Евангелие от Иоанна 18 глава 6 стих

Разве не один лишь голос Говорящего: Это Я, без всякого оружия поразил, поверг, бросил наземь такое скопище людей со всей их жестокой ненавистью и устрашающим вооружением? Бог покоился под покровом человеческой плоти, вечность дня столь затемнена была человеческими членами, что Его разыскивали с фонарями и светильниками, чтобы убить в темноте. Это Я, — говорит Он и повергает нечестивцев на землю. Чтоже сделает Он, придя судить, когда делает такое, отдавая Себя на суд? Какой же властью будет обладать, царствуя, если такой обладал, идя на смерть? И ныне через Евангелие Христос тоже говорит: Это Я. Люди же отступают и падают, ибо оставляют небесное и устремляются к земному. Так почему же они не восприняли, но отошли и пали на землю, если только так не пожелал Тот, Кто мог все, чего хотел? Действительно, если бы Он не позволил им взять Себя, они бы и не исполнили то, ради чего пришли; но и Он не исполнил бы то, ради чего пришел. Теперь Он показал им власть Свою, когда они хотели взять Его, но не смогли. И вот позволяет им Себя схватить, чтобы невольно сделать их исполнителями Своей воли.

***

И где теперь когорта воинов, где служители от первосвященников и фарисеев? Где страх и где военная защита? И только голос Признавшего: это Я — без какого- либо оружия один пронзил, поразил и ошеломил столь великую толпу, вооруженную ненавистью и наводящую оружием страх. Ибо в плоти скрывался Бог, и вечный день был настолько сокрыт в человеческих членах, что тьма с фонарями и факелами искала Его, чтобы убить. «Это Я», — говорит Он и повергает нечестивых на землю. Что же Он сделает, когда придет судить, если совершил такое, будучи обреченным на осуждение? Каково будет Его могущество, когда Он придет царствовать, если сумел совершить такое, придя умереть? И теперь всюду посредством Евангелия Христос говорит: это Я{Ин. 18:6), — а иудеи ищут антихриста, чтобы отступить назад и пасть на землю, поскольку, отказавшись от небесного, они жаждут земного. Очевидно, для того, чтобы уверовать во Христа, пришли преследователи вместе с предателем и нашли Того, Кого они искали, услышав: это Я. Почему же они не схватили Его, но отступили назад и пали на землю, если не потому, что этого возжелал Тот, Кто мог все Ср.: Блж. Августин Гиппонский. Толкование на Евангелие от Иоанна. 11,2, — Ред. , чего бы ни пожелал? Но если бы Он не позволил им когда-нибудь схватить Себя, они, конечно же, не совершили бы в отношении Него того, ради чего пришли, но и Он бы не совершил того, ради чего пришел. Они, разумеется, с ненавистью искали Его, чтобы убить, но и Он, предавая Себя на смерть, искал нас. Так вот, поскольку Он явил уже власть Свою тем, которые хотели схватить Его и не могли, пусть же теперь они схватят Его, чтобы Он благодаря им, не ведавшим того, исполнил волю Свою.

В это время приходит предатель со стражей храма, взятой у первосвященников и с отрядом римской когорты и коварно лобызает Учителя: но его знака не видали, или страже Он не был известен; Иисус Сам выходит и объявляет Себя. Но Божественное величие, небесное спокойствие, с каким Он предавал Себя, напоминая о чудесах, какие творил Он, произвело на стражу Иудейскую, которая прежде отказывалась схватить Его и которая не знала, кого она должна взять, такое впечатление, что они пали на землю. Иисуса захватывают. Петр хочет защищаться: берется за нож, взятый с вечери и уже ударил одного, но Иисус запрещает (не 12 апостолов, а 12 легионов ангелов могли бы защитить Его). Воины хотят захватить и учеников, но Иисус их останавливает и говорит, что напрасно и против Него пришли они с оружием; ученики разбегаются. Юноша оставил свою одежду в руках воинов, когда они хотели схватить его.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 220++

