yandex

Библия - Евангелие от Иоанна Глава 13 Стих 22

Стих 21
Стих 23

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Хотя ученики почтительно любили своего Учителя, в отношениях между собой их связывала хрупкость человеческих чувств. Совесть каждого известна была только самому себе; а поскольку совести ближнего она не знала, то каждый в себе был настолько уверен, что никто не был уверен во всех, а все не были уверены в каждом.


Источник

Трактат на Евангелие от Иоанна 61.3, Сl. 0278, 61.3.2.

***

Ведь они были проникнуты самой чистой любовью к своему Учителю, но человеческая немощь все же настраивала их друг против друга. Разумеется, каждый был спокоен за собственную совесть, но поскольку за совесть другого спокоен не был, то всякий, будучи уверен в себе, не был уверен ни в одном из числа других и во всех сразу.


Источник

Толкование на Евангелие от Иоанна. Перев. проф. Тюленева В.М. Рассуждение 61. М. Сибирская благозвонница, 2020. - Т.2. С.312

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Эти слова вызывали вполне понятное смятение среди учеников: в них заговорило чувство глубокой скорби по поводу того, что их Возлюбленный Учитель найдет среди них предательство. «И начаша скорбети», по св. Марку, и были скорбяще зело», по св. Матфею. Ясно понимая глубокое падение человеческой природы, они все, как бы не полагаясь сами на себя, спрашивают: «не я ли, Господи?» — и переглядываются, по св. Иоанну, недоумевая, кого может иметь в виду Господь. По св. Матфею, и Иуда спросил: «Не я ли, Равви?» — и Господь тихо сказал ему: «ты рекл еси», в последний раз побуждая его к покаянию, хотя и безрезультатно.

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Но когда Сын Человеческий представил Себе, как один из этих самых учеников, пользовавшийся особенной любовью Его, отречется от Него, и будет орудием врагов Его, то эта мысль смутила и Его дух. Он сказал яснее: один из вас предаст Меня (Ин. 13:21). Такое открытие привело всех в изумление: как из среды их предатель? Кто этот предатель? Господь продолжал: впрочем Сын Человеческий отходит, как писано о Нем. – Но, прибавил Он, горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше бы не родиться тому человеку (Мф. 26:21–24). Ученики пришли в уныние, смотрели друг на друга, все спрашивают: не я ли? Господь молчал. Но когда Петр дал знак Иоанну спросить об этом Господа, Иоанну, который занимал такое место, что мог склониться на грудь Спасителя и тихо говорить с Ним: тогда Господь отвечал ему (также тихо): это тот, кому теперь черед получить от Меня кусок агнца (а не хлеба, как в слав. переводе Евангелия Иоанна), омоченный в блюдо, и подал Иуде. Смущенный тайным разговором Иисуса с Иоанном, Иуда и сам с наглостью спросил: не я ли? Господь отвечал: ты сказал.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 209-210++

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Но Иуда столь тщательно скрывал свои намерения, что никто из учеников не подозревал его. В недоумении они смотрят друг на друга. То, что кто–то из этого узкого круга самых близких Иисусу людей способен был так поступить, выходило за пределы их понимания.


Источник

Прокопчук Александр, прот. Лекции по Евангелию от Иоанна. / Протоиерей Александр Прокопчук. 2-е изд., испр. и доп. - М.: Изд-во ПСТГУ, 2015. - С. 113

