Евангелие от Матфея 7 глава 23 стих

Обобщающее толкование

Большинство Святых Отцов единодушно понимают этот стих как торжественное объявление окончательного суда над теми, кто имел веру, духовные дарования и даже совершал чудеса, но не исполнял волю Божию. Главная мысль состоит в том, что ни чудотворения, ни пророчества, ни изгнание бесов сами по себе не свидетельствуют о спасении человека. Эти дары могут быть даны Богом ради пользы других людей и утверждения их в вере, однако они не заменяют добродетельной жизни, любви и исполнения заповедей. Поэтому человек, живущий в беззаконии, лишается общения со Христом, несмотря на свои внешние духовные успехи.

Первая линия толкования (свт. Иоанн Златоуст, свт. Григорий Палама, свт. Филарет (Амфитеатров), блж. Феофилакт Болгарский, блж. Иероним Стридонский, преп. Анастасий Синаит, Евфимий Зигабен) объясняет, что благодать может действовать и через недостойных людей. Бог иногда подает чудотворные дары ради спасения других, а не как знак личной праведности их носителя. Поэтому чудеса не оправдывают человека, если его жизнь остается беззаконной.

Вторая линия толкования (свт. Кирилл Александрийский, Евфимий Зигабен, блж. Феофилакт) раскрывает смысл слов «Я никогда не знал вас». Речь идет не о незнании в человеческом смысле, а об отсутствии спасительного общения и любви Божией к тем, кто добровольно отвернулся от добра. Господь «знает» тех, кто пребывает в верности Ему, а упорствующие в беззаконии сами отпадают от этого общения.

Все святые также подчеркивают, что Христос открывает Себя как Судию мира, Который окончательно произносит приговор тем, чья жизнь противоречила исповедуемой вере.

Частные замечания Святых Отцов

• Преп. Анастасий Синаит приводит примеры Валаама, чревовещательницы, Иуды и неизвестного заклинателя, изгонявшего бесов именем Христа, показывая, что чудеса сами по себе не доказывают святости человека.

• Блж. Иероним Стридонский обращает внимание, что сказано «делающие беззаконие», а не «делавшие», показывая продолжающуюся привязанность этих людей ко греху даже в момент суда.

• Свт. Иоанн Златоуст отмечает, что Бог нередко действовал через недостойных — Иуду, Валаама, фараона, Навуходоносора — ради пользы других и ради Своего Промысла.

• Свт. Кирилл Александрийский говорит, что отпавший от добродетели становится подобен тому, кого Господь никогда не знал.

• Свт. Григорий Палама учит, что важнее очистить собственное сердце от страстей, чем обладать даром чудотворений.

• Евфимий Зигабен объясняет, что у Бога есть знание как всеведение и знание как признание Своими; здесь речь идет именно о втором значении.

• Блж. Феофилакт Болгарский кратко поясняет, что слова «Я никогда не знал вас» означают: «Я никогда не любил вас», поскольку здесь знание означает любовь.

В заключение Господь требовал, чтобы во всякой нужде мы непременно обращались с молитвой к Богу, – в отношении к ближнему всегда держались того правила, чтобы наша любовь к ним не была слабее любви к нам самим, – самих себя приучали всегда идти тесным путем, остерегались лжеучителей и познанное исполняли.

Утвердив сии правила жизни для своих последователей, Господь тем положил существенные черты различия их праведности от праведности фарисейской и твердое основание внутреннему образованию своего избранного общества. Но не только для тогдашнего времени и для известных лиц, они должны были служить законом и руководством для всех вообще последователей Его, поелику основывались на вечных законах святости Божественной и на коренных началах нравственности, утвержденных Творцом в природе человеческой.

Избранные нигде прежде не учились, исключая только того, что некоторые несколько времени находились в числе учеников Иоанна: таковы были Андрей, Иоанн. Господь избрал доказавших Ему свою любовь и привязанность к Нему, доверчивых, как детей, не зараженных мечтами ложного просвещения и предоставил Себе уже их образование, и учил их не только словом, но и делом, одних и пред народом, в доме и на пути, на суше и на море: что было темного для других, то им объяснял: имел их постоянными свидетелями своей жизни и деяний, постепенно изглаждал предрассудки, принесенные из учения Иудейского, не устранял от них все случаи ошибки, но обращал оные им самим в урок, позволял им рассуждать друг с другом о предметах, близких к их знанию, но не оставлял замечать, что Ему известны не только их беседы между собой, но и тайные помышления человеческие, умерял их сердечные движения и приводил в согласие с их обязанностями. Одним словом – очищал и просвещал их ум и сердце, приготовлял к полнейшему излиянию в них Духа истины и освящения. Сперва они были в отношении к Господу, как ученики; при конце своего поприща Он уже назвал их своими друзьями (Ин. 15:14–15), потому что ничего не скрывал от них; наконец братьями.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 110-111++

Вера и добрая совесть — неотделимы друг от друга. Потому «не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное», в Царство благодати и славы, — говорит Христос. Недостаточно говорить: «Господи, Господи», исповедуя Христа Сыном Божиим вместе со всею Церковью. Это исповедание необходимо, но мы должны остерегаться оказаться среди «имеющих вид благочестия, а силы его отрекшихся». Надо, чтобы мы были послушны Христу, исполняя волю Отца, Сущего на Небесах. В том Его воля, чтобы мы веровали во Христа, каялись в грехах, старались жить по заповедям Его и любили друг друга. Как часто слова и дела расходятся в жизни человеческой, но Христос пришел, чтобы соединить их в Своей заповеди, которая есть жизнь вечная.
***

Господь открывает один из законов духовной жизни: искренна ли та вера, которая не проявляет себя ни в чем. Обращали ли мы внимание, что апостол Павел также всегда заканчивает свои Послания призывом к исполнению на деле во всех жизненных ситуациях предписаний христианской нравственности?

«Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное». Во всем разуверившийся современный мир ищет подлинности — и прежде всего там, где говорят о вере. Красивые речи не проходят: «нас не интересует твой призыв — во что надо верить, но скажи нам, во что ты веришь, есть ли у тебя подлинное знание Бога?»

Господь обличает видимость молитвы, лицемерие веры, оторванной от каждодневной жизни, соблазн тех, кто слывет благочестивым, у кого имя Божие все время на языке, но чьи поступки не соответствуют красивым речам. Господь настойчиво подчеркивает необходимость согласия между тем, что мы говорим, и что мы делаем, между верой, исповедуемой за воскресным богослужением и верой, которой мы живем в течение недели. Не всякий, кто ходит в храм по воскресным и праздничным дням, войдет в Царство Небесное. Кроме того, надо еще быть «исполняющим волю Отца Небесного». «Творить», «делать» — это слово непрестанно повторяется в Нагорной Проповеди. Это значит, что наша вера должна быть реально воплощена в обыденной жизни — в семье, на работе, на отдыхе. Требуется наше участие во всех церковных, общественных, политических событиях, от которых зависит судьба, и не только земная, слишком многих.

