К Римлянам послание ап. Павла 7 глава 2 стих

Смерть, которую человек переживает в крещении, означает выход из-под опеки закона. Апостол проводит аналогию с брачным союзом: «Ибо замужняя женщина к живому мужу привязана Законом; если же умрёт муж, она свободна от закона мужа. Следовательно, при живом муже она будет называться прелюбодейцею, если станет женой другого мужа; если же умрёт муж, она свободна от закона, так что она не прелюбодейца, став женой другого мужа. Поэтому и вы, братья мои, были преданы смерти для Закона чрез тело Христово, дабы принадлежать вам Другому, из мёртвых Воскресшему, чтобы принесли мы плод Богу» . Однако при внимательном чтении видно, что образ супружеских отношений, приводимый апостолом Павлом, не соответствует перемене, совершающейся в крещении. В апостольском сюжете умирает муж и женщина освобождается от требований закона, а при погружении в воду умирает сам крещающийся и закон бездейственен для него, потому что он мёртв. Этот случай наглядно иллюстрирует, что в построениях ап. Павла не следует искать безупречной логики. Мы ещё не раз убедимся, что апостол находился в непрерывном поиске, он обдумывал, как точнее сформулировать те или иные доктрины, чтобы донести их до своей аудитории. Очевидно, что примером о замужней женщине и вдове он хотел показать, как смерть прерывает действие закона.

Этот закон исходит из Евангелия, а не от Моисея и не из земной праведности. Одни постигли что-то по наставлению природы, другие — из закона Моисея, но все стали совершенны через Евангелие Христа.

 Итак, выходить замуж позволительно, но лучше воздерживаться, ибо брак налагает оковы. Вы желаете знать, что это за оковы? «Мужатая жена, живу мужу, привязана есть законом: аще ли же умрет муж ее, разрешится от закона мужескаго» (Рим. 7:2). Итак, показано, что брак – это оковы, которыми женщина связывается и сокрушается. Хороша приятность взаимной любви, но больше ее – рабство. "Жена ведь не властна над своим телом, но муж» (1 Кор. 7:4). А чтобы тебе не могло показаться, что это рабство зависит собственно не от супружества, а от пола (далее еще прибавлено): «равно и муж не властен над своим телом, но жена». Итак, вот сколь велика неволя (necessitas) супружества, коль скоро оно подчиняет другому даже более сильного! Действительно, в силу взаимной принудительности (супруги) находятся друг у друга в рабстве. И при этом воздержному нельзя даже освободиться от ярма (рабства), потому что он должен удовлетворять невоздержание другого. "Дорогою ценою, – сказано, – вы куплены; не делайтесь рабами» людей ({{{1 Кор. 7:23). Вы видите, как ясно определено супружеское рабство. Не я говорю это, а апостол, да и не он, а Христос, говоривший чрез него. И без сомнения, это рабство определил апостол по отношению к хорошим супругам. Ибо раньше сказано следующее: «неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим» (1 Кор. 7:14).  И ниже: «Если же неверующий хочет развестись, пусть разводится. Брат или сестра в таких случаях не" обязаны рабством (1 Кор. 7:15). Итак, если уже хороший брак – рабство, то что же тогда (представляет из себя) дурной брак; в этом случае супруги не могут взаимно освящать (sanctificare) друг друга, а только погубить.

В-третьих, христианин, разрывая союз с законом дел, заключает иное обязательство на верность в союзе со Христом, а цель этого сочетания есть святость. Не на вольный простор освободились мы, а на служение высшее и совершеннейшее - служение Богу. Каковы же черты этого служения? «В обновлении духа, а не по ветхой букве», т. е. по внутренним побуждениям сердца и по одной любви ко Христу мы должны служить и работать Ему, а не по формальным предписаниям закона.

Ведь (ибо) как замужняя женщина привязана к закону мужа своего, пока жив муж, если же умрет муж ее, она освобождена от закона мужа (то есть брак с умершим мужем считается уничтоженным), так что вольна выходить за кого угодно; так и вы умерщвлены были для закона чрез Тело Господа нашего, Которое приняли, — и достойно и праведно, чтобы вы принадлежали Тому, Кто нисшел к мертвым ради нас, и восшел, чтобы во время пришествия Своего принести вас Богу, как плод святой.

