Евангелие от Иоанна 5 глава 2 стих

Не должен вызывать удивления тот факт, что Бог сотворил чудо; удивительным было бы, если бы его совершил человек. Мы должны скорее радоваться, нежели удивляться тому, что Господь наш и Спаситель Иисус Христос был рожден человеком, тем более тому, что божественного совершил Бог среди людей. Для спасения нашего важнее, что Он совершил ради людей, нежели то, что Он совершил среди людей. Важнее то, что Он исцелил души от пороков, нежели то, что Он исцелял недуги смертных тел. Но поскольку сама душа не знала Того, от Кого должна была получить] исцеление, и глаза имела в плоти, а потому видела плотские деяния и не имела еще здоровых глаз в сердце, благодаря чему могла бы узреть скрытого Бога. Он сделал так, чтобы она могла видеть и чтобы исцелено было то, из-за чего не могла видеть. Он пришел в то место, где лежало огромное множество больных: слепых, хромых, иссохших. И хотя Он был Врачевателем душ и тел и пришел исцелить все души уверовавших, Он избрал из всех хворавших одного, чтобы продемонстрировать тем самым единство Церкви.

Если мы с простым сердцем, с помощью человеческого разумения и знания рассмотрим содеянное Им, то с точки зрения Его могущества Он не совершил что-то великое, а с точки зрения Его великодушия Он совершил слишком малое. Столь многие там лежали, а Он позаботился лишь об одном, хотя мог бы единым словом поднять всех. Что же мы должны подумать, если не то, что Его власть и доброта действовали скорее ради того, чтобы скорее души через деяния Его уразумели относительно вечного спасения, нежели тела заслужили преходящего здоровья? Ибо истинное здоровье тел, которое ждут от Господа, придет в конце веков при воскресении мертвых. Тогда не умрет больше тот, кто будет жив; тогда не будет больше хворать тот, кто будет исцелен; тогда не будет больше ни голодать, ни жаждать тот, кто будет напитан; тогда не будет стареть тот, кто будет обновлен. Глаза же слепых, открывшиеся тогда в тех деяниях Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, вновь были закрыты по смерти; члены расслабленных, обретшие тогда крепость, были уничтожены по смерти; и все, что было временно исцелено в смертных членах, в конце угасло. Душа же, которая уверовала, подготовила свой переход к жизни вечной. Так вот, той душе, ради отпущения грехов которой Он пришел, готовой признать, Col. 1528 что Он смирился ради исцеления телесных болезней ее, Он дал великое знамение в излечении того хворавшего.

О глубоком смысле этого деяния и этого знамения я, насколько Господь удостоит щедрости Своей, в меру своих способностей и скажу вам, если вы будете внимательны и поддержите немощь мою молитвою своей. Если же что-то я не смогу истолковать, откроет вам Тот, с Чьей помощью я делаю то, что в моих силах.

Я помню, что мы довольно часто рассуждали о той купальне, окруженной пятью портиками, в которых лежало великое множество больных; я собираюсь сказать о том, что многие вместе со мной будут скорее вспоминать, нежели узнавать как нечто новое. Впрочем, нет ничего плохого в том, что повторится уже известное, чтобы и те, кто еще не знал об этом, просветились, и те, кто уже знает, укрепились в этом знании. Поэтому необходимо мне затронуть уже известное бегло, а не разбирать это неторопливо. Мне кажется, что та купальня и та вода олицетворяют народ иудейский. Ибо слово «воды» прилагают в качестве имени к народам, как нам со всей очевидностью показывает Апокалипсис Иоанна: когда показали ему многие воды и он спросил, что они значат, то получил ответ, что это — народы (ср. Откр. 17:15). Так вот, та вода, то есть тот народ, была заключена в Пятикнижии Моисея, словно в пяти портиках. Однако те книги показывали больных, но не исцеляли их.

Ибо Закон уличал грешников, а не освобождал их от греха. Ибо буква без благодати делала людей виновными, которых в случае признания ими грехов благодать освобождала от них. Именно об этом говорит апостол: Ибо, если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона (Гал. 3:21). Зачем же тогда был дан Закон? Он продолжает и говорит: Но Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим было дано по вере в Иисуса Христа (Гал. 3:22).

Что может быть очевиднее? Разве эти слова не разъяснили нам и пять портиков, и множество больных? Пять портиков — это Закон. Почему пять портиков не исцелили больных? Потому что если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона. Почему же они содержали тех, кого они не исцелили? Потому что Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим было дано по вере в Иисуса Христа.

Что же случилось, чтобы в той возмутившейся воде исцелились те, кто не смог исцелиться в портиках? Ибо было видно, что вода вдруг возмущалась, но не видно было, Кто ее возмущал. Ты можешь подумать, что это случалось силою Ангела Блж. Августин не приводит в тексте Рассуждения всего обсуждаемого отрывка из Евангелия, который, по-видимому, был прочитан вслух в начале проповеди. Благодаря этому слушатели Августина уже должны были знать, как происходило исцеление через Ангела: Ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду... (Ин. 5:4). — Пер., но все же не без некоторой тайны, содержащей знамение. После того как вода возмущалась, сходил в нее один человек и только он исцелялся; кто бы ни входил в нее после того, он напрасно бы это делал.