«Ответили Ему: Иисуса Назорея. Говорит им Иисус: Я есмь. Стоял же и Иуда, предававший Его, с ними» (5). Услышав слова Иисуса, служители «отступили назад и упали на землю» (6). Вместо того чтобы тут же схватить Его, они склоняются перед Ним, как перед своим повелителем. «Я есмь» – имя Бога, открытое Моисею (Исх. 3:14). То, что при его произнесении служители храма пали на землю, показывает невероятную природу откровения божественного величия¹

. Здесь один ев. Иоанн передает, что когда солдаты (после лобзания Иуды, которое должно было служить для них знаком, кого они должны брать) приблизились к Иисусу, Он спросил их: кого ищете? Они сказали: Иисуса Назарянина. Иисус говорить им: это Я. По этому слову толпа отступила назад и пала на землю. Проявивши над воинами Свое божественное всемогущество и тем показавши им, что если Он будет взят ими, то не вследствие их могущества и власти над Ним, но вследствие добровольнаго с Его стороны предания Себя на смерть, — Господь снова обращается к толпе с тем вопросом, позволяет ей Себя взять и просит лишь оставить в покое учеников. Это последнее, по замечанию евангелиста, необходимо было для того, чтобы сбылось сказанное И. Христом в первосвященнической молитве 17, 12. И действительно' для учеников соблазном служило уже и то, что их Учитель впадает в руки грешников; если же к этому присоединилось бы еще и взятие их воинами, вера не выдержала бы искушения. Что было далее, передается с большею или меньшею подробностью всеми евангелистами. Воины приступают взять Иисуса, ученики намереваются защищать Его оружием, и один из них (Петр, сообщает ев. Иоанн) отсекает, одному рабу архиерейскому ухо (Малху, у Иоанна); но Господь обличает неразумную ревность Петра и (говорит ев. Лука) прикосновением к урезанному уху исцеляет его. К этому евв. Матфей и Марк присоединяют речь И. Христа, обращенную к пришедшим взять Его, в которой Он выясняет им, что ни их многочисленность, ни мечи и колья, с которыми они пришли ваять Его, не в силах были бы совершить этого, если бы Он добровольно ие предавал им Себя. А ев. Марк один разсказывает о юноше, желавшем следовать за Иисусом, но бежавшем, когда воины хотели Его схватить. Этот юноша, который одет был лишь одним покрывалом ночным, очевидно, был потревожен от сна и поднят с постели шумом проходившей около дома его в сад Гефсиманский толпы. Был ли это сам ев. Марк или кто-либо другой, но во всяком случае нужно предполагать, что он был из числа если не верующих в Господа, то живо возбужденных к вере в Него, вследствие чего для него дорого было знать, чем кончится вся эта Гефсиманская история. ·

Иуда с воинами и вооруженными слугами стоит готовый защищаться, если он встретит сопротивление, но главная цель его была безошибочно схватить Господа Иисуса. Пока он стоит, обдумывая как исполнить это дело, он поражается появлением Самого Господа и кротким гласом Его вопрошающим кого нужно этой вооруженной толпе. Из сей толпы кто-то отвечает, называя Господа по имени. Отвечает не Иуда, по-видимому, находившийся временно в оцепенении, а некто из служителей. Иисус прямо указывает на себя великими словами: Аз есм ‘Eϒώείμι; Ego (is) sum [Ср. изучение гл. 8:24, 58; 10, 30, 11, 25.] в коих независимо от обыкновенного человеческого их значения, мы думаем есть указание и на Божественное значение добровольно предающий Себя за грехи мира Жертвы.

Ответом Своим, в котором Богочеловек открывает Себя, Он повергает на землю толпу вооруженных, дабы знали они, как замечает Златоуст Б. 83, стр. 463., что без святой воли Его все человеческие усилия бессильны взять Его.

