К Римлянам послание ап. Павла 7 глава 1 стих

Смерть, которую человек переживает в крещении, означает выход из-под опеки закона. Апостол проводит аналогию с брачным союзом: «Ибо замужняя женщина к живому мужу привязана Законом; если же умрёт муж, она свободна от закона мужа. Следовательно, при живом муже она будет называться прелюбодейцею, если станет женой другого мужа; если же умрёт муж, она свободна от закона, так что она не прелюбодейца, став женой другого мужа. Поэтому и вы, братья мои, были преданы смерти для Закона чрез тело Христово, дабы принадлежать вам Другому, из мёртвых Воскресшему, чтобы принесли мы плод Богу» . Однако при внимательном чтении видно, что образ супружеских отношений, приводимый апостолом Павлом, не соответствует перемене, совершающейся в крещении. В апостольском сюжете умирает муж и женщина освобождается от требований закона, а при погружении в воду умирает сам крещающийся и закон бездейственен для него, потому что он мёртв. Этот случай наглядно иллюстрирует, что в построениях ап. Павла не следует искать безупречной логики. Мы ещё не раз убедимся, что апостол находился в непрерывном поиске, он обдумывал, как точнее сформулировать те или иные доктрины, чтобы донести их до своей аудитории. Очевидно, что примером о замужней женщине и вдове он хотел показать, как смерть прерывает действие закона.

В-третьих, христианин, разрывая союз с законом дел, заключает иное обязательство на верность в союзе со Христом, а цель этого сочетания есть святость. Не на вольный простор освободились мы, а на служение высшее и совершеннейшее - служение Богу. Каковы же черты этого служения? «В обновлении духа, а не по ветхой букве», т. е. по внутренним побуждениям сердца и по одной любви ко Христу мы должны служить и работать Ему, а не по формальным предписаниям закона.

Здесь уже разбирается соотношение более тонкое. Седьмая глава вновь говорит о взаимоотношении греха и закона. Конечно же, мы с вами понимаем, что сам по себе закон — не грех, а его прямая противоположность. Например, уголовный кодекс настойчиво не рекомендует убивать людей. Он предупреждает, что за это можно даже получить пожизненное заключение. Однако при этом некая связь между уголовным кодексом и преступлением есть. Понятно, что если бы не было преступления, то не было бы и уголовного кодекса. Скажем, в раю уголовного кодекса не было ни в какой форме. И в Царстве Небесном он тоже совершенно точно не будет действовать. Никто на него бумагу тратить не станет.

Апостол Павел показывает, как мы, христиане, соотносимся сейчас с законом. Давайте продумаем этот момент. Как мы соотносимся с грехом, понятно. Для греха мы умерли, освободились от него и царствуем, получив вечную жизнь в Господе Иисусе Христе. Мы в прямом смысле слова получаем вечную жизнь в Святом Причастии. Этой силой мы преодолеваем в себе смерть. Молитвой отгоняем от себя злые мысли. В уме Божием черпаем знание, как правильно делать добро. Таким образом мы становимся все более и более святыми, получая чистый подарок Бога — вечную жизнь. Причем вечную жизнь не только душой, но и телом. Нам обещано воскресение плоти и бессмертие в том теле, в котором мы сейчас находимся. Это немыслимый подарок. Здорово, что мы будем вечно жить именно в этом теле.

Возникает вопрос: как же все это соотнести со старым законом? Ведь Бог дал закон, зачем-то он нужен. Мы расквитались с ним или нет? Апостол Павел объясняет, приводя пример из закона: «Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив?». Пока человек жив, на него действует закон, а ровно через минуту после смерти уголовный кодекс уже не работает. Представьте, что заведено следственное дело и собираются доказательные материалы. Человека должны посадить, а он раз — и помер. Дело закрыто за отсутствием преступника. Судить некого. Мы не можем взять труп преступника и начать его судить, посадить за решетку, наказывать. Это абсолютно бесполезное занятие. Закон на него не действует, он вышел из-под власти закона земного и ушел под власть Божьего закона.

