Евангелие от Матфея 18 глава 23 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы видят в начале притчи прямое объяснение прежней заповеди: прощать нужно без счёта, потому что сам человек перед Богом — неоплатный должник. Евфимий Зигабен, блж. Иероним, свт. Иоанн Златоуст, прп. Иустин Попович, свт. Тихон Задонский и блж. Феофилакт согласно указывают: царь в притче означает Бога или Христа, а рабы — людей, которые должны дать Ему ответ за свою жизнь.

Главная линия толкования — нравственная: если Бог прощает человеку огромный долг грехов, то человек обязан прощать ближнему гораздо меньшие обиды. Свт. Иоанн Златоуст особенно подчеркивает несравнимость грехов против Бога и обид между людьми: они различаются как «десять тысяч талантов» и «сто динариев», и даже больше. Блж. Иероним объясняет это просто: тяжкие грехи против Бога прощаются по прошению, а мы часто остаёмся непримиримыми из-за обидного слова.

Вторая линия — судебная. Евфимий Зигабен, свт. Тихон Задонский и блж. Феофилакт показывают: притча предупреждает, что немилосердный человек сам лишает себя Божией милости. Бог не наказывает без суда, но требует отчёта. Если человек, сам получивший прощение, не прощает другого, то прежний долг снова становится обвинением против него.

Третья линия — о духовном исцелении. Прп. Иустин Попович говорит, что Божия милость дана человеку не только для освобождения от долга, но и для преображения сердца. Милосердие должно перейти в братолюбие; если этого не происходит, душа остаётся в жестокости и грехе.

Частные замечания Святых Отцов

Блж. Иероним замечает, что Христос часто говорит притчами, чтобы трудное наставление стало понятнее через пример. Он также отвергает толкование, будто должник в десять тысяч талантов — дьявол.

Свт. Иоанн Златоуст уточняет причину огромного долга перед Богом: человек грешит перед Богом постоянно и часто без страха, хотя перед людьми удерживается.

Блж. Феофилакт объясняет слова «Царство» и «человек-царь»: Слово Божие воплотилось ради нас и стало подобно человеку. «Сосчитаться» означает суд и отчёт, но суд добрый и праведный.

Свт. Тихон Задонский добавляет строгую мысль: питающему гнев и не прощающему ближнего не только не простятся грехи, но и прежние прощённые грехи вспомнятся.

Свт. Николай Сербский поясняет выражение «человек царь»: слово «человек» указывает на доброго царя и на то, что человеческое достоинство выше самого царского звания.

Вот ряд действий и наставлений, составляющих заключение Галилейского поприща Иисуса Христа. Начиная с отправления по Кесарии и вопроса о том: кого Мя глаголют быти человецы, – до учения о хранении от соблазнов и притчи о взыскании погибшего Сыном человеческим, все связано между собой тесным внутренним союзом (18, 15–20, 21–35). К этому евангелист Матфей присовокупляет еще учение о том, как надлежит поступать в отношении к причиняющим обиду – в том случае, когда оскорбивший не хочет сознать своей вины, и в том случае, когда сознает ее и просит прощения. В первом случае предлагается несколько постепенно усиливаемых мер к вразумлению оскорбившего; в последнем безграничное прощение.

Было ли это произнесено Господом тогда же, трудно решить. Если принимать во внимание то, что было говорено Спасителем выше и что случилось между апостолами: по-видимому можно найти между тем и другим связь. Однако же ни св. Лука, ни св. Марк этой беседы при настоящем случае не передают. Она отчасти дает объяснение на то, когда надлежит пользоваться апостолам своим правом вязать и решить и изображает третью высокую черту в духе последователя Христова, в его отношениях к своему ближнему (первая, – вышеизложенная, – самоуничижение, вторая – строгая внимательность, чтобы не соблазнить кого). Поэтому внутренняя связь наставлений не прерывается, но имеют ли они и внешнюю – историческую, это не видно из краткого замечания Евангелиста о споре апостолов между собой.

