Евангелие от Иоанна 12 глава 25 стих

Печальное дело — терять то, что любишь. В конце концов, нет того, кто не любит себя, но взыскивать нужно любовь правильную, а неправильной надо бежать. Тот, кто, оставив Бога, полюбит себя и любовью к себе изгонит Бога, даже не пребудет в себе, ибо потеряет и себя. Он изгонит себя из сердца своего, пренебрегая тем, что внутри, и любя то, что снаружи. Спрошу тебя: Разве ты — деньги? Но, возлюбив деньги, ты оставил себя — сначала оставляешь, затем и погубишь себя. Вот, ты себя погубил. И лжешь из-за денег (см. Прем. 1:11). Итак, ища денег, ты губишь себя. Возьми весы истины... и положи на одну сторону деньги, а на другую душу... Не взвешивай сам, ибо хочешь себя обхитрить... Пусть взвешивает Бог: Он не знает ни как обманывать, ни как обманываться... Смотри, как взвешивает, слушай, каков результат: Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? (Мф. 16:26). Ты захотел потерять душу, чтобы приобрести землю: но она более весит, чем небо и земля вместе. Но делаешь так потому, что, оставив Бога и возлюбив себя, ты и себя оставил — ты более ценишь другое, нежели себя. Вернись в себя, и, когда уже вернешься в себя, в себе не оставайся. Сначала вернись в себя от того, что вокруг тебя, затем вернись к Тому, Кто тебя сотворил, Кто искал тебя, когда ты был потерян, Кто нашел тебя, когда ты был в бегах.

***

Если любишь душу свою, то потеряй ее. Сей здесь и пожнешь на небесах. Земледелец, если не потеряет пшеницу в зерне, не полюбит его в урожае. <...> Не люби душу так, чтобы потерять ее. Люди, боящиеся умереть, как кажется, любят души свои. Мученики же, если бы так же любили души свои, без сомнения, их потеряли бы. <...> Что пользы в том, чтобы держаться за душу в этой жизни и потерять ее на небесах? Да и что значит держаться? Как долго держаться? То, чего держишься, ускользнет от тебя: если же потеряешь, обретешь в себе. <...> Мученики потеряли души свои к большой выгоде — теряли солому, обретали корону. Корону обретали, повторяю, и жизнь, которой нет конца.

***

Смотри, чтобы, понимая ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее, не закралась к тебе мысль, что ты должен погубить себя. Ведь люди порочные и развращенные, сами по себе жесточайшие преступники-человекоубийцы, порой предают себя огню, топят себя в водах, бросаются с обрыва — и гибнут. Но Христос этому не учил, вот и диаволу, который искушал Его и предлагал броситься с обрыва, Он сказал: Отойди от Меня, сатана (Мф. 4:10)¹. <...> Когда же нет у тебя выбора, когда гонитель грозит смертью, а тебе остается либо ослушаться Бога, либо покинуть эту жизнь... тогда возненавидь свою душу в мире сем так, чтобы иметь ее в жизни вечной.

***

И вот побуждая следовать по стопам Его Страстей, Он добавил: Любящий душу свою погубит ее. Это может быть понято двояким образом. «Любящий погубит», Col. 1767 то есть: «если ты любишь, то погуби душу свою; если ты жаждешь иметь жизнь во Христе, не бойся смерти ради Христа». Или таким образом может быть понято сказанное: Любящий душу свою погубит ее, — «Не люби душу свою, чтобы не погубить ее; не люби ее в этой жизни, чтобы не погубить для вечной жизни». Это (то, о чем я сказал в последнюю очередь), кажется, больше отвечает смыслу Евангелия, ибо дальше говорится: а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную. Стало быть, сказанное выше значит: любящий (надо понимать, как любящий в этом мире) душу свою, конечно, погубит ее, а ненавидящий (в этом мире), конечно, сохранит ее в жизнь вечную. Великое и удивительное изречение! Как любовь человека к душе своей приводит к тому, что он губит ее, а ненависть — к тому, что не губит ее! Если ты превратным образом любишь ее, то ненавидишь ее; если благим образом ненавидишь ее, то любишь ее. Блаженны те, которые ненавидят душу свою, сохраняя ее тем самым, чтобы не погубить любя.

