К Римлянам послание ап. Павла 5 глава 16 стих

Поскольку последствия грехопадения Адама затронули всех его потомков, Адама можно рассматривать как коллективную личность, которая вбирает в себя все последующие поколения. Эта связь объясняет, как действия одного человека могли сказаться на всём человечестве, и предвосхищает собой схожую связь Иисуса Христа с людьми. Павел говорит о существовании двух полюсов в человечестве: через Адама все осуждены к смерти (5:16—17), а через Иисуса Христа все оправдались к жизни (5:18). «Одно дело праведное» (5:18) «одного Человека, Иисуса Христа» (5:15), уничтожило «один грех» (5:18) и «непослушание одного человека» (5:19). Следовательно, никаких других дел для оправдания уже не нужно. Перечисляя последствия спасительных деяний Иисуса Христа, апостол Павел постоянно говорит о «даре благодати», утверждая таким образом, что благодать остаётся свободным даром Божиим, доступ к которому стал возможен только благодаря искупительной смерти Иисуса Христа.

Суд звучал так: «Смертью умрешь» (Быт. 2:17), и за одно преступление многие стали смертными. Грех пропитал всего человека, и он сразу естественным образом стал смертным. Человек не может быть бессмертным по природе, для этого нужна Божья благодать, но она никогда не будет жить в человеке, который пропитан злом. Логично? Теперь понятно, почему умирают младенчики? Тут не стоит вопрос несправедливости. Это трагедия. Именно страшная трагедия, которая решается Кровью Иисуса Христа. Другим путем решена она быть не может. Люди возмущаются: «Почему один согрешил, а другие наказаны?» Нет, дело не в наказании, а в том, что смерть и грех неразрывны. Ты выбрал смерть, ты ею пропитан, наказание к тебе пришло.

В подлиннике этот стих звучит так: «Не так, как через одного согрешившего подарок; ведь суд был из одного в осуждение, а дар благодати в оправдание от многих преступлений». Разница вот в чем: за одно преступление — смерть для всех, а подарок в том, что Христос Своим искуплением на кресте прощает не только первородный грех, но и вообще все раскаянные грехи. Если бы даже на русском народе лежала клятва 1613 года, то до какого момента она действовала бы в потомках? До момента крещения, конечно же, потому что все преступления, весь грех, все зло смываются в Святом Крещении. Человек бесплатно оправдывается Кровью Иисуса Христа и очищается от всех грехов, а не только от первородного.

15-19 Если из-за Адама человечество узнало смерть и грех, то благодаря Иисусу Христу оно получило возможность оправдания и вечную жизнь.

дар благодати - оправдание человечества, ставшее возможным благодаря искупительной смерти Иисуса Христа.

+++Павловы послания. Комментированное издание. С комментариями А. Десницкого и других. Под ред. А. Десницкого. М.: 2017. С. 66++

Разсматривая это место св. Златоуст во прощает: „что сие значит? и отвечает сам: — что один грех может повлечь смерть и осуждение; а благодать изгладила не только сей единый грех, но и другие грехи, за ним последовавшие". Христос заплатил гораздо больше, нежели чем мы были должны; Его уплата, в сравнении с долгом, то же, что безмерное море в сравнении с малою каплею, но, чтобы воспользоваться этим искуплением Христовым, необходимо веровать и креститься во имя Христово: Деян. 16:30—33; соблюдать Его заповеди: Ин. 14:21; и быть ветвью на лозе Христовой: Ин. 15:5, т. е. в Церкви Его:

Еф. 2:20-21; б, 23.

Эта третья хвала есть свидетельство неразрывной связи, которая соединяет его с Богом, по силе искупительного подвига Христова. Он обосновывает свою мысль в стт. 12–21. Как и в 1Кор. 15, Павел противополагает двух Адамов: первого, которым вошел грех, и второго, Который принес благодать. Мысль о праотце Адаме, как о началоположнике человеческого греха и виновнике смерти, вытекает из ст. 12, каково бы ни было значение приводимых в послании слов. Значат ли они «в котором», т.е. в Адаме, или «потому что»Русский синодальный перевод «потому что (восполнено курсивом, как подразумевающееся) в нем» должен быть отвергнут, как произвольно соединяющий обе возможности., они, во всяком случае, выражают мысль, что в человеческом роде грех и смерть пошли от Адама. Первое толкование вычитывает в ст. 12 законченную теорию первородного греха, как соучастия потомков в грехе предков. Эта теория находится в согласии с Новозаветным учением в целом (ср., например, Евр. 7:9–10). Очень возможно, что Павел, говоря об Адаме, действительно думал о первородном грехе. Но даже если он о нем и не думал, его мысль в контексте отрывка ясна. Что грех действовал в роде человеческом и до Моисея, чрез которого был дарован закон, очевидно из того, что и в это время царствовала смерть, являющаяся наказанием за грех. Последствия греха Адама, который, как нарушение заповеди, был преступлением, распространялись на многих, не совершивших его преступления. С дарованием закона, грех стал преступлением, что означало его отягчение. Но единому началу греха, в лице Адама, противостоит преизобильный источник благодати, в лице Иисуса Христа. Ответом на умножение греха, в связи с дарованием закона, и было преизобильное излияние благодати, утверждающей жизнь вечную чрез Господа нашего Иисуса Христа. Жизнь вечная и противополагается смерти, как последствию греха. Надежда на жизнь вечную, к которой приводит Апостола третья хвала, есть, таким образом, та же надежда славы, о которой он говорил в первой и во второй хвале. Надежда славы в скорбях и в отдании себя Богу и есть, для ап. Павла, основание христианской нравственности.

