Евангелие от Иоанна 10 глава 29 стих

Не по росту, но по рождению является равным Сын, Который всегда рожден от Отца, Бог от Бога, Совечный от Вечного. Отец не есть Бог от Сына; Сын — Бог от Отца; поэтому Отец дал рожденному Сыну, чтобы Тот стал Богом; дал Рожденному чтобы Тот стал Совечным Ему; Рожденному дал, чтобы Тот стал равным. Это то, что больше всех...

Отец Мой, Который дал Мне их, — то есть чтобы Я был Его Словом, чтобы Я был Единородным Сыном Его, чтобы был сиянием Его света... больше всех. И никто не похитит овец моих из руки Моей (Ин. 10:28). Если под рукой мы будем понимать силу, то у Отца и Сына одна сила, ибо одна Божественность; если же под рукой мы будем понимать, как написано у пророка: И кому открылась мышца Господня? (Ис. 3:1), то рука Отца — это Сам Сын, что было сказано не так, словно Бог имел человеческую внешность и как бы части тела; но потому что через Него все было сотворено ¹. Ведь и люди имеют обыкновение говорить, что другие люди — это их руки, которыми они делают то, что хотят. Иногда и сам труд человека называется рукой человека, ибо делается рукой; ведь говорят, что кто-то не узнает своей руки, когда не узнает того, что написал... И поэтому лучше в этом месте нам считать руку Отца и Сына силой Отца и Сына, чтобы — ибо здесь мы допускаем, что рукой Отца назван Сам Сын — случайно здесь плотское рассуждение не начало искать сына Самого Сына, которого сходным образом считало бы рукой Христа.

См. также толк. ст. 28

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 181++

Для того чтобы стать овцами Христа, надо, услышав Его учение, поверить в Его единство с Богом. Таких овец вручил Ему Отец. Поэтому они одновременно принадлежат как Сыну, так и Отцу. Из руки Отца их не смогут похитить, так как Отец больше всех. «Я и Отец – одно», – заключает Иисус.

 «Отец Мой, Который дал Мне их, больше всех». Он больше, чем все пастыри, которые дремлют и спят иногда, а Он бодрствует над Своим стадом днем и ночью. Он больше, чем все враги Церкви. Он больше, чем все силы земли и ада. Диавол и Ангелы его часто нападают на Церковь, и бывают весьма искусны в войне против нее. Но они никогда не одолевали и не одолеют ее. 

И. Христос, конечно, не мог говорить о Себе в духе фарисеев. И даже именно вследствие того, что они с именем Мессии соединяли ложныя представления и ожидания, Он и прежде и теперь не употребляет для наименования Себя этого имени. Однакоже на данный Ему вопрос: Христос ли Он? Иисус довольно ясно и прямо отвечает, что Он есть Мессия, Христос, как Он и говорил им всегда. Но в то же время, напоминая речь Свою о добром пастыре, Он обличает неверие иудеев, говоря, что Он и словом Своим так о Себе свидетельствовал и делами Своими подтвердил это свидетельство о Себе. Следовательно, если при всем том они остаются в неверии, то значит они не принадлежат к числу призванных ко спасению, которые по духовно-нравственному своему состоянию способны и достойны были того, чтобы Бог Отец призвал их к Сыну Своему. Ибо если бы таково было их внутреннее состояние, то Его слово нашло бы себе отголосок в их сердцах, и тогда Он сохранил бы их пред всякими искушениями к неверию; данных Ёму Отцом никакая вражеская сила не может похитить из Его рук, ибо нет больше, могущественнее Бога никого и ничего, а Он — един по существу с Богом, следовательно, един с Ним и по могуществу.

В двух параллельных поучениях Господь Иисус указует, что Он дарует жизнь овцам Своего стада, и что во-первых никто не может восхитить их от руки Его, и далее – что никто не может восхитить их от руки Отца: но сии два указания суть единое указание, ибо Отец и Сын воплощенный суть одно.

Прежде всего обратим внимание на обещания Господа. Тем, кои пребывают верными Ему, Он дарует жизнь вечную, и им нечего бояться, ибо они ограждены силою высшею Господа нашего Иисуса Христа: но чтобы еще более утвердить в вере слушающих, Господь еще более и яснее раскрывает единство Свое с Богом Завета, чтимым и поклоняемым по закону Моисееву. Указуя на известное евреям величие Бога Завета, Творца вселенной, и на то, что Он единый есть властелин мира, Господь Иисус в образе человеческом глаголет об овцах: «Мне даде их Отец», и прибавляет, что от руки давшего мне сих овец кто же может восхитить?