Что же это значит, если не то, что пришел Христос, один, к народу иудейскому и чрез совершение великих дел и наставление в полезных вещах возмутил грешников, возмутил присутствием Своим воду и побудил их к насилию в отношении Себя? Но Он возмутил их, оставаясь неузнанным.

Ибо, если бы познали, то никогда не распяли бы Господа славы (1 Кор. 2:8). Так вот, сойти в возмущенную воду означает смиренно уверовать в Страсти Господни. Там исцелялся один, что указывало на единство Церкви; кто бы ни приходил после этого, не исцелялся, ибо всякий, кто будет вне единства Церкви, не сможет быть исцелен.

Случаем к сему в самом Иерусалиме Господь избрал исцеление одного больного, уже страдавшего 38 лет (Ин. 5), совершенное им нарочито в субботу. Освободив его от болезни, Господь сам приказал ему взять свою постель и идти. Строгие блюстители внешних требований закона и преданий старцев, узнав о сем, – вместо того, чтобы обратить внимание на Божественное исцеление, вступились за нарушение покоя субботнего. Это было в глазах их преступление, достойное смерти, – тем более, что совершено среди многолюдства, на празднике. Но ни приговор судилища, ни рука тайного предателя не могли поразить Его прежде, нежели Сам Он предаст Себя людям. Посему, не опасаясь замысла врагов своих, Господь Сам является к ним и объявляет, на чем основывалось несоблюдение Им бездейственного покоя в субботу.

Суббота – памятник покоя Божия по окончании творения. Но сей покой не есть бездействие. Деятельность Творца не прекращается: но соблюдение мира от сотворения его доселе есть не что иное, как возобновляющееся с каждым мгновением Его творение, начатое Отцем чрез Сына ( послеши Духа твоего и созиждутся), обновление духовной природы человека есть тоже творение ( сердце чисто созыжди во мне…) – Итак Бог, Творец мира, и почив покоем, доселе делает.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 101-102++

Археологические раскопки обнаружили бассейн в северо–восточной части города, который идентифицируют с купальней Вифезда, располагавшейся у Овечьих ворот. Слово «Вифезда» означает «дом милосердия». Отличительной особенностью этого сооружения являлись пять крытых ходов, наличие которых подтверждают археологи. Очень долго эта подробность воспринималась как чисто символическая и совершенно нереальная: как у Купальни может быть пять ходов? Так обстояло дело до тех пор, пока недавно она не была обнаружена рядом с нынешней церковью Св. Анны, и тогда учёные с удивлением увидели, что она действительно образована двумя водоёмами, разделёнными центральным проходом, то есть имеет четыре хода по периметру и один поперечный. В этих колоннадах помещалось множество больных, жизнь которых была наполнена ожиданием движения воды: «Ибо ангел Господень, время от времени, сходил в водоем и возмущал воду, и первый, кто входил по возмущении воды, выздоравливал, каким бы ни был одержим недугом»

Это было на Овчей купели, в Вифезде, что значит «дом милосердия». Ибо здесь являлось милосердие Божие к больным и отчаявшимся людям. Не для того ли существуют на свете все Божии храмы? Что стало бы с миром, в котором столько несчастья, если бы не было в нем этих домов милосердия!

Что такое эта Овчая купель? Святая Церковь напоминает нам, что это были Овчие ворота в Иерусалимском храме, где проходили овцы, агнцы прежде принесения их в жертву. Они принимали в этой купели омовение, и это был прообраз грядущего Великого Пастыря, приносящего Себя в жертву за словесных овец. Пять притворов в ней — напоминание о пяти ранах Его, которыми Он дарует нам исцеление.

Топография древняго Иерусалима недостаточно изследована, чтобы с точностию можно было определить, где находилась упоминаемая здесь купель Вифезда (дом милосердия) . В настоящее время это имя носит пустой пруд, находящийся на северо-восточной стороне храмовой площади, недалеко от Гефсиманских ворот. То обстоятельство, что при купальне лежало множество больных в ожидании движения воды, указывает, что купальня была общественным благотворительным учреждением—богадельней. К этому очень прилично идет название купальни Вифездой, домом милосердия, богадельней. Что же касается воды в этой купальне, то целительность ея, по вдохновенному объяснению евангелиста, происходила от высшей, сверхъестественной причины: „Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду; и кто первый входил в купальню по возмущении воды, тот выздоравливал».

Господь наш Иисус Христос многими чудесами, совершенными в Иерусалиме и Иудее и Галилее, и многими Божественными словами, произнесенными в разных местностях, освященных Его благодатным присутствием, и в самой Самарии – благоволил посеять Слово Божие на ниве, имеющей быть орошенной честною кровию Его.

