Евангелие от Иоанна 1 глава 14 стих

Славу Его никто не может видеть, если не исцелится смирением плоти. Почему мы не могли видеть? Да потрудится ваша милость внять тому, что я говорю. Попала человеку словно бы персть в глаз, попала земля, повредила глаз, и он не мог видеть свет: этот поврежденный глаз мажут мазью, он был поврежден землей, и земля же берется, чтобы исцелить его. Ибо все мази и лекарства суть ничто, как земля. Перстью ты уязвлен, перстью исцелишься: стало быть, плоть тебя ослепила — плоть тебя исцеляет.¹ Ибо душа стала плотской от сочувствия плотским устремлениям, отчего око сердца ослепло. Слово стало плотью — этот Врач приготовил тебе мазь. И поскольку Он пришел с тем, чтобы уничтожить плотские пороки и смертью погубить смерть, так Он поступил и с тобой, чтобы, поскольку Слово стало плотью, ты мог сказать: и мы видели славу Его (Ин. 1:14).

***

(2) И вот чтобы, после того как евангелист сказал: от Бога родились, — мы не удивлялись и не ужасались такой милости, когда бы нам казалось невероятным, что люди рождены от Бога, он, как бы успокаивая тебя, говорит: И Слово стало плотию и обитало с нами . Почему же ты удивляешься, что люди рождаются от Бога? Смотри, Сам Бог рожден от людей: И Слово стало плотию и обитало с нами.

16. (1) Поскольку же Слово стало плотию и обитало с нами, самим рождением Своим Он при-готовил нам мазь, чтобы ею очистились глаза нашего сердца и чтобы мы могли узреть величие Его через Его смирение Некоторые манускрипты дают чтение: «через Его че-ловечество». — Ред. . Поэтому-то Слово стало плотию и обитало с нами. Он исцелил очи наши! Что следует далее? И мы видели славу Его.

Никто не мог бы увидеть славу Его, если бы не исцелился смирением Его плоти. Почему мы не могли ее видеть? Внемлите, возлюбленные, и поймите то, что я говорю. Попала в глаз человеку соринка, то есть попала земля, повредила глаз, человек оказался не в состоянии видеть свет; поврежденный глаз мажут мазью: он был поврежден землей, и чтобы он исцелился, используется земля. Ведь всякое масло и всякое лекарство — не что иное, как продукт из земли. Ты ослеп из-за соринки, сором же ты и исцеляешься, а потому — плоть повредила тебя, плоть Col. 1396 тебя и исцеляет. Ибо душа, потакая плотским желаниям, стала плотской, поэтому-то глаза сердца стали слепы. Слово стало плотию : этот Врачева-тель приготовил для тебя мазь. И коль скоро Оно пришло так, чтобы через плоть искоренить пороки плоти и через смерть попрать смерть, то Оно было утверждено в тебе, чтобы, поскольку Слово стало плотию, ты смог бы сказать: И мы видели славу Его. Какую славу? То, что Он стал Сыном человеческим? Это является смирением Его, а не славой Его. Но к чему устремился взор человека, будучи исцелен через плоть? «Мы видели, — говорит евангелист, — славу Его, славу как единородного от Отца; Слово это — полное благодати и истины» .

Более пространно о благодати и истине, если Господь позволит нам, мы будем рассуждать в другом месте, разбираясь в этом Евангелии. Сейчас же довольно и этого, утверждайте себя во Христе, укрепляйте себя в вере и усердствуйте в добрых делах. Не отцепляйтесь от Древа, посредством которого вы только и можете пересечь море.

***

Таким образом, Слово стало плотью (Ин. 1:14). Не Слово, погибнув, ушло в плоть, но плоть, чтобы ей не погибнуть, приступила к Слову: чтобы как человек есть душа и тело, так и Христос был Бог и человек. Тот же Бог, Кто человек, и Кто Бог, Тот же человек, не по смешению природы, но по единству лица. Наконец, Тот, Кто со стороны Отца есть Сын Бога, всегда со-вечный порождающему, и Он же со стороны Девы стал Сыном Человеческим. И так к божественности Сына прибавилось человечество, и, однако, не образовалось Четверицы лиц, но остается Троица.

***

Ведь так, как наше слово становится звуком телесным, воспринимая ту оболочку, в которой оно будет явлено человеческим чувствам, так Слово Божие стало плотью, воспринимая ту оболочку, в которой и Оно будет явлено человеческим чувствам. И как наше слово становится звуком, не превращаясь в звук, так Слово Божие стало плотью, но никоим образом не превратилось в плоть. Ибо воспринимая эту оболочку, но не претворяясь в нее, и наше слово становится звуком, и То Слово стало плотью.

***

И не подобает говорить, что в этом восприятии человеческой природы чего-то не доставало, но природа эта была полностью свободна от всяких уз греха.

***

То, что вы видите, возлюбленные, на трапезе Господней, хлеб и вино, но этот хлеб и это вино, когда к ним прикасается Слово, становятся Телом и Кровью Слова. Ведь Тот Господь, Который в начале Был Словом, и Слово было у Бога, и Слово было Бог, (Ин. 1:1) по милосердию Своему, не презрев того, что сотворил по образу Своему, это Слово стало плотью и обитало среди нас, как вы знаете, ибо и Само Слово восприяло человека, то есть душу и плоть человеческие, и стало человеком, оставаясь Богом. Поэтому, так как Он и пострадал за нас, Он вручил нам в этом таинстве Тело и Кровь Свои, потому что сотворил также и нас самих.

***

Кто богаче Того, через Которого было сотворено все? Иметь золото богач может, сотворить — не может. И хотя, таким образом, богатства Его несомненны, смотри, какова Его нищета: И Слово стало плотью, и обитало с нами. Мы обогащены этой Его нищетой, ибо кровью Его, истекшей из плоти Его, поскольку Слово стало плотью и обитало с нами, разорвано вместилище наших прегрешений. Через кровь Его мы сбросили ветошь неправды, чтобы облечься в одежду бессмертия.

***

Откуда у нас жизнь, откуда у Него смерть? Послушай его самого: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог (Ин. 1:1). Так отыщи же смерть. Где? Откуда? Каким образом бытовало Слово? Слово у Бога, Бог-Слово. Если ты отыщешь там плоть и кровь, отыщешь смерть. Стало быть, у Того Слова откуда смерть?

А у нас, людей, на земле пребывающих, смертных, бренных, грешных — откуда жизнь? Неоткуда Ему было взять смерть, неоткуда нам было взять жизнь. Он воспринял смерть от нашей смерти, чтобы дать нам жизнь от Своих щедрот. Как Он воспринял смерть от нашей смерти? Слово стало плотью и обитало среди нас. Он воспринял ее у нас, чтобы соделать ее жертвой за нас. А жизнь у нас откуда? И жизнь была свет человеков. Он для нас жизнь, мы для Него — смерть.

И свет во тьме светится; чем далее человек отходил от начала своего бытия, тем более сгущалась тьма в нем и над ним; сделалось око его темно и все тело его стало темно; но эта тьма разрежалась по временам сиянием Слова; оно просиявало – то внутренними озарениями духа, то внешними явлениями и откровениями; мало того, оно возжигало постоянный светильник в откровении письменном; это было второе слово Божие; словом, оно так разделяло между людьми свет свой, что никого не лишало его в своей мере ( бе свет истинный, просвещаяй всякаго человека, грядущаго в мир); но тьма – люди с их пороками сердца, с заблуждениями ума – его не понимала. B мире оно было, и мир им был и мир его не познал. Чтобы выразить себя яснее, чтобы проникнуть тьму глубже, чтобы стать снова жизнью для человека и оживотворить собой все человечество, – Слово стало плотью. И с Иисуса, говорит один учитель Церкви (Ориген), начало божественное и человеческое естество между собой срастворяться, чтобы через сообщение с божественным человеческое стало божественным не только в Иисусе, но и во всех тех, которые с верой воспринимают тот образ жизни, которому научил Иисус. Теперь есть надежда несомненная, что все возглавится: само Божество всей полнотой Своей низошло в сферу растленного человечества; соединилось с ним теснейшим образом; приобщилось плоти и крови нашей: теперь каждое стенание, каждое болезненное ощущение, которые терпели его братия на земле, отдается и Ему на небеси; и если Он всемогущ, то не может быть, чтобы Он не прекратил эти стенания и болезни, не сообщил нашему сердцу благ, коими Сам преисполнен. И не может быть, чтобы Он не даровал нам сего. Так человечество восстановится: земное паки совокупится с небесным; Слово как свое человеческое естество прославило воскресением, так и все человечество, готовое идти вслед за Ним; как одно тело – очистит, прославит и приведет ко Отцу, повергнет Адама всеродного к престолу Отца и тогда будет, как в начале, Бог всяческая во всех.