Сим Господь на веки успокаивает Христианина, давая ему разуметь, что над ним бодрствует и его охраняет высшая сила, доколе он остается верным Господу. А с сим убеждением христианин смело встречает временные скорби и страдания, ведая, что Господу угодно было попустить их для его же пользы.

Но высший пункт поучения Господа выражается в величественном слове Его:

«Аз и Отец едино есма»: ἒν ἐσμεν, unum sumus. Здесь полное откровение тайны, что Сам Бог восприяв плоть, глаголет к людям. Здесь полное откровение любви Божией, ибо Сын единый со Отцом, восприяв образ человеческий, как человек возводит братьев Своих по человечеству к подножию престола славы Отца, а как Бог усыновляет их ради воплощенного Бога Слова. Посему и говорит Господь Иисус: Отец даде Мне сих овец, оне Мои и оне Отца, ибо Я и Отец одно. «Отец и Сын суть два, и вместе нераздельная и не различаемая Единица Божества», говорит св. Афанасий Великий Аф. Вел. Слово на Apиан 4-е изд. 1852 ч. 2, стр. 478..

Необходимо обратить внимание и на 29-й стих десятой главы. Говоря об овцах, которые слушаются Его голоса и идут за Ним, Иисус подчеркивает: «Отец Мой, Который дал Мне их, больше всех; и никто не может похитить их из руки Отца Моего». Слово «больше» (греческое μεῖζων) придает замечательный колорит этому тексту, а возможно, и всей главе. Бог всегда больше любого представления о Нем, Бог не может быть вмещен ни в какую богословскую схему. Он — «неизречен, недоведомь, невидимь и непостижимь», как говорится в анафоре литургии святого Иоанна Златоуста. По-гречески: ἀνέκφραστος, то есть «неизречен», ибо о Нем невозможно рассказать в словах, απερινόητος, или, по-славянски, «недоведомь», поскольку Его не представишь умом, αόρατος, то есть «невидимь», ибо увидеть Его не запрещено, но просто невозможно, и, наконец, ακατάληπτος — «непостижимь», ибо Его величие и, вообще, Его и Его бытие невозможно постичь разумом. Греческое μεῖζων из Евангелия от Иоанна в одном слове передает это все фантастически точно.

Вместе с тем целый ряд древних рукописей содержат иное чтение этого стиха: «То, что дал мне Отец Мой, больше всего, и никто не может это похитить из руки Отца». В этом случае речь идет о том, что тот дар, что получен Иисусом от Отца, больше всего, что можно себе представить, и всего, что существует. Иными словами, что этот дар есть то равенство Богу, та полнота Божия, что пребывает во Христе телесно. Этот дар невозможно похитить (греческое ἁρπάζειν), то есть присвоить себе силой, Он может быть получен только от Отца и только по Его милости. Если понимать этот текст именно так, то он оказывается созвучным тому месту из Послания к Филиппийцам (Флп. 2:6—7), где апостол Павел говорит, что Иисус Христос, «будучи образом Божиим, не почитал хищением ἁρπαγμὸν ἡγήσατο быть равным Богу, но уничижил Себя Самого», то есть не держался как за похищенное или присвоенное за свое равенство Богу. Современные издатели текста Нового Завета (Курт Аланд, Брюс Метцгер и другие) предпочитают это чтение, тогда как такой блестящий знаток Евангелия от Иоанна, как Ксавье Леон-Дю-фур выбирает первый, вернее, тот вариант 29-го стиха, что в большинстве средневековых рукописей, а следовательно, и в Синодальном переводе.

Овец этих дал Мне Отец Мой; а Он больше, могущественнее всех, и потому никто не отнимет их у Него. Никто не отнимет их и у Меня, потому что Я и Отец — одно

В первые годы Своей проповеди Иисус запрещал уверовавшим в Него разглашать, что Он есть Христос. Он хотел, чтобы народ сам уверовал в Него, и для этого Он дал народу много знамений. Теперь же, когда служение Его приходило к концу, Он нашел своевременным открыто, всенародно объявить Себя Сыном Божиим, Единосущным Отцу, дабы евреи не могли оправдывать себя неведением. Когда Он сказал: Я и Отец — одно, то враги Его прекрасно поняли эти слова и тут же засвидетельствовали это, сказав: Ты, будучи Человек, делаешь Себя Богом. Отвечая озлобленным врагам Своим, Господь сказал: Тому ли, Которого Отец освятил и послал в мир, вы говорите: богохульствуешь, потому что Я сказал: Я Сын Божий? (Ин. 10:36). Словом, на празднике обновления, когда фарисеи и книжники сами спросили Его, Он ли Христос, Он рассеял всякие недоумения, провозгласив Себя Сыном Божиим, равным Отцу.