Даже учители народа, вообще озлобленные против Господа, не все остались бесчувственными пред Господом: и среди их были люди, которые восприяли в сердце свое благодатное семя Слова и дали плод, как Никодим, Иосиф, и вероятно многие другие Ср. Ин. 11:45; 10:42. Cp. еще 12 об уверовавших начальниках, но не исповедавших ради фарисеев, Смеем думать, что эти «князи» впоследствии примкнули душой к общине Христовой..

Но между тем мрак и злоба, воздвигаемы «отцем лжи и отцем озлобленных, т. е. диаволом» Ин. 8:44., ратуют против света и милосердия и любви. Св. Евангелист Иоанн с пятой главы начертывает картину и повесть этой борьбы мрака против света, Иудеев против Господа, борьбы, которая с точки зрения земной кончается временным торжеством мрака и злобы в убиении Господа Иисуса, но которое есть в сущности торжество света, и выполнение Божиих предначертаний в страдании и смерти и славном воскресении Богочеловека.

Начертывая борьбу Иудеев против Господа, Иоанн Богослов естественно и повествует преимущественно о событиях, имевших место в Иерусалиме, ибо в нем было то гнездо книжников и фарисеев, которое не хотело допустить мысли, что Иисус есть Христос. Здесь и происходят те ожесточенные нападки скрежещущих зубами Иудеев на Господа которые кончаются прямым заговором против жизни Господа, с решимостью достигнуть убиения Его всеми законными и незаконными путями. Если шестая глава Иоанна переносит нас мыслию в Галилею, на берег озера Тивериадского, то это потому, что с чудом насыщения народа соединено учение Господа о хлебе жизни, сходящем с небеси; притом в ст. 41 есть указание, что и в Галилее по поводу слов Господа восстают и спорят против Него озлобленные Иудеи, вероятно следовавшие, или даже посланные из Иерусалима, как соглядатаи, дабы найти предлог к обвинению Господа.

Все же другие события в Евангелии от Иоанна происходят в Иерусалиме и его окрестностях, и только 21 заключительная глава Иоанна Богослова опять переносит читателя в Галилею, ибо здесь, на озере Тивериадском, произошли события, долженствовавшие быть открытыми христианам, так как они не были упомянуты предыдущими Евангелистами.

Первый из рассказанных взрыв злобы фарисеев происходит в Иерусалиме, – (по поводу исцеления больного, лежавшего тридцать восемь лет в купальне Вифезды), – принимая прямо форму заговора об убиении Господа Иисуса.

Праздник, в который совершено это исцеление расслабленного подавал повод к сомнениям. Св. Ириней и Евсевий Кесарийский думали, что это была Пасха; св. Иоанн Златоуст считает этот праздник Пятидесятницей; многие из новейших ученых богословов думают, что это праздник Пурим Праздник избавления от опасности в Персии см. Эсфирь и в ос. Эсф. 9:26.. Весьма трудно произнести свое мнение в таком вопросе, в котором расходились древнейшие и величайшие из отцов церкви. Мы однако же позволим себе сказать следующее: событие происходит после первой Пасхи и ранее упоминания о второй (Ин. 6:4), и кажется, естественнее всего предположить, что это был праздник Пятидесятницы; что же касается праздника кущей, то он назван по имени в главе 7:1, 2 Между второй и третьей Пасхой.. Праздник же Пурим праздновался в марте, и если относить событие в этому празднику, то оно должно было совершиться за несколько дней до второй Пасхи.

Купель Вифезду новейшие исследователи искали в долине потока Кедронского, полагая, что это тот перемежающийся источник, который ныне известен под именем «источника Девы» Dr. Robinson 1p. 342–343. Другие указывают, что по весьма древнему преданию, основанному на Неемии 3 "овечьи ворота» надо искать в северо-восточной стороне древнего города, близ нынешних врат Св. первомученика Стефана Указание Норова (втор. пут. стр. 26) не совсем ясно, но по-видимому он говорит, что именно около этого места помещает древнее предание овечью купель – подле Храма.. Имя Вифесда или Бет-саида толкуется: «дом милосердия». Притворы Вифесды были по всей вероятности открытые галереи, сооруженные благочестивыми людьми, в которых лежали больные, хоть несколько прикрытые от зноя солнца и от дождя. Подобную Евангельской сцену лежащих под навесами больных близ горячих серных ключей древней Тивериады видел путешественник Тристрам Land of Israel, p. 416..

