit jam carminis aetas; «Magnus ab integro saeclornm nascitur ordo» (et seq.) Это пророчество взято Виргилием из Сивиллинскнх книг, но применено Виргилием к Августу.; а Господь воспоминает о Своих, необходимых для всего человечества, страданиях.

В главе Ин. 11 мы читаем, что перед смертию и воскресением Лазаря Господь говорил: «сия болезнь несть к смерти, но о славе Божии, да прославится Сын Божий ея ради». Здесь мы читаем: «прииде час, да прославится Сын человеческий». В первом событии прославлялась творческая сила Божия, явленная во второй Ипостаси Святыя Троицы, в Сыне; в настоящую минуту Господь глаголет о Сыне человеческом, о Боге, взявшем на Себя смиренный образ человеческий, да подъемлет на рамена Свои грехи человеческие, имея испить чашу смерти человеческой. И Иоанн Златоуст в 66 беседе на Иоанна говорит: «"прииде час» означает, что время уже идти на страдание, так как все уже исполнилось», и страданием должен был прославиться Сын человеческий, вознося и прославляя в теле Своем бренную плоть человеческую и соделывая человека, не в духе только, но и во плоти способным наследовать царствие Божие и именоваться по усыновлению чадом Божиим.

Господь и разъясняет в ст. 24 и след. прославление Сына человеческого посредством страдания и смерти. «Когда Господь глаголет о зерне пшеничном, умирающем и дающем плод, продолжает св. Иоанн Златоуст Бес. 66 на Иоанна, ч. 2. Стр. 264 (1862)., то это Он говорит о Кресте. Чтобы ученики не смущались мыслию, что Он умерщвлен в то самое время, когда и язычники начали приходить к Нему, – Он говорит, что это-то самое в особенности и будет содействовать обращению язычников и распространению Его проповеди». И пример из действия природных сил в зерне пшеничном Господь приводит в пояснение тайны, – имеющей быть понятою лишь после Его славного воскресения См в особ. 1 Кор. 15:35–45., – что самое тело будет соучастником в воскресении Господа, а с Господом воскреснем и мы в просветленном теле.

Св. Иоанн Златоуст (loc. cit), приводя слова Апостола Павла 1 Кор. 15 "подобает тленному сему облещися в нетление», поясняет, что здесь не может быть речи о душе, ибо душа не подлежит тлению, «да и восстание свойственно тому, что пало, а пало тело».

Но тело человеческое может «облечься в нетление» потому только, что за человека, состоящего из плоти и духа, Бог во плоти отдал Себя на смерть, и тогда «смертное поглощено было жизнию///» 2 Кор. 5:4.. Владыка жизни подъял с Собою из гроба плоть человеческую и освятил душу человека Духом Святым. Тогда только человек мог измениться и облечься в одеяние бессмертия 1 Кор. 15:51–53..

Мы не смеем утверждать, но думаем, что все эти слова были сказаны не только в присутствия учеников, но и в присутствии Эллинов, которые вероятно были допущены к Господу, Который никого не изгонял от Себя.

До сих пор вся деятельность Иисуса была направлена ко спасению народа израильского. Посылая в первый раз Апостолов на проповедь Он сказал им: к язычникам не ходите... а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева (Мф. 10:5-6). И когда язычница, хананеянка, обратилась к Нему с мольбой, исцелить ее беснующуюся дочь, Он, прежде чем исцелить ее, сказал: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева (Мф. 15:24). Но из этого нельзя заключать, что Он ограничивал Свое посланничество только обращением евреев, нет, Он в то же время говорил: Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора, и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь (Ин. 10:16). На вопрос же о том, когда именно овцы не сего двора (то есть не евреи) будут привлечены Иисусом и услышат Его голос, Он Сам отвечал: Когда вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе (Ин. 12:32). Следовательно, назначение Иисуса было привлечь к Себе Своим учением: евреев лично, а язычников — через Апостолов, после Своей крестной смерти. Поэтому пришествие этих язычников (эллинов) должно было напомнить Иисусу, что посланничество Его к евреям окончено и начинается призвание язычников, но что этому призванию должна предшествовать Его смерть на кресте, а затем Воскресение и Вознесение, то есть прославление Его. Да, настало время отвергнуть когда-то избранный Богом народ и на его место призвать язычников; настало время идти на крест! Под влиянием таких мыслей Иисус сказал: пришел час прославиться Сыну Человеческому

«Час прославиться». Ясно, что какой-то кризис. Но понимают по-разному.