Впрочем оставляя поприще Галилейское, мы должны заметить, что не все события, там случившиеся, нам известны. Что такое случилось в Хоразине, Вифсаиде, Капернауме – что могло бы вызвать такие строгие угрозы из уст Господа (Лк. 10:13–15), – этого мы не знаем.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 154++

Притча о жестоком заимодавце начинается со слов: «Царство Небесное подобно царю», и это значит, что тайна прощения сокрыта в Божественной благодати, в тайне Царства Небесного.  

Наставление И. Христа употреблять все меры к обращению заблудших на путь спасения и только после непослушания их всей церкви отлучать их от общения с нею, но потом снова принимать в общение с церковию, если они раскаятся (ибо власть апостолам дается не только вязать, но и решить), ап. Петру кажется не совсем ясным; он думает, что должны же быть границы, дале которых не должно итти прощение согрешающих, и поэтому спрашивает: сколько раз должен он прощать согрешающему против него брата? Иудейские раввины учили, что должно прощать три раза. Петр чувствует, что этого мало по мысли Христа, и потому прямо спрашивает: должен ли он прощать семь раз? И. Христос отвечает Петру, что он должен прощать безсчетное число раз. В отношении к согрешающим против церкви прощение их должно быть безсчетное число раз —под условием их раскаяния (15 — 18). В отношении же к личным оскорбителям (вопрос Петра касался именно и личных оскорбителей) это повеление И. Христа должно быть понимаемо безусловно.'

«Прощайте и прощены будете» (Лк.6: 37; Мк. 11: 25–26), – не раз говорил Спаситель, поставив прощение нами ближних непременным условием прощения нас Господом. В одной из бесед Христа с учениками Своими на эту тему, наставление Его о любовном и осторожном обличении согрешившего брата вызвало вопрос апостола Петра о том, сколько раз нужно прощать обидевшего? По учению законников, прощать можно только три раза. Ап. Петр, желая превзойти ветхозаветную праведность, увеличил это число до семи. Но Христос, учивший очищать и просветлять своё сердце всепрощающей любовью, отвечает, что нужно прощать до семижды семидесяти раз, т.е. прощать нужно неограниченное число раз. Для того, чтобы Петру это стало ясно, Христос привёл, как наглядный пример, притчу о немилосердном должнике. 

Смысл этой притчи прозрачно ясен. «Царь» – это Господь, Которому дана всякая власть на небе и на земле (Мф. 28: 18). «Рабы царя» – это мы, люди, неоплатные должники перед Господом. Хотя мы и по греховности своей недостойны милосердия Божия, Господь через крестную смерть Своего Сына простил нам согрешения наши.

«Царство небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими». То, что происходит в Царствии Небесном, в Церкви Христовой, можно уподобить случаю, описанному в притче, когда царь захотел сосчитаться с рабами своими, то есть потребовать от них отчета. Отчет обо всех наших помыслах и желаниях, словах и делах Царь Небесный вправе потребовать в любое время, когда Он захочет. Мы должны быть готовы дать Ему этот отчёт. Это значит жить не как попало, а строить нашу жизнь по евангельским законам. Это великая милость Божия, когда Он в этом мире хочет сосчитаться с нами, т.е. привести нас к сознанию о необходимости выплатить наши долги через покаяние. Самое страшное, когда мы со своими долгами уходим в другой мир, где уже не будет возможности покаяния. 

Отвечая на вопрос Петра, Христос рассказывает историю, которую обычно называют притчей о немилосердном должнике. В ней речь идет о двух важнейших аспектах прощения: в первой части (ст. 21–27) говорится о тех, кто нуждается в прощении, а во второй (ст. 28–35) – о тех, кто должен простить.

По уши в долгах

Раб, приведенный к царю, был должен ему десять тысяч талантов. Один талант, напомню, это средняя заработная плата за пятнадцать лет. То есть долг этого человека составлял астрономическую сумму, и никакой реальной возможности выплатить его не существовало. И все же должник умоляет дать ему время: очевидно, он так и не осознал размер своего долга. Ситуация усугубляется тем, что он не осознает и свою неправоту и считает, что может изменить положение дел самостоятельно.