«Воля Отца», — говорит Христос. Читая Евангелие, мы ощущаем, что Спаситель постоянно думает только о Нем и делает только то, что угодно Ему, — каждую минуту Своей жизни. «Не так, как Я хочу, но как Ты хочешь». Что означает эта «воля Отца»? Бог есть любовь. И для Него не существует иной заботы, кроме как дать нам подлинную радость. Но Он не навязывает нам ничего, потому что Он — любовь. «Воля Божия» — это наш личный, самый великий успех, иногда под неожиданным видом поражения. Жизнь каждого святого — такой успех: преподобный Сергий, преподобный Серафим, святой Царь-мученик Николай.

«Воля Отца Небесного». Да, Бог, Отец наш, бесконечно выше человека и превосходит его. Он — на небесах, за пределами всего. И жить по воле Его означает такой образ жизни, который не может быть «от мира сего». В нашем посткоммунистическом, глубоко атеистическом обществе — среди грязного потока реклам греха свободной от заповедей Божиих жизни — христианин не может не идти против течения. Кто пытается творить волю Отца Небесного, не может не отвергать то, что утверждается повсеместно через СМИ о Боге, о Христе, о Церкви, о человеке, о любви, о родителях, о браке, об отношении к Отечеству.

«Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? И не Твоим ли именем бесов изгоняли?» Валаам и Каиафа были вынуждены пророчествовать, и Саул против своей воли оказался в пророках. Иуда изгонял бесов и оказался сыном погибели. Можно изгонять бесов из других и иметь беса в себе, и самому быть бесом. «И не Твоим ли именем многие чудеса творили?» Дар языков и исцеления будут прославлены миром. Но Бог приемлет подлинную святость. Христос предстает здесь как великий Судия конца времен: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» — слова, созвучные тому, что все услышат на Последнем Страшном Суде.

Всякий раз, когда речь заходит об этом Суде, мы должны воспринимать каждое евангельское слово с предельной серьезностью. В этот день Бог изречет о каждом человеке последнее слово. Никому не дано подвергать Господа осмеянию до бесконечности. Кто предпочитает творить зло, не должен рассчитывать на то, что он в вечности будет с Богом: «Отойдите от Меня, делатели неправды». В греческом тексте это «делающие беззаконие» — те, кто «без закона». Мы знаем, что закон человеческий — это закон Божий, закон любви. Кто избирает жизнь без Христовой любви, не может надеяться на жизнь с Богом. Страшный Суд для такого человека откроется ужасом вечной смерти — жизни без Христовой любви. «Отойдите от Меня» — от Любви, все отдающей всем, — отвергающие эту Любовь.

Но самое странное и самое страшное здесь заключается в том, что осужденные не согласны со своим Судией, точно так же, как в притче о Последнем Суде. Вся их жизнь была самообманом до этого дня, когда воссияла Истина. Господь говорит, что можно совершать великие дела во имя Его — пророчества, изгнание бесов, чудеса, но если нет у этих людей любви, они будут противниками Христовыми. И таковыми будут многие, говорит Христос.

Есть чего устрашиться! Это предостережение Христово должно быть услышано нами. Поистине многие, слишком многие ищут яркого и зрелищного в христианстве — пророчеств, изгнания бесов, чудес, вместо того, чтобы смиренно нести крест обыденной каждодневной любви. Слишком много отвлеченного теоретизирования, критики всех и вся, и при этом — полное отсутствие заботы о собственном покаянии. Увы, можно «горы переставлять» и «творить чудеса» без любви, говорит апостол Павел, — «и нет в том никакой пользы». Как научиться нам жить смиренной христианской жизнью — день за днем — не барабаня, не трубя, без показного блеска, без ложной многозначительности.

Вопрос 62. Что означает изреченное Господом: «Многие скажут Мне в тот день: «Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?» И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас» (Мф. 7:23).

Ответ.

1. Знамения, творения чудес и пророчества, ради некоей необходимости или по Домостроительству, бывают и через людей недостойных, как это случилось с Валаамом (см.: Чис. 22:28; Чис. 23 и др.) и чревовещательницей, выведшей Самуила из земли (см. 1 Цар. 28:7-22).

Опять же, когда апостолы встретились с неким неверующим человеком, именем Христовым изгоняющим бесов, и запретили ему делать это, то сказали о нем Христу, а Тот изрек: «Не запрещайте, ибо кто не против вас, тот за вас» (Лк. 9:49-50; Мк. 9:38-40); однако же Господь говорит также: «Не радуйтесь, что духи вам повинуются» (Лк. 10:20).

2. Тебе следует знать это, чтобы если ты когда-нибудь увидишь знамение, совершаемое, по некоему суду Божиему, либо еретиками, либо неверующими, не должна поколебаться в тебе православная вера из-за знамений и чудес. Ибо вполне возможно, что Бог творит знамение и чудо, лишь испытывая тебя. Бывает, что вера приступающего к Господу творит знамение, а не достоинство творящего. Ведь Иоанн, который был лучшим «из рожденных женами» (см. Мф. 11:11; Лк. 7:28), не является творящим какое-либо знамение, а Иуда, когда он был еще с апостолами, творил, конечно, всякие чудеса (см. Мф. 10:1-4).

3. Поэтому, когда увидишь какого-нибудь недостойного или зловерного человека, творящего знамение, не считай это за нечто великое.¹

Ст. 21 — 23 образуют именно переход от непосредственно предшествующей речи о лжепророках к заключительному увещанию; в этой переходной речи высказывается основание, вследствие котораго следует не только слушать слова Христовы, но и исполнять их (24—27). Простое звание христианина не дает еще права на блаженство. Даже многия из таких лиц, которыя действуют от имени Христова и ради спасения других, удостоиваются явления чрез них сил божественных, дара пророчества, чудотворений вообще и в частности изгнания бесов,—даже многия из таких лиц услышат на страшном суде голос Господа николи же знах» вас, т.-е. как Моих ¹.

И вот о некоторых (и даже о «многих») таких людях, которые демонстрируют свое вполне ортодоксальное исповедание, Иисус говорит, что они не войдут в Царство Небесное, ибо не исполняют волю Небесного Отца. А ведь они не только правильно исповедуют свою веру, но и на практике доказывают, что обладают дарами Святого Духа. С удивлением они спрашивают снова (подчеркнуто дважды повторяя свое исповедание): «Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?». («Многие чудеса» – на церковнославянском силы многи – означают исцеления.) Они пророчествовали, изгоняли бесов и творили чудеса исцелений… И все это «именем Господа», что можно понимать и как «от имени» Господа, и как «силою» Господа, поскольку имени в древности придавалась сила воздействия. Иначе говоря, эти люди реально исполняли то, что заповедал Своим апостолам Иисус Христос: «Ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное; больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте» (Мф. 10:7–8). Все это они делали! И тем не менее в «тот День», то есть в День Последнего суда, они как лжепророки будут отвергнуты: «И тогда объявлю им: „Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие!"». Так, цитируя из Священного Писания 6‑й Псалом Давида (Пс. 6:8), Господь выносит приговор лжепророкам, на которых исполняется пророчество Писания.

