Евангелие от Иоанна 19 глава 21 стих

Что написал Пилат, то написал. А первосвященники, желавшие исказить надпись, что говорили? Не пиши: Царь Иудейский, но что Он говорил: Я Царь Иудейский. Что говорите вы, безумцы? Что мешаете совершиться тому, что вы вовсе не в силах изменить? Неужели оттого меньше истины будет в том, что Иисус сказал: Я Царь Иудейский? Если нельзя изменить то, что написал Пилат, можно ли испортить то, что изрекла истина?

***

Волхвы были из язычников, и сам Пилат тоже из язычников. Те увидели звезду в небе¹, этот сделал надпись на древе. Все они, однако, искали и признавали царя — не царя язычников, но Царя Иудейского. А вот иудеи ни за звездой не последовали, ни надпись не признали. Таков был прообраз сказанного затем Самим Господом: Многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю (Мф. 8:11—12). И вот, волхвы пришли с востока, Пилат с запада. Волхвы засвидетельствовали восход Царя Иудейского, то есть Его рождество. Пилат засвидетельствовал закат Царя Иудейского, то есть Его смерть. Так, чтобы им возлежать в Царстве Небесном с Авраамом, Исааком и Иаковом, от которых иудеи берут свое начало. Пусть по плоти они не происходят от них, однако верой они привились к ним. Так уже была прообразована та дикая ветвь, которой, по словам апостола, предстояло быть привитой к маслине².

***

Вожди иудейские внушали Пилату не писать, что Он — Царь Иудейский, поскольку Он Сам утверждает, будто Он — Царь Иудейский, на что Пилат ответил: Что я написал, то написал. Тем самым Пилат символизировал ту самую дикую маслину, которая будет привита, в то время как иудейские вожди воплощали отломанные ветви. Он был человеком из язычников, и для язычников делал надпись об их вере, ведь по заслугам и сказал Господь: Отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его (Мф. 21:43). <...> Пилат же написал Царь Иудейский, не «Царь греков или латинян», хотя Иисусу предстояло царствовать над всеми народами. И что он написал, то написал, ничего не изменив по требованию неверных, как то было предсказано давным-давно в псалме: «Не испорти надпись»¹. Все народы веруют в Царя иудеев, Он царствует над всеми народами, но царствует как Царь Иудейский. Столь силен был тот корень, который смог изменить привитую ветвь дикой маслины, притом что она не в состоянии переменить своего названия.

***

О невыразимая сила Божественной деятельности даже в сердцах несведущих! Не прозвучал ли какой-то сокровенный голос внутри Пилата неким, если можно так сказать, вопиющим молчанием, что было столь давно предсказано в псалмах: «не исправляй написанное в надписи» (ср. Пс. 57:1)? Вот он и не исправил написанного в надписи: что написал, то написал. Но что сказали первосвященники, которые хотели исправить ее? Не пиши: Царь Иудейский, но что Он говорил: Я Царь Иудейский (Ин. 19:21). Что вы говорите, сумасшедшие? Что вы противодействуете тому, что никоим образом не можете изменить? Ведь неужели это перестанет быть правдой на том основании, что это Иисус сказал: Я Царь Иудейский? Если не может быть изменено то, что написал Пилат, неужели может быть изменено то, что сказала Истина? Но Христос — только ли Царь иудеев или также язычников? Разумеется, также язычников. Ибо когда Он сказал в пророчестве: «Я поставлен Им Царем над Сионом, святою горою Его, возвещая заповедь Господа», — то, чтобы никто из-за горы Сион не сказал, что Он поставлен Царем только для иудеев, тотчас добавил: Господь сказал Мне: Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя; проси у Меня, и дам народы в наследие Тебе и пределы земли во владение Тебе (Пс. 2:6—8). Отчего и Сам устами Своими говорил среди иудеев: есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора, и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь (Ин. 10:16).