Но решить проблему такого огромного долга под силу только царю, а не рабу. Господин принимает решение, основываясь не на принципах финансовой справедливости, но на милосердном сострадании, очевидно, будучи движим жалостью к должнику и членам его семьи: «Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему». Мы не поймем притчу, если не увидим в прощенном рабе самих себя. Принципиально важно осознать, что сумма преступлений против Бога, накопленных за всю нашу жизнь, огромна. Большие и малые грехи, эгоистичные действия и мысли, ненависть друг к другу, боль, которую мы причиняем ближним, наши страсти, гордость, гнев, ненависть, ложь – все это непрестанно, ежедневно растет как снежный ком. Проделаем простое упражнение: в течение одного дня будем, по выражению святых отцов, «внимать себе», фиксируя все греховные поступки и мысли, ведя своего рода «покаянный дневник».

«Взгляните, понаблюдайте за сердцем вашим в продолжение небольшого времени, – призывает святитель Феофан Затворник, – и увидите, что в нем делается: получили неприятность – рассердились; встретили неудачу – опечалились; увидели равного себе, готового занять высшее место, – начинаете завидовать; подумали о своих совершенствах – заболели гордостью; человекоугодие, тщеславие, похоть, сластолюбие, леность, ненависть так и поражают бедное сердце».

Если честно провести эксперимент, а затем умножить результат на 365 дней и 60–70 лет жизни, итог будет ужасающим (особенно если добавить тяжелые грехи, которые мы совершаем не каждый день, а время от времени). И это – наш долг перед Богом; мы сами, даже приложив все усилия, никоим образом не сможем его выплатить. Ушедшее время не вернешь и сделанного не исправишь. Но это не повод для отчаяния – Бог «прощает нам все грехи» (см.: Кол. 2:13) благодаря Крестной Жертве Иисуса Христа. Божественное прощение предшествует нашим действиям, поскольку Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками (см.: Рим. 5:8).

Размышляя о тайне искупления, святитель Амвросий Медиоланский пишет: «Бог стал человеком для нас. Он воспринял худшее, чтобы дать лучшее; обнищал, чтобы нам обогатиться Его нищетою; принял образ раба, чтобы нам получить свободу; снизошел, чтобы нам вознестись, был искушен, чтобы нам победить; претерпел бесславие, чтобы нас прославить; умер, чтобы спасти, вознесся, чтобы привлечь к Себе поверженных грехом».

С точки зрения человеческой логики у Бога не было и нет необходимости прощать наши грехи, подобно тому как и царь не имел рациональных оснований для прощения огромного долга. Однако Бог освобождает, а не обвиняет нас, позволяет нам выйти на свободу. Возглас Спасителя на кресте: Совершилось! (Ин. 19:30) означает, что все наши грехи омыты Его кровью, и потому все мы – помилованные должники из притчи. На кресте Христос не ищет виновных в преступном распятии – римлян, фарисеев, иудеев, людей, которые стояли вокруг и смотрели, но из Его уст звучат слова Божественной любви и прощения: Отче! прости им, ибо не знают, что делают (Лк. 23:34).

Но чтобы Петр и другие Апостолы могли понять, для чего требуется такое всепрощение, Иисус тотчас же сказал им притчу. Объяснения ее мы заимствуем из Беседы Иоанна Златоуста на притчу о должнике (Творения. Т. 3).

