К Титу послание ап. Павла 1 глава 7 стих

Епископ не должен быть гневлив («оргилос»). В греческом языке два слова со значением «гнев»:

а) «фимос» - гнев, быстро вспыхивающий и так же быстро угасающий, как солома.

б) «орги» — гнев закоренелый, превратившийся в страсть. «Фимос» может быть праведным гневом (изгнание Христом торжников из храма). Тот, кто подвержен закоренелому гневу («орги»), не может быть пастырем.

Епископ не должен быть «бийцей» («пликтис» — «молотобоец»). В Правилах апостольских: «Епископ, бьющий верующего, извергается из сана».

Особую опасность и корень всех зол апостол видит в сребролюбии. 1 Тим. 6: 10 — «Ибо корень всех зол есть сребролюбие, которому предавшись, некоторые уклонились от веры и сами себя подвергли многим скорбям».

епископ - Греч, έπίσκοπος букв, означает «надзиратель, блюститель, попечитель» (ср. Кул.). Здесь служит синонимом слова «пресвитер» (ср. 1 Тим. 3:2,4:14 и. 5:17).

То есть не легко поднимает руку для удара.

***

Что священник должен избегать любостяжательности, этому научает и Самуил, свидетельствуя перед народом, что он ни у кого ничего не брал (1 Цар. 12:1-3), и нищета апостолов, которые, получая от братии средства к содержанию, хвалились, что, кроме пищи и одежды, они ничего другого не имеют и не желают (Ср. 1 Тим. 6:8).

Among stewards, then, it is sought that one be found faithful.” Let him not eat and drink with drunkards and strike his male and female servants. Instead, let him await the uncertain advent of God and give food to the fellow servants at the proper time. Now the sole distinction between a household steward and the family is that a fellow slave is appointed over his fellow slaves.
And so, let the bishop and priest know that the people are not slaves, but they are fellow slaves with him. The other things that follow are recorded on our behalf. Let the bishop not be “brash,” that is, not “puffed up” and one who pleases himself, but like a good household steward, let him seek what is beneficial to the majority. “Not subject to anger.” He who is always angry is “subject to anger.” He is provoked by the light breeze of a response and of a sin, as if by the wind through the leaves. And in fact there is nothing more disgraceful than an enraged teacher, who, though he ought to be gentle and act according to what is written, “But a servant of the Lord ought not be quarrelsome, but humble toward all, a teacher, patient, instructing in gentleness those who contradict.” That one, on the other hand, clamors and shouts with a twisted expression, quivering lips, wrinkled brow, unbridled insults, a countenance that alternates between pale and bright red. He does not so much lead back toward the good those who are astray, as plunge them headfirst into evil by his savageness. This is what Solomon also says, “Anger destroys even wise men,” and, “A man’s anger does not work the justice of God.” But neither is he “subject to anger” who now and then becomes angry, but he is said to be “subject to anger” who frequently is overcome by this passion.
He also forbids that a bishop be “given to wine.” He writes to Timothy about this: “not given to much wine.” Now what sort of thing is it to see a bishop “given to wine,” so that while his senses are overrun he raises a laugh contrary to proper decorum and dignity. His lips let loose with uncontrollable laughter; or, if he suddenly remembers something sad, in the midst of his cups he breaks down in sobs and tears. It would take too long to go into detail and describe the madness that drunkenness gives rise to. You should see how some men turn their cups into missiles and hurl goblets at the face of their own dinner guests. Another rushes forth with clothes that have been torn by wounds inflicted by others; some shout, others fall asleep. The one who drinks the most is reckoned to be strongest. It is an occasion for an accusation when one who has sworn loyalty to the king has not gotten drunk frequently enough. They vomit in order to drink; they drink in order to vomit. The belly’s digestion and the throat are occupied with a single duty. Let it suffice for now to have said this, which accords with the apostle: “In wine there is excess.”
And wherever there is overabundance and drunkenness, there lust is in control. Look at the belly and the genitals, the arrangement of the members has in view the nature of the vices. I will never regard a drunken man as chaste. Even if he is lulled to sleep by the wine, nevertheless he could have sinned through the wine. But are we surprised that the apostle condemned wine drinking in bishops or priests, when in the old law too it is commanded that priests, when they enter the temple to minister to God, not drink wine at all? Moreover the Nazarene is not defiled as long as he takes care of his sacred hair, does not look upon anything dead, abstains both from wine, dried grapes, weaker drinks that usually come from grapeskins, and from all strong drinks, which distort the mind from complete soundness. Let each one say what he wants to; I speak my conscience. I know that abstinence, when interrupted, has harmed me, and when renewed has brought benefit.
Now after wine drinking he commands this: “he should not be a striker.” This, of course, edifies the hearer when understood literally, that he should not readily stretch forth his hand to strike; he should not burst out in a rage to punch someone else in the mouth. But it is better to say that one is “not a striker” who is gentle and patient so that he knows what should be said at the moment, what should be held in silence; not to “strike” the conscience of the weak with unhelpful words. For the apostle, when forming the ruler of a church, forbids him to be a boxer and a pancratiast (which is reproached even among the common people and in pagans if it happens), but as I have said pay heed to this: let not the abusive and garrulous man ruin one whom he was able to correct with modesty and mildness.
He who will be a bishop ought to be estranged too from being a seeker after “disgraceful gain.” For there are many who teach what is not fitting for the sake of “disgraceful gain,” who subvert entire households and think that piety is profit. But according to Solomon “a modest acceptance is better with justice than much produce with iniquity.”And one should rather choose a good name with poverty than an evil name with riches. A bishop who desires to be an imitator of the apostle, “having food and clothing,” ought to be content with these alone.
Those who serve at the altar live from the altar. They do not live, he says, who become rich. This is why copper is shaken out of our belts, we wear only one tunic; we do not think about tomorrow. The appetite for “disgraceful gain” indicates that one is thinking more about the present. Up to this point the apostle’s words have instructed what the bishop or priest should not have; now, on the other hand, he explains what he should have.