По поводу славянского выражения «на всяко лето» необходимо заметить, что здесь нельзя разуметь единожды в год, ибо в греческом κατά καιρόν имеет значение: «в определенное время"или «в удобное для сего время» "Praestituto tempore«, переводит Biblia Sacra., т. е. "по временам», как и передает то наш русский синодальный перевод. Другими словами в предназначенные Богом времена Ангел возмущал воду Мы не можем пройти молчанием того, что в некоторых весьма древних списках Евангелия от Иоанна стих 3-й от слова »чающих« и весь 4-й стих пропущены, вследствие чего четвертый стих с концом 3-го считают объяснительной глоссой хотя тоже весьма высокой древности. В числе списков, где не достает 4-го стиха называют Синаитский кодекс (алеф), Ватиканский (В) Парижский (L) и некоторые другие.. Есть много перемежающихся источников, которых целебное действие испытывается только в первые минуты появления источника из земли. По поводу стиха 5 этой главы Шмидер (das neue Testament) хорошо замечает, что действие Ангела, на которое указывает Евангелие, объясняет многия явления природы и дает нам указание, что мир не земной, высший, часто живительно вторгается в обычное течение жизни природы «Da die Geisterwolt lebendig eingreift in die Natur» (Anm. zu Ioh. cap. 5).; и что Псалом 103 прямо указывает на это, говоря: «ты творишь ангелами Своими духов, служителями Своими огонь пылающий» В буквальном переводе раввина Пумпянского (Варшава 1871): «Ты делаешь ветры Своими посланцами, своею прислугой пылающий огнь///» (Ср. еще перевод 1822 года Библ. Общ.).. То есть по мысли Шмидера все необычайные явления природы совершаются по особым повелениям Божиим, действием разумных ангельских сил на неразумные силы природы.

Таковой взгляд Шмидера конечно находит свое оправдание и в сказании о казнях египетских и в прохождении Ангела последней казни мимо врат, отмеченных кровию пасхального агнца и в наказании Давида моровою язвою, которая начинается, когда Ангел, находившийся у гумна Орны простирает руку на Иерусалим (см. 2 Цар. 24:16). Присовокупим, что мы верим, что Господь Бог не безучастный зритель жизни человеческой, и что действительно изучающие ход событий жизни человечества не могут не видеть руки Божией и в великих физических потрясениях природы, как и в великих нравственных потрясениях обществ.

Пятая глава Евангелия от Иоанна начинается с рассказа об исцелении расслабленного. Несчастный лежал у Овечьх ворот при купальне. Этот иерусалимский бассейн в одних рукописях Евангелия назван Битездой (по-славянски и по-русски Вифезда), в других — Бетсайдой, в третьих — иначе. Поэтому неясно, как в действительности называлось это место. В Синодальном переводе к слову «Вифезда» в сноске дано пояснение: «Дом милосердия», но тогда по-древнееврейски это должно звучать как Бетхесед. В других комментариях говорится, что, возможно, это место носило название Бетзафа — «дом купальни», поскольку можно предположить, что эта купальня имела крытые переходы вокруг бассейна и поэтому действительно выглядела как дом.

Эта купель существует даже и теперь, как мы знаем это из описаний св. мест современными археологами. В настоящее время под этим именем известен бассейн в 360 ф. длины и 126 ф. ширины недалеко от дворца иерусалимскаго паши, который, как говорят, есть древняя башня, называемая Антониевой, находившаяся близ северозападнаго угла храма. Но настоящий пруд Вифезда был открыт при раскопках, произведенных около церкви св. Анны, несколько к северу от большаго пруда, в северовосточном углу стены Иерусалима. Оказалось, что, соответственно древнему преданию, он состоит из двух прудов, находящихся друг подле друга. Один из них имеет 30 ф. глубины, 25 ф. длины от востока к западу, и 12,5 ф ширины от севера к югу; лестница ведет вниз с его восточной стороны. Второй пруд длиною в 60 ф., а шириною как первый. Сэр Чарльз Баррен полагает, что два пруда, лежавшие близ церкви св. Анны, и называемые „пруды Близнецов", считались первыми христианами Вифездой. („Святая земля и Библия", опис. Палестины и нрав. ея обитат. д-ра К. Гейки, пер. с английск. под редакцией Р. С. Комаровскаго С.-ПБ. изд. 1894 г. стр. 511).

В славянском нашем переводе читаем: есть же... „овчая купельа...; в русском же переводе: „есть же... у овечьих ворот купальняОвечьи ворота упоминаются в книге Неемии. Они называются иначе Гефсиманскими, или во» ротами Св. Девы Марии, или первомученика Стефана, так как вели к Гефсимании и к гробницам Пресв. Девы Марии и первомученика архидиакона Стефана. Называются Овечьими потому, что бедуины даже доселе прогоняют через эти ворота овец в город для продажи, тогда как в древности через них гоняли овец, частию на городской рынок, частию для жертвоприношений. Лежат они по восточной стене Иерусалима на с. от мечети Омара или древняго местоположения храма Соломонова; на ю. от них Овчая купальня или Вифезда (См. Иллюстр. полн. популярн. библейск. энциклопедию, архим. Никифора. 19 Вып. (М — С), Москва, изд. 1892 г. стр. 80).

У Овечьих ... - некая купальня. Добавляют «ворот», так как в Неем. 3:1; 12:39 упоминаются «Овечьи ворота».

Но в некоторых рукописях, у Оригена, Евсевия и других, говорится просто «у Овечьей купальни».

Короче, разные предположения.

Купальня с пятью портиками найдена.

Точность топографии Иоанна.

Вторая проблема с названием Вифезда (Вифсаида, Виза- фа, Вифзафа, Вильзефа).