То, что Слово, которое «было с Богом», «стало плотью» и «обитало с нами», предполагает два, на первый взгляд взаимоисключающих, момента:

1) Слово (Логос) – это откровение Бога вовне (см. 18–й стих), и как слово оно должно было обязательно прозвучать (Ин. 15:22). Но евангелист говорит не о том, что Бог обратился к людям в проповеди Иисуса Христа, и не о чудесах, сопровождавших Его служение, а о лицезрении славы. И речь здесь идет не о Преображении, как часто полагают комментаторы, поскольку в четвёртом Евангелии оно не упоминается. Слава Христа не предполагала световых, голосовых, шумовых (Евр. 12:18-19) или каких–либо других эффектов. Она была не ясна большинству людей, которые окружали Иисуса Христа. Чтобы её познать, нужна была вера. Слава – это всё земное служение Сына Божия, которое было исполнением воли Его небесного Отца (Ин. 17:4). Слава – прерогатива Бога (Ин. 5:44; Ин. 8:54), поэтому «видеть славу» – значит понимать, что Иисус – Бог. Слава подтверждает Его божественное достоинство.

2) С другой стороны, воплощение означает, что божество Слова было сокрыто под покровом «плоти». Сын Божий мог быть не опознан, «потому что Он» человек (Ин. 5:27). Поэтому общение с Иисусом ещё не означало понимания, кто же Он: «Но я сказал вам, что Вы и Видели Меня и не веруете» (Ин. 5:36).

  Мы те, кто вновь родились сегодня, «не от крови, не от хотения плоти, но от Бога». То, что мы получили, — не от природы, не по самой величайшей человеческой щедрости. Он дал нам снова узнать, что «Слово стало плотью и обитает среди нас, полное благодати и истины», во всех наших обстоятельствах и переживаниях. 

Выражение «было» (Ин. 1:1) относится к божеству Его, а выражение «стало плотию» (Ин. 1:14) — к телу. Col. 1265 Слово стало плотию (Ин. 1:14), не разрешившись в плоть, но понеся на Себе плоть. Если сказать: «Такой-то был стар», то это не значит, что он сначала родился старым. Или если сказать: «Воин был ветераном», то не значит это, что и первоначально был таким же, каков стал впоследствии. Если сказано: Я, Иоанн, был на острове Патмосе... в день воскресный (Откр. 1:9, 10), то это не значит, это там произошел на свет или родился Иоанн. Напротив того, он сказал: был на Патмосе вместо: «прибыл на Патмос». Так, Слово снизошло в плоть, что и выражено этим изречением: Слово стало плотию. Слушай того, кто говорит: бых яко сосуд погублен (Пс. 30:13), и: бых яко человек без помощи, в мертвых свободь (Пс. 87:5-6).

. Наконец, воспоследовало полное откровение Бога чрез Слово; Оно явилось в мире во плоти человеческой, соделалось совершенным человеком; Оно явилось с полным блеском Божественной славы во плоти человеческой, так что для всех была очевидна слава воплотившагося Слова, как единороднаго Сына Божия.—Σάρξ, а не σώμα, ибо Сын Божий сделался совершенным человеком, принял иа Себя σώμα и φυχή.—Моνογενης сопоставляется с εκ Θεου ετεννηθησαν ст. 13-го и означает, что слово рождается от Бога не одинаково с людьми; Оно есть Сын Божий в единственном и собственном смысле, тогда как люди суть дети Божии, как возрожденные по благодати чрез Единороднаго.—Πλήρης χάριτος και αλήθειας служат к ближнему определению, в чем именно засвидетельствовалась слава воплотившагося Слова, как Единороднаго от Отца. Χάρις, по употреблению этого слова в И. Завете, означает явление любви (αγάπη) Божией к грешному роду человеческому в ниспослании Сына Своего для искупления людей (Еф. 2:5, 8), почему спасение людей смертию Хряста называется благодатным спасением. Αλήθεια есть одно с Иис. Христом (Ин. 14:6.); Он имеет ее пе как нечто возле Него существующее в представлении, нечто Им обладаемое; Он по существу своему есть истина. Поэтому И. Христос не есть только сообщитель известных верных представлений и понятий, но сообщитель людям самаго существа и духа истины. И так, слава Его, как Единороднаго от Отца, засвидетельствовалась в Нем, Богочеловеке, тем, что в Нем совершеннейшим образом открылась всепрощающая, искупляющая и спасающая любовь Божия и источник ведения, познания божественной истины.

+++Руководство к толковому чтению Четвероевангелия и книги Деяний Апостольских. Д. Боголепов. Издание 5. М.: 1910. - С. 62-63+

Прежде всего мы должны указать, что последняя фраза «исполнь благодати и истины» относится в Слову, которое стало плотию, а вводное предложение, которое в некоторых греческих изданиях и переводах берется в скобки Так напр. Biblia Sacra 1822 Lipsiae, перевод Безы., – есть восклицание восторженной души, вспоминающей о славе Господа, которой свидетелями были ученики Его.

Поэтому и превосходный русский перевод наш и переводит:

«И Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины, и мы видели славу Его, славу, как единородного от Отца».

Рассматривая предлежащий стих, мы находим в нем следующие указания: во первых Слово стало плотию, во вторых обитало среди нас и в третьих свидетелями тому те, коим Сам Господь поручил о Себе свидетельствовать перед миром, да уверует мир и спасется (Ср. об Апостолах как свидетелях Ин. 16:27; 21:24; Деян. 1:8).

Слово воплощенное, о славе которого свидетельствует Евангелист, исполненное благодати и истины, есть Единородный Сын Божий. Таким образом, 14-й стих заключает в себе полное догматическое учение о воплощении Бога-Слова. При совокупном же рассмотрении стихов 13-го и 14-го открывается и таинство непорочного зачатия, ибо если рождение чад Божиих «не от крове, не от похоти плотския, ни от похоти мужския», то тем паче рождение на земле во плоти единородного Сына Божия. Ибо как Адам из персти земной создан Богом, так и Господь во плоти, восприял тело из персти плотской, но созданием Духа Божия Ср. ниже указания св. Отцов («о Сыне человеческом» в конце сей главы); в ос. св. Гр. Бог. о Св. Духе л. 168, и (во вступл. в 3 главу) Афан. Велик. 1 Посл. к Серапиону ч. 3, стр. 52, изд. 1853.. Притом Евангелист намеренно не упоминает о земных родителях Господа: не сказует же он о зачатии матерью Господа от Духа Святого и о рождении на земле Господа нашего, имея в виду, как мы не раз упоминали, что все события, предшествовавшие и сопровождавшие великую тайну воплощения Бога-Слова на земле, записаны были предшествовавшими Евангелистами и известны были всем Христианам. Иоанну же Богослову повелено было Духом Святым раскрыть христианам высшую догматическую сторону великой тайны воплощения, указуя священными словами первой главы на то, что Слово воплотившееся было Бог, которым вся Быша.

Сопоставляя стих 14-й с стихом 1-м, мы видим в нем продолжение мысли этого стиха с разъяснениями, заключающимися в промежуточных стихах:

«В начале было Слово... и Слово было Бог... и Слово стало плотию»...

Этим торжественным речением возвещается особое и новое действие Господней премудрости и благости: до рождения младенца Иисуса на земле не было Богочеловека; до совершения сей великой тайны воплощения не было на земле облекшегося в бренную плоть человеческую Бога, восприявшего все наши немощи и болезни, дабы не только сострадать нам, но еще страдать великими мучениями и умереть во плоти за грехи наши, как жертва, принесенная пред правосудием Божиим, Его же Милосердием.

Ибо да будет понято ясно (как верует и учит вселенская православная церковь, предавая отлучению еретиков, проповедовавших противное), – что «Слово плоть бысть» означает восприятие Богом истинного существа и образа полного и совершенного человека, и что человек сей хотя был Бог, но жил всею настоящею человеческою жизнию со всеми ее немощами и страданиями кроме одного греха. Богочеловек алкал и жаждал, и плакал, и тосковал и страдал См. подробнее и частнее в конце главы «кто есть Сын Человеческий»?. Бог властелин мира, волею Своею оставался в пределах человеческой жизни для исполнения премудрых и премилосердых предначертаний Своих.

«Слово плоть бысть»: вечное сочетается с преходящим: отныне устанавливается навеки точка общения Божества с человечеством посредством Милосердого Богочеловека, Ходатая за человечество, вознесшего на небо воскресшую и просветленную плоть человеческую, дабы и человек мог в душе и теле сделаться сопричастником вечной жизни.

«Слово плоть бысть и вселися в ны». Вселися по-гречески εσκὴνωσεν, есть выражение, открывающее новые стороны благовестия. Глагол происходит от существительного σκηνὴ, скиния, т. е. шатер, временная куща, не постоянное жилище. Глагол, от этого существительного происходящий, дает разуметь, что Богочеловек лишь малое время будет во плоти между людьми. Но да помним, что «Слово плоть бысть» означает, что таинство единения Слова и плоти вечно: это вечная тайна, хотя Господь во образе плотском был лишь временно на земле См. Св. Отцев в конце главы и в особ. Гр. Богослова (посл, к Квидонию л. 249 на об. и 250) вопрошающего «Где убо пребывает ныне тело Господне?». «Аз с вами есмь во вся дни до скончания века», сказал Господь (Мф. 28:20). По сему в жизнь смертную и греховную человека внесены дары Божии бессмертия и благодати, если только человек душою своею будет жаждать и искать общения с Богом во Иисусе Христе Господе нашем.