Но смотри, как бы не закралось в тебя желание убить самого себя, — если таким вот превратным образом поймешь изречение, что ты должен ненавидеть в этом мире душу свою. Ибо некоторые дурные и превратно мыслящие люди, сделав отсюда неверный вывод, становятся жестокими и преступными убийцами самих себя: устремляются в огонь, кидаются в воду, бросаются с обрыва и погибают. Христос не учил этому; более того, Он ответил диаволу, искушавшему Его и убеждавшему броситься с обрыва: «Отойди от Меня, сатана, ибо написано: не искушай Господа Бога твоего» (ср. Мф. 4:7). Петру же Он сказал, указывая, какой смертью он прославит Бога: когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил, куда хотел, когда же состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя и поведет, куда не хочешь (Ин. 21:18—19). Здесь Он достаточно ясно выразил мысль, что тот, кто следует по стопам Христа, должен принять смерть не от самого себя, но от другого.

Так вот, когда наступает такой момент и обстоятельства складываются так, что надо либо преступить заповедь Божию, либо придется покинуть эту жизнь, и человек вынужден выбирать из этих двух вариантов, поскольку преследователь грозит смертью, пусть он предпочтет умереть, сохранив при этом любовь Бога, нежели остаться в живых, навлекши на себя гнев Его, и пусть он ненавидит душу свою в этом мире, чтобы сохранить ее в жизнь вечную.

Отсюда переходит к мысли о необходимости Его смерти, чтобы прославление истинно совершилось. Как семя, доколе не будет брошено в землю, дотоле пребывает одно, но когда умрет, то приносят великий плод: так и жизнь Божественная. Все блага духовные, которые принес Он с Собой, доколе Он пребывает в настоящем Своем земном образе, заключены только в Нем одном. Но когда эта земная оболочка, в которой заключена жизнь Божественная, раскроется, тогда сия жизнь удобнее может сообщиться для многих. Здесь заключалась и та мысль, что как Он страданиями входит в славу, так и Его ученики не должны ожидать себе какого-нибудь земного славного царства, но только тем же путем и они могут возвыситься к предназначенному им достоинству, каким Он Сам, – страданиями и самоотвержением. Кто ставит свою земную жизнь за высочайшее благо, хочет навсегда удержать его при себе, тот потеряет его; а кто свою жизнь ни во что ставит для царствия Божия, тот сделается участником истинной вечной жизни. Указав сии последствия, Господь присовокупил: кто Мне служит, Мне последуй. И где Я, там и слуга Мой будет.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 203++

Иисус отвечает, что час Его страданий и славы наконец пришёл. Он сравнивает свою смерть, погребение и воскресение, а также принесённую Им вечную жизнь для всех верующих с тем, как пшеничное зерно падает в землю, прорастает и во множестве порождает новую жизнь

Господь обещает щедрое воздаяние каждому, кто с верою примет Его и сохранит верность Ему до конца. «Любящий душу свою — то есть жизнь по плоти, исполненную самоугождения, — погубит ее», — то есть лишится бесконечно лучшей жизни. «А ненавидящий душу свою в мире сем — то есть любящий Христа до ненависти к обманчивой сладости греха, которым пронизано все в отпавшем от Бога мире, — тот сохранит ее в жизнь вечную» — и достигнет воскресения праведных.

Это проявление веры в людях, родившихся в язычестве, подает повод И. Христу мысленно взглянуть на То недалекое будущее, когда разрушится преграда, разделявшая языческий мир от иудейскаго, и церковь, Им основанная на земле, начнет распространяться среди язычников и обнимет всю вселенную. В этом прославится Сын человеческий. Время сего прославления И. Христос созерцает уже наступившим и событие совершающимся: прииде час, да прославится Сын человеческий. Однакоже прославление Его в распространении церкви по всей земле должно совершиться не только после Его страданий и смерти, но и чрез них: как пшеничное зерно, падши на землю, должно умереть, чтобы принести много плодов, так и Христос только Своей смертию может основать церковь Свою. Но не для Него только предлежит такой путь к цели: и люди, если хотят достигнуть цели своей жизни, вечнаго спасения, должны быть готовы пожертвовать всем в настоящей временной жизни, и даже самою этою жизнию (25, ср. Мф. 10:37—39. 16, 24 — 26. и парал.), должны последовать за И. Христом по пути на крест, и тогда они удостоятся принять участие и в Его славе (26, ср. 17:24).,:

Корень греха скрывается здесь: во влюбленности в душу свою. В ее «увеличении», разрастании, накоплении. В заключении в ней вселенной. В том, что Отцы называют «гордостью», хотя гордость, которая осознается нами, лишь вершина айсберга подводной psyche (души). Человек растет, взрослея и обретая себя, возводя стены вокруг себя, наполняя и заполняя все собой. Жизнь в «поте лица», труд, рост, власть, успехи, достижение цели, обида, когда ничего не достигается, далее со всеми остановками на станциях восьми смертных, «бессмертных» грехов.

Все это входит в нас и становится нами, делается той «душой», которую надо возненавидеть. В западных переводах (как и у В.Н. Кузнецовой) душа‑psyche передается как «жизнь», ибо забывший об аскетике разум не может, не хочет уразуметь, что значит «возненавидеть душу». Но в этом суть: отрешиться от спонтанной, разросшейся в нас змиевой «лже‑божественности». Не только отречься, но и распять внутри себя, дабы благодатью Божией вернуться к той Слово‑образной тварности, которая когда‑то вошла в нас под видом законов естества. К тому, что ушло, растаяло в нас. Какой‑то мутный приток влился в ручей, бывший когда‑то прозрачным, берущий начало в любви Божией и текущий в Царство Его. И река жизни круто меняет направление.

+++Владимир Зелинский прот. Будьте, как дети. Теофания детства. Глава: Детство и грехопадение. Почему взросление связано с Адамовым грехом++

Господь, указав в прикровенных словах на приносимую Им великую жертву, раскрывает для всех верующих, чего от них требует Он, чтобы они могли быть соучастниками вечной жизни с Ним, приносящим Себя в жертву. Господь требует не придавать сей земной жизни особой цены и помнить, что настоящая жизнь человека за гробом. Господь указует человеку, что вечная жизнь его зависит от того, насколько он понял в земной жизни, что любовь в Богу и к ближним, доходящия до самопожертвования, составляют путь к вечному счастию. Христианин должен иметь постоянно перед умственными очами своими Крест Господень, и взяв посему свой крест, следовать за Господом, не сберегая души, т. е. жизни своей Ср. Мф. 10:38–39; Лк. 17:33.. Ненавидеть душу свою значит не исполнять ее похотений и преступных желаний, поучает Златоуст Бес. 67 на Иоанна ч. 2, стр. 269 и сл. (1862). Великий проповедник Златоуст всегда имеет в виду различные выражения о душе и духе, которые употребляет св. Апостол Павел, и которые различаются и в Евангелиях. Под словом душа ψυχἠ разумеется животворящее начало, оживляющее плоть: но высшее начало человека, его духовное Я, выражается словом дух πνεῦμα. Ср. 1 Кор. 15:44, 46; Ин. 3 и посл. 1 Ин. 4:2. Ср. еще 1 Кор. 2:11: «Кто из человек знает, что в человеке кроме духа (πνεῦμα) человеческого, живущего в нем».. Это и называется в Евангелии «отвергнуться себя» Мф. 10:38; Мф. 16:24. и не спуская глаз с Господа, пострадавшего за нас, идти за Ним. «Аще кто мне служит, Мне да последствует». Сему идущему за Господом и служащему Ему Господь обещает: «идеже есмь Аз, ту и слуга Мой будет», и еще: «аще кто Мне служит, почтит его Отец Мой».

«Почтит Отец»; какая великая награда обещана человеку, идущему за Господом! Господь во плоти, отдающий жизнь Свою за человека, обещает ему пребывание с Собою и честь от Бога, вечную, неизменяемую. Для сего Он требует только отдать свою человеческую волю в распоряжение воли Божественной: может ли человек хоть одно мгновение колебаться в сей требуемой от него жертве? Что значит твоя маленькая воля и твой ограниченный, хотя кичливый ум в виду Божией воли и Божией премудрости? Ты на земле «не можешь и власа единого бела или черна сотворити» Мф. 5:36; ср. еще Мф. 6:27; Лк. 12:25., ты не можешь предвидеть своей судьбы на минуту вперед: и тебе ли бороться с Богом, призывающим тебя с любовию и милосердием? Отдай же все твои помыслы Ему и ты будешь, если пойдешь за Господом, там, где Господь твой; и Отец, прославленный в Сыне, почтит тебя как верного слугу Бога вышняго. Но только «последствуй» Господу Иисусу, не теряй Его из виду; не смотри по сторонам на прельщения временных радостей; все оне ложны и мимолетны. Не выпускай из глаз кроткую, милостивую личность Иисуса, Бога и человека, и, на конце земного пути, утомленный, но радостный, ты упадешь к ногам Его и отдохнешь на вечно – там, где и Он будет».