В первую очередь эти слова Павла адресованы тем, кто обратился ко Христу из иудаизма. Однако многие члены римской общины в прошлом могли принадлежать к так называемым «боящимся Бога», посещавшим синагогу и знавшим закон Моисея. Права замужней женщины по отношению к мужу в римском праве несколько отличались от иудейского законодательства, по которому жена не могла по своей инициативе развестись с мужем, но была связана с ним узами брака до его смерти.

+++Павловы послания. Комментированное издание. С комментариями А. Десницкого и других. Под ред. А. Десницкого. М.: 2017. С. 75++

Продолжая развивать тему соотношения между законом и грехом, Павел обращает речь к знатокам закона, то есть к тем из числа его адресатов, кто до крещения принадлежал к иудейской традиции:

Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив? Замужняя женщина привязана законом к живому мужу; а если умрет муж, она освобождается от закона замужества. Посему, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею; если же умрет муж, она свободна от закона, и не будет прелюбодейцею, выйдя за другого мужа. Так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу. Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти; но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве (Рим. 7:1-6).

Только что Павел говорил о смерти для греха, но теперь он говорит о смерти для закона. Что означает этот новый разворот в логике его рассуждений? То, что Павел не желает отступить от сквозной темы Послания к Римлянам, доминирующей в нем начиная со 2-й главы. Напомним, что в ней Павел сначала говорит о естественном законе, написанном в сердцах язычников (Рим. 2:12-17), а затем обличает иудеев за несоблюдение постановлений закона Моисеева (Рим. 2:18-29). В следующей главе Павел заявляет о виновности всех людей перед Богом, «потому что делами закона не оправдается перед Ним никакая плоть; ибо законом познается грех». И говорит о том, что «ныне, независимо от закона, явилась правда Божия» (Рим. 3:20- 21). После раздела об оправдании верою, а не делами закона (Рим. 3:22-5:2), примирении с Богом (Рим. 5:6-11) и Христе как новом Адаме (Рим. 5:12-19) Павел вновь возвращается к теме закона, пришествие которого он связывает с умножением греха (Рим. 5:20-22). Вся 6-я глава послания посвящена соотношению между грехом, законом и благодатью.

Таким образом, на протяжении пяти глав мы наблюдаем сквозное развитие одной темы, которое продолжается в главе 7- й. В ней Павел, прежде всего, объясняет, что закон действует только при жизни человека, а после смерти прекращает свое действие (пример вступления во второй брак в случае вдовства приведен лишь для иллюстрации этой мысли).

Наиболее трудным для понимания в рассматриваемом отрывке является выражение «умерли для закона телом Христовым». О каком теле Христовом идет речь? Можно понять это как указание на тело Христа, которое умерло на кресте, благодаря чему верующие во Христа освободились от подчинения закону Barrett С. К. The Epistle to the Romans. P. 128. Cp.: Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам 12, 3 (PG 60,497). Рус. пер.: С. 623 («телом Христовым» = «смертью Владыки»).. Такое понимание отчасти подтверждается словами: «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою» (Гал. 3:13). С другой стороны, под телом Христовым можно понимать Церковь, в соответствии с формулой: «И вы — тело Христово» (1 Кор. 12:27). В этом случае речь идет об освобождении от закона благодаря членству в Церкви как теле Христовом.

В гл. 7 Апостол возвращается к мысли о связи греха и закона, которой он касался раньше (5:20–21, ср. 3:20, Гал. 3:19). Мы имели случай отметить соотносительность Павловых понятий веры и благодати, а, с другой стороны, принципиальную противоположность веры и закона. Из гл. 6 вытекает, что домостроительство благодати заступило место домостроительству закона (ср. стт. 14–15). В гл. 7, еще раз отметив конец закона в смерти Христовой (стт. 1–4), Павел показывает, в чем состоит связь греха и закона (стт. 5–25). То, что Апостол пишет о психологии греха (ср. стт. 7–11), как влечения к запретному, о двух законах, которые борются в человеке, о власти тела, восстающего против ума (ср. стт. 22–25), отражает личный опыт пишущего, пережитый им в подзаконном состоянии, но знакомый и каждому христианину. Эта страница в Рим. принадлежит к самым сильным словам, которые когда-либо были сказаны ап. Павлом. Она имеет, поистине, общечеловеческое значение. В ст. 25б Павел подводит итог сказанному. Но ему предшествует победный клич, которым Апостол отвечает в ст. 25а на вопль раздвоенности (ст. 24). Спасение от раздвоенности – в благодати. В некоторых рукописях ст. 25а прямо говорится о благодати Божией. Но даже в лучшей форме текста, которая лежит в основании и русского перевода, мысль Павла, несомненно, о благодати. Греху, отягченному законом, противостоит благодать. Благодать и спасает человека от греха. Грех и благодать – несовместимы.