Сын Человеческий - Дан. 7:13-14.

«Видел я в ночных видениях, вот, с облаками небесными шел как бы Сын человеческий, дошел до Ветхого днями и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему; владычество Его - владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится».

Время дикого разгула приходит к концу. Наступает время человечности. Золотой век.

Но как? Народ мал и слаб!

Вмещает Бога. Чудо. Сын Человеческий. Это и имеет в виду Иисус.

Иисус говорит о смерти! И это - прославиться. «Слава» - Бог с нами.

Это победа креста, а не войск. Первые слова радуют, а затем ошеломляют. Не победа оружием, а Жертва!

Все оценки и понятия перевернуты.

Три парадокса.

1. Только из смерти приходит жизнь. Зерно само по себе бесполезно. Умершее, оно из могилы дает всход. Кровь мучеников - семя Церкви (Игнатий Антиохийский). Только убивая Ego, мы даем плод миру. Личные амбиции и тщеславие - в жертву для Бога.

2. Потеряв жизнь, мы обретаем ее.

Кто цепляется - потеряет.

Кто отдает - обретает.

Здесь душа - жизнь.

3. Истинное господство в служении. Не работа только ради выгоды (это мирское). Эти люди богатеют, но не любимы. Даже богатый может служить. Путей для этого много.

Итак, слава:

Евангелист не уточняет, увидели ли Еллины Иисуса или нет. Вместо этого он приводит слова Иисуса о том, что «пришел час прославиться Сыну Человеческому». Это слова сказаны в ответ на просьбу Филиппа и Андрея, но произносятся, как будет понятно из дальнейшего повествования, в присутствии народа.

Иисусу на протяжении всего времени Его служения на земле было присуще острое сознание того, что Он пришел в этот мир, чтобы умереть. Он знал, что это произойдет, и знал, когда это произойдет. Ранее Он неоднократно говорил: «Еще не пришел час Мой» (Ин. 2:4); «Мое время еще не настало» (Ин. 7:6); «Мое время еще не исполнилось» (Ин. 7:8). Сейчас же Он понимает, что Его час пришел, и прямо говорит об этом ученикам в присутствии народа.

Глагол «прославиться» указывает на воскресение, которое последует за смертью Иисуса на кресте, и на Его возвращение туда, откуда Он пришел (Ин. 8:14), в ту славу, которую Он имел у Отца «прежде бытия мира» (Ин. 17:5). Но одновременно, как мы увидим далее, под славой понимаются страдания Иисуса и его смерть, предсказанные пророком Исаией (Ин. 12:41).

Говоря о своей смерти, Иисус сравнивает ее с пшеничным зерном, которое не принесет плода, если, «пав в землю, не умрет». Это сравнение заимствовано из того образного ряда, который характерен для притч Иисуса, приведенных в синоптических Евангелиях. Наиболее близкий к нему образ – горчичного зерна, «которое человек взял и посеял на поле своем, которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его» (Мф. 13:31–32). Еще один похожий образ – семени, которое человек бросает в землю, «и спит, и встает ночью и днем; и как семя всходит и растет, не знает он, ибо земля сама собою производит сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе» (Мк. 4:26–28).

В данном случае акцент делается не на потенциале, заложенном в семени, и не на силе земли, способной произращать величественные деревья из малых семян, а на том, что для возникновения новой жизни необходима смерть. То новое бытие, которое Иисус принес на землю и которое должно быть реализовано в создаваемой Им Церкви, получает начало благодаря Его смерти на кресте. Смерть Сына Человеческого – вот та цена, которую Бог должен заплатить за то, чтобы люди получили возможность «приносить много плода». Иисус и раньше говорил об этом, например, когда предсказывал Свое вознесение на крест в беседе с Никодимом (Ин. 3:14), но теперь пришло время сказать об этом во всеуслышание. Смерть Сына Божия необходима, «дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:15).