Но вернемся к 12-й главе Евангелия от Иоанна. Далее, в 25-м стихе, Иисус опять произносит очень важные слова: «Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную». Мы уже читали об этом: дважды в Евангелии от Матфея (Мф. 10:39 и. 16:25); один раз в Евангелии от Марка (Мк. 8:34) и дважды в Евангелии от Луки (Лк. 9:23 и. 14:27). Например, в Евангелии от Матфея Иисус говорит: «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет её» (Мф. 16:25). Чтобы понять эту или любую другую евангельскую фразу о душе, которую можно потерять, стремясь ее сберечь, необходимо иметь в виду, что за греческим словом «душа» здесь стоит еврейское слово нефеш, означающее не душу в платоновском понимании, не какую-то бестелесную часть нашего «я», что остается, когда умирает тело, не ту душу, о которой Н.С. Гумилев пишет в стихотворении «Душа и тело» и о которой говорят античные философы. Здесь за греческим словом «душа» скрывается еврейское слово, означающее прежде всего «кровь», «жизнь». Это та жизненная сила, которая делает тело живым. Это кровь, это сердце, которое бьется.

Итак, кто хочет сберечь свою жизнь, теряет все. Тот же, кто готов пожертвовать жизнью, кто забывает о благах мира, тот способен на прорыв, на преобразующий жизнь шаг навстречу Богу. Вот о чем в шести местах Нового Завета настойчиво повторяет Иисус. А мы уже знаем: если какой-то рассказ или притча повторяются в евангельских текстах несколько раз, это означает, что первая Церковь, та апостольская община, в которой складывался, фиксировался, записывался Новый Завет, придавала им особое значение.

Размышляя над значением слова «душа» в этом контексте, понимаешь, что речь идет о спонтанном подвиге. Иисус призывает нас к порыву, а не к чему-то заранее продуманному, запланированному. «И поведут вас к правителям… Когда же предадут вас, не заботьтесь, как или что сказать, ибо в тот час дано будет вам, что сказать» (Мф. 10:18—19). Действительно, никогда нельзя узнать заранее, кто готов пожертвовать собой, а кто нет. Как часто те, кто считал себя храбрым, в серьезный момент пасовали, и, наоборот, люди на первый взгляд робкие и, более того, просто трусливые в решающей ситуации оказывались удивительными, дерзновенными храбрецами. Сколько примеров того, как, сохраняя ценой компромиссов и даже предательства свою жизнь, положение, благополучие, люди ломались, теряли себя. В советские времена кто-то шёл на компромиссы с КГБ, давал нужные показания, отрекался от своей деятельности — сохранял себя, свою жизнь и свободу, но это были уже другие люди — потерянные, сломленные, озлобленные, уже ни на что не способные.

Обратим внимание на другой евангельский фрагмент на эту же тему. «И кто не берет креста своего и не следует за Мною, тот недостоин Меня. Сберегший душу свою потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее» (Мф. 10:38—39). В Евангелиях синоптиков во многих местах говорится о несении креста, и эти фрагменты всегда примыкают к словам о том, что сберегший душу свою потеряет ее, а потерявший душу ради Христа и Евангелия сохранит ее, сохранит жизнь вечную. Опыт христианских мучеников свидетельствует, что, пожертвовав жизнью, потеряв ее, они сберегли ее, сберегли свою душу, свое «я». Не испугавшись однажды, они остались честными навсегда, стали образцом для других. О них хочется вспоминать, их пример окрыляет. А те, которые в какой-то решающий момент выбрали жизнь, сберегли ее, тем самым потеряли что-то несравненно более важное, чем несколько лет благополучия, не только выпали из народной памяти, но и утратили собственное «я». Это страшно и больно.