(V, В) Существо дела и значение мысли Он как бы помещает на том, что более всего прилично Богу. Ведь если уж, говорит он, осуждение от одного, или за одного, Адама перешло на всех по его подобию, ибо он был корнем, как я сказал, претерпевшего тление рода, то разве не будет и для веры приятным, и для Бога угодным, что из-за праведности одного от многих преступлений должны оправдаться многие? Или не предпочтительней для Бога спасти, нежели погубить ? Поэтому как был осуждён Адам и возобладала Моисеева сила проклятия, подчиняющая тлению тех, которые живут на земле, так же, поскольку оправдан Христос, второй Адам, первым путём непременно придёт и на нас оправдание. А что Христос оправдан, мы говорим не в том смысле, будто Он когда-то был неправедным и достиг праведности через преуспеяние к лучшему, но потому, что Он — первый и единственный Человек на земле, Который не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его (1 Пет. 2:22).

He elevates his subject matter, as it were, and his thoughts to what is especially fitting for God. If, he says, the condemnation of Adam that came from one man (or rather “through the one man”) spread to everyone in his likeness—since he was the root of our race, as I said, which suffered corruption—how could it not be both pleasing to God and credible to us that by one act of righteousness, the many are fittingly justified from many trespasses? Shouldn’t God choose to save rather than to destroy? Adam was condemned and the power of Moses’ curse prevailed, which subjected the inhabitants of the earth to decay. In the same way, now that Christ the second Adam has been justified, justification will surely come to us by that original road. Now when we say that Christ was justified, that does not mean that he was ever unrighteous, as if he reached righteousness by advancing toward the better. No, he was the first and only man on earth who “committed no sin, and no deceit was found in his mouth.”

Переходя к раскрытию мысли о распространении спасения, Апостол учит, что если там (в распространении греховности) действовало свободно и широко преступление (зло), то здесь (в спасении) действует благодатная сила (добро), подаваемая в виде дара; поэтому распространение оправдания и освящение должно совершаться еще с большею удобностию, скоростию, силою и широтою. По закону обычной правды осуждение за преступление обыкновенно касается только одного, влияя на других лишь побочно, косвенно, – по закону наследия (как было в первородном грехе); дар же благодатного оправдания, совершенного Иисусом Христом, простирается на всех людей и оправдывает все грехи и преступления, т. е. благодатию истреблен не один первородный грех, но и все прочие грехи. «Иисус Христос не только исправил все то, что повреждено Адамом, но все сие восстановлено в большей мере и в высшей степени», говорит св. Иоанн Златоуст. А блаж. Феодорит пишет: «в наказании Владыка-Бог сохранил закон справедливости, и когда Адам согрешил и предан был смерти, последовал за ним весь род; тем конечно справедливее сохраниться правде в Божием человеколюбии и всем людям соделаться причастными воскресению Владыки-Христа». Это преизобилие оправдания вытекает из понятия о грехе и благодати, а равно из понятия о лице согрешившем и о лице, дарующем оправдание. Вводитель греха и смерти был человек, а истребитель их Богочеловек, сила Коего простирается на все века и все дела сих веков (см. у преосвящ. Феофана, стр. 299)

 Чем милость и дар оправдания больше, и выше преступления, тем больше мы получили от Христа сравнительно с тем, чего мы лишились в Адаме. Если в Адаме по естественной необходимости, и не согрешая подобно ему, все подлежали закону смерти, то тем более благодать и дар Иисуса Христа, как излияние любви Божьей, в состоянии спасти верующих не только от греха и смерти, но даже даровать им сыновство с Богом и благодатную жизнь. Эту же мысль о превосходстве даров благодати над преступлением, Апостол объясняет далее с другой точки зрения.
 В Адаме все осуждены на смерть, за одно его преступление, в Иисусе же Христе освобождаемся не от одного преступления Адамова, лежащего на нас, как его потомках, но и от всех других своих преступлений.
 Ибо как смерть Адама по телу и душе, внесла и во весь мир смерть и разрушение, так и тем более жизнь Иисуса Христа вносит в мир избыток благодати, и жизнь в прощении грехов, в святости, при помощи благодати Святого Духа, даруемой верующим, так что наследство Адама – царство смерти, а наследство Христа – Царство жизни. Таким образом, Иисус Христос является вполне родоначальником нового человечества и Вторым Адамом.

Но Христом, Новым Адамом, начинается новый род человечества. Сочетание с Ним происходит в принятии Его благодати в таинстве крещения и особенно в принятии Его обоженного человечества в таинстве причащения. Верующие принимают во Христе источник жизни обессмертил, т. е. божественную благодать, которая, в противоположность греху, «преизбыточествует для многих» (Рим. 5:15). Если у греха, вызванного Адамом, было достаточно зловредности, чтобы навлечь смерть на всех его потомков, то у благодати Христовой тем более должно быть силы оправдать христиан, ибо она низведена Самим Богом. Во Христе даруется «избыток» или «обилие благодати» (Рим. 5:17), достаточной не только, чтобы истребить грех, уврачевать болезнь, но гораздо больше – чтобы восстановить падшее, освятить, усыновить Богу, возвратить прежнюю красоту, честь и славу образа Божия. «Ибо как непослушанием одного человека сделались многие грешники, так и послушанием одного сделаются праведными многие» (Рим. 5:19).