Евангелие от Матфея 26 глава 49 стих

По Матфею и Марку: Иногда еще говорил Он, вот, Иуда, один из двенадцати, пришел, и с ним множество народа с мечами и кольями от первосвященников и старейшин народных. Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его. И, тотчас подойдя к Иисусу, сказал: радуйся, Равви! И поцеловал Его. И Господь сначала сказал ему, как об этом вспоминает Лука: Иуда, целованием ли предаешь Сына Человеческого ?. Потом, по Матфею, Он добавил: Друг, для чего ты пришел ? - и по Иоанну продолжил: Кого ищете?

В это время приходит предатель со стражей храма, взятой у первосвященников и с отрядом римской когорты и коварно лобызает Учителя: но его знака не видали, или страже Он не был известен; Иисус Сам выходит и объявляет Себя. Но Божественное величие, небесное спокойствие, с каким Он предавал Себя, напоминая о чудесах, какие творил Он, произвело на стражу Иудейскую, которая прежде отказывалась схватить Его и которая не знала, кого она должна взять, такое впечатление, что они пали на землю. Иисуса захватывают. Петр хочет защищаться: берется за нож, взятый с вечери и уже ударил одного, но Иисус запрещает (не 12 апостолов, а 12 легионов ангелов могли бы защитить Его). Воины хотят захватить и учеников, но Иисус их останавливает и говорит, что напрасно и против Него пришли они с оружием; ученики разбегаются. Юноша оставил свою одежду в руках воинов, когда они хотели схватить его.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 220++

Из последующего поведения Иуды и предложенного Ему Иисусом вопроса можно заключить, что он намеревался, отделившись от отряда, подойти к Иисусу с обычным приветствием, поцеловать Его, затем отойти к Апостолам и тем скрыть свое предательство. Но это ему не удалось. Когда он поспешно подошел к Иисусу и растерянно сказал: Равви! Равви! — то Иисус кротко спросил его: друг, для чего ты пришел? . Не зная, что сказать, Иуда в смущении произнес: радуйся, Равви! и поцеловал Его .

Чтобы показать Иуде, что он не может скрыть своего предательства, Иисус сказал: Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?

Между тем, стража приблизилась к Иисусу, и Он, желая показать, что Сам добровольно отдается ей, спросил: кого ищете?

Хотя отряд не знал, за кем послан, но в нем находились старейшины народа (члены синедриона), пришедшие, быть может, для того, чтобы наблюдать и за Иудой, как он исполнит секретное поручение, не обманет ли он? Эти-то старейшины, на вопрос Иисуса — кого ищете? — ответили: Иисуса Назорея (Ин. 18:4—5). Трудно предполагать, что прибывшие с отрядом старейшины не узнали Иисуса; скорее можно думать, что они притворились не узнавшими Его, любопытствуя видеть, что Он при таких обстоятельствах предпримет. Стоял же с ними и Иуда, предатель Его, которому, вследствие обнаружения предательства, не удалось присоединиться к Апостолам.

«Это Я, кого вы ищете», — громко сказал Иисус старейшинам и всему явившемуся за Ним отряду.

Стражникам внушено было действовать осторожно; им сказано было, что Того, за Кем они посланы, придется взять хитростью, обманом, так как Он имеет приверженцев, которые могут заступиться за Него и укрыть Его. И каково же было удивление стражников, когда Иисус говорит им: «Это Я, Кого приказано вам взять; берите же Меня!»

Неожиданность такого ответа, сила духа, проявленная при этом Иисусом, произвели на стражников необычайное действие: они отступили назад и пали на землю ¹. Эта могучая сила заставила жадных до наживы торгашей безмолвно подчиниться Иисусу и без сопротивления очистить храм. Та же сила духа подчинила себе озлобленных фарисеев, схвативших камни, чтобы убить Иисуса: руки их опустились и камни выпали на них. И теперь толпа, пришедшая с мечами и дрекольями, чтобы взять какого-то важного преступника, пораженная той же силой, отступила и в испуге припала на землю.