К этому Златоуст присовокупляет предположение, что в эту минуту хотящие взять Господа были ослеплены. На это нет указания в Евангелии, но самый факт отступления и падения на землю выразил тот трепет и тот ужас, коим толпа была объята по воле Божией, во свидетельство и её преступления и значения Того, которого толпа эта с Иудой во главе пришла взять.

Весьма вероятно, что после уже падения на землю, Иуда, придя в себя, и, опомнившись от ужаса, возвратился, – не смотря на страшное напоминание Божие, – к настойчивому исполнению преступного замысла, и что в эту то минуту он вздумал прикрыть свое замешательство и вместе с тем подать условный знак предательства целованием Мф. 26:48–50; Лк. 22:47–48. Марк. 14:44–45.. В Евангелии от Иоанна хотя не повторено этой подробности об Иуде, но на присутствие его именно указано без сомнения с намеком на сказание синоптических Евангелий.

Златоуст (1. cit) замечает еще по поводу этого места незлобивость Евангелиста Иоанна, который не поносит предателя, а только отмечает его присутствие. Ужас, овладевший Иудою, иудеями с ним пришедшими и римскими воинами, конечно, кроме трепета напавшего на них, от самого присутствия Того, который сказал: Аз есмь, происходил еще частью и от страха быть поглощенными землею или быть сожженными небесным огнем Ср. Чис. 16:30–33, 35; 4 Цар. 1:9–12.. Но Милосердый прежде еще говорил «сынам громовым» о милосердии Своем Лк. 9:54–56., и в эту ночь позже сказал вынувшему меч в Его защиту: «Или думаешь, что не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более нежели двенадцать легионов Ангелов» Мф. 26:53–54 и ниже ст. 11..

Имеет смысл обратить внимание на следующий момент. Иисуса берут под стражу (начало 18-й главы). Об этом как о событии первостепенной важности рассказывают все четыре евангелиста. Однако, в отличие от синоптиков, которые сообщают об этом событии от третьего лица, у Иоанна этот эпизод показан в форме диалога: «Итак Иуда, взяв отряд воинов и служителей от первосвященников и фарисеев, приходит туда с фонарями и светильниками и оружием. Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я (в старославянском переводе сохранена структура греческого оригинала: "Аз есмь". — Г.Ч.). Стоял же с ними и Иуда, предатель Его. И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю» (Ин 18:3–6).

Почему эти люди с фонарями и светильниками «отступили назад и пали на землю»? Потому что их испугал ответ Иисуса «Аз есмь». Ведь «Аз есмь» означает не только простое «Это Я»; нет, это абсолютно прозрачный намек на Имя Божие, на слова «Аз есмь Сущий», которые Сам Бог обращает к Моисею из купины (Исх. 3:14). Мы, читатели, понимаем, что Иисус — это тот Свет, что светит во тьме, Бог Его устами как бы из Неопалимой, горящей и несгорающей купины говорит Свое «Аз есмь», обращаясь к пришедшим схватить Иисуса воинам. Эти слова пугают пришедших. Они, сознавая, что происходит, или нет, но объективно оказываются как бы на месте Моисея перед купиной — и именно потому отступают и падают на землю. Иисус вторично спрашивает их: «Кого ищете?» Они повторяют: «Иисуса Назорея». Иисус просто отвечает им: «Я сказал вам, что это Я; итак, если Меня ищете, оставьте их (то есть учеников. — Г.Ч.), пусть идут» (Ин. 18:7—8). Сцена снова приобретает какой-то обыденный характер: воинам приказано арестовать человека по имени Иисус Назорей — и они берут Его под стражу.

