Евангелие от Матфея 19 глава 20 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы по-разному оценивают слова юноши, но сходятся в главном: внешнего исполнения заповедей еще недостаточно для совершенства. Юноша говорит, что сохранил все заповеди от юности, и спрашивает, чего ему еще недостает. В этом вопросе святитель Иоанн Златоуст, Евфимий Зигабен и святитель Игнатий (Брянчанинов) видят доброе стремление: юноша не считает себя уже достигшим цели, а ищет большего пути к вечной жизни. Поэтому Христос, по Марку, «возлюбил его»: Он увидел в нем искреннее желание спасения.

Первая линия толкования — более мягкая. Ее представляют святитель Иоанн Златоуст, Евфимий Зигабен, святитель Игнатий и блаженный Феофилакт. Юноша не лжет сознательно и не хвалится перед Христом, но понимает заповеди недостаточно глубоко. Он исполнил их настолько, насколько мог в рамках ветхозаветного понимания: не вредил ближнему, не нарушал явных запретов, но еще не дошел до полной любви, которая готова делиться своим богатством с нуждающимися.

Вторая линия — более строгая. Ее ясно выражает блаженный Иероним: если юноша действительно любил ближнего как самого себя, то не ушел бы печальным, услышав призыв раздать имение нищим. Значит, его слова об исполнении заповедей были неполными или даже ложными.

Общий смысл таков: юноша стоит на границе между спасением и совершенством. Он сохранил многое, но в нем остается скрытая болезнь — привязанность к богатству. Его вопрос «чего еще недостает?» открывает путь к следующему слову Христа: оставить то, что мешает любви, и последовать за Ним.

Частные замечания Святых Отцов

Блаженный Иероним: юноша говорит неправду, потому что истинная любовь к ближнему не позволила бы ему удерживать богатство при виде нуждающихся.

Преподобный Ефрем Сирин: юноша ожидал, что Господь откроет ему остальные добродетели, через которые он сможет стать совершенным.

Святитель Иоанн Златоуст: вопрос «чего еще недостает?» показывает сильное желание вечного спасения.

Евфимий Зигабен: юноша любил ближнего лишь в смысле «не вредил ему», но еще не достиг любви, которая делится своим имуществом.

Святитель Игнатий (Брянчанинов): из слов Христа юноше видно различие между состоянием спасения и состоянием христианского совершенства.

Блаженный Феофилакт: некоторые осуждали юношу как хвастливого, потому что невозможно совершенно любить ближнего и оставаться богаче его.

Наконец к Господу приходит еще человек, строго исполнявший заповеди Божии, не смотря на то что был облечен высоким саном (начальник άρχων) и обладавший великим богатством, в молодых годах, и питавший ревность о достижении высшего совершенства духовного, чтобы достигнуть жизни вечной. Чего, по-видимому, было более желать от приходящего к Господу? Казалось, он мог войти в царство Его не тем путем, каким обыкновенно призывались прочие, – без покаяния. Сами ученики принимали в нем великое участие (см. последние их вопросы). Но Господь двумя замечаниями обнаружил пред всеми, как еще не близко было сердце сего юноши к пути Божию. Во-первых, Он заметил ему, что не признавши в Иисусе лица Божественного, он, по своей строгости законной, не должен был расточать учителям земным таких титулов, которые в собственном значении могут принадлежать только Единому Богу. Во-вторых, указал ему, что в нем не достает и полной любви к ближнему, когда потребовал от него, чтобы он расстался с своим богатством и роздал его нищим, – и требование сие так смутило юношу, что он, оставив Господа, отошел от Него, скорбя. – С своей стороны Господь ничего не требовал от него здесь особенного против прочих. Заповедь о самоотвержении и отречении от всего ради Евангелия была заповедью для всех.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 165++

Наконец говорит ему юноша: Все это сохранил я от юности моей. Чего еще мне недостает? Говорит ему Иисус: Если хочешь быть совершенным, пойди продай все имущество свое и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи и следуй за Мною (Мф. 19:20-21). И выше написано, что нужно возлюбить врагов своих, и молиться за клевещущих на нас и преследующих нас, и благословлять проклинающих нас См. : Мф. 5:44. Это мы должны делать, если хотим стать совершенными, как Отец наш Небесный, Который повелевает солнцу светить на добрых и злых и дождю орошать землю для всех людей без различия. Это совершенная обязанность, которую греки называют κατόρθωμα. В ней получают совершенство все остальные обязанности, в которых могли быть недостатки. 