Притча о немилосердном должнике

«Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими. Не пробегай без внимания это изречение, но открой мне судилище то и, вошедши в свою совесть, подумай о том, что сделано тобой во всю жизнь. Если ты богат — подумай, что отдашь отчет: на блудниц истратил ты деньги или на бедных, на тунеядцев и льстецов или на нуждающихся, на распутство или на человеколюбие, на удовольствие, лакомство и пьянство или на вспоможение несчастным? И не в одной только трате потребуют у тебя отчета, но и в приобретении имущества: праведными ли трудами собрал ты его или хищением и лихоимством, получив ли родительское наследство или разоривши домы сирот и расхитивши имущества вдовиц? И не богач только, но и бедный даст отчет — в бедности: благодушно ли и с благодарением ли перенес бедность, не впал ли в уныние, не подосадовал ли, не возроптал ли на Божий Промысел, видя другого в роскоши и удовольствиях, а себя в нужде? Как у богача потребуют отчета в милостыне, так у бедного в терпении, или, лучше, не в терпении только, но и в самой милостыне, потому что бедность не мешает милостыне; свидетель — вдовица, положившая две лепты и этим малым вкладом превзошедшая тех, которые положили помногу. И не богатые только да бедные, но и начальники с судьями должны дать отчет: не извратили ли они правду, не произнесли ли приговора над подсудимыми по пристрастию или по ненависти, не дали ли, уступив лести, неправедного решения или, по злопамятству, не сделали ли зла невинным? Да и не светские только начальники, но и предстоятели Церкви дадут отчет в своем начальстве, и они особенно подвергнутся строжайшим и тягчайшим взысканиям. Тот, кому вверено служение слова, даст там строгий отчет, не опустил ли по лености или по злорадству чего-либо такого, что бы сказать надлежало, и доказал ли на деле, что изъяснил он все и не скрыл ничего полезного. Но не в одних делах, а в словах тогда дадим отчет: не бессмысленно ли и не попусту ли тратили слова, потому что не столько вредна пустая трата денег, сколько бессмысленное, суетное и напрасное употребление слов. Напрасная трата денег делает иногда ущерб имению, а слово, произнесенное без рассуждения, губит и разрушает души. Ущерб имения можно опять поправить, а слово, раз вылетевшее, возвратить назад нельзя. И не только в своих словах мы дадим отчет, но и в слушании чужих слов; например, не внял ли ты ложному обвинению ближнего? И что говорю я о словах и о слухе, когда мы подлежим взысканию даже за помыслы?

Понятно, что в этой остроумной притче речь идет о бесконечном великом милосердии Божием. Часто встречающееся в речи Иисуса выражение типа «Царство Небесное подобно царю» характерно для семитской речи и означает: «в Царстве Небесном все происходит так, как обстояло дело с царем и его рабами». В Библии, как и вообще на Древнем Востоке «рабами» царя назывались все его подданные. Здесь это высокопоставленные лица, правители отдельных областей, что видно из огромного долга одного из таких «рабов».  

Ученые отмечают, что ситуация, описанная в притче, дает представление о жизни еврейского народа под римским владычеством. Притча начинается с того, что царь решил «сосчитаться с рабами своими». Имеется в виду не что иное, как финансовая инспекция, осуществляемая по приказу носителя верховной власти в государстве.