В каком же смысле следует понимать обвинение: «делающие беззаконие»? Слово «беззаконие» необычно для Евангелий. Оно встречается только у Матфея. Кроме данного случая еще в двух важных местах его Евангелия. Первое такое место – в критике книжников и фарисеев: «Горе вам, книжники и фарисеи, <…> вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония » (Мф. 23:27–28). Но ведь книжников и фарисеев трудно было упрекнуть в нарушении заповедей Закона Моисея. Это скорее они упрекали в таких нарушениях Иисуса и Его учеников, которые и субботу не соблюдали, и с грешниками общались. И тем не менее Иисус утверждает, что деятельность «книжников и фарисеев, лицемеров», соблазнительна, то есть с виду праведная и благая, а в своей сущности лживая. Они одеты как овечки, а «внутри суть волки хищные» (Мф. 7:15). Так почему же о них сказано, что они «внутри исполнены лицемерия и беззакония»? Что Матфей понимает под «беззаконием»? Второе место, где упоминается это слово, – эсхатологическая речь Иисуса Христа. Здесь, кстати, «беззаконие» стоит в одном ряду с понятием «лжепророки»: «И многие лжепророкивосстанут, и прельстят многих; и, по причине умножения беззакония , во многих охладеет любовь» (Мф. 24:11–12).

Это означает, что следствие беззакония, которое «умножается» благодаря появлению «многих лжепророков», – охлаждение любви. Так вот в чем разоблачающий их «плод»! Ибо сказано: «По плодам их узнаете их» (Мф. 7:16, 20). Беззаконие, по сути, состоит в отсутствии любви\ Вслушаемся в слово «беззаконие»: деятельность лжепророков противоречит Закону. В них нет любви. То есть, по мысли, выраженной в Евангелии от Матфея, Закон Моисея имеет своей целью не «охлаждение», а умножение любви, потому что в заповеди любви «весь Закон и пророки».Теперь нам понятно, почему в конце Нагорной проповеди стоит предостережение против лжепророков, «делающих беззаконие». Если в их правоверном исповедании Господа и в творимых ими чудесах нет любви, то разве способны такие наставники помочь людям отыскать «тесные врата», через которые можно вступить на путь к Царствию? Ведь «тесные врата», открывающие путь к жизни, – это и есть Христова заповедь любви, на которой «утверждается весь Закон и пророки» (Мф. 22:40). То же самое сказано и о «золотом правиле»: «Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом Закон и пророки» (Мф. 7:12). Итак, в любви – выражение воли Небесного Отца и вся сущность Закона с его многими заповедями. Поэтому человек без любви назван «без‑Законником», сколько бы хороших слов он ни говорил и какие бы чудеса ни творил.

Что же касается знамений и всяческих исцелений, физических и психических, то разве мало было чудотворных целителей в древности, да и в наше время? Ни Христос, ни христиане не отрицали реальности чудес и исцелений, совершаемых иудеями или язычниками. Думаю, читателям Нового Завета излишне напоминать, что все слова об исцелениях и целителях древности следует воспринимать в контексте медицинских понятий и представлений того времени. Так, в Новом Завете мы находим пример, как «некоторые из скитающихся иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса» (Деян. 19:13). Правда, эти заклинатели успеха не имели, но это не означает, что было немало и успешных исцелений. Вот и Сам Христос говорил, что «лжехристы и лжепророки», которые «восстанут» в последние времена, будут совершать «великие знамения и чудеса» (см.: Мф. 24:24). Уже в книгах Ветхого Завета мы встречаем, например, египетских жрецов и колдунов, преуспевавших в чудотворениях (см.: Исх. 7:11, 22; Исх. 8:7). Так что способность совершать чудеса как таковая вовсе не является доказательством святости чудотворцев. А много позже учитель Церкви Ориген (185–264 годы) писал, что «сила врачевания болезней сама по себе не является ни благом, ни злом <…> Она есть такое деяние, которое одинаково может простираться и на людей честных и дурных <…> Равным образом и предвидение будущего есть точно также дело безразличное»¹. Однако при всем уважении к великому христианскому ученому Оригену, не всякий согласится с его оценкой способности к исцелениям и самих исцелений как вещей нравственно «безразличных». Разве помощь больным – кем бы она ни производилась и на кого бы эта помощь ни направлялась – не является делом безусловно благим? За что же отвержение и осуждение: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня»? Эту проблему пытался разрешить святитель Иоанн Златоуст. Вот что он писал: «Они действительно творили чудеса. <…> В изумлении и удивлении они говорят: „Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? Как же теперь Ты отвращаешься от нас?“ Но пусть они удивляются тому, что, сотворивши столько чудес, подверглись наказанию; ты же не удивляйся. Вся эта благодать была ничто иное, как дар Подавшего ее, а те ничего от себя не привнесли, почему справедливо и наказываются. <…> Он хотел показать, что ни вера, ни чудеса ничего не значат без добродетельной жизни. То же и Павел говорит: „Если я имею веру, так что могу и горы переставлять, и знаю все тайны, и имею всякое познание, а не имею любви, – то я ничто“ (1 Кор. 13:2). <…> Многие из веровавших получали дары: таков был тот, который изгонял демонов, не будучи последователем Иисуса Христа; таков был и Иуда, потому что и он, будучи злым, имел дар чудотворения. То же можно найти и в Ветхом Завете, то есть, что благодать часто действовала в недостойных, для блага других»². Эта длинная цитата важна тем, что, в отличие от Оригена, Златоуст здесь не утверждает, будто целительная сила и ее действия есть нечто «безразличное» – ни благо, ни зло. Нет, целительная сила, кто бы ею ни обладал, есть дар благодати Божией, который действует для блага людей. Но этот дар может не принести пользы тому, кто им обладает, если тот не живет «добродетельной жизнью». Но здесь‑το и может возникнуть проблема. Скажем, фарисеи – разве они не вели добродетельную жизнь? Разве они не старались соблюдать все заповеди Закона Моисея? Так что выражение «добродетельная жизнь» может смутить, тем более что мы упоминали «добродетель» как высшую жизненную цель древнегреческих язычников. Но здесь следует заметить, что дело просто в самом термине «добродетель». Так традиционно переводят греческое слово αρετή (именно его употребляет Златоуст). Но αρετή буквально означает не «добродетель» (то есть «делание добра»), а совокупность самых превосходных качеств. Однако христиане, в отличие от античных греков, под самыми превосходными качествами понимали не храбрость, мужество, благородство и величие, а те качества и действия, которые производит в человеке божественное свойство любви. Таки Златоуст тотчас объясняет слово αρετή (переводимое у нас как «добродетель») текстом из апостола Павла, откуда явствует, что под «добродетелью» Златоуст понимает именно любовь.