 А тот, желая оправдаться, говорит: Все это я исполнил. Что еще мне осталось? (Мф. 19:20). 

«Все эти заповеди я исполняю с детства, — сказал юноша, — чего еще недостает мне?» «Если ты исполняешь все эти заповеди, то войдешь в Царство Небесное, — ответил ему Христос, — но если хочешь быть совершенным, то одного тебе недостает (Мк. 10:21): пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною (Мф. 19:21)». Как исполнял богатый юноша ветхозаветные заповеди — неизвестно; но надо полагать, что он понимал их в духе современных ему книжников и фарисеев, так как весьма опечалился, когда Христос предложил ему отказаться от любостяжания: богатство, которым он обладал, стало его кумиром; расстаться с ним он не мог, и потому, несмотря на призыв Христа следовать за Ним, ушел от Него. В душе юноши происходила борьба: хотелось обеспечить себе блаженство Вечной Жизни и, в то же время, поклоняться своему идолу — богатству; но так как то и другое несовместимы, то опечаленному богачу пришлось выбирать одно из двух, и он предпочел последнее.

Этот разговор Иисуса Христа с богатым юношей приводит к заключению, что путь к блаженству Вечной Жизни указан еще ветхозаветными заповедями, выражавшими собой вечную, неизменяемую волю Божию; чтобы удостоиться этого блаженства, надо было осмысленно исполнять их и, главное, любить ближнего своего, как самого себя. Но так как евреи исказили смысл этих заповедей, а главнейшую, о любви к ближним, совсем не поняли, считая своими ближними только евреев, то Иисусу Христу пришлось восстановить истинный смысл их, разъяснить и дополнить их. Одним из таких дополнений было указание на возможность для человека быть совершенным. Отрекись от всего, что сбивает тебя с пути к вечной жизни, отрекись от друга, который соблазняет тебя, хотя бы он был так близок и необходим тебе, как правая рука твоя или глаз твой; отрекись от всех страстей своих, которые порабощают твою волю; и если страсть любостяжания одолевает тебя, то лучше раздай нищим все, что имеешь, и не бойся кажущейся бедности, какая тебе предстоит; ты станешь богаче, чем был: ты будешь иметь сокровище на небесах!

Итак, слова Иисуса Христа — продай имение твое и раздай нищим, — сказанные юноше, которому богатство мешало войти в Царство Небесное, имеют значение условное и потому не могут считаться заповедью безусловно обязательной для всех. Если богатый человек смотрит на свое богатство не как на свою личную собственность, данную ему для наслаждений, а как на достояние Божие, данное ему лишь во временное управление, и если он управляет им согласно с волей Господина своего, то есть Бога, то он может спастись и не раздавая нищим всего имения, к которому он приставлен¹.