Почему же мы хотим, чтобы разумелась великая тайна в этой надписи, в которой написано Царь Иудейский, если Христос также Царь язычников? Потому что дикая олива привилась Col. 1947 к сочности маслины, а не маслина привилась к горечи дикой оливы (см. Рим. 11:17). Ведь в том, что правдиво было написано о Христе в надписи Царь Иудейский, какие иудеи должны разуметься, кроме семени Авраама, дети обетования, которые являются также детьми Божиими? Ибо сказал апостол: не плотские дети суть дети Божии, но дети обетования признаются за семя (Рим. 9:8). И были язычниками те, которым он сказал: если же вы Христовы, то вы семя Авраамово и по обетованию наследники (Гал. 3:29). Итак, Христос — Царь иудеев, но иудеев по обрезанию сердца, по духу, а не по букве, чья слава не от людей, но от Бога (ср. Рим. 2:29), иудеев, принадлежащих к свободному Иерусалиму, нашей матери вечной на небесах, духовной Саре, изгнавшей рабу и детей ее из дома свободы (см. Гал. 4:22-31). Так вот, потому Пилат что написал, то написал/// (Ин. 19:22), — что Господь что сказал, то сказал.

Несмотря на то что иудеи отказались признать Иисуса царём, Пилат «сохраняет» за Ним царский титул. «И сделал надпись на доске Пилат и поставил на Кресте. Было же написано: Иисус Назорей, Царь Иудейский» (19). Видя это, первосвященники попытались оспорить характер обвинения, настаивая, что Иисус был лишь самозванцем: «Не пиши: “Царь Иудейский», но: “Он сказал: я Царь Иудейский"» (21). Однако, уступив им в осуждении Христа, Пилат не стал менять надпись. Евангелист сообщает, что её смогли прочесть многие из иудеев. При том что в четвёртом Евангелии нет упоминаний о глумлении толпы, это единственное указание на присутствие множества людей, наблюдавших за распятием: «Эту надпись на доске многие прочли из иудеев, потому что близко было от города то место, где был распят Иисус, и было написано по–еврейски, по–римски, по–гречески|||» (20). Надпись на Кресте провозглашает Иисуса Христа Царём на трёх языках, тем самым Его вселенская власть открывается с Креста всему человечеству.

Ев. Иоанн, опуская по обыкновению то, что он уже находил разсказанным в первых трех Евангелиях, передает в указываемом отделении лишь о некоторых событиях распятия И. Христа и пребывания Его на кресте, но повествованием о которых он значительно пополняет сказания первых трех евангелистов. Так о надписи на кресте Иисусовом он передает: надпись эта: Иисус Назорей, Царь иудейский, сделанная по-еврейски, по-гречески и по-римски, очень нежелательна была первосвященникам иудейским Потому что в таком виде она, конечно, была насмешливая, всем жимоходящим говорила о несбывшихся надеждах иудеев иметь своего царя, избавителя от римской власти., и они просили Пилата изменить ее в таком виде, чтобы выходило, что Распятый не Царь иудейский, а самозванец, выдававший Себя за Царя иудейскаго. Но Пилат решительно отказал просителям, желая самым исполнением их требования распять Иисуса, отмстить им за то, что они, против его желания, вынудили у него смертный приговор над неповинным. О разделении воинами одежды Иисуса ев. Иоанн передает, каким образом случилось, что о ней бросали жребий: все одежды Иисуса воины разделили на четыре части, каждому воину по части; но когда они приступили к дележу хитона, который был не сшитый, а весь тканый сверху, то им жалко было раздирать его, и они порешили бросить жребий, чей будет. В этом обстоятельстве, замечает евангелист, исполнилось пророческое слово: .раздели ша ризы Моя о себе, и об одежде Моей меташа жребий" (Пс. 21:19). Наконец, ев. Иоанн сообщает об обстоятельстве, о котором вовсе не упоминают первые три евв., об усыновлении любимаго Своего ученика, Иоанна, Своей Матери и о поручении первому сыновних забот о последней.

В следующих стихах (19 – 22) опять выступает насмешливость Пилата в отношении иудеев, коих и он считает виновниками казни, и которым он старается мстить насмешкою, озлобленный и их насилием и своею слабостью Так Иоанн Златоуст бесед. 85 на Ин. стр. 495..

19. Написа же и титла Пилат, и положи на кресте: бе же написано: Иисус Назорянин, царь Иудейский.

20. Сего титла мнози чтоша от Иудей, яко близ бе место града, идеже пропяша Иисуса: и бе написано еврейски, гречески, римски.

21. глаголаху убо Пилату архиерее Иудейстии: не пиши: царь Иудейский: но яко сам рече: царь есмь Иудейский.