Момент, когда мы, читатели, как бы оказываемся — вместе с Иудой и воинами — перед Иисусом, перед этой горящей и несгорающей купиной, действительно страшен. С другой стороны, как уже говорилось выше, в этой сцене присутствует свет — несколько фигур выхвачено им из тьмы, и этот свет как бы исходит от Самого Иисуса, из Его сердца; сердца, которое каким-то особенным образом является местом всеопаляющего Божьего присутствия. Пройдет всего лишь несколько лет после этого страшного вечера, так подробно описанного во всех четырех Евангелиях, и апостол Павел скажет, что во Христе «полнота Божия обитает телесно». Что означают эти слова, можно понять только сердцем и, наверное, только читая Евангелие от Иоанна. При этом необходимо помнить, что ни на одно мгновение Иисус не перестает быть человеком и одним из нас... Всего лишь одним из нас.

Ст. 3: «светильники» = факелы.

«Это Я» = Я есмь.

Кончилась Тайная вечеря, речь Иисуса к ученикам и молитва. Иисус уходит в Гефсиманский сад. Ворота, вниз по склону, переход за поток, подняться по склону в масличный сад.

Символика: кровь Агнцев в храме выливалась на алтарь. 256 тысяч агнцев. По желобу кровь стекала в Кедрон. Поток был красным. Мысль о собственной крови?

Гора Елеон. На склоне Гефсиманский сад. Гефсимания = пресс для выжимания масла. Там сады зажиточных людей, так как в самом Иерусалиме нельзя было использовать удобрения, да и земли не было.

Кто-то из друзей дал ключ от калитки. Иисус с учениками часто заходил сюда для тишины. Иуда знал это (сам бывал).

Удивительная вооруженная сила. Воины, служители (охранники Храма).

«Спира» = когорта 600 - 1000 человек, манипула 200 солдат. Чуть ли не армия против плотника из Назарета!

1. Факелы (при луне?). Искать в потаенных углах. Но Иисус мужественно выступает «Я есмь». Это Я.

2. Власть! Их сотни, он один. Они вооружены до зубов, но поверглись. Символ («Я есмь»). От Него исходит дух власти. Один сильнее всех их.

3. Итак, Иисус избирает смерть. Мог бы спокойно пройти сквозь них, как это бывало.

4. Он заботлив. Любовь к ученикам.

5. Послушен Отцу (праведность - это исполнение воли Божьей).

Евангелист подчеркивает, что Иисус, задавая вопрос «кого ищете?», знал, что Его ожидает и не питал иллюзий по поводу цели, с которой за Ним пришли. Получив ответ «Иисуса Назорея», Он отвечает: «это Я». И здесь происходит нечто неожиданное: воины и служители отступают назад и падают на землю. Как это объяснить? Толкователи обычно ограничиваются указанием на действие силы Иисуса: «Это сделал Иисус для того, чтобы показать, что без Его соизволения они не только не могли бы взять Его, но и увидеть Его, хотя Он находился среди их». Или указывают на силу Его слова: «Но чтобы при этом обнаружить тщету многолюдства и совершенное ничтожество всякой силы человеческой пред несказанною и Божественною крепостью, обратившись с кротким и ласковым словом, простирает на землю толпу искавших Его…». Отмечают, что вместе с воинами и служителями должен был пасть на землю и Иуда.

Современные толкователи обращают внимание на формулу «это Я» как возможный ключ к разгадке смысла данного эпизода. Как мы уже отмечали в нашем исследовании, слова Иисуса, передаваемые греческим словосочетанием ἐγώ εἰμι (букв. «Я есмь», в Синодальном переводе «Это Я») на языке, на котором говорил Иисус, могли звучать как имя Божье יהוה Yahwē (Яхве, Иегова, Господь), буквальное значение которого: «Я есмь», или «Я есмь Сущий». Они могли воспроизводить и другие варианты передачи ветхозаветной формулы «Я есмь», такие הוא אני אני’ănî ’ănî hû’ (Втор. 32:39: «Я, Я есмь»), הוא אני’ănî hû’ (Ис. 43:10: «Я есмь») . Если Иисус, произнося «это Я», употребил по отношению к Себе одно из священных имен Бога, этого было достаточно, чтобы отряд, состоявший из богобоязненных иудеев, отступил и пал на землю. Таким образом они могли выразить свое благоговейное отношение к имени Божьему.