«Видехом, восклицает Иоанн, славу Его, славу яко единородного от Отца!»

Велика и многообразна слава, которою сиял Господь Иисус Христос на земле. Слава эта прежде всего проявлялась в лучезарном сиянии любви к братьям своим по плоти. Любовь эта исцеляла больных и прокаженных, изгоняла бесов, воздвигала умерших, питала толпы ослабевшего народа, стекавшегося слышать Божественное учение, приближала к Господу детей, и указывала человеку, что царствие Божие внутри его, в душе чистой и доброй. Но слава Господня проявилась для учеников еще торжественнее в преображении Господнем, в хождении по воде, в повелении ветру утихнуть, в потрясениях природы, сопровождавших вольную смерть Господа на кресте, в раздрании завесы храма, в появлении умерших, вышедших из гробов. Наконец славное Воскресение Господа, наполнившее радостью сердца, горевшие к Нему любовью, возженною благодатию, преславное Вознесение с обещанием быть всегда с верующими, послать Утешителя Духа Святого, суть те события, которые предстают воспоминанию Иоанна, когда он восклицает «видехом славу Его, славу яко единородного от Отца».

«Единородного от Отца» Евангелист в вырвавшемся из души его вдохновенном восклицании возвращает мысль к первому стиху Евангелия: «Слово бе у Бога» и исключает сим всякую мысль о каком либо другом представлении, кроме второй Ипостаси святой Троицы, заранее, так сказать, осуждая ложные учения еретиков Как напр. гностиков, проповедовавших учение о демиурге и других порождениях необузданной фантазий, привитых из языческих религий востока.. Сын, который есть Слово, единородный от Отца, исполняет волю Отца, тожественную с волею Сына, ибо «Сын и Отец одно» (Ин. 10:30).

Весьма знаменательны также слова, которыми по конструкции греческого языка заканчивается 14-й стих, и которые в том же порядке перенесены и в славянский перевод. Мы говорим о словах «исполнь благодати и истины», которые относятся к Слову, ставшему плотию.

«Слово, исполненное благодати и истины», есть тот же Иегова, Святое Имя которого провозглашено было перед Моисеем на горе (Исх. 34:5, 6) в таких выражениях: «Иегова Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный».

Только посредством второй Ипостаси Святой Троицы, Господа нашего Иисуса Христа, ради спасения нашего воплотившегося, может человек приблизиться к Божеству, ибо иначе, как говорит святой Кирилл Иерусалимский Издание 1865, слово 12; стр. 176., Бог был бы для нас недоступен. И св. Григорий Богослов Слово на святыя светы Богоявления, сл. 38. В изд. Арх. Иринея т. 2, лист 184., говоря о благости Божией, явленной в воплощении Бога-Слова, поясняет, что «беседова с нами Бог чрез посредство плоти, яко чрез завесу».

Заключим этот отдел мыслию, что не понимания великой тайны или философского разъяснения оной требуется от человека: великая тайна сия познается верою, а не умом; от человека же требуется одного: любви, ибо «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8, 16).

Слово стало плотию, вочеловечилось, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его... как Единородного от Отца..
<...>Христос, Сын Божий, сошел на землю и вочеловечился не только для того, чтобы научить людей исполнять волю Божию и примером Своей земной (по человечеству) жизни доказать, что исполнение ее возможно, но, главным образом, для искупления многих (Мф. 20:28).

Известный филолог, профессор Некрасов, переводит этот стих следующим образом: „и стало Слово плотию и поселилось среди нас полное благодати и истины; и мы узрели в этом (т. е. в полноте благодати и истины) славу Его, как единороднаго от Отца. (См. чтен. греческ. текста свят. евангелий, стр. 83).

„Само Божие Слово, разсуждает св. Григорий Богослов, превечное, невидимое, непостижимое, безтелесное, начало от начала, свет от света, источник жизни и безсмертия, определение и Слово Отца, приходит к своему образу, носит плоть ради плоти, соединяется с разумною душею ради моей души, очищая подобное подобным, делается человеком по всему, кроме греха“.

И Слово плоть бысть. Плоть выражено по-гречески (словом σαρξ) таким словом, которое, по библейскому словоупотреблению, означает не только телесную часть природы человеческой, но всего человека., состоящаго из души и тела. Слово соединилось не только с телом (σώμα), но также и с человеческою душею, и потому имеет два естества — Божеское и человеческое, которыя соединились неслиянно, неизменно, неразлучно и нераздельно в одном лице Богочеловека. Кратко, евангелист выражает этим ту мысль, что Божественное Слово приняло на Себя полное человеческое естество.

И вселися в ны (έσκήνωσεν έν ήμΐν). Буквальное значение слова σκηνειν — жить в палатке, проводить жизнь странника (Суд. 5:17. Откр. 12:12). Это выражение здесь означает то, что Бог — Слово, Иисус Христос, явился на землю не на мгновение, как являлись ангелы, но жил между людьми, ел, пил, беседовал и делал все, что делает обыкновенно не дух, не имеющий плоти и костей, а человек.

И видехом славу его, продолжает ев., славу яко единороднаго от Отца. „Мы

видели славу, говорит св. Златоуст, не пророка, не ангела, не архангела, не горних сил, не иной какой созданной твари, какова бы она ни была, но видели славу самого Владыки, самого Царя, самого истиннаго, единороднаго Сына, Господа всяческих". Неприступная слава сия, хотя и была сокрыта под покровом тела, однакож проявилась в такой необычайной силе и светозарном сиянии, какими может блистать только слава единороднаго от Отца, Господа Славы. Видехом славу Его в Его жизни, в Его учении, в Его деяниях, в чудесах и знамениях, которыя наполняли весь путь Его земной жизни, даже в самых крестных Его страданиях, в которых, по словам Златоуста, являлись не только Его милосердие и любовь, но и Его неизглаголанная сила, которою сокрушалась клятва, посрамлялись демоны, пригвождалось ко кресту рукописание грехов.

„Выражение (ώς) как означает здесь не уподобление и не сравнение, а подтверждение и несомненное определение. Бак бы так сказал евангелист: мы видели славу, какую подобает и свойственно иметь единородному и истинному Сыну Царя всех Бога". (Злат.).

Слово единородный (μονογενής), — сопоставляемое с выражением: от Бога родишася (ст. 131 означает то, что Слово есть — Сын Божий не по благодати всыновления (ср. ст. 12), но в единственном и собственном смысле. В таком смысле употребляется это слово в кн. Тов. 3:15. Лк 7:12. 8:42. 9:38. Евр. 11:17.

Исполнь благодати и истины. Выражением: исполнь благодати и истины евангелист указывает самыя характерныя черты в лице Мессии — Искупителе нашем, черты по преимуществу Божественныя. Слово благодать, указывает именно на откровение безпредельной Божественной любви (άγάπη) в спасении мира, в послании Сына для спасения: тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего единороднаго дал есть, да всяк веруяй в он не погибнет, но имат живот вечный (ев. Иоанна 3,16. Срав. 17:23. 1 посл. 1 Ин. 4:9). И Сын явил эту безпредельную любовь тем, яко и грешником нам сущим, за ны умре (Рим. 5:8). Слово: истина противоположно словам: образ и тень, словам, служащим для обозначения ветхозаветнаго закона, и значит, что все ветхозав. обетования, прообразы истинно и действительно осуществились на Иисусе Христе, что Он есть, по выражению Ап. Павла, самый образ вещей (Евр. 10:1) или истина (Ин. 24:6). С другой стороны, Христос, как единородный Сын Божий, возвестил нам всю волю Божию и сообщил нам полнейшее ведение о Боге, чем то, какое сообщено было чрез ветхозав. пророков (Евр. 1:1; сн. Ин. 1:18).

... по благодати мы скорее божественно рождаемся от Бога, а не творимся, это явственно покажет великий Афанасий, говорящий: «иначе люди не сделались бы сынами, будучи по природе тварными, если бы не приняли Духа сущего по природе и истинного Сына. Поэтому и «Слово плоть бысть» (Ин. 1:14), чтобы человечество ( τό άνθρώπινον ) сделать способным воспринять Божество и назвать сыном»¹.