Первый и второй должники обозначаются терминами δούλος и σύνδουλος соответственно: первый термин указывает на раба, второй на «сораба», то есть такого же раба, находящегося в равном положении с первым и, судя по содержанию притчи, работающего у того же господина. У второго раба, в свою очередь, есть сочувствующие ему σύνδουλοι («сорабы», «товарищи»), то есть такие же, как он, рабы, находящиеся на службе у того же господина. Значительная часть сюжета развивается внутри общества рабов одного господина, тогда как основной темой притчи являются взаимоотношения первого раба с господином и его же взаимоотношения с одним из своих товарищей.
В притчах Иисуса термин δούλος («раб», «слуга») встречается многократно — как в единственном, так и во множественном числе. Рабы, или слуги, являются героями в общей сложности двенадцати притч: о пшенице и плевелах (Мф. 13:27-28), о немилосердном заимодавце (Мф. 18:23, 26-28, 32), о злых виноградарях (Мф. 21:34; Мк. 12:2, 4; Лк. 20:10-11), о брачном пире (Мф. 22:3-4, 6, 8, 10), о благоразумном рабе/домоправителе (Мф. 24:45-46, 48, 50; Лк. 12:43, 45-47), об ожидании хозяина дома (Мк. 13:34), о бодрствующих слугах (Лк. 13:37), о званых на вечерю (Лк. 14:17, 21-23), о талантах (Мф. 25:14, 19, 21, 23, 26, 30), о блудном сыне (Лк. 15:22), о рабах ничего не стоящих (Лк. 17:7, 9-10), о десяти минах (Лк. 19:13, 15, 17, 22). Термин δούλος встречается в прямой речи Иисуса и за пределами притч, например, в словах, обращенных к ученикам:
Ученик не выше учителя, и слуга (δούλος) не выше господина своего: довольно для ученика, чтобы он был, как учитель его, и для слуги, чтобы он был, как господин его (Мф. 10:24-25).
Кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою (διάκονος); и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом (δούλος) (Мф. 20:26-27; Мк. 10:44-45).
Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего (Ин. 15:15).
Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас; если Мое слово соблюдали, будут соблюдать и ваше (Ин. 15:20).
Время земной жизни Иисуса совпало с наивысшим расцветом рабства в Римском государстве. Если на раннем этапе существования Римской республики рабов было относительно немного, то в результате завоеваний периода поздней республики их количество расширилось во много раз — прежде всего за счет военнопленных, которых не убивали, а обращали в рабство. Превращение республики в империю, произошедшее в 27 году до Р. Х. при Октавиане августе, способствовало дальнейшему развитию института рабства. Общее количество рабов на территории Римской империи времен Иисуса оценивается поразному: в одной Италии их было, как принято считать, 2-3 миллиона, и соотношение рабов к свободным оценивается как 1 к 2 или 2 к 5. При этом за пределами Италии, в том числе в Израиле, рабов было значительно меньше.
Раб считался собственностью своего господина, наряду с землей, недвижимостью, скотом. Власть хозяина над рабом была безусловной. Хозяин мог по своему усмотрению наказать раба, изувечить, кастрировать или убить. Брачный союз между рабом и рабыней не имел никакого юридического статуса: он воспринимался как сожительство, которое могло быть расторгнуто по воле господина. Рабы были не субъектом, а объектом права. Введение норм, смягчающих положение рабов, в римское законодательство началось около середины I века по Р. Х. (в частности, Lex Petronia de servis , принятый предположительно в 61 году); во времена Иисуса таких норм практически не существовало. Лишь в IV веке, при императоре Константине, наказание за умышленное убийство раба было юридически приравнено к наказанию за убийство свободного человека, и принятие этой нормы стало прямым следствием влияния христианской нравственности на законодательство Римской империи.
Ситуация, описанная в притче, отражает положение рабов в Римской империи времен Иисуса Христа. Судьба раба находилась полностью в руках его господина. Помиловать или наказать, простить долг или нет, определить меру наказания провинившемуся — все это зависело исключительно от воли хозяина.

После учения о прощении согрешающаго ближняго и после вопроса ап. Петра о том, сколько раз должно прощать друг друга, Господь И. Христос предложил притчу о том, что если мы не будем прощать других, то и сами не получим прощения от Бога. Эта притча — о милосердном царе и немилосердном должнике. Что такое притча? Это — род загадки. В притче говорится об одном, и говорится о случае очень обыкновенном, житейском, а нужно понимать о другом — духовном, нужно как бы разгадывать, постигать значение притчи. Притчи в древния времена на востоке были в большом употреблении (чит. относительно притчей в объясн. Мф. 13:3.).
В указанной притче представлен царь, который считается с своими рабами — должниками. В притче под царством небесным разумеется церковь Христова на земле и блаженство на небе (о сем царстве чит. в объясн. Мф. 2:3.); под царем разумеется Бог, а под рабами — люди. И в царстве Божием, нодобно как в царствах земных, есть царь и подданные: царь — Бог, Христос, подданные — люди верующие. Должником, обыкновенно, называется тот, кто взял у другого что либо, деньги или вещи, и должен возвратить ему взятое. Так человек одолжен Богу всем: и своим происхождением на свет, и своею жизнью, и способностями, и средствами и т. п., и должен бы платить Ему за то послушанием Ему, исполнением закона Его, — словом, добрыми делами-, но он часто не творит добрых дел, согрешает, — и таким образом становится должником пред Богом. Царь захотел сосчитаться (восхоте стязатися о словеси) с своими рабами. Сосчитаться, т. е. требовать уплаты долга. Это требование долга Богом от людей будет главным образом на страшном суде Христовом, когда Господь потребует от нас отчета во всех наших мыслях и желаниях, словах и делах; но совершается и на так называемом частном суде, т. е. по смерти каждаго человека; совершается еще и при жизни человека на земле, когда, напр., мы слышим голос закона Христова и чувствуем угрызения своей совести, или когда Бог посылает на нас разныя наказания: скорби, болезни и т. п., которыя напоминают нам о наших грехах. В притче говорится, что царь стал считаться, когда восхотел; этим указывается на то, что мы всегда должны быть готовы предстать на суд Божий, потому что не знаем ни дня, ни часа своей смерти. На это же указывает и то, что должник приведен был к царю, а не сам пришел.