Какой же вывод сделать нам из отрывка Мф. 7:21–23? В нем, как ни в каком другом, выражена сущность того, чему учит и к чему призывает Иисус Своих учеников и последователей. Жизнь в новом Царстве, куда желает ввести людей Христос, достигается не правильными словами, не набожностью, не даже совершением знамений и чудес именем Иисуса, но только той праведностью, что «превосходит праведность книжников и фарисеев». «Если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное» (Мф. 5:20). В этой «лучшей праведности» – исполнение Закона: «Не думайте, что Я пришел нарушить Закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить » (Мф. 5:17). А «исполнение Закона» – и об этом говорит вся Нагорная проповедь – в следовании заповеди любви. Без нее ни прекрасные речи и проповеди, ни молитвенная набожность, ни благотворительность, ни проявления чудотворных сил не гарантируют вхождения в спасительное Царство, которое «приблизилось» вместе с приходом Иисуса Христа.

Многие речи Иисуса в Евангелии касаются Последнего суда Божия, «вечной жизни» и загробной участи человека. Есть упоминания об этом и в Нагорной проповеди: об угрозе «геенны огненной» (см.: Мф. 5:22, 29–30), о том, что Отец Небесный может не простить нам наших согрешений, если мы не будем прощать людям (см.: Мф. 6:15). Но основной мотив Нагорной проповеди все‑таки иной. В ней евангелист Матфей собрал высказывания Иисуса Христа не о том, что с людьми может произойти после их смерти, в «вечности», а о том, как уже в этой жизни можно почувствовать прикосновение к вечности, жить обновленной жизнью, зная свою причастность к Царству Христову, Царству «не от мира сего» (Ин. 18:36). Об этом притча, завершающая Нагорную проповедь.

Кто такие «делающие беззаконие» у Матфея (Мф. 7:23) или «делатели неправды» у Луки (Лк. 13:27)? Термин «неправда» (άδικία) по значению близок к термину «беззаконие» (ανομία), указывающему прежде всего на несоблюдение Закона Моисеева (в Нагорной проповеди — на уклонение от Закона, как он изложен в проповеди Спасителя). Беззаконие, по словам Иисуса, умножится в последние времена, это также будет сопровождаться охлаждением любви (Мф. 24:12).

Слова «отойдите от Меня, делающие беззаконие» являются цитатой из Пс. 6:9. Выражение «делающие беззаконие» не вполне синонимично термину «лжепророки», хотя и употреблено в Нагорной проповеди по отношению к последним. Делающие беззаконие — это все те, кто приближаются к Богу устами своими и чтут Его языком, сердце же их далеко отстоит от Него (Мф. 15:8; Ис. 29:13). Они говорят Иисусу «Господи, Господи», но не исполняют волю Отца Его. Ко всем таковым относятся предупреждения из заключительных разделов Нагорной проповеди.

.

В он (в тот) день, т. е. в день суда, как известный и ожидаемый день (Зигаб.). Не в Твое ли имя, т. е. произнося Твое имя, по силе Твоего имени (Деян. 3:6). Пророчествовали, не в смысле только предсказания будущаго, но и учительства (1 Кор. 12:10). Бесы изгонихом (изгоняли), т. е. исцеляли тех, которые были одержимы злыми духами (см. объясн. гл. 4, ст. 24). Силы многи сотворгихом (многия чудеса творили), т. е. производили действия необыкновенныя, — такия, какия нельзя сделать одними человеческими силами или искусством, но которыя совершаются сверхъестественною, божественною силою, напр., исцеление больного словом или прикосновением руки, воскрешение мертваго. И тогда исповем (объявлю) им, яко николиже знах вас (я никогда не знал вас), т. е. не признавал за Своих, так как вы не были истинными Моими последователями, христианами (Лк. 13:27). 

Если и сказано апостолом: всякий, кто призовет имя Господне, спасется (Рим. 10:13), то сказано о таких, которые призывают его нелицемерно — показывают веру свою в добрых делах (2 Тим. 2:19). О такой неистинной вере ап. Иаков пишет: что пользы, братия моя, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? Может ли эта вера спасти его? (Иак. 2:14). Подобным образом и бесы веруют (Иак. 2:19). Вера, если не имеет дел, мертва (Иак. 2:17). После этого можно ли говорить, как говорят лютеране и некоторые из наших сектантов: пашковцы, штундисты, что для спасения должно только веровать?.. Делающие беззаконие, т. е. ведущие худую жизнь. Из истории известно, что в начале христианских времен иные изгоняли бесов, хотя сами были людьми недостойными, ведущими жизнь неблагочестивую; демоны обращались в бегство собственно от произносимаго ими имени Иисусова. Это — совершенно возможно, потому что благодать действует и чрез недостойных священников, и Иуда предатель творил чудеса (Феоф. и Злат.), Валаам и Каиафа, пророчествовали. На возможность таких даров у людей недостойных указывает ап. Павел, когда говорит, что хотя бы кто имеет дар пророчества и дар чудотворения, напр., переставлял горы, но не имел любви, — существеннаго свойства истиннаго христианина, он — ничто (1 Кор. 13:1—2). Отъидите от Мене. „Я думаю, пишет св. Златоуст, лучше подвергнуться безчисленным ударам молнии,, нежели видеть кроткое лицо Господа, от нас отвращающееся, и ясное око Его, не могущее взирать на нас“.

Невозможно, чтобы человек, ведущий добродетельную жизнь и свободный от всех страстей, когда-либо был презрен; хотя и случится ему впасть в заблуждение, Бог тотчас привлекает его к истине. Но некоторые говорят, что представляемые Спасителем люди потому не получат спасения, что они притворно исповедуют Господа. Если так, то Спаситель говорит против Своего намерения. В самом деле, Он хочет здесь показать, что вера без дел ничего не значит; распространяя, далее, эту мысль, Он присовокупил и чудеса, показывая тем, что не только вера, но даже и чудеса никакой не приносят пользы тому, кто производит их, если нет добродетели. А если бы люди, о которых идет речь, не творили чудес, то Христос никак бы здесь не упомянул о чудесах; с другой стороны — и те не дерзнули бы во время суда сказать Ему о чудесах. Да и самый ответ их, и то, что они говорят в виде вопроса, показывает, что они действительно творили чудеса. Так как они видят конец, совершенно противный их ожиданию, и после того как здесь по чудесам своим для всех были предметом удивления, а там видят себя определенными к наказанию, то как бы в изумлении и удивлении они и говорят: Господи, не от Твоего ли имени мы пророчествовали? Как же теперь Ты отвращаешься от нас? Что значит странный и неожиданный этот конец? Но пусть они удивляются тому, что, сотворивши столько чудес, подверглись наказанию; ты же не удивляйся. Вся эта благодать была ничто иное, как дар Подавшего ее, а те ничего от себя не привнесли, почему справедливо и наказываются, поскольку сделались неблагодарными и нечувствительными пред Тем, Который так их почтил, что дал им, хотя и недостойным, благодать чудотворения. Так неужели, скажешь, совершая дела нечестия, они вместе совершали чудеса? На это некоторые говорят, что они не в то время, когда чудодействовали, вели себя нечестиво, но уже после развратились и делали преступления. Но это также совершенно противно намерению Спасителя; Он хотел показать, что ни вера, ни чудеса ничего не значат без добродетельной жизни. То же и Павел говорит: аще имам веру, яко и горы преставляти, и вем тайны вся и весь разум, любве же не имам, ничтоже есмь (1 Кор. 13:2). Кто же, спросишь, те, которых Иисус Христос, не смотря на их чудотворения, представляет достойными мучения? Многие из веровавших получали дары: таков был тот, который изгонял демонов, не будучи последователем Иисуса Христа; таков был и Иуда, потому что и он, будучи злым, имел дар чудотворения. То же можно найти и в ветхом завете, то есть, что благодать часто действовала в недостойных, для блага других. Так как не все ко всему были способны, но иные вели жизнь непорочную, а не имели такой веры, другие же напротив, то Господь как первых чрез последних побуждал являть великую веру, так и последних чрез этот несказанный дар призывал к исправлению.

