К Римлянам послание ап. Павла 5 глава 17 стих

Поскольку последствия грехопадения Адама затронули всех его потомков, Адама можно рассматривать как коллективную личность, которая вбирает в себя все последующие поколения. Эта связь объясняет, как действия одного человека могли сказаться на всём человечестве, и предвосхищает собой схожую связь Иисуса Христа с людьми. Павел говорит о существовании двух полюсов в человечестве: через Адама все осуждены к смерти (5:16—17), а через Иисуса Христа все оправдались к жизни (5:18). «Одно дело праведное» (5:18) «одного Человека, Иисуса Христа» (5:15), уничтожило «один грех» (5:18) и «непослушание одного человека» (5:19). Следовательно, никаких других дел для оправдания уже не нужно. Перечисляя последствия спасительных деяний Иисуса Христа, апостол Павел постоянно говорит о «даре благодати», утверждая таким образом, что благодать остаётся свободным даром Божиим, доступ к которому стал возможен только благодаря искупительной смерти Иисуса Христа.

Один согрешил, и через него смерть надела на себя корону и стала править миром. В результате все без исключения люди подвластны смерти. Тем более получающие изобилие благодати и дар праведности будут царствовать через одного Иисуса Христа. Господь вводит в жизнь и дает изобильную благодать и чрезмерную праведность. Он не просто оправдывает от греха, но и вливает Свою праведность, дает Свою награду. Христос трудился, а мы награждаемся. Он дает нам Свою силу и сажает на Своем престоле. В этом абсолютно немыслимая весть Нового Завета. Совершенно невероятные дары даны по подарку одного Иисуса Христа, а не кого-то другого. Не слушайте, когда говорят о царе-искупителе или о каком-то другом искупителе. Ничто не сравнится с подвигом Христа. Святой страстотерпец Николай спас кого-нибудь от смерти? Дал ли он бессмертную жизнь? Оправдал ли от грехов? Нет. Как тогда он может быть назван искупителем? Искупитель — это Тот, Кто даровал немыслимый подарок Божественной любви. Как смерть воцарилась, так и ожившие будут царствовать через Иисуса Христа в вечности.

будут царствовать - В иудаизме эпохи Второго Храма были широко распространены представления о грядущем царстве праведников (Дан. 7:22, 27; Прем. 3:8; 5:15-16; кумранский документ «Война сынов Света с сынами Тьмы», XII, 14-16).

+++Павловы послания. Комментированное издание. С комментариями А. Десницкого и других. Под ред. А. Десницкого. М.: 2017. С. 66++

Разсматривая это место св. Златоуст во прощает: „что сие значит? и отвечает сам: — что один грех может повлечь смерть и осуждение; а благодать изгладила не только сей единый грех, но и другие грехи, за ним последовавшие". Христос заплатил гораздо больше, нежели чем мы были должны; Его уплата, в сравнении с долгом, то же, что безмерное море в сравнении с малою каплею, но, чтобы воспользоваться этим искуплением Христовым, необходимо веровать и креститься во имя Христово: Деян. 16:30—33; соблюдать Его заповеди: Ин. 14:21; и быть ветвью на лозе Христовой: Ин. 15:5, т. е. в Церкви Его:

Еф. 2:20-21; б, 23.

Эта третья хвала есть свидетельство неразрывной связи, которая соединяет его с Богом, по силе искупительного подвига Христова. Он обосновывает свою мысль в стт. 12–21. Как и в 1Кор. 15, Павел противополагает двух Адамов: первого, которым вошел грех, и второго, Который принес благодать. Мысль о праотце Адаме, как о началоположнике человеческого греха и виновнике смерти, вытекает из ст. 12, каково бы ни было значение приводимых в послании слов. Значат ли они «в котором», т.е. в Адаме, или «потому что»Русский синодальный перевод «потому что (восполнено курсивом, как подразумевающееся) в нем» должен быть отвергнут, как произвольно соединяющий обе возможности., они, во всяком случае, выражают мысль, что в человеческом роде грех и смерть пошли от Адама. Первое толкование вычитывает в ст. 12 законченную теорию первородного греха, как соучастия потомков в грехе предков. Эта теория находится в согласии с Новозаветным учением в целом (ср., например, Евр. 7:9–10). Очень возможно, что Павел, говоря об Адаме, действительно думал о первородном грехе. Но даже если он о нем и не думал, его мысль в контексте отрывка ясна. Что грех действовал в роде человеческом и до Моисея, чрез которого был дарован закон, очевидно из того, что и в это время царствовала смерть, являющаяся наказанием за грех. Последствия греха Адама, который, как нарушение заповеди, был преступлением, распространялись на многих, не совершивших его преступления. С дарованием закона, грех стал преступлением, что означало его отягчение. Но единому началу греха, в лице Адама, противостоит преизобильный источник благодати, в лице Иисуса Христа. Ответом на умножение греха, в связи с дарованием закона, и было преизобильное излияние благодати, утверждающей жизнь вечную чрез Господа нашего Иисуса Христа. Жизнь вечная и противополагается смерти, как последствию греха. Надежда на жизнь вечную, к которой приводит Апостола третья хвала, есть, таким образом, та же надежда славы, о которой он говорил в первой и во второй хвале. Надежда славы в скорбях и в отдании себя Богу и есть, для ап. Павла, основание христианской нравственности.