Аще хощеши (если хочешь) совершен быти (быть) и пр. Это высказал Иисус Христос юноше, когда тот сказал Ему, что все 10 заповедей закона Божия он старался исполнять от юности своей, и при этом спросил: что есмь еще не докончал (чего еще не достает мне)? „В этом вопросе слышится, как замечает митр. Филарет, некоторое смирение и некоторое предчувствие духовнаго, новозаветнаго закона". Если хочешь быть совершенным, т. е. таким, который для получения вечной жизни не имеет уже ничего недоконченнаго, недостающаго, если ты ищешь высшаго совершенства. „Ты исполнил 10 заповедей по иудейски — только наружно, но без полной любви к Богу и ближнему, как бы так говорил Иисус Христос; а нужно исполнять их по христиански, т. е. из всецелой любви к Богу и ближнему, нужно иметь такое самоотвержение и быть так свободным от всякой земной привязанности, чтобы, напр., из-за небесной награды (и будешь иметь сокровище на небесех) быть готовым отказаться от имения, раздать его бедным и идти за И. Христом (гряди в след Мене) — приходи и следуй за Мною". Идти за Христом, значит вести такую жизнь, какую Он заповедует. Что именно так, по фарисейски, исполнил юноша заповеди, что он, напр., не желал ближнему своему довольства и обилия столько же, сколько самому себе, это видно из того, что он не послушался Господа, пожалел богатства и соединенных с ним почета и власти и, хотя с сожалением, отошел от Спасителя: слышав (услышав) же юноша слово, отъиде скорбя (отошел с печалию): бе бо имея стяжания многа (потому что у него было большое имение). С другой стороны, Своими словами юноше: аще хощеши и пр. И. Христос призывал его к необязательной для всякаго христианина, совершенной нестяжательности для получения высшаго блаженства на небе: и имети имаши (будешь иметь) сокровище на небеси. Так поступили, напр., апостолы, оставив все (Мф. 19:27); так поступали некоторые из святых, напр., Антоний великий и др. Обет нестяжательности есть один из иноческих обетов. Таким образом расточать ради Христа имение необязательно для христианина; но не иметь пристрастия и привязанности, которыя мешают помогать, сколько возможно, нуждающемуся, есть непременная обязанность всякаго христианина. „Христос Спаситель, учит святит. Филарет, указал нестяжание, как пособие к совершенству, полезное для некоторых, а не как необходимое для всех. Буди совершен, сказал Бог Аврааму, и он был совершен, тогда как он бе богат зело, но к богатству не пристрастен, и следовательно, хранил нестяжание в душе, обладая стяжаниями в доме. Не требовал Он добровольной нищеты и от Иосифа Аримафейскаго, иже и сам учися у Иисуса. Но, наоборот, Иуда думал, что не слишком не позволительно желать умножения денег, чтобы от избытка удобнее было подавать нищим; и не приметил, как совсем забыл правило апостольскаго нестяжания и под покровом нищелюбия воспитал свое корыстолюбие и злокорыстие: тать бе. Кто же не обязан правилом совершеннаго нестяжания, тот, пользуясь богатством, законно приобретенным, не забывай правила, еще псалмопевцем провозглашеннаго всем богатым: богатство аще течет, не прилагайте сердца (Пс. 61:11). Напоминай себе часто, что скоро-ли, долго-ли, или богатство тебя оставит, или ты оставишь богатство, и потому обходись с ним, как с гостем, котораго надо честно принять и честно проводить. Если же ты не умеешь, с сохранением имения, сохранить твою душу; то подлинно, не лучше ли уже погубить богатство, нежели чтобы оно тебя погубило".

–Юноша отвечает, что он выполняет все эти заповеди. Некоторые толкователи видели корень зла в этом его утверждении: он, дескать, самодоволен и горд, лишен смирения, ведь никто не в состоянии выполнить все заповеди Закона. Но очень многие люди того времени были уверены, что они способны это сделать и делают с радостью (см. Пс 119 (118)).

В апокрифическом евангелии евреев в ответ на слова богача о том, что он исполняет Закон и пророков, Иисус отвечает: «Как можешь ты говорить, что исполнил Закон? Ибо написано в Законе: люби ближнего, как самого себя. И смотри, много братьев твоих, сыновей Авраамовых, запачканы грязью и умирают с голоду, твой же дом полон добра, и ничего из того не переходит к ним?» Но в Евангелии Иисус не подвергает слова богача сомнению. Ведь этот человек понял чрезвычайно важную вещь: чтобы получить вечную жизнь, недостаточно соблюдения заповедей Закона, нужно еще что‑то, чего ему недостает.