Обычно Иоанн переводит (1:38,41,42; 9:7; 11:16; 20:16). Здесь - нет. Поэтому, скорее всего, Вифзафа (Бетзата), что означает «дом овец, овечий дом», т. е. дом, окружающий овечью купальню (Ориген). (Здесь собирали овец перед жертвоприношением). Это недалеко от Овечьих ворот. Итак, Вифзафа (Бетзата) - Овечий дом.

Остальные варианты легко объясняются. Например, Вифсаида - просто замена непонятного слова понятным из. 1:44; 12:21.

Вифезда - исправление этой «ошибки», так как означает (БейтХезда) «дом милосердия».

«Есть в Иерусалиме Овечья купальня, называемая по еврейски (арамейски) Бетзата, где было 5 портиков». στοά - портик.

Место действия обозначается с максимальной конкретностью. Купальня Вифезда (согласно одной из распространенных интерпретаций, от арам. חסדא בית bêṯḥesdā – «дом милосердия») у Овечьих ворот в Иерусалиме известна и по другим источникам, в частности, по Кумранским свиткам. Эта купальня упоминается у многих авторов, в том числе Кирилла Иерусалимского, Евсевия Кесарийского, блаженного Иеронима и Кирилла Александрийского. Купальня представляла собой целый комплекс сооружений, включая цистерны и многочисленные купели.

Есть во Иерусалимех овчая купель (купальня), т. е. небольшой водоем. Ота купальня существует и теперь, как известно из описаний Св. мест современными археологами. В славянском переводе—овчая купель; в русском же переводе—у Овечьих ворот купальня. Овечьи ворота упоминаются в книге Неемии (Неем. 3:4, 32). По преданию, они находились на восточной стороне Иерусалима, вблизи храма, и назывались так сотому, что чрез них прогоняли к храму жертвенных животных. Купель или купальня эта по-еврейски называлась Вифездою, т. е. домом благодати или милости Божией, так как вода в ней имела целительную силу, которую Господь по милости Своей даровал своему народу. Пять притвор имуща (при которой было пять крытых ходов),—т. е. галлерей.

Где явится Иисус, там и спасение. Ибо ежели видит мытаря сидящего на мытнице, делает его Апостолом и Евангелистом (Мф. 9:9), ежели с мертвыми погребается, мертвых воскрешает; слепым дарует зрение, глухим слышание, и купели обходит не с тем, чтобы любопытствовать, каково строение, но для врачевания болящих.

Была «в Иерусалиме овчая купель» , имеющая пять притворов: четыре стоящих около, а пятый по средине, в коем лежало множество болящих, и великое было неверствие иудеев (Ин. 5:2–3). А врач душ и телес, по мере болезней подавал исцеление, прежде врачуя долговременно страждущего, чтобы скорее освободился от мучений. Ибо не один день, или два, и не один месяц, или год лежал он тамо, но тридцать восемь лет. Лежа в долговременной болезни, был известен зрителям, и показал силу Целителя: ибо с давнего времени всеми был знаем расслабленный. Хотя же начальный врач показал свою силу, но был отметаем от тех, которые худо его приняли.

В Иерусалиме, близ Овечьего водоема, был дом, который по-еврейски назывался Бетзата – В этом стихе очень много разночтений (см. текстологические примечания). Во-первых, неизвестно, что именно называлось Овечьим. Так как слово в оригинале отсутствует, приходится что-то подставлять по смыслу: водоем или ворота. Так что возможно следующее чтение: «близ Овечьих ворот был водоем». В любом случае евангелист говорил о каком-то месте, которое располагалось в северо-восточной части храмовой территории, куда доставляли овец для жертвоприношений. По-еврейски – В Новом Завете то же, что «по-арамейски». Бетзата́ – В большей части рукописей стоит Бетсайда, но, вероятно, в таком написании повинны переписчики, спутавшие название этого места с названием города Бетсайда (Вифсаида) у Галилейского моря. Традиционное Бетезда (Вифезда), обычно понимаемое как «дом милосердия», скорее всего, должно переводиться как «дом реки, потока». В пяти его галереях лежало множество больных: слепых, хромых, парализованных – В XX веке во время археологических раскопок в Иерусалиме был обнаружен большой водоем трапециевидной формы около ста метров в длину и шестидесяти в ширину, окруженный с четырех сторон колоннами и разделенный посредине перегородкой, так что в нем действительно было пять галерей. То, что больные лежали снаружи, указывало на то, что это событие произошло не в зимнее время.