В это время стали собираться вокруг Иисуса остальные восемь Апостолов. Стражники очнулись от охватившего их ужаса; некоторые из них подошли к Иисусу ближе, другие же, по-видимому, хотели предупредить сопротивление со стороны учеников Его, и для этого захватить и их всех. Тогда Иисус опять спросил их: кого ищете? — и когда ему ответили по-прежнему — Иисуса Назорея, — то сказал им: Я сказал вам, что это Я; итак, если Меня ищете, оставьте их, пусть идут.

Приводя эти слова Иисуса, Евангелист Иоанн от себя поясняет, что в эту самую ночь Иисус, молясь за Своих учеников, чтобы Отец Небесный сохранил их, сказал: из тех, которых Ты Мне дал, Я не погубил никого. И эти слова должны были сбыться, и действительно сбылись: стража оставила Апостолов и приступила к Иисусу.

Так описан первый акт предстоящей трагедии Страстей Иисуса. Состоялась сделка Иуды с врагами Иисуса. Иуда ведет к Масличной горе толпу людей, собирающихся схватить Иисуса. Иуда знал, что Иисус обычно ходил поздно вечером в сад на этой горе, туда и привел большой отряд «с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных». Эти люди были посланцами Синедриона: храмовая стража и слуги первосвященника. Судя по тому, что они были вооружены мечами и кольями, они ожидали сильного сопротивления со стороны Иисуса и Его учеников.

В качестве предательского знака Иуда хотел воспользоваться поцелуем: «Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его». Ночью было темно, и сразу разглядеть Иисуса пришедшей толпе было трудно. Для этого и нужен был «знак». Таковым стал поцелуй, каким ученики обычно приветствовали учителя. Подойдя к Иисусу, Иуда сказал «“Радуйся, Равви!” и поцеловал Его». И не просто «поцеловал», но – как стоит в оригинальном греческом тексте Евангелия – «крепко расцеловал» Иисуса. «Радуйся!», – обычное греческое приветствие, – разумеется, перевод еврейского приветствия «шалом», то есть «мир»: «Мир Тебе, Учитель!». И после этого – крепкий поцелуй, тот «поцелуй Иуды», который стал во всех языках идиомой, выражающей высшую степень лицемерия и коварства человека, символом гнусного предательства, предательства без смущения и без колебаний. Во время православной литургии перед причастием читается молитва, в которой верующие просят Сына Божия сделать их причастником Святых Тайн и обещают: «нне бо врагом Твоим тайну повем, ни лобызания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во царствии твоем.». Речь идет о так называемом «благоразумном разбойнике», распятым справа от Иисуса Христа.

Когда Иуда условленным заранее поцелуем указал Своего Учителя приведенной им страже, чтобы она взяла Его, тогда, по свидетельству Матфея, Иисус кротко сказал ему: друже, на сие ли пришел еси? и при этом прибавил: Иудо, лобзанием ли Сына Человеческого предаеши? Это был последний призыв Учителя коварному ученику. Называя Иуду другом, Иисус хотел образумить его и показать всю низость его поступка. Он как бы так говорит: «Иуда, если ты прислан как друг, то зачем привёл стражу, с кольями и мечами, чтобы взять Меня, который был другом твоим? Если же пришёл как враг, то зачем, даёшь Мне дружеский поцелуй? Зачем лобзанием предаёшь Сына Человеческаго? Зачем избираешь средством предательства поцелуй, который служит выражением любви и дружбы?

Иуда очевидно, хотел скрыть от Иисуса или от бывших с Ним учеников свое предательство и после приветствия: радуйся, равви! – и поцелуя хотел отойти в сторону и, может быть, даже присоединиться к другим ученикам, показывая вид что стража не им приведена, а случайно пришла за ним. Но Иисус открыл ученикам коварство Иуды.