Евангелист не говорит, были ли допущены Господом к Себе еллины, не передает речь Его по сему случаю,—такую речь, которая относится как к еллинам, так и к ученикам и народу. Обращение еллинов к Господу было весьма важным делом, так как оно было первым случаем обращения к Нему людей из языческаго мира, хотя то были прозелиты (20 ст), и знаменовало будущее обращение в царство Христово язычников на место избраннаго Богом Еврейскаго народа. И потому это обстоятельство произвело на Господа большое впечатление, и Он произнес знаменательную речь. В речи Он кратко изложил сущность Своего христианскаго вероучения и нравоучения (24 и 25 ст.). «Язычники, принявшие было иудейство, пишет еписк. Михаил, не удовлетворяются им и прямо идут к И. Христу с своими религиозными потребностями, с своими думами, надеясь у Него найти разрешение и удовлетворение; это — как бы первое появление утренней зари новаго мира, в котором ограда, разделявшая народ Божий от язычников, падет и в котором царство Христово распространится на весь мир, где будет единое духовное стадо и един Пастырь" (Ин. 10:16). Но путь к этому царству есть путь креста и смерти, и вот Господь открывает учение о кресте. Язычники стучатся в дверь царства Божия, они сами идут, хотя евреи и продолжают упорствовать; значит, наступила решительная минута,—наступило время искупительных страданий Его: пришел час.... Здесь прославлением Своим Господь называет Свои страдания. Так называются страдания потому, что Господь путем их имел войти в Свою небесную вечную славу (Лк. 24:26. Ин. 17:5, 6, 22. 1 Пет. 1:11). Сыну Человеческому. Господь часто называет Себя этим именем, по Своей любви к человекам (Ин. 1:51; Ин. 3:13 и др.); но здесь это название употреблено Им нарочно—для обозначения Его человеческой природы, которою Он будет страдать и с которою войдет в небесную Свою славу.

Господь говорит о наступлении часа Его прославления, который, как мы знаем, есть часть Его Страстей. Достойно внимания, что Господь называет себя при этом Сыном Человеческим. Мы знаем, что Господь употреблял это имя по преимуществу тогда, когда Он говорил о Своих Страстях и о Своей Славе. В настоящем контексте это имя представляется особенно уместным.

– Иисус отвечает: – Час настал – Сын человеческий облекается в Славу Божью! – Иисус отвечает двум Своим ученикам, но, возможно, Он говорит в присутствии толпы (см. ст. 29). Мы так и не узнаем, состоялась ли та встреча с язычниками. Наверно, состоялась, но евангелист больше этим не интересуется, как не интересовался и тем, убедил ли Иисус Никодима в 3-й главе. Тот час, ради которого Иисус послан Отцом, настал: Совет уже вынес решение о казни и языческий мир в лице нескольких «греков» пришел к Иисусу, чтобы через Него обрести спасение. Ср. 7:30; 8:20. Сын человеческий – См. Ин. 1:51. Облекается в Славу Божью – дословно: «прославлен». Час прославления Иисуса понимается как час Его смерти (см. ст. 27-28), но не только – это и воскресение, и Его возвращение к Отцу. Перед нами евангельский парадокс: распятие на кресте было самой позорной казнью, но в глазах Иисуса и Его последователей именно крест становится Его славой, она достигается через унижение.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 312++

Появление этих чужеземцев показало, что настал час прославления Сына человеческого в народах, и Он воскликнул: «Отче, прославь имя Твое!» И в ответ на это раздался голос с неба: «И прославил, и еще прославлю». Голос этот не для всех слышен был одинаково. Для многих он показался простым раскатом грома, но другие говорили, что это «ангел говорил Ему», и только немногие слышали его раздельно.

пришел час. В противоположность более ранним заявлениям Иисуса о том, что Его час еще не пришел (Ин. 2:4; Ин. 7:6, 8, 30; Ин. 8:20), данное утверждение является первым из целого ряда тех, в которых говорится о приближении часа Его смерти и воскресения (Ин. 12:27; Ин. 13:1; 16:32; 17:1). О смерти Иисуса говорится как о Его прославлении (хотя в других местах Писания крест и погребение явно рассматриваются как Его уничижение, Флп. 2:8). См. ком. к Ин. 13:31.