Зиждитель промышлял о созданиях Своих и устроил нам как бы второй корень рода, возводящий нас в прежнее нетление, чтобы как образ первого и земного назнаменал нас необходимостью смерти и уловлением в сети тления, так, наоборот, второе после оного начало, то есть Христос, и уподобление Ему духом назнаменал о нас свободою от погибели; и чтобы как в том (Адаме) непослушание привело нас к наказанию, так в этом (Христе) уступчивость и благопокорливость во всем явила нас причастниками благословения свыше и от Отца.

***

(V, В) Заметь же, что опять он считает оправдывающую благодать сильнее осуждающего проклятия. Ведь никто, говорит он, не может сказать, что, хотя возобладала над живущими на земле смерть через одного, жизнь оказалась лишена крепости. Ибо тем более имеющие благодать через Христа и дар оправдания от вышней щедрости стряхнут с себя владычество смерти и будут царствовать вместе с оживотворяющим всё Христом.

See once more how he considers justifying grace to be more formidable than the condemning curse. He is saying that no one could sensibly claim that death through the one man overpowers the inhabitants of the earth while life lacks that strength. After all, when people have grace through Christ and the free gift of righteousness that comes from the generosity from above, they will “much more surely” shake off the power of death and reign with Christ, who gives life to all. 186

Что было сказано о грехе и благодати, при сравнении их, то же говорится и о последствиях их – смерти и жизни. Если чрез преступление одного губительная сила смерти стала господствовать во всех, то тем более чрез благотворную силу благодатного оправдания смертию Иисуса Христа должна воцариться жизнь. Посему можно вообще сказать, что как чрез преступление одного все были приговорены к смерти, так за величайшую святость Христову, особенно широко проявленную Им в пожертвовании Собою за грешных людей, даровано полное оправдание и, следовательно, отмена прежнего наказания, а вместе с тем и дарование жизни и притом вечной. Св. Иоанн Златоуст, объяснивши значение слов: избыток благодати, заключает: «Христос заплатил гораздо больше, чем мы были должны; Его уплата в сравнении с долгом то же, что безмерное море в сравнении с малою каплею. Итак не сомневайся, человек, видя такое богатство благ».

Наконец Апостол указывает соотношение между грехом и благодатию в том, что как грех возник из непослушания заповеди Божией, так и благодать Христова имела первое начало свое в послушании совету Св. Троицы о спасении людей. Из этого сходства Апостол выводит ту же мысль о возможности оправдания и спасения всех верующих.

 Чем милость и дар оправдания больше, и выше преступления, тем больше мы получили от Христа сравнительно с тем, чего мы лишились в Адаме. Если в Адаме по естественной необходимости, и не согрешая подобно ему, все подлежали закону смерти, то тем более благодать и дар Иисуса Христа, как излияние любви Божьей, в состоянии спасти верующих не только от греха и смерти, но даже даровать им сыновство с Богом и благодатную жизнь. Эту же мысль о превосходстве даров благодати над преступлением, Апостол объясняет далее с другой точки зрения.
 В Адаме все осуждены на смерть, за одно его преступление, в Иисусе же Христе освобождаемся не от одного преступления Адамова, лежащего на нас, как его потомках, но и от всех других своих преступлений.
 Ибо как смерть Адама по телу и душе, внесла и во весь мир смерть и разрушение, так и тем более жизнь Иисуса Христа вносит в мир избыток благодати, и жизнь в прощении грехов, в святости, при помощи благодати Святого Духа, даруемой верующим, так что наследство Адама – царство смерти, а наследство Христа – Царство жизни. Таким образом, Иисус Христос является вполне родоначальником нового человечества и Вторым Адамом.

Но Христом, Новым Адамом, начинается новый род человечества. Сочетание с Ним происходит в принятии Его благодати в таинстве крещения и особенно в принятии Его обоженного человечества в таинстве причащения. Верующие принимают во Христе источник жизни обессмертил, т. е. божественную благодать, которая, в противоположность греху, «преизбыточествует для многих» (Рим. 5:15). Если у греха, вызванного Адамом, было достаточно зловредности, чтобы навлечь смерть на всех его потомков, то у благодати Христовой тем более должно быть силы оправдать христиан, ибо она низведена Самим Богом. Во Христе даруется «избыток» или «обилие благодати» (Рим. 5:17), достаточной не только, чтобы истребить грех, уврачевать болезнь, но гораздо больше – чтобы восстановить падшее, освятить, усыновить Богу, возвратить прежнюю красоту, честь и славу образа Божия. «Ибо как непослушанием одного человека сделались многие грешники, так и послушанием одного сделаются праведными многие» (Рим. 5:19).

Отторгшемуся и отпадшему от благодати человеку естественно уже было ниспадать даже до ада, если бы провидевший сие от века, и вечно милосердующий Бог в среду падения не простер удерживающей и возставляющей руки. И дающее благодать, и приемлющее оную, – Божество и чистое человечество дивно совокупил Он в едину Ипостась Христа Господа, и в Его слове и жизни, в Его теле и крови, в Его крещении водою и духом, отверз новые преизобилующие токи благодати, простираемые и на отчужденное от нея, но не чуждое Вочеловечившемуся естество наше, дабы таким образом оскверненное грехом очистить, омраченное просветить, плотяное одуховить, растлевшее исцелить, падшее возставить, осужденное оправдать, умерщвленное оживить, погибшее спасти. Это не мое умозрение, но Евангельское учение. «Бог и Отец Господа нашего Иисуса Хpистa, – говорит Апостол, – облагодати нас о Возлюбленнем, о Немже имамы избавление кровию Его, и оставление прегрешений по богатству благодати Его» (Еф. 1:6-7).