Юноша видимо ожидал какого-либо нового и необычайного указания со стороны такого великого Учителя и спросил Его: какие заповеди? Когда Христос перечислил ему главнейшие заповеди десятословия и Моисеева закона, с особенным указанием на заповедь любить ближнего как самого себя, то юноша в изумлении заметил, что он все это соблюдал от юности своей и ему хотелось бы еще сделать что-нибудь кроме этого.

Дополняет поучения об отвержении мира встреча с богатым юношей, исполнявшим заповеди и имевшим ревность достигнуть духовного совершенства (Лк. 18:18–28). Господь на вопрос юноши, чего ему недостает для этого, ответил: «Оставь все и следуй за Мной». Этот ответ показывает, что совершенства можно достичь только полным оставлением всего ради Христа. В условиях жизни в миру такое полное оставление почти неосуществимо, поэтому в Церкви со временем этот идеал реализовался в монашестве.

Но нельзя не обратить внимание, что среди учеников Христа были такие богатые и влиятельные люди, как Никодим и Иосиф Аримафейский, не оставлявшие ни своего богатства, ни общественного положения. Это не означает, что одни люди призываются все оставить ради Христа, а другие к этому не призываются. Каждое слово Спасителя обращено ко всем и для всех имеет значение непреложного правила, но в Церкви спасаются конкретные личности, многое зависит от духовного состояния человека, поэтому и степени, и формы отказа от богатства у всех различны. Любому христианину нельзя рассматривать богатство как самоценность, нельзя считать себя владельцем богатства, но лишь его распорядителем. Если человек не считает богатство своим и использует свои материальные возможности для служения ближним, а не для самоугождения и питания своих страстей, то тем самым он совершает духовный подвиг ради Христа и его лишь условно можно назвать богатым. Такими условно богатыми были Никодим и Иосиф Аримафейский.

 В то время, когда человек ищет себе наставления для вечной жизни, трудно подозревать его в вознамеренном лицемерном самохвальстве пред своим наставником: ибо в сем случае он обманывал бы только самого себя, и, скрывая от наставника истинное состояние своей души, тем самым лишал бы себя наставления, сему состоянию приличнаго. И так должно думать, что Евангельский юноша не против совести объявил себя сохранившим заповеди от юности своей: хотя впрочем можно, и должно приметить, что зеркало совести его, не очищенное и не просветленное благодатию Христовою, не довольно чисто и верно представляло ему духовный вид и достоинство его деяний. Если от Израильтянина не требовать более, нежели чего надлежит от него требовать, по состоянию Израильтянина: то сей Израильтянин опять является довольно хорошим; и я опять опасаюсь, что не каждый из нас, Христиане, выдержит с ним сравнение в добродетели.
Сохранил ли ты, Христианин, те заповеди, которыя сохранил сей Израильтянин? А тебе легче было, нежели ему, сохранить оныя, и не сравненно более можно и должно было сделать добра, при помощи благодати Христовой, данной тебе во святом крещении, щедро умножаемой, и удобно возобновляемой другими Христианскими таинствами.
Послушаем еще Израильтянина. – «Вся сия сохраних от юности моея; что есмь еще не докончал?» (Мф. 19:20) – Какой опять благоразумный вопрос! Как обыкновенный ученик писмени закона, смотря на дела свои со внешней их стороны, он почитает себя исполнившим заповеди: однако потому еще не почитает себя заслужившим жизнь вечную; не думает, чтобы удаление от грубых грехов и преступлений можно было поставить в столь высокую цену пред Богом, но предполагает, что для приближения к Богу, для достижения Царствия Его, нужен какой нибудь подвиг более возвышенный, более достойный величия Божия. Не видите-ли, что тут есть некоторое смирение, и некоторое предчувствие духовнаго закона? Сии добрыя расположения душевныя привели сего Израильтянина ко Христу; поставили его во дверях благодати; открыли пред ним путь не только спасения от вечной смерти, но и путь совершенства, ведущий к вечной жизни и к высшим степеням блаженства: ибо Господь точно нашел его способным к тому, чтобы преподать ему учение совершенства: «аще хощеши совершен быти» (Мф. 19:21).