«Христос воскресе из мертвых»;          «Слово плоть бысть и вселися в ны» (Ин. 1:14)
Возлюбленные слушатели! Сегодня мы празднуем вместе два пресветлых праздника: Воскресение Христово и Благовещение Пресвятой Богородицы, – два пресветлые праздника, согласные и различные: разные по названию и согласные силою, разные действием и согласные таинством, разные временем и согласные совершением нашего спасения. Различны они по церковному пению, но равны по радостотворности, ибо в обоих празднествах церковь святая призывает чад своих к радости. В Благовещении она воспевает: «Благовествуй, земле, радость велию, хвалите, небеса, Божию славу»; в Воскресении же говорит: «Сей день, егоже сотвори Господь, возрадуемся и возвеселимся в онь». 
     Знаете ли вы, возлюбленные, как нынешнее сугубое празднество назвать можно единым словом? Всякий пусть называет, как хочет; я же назову его поясом, которым ныне опоясывается невеста Христова, святая церковь. Как пояс имеет два конца, далеко отстоящие один от другого, но если кто им опояшется, то оба конца сходятся в одном месте и связуются в один союз, так и в таинстве спасения нашего есть как бы два конца; это – два праздника: Благовещение и Воскресение. В Благовещении спасение наше начинается, как об этом читается в тропаре: «Днесь спасения нашего начаток и вечныя тайны явление», в Воскресении же спасение наше получает свой благополучный конец, как сказал Христос на кресте: «Совершишася» (Ин. 19:30). Длинен этот пояс (разумею таинство нашего спасения), ибо от начала его до конца прошло тридцать четыре года; когда невеста Христова, святая церковь, искупленная Его кровию, опоясалась тем поясом спасения, то оба конца, то есть, оба праздника, Благовещение и Воскресение, начало нашего спасения и его завершение, сошлись в одно место, в один союз, ибо, пострадав, воскрес из мертвых Тот, который прежде воплотился в утробе пречистой Девы, воплотился же Он, чтобы воскреснуть из мертвых. И мы, празднуя оба сии события в одном союзе, воспеваем: «Христос воскресе», и прославляем Его воплощение: «Христос воскресе из мертвых» и «Слово плоть бысть».
     Разногласие церковного пения обоих этих праздников приводят в согласие Марковы главы, положенные в церковном уставе; мне же позвольте, любовь ваша, привести в согласие действия этих праздников и показать, как Благовещение Пресвятой Богородицы и Воскресение Христово в своих действиях имеют между собой большое согласие.
     Не только в нынешний 1706 год, который имеет пасхальную букву «В», праздник Воскресения Христова соединился в светлый понедельник с праздником Благовещения Пресвятой Богородицы, но и во все годы Воскресение Христово празднуется не без Благовещения, ибо каждый год, когда мы празднуем Пасху Христову, то в самый первый, недельный, день Пасхи мы слышим в Евангелии и Благовещение, проповедуемое следующими словами: «И Слово плоть бысть». О чем же говорят нам эти слова? Не проповедуют ли они Благовещение, в которое по гласу архангельскому осенением Духа Святого Бог Слово воплотился в утробе пречистой Девы Марии и «Слово плоть бысть?» Видите, что никогда Воскресение не живет без воплощения. Рассмотрим же теперь согласие в действиях обоих праздников и начнем с Благовещения, поелику оно есть начало нашего спасения, и потом перейдем к Воскресению, поелику оно есть совершенное окончание нашего спасения. 
      В Благовещении Пресвятой Богородицы воплощение Бога Слова совершилось благоволением Бога Отца, осенением и действием Святого Духа и соизволением Самого Слова. Воскресение же Христово из мертвых произошло благоволением и действием Бога Отца вместе со Святым Духом и соизволением Самого Христа. Когда св. Петр исцелил хромого при дверях церковных, то он сказал архиерею и князьям иудейским так: «Разумно буди всем вам и всем людем израилевым, яко во имя Иисуса Христа Назореа, егоже вы распясте, егоже Бог воскреси от мертвых, о сем сей стоит пред вами здрав» (Деян. 4:10). Словами: «Егоже Бог воскреси от мертвых» апостол ясно показывает, что Христос воскрес благоволением Бога Отца при содействии Святого Духа, согласно следующему писанию Иезекииля: «Прийде на Мя Дух и постави Мя на ногу Моею» (Иез. 3:24), и по соизволению Самого Христа, как имущего на сие власть, ибо Он Сам говорит: «Власть имам душу Мою положити и власть имам паки прияти ю» (Ин. 10:18). Как умирая на кресте Он вручил дух Свой Отцу Своему, говоря: «Отче, в руце Твои предаю дух Мой», так и при востании из гроба и воскресении из мертвых Он принял дух Свой тоже из рук Отчих. 
     В Благовещении ангел Гавриил был служителем чуда: «Ангел предстатель с небес послан бысть рещи Богородице: «Радуйся»; и Воскресение Христово было не без службы ангельской: «Ангел Господень сошед отвали камень», и после того два ангела были видимы во гробе. Ангела, пришедшего к Богородице и благовестившего ей Христово Воскресение, церковь извествует, воспевая так: «Ангел вопияше благодатней: чистая Дево, радуйся! Твой Сын воскресе тридневен от гроба». 
     В Благовещении Пресвятая Дева изъявила ангелу свою целомудренную невинность, непричастность мужу и неповинность в плотском супружестве, говоря: «Како будет сие, понеже мужа не знаю?» (Лк. 1:34). Подобно сему и в Господнем прежде воскресения страдании Пилат свидетельствовал неповинность Иисусову, говоря: «Аз никуюже обретаю вину в Человеце сем; неповинен есть смерти» (Ин. 19:6). 
     В Благовещении было соизволение пречистой Девы воле Господней, ибо она отвечала Ангелу: «Се раба Господня, буди Мне ныне по глаголу твоему» (Лк 1:38). Подобно сему и в приятии чаши страданий, имевших окончиться воскресением, было соизволение Христово, ибо Он говорил Отцу: «Аще воля Твоя, да пию» (Мф. 26:42). 
     В Благовещении Бог Слово, Слово Отчее единородное, облекся в плоть человеческую, как проповедуется о сем в Евангелии: «И Слово плоть бысть, и вселися в ны» (Ин. 1:14); в Воскресении же плоть облеклась в Божество, «Господь воцарися, в лепоту облечеся», в «лепоту» Божества, ибо Христос пострадал как человек, а воскрес со славою как Бог, о чем свидетельствует возлюбленный ученик Его евангелист Иоанн: «Видехом славу Его, славу яко единородного от Отца, исполнь благодати и истины» (Ин. 1:14). 
     В Благовещении сначала Христос был познан одной только Матерью, в утробе которой Он воплотился, познан был прежде, чем познала Его Елизавета пророчица, Иоанн во чреве носимый, Иосиф сомневающийся и прочие. Подобно сему и в Воскресении прежде всех пречистая Дева познала Христа, восставшего из гроба, ибо Он прежде всего явился по воскресении Своем преблагословенной Матери Своей, согласно свидетельству св. Амвросия, которое подтверждает и церковь в старых Триодях, в великую Субботу в каноне на повечерии.
     За Благовещением Пресвятой Богородицы последовало поношение и бесславие, ибо Иосиф, имея внутри бурю неверных помышлений и подозрений, поносил Ее, говоря: «Марие, что дело сие, еже вижду в тебе? Вместо чести стыд, вместо веселия, печаль, вместо еже похвалитися укоризну ми принесла еси». Воскресению же Христову предшествовало поношение и бесславие, когда Господь был на кресте «со беззаконными вменен» и «распят посреди двою разбойнику». 
     Оба эти праздника не без мученика. Как Христос на кресте был мучеником, так и для пречистой и целомудренной Девы Марии поистине было мучением терпеть неповинно поношение от Иосифа и от других подозрение в беззаконии, как будто она познала мужа. Но у обоих поношение превратилось в славу, ибо и Христос после страданий вошел в славу Свою, и пречистая Богоматерь после поношения своего прославилась честнее херувимов и славнее серафимов.
     В Благовещении Христос обручил Себе человеческое естество, в Воскресении же Он прославил его, облекши тленное в нетленное и смертное облекши в бессмертие.
     В Благовещении пречистая Дива раздавила главу змиеву, поправши яд первородного греха, в Воскресении же Сын ее, Господь наш, сокрушил ад, поразил диавола и разорил царство его. 
     В Благовещении умертвилась смерть греховная, в Воскресении же попрана и телесная смерть: «Господь наш смертию смерть попра и сущим во гробех живот дарова». 
     В Благовещении был предназначен вертеп, в котором имел родиться Христос, и Того же Христа, имевшего воскреснуть из мертвых, приняла пещера и гроб: вертеп был при рождении, вертеп и при воскресении. 
     В Благовещении было сохранено целым девство пречистой Богоматери, целыми же сохранились при Воскресении Христовом и печати гробные. Господь вышел из запечатанного гроба так же, как и родился от Богородицы, «чистотой запечатленныя и девством хранимыя». 
     В воплощении Христос был как агнец непорочный, упасшийся в чреве Мариином, в Воскресении же Сей Агнец возрос во льва: «Се победил есть Лев от колена Иудова» и, торжествуя, говорит ко всем Своим:       «Дерзайте, Аз победих» (Откр. 5:5; Ин. 16:33). 
      После Благовещения пречистая Дева «иде в горняя», по Воскресении же Христос пошел в Галилею на гору, куда повелел прийти и ученикам Своим: «Рцыте и учеником, и Петрови, яко варяет вы в Галилеи» (Мк. 16:7). 
      По Благовещении пречистая Дева, исполнившись великой радости, воспела: «Величит душа моя Господа, и возрадовася дух мой о Бозе Спасе моем» (Лк. 1:46, 47), по Воскресении же Сына своего и Бога, о, кто может передать! какой она исполнилась радости, когда увидела живым Того, о смерти которого она неутешно рыдала. Сорадуясь с ней и церковь святая воспоминает радость ее, воспевая: «Ты же, чистая, красуйся, Богородице, о востании рождества твоего». 