 Это случайное, по-видимому, появление ел-линов представилось взору Богочеловека событием глубоко знаменательным. Три с половиною года служения спасению погибших чад израиля прошли; предстояло великое крестное служение спасению всего падшего человечества. Настал час страшный, но Спасительный час всемирной Жертвы; пришло время прославления сына Человеческого через смерть, и смерть крестную, и распространения веры в него между всеми языками (Флп. 2:8–11). Пора, оставив иссыхающую смоковницу – дщерь сионову, обратиться к дикой маслине (Рим. 11:17) – язычникам, жаждущим истины и правды; и привить их к единой плодоносной Лозе (Ин. 15:5). Пора доброму Пастырю положить душу Свою за овцы (Ин. 10:11) и послужить многоплодным семенем для Царства небесного, вознестись через крест в предвечную славу свою (Лк. 24:26; Ин. 17:5) и, собрав крестом всех верных своих последователей, привлечь их горе – в светлые обители отца небесного (Ин. 14:2, 3).

Язычники у дверей Царства Божия: это, по мысли Господа, – знамение и для него самого (ст. 23–30), и для всего мира (31–33), и в частности, для израиля (34–36). Не отвечая прямо на желание еллинов, переданное андреем и Филиппом, он мысленно созерцает перед собою Спасительный крест, открывающий всему человечеству путь новый и живый (Евр. 10:19). Прииде час, да прославится Сын Человеческий. Аминь, аминь глаголю вам: аще зерно пшенично пад на земли не умрет, то едино пребывает, аще же умрет, мног плод сотворит. Любяй душу свою погубит ю, и ненавидяй души своея в мире сем в живот вечный сохранит ю. Аще кто Мне служит, Мне да последствует, и идеже есмь Аз, ту и слуга Мой будет, и аще кто Мне служит, почтит его Отец Мой. Эти слова, сказанные в такой торжественный час, с величием, подобающим сыну Божию, должны были глубоко напечатлеться в умах и сердцах апостолов, не вмещавших еще мысли о страданиях и смерти Господа. Теперь они слышат, что крест для Учителя есть путь к прославлению, – что смерть Его необходима для распространения Евангелия во всем мире, подобно тому как зерно, истлев в земле, дает растению жизнь, – что, наконец, и для последователей Его нет другого пути к вышней почести, как путь самоотвержения, лишений и страданий.

Но этот крест, предопределенный в Предвечном совете Пресвятой троицы и добровольно воспринятый сыном Божиим, приводит в смущение человеческое естество, ипостасно соединенное с Божеством в лице Богочеловека. Иисус Христос, по выражению святителя Иоанна Златоуста, «был не чужд человеческих ощущений, и душа Его до того была возмущена, что он даже искал бы избавления от смерти, если бы только можно было ее избежать». Безгрешная душа Его скорбит и смущается при мысли о смерти, потому что смерть есть следствие греха (Рим. 6:23), а искупитель наш чужд всякого греха (Евр. 4:15), но это смущение быстро сменяется глубоким чувством самоотверженной преданности воле отца небесного, пославшего Его совершить дело спасения людей (Ин. 4:34). Эта воля отца небесного, при единосущии отца и сына (10, 30), есть вместе изволение сына, а посему Богочеловек, проявив в себе то, что свойственно человечеству, в торжественной молитве к отцу небесному указывает на свои страдания и смерть как на неизменное определение, которое должно совершиться, и как на славу самого отца в сыне (Ин. 14:13; 17, 1, 4, 5, 24). Ныне душа Моя возмутися, и что реку? Отче, спаси Мя от часа сего, но сего ради приидох на час сей. Отче, прослави имя Твое. тогда пришел громоподобный глас с неба: и прославих, и паки прославлю, – прославих, изъясняет святитель Иоанн Златоуст, «в предшествовавших событиях», прославлю – «после креста». Страшный час есть переход от одной славы, в тесных пределах израиля, к другой всемирной, между всеми народами земли, и к той предвечной, которую он имел у отца прежде мир не бысть (Ин. 17:5) и в которую ввел, по совершении искупления, и свое человечество.