К Римлянам послание ап. Павла 2 глава 29 стих

Ветхозаветное таинство обрезания, на которое ревнители закона возлагали свои надежды, может оказаться бесполезным, ибо «обрезание полезно, если исполняешь закон...»

...Потому апостол пишет, что то обрезание истинно, «которое в сердце, по духу (в Духе Святом), а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога». Нужно чтобы похвала была не от людей (внешние обряды сделал и все нормально), а от Бога. Похвала должна быть от Бога за выполненные заповеди, а не за внешнее хранение закона.

Таким образом, апостол Павел судит евреев, как он раньше судил язычников, и показывает, что все человечество виновно перед Богом, что грех лежит на всех людях, но не потому, что Богу так захотелось. Люди нередко спрашивают: «Почему же Бог такой жестокий тиран? За что же Он всех в ад-то отправляет? Как Он неправильно поступает!» Слышали, может быть, такие рассуждения? Апостол же возражает: «Нет, давайте разберемся конкретно, почему Бог отправляет в ад. Тот безобразничает так-то и так-то. Этот безобразничает иначе. Разве есть ему оправдание? Нет». Все сами виноваты, они сами нарушили волю Божию. Они поступили по-злому, а Бог не может смириться со злодейством. Знаете, что есть вещи, которые Бог не может сделать? Нравственно не может сделать, по душе не может сделать. Он никогда не станет мириться со злом.

Вот святой Павел и показывает, что язычники виновны перед Богом в том, что из неблагодарности стали служить творению вместо Творца. Отсюда пошло множество беззаконий, безобразий и просто немыслимых грехов. Иудеи, имея закон, его не выполняли. Они тоже виновны перед Богом. И нельзя сказать, кто виновен больше, а кто меньше. И те и другие страшно виноваты перед Богом. И те и другие нуждаются в спасении. Апостол Павел просто объясняет, что нет людей, которые спаслись бы своими силами. Это как раз ответ на современные инсинуации, почему бедный-несчастный папуас из Новой Гвинеи не спасется. Потому и не спасется, что он людоед. Кушать людей не надо, понимаете? Нехорошо это. И он сам знает, что это нехорошо, так как ему об этом говорит совесть. Он же совесть заставляет молчать. Вот и все. Зная, что делает зло, он продолжает делать, а потому не спасется. Почему индуист не спасется? Он знает, что нехорошо кланяться деревяшкам. Совесть ему подсказывает, что нельзя кланяться тому, кто не создавал мир. Он это знает, но не хочет следовать совести, потому что удобнее поклоняться тому, кого можно напоить, подкормить кашкой, подкупить, палочкой побить. Словом, с кем можно заключить прагматичный договор. То есть все люди виноваты перед Богом по причине элементарной греховности.

Говорят: «Вон правильный человек, который может сам спастись». Я соглашусь со всеми этими разговорами, если вы мне покажете такого человека. Соглашусь с возможностью спасения без Христа при условии предъявления мне такого человека. Покажите. Очень даже любопытно посмотреть. Сократ, например, все время слушался беса. Так и говорил: «Демон есть у меня, который регулярно советует мне делать то или се». Кстати, плоды известны: демон довел его до самоубийства.

Голос Божий звучит во всех, и, что самое интересное, все его слышат. Однако слышать и слушать — это совершенно разные вещи, как мы можем заметить даже по себе. Очень часто слышишь, но предпочитаешь не слушать. Совесть одно говорит, а ты отмахиваешься: «Замолчи, пожалуйста. Отстань, надоела уже просто. Пристала ко мне и повторяешь одно и то же. Я пожить хочу в свое удовольствие, а ты лезешь ко мне со своими заповедями». Есть много разных способов, как заглушить совесть. Так что слышать-то все ее слышат, потому никто и не отвертится на Страшном Суде. Никто не скажет: «Я не слышал, а потому и не мог исполнить». Да слышал ты, все слышали. И вот в третьей главе будет подробно объясняться, каким образом нам дается спасение.

обрезание... сердце - образ, встречающийся в Пятикнижии (Лев. 26:41; Втор. 10:16; 30:6) и пророческих книгах (Иер. 4:4, 9:25; Иез. 44:7, 9) и весьма распространенный в иудейской литературе эпохи Второго Храма. Речь идет о подлинной преданности Богу, в отличие от показной набожности.

по духу - Речь идет (а) о духе в отличие от буквы (Син., Кул.); (б) о Святом Духе, благодаря которому совершается обрезание сердца.

похвала - Возможно, Павел намекает на народную этимологию, согласно которой имя «Иуда» (евр. Иехуда) происходит от евр. глагола хода, означающего «восхвалять» (см. Быт. 29:35).