     Вот вы видите, слушатели мои, что Благовещение пречистой Девы Богородицы и Воскресение Христово имеют в своих действиях очень много согласия, и посему прилично, что праздник Благовещения ныне случился в праздник Воскресения Христова. 
      Итак, будем праздновать, исполнившись сугубой духовной радости; пусть величит душа наша Господа, и да возрадуется дух наш о Бозе, Спасе нашем, воскресшем тридневно от гроба. Еще же пусть превозносит душа наша Госпожу пречистую Деву Марию, которою мы получили спасение, ибо «спасе Богородицею мир Христос Бог наш». 
      Христу, Спасителю нашему и Господу, воплотившемуся в пречистой девической утробе и нетленно родившемуся от нее, и пострадавшему ради спасения нашего, и воскресшему из гроба, да будет Ему с препетою его Богоматерию от нас, рабов Его, честь, слава, благодарение и поклонение ныне и всегда, и в бесконечные веки! 
     Но еще не конец моей беседе; я еще скажу кое-что для пользы простых людей. То, что я уже сказал, это сказано для книжных, но не хочу и некнижных отпустить без пользы.
     Знаете ли вы, любовь ваша, чему нас научают сии два праздника: начавшееся вчера Воскресение Христово и празднуемое ныне Благовещение Пресвятой Богородицы? Они научают нас воскреснуть от мертвой жизни к добродетельной, соединиться с Богом в союзе таком же крепком и неразлучном, как соединился и Бог Слово с плотию человеческого естества в утробе пречистой Девы. 
     Воскресение Христово поучает нас воскреснуть от смерти душевной к добродетельной жизни, согласно слову апостольскому:  «Да яко же воста Христос от мертвых славою Отчею, тако и мы во обновлении жизни да ходим» (Рим. 6:4).
     Знаете ли вы, что такое душевная смерть? Душевная смерть – это тяжкий, смертный грех, за который человек будет вечно мучиться во аде. Почему же тяжкий грех является смертию для души? А потому, что он отнимает у души Бога, которым только она и может жить, ибо как жизнью тела является душа, так и жизнью души является Бог, и как тело без души мертво, так и душа без Бога тоже мертва. И хотя грешный человек ходит, будучи живым по телу, но душа его, не имеющая Бога, своей жизни, есть мертва. Посему-то св. Каллист, патриарх цареградский, и говорит: «Многие в живом теле имеют мертвую душу, погребенную как бы во гробе. Гробом является тело, а мертвецом – душа. Гроб ходит, а душа в нем бездыханна, то есть, безбожна, как не имеющая в себе Бога. Таким образом живое тело носит в себе мертвую душу». 
     Если кто не верит сказанному мной, тот пусть послушает слова Самого Господа. Он явился некогда Своему возлюбленному ученику Иоанну и сказал ему: «Ангелу Сардийския церкве напиши: вем твоя дела, яко имя имаши, яко жив, а мертв еси» (Откр. 3:1). Внемлем словам Господним: человека достойного, святого, с чином ангела, «Ангела Сардийския церкве», Он называет живым, но считает его мертвым: «Имя имаше, яко жив, а мертв еси». Именем жив, а делами мертв; именем свят, а делами мертв; именем ангел, а делами подобен не ангелу, но супостату. Он жив телом, но мертв душой. Почему же? Причину сего объясняет Сам же Господь, говоря: «Не обретох бо дел твоих совершенных пред Богом твоим» (Откр. 3:2). О, какого страха и ужаса исполнена сия вещь! Тот земной ангел имел некоторые добрые дела, имел, по-видимому, и житие святое, считался и назывался людьми ангелом, и даже Сам Господь не отнимает у него ангельских титулов и называет его ангелом, но поелику он был не совершенно добродетелен, не совершенно свят, не совершенно ангел во плоти, а только по имени и мнению ангел, свят и добродетелен, по делам же совсем иное, посему-то и считает его Бог мертвым. Что же можем думать о себе мы, грешные, не имеющие ни одного доброго дела, но валяющиеся в непрестанных грехах, как свиньи в болоте? Какими мы явимся пред Богом, как не мертвыми? Не скажет ли и нам Господь сии слова: «Имя имаши, яко жив, а мертв еси?» О, грешник нераскаянный! Ты только телом жив, душа же твоя мертва. А почему? Потому, что отнят от души твоей Бог из-за твоих скаредных и греховных дел. А каким образом тяжкий, смертный и великий грех отнимает от души Бога, которым подобает ей жить, и делает душу мертвою, сие ясно видно на примере блудного сына, о котором рассказывается в евангельской притче. Когда сей возвратился к отцу, то отец сказал о нем: «Сей мертв бе, и оживе» (Лк. 15:24).         
    «Человек некий име два сына», говорится в Евангелии (Лк. 15:11). Подобно сему и Бог, ставший человеком по Своему человеколюбию, тоже имеет два разумных создания, ангела и человека, как двух сыновей. Ангел есть старший Его сын, созданный прежде человека и поставленный выше человека и по месту, и по благодати; человек же является младшим сыном и сотворен был после; однако если он умален чем от ангела, то умален малым:  «Умалил еси его малым чим от ангел» (Пс. 8:6). 
      Младший сын пока жил при отце и был не блудным, но отчим сыном, он был достойным наследником; но когда он «отыде на страну далече и расточи имение свое, живый блудно» (Лк. 15:13), тогда был назван сыном блудным, а вместе и мертвым. Подобно сему и человек, пока держится Бога, Творца и Жизнодавца своего, которым живет и движется, и существует, до тех пор он не является пред Богом мертвой душой, до тех пор в его душе живет Бог, до тех пор душу его оживляет Божья благодать. Но как только человек отторгнется от Бога и от добродетельной жизни, подобающей истинному христианину, как только уклонится к скверным беззакониям, то тотчас отъемлется Бог от души его, отходит от него со Своею животворной благодатию, отходит, как пчела, прогоняемая дымом, прогоняемый смрадом греховным, и соделывается та душа мертвой. О таком человеке можно сказать, что он мертв: «Имя токмо имать, яко жив, а мертв есть». 
         «Якоже розга не может плода сотворити о себе, аще не будет на лозе, тако и вы, аще во Мне не пребудете» (Ин. 15:4). 
         «Основание покаяния полагающе от мертвых дел» (Евр. 6:1); и Иуда был чудотворец, пока не впал в грех сребролюбия. 
     Иаков Пустынник был чудотворцем, пока не впал в плотской грех с девицею, которую освободил от беснования. 
     Саприкий иерей был мучеником, а как только ожесточился злобою и не простил брата, то тотчас был отвергнут от Христа.
     Подобно сему и душа жива и действенна, пока не отторгнется за грехи от Бога; когда же за грехопадение отторгнется от Бога, тотчас соделывается мертвой и недейственной. Такому мертвецу, то есть, душе, умерщвленной грехами, не подобает ли воскреснуть? Подобает, и даже не однажды, но часто. Воскресение мертвых тел будет только один раз, которого мы ожидаем в последний день, согласно Символу: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века»; воскресение же души повторяется часто. Что же является воскресением души? Святое покаяние; ибо как грех есть смерть для души, так покаяние есть воскресение для души. Ведь и о блудном сыне, когда он с покаянием обратился к отцу, сказано: «Сей мертв бе, и оживе». Пока он был вдали от отца, в стране греховной, он был мертвым; когда же возвратился, покаявшись, тотчас воскрес душею: «Мертв бе, и оживе». Мы сказали, что сие воскресение часто повторяется с душею, ибо когда человек согрешает, он умирает душею, а когда кается, воскресает, согласно сему слову: «Елико падеши, толико востани, и спасешися». 
     Итак, настоящий праздник Воскресения Христова учит нас воскреснуть от душевной смерти, то есть, покаяться во грехах; учит не просто воскреснуть, но воскреснуть по примеру Христа, как учит апостол: «Христос воста от мертвых, ктому уже не умирает, и смерть Им ктому не обладает» (Рим. 6:9). Подобно этому и мы «во обновлении жизни да ходим». Как Христос по воскресении Своем уже не умирает, так и мы не будем возвращаться после покаяния нашего к прежним смертным грехам; ибо какая польза, омывшись от болота, снова лезть в него? Какая польза, выйдя из бездны, снова повергать себя в нее? Какая польза, исцелившись от язв, снова и еще ужаснее уязвлять себя? Какая польза, воскресши покаянием от душевной смерти, снова умерщвлять свою душу грехами. Истинное воскресение души в том, чтобы, воскресши однажды со Христом, больше не возвращаться к смерти и уже никогда не умирать. 
     Другой же настоящий праздник – Благовещение, в котором Бог Слово крепко и неразлучно соединился с плотию, учит нас соединиться с Богом, ибо недостаточно только воскреснуть от душевной смерти, но необходимо еще и крепко соединиться с Богом. Если мы не соединимся с Ним, то снова впадем в смерть и снова умрем грехами; но тот, кто крепко соединился с Богом, тот пребудет бессмертным, непреткновенным и не возвращающимся к прежним злым делам. 
      Как же нужно соединиться с Богом? Так, как и Бог в Своем воплощении соединился с плотию человеческою. Бог так соединился с человеческою плотию, что уже никогда не оставит ее, но будет пребывать и царствовать с нею на небесах в бесконечные веки. Подобно сему и человек, воскресший ох грехов, должен соединиться с Богом Творцом и Искупителем своим, чтобы уже никогда не удаляться от Него не только делом, но и мыслию, и чтобы никогда уже не оставлять Его, ибо во псалмах говорится: «Удаляющийся от Тебе погибнут» (Пс. 72:27). 
     Но не хочу я более в настоящие радостные праздники обременять любовь вашу долгим слушанием слова, ибо я знаю, что каждого влечет мысль или в дом к кушанью, или в гости к пированию. Итак, поздравляю вас с этим сугубым празднеством, Воскресением и Благовещением, а в оба эти праздника желаю вам как душевной пользы, так и телесного здравия, и говорю: Аминь. 