(V, В) Он повсюду показывает небезопасность стремления пребывать под законом и увещает, чтобы, напротив, добивались и всем помышлением жаждали благодати через веру, то есть оправдания во Христе, с Которым и погребены, утверждает он, крестившиеся, дабы, умерев для греха, ожить для Бога в праведности. Поэтому он и говорит: Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его; и не предавайте членов ваших греху в орудия неправды, но представьте себя Богу, как оживших из мертвых, и члены ваши Богу в орудия праведности. Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатью (Рим. 6:12-14). Так заметь же, какой приказывал оставлять тень закона и прибегать лучше к благодати во Христе. Тем не менее духоносный муж не остался в неведении, что некоторые непременно скажут или начнут рассуждать, что отцы, стало быть, уклонились от правого пути и от жизни, ни в чем не помог им закон и пропала слава их жительства. Ведь если стремление находиться под законом неуместно, но такова была цель жизни древних, то разве не истинным будет сказанное, что они уклонились от надлежащего? Поэтому вступает в борьбу он, имеющий в себе Христа (ср. 2 Кор. 13:3), и, с одной стороны, искусно принимает вид, будто желает говорить заодно с теми, которые провели жизнь под законом. Но, с другой стороны, он разными способами обращает к мысли, что раз обстоятельства времени призывают к вере, то не должно усиленно стремиться пребывать в древних обычаях. Потому-то он и говорит: Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив?(Рим. 7:1). Это общее определение относится и ко всякому закону, и к тем, которые под законом. Ведь хотя всем, подчинённым скипетрам царей, законы определяют и то, что нужно делать, и то, чего не нужно, но силу они имеют только у тех, которые ещё живы. А если уж кто из подзаконных освобождается от жизни в теле, вместе с этой жизнью он совлёк с себя и власть законов. Ведь если он перестал согрешать, то в отношении его и закон в любом случае будет бездейственным. Следовательно, он поистине имеет власть над человеком, пока тот жив,и нужно сказать тогда, какова цель этого рассуждения. Апостол приводит в нём два полезных положения, а мен- но: мы, говорит он, погребённые со Христом через крещение, умершие для греха, оказались вне власти закона, ибо преобразились к иной жизни, те же, которые были прежде пришествия Спасителя, поскольку они ещё не приняли на себя умопостигаемой смерти во Христе, жили для греха. Поэтому над ними, как над живыми, властвовал закон, точно так же, как и муж над женой. Ведь как замужняя женщина,пока жив ещё её сожитель по закону, не окажется без вины, если сойдётся с другим, а если уж он умер, говорит он, то она окажется вне наказания, даже если пожелает устроить новый брак законным образом (ср. 1 Кор. 7:39), таким же образом, думаю я, и те, которые ещё не приобрели умерщвления греха во Христе и словно бы ещё жили в нём, справедливо пребывали и под законом, ведь он имеет власть над человеком, пока тот жив.А вот те, которые оказались уже под благодатью во Христе, посредством которой они стали мёртвыми для греха и омертвели для плоти, то есть для плотских страстей, если они более не ведут дел как живущие в мире (Кол. 2:20), то могут свободно от обвинений устраивать жизнь вне закона. Ведь умерли, как я сказал, телом Христовыми стали мёртвыми для закона оправданные через веру.