+++Павловы послания. Комментированное издание. С комментариями А. Десницкого и других. Под ред. А. Десницкого. М.: 2017. С. 48-49++

Павел вводит понятие обрезания, «которое в сердце, по духу, а не по букве». Здесь уместно вспомнить ветхозаветное выражение «необрезанное сердце», указывающее на непослушных Богу иудеев (Лев. 25:41; Иер. 9:26), и призывы обрезывать крайнюю плоть сердца, обращенные к народу израильскому (Втор. 10:16; 30:6; Иер. 4:4). Можно также вспомнить предсмертную речь Стефана, где он называл иудеев «людьми с необрезанными сердцами и ушами» (Деян. 7:51). Такие понятия, как духовное обрезание или обрезание сердца, в иудейской среде времен Павла были достаточно распространены, и ему не приходилось изобретать их.

Противопоставление наружного и внутреннего применительно к иудеям, опять же, восходит к проповеди Иисуса, обвинявшего фарисеев в том, что они «любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми» (Мф. 6:5); «лицемерно долго молятся» (Мф. 23:14; Лк. 20:47); «все же дела свои делают с тем, чтобы видели их люди: расширяют хранилища свои и увеличивают воскрилия одежд своих; также любят предвозлежания на пиршествах и председания в синагогах и приветствия в народных собраниях, и чтобы люди звали их: учитель! учитель!» (Мф. 23:5-7). Подмена внутреннего внешним — главное обвинение, которое Иисус бросает в адрес Своих противников:

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что очищаете внешность чаши и блюда, между тем как внутри они полны хищения и неправды. Фарисей слепой! очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их. Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты; так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония (Мф. 23:25-28).

По сути, и Иисус, и Павел обвиняют иудеев в одном и том же — в самообмане. Они соблюдают множество внешних предписаний, но «оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру» (Мф. 23:23). Это привело их к духовной слепоте (Мф. 23:24,26), неспособности отличить главное от второстепенного.

Словами о превосходстве внутренняго, сердечнаго обрезания пред внешним, плотским, ап. Павел обуздывал гордость евреев пред язычниками, считавших только себя достойными царства Христова: Мф. 3:9; хотя обрезание и служило видимым знаком для евреев вступления в завет: Быт. 17:11-14, но плотское, видимое обрезание было спасительно только тогда, когда сопровождалось оно внутренним обрезанием сердца: Иер. 4, 4; Рим. 4:9-10, при этом не-обходимо было еще крещение, т. е. духовное рождение: Ин. 3:5; Мк. 16:16.

Мы уже отметили ударение на вере в обращении (ст. 5, ср. еще ст. 8). В стт. 16–17 оно подчеркнуто с особою силою и подкреплено текстом из пророка Аввакума. Но если приобщение к правде Божией, поставленное в зависимость от веры, должно быть понимаемо, как процесс деятельного восхождения, – то и вера имеет разные степени: Павел говорит о возрастании веры. Из слов Апостола вытекает, что мера откровения правды Божией находится в прямой зависимости от возрастания веры. И, наконец, последнее: путь спасения по вере открыт каждому. В представлении иудеев, а, значит, и Павла, род человеческий делился на две части: на иудеев и на эллинов. Спасение по вере объемлет и иудеев, и эллинов. Павел провозглашает абсолютный универсализм спасения. Но преимущество – по силе непреложных обетований Божиих – имеют иудеи (ст. 16). Правда, с преимуществом спасения связано и преимущество ответственности. Иудеям принадлежит первенство в наследовании спасения, но они и первые несут наказание за зло (ср. 2:9–10). Мысли, намеченные в стт. 16–17, получают развитие в послании.

Первая – догматическая – часть послания (1:18–4) доказывает положение об оправдании верою. Павел отправляется от факта всеобщности греха (1:18–3:20). Он, прежде всего, показывает, что ответственность за грех несут и язычники (1:18–32). В естественном откровении им было дано познание Бога, которым они пренебрегли. Те страшные грехи, – и в том числе и в первую очередь грехи против естества, – в которые они впали, были попущены Богом в наказание. Но сила греха господствует и над иудеями (2–3:20), Павел признает непреложные преимущества иудеев, покоящиеся на нерушимом слове Божием. Но под властью греха эти непреложные преимущества оказались бездейственными. Положение иудеев, имеющих закон, не отличается от положения язычников, не имеющих закона. Грех иудеев являет бессилие закона, то самое бессилие, на котором Павел настаивает и в Гал. Закон не дает оправдания.

Но что сказать о священном ветхозаветном таинстве обрезания, на которое, как кажется, возлагали иудеи все свои надежды? И оно бесполезно для них без исполнения закона, отвечает Апостол. «Обрезание полезно, если исполняешь закон; а если ты преступник закона, то обрезание твое стало необрезанием», и наоборот: «если необрезанный соблюдает постановления закона, то его необрезание не вменится ли ему в обрезание… Ибо не тот иудей, кто таков по наружности, … но тот, … кто внутренно таков, и то (есть истинное) обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога». Так самые преимущества иудеев, которые, впрочем, не рачением их приобретены, но суть дар Божий, оказались не только для них бесполезными, но еще служат к увеличению их наказания (Златоуст, Изъясн. посл. к Рим., стр. 103).