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

В повествовании об открытии в Иуде предателя между евв. находится следующее различие: ев. Лука, который передает эту историю очень кратко, говорит, что после предсказания И. Христа о предателе ученики „начали спрашивать друг друга, кто бы из них был, который это сделает»; на это обстоятельство указывает и ев. Иоанн, говоря, что „тогда ученики озирались друг на друга, недоумевая, о ком Он говорит (22); евв. же. Матфей и Марк, не указывая сего обстоятельства, утверждают, что ученики весьма опечалились и начали говорить Ему, каждый из них: „не я ли Господи?" на что получили ответ: „опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст меня"; ев. Матфей один прибавляет, что после того и Иуда спросил Господа: „не я ли Равви?" на что и получил утвердительный ответ; наконец, ев. Иоанн, не передавая ничего о вопросах каждаго из учеников Господу, разсказывает, как Иоанн, возлежавший в это время на груди у Иисуса, по знаку Петра, спросил Господа и получил ответ: „тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам». Конец этой истории принадлежит одному Иоанну. Очевидно, что евв. передают различныя обстоятельства этого события: ев. Лука, сокращая разсказ, передает лишь предсказание о предателе и предостережение ему со стороны И. Христа, а об учениках — их первоначальное смущение и взаимные переговоры; евв. Матфей и Марк—последовавшие затем вопросы каждаго из них Господу и первое, пока общее я неясное указание на предателя, вместе с предостережением последнему. (Исполнение этого указания, можно думать, последовало одновременно с исполнением указания Иоанну). Иуда, стараясь быть или показать себя развязным я смелым, обращается к Господу с вопросом: „не я ли, Равви? и получает тихий ответ: да, ты. Последняго ответа ученики, вероятно, не разслышали, я слова Господа: „опустивший со мною руку в блюдо", поняли в самом общем смысле, как: „один из двенадцати", или: „рука предающаго Меня со Мною за столом» (Луки 21). Тогда Петр обращается к Иоанну и дает ему знак, чтобы тот спросил Иисуса, кто это? Если это случилось во время той части вечери, когда домохозяин, раздробив хлеб, разделял его присутствующим, то открытие в Иуде предателя, можно предполагать, последовало таким образом: Иисус Христос ответил Иоанну: „тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам; это был момент, когда Он, передавая по порядку части хлеба, должен был подать часть Иуде. Возбужденное состояние Иуды, старание замаскировать это свое душевное состояние заставляют его сделать движение рукою к блюду слишком рано, когда Господь еще только опускал свою руку в блюдо с предназначенным ему куском хлеба.


Источник

Руководство к толковому чтению Четвероевангелия и книги Деяний Апостольских. Д. Боголепов. Издание 5. М.: 1910. - С. 323-324

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Св. Иоанн Златоуст На Ин. бесед. 72 ч. 2, стр. 718 изд. 1862. по поводу этого стиха замечает, что на Апостолов напал страх, «ибо хотя они не сознавали за собою ничего худого, но пришли в недоумение, потому что более верили словам Христа, нежели собственным своим помыслам». Чувство недоверия к себе в отношении возможности пасть, есть прекрасное и правильное состояние духа: кто уверен в себе, что не падет, наверное падет; кто смотрит на свои силы с недоверием, тот стоит на страже и с помощью Божией может бороться против врага. Мы знаем поразительный пример падения великого Апостола Петра, уверенного, что он не оставит Господа своего.


Источник

Опыт изучения Евангелия св. Иоанна Богослова. Том 2. С-Пб.: Изд. И.Л. Тузова, 1887. С.29-30

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Умыв ноги ученикам во время последней трапезы, перед тем, как начать Свою прощальную беседу, Иисус неожиданно заговаривает о том, что «один из вас» Его предаст. «Тогда ученики начали озираться друг на друга, недоумевая, о ком Он говорит» (Ин. 13:22), а Петр подаёт знак любимому ученику, «чтобы тот спросил, кто это, о ком Он говорит». Иисус не указал на будущего, а по сути, уже состоявшегося предателя, но, «обмакнув кусок, подал Иуде». Ψωμίον (уменьшительное от ψωμός) или buccella (опять-таки деминутив!) в латинском переводе у блаженного Иеронима — это даже не кусок, но именно кусочек пресного хлеба, скорее всего почти незаметно или просто незаметно для остальных отломленный Иисусом от того куска, который Он держал в руке, потому что ел Сам. Зачем подает его Иисус Иуде? Не для того ли, чтобы указать ему на то, что Он знает о его намерении и готов не только простить, но и забыть все, если тот остановится.