В доказательство великого милосердия Божьего Иисус рассказывает притчу, дающую представление о том, что такое Его Царство. Хотя дословно говорится, что Царство подобно царю, на самом деле это значит, что сравнивается вся ситуация с царем и его слугами. В Библии слугами царя обычно называются люди, занимающие высшие посты (министры, казначеи). Здесь же, вероятно, подразумеваются правители целых областей или даже покоренных народов. Именно этим может объясняться огромный размер долга.

  Царство Небесное нельзя ни описать словами, ни обрисовать красками, оно только до некоторой степени может быть уподоблено тому, что происходит в этом мире. Господьговорит в притчах, ибо иначе трудно выразить то, что не от мира сего. Этот мир помрачен и обезображен грехом, но все же он не вполне утратил сходство с иным, истинным миром. Этот мир не является - далеко не является - дубликатом того, но всего лишь бледною картиной и тенью его. Отсюда и проистекает возможность уподобления между двумя мирами как между предметом и его тенью.
     Почему Господь говорит: "человек царь" (Сего ради уподобися царствие небесное человеку царю, иже восхоте стязатися о словеси с рабы своими), а не просто "царь"?
Во-первых, для того чтобы подчеркнуть: звание человека выше звания царя: быть человеком большая честь, чем царем. Точнее, «человек» означает истинное достоинство, а «царь» - служение.
Во-вторых, чтобы показать хорошего царя.
     Так же Господь говорит и
"человек некий бе домовит, иже насади виноград";
"паки подобно есть царствие небесное человеку купцу, ищущу добрых бисерей",
- все с тем же намерением: подчеркнуть, что речь идет о хорошем домохозяине, о хорошем купце, как и о хорошем царе.
Говоря о судье, который Бога не боялся и людей не стыдился (Лк. 18:2), Господь не говорит: "человек судия", но просто: "судия бе некий". Из сего видно, что под словами "человек царь" Господь подразумевает «хороший царь». 

-35 См. Мф. 5:7 и Мф. 7:2. Те, кому известна милость Божия, должны и действовать на основании милости. Если, не выказывая милости, они настаивают на справедливости, то и удостоятся не милости, а справедливости. Сердце, которое не прощает, не получит прощения и будет терзаться "пока не отдаст... всего долга" (ст. Мф. 18:34), то есть, в нашем случае, вовеки веков. Подлинно милующее сердце — плод духовного возрождения (Ин. 3:3).

Что последователь Евангелия, желающий получить прощение своих грехов у бесконечно милосердого Бога, и сам должен быть милосердым к ближним своим, Иисус Христос объяснил в следующей притче. Уподобися Царствие Небесное человеку царю, иже восхоте стязатися о словеси с рабы своими. Наченшу же ему стязатися, приведоша ему единаго должника тмою талантов  

Царь-заимодавец – это Бог, преизобильно наделяющий человека дарами своей благости – естественными и благодатными. 

Кроме подражания Богу в желании спасения других, человек в общении с согрешающим братом должен помнить и о том, что он сам небезупречен перед Богом: надо миловать других, потому что Бог милует нас, и без конца прощать личные обиды: «Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи раз, но до седмижды семидесяти раз» (Мф. 18:21–22). В качестве наглядной картинки к этому наставлению, а также к словам из молитвы «Отче наш…»: «Остави нам долги наша, как и мы оставляем должникам нашим» – Господь предложил притчу о немилосердном должнике, которому царь по милости простил огромный долг, а он сам, выйдя на свободу, упек в тюрьму собственного должника за мизерный долг, вопреки слезным просьбам. «Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя? И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его» (Мф. 18:32–35).