Преимущества, коими гордились Евреи, – ни к чему, при их жизни, противной назначению их. Видимым и в то же время самым глубоко-таинственным знаком принадлежности Евреев Богу было обрезание; но многие при этой видимости и оставались, не исполняя закона с его существенными заповедями. Противопоставляя этого рода Иудеям – язычников, живущих сообразно внушениям естественно-нравственного закона, в котором по существу нет ничего противного закону, данному Иудеям, Апостол находит, что как в первом случае обрезание есть – необрезание, и, следовательно, как Иудей по названию может быть по жизни хуже язычника, так и язычник не обрезанный может быт по жизни лучше Иудея, а потому он может заслужить похвалу от Бога, как и хорошие Иудеи, которые соответствуют своему званию и избранию, которые по духу веры и жизни истинные Израильтяне. Показавши раньше, каковы были Евреи, Апостол Павел теперь указывает, каковы они должны быть, чтобы удостоиться Царствия Божия. Они должны приобрести «обрезание в сердце». По словам еп. Феофана «обрезанное сердце есть сердце чистое и непорочное, свободное от всего греховного и преисполненное святых чувств и расположений». Но кто может иметь такое сердце вне Христианства? Таким образом, как язычников, так и Иудеев Ап. Павел одинаково располагает к принятию Евангельского учения – прежде всего представлением неудовлетворительности их нравственно-религиозного состояния и потом великою ответственностию за него пред Богом.

Обрезание, а с ним вместе и весь обрядовый закон, конечно, имеют значение, но не сами по себе, а при исполнении закона, выражающего внутренний нравственно-религиозный строй благочестивого иудея – страх Божий, чувство и дела религиозно-нравственные. Без этого внутреннего закона, внешнее обрезание не имеет значения. И наоборот.
 Предположим (в слав. аще убо), что необрезанный исполнит как должно все требования закона, разве он не получит оправдания, как обрезанный? Мало того что он сам оправдается, он даже будет судить обрезанного грешника.
 Этот необрезанный, если исполнит закон, осудит тебя, если ты окажешься преступником закона, к исполнению которого тебя обязывает и непрестанно побуждает Писание. Если тот, кто не имеет Писания и обрезания, преступая закон, есть преступник, то ты, имея Писание и закон, делаешься большим преступником, из-за Писания и обрезания. И что всего ужаснее для иудея, мнящего о себе как об избраннике Божьем, его осудит на будущем суде не иудей, а язычник, которого он здесь презирает.
2:28–29. Наружность иудейская сложилась в определенный, всем известный тип, внешний закон как бы видимо воплотился в нем. Иудей исполняет все внешние предписания закона, и как печать этого носит телесное обрезание, и считает себя правым перед Богом. Апостол не отвергает этого внешнего, но говорит, что в законе есть внутренняя, духовная сторона, которая невидима, так как касается сердца, нравственно-религиозных чувств и настроений. Она главная. Поэтому-то настоящий иудей не по видимости, но тот, кто духом (сердцем) служит Богу, обрезывает не только плоть свою по букве Писания, но, главным образом, обрезывает сердце свое по духу Писания, отсекая свои страсти. Видимый иудей за внешнее исполнение закона получает похвалу от людей, а иудей по сердцу – от Бога.

тот Иудей. Членом народа завета Божия становятся через действие Духа, Который приводит к жизни, устремленной к Богу, а не посредством "обрезания, которое наружно" (ст. 28) и "по букве".

Если оказались виновными в своей греховности перед Богом язычники, имевшие лишь естественное откровение, то тем более виновными оказываются иудеи, которые имели всю полноту ветхозаветного откровения о Боге. Ап. Павел показывает, что хотя иудеи и хвалятся законом и Писанием, превозносятся этим перед язычниками, осуждают всех, но сами тоже подлежат смертному осуждению от Бога, потому что сами делают то же, хотя и не сознают своей греховности и виновности перед Ним. И если они до сих пор остаются не наказаны, то подлежат в день суда еще большему осуждению, чем язычники. Иудеи присвоили себе принадлежащее одному Богу право судить другие народы, и в этом их великий грех.

Ап. Павел поэтому говорит о всеобщности суда и наказания: «Те, которые не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут, а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся, потому что не слушатели закона праведны перед Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2:12–13). Язычники осудятся по закону, данному от рождения: способности познавать добро и зло, т. е. по закону совести, а иудеи осудятся как бы по двойному закону: закону внутреннему, от природы, и закону писанному, данному от Бога через Моисея.

Естественный нравственный закон, или закон совести, с которым человек рождается в мир – всеобщий судья рода человеческого (Рим. 2:14–15). Сверх этого закона иудеи имели закон Моисеев – это их преимущество (Рим. 2:10, 7–20), ибо он путеводил к истине, но лишь при исполнении его. А без исполнения закона он лишь больше осудит иудеев (Рим. 2:9). Истинный тот иудей, кто исполняет закон, притом исполняет не по букве, а по духу, т. е. делает закон из долга своей внутренней потребностью (Рим. 2:23–29).