22. Отвеща Пилат: еже писах, писах.

Надпись на белой дощечке, о вине преступника предаваемого казни, была в обычае у древних По цвету дощечка называлась λεύχωμα; ее называли и σανίς. Римляне называли надпись titulus или elogium Греки έπιϒραϕή (Лк. 23:38); или αίτία, т. е. причина, вина (Мф. 27:37). Эти оба выражения употреблены в Мк. 15:26. Примеры надписей над преступниками можно видеть у Суетония (Калигула 32; Домициан, 10) или еще у Евсевия Кесарийского в канон. хрон. кн. 5, гл. 1 о мученической кончине Атталы Пергамского, которого водили по цирку с предшествующей ему надписью: „христианин Аттала”. (В письме Галльских христиан к общинам Азии и Фригии)., и начертание надписи на трех языках не было делом необыкновенным в древности, как указывают нам многие треязычные документы. Но св. Иоанн Златоуст замечает еще, что в Иерусалиме во время праздника было всегда много иноплеменников, а потому в своей надписи Пилат возвестил на трех языках оправдание Господа от всякой вины и обвинение Иудеев Бесед. 85 на Иоанна; стр. 495 – 496..

И действительно надпись над священною главою Страдальца, долженствовавшая по обычаю изображать вину казненного, изображала в сем случае вину Иудеев и оповещала миру, что на кресте умирал царь их, преданный своим народом. Так поняли эту надпись архиереи, которые требовали изменения её редакции Иоанн Богослов указывает ясно, что редакция надписи принадлежит Пилату „написа титла Пилат “. Несомненно, что он начертал „ Rex ille Judaeorum ” (Марка) gо латыни, и приказал перевести на греческий и арамейский языки. сознавая, что надпись, прибитая на кресте, есть вечный документ их позора и прославления Праведника, – смерти которого они требовали. Но Пилат был столько же упорен с начальниками народа, сколько слабохарактерен перед толпою. Толпа была удовлетворена преданием Господа на пропятие; с архиереями же Пилат не считал нужным соблюдать особую вежливость. Пилат боялся более всего мятежа, а с партиями хотя очень сильными саддукеев и фарисеев он всегда мог справиться как цари Иудеи и предыдущие правители её справлялись с ними, возбуждая между ними ссоры часто сменяя первосвященников и предавая выдающихся деятелей смерти, как то можно видеть многие примеры в др. Истории Иудеев Флавия Иосифа Напр. кн. 14, гл. 17; кн. 15 главы 2:3, 9, 12 и др..

Мы прибавим еще замечание, что Иоанн приводит надпись греческую буквально; Матфей 27 37, по-видимому, еврейскую (т. е. арамейскую), а Марк 15:26 дает короткую латинскую форму Rex ille Judaeorum: «царь Иудейский», которая выражала ясно насмешливую мысль Римлянина, начертавшего латинский оригинал.

По видимому и у Луки 23:38 приведена та же латинская надпись, с прибавлением слов hic est: сей есть.

Далее, только из Евангелия Иоанна мы узнаем, что надпись на Кресте была сделана на трех языках — еврейском, греческом и латинском, хотя о надписи упоминают все евангелисты. В Евангелии от Луки этот стих, где также говорится о том, что надпись на Кресте была сделана на трех языках, попал в текст достаточно поздно; в древнейших рукописях он здесь отсутствует. Наконец только у Иоанна рассказано, что иудеи из окружения первосвященника возмущались тем, что Пилат написал на кресте, и говорили ему: «Не пиши: "Царь Иудейский", но что Он говорил: "Я Царь Иудейский"»; на что Пилат отвечал знаменитой фразой: «Что я написал, то написал»… Опыт исследования текста показывает, что наличие такого рода деталей всегда подтверждает аутотопсию — личный опыт, личное свидетельство пишущего, надежность традиции.

Прочтя эту надпись, первосвященники поняли, что Пилат зло надсмеялся над ними, и потому сейчас же отправили к нему некоторых из своих единомышленников сказать: «Зачем ты написал — Царь Иудейский? Напиши то, что Он Сам говорил; напиши так: Я Царь Иудейский, тогда всякий поймет, что Он так называл Себя, но что мы не признавали Его своим Царем».