И, несмотря на это, многие неверующие решаются утверждать, что Иисус ни разу не назвал Себя Сыном Божиим. К сожалению, эти противохристианские мысли идут и от графа Л. Н. Толстого, который своими прежними трудами заслужил всеобщую известность; сочинения его о Христе читаются нашей интеллигенцией, и сказанному в них верят, как словам новоявленного пророка. Но пусть же сами поклонники Толстого прочтут внимательно и без предвзятых мыслей все, что говорилось на празднике обновления! Тогда они поймут, что нельзя слепо верить даже и таким современным кумирам, как граф Л. Н. Толстой. А если они пожелают прочесть все Евангелие, то узнают, что в нем записано 39 случаев, когда Иисус обнаруживал Свое богосознание, то есть объявлял Себя Богочеловеком, Сыном Божиим¹

«Отец Мой, Который дал Мне их, больше всех; и никто не может похитить их из руки Отца Моего. Я и Отец - одно».

Здесь выражено единство Иисуса с Богом Отцом.

Ст. 28: из руки Моей

Ст. 29: из руки Отца Моего

Это не самоуверенность, а уверенность в Отце.

«Я и Отец - одно»

Споры о символах. Но здесь у Иоанна «чтобы они были едино, как и мы едино» (Ин. 17:11). Это единство в разнообразии. Единство любви. Любовь - сущность Бога-Троицы. Иисус един с Отцом, потому что Он любит Его.

Любить - соблюдать заповеди Иисуса. Итак, это не метафизика и не абстракция. Речь о личных отношениях.

«Одна сущность» (единосущно) - не всем понятно. Но единодушие, единство сердец понятны всем.

Возвращаясь к теме пастыря и овец, Иисус делает резкое разграничение между Своими овцами и теми, кто не хочет следовать за Ним. На Страшном суде Он будет отделять овец от козлов (Мф. 25:31). Здесь же иудеи сами себя отделяют от Его стада, добровольно становясь на сторону Его противников. Иисусу остается лишь констатировать это отделение: «Я, со Своей стороны, исполнил все, что следовало сделать пастырю. Если же вы не следуете за Мной, то это происходит не оттого, будто Я – не пастырь, но оттого, что вы – не Мои овцы».

Слова «как Я сказал вам» отсутствуют во многих рукописях. Если, тем не менее, считать их частью оригинального текста, то по смыслу они относятся не столько к тому, что им предшествовало, сколько к тому, что за ними следует: «Но вы не верите, ибо вы не из овец Моих. Как Я сказал вам, овцы Мои слушаются голоса Моего». О том, что овцы слушаются голоса Его, Иисус говорил (Ин. 10:3, 14), а о том, что Его собеседники – не из Его овец, до настоящего времени не говорил.

Определенные сложности для перевода представляет фраза: ὁ πατήρ μου ὃ δέδωκέν μοι πάντων μεῖζόν ἐστιν. В Синодальном переводе читаем: «Отец Мой, Который дал Мне их, больше всех». Однако слово «их» в оригинальном тексте отсутствует. Греческие рукописи дают не менее десяти различных вариантов текста, в том числе такие, при которых возможны следующие варианты перевода: «Отец Мой – в том, что Он дал Мне – больше всех»; «Отец Мой – то, что Он дал мне, больше всех».

Здесь Господь указывает причины, почему никто не похитит из рук овец Его, потому, 1) что Бог Отец Его, Который дал Ему овец, больше всех, — но силе и могуществу, иначе сказать, всемогуща, так что никакой враг не может одолеть Его, и 2) потому, что Он (Я) и Отец одно, — по той же силе и могуществу. А если одно по всемогуществу, толкует св. Златоуст, то и по всем другим Божеским свойствам, но природе, существу. Следов. в этом выражении содержится учение Самого И. Христа о Своем Божестве. Так эти слова Его поняли и иудеи, как видно из дальнейшаго (ст. 34), и Господь не только не указал им на неправильность понимания ими слов Его, но, напротив, и подтверждает и оправдывает, что действительно Он Сын Божий (ст. 36) и едино со Отцем (38). 