Вот почему Господь и давал благодать в великом обилии. Силы многи, говорят они, сотворихом. Но тогда исповем им, яко не вем вас: то есть, ныне они почитают себя Моими друзьями, а тогда узнают, что Я даровал им благодать не как друзьям. И что дивиться тому, что Он дары благодати дал людям уверовавшим в Него, но не имеющим жизни, согласной с верою, когда Он является действовавшим и в тех, которые не имели ни той, ни другой? Так Валаам был чужд и веры, и добродетельной жизни; и однако благодать в нем действовала для устроения спасения других. Фараон был такой же; однако и ему Бог показал будущее (Быт. 41). Навуходоносору, самому беззаконному человеку, также открыл то, что имело случиться по прошествии многих родов; также и сыну его, своим нечестием превзошедшему отца, открыл будущее, — и все для чудных и великих дел Своего промысла (Дан. 2). Итак, поелику и тогда, при начале евангельской проповеди, нужны были многие доказательства силы Христовой, то и из числа недостойных многие получали дары. Впрочем, от таких чудес они никакой не получили для себя пользы, а только навлекли на себя еще большее наказание. Потому Спаситель и произнес к ним страшное это слово: николиже знах вас! Так, многих Он и здесь уже ненавидит, и до суда уже отвращается. Итак, возлюбленные, устрашимся, и приложим великое старание о жизни своей, и не станем думать, что мы, не производя теперь чудес, потому самому имеем менее благодати. От чудес никогда ничего не прибудет нам, равно как ничего не убудет и от того, что мы не творим их, если только заботимся о всякой добродетели. За чудеса мы сами остаемся должниками пред Богом, а за жизнь и дела имеем Бога должником.

***

...Авраам и подобные ему; они были, говорит (апостол), странниками для целой вселенной и искали отечества. Какого? Не того ли, которое оставили? Нет; что препятствовало им, если бы они хотели возвратиться туда и быть его гражданами? Они искали отечества небесного. Так спешили они удалиться отсюда и так угождали Богу; потому и сам Бог не стыдится называться Богом их. О, какая честь! Он восхотел называться их Богом. Но что, скажешь, важного в том, что Он не стыдится называться Богом их, когда Он называется Богом земли и Богом неба? Это важно, поистине важно, и служит знаком великого блаженства. Почему? Потому, что Он называется Богом неба и земли так же, как и Богом язычников; Он Бог неба и земли, как Творец и Устроитель их; а (Богом) тех святых Он называется не в этом смысле, а как близкий друг их. Объясню вам это примером. Например: в больших домах, когда некоторые из главнейших слуг отличаются перед другими и при том весьма отличаются, управляют всем и имеют великое дерзновение перед господами, тогда господин называется по их имени; и многие так называются. Но что я говорю? Подобно тому, как мог Он называться Богом не язычников, а вселенной, так точно мог Он называться и Богом Авраама. Вы не знаете, какая честь заключается в этом, потому что мы не имеем её. Ныне Бог называется Господом всех христиан, хотя и это выше нашего достоинства; если же Он называется Богом одного человека, то подумай, сколько в этом величия! Бог вселенной не стыдится называться Богом троих человек, — и справедливо, потому что святые равняются не только этому мiру, но и бесчисленному множеству их: "Лучше один праведник, нежели тысяча грешников" (Сир. 17:3). Итак очевидно, что они называли себя странниками в этом смысле. Положим даже, что они называли себя странниками по чужой земле: тогда что говорит Давид? Разве он не был царём, не был пророком? Разве он жил не в своём отечестве? Почему же он говорит: "…странник я у Тебя и пришлец"? Как — "пришлец"? "Как", — говорит, — "и все отцы мои". Видишь ли, что и они были пресельники? У нас, говорит, ныне есть отечество, но не истинное отечество. Как — "пришлец"? Земли; следовательно и они были пришельцы земли. Как они, так и он, и как он, так и они. Будем же странниками и мы, по крайней мере ныне, чтобы Бог не стыдился называться нашим Богом. А для Него было бы стыдно, если бы Он назывался Богом людей порочных; таких Он и сам стыдится, и напротив считает честью для себя быть Богом людей добрых, честных и упражняющихся в добродетели. И мы отказываемся называться господами наших дурных рабов и отвергаем их; когда кто-нибудь, пришедши, скажет нам: такой-то сделал много дурного, не твой ли он слуга? — тогда мы тотчас говорим: нет, чтобы отклонить от себя позор, потому что есть отношение между рабом и господином, и бесславие переходит с первого на последнего; тем более (стыдится) Бог. Но те мужи были так славны, так много имели дерзновения (перед Богом), что Он не только не стыдился называться их (Богом), но и сам говорил: "…Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова" (Исх. 3:6). Будем, возлюбленные, и мы странниками, чтобы не стыдился нас Бог, чтобы не стыдился и не предал геенне. Таковы были те, которые говорили: "…Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?" (Мф. 7:22). Но Христос, смотрите, что говорит им: "…Я никогда не знал вас" (Мф. 7:23), как поступили бы, чтобы отклонить от себя позор, и господа дурных слуг, прибегающих к ним. Не знаю вас, говорит Он. А как же Ты наказываешь тех, которых не знаешь? Не знаю — говорит Он в другом смысле, т.е. отвергаю вас, отказываюсь от вас. Да не услышим и мы этого грозного и страшного изречения! Если те, которые изгоняли бесов, пророчествовали, были отвергнуты за то, что вели жизнь не соответствующую словам, то не тем ли более мы? Но как, скажешь, могут быть отвергнуты те, которые пророчествовали, совершали чудеса и изгоняли бесов? Они могли впоследствии измениться и сделаться порочными; потому и прежние добродетели не принесли им никакой пользы. Нужно иметь не только начало славное, но ещё более славный конец. В самом деле, скажи мне, оратор не старается ли сделать блистательным заключение своей речи, чтобы удалиться при рукоплесканиях? Градоправитель не является ли более блистательным при конце своего правления? Ратоборец, если не явит блистательного конца и не будет победителем до конца, но, победив всех, сам будет побеждён последним, не лишается ли пользы от всех трудов своих? Кормчий, прошедший целое море, но у пристани разбивший корабль, не теряет ли всего прежнего труда своего? А врач? Если он, избавив больного от болезни, расстроит его тогда, когда мог восстановить окончательно, то не портит ли всего дела? Так бывает и с добродетелью: кто к началу её не прилагает надлежащего и соответствующего ей конца, тот губит всё и погибает. Таковы те, которые вначале весело и гордо выступили на поприще, а потом упали духом и ослабели; потому они и лишились награды и не признаны Владыкой. Пусть слышат это те из нас, которые преданы сребролюбию. Оно — величайшее беззаконие: "ибо корень всех зол", — говорит (апостол), — "есть сребролюбие" (1 Тим. 6:10). Пусть слышат те из нас, которые хотят увеличить своё состояние, — пусть слышат и отстанут от любостяжания, чтобы не услышать того, что услышали те (отверженные Господом). Будем слушать теперь и соблюдать это, чтобы не услышать тогда; будем слушать теперь со страхом, чтобы тогда не услышать в наказание: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» — даже и тогда (не знал вас), когда вы пророчествовали и изгоняли бесов. Можно думать, что в этих словах выражается и ещё нечто другое, именно то, что они и тогда вели жизнь порочную, так как вначале благодать действовала и через людей недостойных. Если она действовала даже через Валаама, то тем более могла действовать через недостойных, для тех, которые имели получить от того пользу. Если же чудеса и знамения не могли избавить от наказания, то тем более, хотя бы кто получил священный сан, хотя бы достиг высшей чести, хотя бы благодать действовала при рукоположении его и во всём прочем, для пользы нуждающихся в предстоятелях, — такой услышит: «Я никогда не знал» тебя, даже и тогда, когда действовала в тебе благодать. О, какая требуется там чистота жизни! Как она одна сильна для того, чтобы ввести нас в царствие небесное. Как без неё человек погибает, хотя бы он мог являть бесчисленные знамения и чудеса! Ничто не бывает так приятно Богу, как добродетельная жизнь: "Если любите Меня", — говорит (Господь), — не сказал: творите чудеса, но что? — "соблюдите Мои заповеди" (Ин. 14:15); и еще: "Вы друзья Мои", — не тогда, когда изгоняете бесов, но — "Если заповеди Мои соблюдете" (Ин. 15:10, 14). Первое — дар Божий; а последнее — и дар Божий и вместе дело нашего усердия. Постараемся же сделаться друзьями Божиими, а не остаться врагами Его.