Три языка назвали Его Царем.

Пилат надписью злорадно мстил иудеям - за шантаж. Неуступчив и упрям в мелочах, слаб в важном.

Иоанн уделяет особое внимание надписи, сделанной Пилатом. Эта надпись приводится четырьмя Евангелистами в четырех разных редакциях: «Царь Иудейский» (Мк. 15:26); «Сей есть Царь Иудейский» (Лк. 23:28); «Сей есть Иисус, Царь Иудейский» (Мф. 27:37); «Иисус Назорей, Царь Иудейский» (Ин. 19:19). При этом только Лука и Иоанн говорят о том, что надпись была сделана на трех языках, и только Иоанн приводит диалог Пилата с иудеями, посвященный этой надписи.

Чем объясняется внимание, уделяемое Евангелистом Иоанном таблице с надписью, сделанной Пилатом? Как мы видели, образ Пилата у Иоанна прописан гораздо детальнее, чем у других Евангелистов, и мы можем предположить, что ему известны подробности процесса над Иисусом, не известные другим авторам.

В то же время, возможно и другое объяснение. Известно, что таблица с надписью «Иисус Назарянин, Царь Иудейский» относится к числу раннехристианских реликвий. Таблица, или титло (лат. titulus), по преданию, была обретена в 326 году императрицей Еленой во время ее путешествия в Иерусалим (эту таблицу в конце IV века упоминает римская паломница Эгерия). Вполне вероятно, что автор четвертого Евангелия своими глазами видел описываемую таблицу и даже держал ее в руках.

О надписи на кресте И. Христа повествуют все евангелисты, но первые три говорят о сем кратко; евангелист же Иоанн краткия их сказания пополняет некоторыми частностями. Пилат написал, т. е. приказал написать и надпись (титла) и поставил {моложе) на кресте. По римскому обычаю, осужденный на распятие обыкновенно должен был Сам нести к месту казни крест и при этом дощечку с надписью на ней той вины, за которую он осужден на распятие. По распятии, эту дощечку прибивали на верхней части креста, над головою распятаго. Этим обычаем воспользовался Пилат, чтобы еще раз уязвить осудивших невиннаго Господа, членов Синедриона. Так так враги Господа обвиняли Его в том, что Он присвоил Себе царское достоинство, то Пилат приказал сделать надпись на дощечке для Его креста в таких словах, что выходило, что И. Христос есть действительно Царь иудейский, котораго подданные, в лице своих представителей, или не могли защитить, или же изменнически предали, а не самозванец, как представили Его Пилату его представители. Иисус Назорянин (т.е. происходящий из города Назарета). Царь Иудейский. Надпись Пилат приказал написать, вопреки обычаю, на трех языках: на еврейском (по-еврейски), как национальном, местном, на греческом (но-гречески), как на общераспространенном, и римском (по-римски), как языке победителей, и сделал это с тою целию, чтобы всякий мог читать эту надпись и из чужеземцев; так как еврейский язык был мало известен для иностранцев, чего, конечно, и достиг: сию надпись, как замечает евангелист, читали (чтоша), многие из иудеев (мнози от иудей), тем более, что и место, где был распят Иисус, было недалеко от самаго города (близ бе место града, идеже пропяша Иисуса). Между тем, пишет еписк. Михаил, в этом, без сомнения, исполнилась высшая цель — в минуты крайняго Своего уничижения Господь на трех языках, из коих два были распространеннейшими в мире, поведан был всему миру, как царь». «Пилат, говорит св. Златоуст, положил на, кресте Господа, как на победном памятнике, надпись, которая издает светлый голос и возвещает Его победу и провозглашает царство". Враги Господа поняли цель Пилата в надписи на кресте Его и обратились к Нему с просьбою изменить надпись: Не пиши прямо царь иудейский, но что Он говорил (яко сам рече): Я царь иудейский. Но гордый и оскорбленный римлянин резко и решительно отказал им: что я. написал, то написал (еже писах, писах), т. е, я не стану, не намерен переменять надпись.