He shows that seeking to be under the law is a completely untenable position. He exhorts and urges them instead to thirst for grace (that is, for righteousness in Christ) through faith with their whole mind. He just stated that the baptized have been buried with him so that they might die to sin and live to God in righteousness. He said, “Therefore, do not let sin exercise dominion in your mortal bodies, to make you obey their passions. No longer present your members to sin as instruments of wickedness, but present yourselves to God as those who have been brought from death to life, and present your members to God as instruments of righteousness. For sin will have no dominion over you, since you are not under law but under grace.” Observe how he commands them to come out from the shadow of the law and to rush to be under the grace that is in Christ. But the Spirit Bearer was not unaware that some would surely say (or rather argue) that the fathers strayed from the straight road and from life. The law did not help them at all, and the glory of their way of life has vanished. So if seeking to be under the law is wrong, yet that was the ancients’ goal in life, how could it not be true to say that they strayed from what is right? So he who has Christ in himself enters the fray. He shrewdly pretends to want to talk with those who live under the law. He takes the conversation through various turns so that they realize that when the moment arrives that calls them to faith, they must have no desire to remain in the ancient customs. He says this: “Do you not know, brothers—for I am speaking to those who know the law—that the law is binding on a person while that person is still alive?” This general definition 194 applies to all laws and to people who live under those laws. For all who are subject to the rule of kings, the laws define what may and may not be done. They are in force for people as long as they are alive. But whenever those under the law depart from their bodily life, they strip off the authority of the law along with their life. After all, if they have stopped transgressing, then the law will surely do nothing to them. Therefore, it is true that “the law is binding on a person while that person is still alive.” Next we must say what the purpose of the statement is. It introduces two beneficial points. The first is that we who are buried with Christ through baptism, who have died to sin, are now beyond the authority of the law since we have been transformed to a different life. The other is that those who lived before the advent of Christ, who had not undergone death in Christ, were still alive to sin. So the law had power over them as living people, just like the husband of a wife. A woman who is “bound to her husband” is not unaccountable for intercourse with someone else as long as the one she lawfully lives with is still alive. But if her husband dies, he says, she will be exempt from penalty if she should decide to do this lawfully. In the same way, I think, those who do not yet possess the mortification of sin in Christ but are alive, as it were, to sin are reasonably under the law since “the law is binding on a person as long as that person is alive.” But those who are now under the grace of Christ have through that grace died to sin and have been put to death in the flesh (this is, in the passions of the flesh). Since the designation living in the world no longer applies to them, their life, which is beyond the reach of the law, would be rendered unimpeachable. As I said, they have been put to death “through the body of Christ” and they have died to the law, being justified through faith.

в) В-третьих, христианин, разрывая союз с законом дел (на подобие брачного), заключает иное обязательство на верность в союзе со Христом, а цель сего сочетания и есть плодоношение добродетели, или святыня Богу (Рим. 7:1–6).

Подобно тому, как «замужняя женщина привязана законом к живому мужу, а если умрет муж, она освобождается от закона замужества…; так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым (сжатая метафора, означающая смерть Христову), чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу» (Рим. 7:24). А каков этот плод? Апостол выше уже сказал о нем. Этот плод есть святость (Рим. 6:22).

Доказавши в 6 главе всю несообразность пребывания во грехе после того, как чрез Христа даруется всем оправдание и освящение, Ап. Павел указывает теперь, что нет оснований пребывать и под законом. Если можно сказать, что в 6 главе он убеждал своих читателей отстать от греховной – языческой жизни, то здесь он убеждает другого рода читателей (из Евреев) отстать от привязанности к закону, причем выясняет, во 1-х, временное значение закона, во 2-х, замену его новою духовною жизнию со Христом. Временность закона Моисеева Апостол указывает чрез сравнение его с супругом, по смерти которого жена свободно может выйти замуж в другой раз, тем более, что, по словам Апостола, и мы умерли (в лице Христа), следовательно: мы свободны от закона вдвойне. Будучи для всех верующих в Бога супругом, в высшем смысле, Христос умер телом и тем избавил всех от ига закона (от обязанностей исполнять все требования закона); но восставши из мертвых, Иисус Христос как бы вновь явился супругом, поэтому все свободно могут считать прежние условия (подзаконные) своего отношения к Богу уничтоженными, и свободно могут войти в новое соотношение с Ним, чтобы иметь новые, высшие плоды жизни. Сравнение Господа с супругом и верующих с женою было обычным в Ветхом Завете. И Сам Иисус Христос представлял Себя по отношению к Церкви под образом жениха. Церковь же наша прославляет Его «исходяща из гроба яко жениха». В крещении совершается сочетание души со Христом, как Женихом. Как Жених Христос явится и во второе Свое пришествие. И блажен раб, егоже обрящет бдяща. По слову св. Иоанна Златоуста, «и сам закон умер и мы умерли, и власть закона над нами вдвойне уничтожена». А преосв. Феофан добавляет: «развязались мы с законом, но вместе с тем, в одно и то же время сочетались со Христом Господом, от одного брака перешли к другому, от одних обязательств перешли к другим. Но зачем же было и переходить, когда этот переход не на вольную волю, а на новые обязательства? Затем, что в новом союзе мы будем плод приносить Богови».