Называя Себя Сыном Человеческим, самым священным и великим в глазах каждого Иудея именем Мессии, Иисус хотел показать Иуде всю безмерность его преступления. Так как Иуда, пребывший более трёх лет учеником Его, видевший важнейшия и величайшия чудеса Его, слышавший Его высокое учение, без сомнения мог убедиться, что Иисус недаром называл Себя Мессией, а действительно был им.   

Дал (даде) Иуда предатель им, т. е.воинам и слугам знак (знамение), конечно потому, что иные из них не знали в лицо И. Христа, и знавшие могли ошибиться ночью, да еще в саду. Кого поцелую (егоже аще лобжу). Так коварный Иуда злоупотребил знаком дружества и любви!

Приветствую –по‑гречески «ха́йре» («радуйся»), вероятно, это перевод еврейского приветствия «шалом» («мир»). Приветствие Иуды лицемерно, ведь он вовсе не желает Иисусу блага. Так будут приветствовать Иисуса издевавшиеся над Ним солдаты (27:29). То, что Иуда крепко поцеловал или расцеловал Иисуса, еще сильнее говорит о подлости предателя, у которого и сейчас нет ни смущения, ни колебаний.

Только уже в третий раз сатана вооружил его адским мужеством, и Иуда своими гнусными устами напечатлел предательский поцелуй.

У иудеев, как и у всех других народов, практиковались особые формы приветствия. Так, при встрече со знакомыми или спрашивали: השׁלום – соответственно нашему: «как поживаете?» Напр., 2 Цар. 20:9; 4 Цар. 4:26 и др. – или, в смысле доброго пожелания, говорили: שׁלום לך – «спасение, мир с тобою» Суд. 19:20; 1 Пар. 12:18; Ин. 20:19, 21; Лк. 10:5: «мир дому сему».. לך בשׁלום – «иди с миром» – говорили обыкновенно при расставании. При этом, сообразно с личностью приветствуемого, употреблялись те или другие жесты. Практиковался легкий или глубокий поклон, который иногда повторялся несколько раз. Иаков, например, при встрече с Исавом поклонился ему семь раз до земли Быт. 33:3.. Давид сделал три поклона, встретясь с другом своим Ионафаном 1 Цар. 20:41.. Авраам у дуба Мамврийского, выйдя навстречу трем странникам, поклонился им до земли השׁתחוה – Быт. 28:2.. То же сделал Лот пред двумя странниками у ворот Содома Быт. 19:1. См. еще 2 Цар. 9:6; 18:2.. Но особенно в ходу было целование. Как у греков и римлян, у иудеев поцелуй всегда служил знаком доброго расположения, дружбы, преданности, родственной любви. Целовались родственники, друзья и просто знакомые. Целовали руку, уста (בשק), подбородок или бороду, а также щеки, шею, глаза Быт. 27:26; 29:11, 13; 31:28; 33:4; 45:14; 48:10; 50:1. Исх. 4:27; 18:7; Руф. 1:9; 1 Цар. 10:1; 10:4; 2 Цар. 15:5; 20:9; 3 Цар. 19:20; Тов. 7:6–7; 9:8; 10:13; 11:11. В Нов. Зав. Лк. 7:45; 15:20; Деян. 20:37 и др.. Практиковалось иногда и целование ног Лк. 7:38., даже ступеней ног Ис. 49:23., как знак кроткого, смиренного приветствия См. Real-Encyklop. v. Herzog. B. V, s. 451 (1879 r.) Bibl. Wörterbuch v. Zeller B. I, s. 534–535. Handwu,rt. d. Bibl. Altert. v. Dr. Riehm. B. I, s. 541–542. Bibel-Lexicon v. Dr. Schenkel. B. II, s. 37–539. Bibl. Realwurt. v. Winer B. I, s. 600–502. Joh. Jahn’s Bibl. Archäologie, Th. I. B. II. § 200. Archäol. d. Hebräer v. Saalschutz. Th. II, s. 126–130 и др..