***

См. Мф. 7:21

 Это осуждение относится не к тем, которым Сам Господь сказал: „Больных исцеляйте, мертвых воскрешайте": Мф. 10:8, а к ложным „чудотворцам": Деян. 19:13—16; 13, 6. 11, и к „живущим по плоти": Рим. 8:5—6. Церкви, основанной И. Хр., дано не только чудеса творить: Деян. 19:10, но и вязать и разрешать грехи: Мф. 16:18—19, а о чудесах сказано: Мф. 17:20.

Дальше идет требование подвига ради стяжания жизни, а жизнь (ἡ ςωή с членом) есть Царство – таков смысл слов о тесных вратах и узком пути в ст. 13–14. Подвиг – в деле. Мы видели в гл. 6, что в деле получает выявление праведность. Дела требует Господь. Это – смысл заключения в собственном смысле (ст. 15–27). За отсутствие дел обличаются лжепророки (ст. 15–23). Дела – это плоды, свидетельствующие о дереве. К исполнению и неисполнению – поощрением и предостережением – относится притча о доме в ст. 24–27. Но дом должен иметь основание. Основание скрыто в земле. И дела – в плодах – выявляют источник. Требуя дел, Господь повторяет с новой силой прежние мысли, данные в толковании ветхозаветного закона: о критерии оценки внутри человека.

На этом Нагорная проповедь кончается. Ее тема – о Царстве. Обращена она, в присутствии народа, к ученикам. Кто стяжает Царство? Должны стяжать ученики – таков ответ. Ученики, следующие за Учителем в полноте Царства, – это Церковь в ее земном пути. Мы уже отметили, что учение Нагорной проповеди предвосхищает учение о Церкви, которое дано – тоже у Матфея – в последующих главах. Только предвосхищает. Однако, точки соприкосновения, указанные выше, могут быть продолжены и дальше.

– Я им тогда отвечу – в оригинале употреблено слово, которое значит «торжественно заявлю, исповедаю». В ответ на их исповедание Он сам дает исповедание: «Я никогда не знал вас» (см. коммент. к ст. 21). Это формула окончательного отвержения, отказ признать их Своими (ср. Ам. 3:2; Ин. 10:14; 1 Кор. 8:3; 2 Тим. 2:12, 19). В заключение Иисус цитирует Пс. 6:9. На этих людях, творящих зло (дословно: «делателях беззакония»), исполнились пророчества Писания.

В тот день—день суда Божия, который наступает для каждого человека по его кончине и наступит для всех людей при всеобщем воскресении.

Эти слова Христовы являются серьезным предостережением всем, кто ищет не чистоты жизни, не средств избавления от страстей, а прозорливцев, чудотворцев, целителей. Господь многим таким «святым» говорит: отойдите от Меня, делающие беззаконие. В чем причина такого ответа?

Оказывается, ни пророчества, ни изгнание бесов Его именем, ни какие угодно другие чудеса, совершаемые человеком или происходящие от его останков (мощей), сами по себе не являются свидетельством его святости, а следовательно, и спасительности этих чудес для человека. Святитель Иоанн Златоуст прямо говорит: «И Христос в тот день (суда) будет давать награды не тем, которые только делали чудеса, но тем, которые исполняли Его заповеди... И в учении о блаженствах Он нигде не упоминает о делающих чудеса, а только — о ведущих жизнь праведную (Мф. 5:3-12)» (О душевном сокрушении. К Димитрию монаху. 8). «Многие изгоняли даже бесов, но потому, что творили беззаконие, не только не сделались чудными, но еще подверглись и наказанию» (Беседы на Евангелие от Матфея. Беседа 46. 3).

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин писал: «Никто не должен прославляться за дары и чудеса Божии, а всякий только за собственные добродетели, которые требуют деятельности ума и усиленного старания. Ибо весьма часто. люди, развращенные умом, и противники веры именем Господа изгоняют демонов и творят великие чудеса» (Писания к семи другим, посланным к епископу Гонорату и Евхерию, собеседованиям отцов, живших в египетской пустыне Фиваиде. 5. 6). Плоды таких чудес всегда губительны.