Сопоставляя евангельские тексты, мы видим, что в отношении к Иуде все четыре Евангелия едины. Он — один из двенадцати, он близок к Учителю, он участвует вместе с Ним в трапезе, в том числе и в последней. Это тот, о ком в Евангелии от Луки Иисус говорит: «И вот, рука предающего Меня со мною за столом» (Лк. 22:21), а в Евангелии от Матфея отвечает: «Опустивший со Мною руку в блюдо (или в солило, как в славянском переводе, в блюдо с настоем соленых трав. — Г.Ч.), этот предаст Меня» (Мф. 26:23). Но ведь все двенадцать опускали руки в солило! В Евангелии от Иоанна на вопрос Петра, кто предаст Его, Иисус отвечает: «Тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам» (Ин. 13:26). Но ведь Он каждому из них подал кусок! Значит, предаст один из ближайших, один из друзей. И не случайно эта мысль, как свидетельствуют евангелисты Матфей и Марк, приходит каждому из апостолов, и они спрашивают: «Не я ли?» (у Луки и Иоанна ученики спрашивают не Иисуса, а друг друга: кто?). Но при этом каждый имеет в виду себя, потому что Христос четко говорит: один из тех, кто опустил в солило руку; тот, кому Я подам кусок. А опустили все, и подает каждому… Ученики сначала не могут понять, кто предаст Учителя. И это не случайно. Евангелист Иоанн тоже не говорит прямо, но только показывает нам, как на картине, что это Иуда. Мы, как зрители, видим это, а они, участники трапезы, этого пока не видят, поскольку все находятся в равном положении. Они поймут это потом, но в данный момент совершенно дезориентированы.

Итак, первая характеристика Иуды — он один из учеников, один из тех, кто близок к Иисусу. Вторая связана с деньгами: он носит с собой ящик, куда собираются деньги, и очень расстраивается, когда женщина приступает к Иисусу с драгоценным миром и возливает это миро на Его ноги или на голову, потому что считает, что миро можно было бы продать за большие деньги, за 300 динариев. Значит, мысли его — о деньгах, и в конце концов он предаёт своего Учителя за меньшие деньги. Он получает тридцать сребреников — примерно трехмесячное содержание. Прав византийский гимнограф, который говорит, что сребролюбие погубило Иуду. Вспомним тропарь Великого четверга: «Егда славные ученицы на умовении вечери просвещахуся, тогда Иуда злочестивый сребролюбием недуговав…» Не что-то другое, но только болезнь сребролюбия приводит Иуду к роковому шагу.

Как маленький человек, Иуда сначала действует, подобно Петру, в целях самосохранения. Но Петр отрекается от Иисуса во дворе архиерея из страха, а Иуда пытается извлечь из этого выгоду. Иисус пытается остановить его, когда говорит: «Что делаешь, делай скорее» (Ин. 13:27) или: «Друг, для чего ты пришёл?» (Мф. 26:50), — т.е. делай то, зачем ты пришел, вероятно, так надо прочитать эти слова. Иисус пытается остановить Иуду, не лишая его внутренней свободы. Он делает это с помощью вопроса, а не прямого запрета. Иисус задает вопрос, но Иуда на него не отвечает.

Нам нужно переосмыслить место Иуды в евангельской истории, взглянув на него не как на предателя Учителя, а как на предателя своего ученичества. Очень важно увидеть Иуду сегодня именно таким. Потому что князь мира сего — всегда разрушитель, но не какой-то трагический демон из романтической поэзии. Иуда-антигерой — это ложный образ, в Евангелии такого нет. В Евангелии есть маленький человек, который, что называется, вписывается в ситуацию, и это его разрушает, давит и доводит до самоубийства. В этом смысле образ Иуды — предостережение для каждого из нас. В евангельской истории его имя и то, что он сделал, сохранено не для того, чтобы вызвать нашу ненависть. Не для того, чтобы, клокоча гневом, мы думали: вот если бы я был там, я сумел бы его обезвредить, и возмущались бы, что никто из апостолов не остановил его. Тем более что в какой-то момент апостолы начинают понимать, кто будет предателем, но они также понимают, что останавливать его бессмысленно, потому что за Иисусом придут и без него.

Иуда — это не тот человек, которого христиане должны ненавидеть в течение двух тысяч и более лет, а человек, жизнь которого —предупреждение для каждого из нас. Ведь и мы можем оказаться в его положении, и мы можем так же предать свое ученичество, как он предал свое. Человек, предупреждающий нас об опасности, — вот кто такой этот маленький человечек из Галилеи, один из двенадцати учеников Иисуса. Имя Иуды стало нарицательным, но, увы, в поверхностном понимании: для многих он почти как страшный злодей из готического романа или средневековой повести. Нет, это всего лишь раздавленный человек, каких много. Иуда гораздо современнее, чем можно подумать. Всмотревшись в этот образ, мы должны понять, что Иуда — человек вовсе не из далекого прошлого. В той или иной форме он живет в каждом из нас, и каждому необходимо преодолеть его в себе.