Мы веруем в Тебя, Господи: даруй же нам живот вечный, но прежде научи нас по Тебе идти! Хорошо попасть нам в руки Твои: никто бы не восхитил уже нас из недр любви Твоей во веки веков.

Здесь говорится опять о тех верующих во Христа, данных ему Богом Отцом, которые, как ветви, пребывают на лозе: Ин. 15:5; их никто Не может похитить из рук Божиих; но заблудшие, хотя и мнят о себе, что они служат Богу, на самом же деле, вследствие непризнания за истину всей совокупности учения евангельскаго, должны считаться неверующими и духовно ослепленными: 1 Кор. 2:14; 2 Кор. 4:3-4; 3, 14; Еф. 4:18.

Его овцы – это те, которых дал Ему Отец. Мы узнаем мысль гл. VI об Отце, привлекающем учеников к Сыну (ср. Ин. 6:44, 65). Они идут за Иисусом, который и дает им жизнь вечную, и из Его рук никто не может их похитить, потому что Ему дал их Отец. «Я и Отец – одно» (ст. 27–30)¹. В ст. 38 эта последняя мысль выражена так: «...и во Мне Отец, и Я в Отце», Накануне Страстей мысль о единении Отца и Сына провозглашена с такой ясностью, с какой она не была еще провозглашаема в Иоанновских речах.

Но так как видел, что иудеи презирают Его как простого человека, не понимая, что видимый и осязаемый человек был Бог по природе, для убеждения их в том, что Он есть сила Отчая, говорит: «Никто не похитит их от руки Отца Моего», то есть Моей, Себя называя всемогущею десницею Отчею, ибо Отец все совершает чрез Него, как и посредством нашей руки совершаем мы свои дела. Ведь во многих местах Писания Христос называется рукою и десницею Отца, что означает силу. И просто рукою называется вседействующая сила и могущество Бога, так как понятие о Боге всегда выше телесных образов.

А если говорится, что Отец дает Сыну, то не как не имеющему всегда под Своею властью тварь, но Ему, как действительно Жизни по природе, усвояя нас, нуждающихся в жизни, дабы мы оживотворились чрез Сына, как Жизни по природе и внутренне обладающего этим. Впрочем, и поскольку Он стал человеком, Ему естественно просить и получать от Отца то, что Он имеет как Бог по природе.

***

4. (Q) Давая то, что Он имел как Бог по природе, как человек принимая и возводя к собственной славе, Сам от Себя (ύφ’ έαυτοΰ) направляясь и к этому.

***
На ст. 29-30

Если болий всех есть Отец, имея приличествующее Богу превосходство по отношению к творениям, то Он и вне всех, и над всеми. А будучи таковым по природе и достоинству, Он есть едино с Сыном. Как же тогда будет сотворенным Тот, Кто одинаков с Отцом по сущности? Или как будет считаться как творение среди всех прочих творений Тот, Кто вместе с Отцом болий всех есть, и притом болий — как Бог по отношению к творениям?

– То, что дал Мне Отец Мой – больше всего, и этого у Отца никто не может отнять – Это подтверждается тем, что овцы принадлежат Отцу, и поэтому никто не в силах отнять их у Него. Синтаксис этого стиха труден, и в рукописях есть разночтения (см. текстологическое примечание). Главное различие заключается в том, кто или что больше. Конечно, чтение «Мой Отец больше всех» легче. Поскольку Отец больше всех, никто не сможет отнять того, что Он дает. Но, возможно, переписчики «исправили» текст, желая сделать его более гладким и понятным. Но в текстологии обычно выбирается более трудный вариант. Какой дар Отца Иисусу больше всего? Августин полагал, что самый великий дар – то, что Иисус есть жизнь и источник жизни.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 274++

Еслибы они были овцами Его стада, — и при этом Он припомнил им ту беседу, которую Он преподал им раньше, во время праздника Кущей, — то они послушали бы Его голоса, и Он дал бы им жизнь вечную, и они не погибли бы под Его защитой, потому что никто бы тогда не мог похитить их из рук Отца Его.

Хотя Иисус в беседах с иудеями не называл Себя еще ни разу Христом, но зато Он называл Себя Сыном Божиим, бывшим прежде Авраама, и недаром фарисеи хотели Его побить камнями на празднике Кущей. Видя злой умысел фарисеев, может быть в злобе сжимавших уже в руках припасенные камни, Христос и теперь не отвечает прямо на их вопрос, а в доказательство Своего Божественного достоинства ссылается на Свои чудеса (ст. 25) и, наконец, говорит: Я и Отец – одно (ст. 30), т. е. свидетельствует о Своем Единосущии, а следовательно, и равенстве с Богом Отцом.