Преподобный Кассиан называет три причины чудесных исцелений. «Первою причиною исцелений, — пишет он, — бывает благодать, производящая чудеса и даруемая избранным и праведным мужам... Вторая причина — назидание Церкви, или вера тех, которые приносят больных для исцеления, или тех, которые желают получить исцеление. В сем случае сила исцелений исходит иногда и от недостойных, и от грешников, о которых Спаситель говорит в Евангелии... Исцеления третьего рода бывают по обольщению и ухищрению демонов. Человек, преданный явным порокам, может иногда производить удивительные действия и потому почитаться святым и рабом Божиим... От сего происходит то, что демоны, с воплем именуя людей, не имеющих никаких свойств святости и никаких духовных плодов, показывают вид, будто их святость жжет их и они принуждены бежать от одержимых ими» (Там же).

Поэтому требуется очень большая осторожность, чтобы не принять за чудо Божье неизвестное явление или действие прямо бесовское, которое может принести неизлечимый вред. Опытные святые подвижники в тех случаях, когда трудно бывает рассудить о природе того или иного необычного явления, дают христианину такой совет: не хули и не принимай! Не хули, поскольку оно, возможно, от Бога, но и не принимай, чтобы не попасть в дьявольскую ловушку и не пострадать тяжко. Оставайся нейтральным. «Святые отцы, — пишет святитель Игнатий, — повелевают подвижнику молитвы при случающихся явлениях вне и внутри себя пребывать равнодушным к ним и не внимать им, не признавая себя достойным видения святого. Они завещают, с одной стороны,

не порицать явления, чтобы не подвергнуть порицанию святое, а с другой — никак не вверяться явлению, поспешно признав его истинным, чтоб не впасть в сеть лукавого духа» (Избранные письма. Ч. 4. Письмо 290).

Святые небольшое значение придавали чудесам, так как «чудеса, возбуждая удивление, мало содействуют святой жизни» (Преп. Иоанн Кассиан Римлянин. Послание к Кастору, епископу Аптскому. Введение). Поэтому так серьезно звучит предупреждение святителя Игнатия (Брянчанинова): «С течением времени, с постепенным ослаблением христианства и повреждением нравственности знаменоносные мужи умалялись. Наконец, они иссякли окончательно. Между тем человеки, потеряв благоговение и уважение ко всему священному, потеряв смирение, признающее себя недостойным не только совершать знамения, но и видеть их, жаждут чудес более, нежели когда-либо. Человеки, в упоении самомнением, самонадеянностью, невежеством, стремятся неразборчиво, опрометчиво, смело ко всему чудесному, не отказываются сами быть участниками в совершении чудес, решаются на это, нисколько не задумываясь. Такое направление опасно более, нежели когда-либо. Мы приближаемся постепенно к тому времени, в которое должно открыться обширное зрелище многочисленных и поразительных ложных чудес, чтобы увлечь в погибель тех несчастных питомцев плотского мудрования, которые будут обольщены и обмануты этими чудесами» (Аскетическая проповедь. Гл. 1. Ч. 3).

Не спасают и чудеса, если к ним не присоединяются добрые дела, как свидетельство и внешнее выражение живой и спасительной веры: мнози рекут Мне во он день – в день страшного суда: Господи! Господи! Не в Твое ли имя пророчествовахом, и Твоим именем бесы изгонихом, и Твоим именем силы многи сотворихом? И тогда исповем им, яко николиже знах вас, – не знал такими, какими вы себя выставляете, т. е. истинными проповедниками, – отыдите от Мене, делающий беззаконие. Примеры Ветхого и Нового Заветов показывают, что иногда и недостойные, по особенному смотрению Божию, получали дары благодати: так, по словам святителя Иоанна Златоуста, «Бог действовал и через Валаама, открывал будущее фараону и Навуходоносору, и Каиафа пророчествовал, сам не зная, что говорил, и некоторые изгоняли бесов именем Христа, хотя сами не были Христовы». «Иуда также совершал знамения, изгонял бесов, воскрешал мертвых, очищал прокаженных, и однако лишился Царствия Небесного. Это доказывает, что знамения без доброго поведения, без жизни чистой и строгой не могут спасти, а добрая жизнь, не получающая утешения от знамений, и без их помощи, сама по себе, может с дерзновением вводить людей в Царство Небесное» (свт. Иоанн Златоуст).

Христос предупреждает, что спасение требует тяжелой борьбы со страстями, поэтому спасающихся мало: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их» (Мф. 7:13–14). Кроме внутренних врагов спасения всегда будут находиться и внешние – лжепророки и лжеучителя. Как и в начале беседы, Господь указывает на важность соединения веры и добродетелей – проверить доброкачественность пророков и собственных усилий можно по приносимым плодам: «Не всякий, говорящий Мне: “Господи! Господи!”, войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф. 7:21).

...вера приемлющая спасительную силу таинств, и, в особенных случаях, ознаменуемая дарами чудодейственными. Но что и сего рода вера, даже чудодейственная, может иногда быть неполною, неоправдательною и неспасительною, в том не позволяет сомневаться грозное, поистине, изречение Христово: «мнози рекут Мне во он день: не в Твое ли имя пророчествовахом, и Твоим именем бесы изгонихом, и Твоим именем силы многи сотворихом; и тогда исповем им, яко николиже знах вас; отъидите от Мене делающии беззаконие» (Мф. 7:22-23). Итак необходимым дополнением веры, чтобы она была оправдывающею и спасительною, должна быть «верность». На сие дополнение веры указует Апостоль, когда говорит: «праведный от веры жив будет; и аще обинется, не благоволит душа Моя о нем. Мы же братие несмы обиновения в погибель, но веры в снабдение души» (Евр. 10:38-39). «Вера» противоположная погибельному «обиновению», колеблемости, отступлению вспять, непостоянству, измене, есть «верность», – верность Богу и Христу в неизменном исповедании православныя веры, верность в отношении к заповедям Божиим, состоящая в неленостном их исполнении, верность в отношении к таинствам, дарованиям, служениям, в тщательном употреблении оных по намерению Божию, во славу Божию.