Тут описывается событие, о котором говорит из евангелистов только один Иоанн. Иисус, ведый вся грядущая нань (все, что с Ним будет), т. е. Господь, как всеведущий, знал о предстоящих Ему страданиях и смерти, и потому, как приишедший для искупления мира Своими страданиями и смертию, отдавал Себя в руки врагов добровольно - смело вышел к ним и пр., а не в страхе и замешательстве. Вышел к врагам. Это, по сказанию прочих евангелистов, было после того, как Господь, оставив учеников, три раза удалялся от них в глубь Гефсиманскаго сада, и, наконец, после третьяго раза возвратился к ним (Мф. 26:36. Мк. 14:32. Лк. 22:39 и дал.). Увидя врагов, Господь несколько отделился от апостолов и, подошед к Иуде, который, вероятно, шел значительно впереди предводительствуемаго им отряда воинов и слуг, спросил его: друг, для чего ты сюда пришел (Мф. 26:50)? И когда Иуда, исполняя данное им отряду условие: кого я поцелую, тот и есть (Мф. 26:48. Мк. 14:44. Лк. 22:47) Христос, облобызал Учителя, Господь еще сказал ему: Иуда, целованием ли предаешь Сына Человеческаго? Эти слова были последним вразумлением Иуде со стороны Господа; но закоснелая в сребролюбии душа его не вняла сему вразумлению. После вразумления Иуде, Господь обратился уже к отряду с вопросом: кого ищете? Этим вопросом Он хотел показать Иуде предателю, отряду и вообще врагам Своим, что Он совершенно добровольно отдает Себя им и что, если бы Он не захотел, то ничего не могли бы они сделать с Ним. С другой стороны, как видно далее, Господь хотел охранить Своих учеников от опасности—быть взятыми, подобно Ему, потому Сам и вышел навстречу искавшим Его, и Сам указал Себя словами: это—Я (Аз есмь). Иисуса Назорея. Иисуса Христа называли Назореем и по происхождению Его из г. Назарета, где жил и воспитывался Он в доме Иосифа, которому обручена была Его Матерь, Пресв. Дева Мария, и потому, что в ветхозаветное время под именем назореев известны были люди, посвятившие себя Богу, каковым в высшей степени был Господь Иисус (Мф. 2:23). Стоял (стояше) же с ними и Иуда предатель (иже предаяше) Его. Нужно думать, что, по облобызании Господа, Иуда присоединился к приведенной им толпе. Отступили назад (идоша вспять) и пали (падоша) на землю. «Такое действие слов Господа, пишет еписк. Михаил, есть чудесное действие явления Им божественной силы и власти; ибо иначе такое падение особенно римских воинов от одного слова необъяснимо. Показав Свою всесильную власть, продолжает еписк. Михаил, Господь отдает Себя им с теми же словами, которыя повергли их на землю, только отдается под условием, чтобы ученики Его были свободны, не подверглись тому же, чему Он,—не были бы взяты и представлены на суд; тем более, что из ответа посланных на вопросы: кого ищетег видно, что они были посланы взять только Господа. Он один должен был пострадать, а ученикам Его предстояла широкая деятельность после Него. Да сбудется слово и пр. Это—указание на слова, которыя были сказаны Господом в первосвященнической Его молитве об учениках: Когда Я был с ними в мире, Я соблюдал их во имя Твое; тех, которых Ты дал Мне, Я сохранил, и никто из них не погиб, кроме сына погибели, (т. е. Иуды предателя, Ин. 17:12). Ученикам Господа, если бы они были взяты вместе с Ним, грозила великая опасность отпасть от Него и погибнуть, если не всем, то кому-либо из них. Если самый твордый из них, Петр трижды отрекся от Него в эту ночь, то не могло ли быть нечто более тяжкое с кем либо из апостолов, не столь твердым? Вот почему еванг. Иоанн указывает особенно на ту черту, что Господь требовал, чтобы не брали Его учеников, и указывает это, как исполнение недавно произнесеннаго Им слова. (Злат.)