Источник

Священник Георгий Чистяков. Свет во тьме светит (Размышления о Евангелии от Иоанна). Глава 16. "А была ночь". Образ Иуды

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Обличение предателя и уход его

На остальных же Апостолов слова Иисуса произвели удручающее впечатление: среди избранных двенадцати — предатель! Это ужасно! И никто из них не поверил бы этому, если бы не сказал Сам Христос. В ужасе смотрят они друг на друга, желая своими испытующими взорами вызвать признание предателя; но Иуда молчит. Тогда они начинают переговариваться, недоумевая, кто бы из них способен был на такую подлость? Но и это ни к чему не привело. Опечаленные, они стали один за другим спрашивать Иисуса: «Не я ли, Господи?», «Не я ли?» Но их вопросы остались без ответа. Когда же Иуда, не желая отставать от других, нагло спросил: «Учитель, не я ли?» — то Иисус ответил ему тихо, так что в то время другие Апостолы не расслышали ответа: ты сказал. Это была обычная форма утвердительного ответа, равносильная словам: «Да, это ты».


Источник

Гладков Б.И. Толкование Евангелия. Глава 39. - Воспроизведение с издания 1907 года. М.: Столица, 1991. (с дополнениями из издания 1913 г.) - С. 582-3

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Иисус Христос не хотел еще открыть перед всеми несчастного, все еще ожидая его обращения.

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Ученики озирались друг на друга (сзирахуся между собою) и пр. По Евангелию Матфеи и Марка, опечалились Очень понятно это смущение и печаль апостолов. По сказанию тех же евангелистов Матфея (Мф. 26:22) и Марка (Мк. 14:19), при словах Господа о предателе, каждый из апостолов, кроме самого предателя, спешил освободиться от подозрении, спрашивая Господа: не я ли, Господи? Сказали «кроме предателя», потому что, как видно из повествовании св. Матфея (Мф. 26:25), Иуда не спрашивал вместе с апостолами, думая, что И. Христос не узнает его, а спросил уже после, когда Господь некоторым образом указал его, сказав: опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст Меня. Блюдо или, по-славянски, солило, это было блюдо с разными плодами, которые были приготовлены в виде соуса; так как на востоке не употребляли вилок и ложек, а брали кушанье просто руками. При указании Своего предатели, по Евангелию Матфея и Марка, Господь прибавил следующее: Сын Человеческий идет, как писано о Нем, т. е. предсказано в ветхозаветн. книгах, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше бы этому человеку не родиться. Величайшее преступление—предать на смерть своего Учителя и Господа, величайшее будет и наказание за это.—Здесь невольно является вопрос: «виноват ли действительно Иуда в том, что И. Христос страдал? Он виновен, разсуждает один из духовных писателей (архимандрит Августин): 1) тем, что живя три года с половиною с Господом, не проникся любовию и благоговением к Нему, а, напротив, еще почему-то воспитывал в себе чувство неприязни и недоброхотства к Нему; 2) тем, что прельстился 30-ю сребренниками и из-за них коварно выдал ни в чем неповиннаго Господа врагам; и 3) тем, что, сознавая гнусность своего поступка, не залился слезами покаяния, подобно, напр., ап. Петру, а покончил с собою самоубийством». Это все доказывает, что Иуда имел душу низкую.



Источник

Иоанн Бухарев свящ. Толкование на Евангелие от Иоанна. М., 1915. Зач. 45. С.173

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

См. ст. 21. И что же? Все прочие смотрят друг на друга, а всегда пламенный Петр подает знак Иоанну.