Продолжая развивать тему соотношения между законом и грехом, Павел обращает речь к знатокам закона, то есть к тем из числа его адресатов, кто до крещения принадлежал к иудейской традиции:

Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив? Замужняя женщина привязана законом к живому мужу; а если умрет муж, она освобождается от закона замужества. Посему, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею; если же умрет муж, она свободна от закона, и не будет прелюбодейцею, выйдя за другого мужа. Так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу. Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти; но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве (Рим. 7:1-6).

Только что Павел говорил о смерти для греха, но теперь он говорит о смерти для закона. Что означает этот новый разворот в логике его рассуждений? То, что Павел не желает отступить от сквозной темы Послания к Римлянам, доминирующей в нем начиная со 2-й главы. Напомним, что в ней Павел сначала говорит о естественном законе, написанном в сердцах язычников (Рим. 2:12-17), а затем обличает иудеев за несоблюдение постановлений закона Моисеева (Рим. 2:18-29). В следующей главе Павел заявляет о виновности всех людей перед Богом, «потому что делами закона не оправдается перед Ним никакая плоть; ибо законом познается грех». И говорит о том, что «ныне, независимо от закона, явилась правда Божия» (Рим. 3:20- 21). После раздела об оправдании верою, а не делами закона (Рим. 3:22-5:2), примирении с Богом (Рим. 5:6-11) и Христе как новом Адаме (Рим. 5:12-19) Павел вновь возвращается к теме закона, пришествие которого он связывает с умножением греха (Рим. 5:20-22). Вся 6-я глава послания посвящена соотношению между грехом, законом и благодатью.

Таким образом, на протяжении пяти глав мы наблюдаем сквозное развитие одной темы, которое продолжается в главе 7- й. В ней Павел, прежде всего, объясняет, что закон действует только при жизни человека, а после смерти прекращает свое действие (пример вступления во второй брак в случае вдовства приведен лишь для иллюстрации этой мысли).

Наиболее трудным для понимания в рассматриваемом отрывке является выражение «умерли для закона телом Христовым». О каком теле Христовом идет речь? Можно понять это как указание на тело Христа, которое умерло на кресте, благодаря чему верующие во Христа освободились от подчинения закону Barrett С. К. The Epistle to the Romans. P. 128. Cp.: Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам 12, 3 (PG 60,497). Рус. пер.: С. 623 («телом Христовым» = «смертью Владыки»).. Такое понимание отчасти подтверждается словами: «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою» (Гал. 3:13). С другой стороны, под телом Христовым можно понимать Церковь, в соответствии с формулой: «И вы — тело Христово» (1 Кор. 12:27). В этом случае речь идет об освобождении от закона благодаря членству в Церкви как теле Христовом.

В гл. 7 Апостол возвращается к мысли о связи греха и закона, которой он касался раньше (5:20–21, ср. 3:20, Гал. 3:19). Мы имели случай отметить соотносительность Павловых понятий веры и благодати, а, с другой стороны, принципиальную противоположность веры и закона. Из гл. 6 вытекает, что домостроительство благодати заступило место домостроительству закона (ср. стт. 14–15). В гл. 7, еще раз отметив конец закона в смерти Христовой (стт. 1–4), Павел показывает, в чем состоит связь греха и закона (стт. 5–25). То, что Апостол пишет о психологии греха (ср. стт. 7–11), как влечения к запретному, о двух законах, которые борются в человеке, о власти тела, восстающего против ума (ср. стт. 22–25), отражает личный опыт пишущего, пережитый им в подзаконном состоянии, но знакомый и каждому христианину. Эта страница в Рим. принадлежит к самым сильным словам, которые когда-либо были сказаны ап. Павлом. Она имеет, поистине, общечеловеческое значение. В ст. 25б Павел подводит итог сказанному. Но ему предшествует победный клич, которым Апостол отвечает в ст. 25а на вопль раздвоенности (ст. 24). Спасение от раздвоенности – в благодати. В некоторых рукописях ст. 25а прямо говорится о благодати Божией. Но даже в лучшей форме текста, которая лежит в основании и русского перевода, мысль Павла, несомненно, о благодати. Греху, отягченному законом, противостоит благодать. Благодать и спасает человека от греха. Грех и благодать – несовместимы.