Для жизни в вечности сбережет себя тот, кто пойдет путём Христовым, т. е. будет нести свой крест, все, что выпадет на его долю, как это делает Иисус. В 23-м стихе 9-й главы Евангелия от Луки есть слово, которое отсутствует в славянском переводе, но есть в переводе под редакцией епископа Кассиана (Безобразова), в большинстве греческих рукописей, практически во всех переводах на другие языки. Это слово «ежедневно»: «И кто не берет ежедневно креста своего и не идет за Мной, тот не может быть Моим учеником». Иными словами, христианство заключается не в каком-то одном поступке, совершенном однажды и на всю жизнь, а в ежедневном труде, в ежедневном несении креста. И эта ежедневность христианства, нашей жизни во Христе представляется одной из важнейших черт той новой жизни, в которую вводит нас Иисус. А мы о ней часто забываем.

Что касается текстологических различий между рукописями Нового Завета, разными изданиями и переводами, то это целая наука, которой занимались поколения ученых, начиная с XVI века. Но на отсутствие слова «ежедневно» в славянском и русском переводах обратил внимание не ученый-текстолог, а обычный священник, отец Александр Ельчанинов, который читал Евангелие также и на латыни. В своих «записях» отец Александр рассказывает, как, читая Евангелие на латинском языке, он обнаружил удивительное место. И цитирует этот стих со словом «ежедневно», подчеркивая, что, только прочитав его в латинском варианте, он до конца понял смысл. Это пример того, как разные люди, размышляя об одном и том же, разными путями приходят к одним и тем же выводам. Важный и утешительный пример.

Иисус говорит о жизни, которую иногда нужно потерять, чтобы не погубить. Во Втором Послании к Тимофею апостол Павел пишет о том же: «Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2 Тим. 3:12). Разумеется, далеко не всегда мы бываем готовы к подобной участи, точнее, вообще не бываем готовы. А если считаем себя к ней готовыми, то это страшно. Потому что если мы уверены, что все тяготы нам по силам, то наверняка сломаемся. А если пугаемся, впадаем в отчаяние, но потом каемся в этом, то есть надежда, что мы сможем вынести трудности. Известный мыслитель сказал, что нередко самыми смелыми оказываются именно трусливые люди. В этом парадоксе заключен христианский, евангельский смысл.

И еще об одном. В 14-й главе Деяний апостол, поучая учеников, увещевает их в вере и напоминает, что «многими скорбями надлежит нам войти в Царство Божие» (Деян. 14:22). Путь к Богу, в Царство Небесное узок и труден, но результат его всегда связан с радостью. И наоборот, разные «широкие пути» часто ведут в никуда.

Притча о пшеничном зерне, упавшем на землю

Но этой славе должна предшествовать смерть; и вот, чтобы Апостолы и эллины не отшатнулись от Него, когда Его поведут на крест, Он теперь же говорит им о необходимости Своей смерти и объясняет это примером из жизни растений: «Если зерно, например, пшеничное, посаженное в землю, даст росток, то хотя само и умирает, то есть перестает существовать в виде зерна, зато приносит много плода, а если лежит в земле нетронутым, не проросшим, то остается бесплодным. Так бывает и в жизни людей: иногда человек может принести ближним своим большую пользу не иначе, как путем самопожертвования; жертвуя собой, он спасает многих, а если он любит себя больше этих многих, если он ради своего благополучия готов жертвовать их судьбой, то он хотя и остается неприкосновенным, но зато и бесплодным, как осужденная смоковница. Кто любит земную жизнь свою настолько, что не решается жертвовать ею для блага других, тот в сущности теряет все: оберегая всячески эту жизнь, которая представляется лишь мгновением в сравнении с вечностью, он лишается блаженства Вечной Жизни, а кто считает Вечную Жизнь выше этой мимолетной, тот не задумается пожертвовать ею, если того требует благо ближних или торжество истины. Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную

«Час прославиться». Ясно, что какой-то кризис. Но понимают по-разному.

Сын Человеческий - Дан. 7:13-14.

«Видел я в ночных видениях, вот, с облаками небесными шел как бы Сын человеческий, дошел до Ветхого днями и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему; владычество Его - владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится».