Этот знак дружбы и любви, как бы в посмеяние над столь высокими нравственными чувствами, делает Иуда условным знаком, по которому его спутники могли бы узнать Господа Иисуса Христа. «Кого я поцелую, тот и есть, возьмите Его» Мф. 26:48., заранее предупреждает он их. Теперь, когда предатель был уже у цели, всем существом его овладело одно желание: как можно скорее исполнить этот условный знак. Торопливо подходит он уже совсем близко и с холодным приветствием: «радуйся, Равви» (ῥαββί, а не κύριε господин, с которым обыкновенно обращались к Иисусу Христу апостолы), запечатлевает предательский поцелуй на священной ланите своего Учителя и Господа... После этого изменнического лобзания, после властных слов: «Аз есмь», после наивной горячности апостола Петра – Сын Человеческий добровольно предал Себя в руки грешников. «Тогда воины и тысяченачальник и служители иудейские взяли Иисуса и связали Его» Ин. 18:12.

Этим Своим поступком Господь показал яркий пример того, как должно относиться к личным врагам. Своему предателю Он говорит: друг. И когда Его обвиняли первосвященники и старейшины, Он ничего не отвечал (Мф. 27:12). Напротив, тех, которые духовно развращали народ, Он обличал с гневом, нередко рискуя жизнью.

Пробудив спавших учеников и предупредив их об опасности, Спаситель пошел навстречу приближавшейся толпе. Иуда, шедший впереди, лишь только увидел Учителя, поспешил к нему и со словами лицемерного приветствия поцеловал Его. Ужасный поцелуй! «о, какое злодеяние взял на душу свою Иуда! – скажем словами святителя Иоанна Златоуста, – какими глазами он смотрел тогда на Учителя, какими устами лобызал Его? Преступная душа! о чем он рассуждал, на что отваживался?» Присутствие ученика в толпе, присланной врагами Христовыми, и предательский поцелуй болезненно отозвались в сердце Богочеловека.

С ними шел Иуда, который быстро приблизился к Спасителю, чтобы поздороваться с Ним и этим указать воинам, Кого нужно схватить. Господь кротко спросил Иуду: «Друг, для чего ты пришел?»(Мф. 26:50). Трижды в Евангелии используется это обращение «друг» В греческом тексте – товарищ, спутник, сотрапезник., и каждый раз оно имеет уважительное, но не собственно дружеское значение (в притче о брачном пире так обращается царь к дурному человеку, не пожелавшему надеть брачную одежду – см. Мф. 22:12: «Друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде? Он же молчал», а в притче о работниках в винограднике так обращается хозяин к человеку, недовольному уравнением заработка – см. Мф. 20:13: «Друг! я не обижаю тебя; не за динарий ли ты договорился со мною?»). Вопрос Христа можно назвать риторическим, потому что и для Спрашивающего, и для человека спрашиваемого был очевиден ответ. Это обращение Христа к Иуде напоминает вопросы Бога Адаму после грехопадения (Быт. 3:9, 11) и показывает, что можно через покаяние уклониться от погибельного пути, как бы далеко по нему человек ни зашел. Но Иуда отверг и эту возможность и, наклонившись к Иисусу, сказал: «Радуйся, Равви!» – и поцеловал Его, дав условленный знак воинам. Христос, показывая Иуде, что знает цену этого поцелуя, спросил: «Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?» (Лк. 22:48).

Митр. Антоний (Храповицкий) предполагает, что целование Иудино нужно было не только для того, чтобы в темноте не произошло ошибки и взяли Того, Кого хотели, но и в соответствии с нормами Закона. Иуда выступает в роли официально предающего (передающего) Христа в руки Синедриона, как ответственный свидетель вины, но не решается, как требовалось, сам возложить руки на Христа и препоручает это другим: «Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его и ведите осторожно. И, придя, тотчас подошел к Нему и говорит: Равви! Равви! и поцеловал Его. А они возложили на Него руки свои и взяли Его» (Мк. 14:44, 46) См.: Антоний (Храповицкий), митр. Иудино лобзание. [Электр. ресурс:(20.01.12).].