Хотя иногда числа пытались понять аллегорически (пять галерей как указание на Пятикнижие), эти попытки давно оставлены.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 144-145++

Направляясь в субботний день к храму, Спаситель проходил мимо одного из прудов, служивших источником снабжения водой жителей Иерусалима. Это именно известная Овчая купальня — Вифезда, находившаяся, как показывают новейшия раскопки, неподалеку от северо-западнаго угла храмовой ограды. Она представляла собою бассейн около 24 сажен в длину и 7 сажен в ширину, разделявшийся пополам каменною стеною в два аршина толщины Мнения в этом отношении впрочем значительно расходятся, и указываются три пруда, которые могли быть тождественными с древней Вифездой. Евсевий Кесарийский говорит, что Вифезда его времени представляла собою ״два пруда, из которых один наполнялся водою в дождливое время года, а другой имел воду, сильно отсвечивавшую красным цветом״, что по всей вероятности зависело от быстраго прилива воды чрез подземные каналы. Anderson, Recovery of Jerusalem, р. 106. Самое слово Вифезда означает с еврейскаго ״Дом милосердия“, вероятно оттого, что тут выстроен был приют для больных. . В ней обыкновенно купались овцы, предназначавшияся для жертвоприношения, но вода славилась кроме того своею целебностью. По временам в пруде происходило необычайное движение воды, «ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду») придавая ей чудесную целебность; «и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнию». Неудивительно, что это чудесное свойство притягивало к пруду «великое множество больных, слепых, хромых, изсохших, ожидавших движения воды», которые и пребывали здесь под прикрытием пяти отдельных навесов, построенных частными благотворителями несчастных.

Избрав Галилею главным местом Своего учения и действования, Господь при наступлении второй пасхи во время открытого служения Своего отправился в Иерусалим для того, чтобы опять, перед лицом первейших учителей народа и многочисленных пришельцев из отдаленнейших стран света, проповедать учение Нового Завета и яснее возвестить о Своем Божестве как словом откровения, так и чудным явлением всемогущества. В Иерусалиме была известная купель – Вифезда, или, в переводе с еврейского, – дом милосердия. Она находилась близ овечьих ворот, упоминаемых еще в книге Неемии (3,1, 32; 12, 39) и названных так потому, что через них прогоняли к храму жертвенных животных, или же возле них была площадка, на которой продавали и покупали этих животных. Этот источник, предозначавший, по словам святителя Иоанна Златоуста, спасительную купель крещения, отличался чудным целебным свойством: «здесь врачевала не просто естественная сила воды (иначе это бывало бы всегда), но действие Ангела». По временам сходил в купель Ангел и возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью. Это не было видимое схождение Ангела, но тем не менее действительное, и обыкновенно – по возмущению воды узнавали о том, что время входить в нее.

К купели было пристроено пять крытых ходов, в которых можно было в ожидании движения воды найти защиту от непогоды и солнечного зноя. Множество больных, страдавших разнообразными недугами, – слепых, хромых, иссохших, лежало в этих галереях, утешаясь надеждою когда-либо предупредить других и получить исцеление. 

Евангельский фрагмент Ин. 5:1–4 всем хорошо известен как евангельское чтение на водосвятных молебнах. Он указывает на обстановку, в которой было совершено чудо: место действия – Иерусалим, одна из иерусалимских купален, в которой совершалось время от времени чудо, – некое «возмущение воды» ангелом Божиим, то есть сообщение Богом через ангела этой воде благодати и целебной силы.

Купальня есть покаяние, и оно называется овечьим, потому что делает кроткими и незлобивыми тех, которые возлюбили его. Ибо как купальня в Иерусалиме называлась Овечьей, поскольку здесь обмывались внутренности предназначенных в жертву овец, так и покаяние, омывая слезами внутренности души и очищая внутренние помыслы, делает людей тихими и добрыми. Поэтому и купальня покаяния называется овечьей, ведь покаяние вымывает, как внутренности, тяжкие грехи, радушно принимая первые порождения души, побуждающие ее к незлобивости и Божественной любви. А первые порождения души суть добродетели, посеянные Богом прежде в естестве человеческом, – они и изображаются овцами. Внутренности же суть зловонные страсти, которые появились в роде человеческом позднее; истинное покаяние, отвращаясь от них, позволяет душе возвратиться в первоначальное состояние. Это покаяние имеет пять крытых ходов, поскольку существует пять способов покаяния: воздержание от зол, делание добрых дел, памятование о своих грехах, исповедь и постоянное сокрушение. И немоществующие грехами, приступив к этим пяти способам покаяния, обретают покой, ибо тот, кто прежде всех погружается в воду покаяния, возвращается к душевному здравию; он отвергает от себя любую болезнетворную страсть: будь то блуд, или прелюбодеяние, или несправедливость, или памятозлобие. Ведь все греховные дела, будучи брошены в воду покаяния, тонут и гибнут в ней. Но и мысли, запечатленные в душе после осуществленного на деле греха, – они также изглаживаются слезами покаяния и исповеди. Ибо душа сокрушающаяся, плачущая и раскаивающаяся в тех злых деяниях, которые она совершила, ненавидит нечистоту своих постыдных деяний и полностью отвращается от них. И подобно тому как грязная одежда, брошенная в воду и тщательно отстиранная руками, опять становится белой, так и душа, носящая в себе нечистый помысел, вновь делается чистой через исповедь и сокрушение.