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

XIII. 21–30

В ст. 21 Иисус снова говорит о присутствии предателя среди учеников. Союзу любви противополагается предатель. Ученики недоумевают. Петр спрашивает ученика, которого любил Иисус. Ученик, припав к груди Иисуса, задает ему вопрос и получает ответ: «Тот, кому Я обмакну и дам этот кусок». Иисус дает его Иуде. тогда после этого куска, вошел в него сатана. Говорит ему Иисус: – Что делаешь, делай скорее». Этих слов ученики не понимают, Иуда, взяв кусок, «вышел тотчас». "Была ночь" (Ин. 13:29–30).

Проблема Иуды

Иуда противополагается союзу учеников. Этот контраст заостряется, как противоположение Иуды и ученика, которого любил Иисус. Он один может вопрошать Иисуса, о ком идет речь. Та особая любовь, которую имеет к нему Господь, предполагает и с его стороны великую любовь к Иисусу. Его дерзновение есть дерзновение любви. Особое выделение Возлюбленного на фоне союза учеников с новою силою подчеркивает значение их союза как союза любви. Противоположение Иуды союзу любви, а в союзе любви – тому, кого любил Иисус, есть противоположение по признаку любви.

Проблема Иуды в этом контексте достигает предельной остроты. Мы видим, с какой постепенностью подготовлял евангелист своих читателей к уразумению этой страшной тайны. Для Матфея (ср. Мф. 26:14–16) и Марка (ср. Мк. 14:10–11) предательство Иуды сполна объяснялось его корыстолюбием. Корыстолюбие его было известно и Луке, но он видел и прямое воздействие сатаны (ср. Лк. 22:3–6). Иоанновский текст был в свое время указан. Но даже в пределах гл. XIII, в ст. 2 говорится, что диавол заронил в его сердце намерение предать Иисуса, а в ст. 27 – «вошел в него сатана», вошел тогда, когда Иисус ему дал кусок. Много было высказано догадок относительно этого куска. Некоторые думали, что это был кусок, который возглавитель трапезы давал почетному гостю. В таком случае это было бы со стороны Иисуса последняя попытка удержать Иуду от предательства. В Евангелии нет на это никакого указания. Еще меньше оснований считать этот кусок куском евхаристическим – в Ин. , который не повествует об установлении Евхаристии! Поражает другое. Дав кусок, Иисус говорит Иуде: «...что делаешь, делай скорее» (ст. 27), и, «взяв кусок, он вышел тотчас» (ст. 30а). Мы не можем отделаться от впечатления, что Иуду на дело предательства посылает Сам Господь. Проблема Иуды достигает предельной остроты в этой точке.

Путей к ее решению надо искать в контексте. В гл. XIII союз учеников вокруг Учителя нам представляется как союз любви. И противопоставление Иуды союзу любви и в союзе любви – ученику, которого любил Иисус, есть противопоставление по признаку любви. Можно сказать, что в абсолютном христианском монотеизме всякая человеческая активность имеет начало в Боге. Но она должна идти путем любви. Если она отклоняется от этого пути, происходит излом и добро оборачивается злом. Таким изломом во зло оказывается и путь Иуды. Он понятен только в сопоставлении с союзом учеников как союзом любви и в союзе с тем, кого любил Иисус.

В контексте гл. XIII судьба Иуды открывает по контрасту сущность Церкви как союза любви.

XIII. 30b

Когда Иуда вышел, была ночь: ήν δε νύξ (ст. 30b). Для евангелиста Иоанна это была не только ночь в физическом смысле, но и ночь мировой эпохи – сменявшая день прежнего эона ночь восхождения Сына к Отцу, за которой должен был наступить день нового эона.


Источник

Водою и Кровию и Духом. Толкование на Евангелие от Иоанна. Электронное издание. С. 101-102

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Изумление и вместе страх нападают на учеников, и они смотрят друг на друга, получая из этих слов двойное опасение. Каждый, естественно, заботясь о своей собственной душе, находился в немалом страхе, но и, благодаря заботе, относившейся ко всем вообще, подвергались не меньшему беспокойству о других. Ведь они веруют, что истинным должно, конечно, быть сказанное, ибо знают, что слово Спасителя не может оказаться напрасным. Однако ж, считая ужасным и невыносимым впадение одного из причисленных к ученикам в такое нечестие, допрашивают каждый свою собственную совесть и точно допытываются, на кого должен пасть жребий погибели и почему или как окажется сатана столь сильным, что похитит даже кого-то из самых ближайших лиц.