 Закон (какой бы ни был) имеет обязательную силу только над живыми, а не над умершими. Со смертью подзаконника прекращается для него обязательство закону. Это хорошо известно понимающим закон
  Жена, связанная с мужем законом, будет прелюбодейцей, если при живом муже выйдет за другого мужа, но если умрет ее муж, она освобождается от закона первого брака и может вступить во второй, без нарушения закона. Отсюда Апостол делает приложение к верующим во Христа.
 С кем в законном союзе люди были до Христа? С грехом, который царствовал в мире над людьми, как законный их глава. Христос плотью Своею, Своими крестными страданиями умер за грехи людей, и верующий в Него во святом крещении умирает для греха, следовательно, освобождается по закону от служения греху, чтобы сочетаться с Воскресшим, и приносить плод уже не греху, а Богу. Какой же плод приносили греху связанные, образно говоря, состоящие в супружестве с ним?
 Когда люди жили по плоти, в союзе с грехом, то вся их природа проникалась грехом, и во всех членах их господствовали греховные страсти, обнаруживаемые законом и приносящие плод смерти.
 Но ныне, уверовав во Христа и крестившись, мы умерли для греха. Смерть, таким образом, разорвала наш союз с грехом, и мы стали законно свободными от него, чтобы сочетавшись с Господом, обновленными Его благодатными дарами, служить Богу не наружно, как прежде (по ветхой букве), а духом – сердцем и всей духовной природой.

-6 Здесь Павел подробно останавливается на отношении верующего к закону. Смерть для закона через единение со Христом кладет конец власти закона над нами. В ст. 2, 3 этот принцип проиллюстрирован примером брачного союза. Когда умирает один из супругов, прекращается действие закона, определяющего их отношения, и новый брак не является прелюбодеянием. Подобно этому, верующий умирает для закона, соединяясь со Христом в Его смерти. Разрывается цепь непослушания и смерти, связывавшая его по плоти с осуждением в Адаме (Рим. 5:12-21). Тот, кто согласился на смерть с Иисусом, т.е. на прекращение прежнего образа жизни, не связан более законом. Отныне верующий, восставший к новой жизни посредством единения со Христом в Его воскресении, свободно принадлежит Христу (свободен вступить в другой брак, ст. 3) и "приносит плод Богу" (ст. 4). Жизнь в Адаме была жизнью "по плоти" (ст. 5). Плодом такой жизни была "смерть" (ст. 5). Но ныне мы умерли во Христе и тем самым вышли из подчинения закону (Рим. 6:14), "освободились от него" (Рим. 7:6). Новый брак, союз со Христом, есть вступление в новую жизнь, где властвует Дух Святой, Который подает новые силы для осуществления святых устремлений обновленного сердца человека.

Во Христе человек освобождается как от власти греха, так и от власти закона. Мысль о свободе от власти закона Моисеева Апостол иллюстрирует сравнением с замужней женщиной, которая связана законом долга перед мужем, пока он жив. Если муж умер, она освобождается от обязанностей по отношению к нему и принимает на себя обязанности перед новым мужем. Так и христианин, оправдавшись верой во Христа, становится свободным как от греха, так и от закона, которым грех обличается, и водится велением благодати. Все это и достигается при условии покаяния; смерти первому мужу – закону и обручении новому мужу – Христу в крещении (Рим. 7:2–4).