Такова сила в словах Божественного Иисуса! О, вольного снисхождения Твоего, Иисусе! До чего Ты смирил Себя, Бог всемогущий! Ты бы мог истребить одним словом Своим всех врагов Твоих, но Ты вся терпиши нас ради, да мы, неблагодарные и злонравные, не будем осуждены на вечные муки.

Ин. 18:1–11 есть повествование об аресте Божием. Это слово не любят употреблять о Христе. Но вещи имеют свои имена, и речь идет о восстании мира на Христа. Пришли не только Иуда со служителями от Первосвященника и фарисеев, но и римская когорта (ср. ст. 3), или часть ее, с трибуном во главе (ср. ст. 12). Участие римлян с первого же момента выражает восстание мира. В ушах читателя еще звучит последнее слово о мире в Первосвященнической молитве (ср. Ин. 17:25). Оно не выражает надежды. Иуда был нужен, как знавший место (ст. 2). О поцелуе его не сказано. Самое большее, он подразумевается, как уже бывший в plusquamperfectum είστήκει ст. 5: стал и стоял. Вероятно, и вместе с другими, в ст. 6, упал на землю. Но субъект действия не те, кто пришли за Иисусом, а Он Сам. Он выходит навстречу, спрашивает: «...кого ищете?» – и на ответ: «Иисуса Назарея» – говорит: Ἐγώ είμι. Прежний русский перевод: "это Я" был бы вполне правилен, но это то же слово, которым Иисус выражает в Ин. 8:24, 28, 58 и Ин. 13Свое Божество. И в новом русском переводе, и в гл. XVIII во всех случаях его употребления (ст. 5, 6, 8), оно передано: «Я есмь». Пришедшие, когда услышали, отступили назад и упали на землю – перед явлением Божиим. Но Иисусу не это было нужно. Он хотел показать добровольность Своих Страстей в послушании Отцу (ср. ст. 11) и ограждение учеников. "Из тех, кого Ты даровал Мне, Я не погубил никого» (Ин. 18:9). «Не погубил никого» есть отрицательный аспект искупления. «Если Меня ищете, оставьте этих, пусть идут» (Ин. 18:8).

– Как только Иисус сказал: «ЭТО – Я», они отступили и попадали на землю – Хотя это самый естественный ответ («Я и есть тот Иисус из Назарета, которого вы ищете»), реакция стражников говорит о том, что эти слова были, вероятно, восприняты ими как Божественное имя; см. Ин. 8:24. Несомненно, такова реакция людей на Богоявление (ср. Дан. 10:9; Деян. 9:4; 22:7; 26:14; Откр. 1:17). Многие видят здесь также намек на Пс 56(55).10: «Враги мои обращаются назад, когда я взываю к Тебе». Самое важное здесь то, что противники Иисуса парализованы и не в состоянии что-либо сделать.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 402++

Дважды Он называет Себя, и солдаты отступают и падают на землю. Их внезапная немощь говорит о том, что Он сильнее их и что по свободной воле отдает им Себя.

Некогда звучали суровые слова против книжников и фарисеев, против «порождений ехидниных», слова о «гневе Агнца».

В Страстях нет ничего подобного. Чем больше страдает Иисус, тем мягче и милосерднее Он становится.

Спаситель, не любишь ли Ты людей меньше, страдая по их вине, чем любил их прежде, до страдания Твоего. В самом грехе моем, ненавидя грех, Ты любишь меня с пронизывающей силой.