Источник

"Толкование на Евангелие от Иоанна". Часть 3-я. Книга девятая.

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

έβλεπον impf. ind. act. от βλέπω смотреть, видеть. Inch, impf., "они начали смотреть друг на друга", άπορουμενοι praes. med. part, от άπορέω быть в растерянности, тревожиться; спорить, протестовать (NIDNTT, 1:454; TDNT; GELTS, 54; MM).

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Ученики не обратили должного внимания на это указание и по окончании омовения заняли места за вечерей. Среднее и главное место занял Учитель, справа возлег Иоанн, а по левую сторону Спасителя по-видимому возлежал Иуда Искариот, который сам нахально занял это место, присваивая себе как хранителю общей кружки некоторое преимущество пред другими учениками. Место Петра по-видимому было на краю следующей лежанки – слева от Иуды. Когда началась вечеря, Спаситель стал объяснять им значение своего действия, именно как наглядного урока смирения, с которым они должны относиться друг к другу. Но взор Его упал на Иуду, и дух Его опечалился. Видя, что ученики не обратили внимания на сделанный раньше намек, Христос теперь уже прямо объявил им во всеуслышание: «истинно, истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня». Как громом поразило их это заявление; страх объял их, и они, каждый чувствуя некоторую неуверенность в себе, обращались к Учителю с вопросами: «не я ли, Господи?» Чтобы не обнаружить пред собратьями своей виновности, Искариот также нехотя спросил: «не я ли, Учитель», и получил в ответ: «ты сказал». Но этот ясный ответ опять не замечен был апостолами, и Петр, с своею обычною нетерпеливостью, желал точнее знать, кто именно предатель, и побуждал Иоанна, склонившегося головою к самой груди Спасителя, спросить Его, кто же именно предаст Его. И на это Христос отвечал: «тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам». И затем действительно, «обмакнув кусок, подал Иуде Симонову Искариоту». Это открытие связало ужасом язык Иоанна, и он никому не передал об этом.


Источник

Библейская история при свете новейших исследований и открытий. Новый Завет. С-Пб.: 1895. С. 472

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Озирались друг на друга: снова произошло между учениками то же движение, как и при первом объявлении о предателе пред умовением ног (Лк. 22:23); с недоумением смотрели они друг на друга, надеясь по выражению лиц узнать точнее, о ком снова заговорил Господь как о предателе. Прежде, опечаленные, они спрашивали Господа — не я ли, не я ли; спрашивал лицемерно и Иуда и тем ненадолго успел прикрыть от других свой замысел, так как ответ ему Господа сказан был, по всей вероятности, тихо — для него одного. Теперь же дело было несколько иначе, как показывает дальнейшее повествование.

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

недоумевая. Иуда столь тщательно скрывал свое предательство, что ученики не подозревали его. Каждый из них начал опасаться, не является ли он сам слабым звеном цепи, и спрашивать: "не я ли, Господи?" (Мф. 26:22).