Время дикого разгула приходит к концу. Наступает время человечности. Золотой век.

Но как? Народ мал и слаб!

Вмещает Бога. Чудо. Сын Человеческий. Это и имеет в виду Иисус.

Иисус говорит о смерти! И это - прославиться. «Слава» - Бог с нами.

Это победа креста, а не войск. Первые слова радуют, а затем ошеломляют. Не победа оружием, а Жертва!

Все оценки и понятия перевернуты.

Три парадокса.

1. Только из смерти приходит жизнь. Зерно само по себе бесполезно. Умершее, оно из могилы дает всход. Кровь мучеников - семя Церкви (Игнатий Антиохийский). Только убивая Ego, мы даем плод миру. Личные амбиции и тщеславие - в жертву для Бога.

2. Потеряв жизнь, мы обретаем ее.

Кто цепляется - потеряет.

Кто отдает - обретает.

Здесь душа - жизнь.

3. Истинное господство в служении. Не работа только ради выгоды (это мирское). Эти люди богатеют, но не любимы. Даже богатый может служить. Путей для этого много.

Итак, слава:

Здесь Господь кратко излагает сущность Своего христианскаго нравоучения, подобно как выше (24 ст.) изложил сущность сего вероучения, — повторяет то, что не раз говорил, что самоотвержение до смерти дарует жизнь вечную, а самолюбие. сохраняя жизнь лишь на время, губит душу вечно. (Мф. 10:39; Мф. 16:25. Мк. 8:35. Лк. 9:24; Лк. 17:33 и пр.). Любящий (любяй) душу свою, т. е. чуждым самоотвержения, самопожертвования, потеряет ее (погубит ю) для вечнаго блаженства, не получить онаго; а ненавидящий (ненавидяй) душу свою, т. е. готовый к самопожертвованию, даже до смерти, сохранит ее в жизнь вечную, т. е. получит вечное спасение. «Эти слова имеют отношение в частности и к Самому И. Христу, пишет еписк. Михаил. Если бы можно было представить, что Он, желая сохранить жизнь Свою в мире сем, пошел бы к еллинам учить их и был бы принят ими, как великий мудрец и законодатель, чрез это Он, повидимому, сохранил бы жизнь Свою в мире сем, но на самом деле потерял бы ее, — Он не был бы Христом Искупителем человечества. А поелику Он предал Себя на смерть для искупления всех, то паки прияв душу Свою (Ин. 10:18), совершил тем великое дело Мессии». А еллинам особенно нужно было указать на самоотвержение, потому что основанием языческой нравственности обыкновенно служило самолюбие. «Делай другому хорошее, чтобы тебе самому было хорошо», вот правило их жизни. Из слов Спасителя о самоотвержении нельзя не видеть, что трудна заповедь Его о самоотвержении; но за то высока и награда за исполнение ея: посему Господь и прибавляет, что истинный последователь Его будет там, где Он Сам пребывает: где Я (идеже есмь Аз), там (ту) и слуга Мой будет, т. е. на небе в вечной славе. Того почтит Отец Мой. Как Сына Своего прославит Бог Отец небесною божественною славою, так и слугу Его почтит Он, т. е. воздаст подобающую ему за труды честь и славу в Своем небесном царстве. Слова: Мне да последует значат, что ученик, слуга Христов, должен идти тем же путем самоотверженной, до смерти, любви, каким шел и Сам Учитель и законоучитель, Он, И. Христос.

Любящий душу свою (то есть кто бережет себя и не хочет жертвовать собою пользе других) погубит ее (то есть вообще себя); а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную. Надобно ненавидеть грешную свою душу за ее грехи, страсти, худые наклонности и не щадить ничего, чтобы поселить в ней добродетель и божественную ревность по вере. 

Но от слов о прославлении Он переходит к свидетельству о жизни через смерть. Чтобы принести много плода, упавшее в землю пшеничное зерно должно умереть (24). Смерть зерна есть условие плодоношения. Эта притча имеет отношение и к человеку: «Любящий душу свою губит ее, а ненавидящий душу свою в мире сем в жизнь вечную сохранит ее» (25). Учеников это обязывает на последование за Иисусом.