из руки Отца Моего. Рука Пастыря - это также рука Отца, и непревзойденное могущество Бога является гарантией безопасности овец.

Припоминая недавно произнесенную, весьма живописную и поразительную притчу о добром Пастыре и овцах, где так наглядно представлены отношения взаимности, какие естественно устанавливаются между Ним и последователями Его, спаситель продолжал: вы не веруете, несте бо от овец Моих, якоже рек вам. Овцы Моя гласа Моего слушают, и Аз знаю их и по Мне грядут. Аз живот вечный дам им, и не погибнут во веки, и не восхитит их никтоже от руки Моея. «когда слышишь слово: рука, – толкует святитель Иоанн Златоуст, – не представляй себе ничего чувственного, но разумей силу и власть». и эта власть, превышающая всякое могущество человеческое, принадлежит Ему наравне с Богом отцом: Отец Мой, Иже даде Мне, болий всех есть, и никтоже может восхитити их от руки Отца Моего. Господь называет отца своего большим, «поколику он – отец, виновник и начало» (свт. Василий великий), а относительно же общих свойств Божества они совершенно равны, ибо, – замечает святитель Кирилл александрийский, – «если никто равно не может исхитить ни из руки сына, ни из руки отца, то здесь нет места большему; и как, потому что отец болий всех, никто не может исхитить из руки Его, так и сын болий всех, потому что точно так же никто не может исхитить и из Его руки». Наконец, чтобы еще яснее представить истину своего единосущия с отцом, спаситель высказал решительно: Aз и Отец едино есма, – "едино по Божескому достоинству, потому что Бог родил Бога, – едино по царственной власти, потому что не над иными царствует отец, а над иными сын, – едино, потому что нет между ними никакого paзногласия, разделения, не иные изволения у отца, а иные у сына, – едино, потому что не иные создания Христовы, а иные отчие, но одно создание всяческих, все сотворил отец чрез сына» (свт. Кирилл Иерусалимский).

Господь разоблачает попытку иудеев представить Его самого виновным в том, что они до сих пор за Ним не пошли (якобы это Он не говорил прямо, Он держал их в недоумении). Иисус говорит, что Он Мессия, потому что Его дела это доказывают: «Я сказал вам, и не верите; дела, которые творю Я во имя Отца Моего, они свидетельствуют о Мне» (Ин. 10:25), а их неверие доказывает только одно – они не Его овцы, потому что не хотят ими быть. Они стоят лицом к лицу с Богом и отказываются Ему верить и поэтому теряют то, что получат верующие: «Я даю им жизнь вечную, и не погибнут вовек; и никто не похитит их из руки Моей. Отец Мой, Который дал Мне их, больше всех; и никто не может похитить их из руки Отца Моего. Я и Отец – одно» (Ин. 10:28–29). Иудеи поняли, что Иисус объявил Себя единосущным Богу, равным Ему по естеству и власти, поэтому схватились за камни, чтобы казнить Его за богохульство.

Отвлечемся ненадолго от неистовствующих иудеев и подумаем над последними словами Христа. История Церкви (и даже круг апостолов Христовых) знает историю отпадений и гибели верующих для вечности. Почему же Господь говорит, что нет силы, которая могла бы похитить человека из руки Божией? В другое время Иисус ученикам обещал сделать Церковь неприступной для сил ада, и мы веруем, что это так, потому что «верен Обещавший» (Евр. 10:23). Ап. Павел перед лицом всей вселенной свидетельствовал, что «...ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8:38–39). Это наводит на мысль, что единственной силой, отлучающей человека от Бога и как бы похищающей его из крепкой руки Божией, является свободное произволение людей, которое «удобно преклоняется к общению с противниками нашими, в особенности произволение неопытных, новых в подвиге, как еще обладаемых демонами. Бесы находятся вблизи и окружают новоначальных и самочинных, распростирая сети помыслов и пагубных мечтаний, устраивая пропасти падений» Григорий Синаит, прп. О прелести и проч. См.: Игнатий (Брянчанинов), свт. Аскетические опыты. О молитве Иисусовой. Беседа старца с учеником, II // Полн. собр. творений: В 8 т. Т. 1. М.: Паломник, 2007. С. 219.. Только своевольный выбор греха может лишить человека охраняющей благодати Божией и привести к вечной погибели.

Такой неправильно ориентированный выбор мы наблюдаем в иудеях, поднявших камни на Христа.