В стт. 6–9 Апостол перечисляет те условия, которым должны удовлетворять поставляемые на служение пресвитерское. Но термин «пресвитер», который ап. Павел употребляет в ст. 5, заменяется в ст. 7 термином «епископ». Отсюда и вытекает, что Павел употреблял эти два термина, как синонимы. Перечисленные им условия пресвитерского служения относятся, в первую очередь, к области христианской нравственности и исповедания правой веры. Особо отмечаются необходимые в пастырском служении «социальные» добродетели. Пресвитер должен быть способен учить других (ст. 9). Что же касается добродетели «страннолюбия (ст. 8), то о ее значении в древнем христианстве было сказано выше. Требование, чтобы пресвитер был «мужем одной жены» (ст. 6, ср. еще 1 Тим. 3:2–12), нельзя понимать, как это делают некоторые современные ученые, в смысле возбранения многоженства. Многоженство не было разрешено и рядовым христианам, и выдвигание этого требования для пресвитеров не вызывалось бы необходимостью. Можно сказать с уверенностью, что правильное толкование этого требования получило свое выражение в канонах Православной Церкви, которые допускают к священному служению только первобрачных и не разрешают вступать во второй брак овдовевшим. Подобное же требование ап. Павел ставит в 1 Тим. 5:9, в связи с распоряжениями, которые он дает относительно служения вдов. Это требование отвечает его учению о союзе супружеском в Еф. 5. Отображая союз Христа и Церкви, идеальный христианский брак может быть только единый брак.

Этим указывается на его начальственное положение в отношении к приходу и на зависимость его не от изменчивой воли прихожан или общины, но от воли Бога, Которому принадлежит дом Церкви и Которому пресвитер некогда воздаст отчет в управлении своем (ср. Лк. 16:2). Посему заблуждаются те, которые думают, что пресвитер (тем более епископ) должен представлять собою служителя церковной общины, ее представителя или ее уполномоченного: будучи таковым, он не был бы «домостроителем Божиим».

+++Примечания к Апостолу и Апокалипсису в обличение штундистов и подобных им сектантов. Владимир-на-Клязьме, 1904. С. 124++

Строитель Божий есть тот же, что эконом или домоправитель в церкви Божией, т. е. человек, поставленный затем, чтобы соблюдались в точности заведенные порядки и установленные правила в церкви Господней и чтобы удовлетворялись обильно нужды и потребности всех членов дома Божия. Блаж. Иероним подает мысль, что, исчисляя качества достойного предстоятеля церкви, св. Ап. Павел имел в мысли притчу Христа Спасителя «о верном и благоразумном домоправителе», которого Господь поставил над слугами своими раздавать им в свое время меру хлеба (Лк. 12:42 и след.). Отсюда естественно вытекают частные свойства беспорочности епископа или пресвитера, как верного домоправителя в церкви Божией. Ему следует быть:

Не себе угождающу, т. е. не насильственным и деспотическим правителем, который соображался бы только с своими собственными желаниями и влечениями, а не с нуждами и потребностями подчиненных мирян и клира (срав. 1 Пет. 5:2).

е дерзу, не напрасливу, не гневливу, не пиянице, не бийце. Эти качества неверного домоправителя изображаются в притче Христовой под образом раба, «который скажет в сердце своем: не скоро придет господин мой; и начнет бить слуг и служанок, есть и пить и напиваться» (Лк. 12:45). Итак, стпротивость, своенравие, жестокость, а также пристрастие к веселью, удовольствиям и сластолюбие – вот что не свойственно доброму пастырю и священнослужителю!