Воплощение.

Και ό λόγος σαρξ έγένετο

Здесь вершина учения Ин о Христе как Слове. О том, что Сын Божий стал человеком, безошибочно учил Павел в Рим. 1:3; 8:3; Гал, Флп. 2:7 и т.д. Но вклад Ин в эту возвращенную христологию - в отождествлении Христа со Словом Божьим, о чем смутно говорила литература Премудрости, греки, Филон. Логос философии, согласно Ин, - Иисус истории.

Для первых читателей это был парадокс. Но парадокс сознательный, антидокетичный.

Человечность в Ин подчеркивается.

Σαρξ - человеческая природа в целом, включая разумную душу.

και έσκήνωσεν εν ήμΐν:

«...вселился (палатка, скиния) среди нас».

σκήνη - палатка, временная обитель. Таким образом, здесь указание на временный характер земной жизни Иисуса.

Ориген и Златоуст: плоть Христа и есть скиния, храм Бога живого (Павел: вы - храм Божий). Или мы - Его скиния, εν ήμΐν.

Исх. 25:8-9: в скинии Яхве вселился в Израиль. Скиния - символ божественного присутствия, Его правды и милости среди людей. Собственно, это аллюзия на Пс. 84:10-11:

«Так, близко к боящимся Его спасение Его, чтобы обитала слава в земле нашей! Милость и истина сретятся, правда и мир облобызаются».

και έθεασάμεθα την δόξαν αυτοΰ:

«...и увидели славу Его» (аорист). Мы - свидетели славы.

δόξα - излюбленное слово в Ин. Некоторые оттенки смысла. Часто, как у греков, это - слава, честь. Согласно Ин, δόξα - только у одного Бога. Мы видели славу Божью.

Но что такое слава в еврейском языке и литературе?

Доктрина Шехины - видимое обитание Яхве с Его народом. Само слово = «что обитает» = Parousia, присутствие.

Например, в Ветхом Завете: Яхве стал жить на этом месте. В таргумах: Его шехина стала... Это форма Его явления. Видится как kabod. Шехина и кабод отличаются.

Таргум: «В тебе будет жить шехина Яхве и Слава (кабод) Его откроется тебе».

Лев. 26:12: «И буду ходить среди вас, и буду вашим Богом». Таргум: «Я размешу кабод моей шехины среди вас и моя Мемра будет с вами».

Ис. 6:1: «видел я Господа»; Таргум: «я видел kabod Господа».

В I веке у иудеев шехина переводится σκήνη.

Таким образом, «обитало среди нас и мы видели славу Его» - аллюзия к славе шехины, которая есть явление на земле самого Бога.

δόξαν ώς μονογενούς παρά πατρός:

Это - скобки, объяснение «славы» Слова.

παρά:

а) единородный от Отца,

б) славу от Отца.

А. Иисус παρά Отца, от Отца - часто в Ин. Но «зачать, родиться» - εκ (не παρά).

Б. «славу такую, как единственный Сын получает от Отца».

Но в любом случае речь идет о славе Слова = слава вечного Отца, к которой причастен Его Сын.

«Единородный» = единственный (он особо дорог, поэтому άγαπητός и, наоборот, «возлюбленный = единственный (Быт. 22:2)).

πλήρης χάριτος και άληθείας:

«...полное благодати и истины».

Не очень ясно, к чему относится πλήρης (Логос, слава, единородный?). Скорее, к Слову, ко Христу. Итак, благодать и истина - атрибуты Слова.

χάρις - редкое для Ин слово (1:14, 16-17 - 3 раза). Никогда у синоптиков (3 раза у Луки о Боге).

Это слово Павла.

У Ин «благодати» = любви, милости.

άλήθεια - ключевое у Ин. Пилат: «Что есть истина?» (18:38).

Евангелие дает ответ.

Цель Христа - свидетельство истины (18:37; 5:33). Слово Отца - истина (17:8). 45 раз у Иоанна.

Иисус учит истине и есть истина.

Для греческого мира - новое. Августин многое встретил у греческих философов, но не это. Невероятно. Богохульно. Филон: жизнь Божья не снизошла до нас, она не опустилась до потребностей человеческого тела.

Марк Аврелий: относись к телу с презрением, оно лишь кровь, кости, нервы, жилы, артерии.

Докеты: σάρξ - плоть - слабая природа.

И вот ... Бог стал человеком!

1 Ин. 4:2-3:

«Духа Божия (и духа заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь есть уже в мире».

Благодать:

1. Незаслуженный дар любви.

2. Красота, обаяние. Раньше о Боге: в терминах силы, величия.

Истина:

1. «Я есмь истина» (14:6).

Что есть красота (абстракция)? Трудно объяснить. Надо показать: вот сама красота.

Истина - Бог. Вот каков Бог. Это ясно и простому, и премудрому.

2. Свидетель об истине, т. е. посредник Бога, указывает путь.

3. Дух, наставит на истину. Он в нас, учитель.

4. Истина делает нас свободными. Свободен Бог. Он освобождает в эсхатоне (познать!), сейчас - от страха, греха и смерти.

5. Люди ненавидят истину, ибо она - свет.

6. Не верить истине. Часто ложь дороже.

Слава: сияние присутствия Божьего.

1. В чудесах (вода в вино) явил главу (2:11).

2. Эта слава от Бога, а не от людей (5:41). Ищет славы не себя, а Отца.

3. Молится о своем прославлении.

4. Дает ученикам славу Отца (17:22).

Шехина - пребывающий, присутствующий.

Слава - присутствие Бога, сияние любви. Прославить - даровать славу; или (со стороны людей) - изумиться славе.

Наконец, Евангелист подводит к серии утверждений, касающихся значения Боговоплощения для Израильского народа и для всего человечества (Ин. 1:14, 16–18). Эти утверждения указывают на сердцевинный пункт евангельской истории – воплощение Слова Божия. Логос, о Котором шла речь с самого первого стиха, имеет личный, персональный характер. То самое Слово, Которое изначально, от вечности предсуществовало у Бога, Которое пребывает в личном общении с Богом, становится «плотию» Schnackenburg R. The Gospel according to St John. Vol. 1. P. 266 .

Формула «Слово стало плотию» создает резкий контраст между христианским богословием и греческой философско-богословской мыслью, которая не могла представить себе чего-либо более противоположного и несовместимого, чем Логос и плоть, особенно если с плотью ассоциируется идея страдания Grillmeier A. Christ in Christian Tradition. Vol. I. P. 31. . Именно идея воплощения Слова – то, что радикальным образом отличает богословие Нового Завета от спекуляций Филона Александрийского о Логосе.

Как отмечает крупный немецкий исследователь Нового Завета М. Хенгель, в Евангелии от Иоанна под термином «плоть» (σάρξ) понимается «человек в его тварной человеческой телесности, ставший жертвой греха, то есть эгоизма, и как следствие – смерти; человек, который находится в оппозиции духу Божию и который не способен сам познать Бога и, следовательно, достичь вечной жизни» Hengel M. The Prologue of the Gospel of John. P. 269. . В качестве примеров ученый указывает на Ин. 3:6 («Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух»), Ин. 6:63 («Дух животворит; плоть не пользует нимало»), Ин. 8:15 («Вы судите по плоти; Я не сужу никого»). Все эти примеры взяты из прямой речи Иисуса. К ним можно добавить слова, сказанные Иисусом в Гефсиманском саду: «Дух бодр, плоть же немощна» (Мф. 26:41;Мк. 14:38).

Слово «плоть» в качестве указания на человечество в целом используется во многих ветхозаветных текстах. Один из них, хорошо известный раннехристианской общине, поскольку ассоциировался с личностью и служением Иоанна Крестителя, заслуживает того, чтобы привести его здесь:

Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему; всякий дол да наполнится, и всякая гора и холм да понизятся, кривизны выпрямятся и неровные пути сделаются гладкими; и явится слава Господня, и узрит всякая плоть спасение Божие... Всякая плоть – трава, и вся красота ее – как цвет полевой... Трава засыхает, цвет увядает, а слово Бога нашего пребудет вечно (Ис. 40:3–6, 8).

Три ключевых понятия, присутствующих в прологе Евангелия от Иоанна, употреблены в этом тексте из Книги пророка Исаии: плоть, слава Господня, слово Бога. Время, о котором пророчески говорится у Исаии, наступило, когда Слово Божие, пребывающее вовек, «стало плотию». Именно в этом событии воплощения Слова была явлена слава Господня, и всякая плоть человеческая узрела спасение.