 Поучение этой притчи: те, которые не хотят оказать милосердия ближнему, и сами не могут ожидать милости от Бога.

  Кого означает первый слуга? – Означает грешника, начинающая сознавать опасность своего состояния и боящегося наказания, но все-таки надеющегося спастись своими собственными силами.

  Что он говорит? – Потерпи на мне, и все тебе заплачу.

  Мог ли он это исполнить? – Нет: долг его был слишком велик.

  Что делает царь? – Тронутый милосердием, он прощает ему долг.

  Какое общее наставление можем мы извлечь из этого? – То, что Бог, ради заслуг возлюбленного Сына своего, готов прощать кающихся грешников.

  Чему нас должна научить большая разница между ста динариями и десятью тысячами талантов? – Тому, что все наши вины против ближних слишком малы в сравнении с нашими грехами против Бога.

  Что доказывает жестокий поступок первого слуги против своего собрата? – То, что сердце его не переменилось.

  Чему научает нас его наказание? – Тому, что жестокосердие есть тяжкий грех, и что Бог строго наказывает жестокосердие даже против тех, которые нас оскорбляют.

  Вообще эта притча показывает, что мы должны смиренно просить у Бога прощения наших грехов, ради Иисуса Христа, и должны быть терпеливы и снисходительны ко всем, кто каким бы то ни было образом обидел или оскорбил нас.

Тексты, относящиеся к притче о немилосердном рабе

1. Ради имене Твоего, Господи, и очисти грех мой: мног бо есть. Пс. 24:11.

2. Зане милостив буду неправдам их, и грехов их и беззаконий их не имам помянути к тому. Евр. 8:12.

3. Остави нам долги наша, яко и мы оставляем должником нашим. Мф. 6:12.

4. Аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших. Мф. 6:15.

5. Суд бо без милости не сотворшему милости. Иак. 2:13.

6. Любите враги ваша, благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас. Мф. 5:44.

7. Бывайте же друг ко другу блази, милосерди, прощающе друг другу, якоже и Бог во Христе простил есть вам. Еф. 4:32.

Евангельское чтение настоящаго воскреснаго дня назначает предметом настоящаго слова учение о прощении согрешающих. Сие не будет неблаговременно и для особеннаго настоящаго торжества о Благочестивейшем Государе императоре Нашем, Богом венчанном и священно-помазанном. Святое учение кстати встречается с достойным себя примером, и назидательныя размышления облегчаются приятными воспоминаниями верноподданнической любви.
Сколько в обширной державе Благочестивейшаго Императора Нашего людей, которые пред Его правосудием были в долгу, иногда и очень тяжком, но которых судьба может быть изображена сею Евангельскою чертою: «милосердовав же господь раба того, прости его, и долг отпусти ему!» (Мф. 18:27) Сколько, следственно, таких, которых Он сильным примером собственнаго милосердия может учить милосердию к согрешающим: «не подобает ли и тебе помиловати клеврета твоего, якоже и аз тя помиловах?» 

Можно ли не воспомянуть теперь, что и Первородный Сын Благочестивейшаго Государя нашего В Христ. Чтен.: Великодушнаго Николая. , вступая с возрастом в неотсрочное наследие Родительских добродетелей, одно из ранних движений наследственной благости явил в сострадательном внимании к судьбе должников правосудия, и в ходатайстве пред Августейшим Родителем о ея облегчении, какое только возможно милосерднию без оскорбления правосудия; и что милосердие Царя с радостию отозвалось милосердию Сына Царева?
И так возвратимся к Евангелию, и возмем оттуда побуждение и способ перенести и в наши домы и в наши сердца – добродетель, столь светло сияющую пред нами на престоле.
Чтобы учение о прощении согрешающим соединить с побуждением к исполнению онаго, Божественный Учитель наш предлагает оное в поразительной притче.
Царь требует отчета от подданных, у которых было в руках множество богатства, ему принадлежащаго.

Earlier, the Lord had commanded Peter, who had asked about this, that it is necessary to forgive the sinning brother not seven times but seventy times seven times. He then added the similitude of a parable, making the comparison of a king and his servant.