Не скверностяжательну… Общее свойство неверных домоправителей и приставников наживаться насчет хозяйского добра. Духовные домостроители, т. е. епископы и пресвитеры, повинны бывают в сем отношении тогда, когда в излишней заботливости о своих житейских потребностях смотрят на пасомых лишь как на источник своих прибытков, и всеми мерами хлопочут только об увеличении сих прибытков, идя же все дальше и дальше в этом направлении, становятся наконец жадными купцами, грязными скопидомами и бессердечными ростовщиками и заимодавцами.

Первое существенное поручение Титу: поставить по всем городам пресвитеров, причем указуются и те свойства, которыми должны отличаться избранные во пресвитера. Добрые свойства пресвитеров, как и епископов, указываются такие же, какие и в посланиях к Тимофею: непорочность (сравн. 1 Тим. 3:2), единоженство, уменье воспитывать детей, кротость, воздержность, бескорыстие и т. подобное. «Видишь ли – говорит св. Иоанн Златоуст, – как у Апостола чиста душа от всякой зависти, как он всегда искал пользы поучаемым, не разбирая, будет ли она достигнута им самим, или кем-либо другим. Там, где была опасность и великое затруднение, он исправлял все сам личным присутствием; а что доставляло более чести или славы, то поручает ученику, именно: рукоположение епископов и все другое, что имело нужду в некотором исправлении, или, так сказать, в большем устройстве. Таким должен быть предстоятель, – искать не своей чести, но общей пользы». Об единоженстве он говорит: «Апостол заграждает уста еретиков, осуждавших брак, показывая, что это было так честно, что при нем можно даже восходить на священный престол; вместе с тем он укоряет людей невоздержных, не дозволяя, после второго брака, принимать эту власть. Апостол желает, чтобы начальствующий не подавал подчиненным никакого повода к нареканиям... И если он не мог воспитать своих детей, то достоин великого осуждения за леность. Посему, кто не радеет о своих детях, тот как может пещись о чужих? И как может учить других обуздывать гнев, кто не научил этому самого себя? Власть поставляет человека в многие обстоятельства, которые делают и весьма кроткого тяжелым и суровым, подавая множество поводов ко гневу. Посему, если он наперед не позаботился об укрощении этой страсти, то будет крайне тяжелым, повредит и погубит многое в делах своего управления. Епископу всегда должно делать увещанием, а не порицанием и оскорблением. Учитель есть врач душ; а врач не наносит ударов, но наносящего удары исправляет и врачует». «В епископе всякая стяжательность срамна» (блаж. Феофилакт).

Затем ап. напоминает Титу, что он оставлен в Крите для того, чтобы докончить все, что не докончил ап. в деле церковнаго устройства, и прежде всего по всем городам поставить пресвитеров. Ап. начертывает и образ истиннаго служителя церкви, для руководства Титу при выборе лиц на должность пресвитера (5—9 ст. ср. 1 Тим. гл. 3).  .

Ап. Павел далее указывает, какими качествами должен обладать пресвитер (епископ) и каких пороков он должен избегать (они изложены так же, как и в первом послании к Тимофею (Тит. 3:2–7). Эти качества следующие:

а) семейные: «муж одной жены, детей имеет верных» (Тит. 1:6);

б) нравственные: «непорочен... не дерзок, не гневлив, не пьяница, не бийца, не корыстолюбец, но страннолюбив, любящий добро, целомудрен, справедлив, благочестив, воздержан» (Тит. 1:7–8);

в) умственные: «держащийся истинного слова... чтобы он был силен и наставлять в здравом учении и противящихся обличать» (Тит. 1:9).

Указание это было очень важно для Тита, потому что среди критских христиан было много лжеучителей: пустословов, обманщиков, корыстолюбцев, как из иудеев, так и из самих критян, что и подтверждает изречение о них Критского прозорливца Епименида (VI в. до Р.Х.): «Критяне всегда лжецы, злые звери, утробы ленивые» (Тит. 1:10–12).

В этом месте (Т.е. в Тит. 1:5-8) Павел употребляет два названия¹, о которых мы уже говорили в первом письме Тимофею (1 Тим. 3:2; 1 Тим. 5:17), так как тех, кто теперь называются пресвитерами, в то время называли не только пресвитерами, но и епископами. Ведь он же говорит: чтобы ты... поставил по всем городам пресвитеров (Тит. 1:5) – и, рассуждая о пресвитерах, добавляет: Ибо епископ должен быть непорочен, как Божий домостроитель. А также и то, что он сказал, что должно поставить по всем городам пресвитеров, которые могли бы заниматься управлением церковными делами. Ведь поручали незатронутые провинции тем, кто показал способность управления и кто обходил общины так, как теперь епископы обходят свои области... одновременно наставляя каждого в отдельности так, как они полагали нужным для приведения общины в порядок.