Слово, ставшее плотью, по словами Евангелиста, «обитало с нами» (ἐσκήνωσεν ἐν ἡμῖν). Здесь употреблен глагол σκηνόω, буквально означающий «жить в палатке». Он указывает на то, что пребывание Слова среди людей было временным: Божественный Логос пришел на землю не для того, чтобы остаться на ней навсегда. Некоторые ученые видят связь между глаголом σκηνόω и ветхозаветной скинией (Исх. 25:13), которая была местом пребывания Бога среди людей Kerr A. R. The Temple of Jesus’ Body. P. 121–123. .

Термин «слава Божия» или «слава Господня» (יהוה כבד kǝḇoḏ Yahwē) нередко встречается в Ветхом Завете. В это понятие вкладывали, прежде всего, представление о таинственном Присутствии Божием, являемом в зримых образах. Слава Божия явилась народу израильскому в облаке, когда народ возроптал на Господа (Исх. 16:7–10); слава Божия сошла в виде облака на гору Синай и пребывала на ней в течение шести дней: вид славы Божией при этом описывается как «огонь поядающий» (Исх. 24:15–17). Слава Божия нередко оказывается локализованной в каком-либо конкретном месте или связанной с тем или иным священным предметом: облако славы Божией наполняет скинию завета (Исх. 40:34–35), оно же является над золотой крышкой ковчега (Лев. 16:13). Крышка ковчега, вернее, пространство над ней, было местом особого присутствия славы Божией: «Там Я буду открываться тебе и говорить с тобою над крышкою» (Исх. 25:22).

Слова «и мы видели славу Его» (καὶ ἐθεασάμεθα τὴν δόξαν αὐτοῦ) открывают длинный список мест из четвертого Евангелия, в которых используются глаголы, обозначающие видение. В общей сложности насчитывается 114 случаев употребления этих глаголов в Евангелии от Иоанна; из них глагол θεάομαι («видеть», «смотреть», «разглядывать») использован только 6 раз, βλέπω («видеть», «смотреть») – 17 раз, θεωρέω («смотреть», «наблюдать», «созерцать», «видеть») – 24 раза; чаще всего – 67 раз – используются глагол ὁράω («видеть», перен. «воспринимать», «понимать») и производные от него формы Waetjen H. C. The Gospel of the Beloved Disciple. P. 129. . При помощи этих глаголов Евангелист нередко передает идею внутреннего, духовного зрения, которое открывается в человеке благодаря вере в Иисуса как Сына Божия.

Иногда в словах «и мы видели славу Его» усматривают аллюзию на событие Преображения Господня, описанное у синоптиков (Мф. 17:1–6;Мк. 9:2–7;Лк. 9:28–35). В повествовании Луки об этом событии термин «слава» употреблен применительно к преображенному состоянию Иисуса, свидетелем которого стали ученики (Лк. 9:34). Апостол Петр также употребляет это понятие в рассказе о Преображении: «Ибо Он принял от Бога Отца честь и славу, когда от велелепной славы принесся к Нему такой глас: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение. И этот глас, принесшийся с небес, мы слышали, будучи с Ним на святой горе» (2 Пет. 1:17–18).

Иоанн был одним из трех учеников, которых Иисус взял с Собой на гору. Следовательно, он был свидетелем события Преображения, хотя и не описывает его в своем Евангелии (предположительно, потому, что его уже описали другие Евангелисты). Думается, однако, что слова «и мы видели славу Его» в прологе его Евангелия относятся не только к Преображению. Термин «слава» – один из наиболее часто встречающихся у Иоанна. Вся жизнь Иисуса, включая Его страдания и смерть, представлены у Иоанна как явление славы Божией. Сам Иисус в Евангелии от Иоанна раскрывает это понятие применительно к Богу и к Самому Себе. Поэтому в прологе термин «слава» относится ко всему событию пришествия в мир Бога, ставшего человеком.

О значении термина «Единородный» будет сказано ниже в комментарии на Ин. 1:18.

Центральным пунктом пролога Евангелия от Иоанна является учение о Боговоплощении. Наиболее полно оно выражено в словах: «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины» (Ин. 1:14). Согласно ветхозаветному пониманию, между Богом и тварным миром существует непреодолимая онтологическая пропасть: Бог абсолютно трансцендентен миру, материи, «плоти», будучи бестелесным Духом.

Понятие «плоти» встречается в Библии уже в рассказе о сотворении человека. Когда Бог приводит к Адаму жену, Адам говорит: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа своего» (Быт. 2:23). В дальнейшем повествовании понятие «плоть» применяется преимущественно к людям (Быт. 6:3; Пс. 77:39), а выражение «всякая плоть» является собирательным, обозначая всех людей или всех живущих на земле (включая животных). У пророка Исаии плоть прямо противопоставляется духу (Ис. 31:3). Характерны слова пророка, в которых тленной человеческой плоти противополагается вечное слово Божие: «Всякая плоть — трава, и вся красота ее — как цвет полевой... Трава засыхает, цвет увядает, а слово Бога нашего пребудет вечно» (Ис. 40:6, 8).

В Новом Завете онтологическая пропасть между Богом и плотью, между Божеством и человечеством преодолевается благодаря тому, что Слово Божие становится плотью. Если раньше Бог участвовал в жизни народа израильского как бы со стороны, сверху, с небес, то теперь Сын Божий приходит на землю и становится частью человеческой истории. При этом Он остается Тем, Кем был: предвечным Божественным Словом, неотделимым от Бога. Все четыре Евангелия, каждое по-своему, посвящены раскрытию тайны вхождения Бога в человеческую историю, и все Евангелисты верят в Иисуса как Сына Божия. Но только Иоанн придает этой вере подлинно богословское содержание, начиная свое повествование не с момента вхождения Бога в историю, а с предыстории: с предвечного существования того Слова, Которое в конкретный исторический момент стало плотью.

Здесь говорится о сошествии с неба на землю Слова — Сына Божия для спасения людей. Слово плоть бысть (стало плотию), т. е. приняло на себя человеческую плоть, и не одну плоть, но и душу (воплотилось и вочеловечилось), и явилось на земле, как человек Господь — И. Христос. Слово плоть в Свящ. Писании нередко употребляется в смысле полнаго человека (Ис. 40:5. Ин. 17:2—3. Рим. 3:20 и др.). Слово — Сын Божий сделалось человеком, но не перестало быть Сыном Божиим, Богом, явилось не просто человеком, но Богочеловеком. Таким образом, Слово, будучи Богом от века, стало Богочеловеком во времени, и потому имеет два естества — Божеское и человеческое.

Вселися в ны (обитало с нами). Слово — И. Христос явился на землю не на мгновение, как являлись ангелы, но жил между людьми: ел, пил, беседовал, терпел голод и жажду, утомление от трудов, нужды безприютной жизни и пр. Видехом (мы видели) славу Его... Мы, т. е. ученики (1 Ин. 1:1) и вообще верующие. Видели — не внутренними только очами веры, и не в образах только, как видели люди ветхозаветные, но и внешними, телесными очами, во внешнем человеческом явлении Бога Слова и в самой действительности; потому что пред ними был в самом деле воплотившийся Бог — Богочеловек. Славу Его , яко (как) единороднаго от Отца. Единороднаго — единственнаго (Лк. 7:12; Лк. 8:42). От Отца из существа Отца. Апостолы и верующие видели славу И. Христа, как могла «на проявиться и проявляется только в Единородном от Отца, т. е. во всей Божеской полноте. Они созерцали славу эту во всей жизни, учении и действиях Господа, особенно же в некоторых чрезвычайных проявлениях ея, как-то: в преображении, воскресении и вознесении. «Неприступная слава Господа, пишет св. Златоуст, хотя.и была сокрыта под покровом тела, однако же проявилась в такой необычайной силе и светозарном сиянии, каким может блистать только слава Единороднаго от Отца, Господа славы... Видели славу Его даже в самых крестных Его страданиях, в которых являлись не только Его милосердие и любовь, но и Его неизглаголанная сила, которою сокрушалась клятва, посрамлялись демоны, пригвождалось ко кресту рукописание грехов».

Исполнь благодати и истины (Слово полное благодати и истины). Благодать, это — благоволение, милосердие, любовь и самые разные дары и благодеяния, «называемые милосердием и любовию; истина — противоположность лжи или чему мнимому, призрачному, а также образу, тени. Слова об И. Христе, что Он был исполнен благодати и истины, значат, что чрез воплощённое Слово, т. е. чрез Господа И. Христа, — чрез Его страдания и смерть, излилась на человечество но вере Божия милость; тогда как в ветхозаветное время благодать не вполне была открыта людям: так как тогда крестною смертию Мессии еще не было разрешено греховное средостение между Богом и человеком. Чрез Господа же открылась людям и истина во всем ея обширном значении, — Господь возвестил всю волю Божию и сообщил полнейшее ведение, — тогда как в ветхозаветное время, вообще закон имел значение только прообразовательное, — имел истину только в будущем, во Христе. (Мих.)