(V, В) Он повсюду показывает небезопасность стремления пребывать под законом и увещает, чтобы, напротив, добивались и всем помышлением жаждали благодати через веру, то есть оправдания во Христе, с Которым и погребены, утверждает он, крестившиеся, дабы, умерев для греха, ожить для Бога в праведности. Поэтому он и говорит: Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его; и не предавайте членов ваших греху в орудия неправды, но представьте себя Богу, как оживших из мертвых, и члены ваши Богу в орудия праведности. Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатью (Рим. 6:12-14). Так заметь же, какой приказывал оставлять тень закона и прибегать лучше к благодати во Христе. Тем не менее духоносный муж не остался в неведении, что некоторые непременно скажут или начнут рассуждать, что отцы, стало быть, уклонились от правого пути и от жизни, ни в чем не помог им закон и пропала слава их жительства. Ведь если стремление находиться под законом неуместно, но такова была цель жизни древних, то разве не истинным будет сказанное, что они уклонились от надлежащего? Поэтому вступает в борьбу он, имеющий в себе Христа (ср. 2 Кор. 13:3), и, с одной стороны, искусно принимает вид, будто желает говорить заодно с теми, которые провели жизнь под законом. Но, с другой стороны, он разными способами обращает к мысли, что раз обстоятельства времени призывают к вере, то не должно усиленно стремиться пребывать в древних обычаях. Потому-то он и говорит: Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив?(Рим. 7:1). Это общее определение относится и ко всякому закону, и к тем, которые под законом. Ведь хотя всем, подчинённым скипетрам царей, законы определяют и то, что нужно делать, и то, чего не нужно, но силу они имеют только у тех, которые ещё живы. А если уж кто из подзаконных освобождается от жизни в теле, вместе с этой жизнью он совлёк с себя и власть законов. Ведь если он перестал согрешать, то в отношении его и закон в любом случае будет бездейственным. Следовательно, он поистине имеет власть над человеком, пока тот жив,и нужно сказать тогда, какова цель этого рассуждения. Апостол приводит в нём два полезных положения, а мен- но: мы, говорит он, погребённые со Христом через крещение, умершие для греха, оказались вне власти закона, ибо преобразились к иной жизни, те же, которые были прежде пришествия Спасителя, поскольку они ещё не приняли на себя умопостигаемой смерти во Христе, жили для греха. Поэтому над ними, как над живыми, властвовал закон, точно так же, как и муж над женой. Ведь как замужняя женщина,пока жив ещё её сожитель по закону, не окажется без вины, если сойдётся с другим, а если уж он умер, говорит он, то она окажется вне наказания, даже если пожелает устроить новый брак законным образом (ср. 1 Кор. 7:39), таким же образом, думаю я, и те, которые ещё не приобрели умерщвления греха во Христе и словно бы ещё жили в нём, справедливо пребывали и под законом, ведь он имеет власть над человеком, пока тот жив.А вот те, которые оказались уже под благодатью во Христе, посредством которой они стали мёртвыми для греха и омертвели для плоти, то есть для плотских страстей, если они более не ведут дел как живущие в мире (Кол. 2:20), то могут свободно от обвинений устраивать жизнь вне закона. Ведь умерли, как я сказал, телом Христовыми стали мёртвыми для закона оправданные через веру.

в) В-третьих, христианин, разрывая союз с законом дел (на подобие брачного), заключает иное обязательство на верность в союзе со Христом, а цель сего сочетания и есть плодоношение добродетели, или святыня Богу (Рим. 7:1–6).

Подобно тому, как «замужняя женщина привязана законом к живому мужу, а если умрет муж, она освобождается от закона замужества…; так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым (сжатая метафора, означающая смерть Христову), чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу» (Рим. 7:24). А каков этот плод? Апостол выше уже сказал о нем. Этот плод есть святость (Рим. 6:22).