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

Предупреждение о присутствии на вечере предателя вызывает недоумение учеников – им казалось, что здесь все свои. Христос показывает, что именно такое предательство – от близкого друга – было предуказано в Ветхом Завете: «Да сбудется Писание: ядущий со Мною хлеб поднял на Меня пяту свою» (Ин. 13:18, ср.: Пс. 40:10: «Даже человек мирный со мною, на которого я полагался, который ел хлеб мой, поднял на Меня пяту свою»). На Востоке изощренной формой предательства, предельной подлостью считалось предать друга, с которым разделял трапезу. Само трапезное общение есть признак дружбы; с другой стороны, если хочется сохранить себя от злого влияния другого человека, то, как советует ап. Павел в Первом послании к коринфянам, «с таким даже и не есть вместе» (1 Кор. 5:11). В Псалтири такое предательство воспринимается как самая горькая обида: «Посреди его пагуба; обман и коварство не сходят с улиц его. Ибо не враг поносит меня – это я перенес; не ненавистник мой величается надо мною, – от него я укрылся бы, но ты, который был для меня то же, что я, друг мой и близкий мой» (Пс. 54:12–14) Изл. по: Прокопчук А., свящ. Лекции по Евангелию от Иоанна. С. 72.. Но в то же время каждый из учеников, услышав о предателе, спросил Христа: «Не я ли, Господи?»(Мф. 26:22), понимая немощь своей любви и боясь непосильности усвоения жизнью слов Христовых.Попытку выяснить, кто собирается предать Христа, предпринимают апп. Петр и Иоанн: Петр, видимо сидящий в отдалении, знаком просит Иоанна спросить, кто это. Кусок хлеба, поданный Иисусом Иуде, был «знаком» лишь для Иоанна – в этом жесте для участников вечери не было ничего необычного, это обычный способ раздавать хлеб гостям. В Иуде этот жест мог бы пробудить добрые чувства, но как в Ветхом Завете великие чудеса только ожесточали сердце фараона, так в Иуде доброе Христово обращение, что страшно, активизирует злое намерение: «И тогда, после этого куска, вошел в него сатана» (Ин. 13:27) – «найдя сердце его, как бы некоторую открытую настежь дверь, лишенным предохранительного бодрствования, и ум увидав отворенным и весьма готовым уже к охотному совершению того, чего желал и о чем размышлял» Кирилл Александрийский, свт. Толкование на Евангелие от Иоанна. 9 (на Ин. 13:26–27). С. 470.. Грех предательства в этот момент уже совершен – сердце Иуды было свободно отдано сатане, ум порабощен страстью, оставалось только внешне довести предательство до конца. Свт. Кирилл Александрийский, как и многие другие святые отцы, считает поданный Христом кусок евхаристическим: Иуда «быстро уходит для исполнения воли диавола и как ужаленный выскакивает из дома. Ничего выше корыстолюбия он совсем не видит, и, что странно, мы не видим никакой пользы для него от Евхаристии, очевидно благодаря присущему ему неудержимому влечению к стяжанию (денег)» Там же (на Ин. 13:30). С. 475. Уже отмечалось ранее (п. 2. 3. 4), что в богослужении Великого Четверга также отражена мысль о Причащении Иуды («… ///твой ядый хлеб, Тело божественное, воздвиже ков на тя Христе…»; канон утрени, песнь 8). Но некоторые святые отцы (как, например, прп. Ефрем Сирин. Толкование на Четвероевангелие. 19. С. 274–275) отрицают возможность участия предателя в Таинстве Евхаристии. Сама мысль о недостойном участии человека при самом установлении великого Таинства кажется им недопустимой.. Но Господь при этом как будто торопит Иуду: «что делаешь, делай скорее|||», то есть, даже будучи подчиненным диаволу, Иуда не может предать Спасителя без Его согласия и веления – час страданий Христовых наступит в свое время.


Источник

Ю. В. Серебрякова. Четвероевангелие. Учебное пособие. 2-е изд., испр. и доп.. М.: ПСТГУ, 2017. - С. 284-287

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

"Ученики в недоумении озирались друг на друга". Каждый из них сознавал себя чистым, не находил никакого лукавства в своих помыслах; но слово Господа почитал достовернее своих помыслов. Посему все они скорбят и недоумевают. Ибо объявление сделано Тем, Кто не ложен, и они были уверены, что оно непременно сбудется.

Толкование на группу стихов: Ин: 13: 22-22

И тии ученики начаша искати в себе: который убо от них хощет сие сотворити? (Лк. 22:23). Не трудно заметить, что старание учеников узнать предателя в сказания св. Луки не то, которое видим у св. Матфея и Марка. По повествованию тех Евангелистов, услышав весть Спасителя, что один из них предаст Его, каждый, в страхе за себя, спрашивал Его: не аз ли, Господи? А в повествовании Луки они ищут: кто из них хочет сделать такое дело? Там обращение к своей совести; здесь обращение к обществу. У св. Луки вопрос учеников тот же, который предлагали они, по словам св. Иоанна. Озирахуся убо между собою ученицы, недоумевающеся, о ком глаголет, так говорит св. Иоанн и в след за тем передает, как открыт был предатель самому любимому ученику (Ин. 13:23—30.). Итак новое подтверждение тому, что Любовь небесная уже после тайной вечери призывала несчастнаго ученика к раскаянию.


Источник

Беседы о страданиях Господа нашего Иисуса Христа, 6