И в это самое время сквозь чащу дерев засветились огни и явилась целая толпа храмовых и первосвященнических служителей, которые, вооружившись мечами и кольями, тихо подкрадывались к саду, где, как указывал им предводительствовавший этим скопищем предатель, должен был находиться Христос. Такие предосторожности были совершенно излишни, так как Христос теперь готов был отдаться им Сам. Но самый этот дух безграничного самопожертвования был таким страшным обличителем совести нечестивых, что от простого заявления Христа, что это Он самый, которого они ищут, вся вооруженная толпа в ужасе рассеивалась и падала, тем более, что сам предатель два раза оказывался не в состоянии подать условленный им знак и цепенел во всем своем гнусном существе. Только уже в третий раз сатана вооружил его адским мужеством, и Иуда своими гнусными устами напечатлел предательский поцелуй. Тогда вооруженная толпа окружила Иисуса Христа и стала вязать Ему руки.

Отряду слуг и воинов было внушено, что им придется действовать с хитростью и осторожно, так как возможно сопротивление со стороны приверженцев намеченной жертвы. Темнота ночи, таинственность, с какой было обставлено взятие Христа, и тревожная мысль об опасности предприятия, конечно, настроили стражников весьма враждебно, и можно было ожидать с их стороны решительных и крайних действий. Но, по свидетельству Иоанна Богослова, это враждебное настроение вооруженной толпы было побеждено Божественным достоинством и внутренней духовной силой добровольно идущего на смерть Спасителя мира.

При приближении вооруженной толпы, освещавшей путь фонарями и светильниками, Христос, зная все, что с Ним будет, вышел навстречу толпе и спросил: Кого ищете? В толпе для общего руководства и наблюдения за отрядом слуг и воинов были и первосвященники, и начальники храма, и старейшины. Они, сделав вид, что не узнали Христа, отвечали: Иисуса Назорея. Тогда Иисус, обращаясь к толпе, сказал: Это Я. Слова эти произвели необычайное действие. Вооруженная и враждебно настроенная толпа в испуге отступила назад и пала на землю. Снова Христос спрашивает: Кого ищете? и, получив ответ: Иисуса Назорея, – говорит: Я сказал вам, что это Я; итак, если Меня ищете, оставьте их, пусть идут (18, 7–8). Предавая Себя в руки врагов, Спаситель любовно оберегает от опасности апостолов и просит врагов Своих, очевидно намеревавшихся схватить и апостолов, оставить их в покое. Отмечая эту любовную заботу Христа об апостолах, евангелист Иоанн говорит: Да сбудется слово, реченное Им: из тех, которых Ты Мне дал, Я не погубил никого (ст. 9).

Окончив молитву, Христос подошел к спящим ученикам: «Вы все спите и почиваете! Кончено, пришел час: вот, предается Сын Человеческий в руки грешников. Встаньте, пойдем; вот, приблизился предающий Меня» (Мк. 14:41). Спаситель вышел навстречу приближающейся толпе. Люди были вооружены: одни из них держали палки и колья, другие – мечи и копья; среди народа были воины из отрядов храмовой стражи, а также старейшины.

Евангелист Иоанн говорит, что Господь не только пошел навстречу толпе, но и спросил их: «Кого ищете?» – и после ответа: «Иисуса Назарея», – предал Себя им, сказав: «Это Я» (Ин. 18:3–5). Толпа, услышав это, упала на землю, пораженная силой слова Христова. Эта ситуация, уже в трагических обстоятельствах Гефсиманского ареста, показывает, что все произошедшее – это не несчастный случай. Господь добровольно передает Себя в руки грешников. «Сила Его была неизреченна, что не могли бы и распять Его, если бы Он Сам не предался добровольно. Господь не только ослепил глаза их, но и поверг их на землю одним только вопросом Своим. То, что пришедшие на Иисуса пали, было знаком всеобщего ниспадения этого народа, которое и постигло его впоследствии, после смерти Христовой, как и Иеремия предсказал: дом Израиля пал, и нет восстановляющего|||» Феофилакт Болгарский, блж. ///Благовестник. Толкование на Евангелие от Иоанна, 18: 3–6..