Доказавши в 6 главе всю несообразность пребывания во грехе после того, как чрез Христа даруется всем оправдание и освящение, Ап. Павел указывает теперь, что нет оснований пребывать и под законом. Если можно сказать, что в 6 главе он убеждал своих читателей отстать от греховной – языческой жизни, то здесь он убеждает другого рода читателей (из Евреев) отстать от привязанности к закону, причем выясняет, во 1-х, временное значение закона, во 2-х, замену его новою духовною жизнию со Христом. Временность закона Моисеева Апостол указывает чрез сравнение его с супругом, по смерти которого жена свободно может выйти замуж в другой раз, тем более, что, по словам Апостола, и мы умерли (в лице Христа), следовательно: мы свободны от закона вдвойне. Будучи для всех верующих в Бога супругом, в высшем смысле, Христос умер телом и тем избавил всех от ига закона (от обязанностей исполнять все требования закона); но восставши из мертвых, Иисус Христос как бы вновь явился супругом, поэтому все свободно могут считать прежние условия (подзаконные) своего отношения к Богу уничтоженными, и свободно могут войти в новое соотношение с Ним, чтобы иметь новые, высшие плоды жизни. Сравнение Господа с супругом и верующих с женою было обычным в Ветхом Завете. И Сам Иисус Христос представлял Себя по отношению к Церкви под образом жениха. Церковь же наша прославляет Его «исходяща из гроба яко жениха». В крещении совершается сочетание души со Христом, как Женихом. Как Жених Христос явится и во второе Свое пришествие. И блажен раб, егоже обрящет бдяща. По слову св. Иоанна Златоуста, «и сам закон умер и мы умерли, и власть закона над нами вдвойне уничтожена». А преосв. Феофан добавляет: «развязались мы с законом, но вместе с тем, в одно и то же время сочетались со Христом Господом, от одного брака перешли к другому, от одних обязательств перешли к другим. Но зачем же было и переходить, когда этот переход не на вольную волю, а на новые обязательства? Затем, что в новом союзе мы будем плод приносить Богови».

 Закон (какой бы ни был) имеет обязательную силу только над живыми, а не над умершими. Со смертью подзаконника прекращается для него обязательство закону. Это хорошо известно понимающим закон
  Жена, связанная с мужем законом, будет прелюбодейцей, если при живом муже выйдет за другого мужа, но если умрет ее муж, она освобождается от закона первого брака и может вступить во второй, без нарушения закона. Отсюда Апостол делает приложение к верующим во Христа.
 С кем в законном союзе люди были до Христа? С грехом, который царствовал в мире над людьми, как законный их глава. Христос плотью Своею, Своими крестными страданиями умер за грехи людей, и верующий в Него во святом крещении умирает для греха, следовательно, освобождается по закону от служения греху, чтобы сочетаться с Воскресшим, и приносить плод уже не греху, а Богу. Какой же плод приносили греху связанные, образно говоря, состоящие в супружестве с ним?
 Когда люди жили по плоти, в союзе с грехом, то вся их природа проникалась грехом, и во всех членах их господствовали греховные страсти, обнаруживаемые законом и приносящие плод смерти.
 Но ныне, уверовав во Христа и крестившись, мы умерли для греха. Смерть, таким образом, разорвала наш союз с грехом, и мы стали законно свободными от него, чтобы сочетавшись с Господом, обновленными Его благодатными дарами, служить Богу не наружно, как прежде (по ветхой букве), а духом – сердцем и всей духовной природой.

Во Христе человек освобождается как от власти греха, так и от власти закона. Мысль о свободе от власти закона Моисеева Апостол иллюстрирует сравнением с замужней женщиной, которая связана законом долга перед мужем, пока он жив. Если муж умер, она освобождается от обязанностей по отношению к нему и принимает на себя обязанности перед новым мужем. Так и христианин, оправдавшись верой во Христа, становится свободным как от греха, так и от закона, которым грех обличается, и водится велением благодати. Все это и достигается при условии покаяния; смерти первому мужу – закону и обручении новому мужу – Христу в крещении (Рим. 7:2–4).

Приводит же и пример, соответственный тому, о чем идет речь, и говорит:

Ибо мужатая жена живу мужу привязана есть законом: аще ли же умрет муж ея, разрешится от закона мужескаго.

Потом излагает сие яснее.