– Тот, кому дорога своя жизнь, ее губит, а кому в этом мире жизнь своя ненавистна, тот для вечной жизни ее сохранит – Этот стих, очень близкий к синоптическим (ср. Мк. 8:35), подготавливает переход к теме ученичества. В греческом тексте вместо слова жизнь стоит «душа». В Писании душа – это дыхание жизни, которую Бог вдохнул в человека при рождении, то есть сама жизнь (см. Быт. 2:7). Здесь игра на двух смыслах слова «жизнь»: жизнь как биологическое существование и жизнь истинная, вечная, жизнь с Богом. Человек, цепляющийся за жизнь и ради нее идущий на предательство и отступничество, все равно ее не спасет, ведь он смертен, но ему грозит более страшная потеря, он может лишиться подлинной жизни. Кто любит Иисуса больше своей временной, преходящей жизни, тот обретет вечность. Кому дорога – дословно: «кто любит». В этом мире – Ср. Мк. 10:30. Ненавистна – Здесь, как и во многих других случаях в Библии, в силу особенностей семитских языков (отсутствие степеней сравнения) глагол «ненавидеть» имеет сравнительное значение «любить меньше» (ср. Мф. 10:37).

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 313++

Но так как дело спасения людей верой во Христа Спасителя должно начаться собственно после искупительной смерти Его, то Иисус Христос объясняет эту мысль, сравнивая Себя с пшеничным зерном. Как зерно, чтобы принести «много плода», должно быть зарыто в землю и умереть, так и Христу должно умереть (вознесену быть от земли на крест), чтобы всех привлечь к Себе (ст. 24, 32–33).

Любящий душу свою. В Писании слово "душа" часто используется в значении "жизнь". Возможна такая интерпретация этого стиха: любящий эту, мирскую жизнь, погубит душу, а не любящий мира, "ни того, что в мире", сохранит свою душу для жизни вечной.

 Это случайное, по-видимому, появление ел-линов представилось взору Богочеловека событием глубоко знаменательным. Три с половиною года служения спасению погибших чад израиля прошли; предстояло великое крестное служение спасению всего падшего человечества. Настал час страшный, но Спасительный час всемирной Жертвы; пришло время прославления сына Человеческого через смерть, и смерть крестную, и распространения веры в него между всеми языками (Флп. 2:8–11). Пора, оставив иссыхающую смоковницу – дщерь сионову, обратиться к дикой маслине (Рим. 11:17) – язычникам, жаждущим истины и правды; и привить их к единой плодоносной Лозе (Ин. 15:5). Пора доброму Пастырю положить душу Свою за овцы (Ин. 10:11) и послужить многоплодным семенем для Царства небесного, вознестись через крест в предвечную славу свою (Лк. 24:26; Ин. 17:5) и, собрав крестом всех верных своих последователей, привлечь их горе – в светлые обители отца небесного (Ин. 14:2, 3).

Язычники у дверей Царства Божия: это, по мысли Господа, – знамение и для него самого (ст. 23–30), и для всего мира (31–33), и в частности, для израиля (34–36). Не отвечая прямо на желание еллинов, переданное андреем и Филиппом, он мысленно созерцает перед собою Спасительный крест, открывающий всему человечеству путь новый и живый (Евр. 10:19). Прииде час, да прославится Сын Человеческий. Аминь, аминь глаголю вам: аще зерно пшенично пад на земли не умрет, то едино пребывает, аще же умрет, мног плод сотворит. Любяй душу свою погубит ю, и ненавидяй души своея в мире сем в живот вечный сохранит ю. Аще кто Мне служит, Мне да последствует, и идеже есмь Аз, ту и слуга Мой будет, и аще кто Мне служит, почтит его Отец Мой. Эти слова, сказанные в такой торжественный час, с величием, подобающим сыну Божию, должны были глубоко напечатлеться в умах и сердцах апостолов, не вмещавших еще мысли о страданиях и смерти Господа. Теперь они слышат, что крест для Учителя есть путь к прославлению, – что смерть Его необходима для распространения Евангелия во всем мире, подобно тому как зерно, истлев в земле, дает растению жизнь, – что, наконец, и для последователей Его нет другого пути к вышней почести, как путь самоотвержения, лишений и страданий.