По своему положению принадлежа миру и выражая в своем лице мир, Пилат определил в пользу мира. Он выбрал не Иисуса, а мир. Но он продолжает мстить иудеям. Это проявляется в споре о надписи на Кресте (Ин. 19:19–22). Пилат поставил: «Иисус Назорей, Царь Иудейский». Эту надпись читали многие: место было близко от города и надпись была на трех языках. Первосвященники просили: не царь, а претендент. Но Пилат не уступил: δ γέγραφα, γέγραφα (ст. 22). Две перфектных формы выражают непреклонную волю Пилата: «...что я написал и поставил на кресте, то я написал и должно остаться на кресте». Но они заключают – на все времена – и свидетельствуют о смерти Иисуса как царя.

– Старшие священники говорили Пилату: – Не пиши: «еврейский царь»! Напиши: «Этот человек говорил: “Я – еврейский царь”» – Это означает, что они пытались убедить Пилата переделать надпись. Старшие священники – дословно: «Еврейские первосвященники». Этот человек – буквально: «Тот»; указательное местоимение имеет здесь презрительный оттенок, как, например, русское «этот тип». Только Иоанн сообщает о том, что власти просили изменить слова надписи.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 430++

Когда уже был поднят крест, вожди иудеев впервые ясно заметили смертельное оскорбление себе со стороны Пилата. В своем слепом неистовстве они воображали, что способ распятия был поруганием, направленным на Иисуса; но теперь, когда они видели Его висящим между двумя разбойниками, но на более высоком кресте, им сразу стало ясно, что эта казнь была публичным поруганием дли них самих. На белой деревянной, намазанной гипсом доске, так ясно выдававшейся над головою Иисуса, на кресте виднелась черная надпись на трех цивилизованных языках древняго мира,—на тех трех языках, из которых, по крайней мере, один наверно был знаком каждому в собравшейся тут толпе,—именно на оффициальном латинском, ходячем греческом и туземном арамейском. Надпись гласила, что этот человек, который претерпевал таким образом позорную рабскую смерть,—этот человек, распятый в глазах всего мира между двумя злодеями, был «царь иудейский». На надписи читалось: «Иисус Назарянин, царь иудейский»

Эта троякая надпись вероятно гласила так:

ישוע הנצרי מלך היהודים

ούτος εστίν Ιησούς Βασιλεύς των Ιουδαίων

Rex Judaeorum .

Когда иудеи поняли, какой злой насмешке подверг их Пилат, то это совершенно отравило им удовольствие их злораднаго торжества, и они отправили к Пилату депутацию с просьбой переменить возмущающую их надпись. «Не пиши, сказали они, царь иудейский, но что он говорил: Я царь иудейский». Но смелость Пилата, так быстро улетучившаяся при имени кесаря, теперь ожила вновь. Он рад был каким бы то ни было способом досадить и сделать наперекор людям, мятежные вопли которых заставили его утром поступить против желания и совести. Не многие могли с такою силою выражать свое высокомерное презрение, как римляне. Не удостоивая даже оправдания своего поступка, Пилат сразу же отпустил гордых иерархов с коротким и высокомерным ответом: «что я написал, то написал».

«И поставили над главою Его надпись, означающую вину Его», – говорят евангелисты. Это была та же белая дощечка, αἰτία вина, или titulus, которую на пути к месту казни несли пред осужденным или вешали ему на шею. Titulus на кресте Спасителя римским языком суда, общеупотребительным языком греческим и родным, местным еврейским наречием гласил всем проходящим: «Иисус Назорей, Царь Иудейский» Ин. 19:19.. Может быть, довольный двусмысленностью такой надписи, но вероятнее – просто желая оставаться верным букве римского закона, осудившей Иисуса Христа как мятежника, Пилат отказал первосвященникам иудейским, просившим о перемене αίτία над головою Спасителя Ин. 19:21–22..

Первосвященники... сказали. Они рассматривали эту надпись как оскорбление своему народу, и, может быть, Пилат умышленно хотел унизить иудеев и потому решительно отказался что-либо изменять. Уступив по главному вопросу, он оставался непреклонным в этой детали.