О невероятное преспеяние зла и растления человеческаго! Неужели и дающее живот вечный познание Единаго истиннаго Бога, и, егоже послал есть, Иисуса Христа, может быть без духа и жизни? – Надобно признать сие: потому что есть люди По Евреин. сборн.: Так; ибо есть люди... , которые «Бога исповедают ведети, а делы отмещутся Его» (Тит. 1:16). Неужели и вера, которой предоставлено спасать человеков По Евреин. сборн.: спасительная вера... , может быть безполезна? Именно, бесполезна, как говорит Апостол Иаков: «кая польза, братие моя, аще веру глаголет кто имети, дел же не имать? Еда может вера спасти его» (Иак. 2:14)? Неужели может случиться, что самыя действия Духа Божия в человеке, каковы суть: пророчество, изгнание бесов, чудотворение, погрязнут в смешении свойств и дел растленнаго, плотскаго человека; что небесный огнь, который, возгорясь в человеке, должен горе возводить человека, угаснет в брении земном, и начавшаго просвещаться человека оставит темною главнею? – Если бы не было сей опасности; то не было бы произнесено и сего предостережения По Евреин. сборн.: видно, что и сие быть может, когда нам сказано в предостережение... : «духа не угашайте» (1 Фес. 5:19)!
Христе Господи! Если не все, именующие имя Твое, внидут в царствие Твое; кто же из них внидет в оное? Господь ответствует: «творяй волю Отца Моего, Иже есть на небесех» (Мф. 7:21). И напротив, почему некоторые из них не внидут в оное? «Отъидите», глаголет, «от Мене делающии беззаконие» (Мф. 7:23).
Христианин! ты «веруешь сердцем»; вероятно По Евреин. сборн.: может быть... , ты веруешь «в правду». Но Бог один сие знает: весть «Господь сущия Своя». Меня сие не назидает, а может быть и тебя не удостоверяет. Доколе семя лежит в земле; кто знает, будет ли древо и добрый плод?
Ты «устами исповедуешь» имя Господне и твою веру: если бы ты исповедал сие, как святые Исповедники и Мученики, среди ужасов гонения, при угрозах смертию за веру, исповедание твое было бы не одним легким словом, но вместе и сильным делом, и тогда было бы верно то, что исповедуешь «во спасение». Но без того, кто знает По Евреин. сборн.: может быть исповедуешь «во спасение». Но кто знает... , от истинной ли внутренней силы, от живой ли веры происходит твое устное По Евреин. сборн.: сие...  исповедание. Цветут весною и такия древа, которыя не принесут плодов, и сами, от слабости корня и от недостатка сока, увянут и изсохнут. Что, если на древе твоем виден плод только мелкий По Евреин. сборн.: я примечаю плод мелкий...  и грубый, безобразный и безвкусный? Что, если мнимая вера твоя, которая величает себя православною, и даже, может быть, представляет себя чудодействующею, что, если она сопровождается жизнию плотскою и чувственною, делами неправедными и беззаконными? Как бы ни хвалилось тогда древо, как бы ни украшалось цветами; нельзя скрыть, что оно дикое. «Всяко бо древо от плода своего познается» (Лк. 6:44), говорит Великий Вертоградарь. Как бы ни превозносил ты свою веру, как бы ни украшал ее словами исповедания: неправедныя дела и нечистая жизнь обнаруживают По Евреин. сборн.: открывают... , что ты такое в самом деле; не прельщай и не прельщайся: ты не принадлежишь к добрым древам вертограда Христова, но к саду, «егоже не насади Отец небесный», и который «искоренится» (Мф. 15:13), если не будет возделан новым деланием духовным, делами правды и святыни.
Хочешь ли быть добрым древом вертограда, которое не посечется и не искоренится? Приноси плоды добрые! Хочешь ли быть истинным зданием Божиим, вечно живым храмом Духа Святаго? Не только «именуй имя Господне» верою, но «и отступи от неправды» жизнию.
Одно только твердое основание Божественнаго По Евреин. сборн.: блаженнаго...  упования и одно здание вечнаго спасения, одно то, которое «имеет печать сию: да отступит от неправды всяк именуяй имя Господне». По сей печати узнавай между именующими имя Господне сущих Божиих; по сему знамению испытывай себя, приходишь ли ты во усвоение Богу. Святый Василий Великий надежнейшим признаком благодатнаго состояния полагает возненавидение неправды. «Как может», – вопрошает он, – «известитися душа, что простил ей Бог грехи?» И ответствует: «если увидит себе самую в таком расположении, какое имел глаголавый: неправду возненавидех и омерзих» (Кратк. Прав. воп. 12. Пс. 118:163).
Божие здание, Божий дом, душа Христианская! Внимай себе, точно ли твое внутреннее основание имеет истинную печать, утверждающую и охраняющую. Как от пропасти, как от смерти, как от двери ада, «да отступит от неправды всяк именуяй имя Господне» По Евреин. сборн.: Поверим еще, если угодно, предложенное здесь размышление ближайшим опытом воспоминаемых ныне событий. . Аминь.
Посмотрим на основание наших дел. Не запечатлено ли оно желанием: да знает нас мир и да угодим ему? Если так: то дела наши не на Божием основании утверждаются и Господь не знает нас.
Приникнем во глубину души нашей. Не надежда ли на себя и любовь к себе лежит в основании наших мудрований и склонностей? Если так: то не скрыто в нас основание Божие и Господь не знает нас.
Испытаем жизнь нашу. Не на грубых ли только чувствах она утверждается и не до стихийнаго ли только разума возвышается? О как непрочно сие основание и сие здание! Оно рушится со стихийным миром и что тогда нам останется?
Перестанем на песке мира созидать мнимое благо, разрушим надежду на самих себя, утвердим сердце наше в Господе, а в сердце устроим тайное делание молитвы, веры, любви к Богу, которым бы и нынешнее делание добра управляемо было: и тогда восприимем дерзновение упования, что Господь познает и нас, как сущих Своих. Аминь.
«Твердое основание Божие», пишет Апостол, «стоит имущее печать сию: и да отступит от неправды всяк именуяй имя Господне».
Когда видим на здании Божием оную первую печать, или первую надпись печати: «позна Господь сущия Своя», то есть, когда уразумеваем, что един Бог верно знает...
Осмотримся. Не все тут. Не цела сия печать. Не твердо сие основание...»
Не слышите ли, как велегласно весь Иерусалим «именует имя Господне»? Не только ученики Господни, но и народ, и даже Подумаешь, что здесь совершенно явилось «основание Божие», что уже не «Господь» Един «весть сущия Своя», но и вся вселенная их видит, потому что целый город торжественно приемлет Господа и следственно представляет себя градом Божиим. Но помедлите, дайте пройдти немногим дням, и окажется совсем иное. Народ, провозгласивший Христа Царя, охотнее возносить будет языческаго кесаря: «не имамы царя, токмо кесаря» (Ин. 19:15). Будет час, когда во всем Иерусалиме, оглашаемом теперь торжественными восклицаниями Господу нашему, ничего не слышно будет, кроме мятежнаго вопля: «возми, возми, распни Его» (Ин. 19:15).
Несчастный народ и град! От чего с тобою столь внезапная, столь ужасная перемена? От того, что ты не отступил от неправды, хотя на время с некоторым благоговением именовал имя Господне. Архиереи, книжники, князи, фарисеи не отступили от неправды честолюбия и зависти; народ не отступил от неправды суеверия и наемнаго раболепства. Не «Божие основание» то было; и потому не было «твердо», но и разрушено, и по четырем ветрам разсыпано.
Христиане, новый избранный народ Божий! Умудритесь печальным примером древняго. Как от пропасти, как от смерти, как от двери ада, «да отступит от неправды всяк именуяй имя Господне///». Аминь.