Но этот крест, предопределенный в Предвечном совете Пресвятой троицы и добровольно воспринятый сыном Божиим, приводит в смущение человеческое естество, ипостасно соединенное с Божеством в лице Богочеловека. Иисус Христос, по выражению святителя Иоанна Златоуста, «был не чужд человеческих ощущений, и душа Его до того была возмущена, что он даже искал бы избавления от смерти, если бы только можно было ее избежать». Безгрешная душа Его скорбит и смущается при мысли о смерти, потому что смерть есть следствие греха (Рим. 6:23), а искупитель наш чужд всякого греха (Евр. 4:15), но это смущение быстро сменяется глубоким чувством самоотверженной преданности воле отца небесного, пославшего Его совершить дело спасения людей (Ин. 4:34). Эта воля отца небесного, при единосущии отца и сына (10, 30), есть вместе изволение сына, а посему Богочеловек, проявив в себе то, что свойственно человечеству, в торжественной молитве к отцу небесному указывает на свои страдания и смерть как на неизменное определение, которое должно совершиться, и как на славу самого отца в сыне (Ин. 14:13; 17, 1, 4, 5, 24). Ныне душа Моя возмутися, и что реку? Отче, спаси Мя от часа сего, но сего ради приидох на час сей. Отче, прослави имя Твое. тогда пришел громоподобный глас с неба: и прославих, и паки прославлю, – прославих, изъясняет святитель Иоанн Златоуст, «в предшествовавших событиях», прославлю – «после креста». Страшный час есть переход от одной славы, в тесных пределах израиля, к другой всемирной, между всеми народами земли, и к той предвечной, которую он имел у отца прежде мир не бысть (Ин. 17:5) и в которую ввел, по совершении искупления, и свое человечество.

По сему разсуждению, каждый из слышащих сие имеет случай предложить себе, и может просто для себя решить, – не маловажный, надеюсь, для каждаго из нас вопрос: истинный ли я Христианин, или нет? Если ты истинный Христианин По Евреин. сборн.: Христианин ли я, или нет? Если ты Христианин... : то ты верно не привязан душею ко временному благополучию; не пристрастен к земным наградам; поощряешь и утешаешь себя мыслию о награде небесной и вечной. А если ты забываешь о небесной и вечной награде, домогаясь временной корысти, чести, удобства жить в свое удовольствие: не прельщайся; такия расположения не показывают духа истинно Христианскаго. Кто управляется и одушевляется желанием только земной награды: тот есть земный Ветхозаветник, далекий от совершенства духовнаго, и от стяжания сокровища небеснаго. Кто делает добрыя дела для временной корысти, или для славы человеческой: тот еще не вышел из области язычества; он выработывает кумиры добродетелей на продажу или на зрелище: он восприемлет мзду свою от человеков, и потому небеса и Бог ничем более не должны ему По Евреин. сборн.: такия расположения не показывают Христианина, но если не грубаго язычника, то верно не что либо лучшее, как или тонкаго лицемера, искусно выработывающаго кумиры добродетелей и совершенств, и отдающаго их на продажу или на зрелище, восприемлющаго мзду свою на земли от человеков, которому небеса и Бог ничем более не должны; или от духовнаго совершенства царствия небеснаго далеко еще отстоящаго, земнаго, ветхозаконника. .
Не скажут ли, что сие разсуждение слишком строго, и затворяет всех под грехом? Ибо не естественно ли, скажут, человеку и на земле искать где лучше, подобно как По Евреин. сборн.: подобно как, по известному присловию...  рыба ищет где глубже? Если кто подлинно сие скажет, тот пусть знает, что не мы строгим разсуждением затворяем его под грехом; но суд Слова Христова и нерадение последовать сему Слову затворяют его под грехом. Если и естественно желать лучшаго земнаго: но не согласно с разумом искать онаго с забвением и утратою наилучшаго небеснаго. И если вы хотите держаться только естественнаго: то смотрите, не отпадаете ли чрез сие от благодатнаго, которое выше естественнаго? Опираясь на мнимыя естественныя ваши права, не отвергнете ли вы сих положений благодатнаго закона: «не сребролюбцы нравом, довольни сущими» (Евр. 13:5); – «честию друг друга больша себе творяще» (Рим. 12:10); – «плоти угодия не творите в похоти» (Рим. 13:14)?