 Судебный порядок римлян требовал, чтобы вина распинаемых была объявляема народу иногда через особого глашатая, который, предшествуя осужденному до места казни, возвещал ее в слух всех, или, что случалось чаще, посредством надписи на дощечке, с обозначением имени, места происхождения и преступления казнимого. Такую дощечку обыкновенно несли перед осужденным на место казни или иногда вешали на него и по распятии прикрепляли ко кресту над головой его, чтобы всякий мог видеть и читать сделанную на ней надпись. Пилат воспользовался этим обстоятельством, чтобы снова, и еще жесточе, уязвить первосвященников и членов синедриона: вина, за которую осужден Господь, выражена им в таких словах: сей есть Иисус Назорей, Царь иудейский. Эта надпись была изображена на дощечке, укрепленной над головой распятого, на трех языках: еврейском, греческом и римском, с той целью, чтобы не только палестинские евреи, но и чужестранцы, пришедшие на праздник пасхи из дальних мест, могли читать и понимать ее. Первосвященники, прочитав надпись, сообразили, какой великий позор для них скрыт в кратких, но знаменательных словах. Они должны были ожидать, что иудеи прочтут надпись с негодованием на своих начальников, предавших имя Царя иудейского такому поруганию, а язычники – со злой насмешкой над ненавистным им народом. В крайнем смущении хитрые враги Христовы стали просить Пилата о перемене надписи: не пиши: Царь иудейский, но яко Сам рече: Царь есмь иудейский. В таком случае вина падала на самого Господа: он объявлялся самозваным обманщиком, а это неминуемо увеличило бы озлобление против него во всех зрителях Голгофского события. По-видимому, расчет был верный. Но Пилат, сделавший им столько уступок, на этот раз остался непреклонным и отвечал: еже писах, писах. и между тем, сам не ведая, он написал великую истину. «Пилат, – рассуждает блаженный Августин, – что написал, то написал; поелику Господь что сказал, то сказал. Он сказал: Аз поставлен есмь Царь от Него над Сионом, горою святою Его (Пс. 2:6) сказал, что Ему должно пострадать, дабы внити в славу Свою (Лк. 24:26), – и вот пригвоздившие его ко кресту сим самым, так сказать, возвели Его на Престол; оставалось провозгласить нового Царя, и Пилат-язычник посредством трехъязычной надписи торжественно провозглашает Его, вопреки властям иудейским, в слух всех народов: пророческий символ событий, имевших вскоре последовать! народ иудейский, продолжая отвергать иго царства Христова, видел и доселе, к посрамлению своему, видит, как народы языческие, один за другим, признают распятого Иисуса своим Царем, Спасителем и господом».

Итак, на Голгофе открылась пред всем миром тайна креста Христова, представленная Предвечным советом триипостасного Божества и до сего времени сокровенная от век и родов (Кол. 1:26). Агнец непорочный и пречистый, предназначенный еще прежде создания мира (1 Пет. 1:19, 20) в искупительную и умилостивительную жертву за грехи всего человечества (1 Ин. 2:2), вознесен на крестный жертвенник. Посреди земли (Пс. 73:12) водружено новое древо жизни. язвы Господа, изливая четыре струи на землю, пораженную древним проклятием за грех прародителей (Быт. 3:17), освящают ее и как бы уготовляют в жилище новозаветных чад второго адама. Какое необычайное зрелище, не только для душ избранных, чаявших избавления во Иерусалиме (Лк. 2:38), но и для самих Ангелов, с благоговейным трепетом окружавших крест, как Престол Господа Славы (1 Кор. 2:8)!

По повелению Пилата над головой Спасителя была прибита надпись на трех языках – еврейском, греческом и латинском: «Иисус Назорей, Царь Иудейский» (Ин. 19:19). Первосвященники возражали против такой надписи, но Пилат, желая досадить иудеям, сказал: «Что написал, то написал» (Ин. 19:22). «Пилат написал вышеуказанную вину и, прибив к Кресту, сделал ее известною для всех, чтобы иудеи по своему коварству не могли приписать Иисусу Христу другой какой-либо вины. Этим он и уступал иудеям, и вместе с тем защищал Иисуса Христа, показывая, что Он был распят по зависти» Евфимий Зигабен. Толкование на Евангелие от Матфея, 27: 37. [Электр. ресурс:(12.01.12).]. В иконописной традиции эта надпись была изменена: вместо четырех начальных букв слов Иисус Назорей Царь Иудейский (И. Н. Ц. И.) на иконах Распятия часто пишут согласные буквы выражения «Царь славы» (ЦРСЛ).