Есть же во Иерусалимех овчая купель, яже глаголется Еврейски Вифезда, пять притвор имущи. В тех слежаше множество болящих, слепых, хромых, сухих, чающих движения воды. (Ин. 5:2-3). 
В сих словах Евангелия видим древнейшую из градских больниц.
Похвалим человеколюбие Иудеев, которые для множества болящих создали пять «притворов», или галлерей, и дали приличное сему месту имя: «Вифезда», то есть «дом милосердия»; хотя впрочем не знаем, правительству или народу должна достаться сия похвала.
Врачебное средство было там одно: не человеческим искусством приготовленная баня в овчей купели.
Вместо врача, приходил в сию больницу Ангел. «Ангел бо Господень схождаше».
Сей необыкновенный врач исцелял решительно, и ни один больной не был у него записан в списке неизлечимых. «Здрав бываше, яцем же недугом одержим бываше» (Ин. 5:4).
Не правда ли, что это было прекрасное заведение? Но покажем и ту сторону онаго, которая не так светла.
Небесный врач посещал порученную ему больницу не ежедневно, как земные врачи, а только однажды в год. «Ангел бо Господень на всяко лето схождаше».
Исцеление было решительное, но каждый год получал оное один только человек. «Иже первее влазяше по возмущении воды, здрав бываше» (Ин. 5:4).
Не всякий больной имел силу дойти до возмущенной воды, а тем менее упредить других. Не доставало прислужников или сердобольных людей для помощи безсильным. От того некоторый разслабленный тридцать восемь лет безполезно лежал в сей больнице, доколе не явился Господь стихий, времен и Ангелов, Которому не нужно было ни мутить воды, ни ждать годоваго срока, ни призывать Ангела, а довольно было сказать разслабленному: «востани, возми одр твой, и ходи» (Ин. 5:8).
«Какой есть исцеления образ сей? Какое нам таинство являет?» – вопрошает Святый Златоуст, указуя на Евангельское сказание об овчей купели. А кто позволит более смелости своему естественному разуму, любящему вмешиваться в дела Провидения, которыя выше его: тот может еще сказать: какое странное соединение и чудесной силы, исцеляющей всякую неизлечимую болезнь, и скудости сея силы, не простирающейся далее исцеления одного человека; и щедрости, приготовляющей целый водоем врачевства, и бережливости, не дающей более одного, редкаго приема онаго; – и Ангела и воды, как будто целебной силе Ангела нужна вода, которая впрочем, как все знают, не есть всеобщее врачевство. Но послушаем, что на сии недоумения ответствует Святый Златоуст. «Не просто бо, – говорит он, – и не туне сие написано есть: но будущия вещи аки на образе и изображении написует нам: дабы зело необычайное и нечаянно пришедшее дело не повредило у многих силы веры. Что убо есть, еже написует? Имело некогда крещение даятися, многую силу и дар великий содержащее, крещение вся грехи очищающее, и вместо мертвых живыми творящее. И так все сие чрез купель, и чрез другия многия воды, как бы чрез образ, ясно означается». До зде Святый Златоуст (На Ин. Бесед. 36).
Осмелимся продолжить сие изъяснение. Надобно было на опыте показать погружение в воду, уничтожающее всякую болезнь, чтобы приготовить умы к открытию крещения в воде, уничтожающаго все грехи. Надобно было в ощутительном явлении движения воды дать приметить благотворное над нею действие Ангельскаго духа, дабы сделать менее невероятным новотворное и возродительное в воде крещения действие Духа высшаго, нежели Ангельский, Духа собственно Божия. Надобно было, чтобы благотворная сила овчей купели подавалась только тому, кто ревностным стремлением к исцелению оставляет позади себя всех прочих: дабы и в сем явлен был образ купели крещения, которой спасительная сила подается только тому, кто стремлением веры к небесному и Божественному оставляет позади себя все земное. Надобно было представить Ангельское действие ограниченным, надобно было подле самого Ангела продержать разслабленнаго тридцать восемь лет без исцеления, дабы тогда, как Христос исцелит его единым словом, очевидно из сего было, что сей Исцелитель По Турк. сборн.: Он...  без сравнения выше Ангелов, что власть Его неограниченна, что Он есть Ипостасное Слово Божие и истинный Бог.
Если бы кто вздумал еще жаловаться, что много средств употреблено для одной цели, – множество больных, множество лет, множество ежегодных чудес Ангельских для одной мысли о Христе и крещении: на сие ответствую: цель сия довольно велика сама в себе, и важна для человечества, чтобы сделать неприметною всякую жалобу на расточение средств, употребленных для достижения сей цели. Если испытатели природы производят продолжительныя работы, устрояют многодельныя орудия, употребляют огромныя издержки, чтоб открыть или объяснить какую нибудь частную и подчиненную истину естественную: то конечно стоило труда устроить в Иерусалиме овчую купель с ея принадлежностями, как небольшую «модель» великой купели, в которой возрожден целый мир Христианский, – как удобовразумительнаго указателя высокой истины и непостижимаго таинства Христа Спасителя и Бога.
Но довольно о Христианских таинствах, которыя лучше и достойнее чтутся смиренным молчанием веры, нежели возносящимся испытанием разума. Возвратимся просто из больницы Иерусалимской в больницу Московскую.
С радостию, с чувством внутренняго убеждения мы можем воздать долг хвалы и благодарности Благочестивейшим Самодержцам нашим, которые как во всякой добродетели, и во всяком благотворении, так и в попечении о болящих величественно предшествуют народу своим примером. По них с благодарностию можем вспомнить и некоторых из подданных, которые в подвигах человеколюбия довольно близко последовали Царскому примеру. Можно насчитать в сем граде более пяти, не «притворов», а великолепных домов, которые представляют добродетель милосердия в делах тем лучше, что не выставляют ея в названиях. Отче милосердия! призирай выну на дела сии оком благодати; и да будут помиловани милующие; да будут, по непреложному обещанию, «блажени милостивии» (Мф. 5:7).
Нет, правда, здесь оной купели, достаточной против всякаго недуга, и врачи здесь не Ангелы. Вразсуждении сего я могу только указать нашим плотоносным врачам на пример безплотнаго Иерусалимскаго врача, для их размышления. Сей пример не показывает ли близости духовнаго к телесному, возможности союза между силою духовною и вещественным средством врачевания, целебнаго влияния духовнаго на телесное, когда духовное чисто и доступно Божественному? А если это так: то не может ли, – не должен ли врач, если не хочет быть ремесленником, работающим только вещественными орудиями над веществом, – не должен ли, говорю, и духовное употреблять в пособие телесному врачеванию, чистую волю признавать важною частию в составе врачебных средств, усердною молитвою искать света и силы в тех случаях, где наука идет ощупью в темноте, и претыкается?
Но если здесь и не достает Ангела, за то ни один больной не будет здесь, как в Иерусалиме, доведен до необходимости жаловаться: «человека не имам» (Ин. 5:7); но каждый найдет здесь и человека врачующаго, и человека служащаго немощному, и, когда нужно, человека приближающаго к благотворным влияниям источника духовнаго. Во славу Бога, преимущественно в Христианстве щедраго средствами спасительными, должно сказать, что место, где мы стоим теперь, не может завидовать купели овчей, соделавшись ныне хранилищем силы, более нежели там, высокой и благотворной. Не Ангел однажды в год, но Царь Ангелов, Ангельскими дориносимый чинми, приходит сюда так часто, как дерзает призывать Его призванный к сему дерзновению человек; и пребывает здесь с силою, которою все сотворено, и все сохраняется, врачуется, усовершается. Есть здесь всеобщий источник исцелений: о, если бы довольно умели, верующим сердцем, открывать оный для себя и болящие, и врачующие!
Но как слушающие меня не болящие: то скажу еще: о если бы и здравые ревностнее притекали в сие святилище сил, как во врачебницу душ, почти всегда, как я думаю, не безболезненных внутренно?
Если Церковь, как свидетельствует устроение сего места, признается нужною и для больных, которые большею частию не имеют сил приходить в оную: меньше ли нужна она для здоровых, которые приходить в нее могут? Кто отважится утверждать сию несообразность? А не часто ли видим мы сию несообразность на деле, то есть, что здоровые меньше больных помышляют о Церкви?
Можно, говорят, молиться Богу дома, духом. Нет о сем спора. Но люди, которые лучше нас умели молиться духом, не бегали от храма, а прибегали в оный с радостию. «Возвеселихся о рекших мне: в дом Господень пойдем» (Пс. 121:1). Даниил Пророк, «муж желаний» (Дан. 10:11), человек, который жил молитвою, когда не мог идти в храм Иерусалимский, потому что был в Вавилоне, и потому что храм был разрушен, старался сблизить себя по крайней мере с местом и, так сказать, тенью бывшаго храма, становясь на молитву перед открытым к Иерусалиму окном, и в те часы, в которыя приносима была жертва во храме до его разрушения. «Дверцы же отверсты ему в горнице его противу Иерусалима; в три же времена дне бяше преклоняя колена своя, моляся и исповедаяся пред Богом своим» (Дан. 6:10). Или Даниил суеверен? Или вы хотите быть духовнее Даниила? – Нет! Надобно признаться, что те, которые не посещают храма под предлогом молитвы духом, или совсем не радят о молитве, или совсем не понимают сего дела.
Если же кто, признавая свое нерадение и невнимательность, изнемогает в усердии ко храму потому, что, посещая оный, не довольно ощущает в себе от того содействия к лучшему: таковаго уверяем со Святым Златоустом, что «приобрящет и приимет некоторую пользу; хотя и не таковую, дабы мог оную чувствовати, однако же приимет. Ибо если бы кто мимо прошел мироварницы, или бы в подобных ей домах часто кто находился; то и не хотя облагоухался бы приятною вонею: кольми паче человек в церковь ходящий. Не возможно бо, – говорит он еще, – дабы беседующий к Богу, и послушающий беседующаго Бога, не приобрел что либо» (на Ин. Бесед. 53).
Не будем, братия, безпечны о здравии душ наших, но будем тщательно пользоваться врачебницею душ Церковию, и Врачем душ – Христом, доколе Он ходит среди нас, как Врач, исцеляющий всякую болезнь греха, доколе, по долготерпению, медлит явиться, как Судия, имеющий решить жребий наш на вечную смерть, если не на вечную жизнь. Аминь.