3. <...> мы исповедуем Господа и Бога нашего Иисуса Христа Единородным Сыном Col. 26 Божиим, Который у Себя прежде веков родился от Отца, для нас же во времени от Духа Святого и Марии Приснодевы стал Человеком – родившимся Богом. И, исповедуя обе сущности – плоти и Слова, мы благочестивой доверчивостью веры принимаем одного и Того же нераздельного Бога и Человека; и вследствие сего мы утверждаем, что со времени принятия плоти то, что было Божие, полностью перешло на человека, как и всё, что было (243) человеческое, оказалось в Боге.

4. И, согласно такому пониманию, Слово стало плотью (Ин. 1:14) – не превращением или какой-либо изменчивостью начало быть тем, чем не было, но силой Божественного Домостроительства Слово Отца, никогда от Отца не отделяясь, благоизволило быть именно человеком, и Единородный сокровенно стал воплощенным посредством той тайны, которую Он Один знал. Ибо ведь наше дело – верить, а Его – знать. И, таким образом, Сам Бог Слово, усвоив все, что есть у человека, стал человеком; и, восприняв все от человека, имевшего получить то, что у Бога, ничем иным, нежели Бог, быть не мог. И все же, так как Он называется воплотившимся Col. 27 и сочетавшимся (immixtus), не следует допускать умаления Его Божественной сущности. Ибо знал Бог, как приобщиться без повреждения Себя, и всё же истинно приобщиться.

Какое торжество для смертного рода: Ипостасное творческое Слово Божие, Бог, – делается плотяным человеком и поселяется на жительство между людьми. Самовидцы и слуги бывшие Слова и большая часть современных воплощению Слова Божия людей видели славу Его, как славу Единородного от Отца, полную благодати и истины: какая благодать и истина лились из уст Его, какая благодать и истина видны были во всей жизни Его, в Его чудесах, в Его благотворениях!

Слово стало плотию... «Словом» здесь названо не слово, произносимое устами, не учение, а Слово ипостасное Сын Божий: Ин. 3:16; Пс. 106:19-20; 1 Ин. 4:3.

14-18. Воплощение Логоса. Но основное ударение в Прологе Ин. лежит на воплощении Логоса. Этого требует в концентрическом построении Пролога место воплощения как Его последнего Слова, остающегося в сознании читателей. Как уже было сказано, в Иоанновском Прологе учение о Логосе заостряется как учение о Его воплощении. Евангелист свидетельствует о Логосе только для того, чтобы сказать о Его воплощении. Но понимание Пролога в смысле трех сужающихся концентров заставляет нас не только мыслить учение второго концентра всецело подразумевающимся в общих положениях первого концентра, но подводить и учение о воплощении Логоса в третьем концентре под более общие мысли второго концентра. При этом понимании действование Логоса в мире не ограничивается Его воплощением. Оно распространяется в ст. 9-13 и на дохристианское откровение, в частности и в особенности на откровение Ветхого Завета. И прежде Своего воплощения Логос был «светом истинным, просвещающим всякого человека» (ст. 9)¹. Мысль о Сыне Божием как субъекте ветхозаветного домостроительства Божия получила свое раскрытие в святоотеческом Предании. Но в настоящей связи важно, что Логос и до своего воплощения наталкивался на сопротивление сотворенного чрез Него мира. Однако и тогда уже Его служение миру приносило свои спасительные плоды. Впрочем, на ветхозаветном служении Логоса мысль евангелиста не задерживается. Полнота спасения как усыновления достигается служением воплощенного Логоса в Новом Завете. Она получает свое выражение в явлении благодати и истины в откровении Единородного Бога.

– И Тот, кто называется Словом, стал человеком и жил среди нас – См. коммент. на. 1:1. Титул «Логос» здесь употреблен в Евангелии в последний раз. Стал человеком – дословно: «стал плотью». В Библии словом «плоть» подчеркивается слабость и смертность в противопоставлении Богу. Евангелист употребляет здесь очень сильный, реалистический язык. В книгах Мудрости такая идея не встречается. Евангелист сказал то, что раньше не могло прийти в голову мудрецам: откровение Божьего Логоса было явлением историческим. Логос не безличная, пусть и божественная, сущность, он был явлен в мир как историческая личность – как человек Иисус из Назарета. Евангелист не был единственным автором Нового Завета, кто подобным образом описал Воплощение. Ср. 1 Тим. 3:16; Рим. 8:3. Вероятно, так изображено «опустошение», «выливание» Божественной природы (буквально: «формы»), о котором говорит апостол Павел в знаменитом христологическом гимне Письма филиппийцам, имеющем несомненные черты сходства с Прологом Иоанна: «...добровольно лишился всего, приняв природу раба и человеком родившись» (Флп. 2:7). То, что Логос стал плотью, подчеркивает Его добровольное принятие слабости и смертности.

Только воплотившись и став человеком, Логос смог нести Божье откровение для людей.

Вероятно, евангелист сознательно выбрал это слово, которое звучало неприемлемо для докетистов и гностиков, считавших материю порождением злого Бога-Демиурга и не подлежащей искуплению. Ведь они жаждали освобождения из темницы плоти и вхождения в мир чистого духа. Любопытно отметить, что это Евангелие тем не менее было одним из любимейших у гностиков, что тоже в течение продолжительного времени делало его подозрительным в глазах ортодоксальной Церкви.

Жил среди нас – дословно: «поставил среди нас Свой шатер». Этими словами подчеркивается реальность Воплощения Сына Божьего в мире. С одной стороны, метафора шатра призвана напомнить события Священной истории Израиля, когда народ жил во временных обиталищах, в палатках и шалашах, и Бог был среди них. Здесь аллюзии на события Исхода сознательны. О Мудрости тоже сказано, что Бог повелел ей поставить свой шатер в Израиле (Сир. 24:8). Кроме того, в те времена Бога часто описательно называли словом «шехина́» («слава»), что отчасти созвучно греческому слову «скене́» (см. подробнее ниже). Облако, знак присутствия Бога, оставалось (буквально: «поселилось») на Скинии (Числ. 9:18). С другой же стороны, под шатром, или шалашом, часто понималась слабая смертная оболочка человека (ср. 2 Кор. 4:16-5:4; 2 Пет. 1:13).

Мы видели Его Божественное величие и силу – Как и в эпилоге (гл. 21), здесь вдруг появляется местоимение первого лица множественного числа. Мы видели – Это свидетели Христа, те же люди, которые в Прологе к 1 Письму Иоанна говорят о себе как о видевших Слово и даже прикасавшихся к Нему. Местоимение «мы» появится также в 21-й главе Евангелия. Его Божественное величие и силу – дословно: «Его Славу». Под Славой Божьей в библейской мысли понимается Божественное присутствие и самооткровение Бога, сопровождаемое ослепительным сиянием; это Божье могущество, величие и сила. Возможно, евангелист сознательно сопоставляет здесь два созвучных слова, хотя они и относятся к разным языкам: греческое «скене» («палатка, шатер, шалаш») и еврейское «шехина» («Божественная Слава»). Ср. Исх. 25:8-9; Иоил. 3:17; Зах. 2:10; Иез. 43:7. Став человеком, Логос не потерял своей Божественной сущности. «Плоть Иисуса Христа – это новая локализация Божьего присутствия на земле, так что Иисус заменил собой древнюю Скинию»¹. Божественная Слава стала видимой в лице Иисуса. Так как русское слово «слава» имеет совершенно другое семантическое наполнение, переводчик был вынужден прибегнуть к нескольким словам, а не к одному.

Он получил их как единственный Сын от Отца – дословно: «Славу как единородного у Отца». Ср. 2 Пет. 1:16-17: «Мы сами стали очевидцами Его величия! Он принял от Бога Отца честь и славу». Единственный – Слово «моногене́с» значит «единственный в своем роде, уникальный». Так называли и единственного сына, и самого любимого, так что «единственный» и «любимый» часто выступали в роли синонимов. От Отца – Этим подчеркивается послание Слова в мир Отцом. Воплощение милости и истины – дословно: «исполненный милости и истины». Милость и истина – привычное библейское словосочетание «хе́сед ве’э́мет», им описывается милость Бога, проявившая себя в заключении Договора со Своим народом, Его верность Завету. «Воплощенное Слово открывает Бога, верного Своему милосердному Договору, и Воплощение само является высшим проявлением этой милости»². Милость – Греческое слово «ха́рис», столь любимое апостолом Павлом, употреблено евангелистом всего лишь четыре раза и только в Прологе (1:14, 16, 17), причем в его еврейском смысле «милость, милосердие, любовь» (традиционное русское: «благодать»). Истина – слово, у которого нет точного соответствия в европейских языках, потому что это не абстрактное понятие, не некая философская истина, а прежде всего твердость и верность. Поэтому словосочетание «милость и истина» следовало бы передавать как «вечная любовь» или «милосердное постоянство в любви». См. Исх. 34:6. В словаре евангелиста истина является одним из ключевых понятий.

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Иоанна. Комментарий. М.: 2010. С. 42++

Чтобы дать греховному человечеству возможность приобщиться к этому источнику жизни и света, «Слово стало плотию и обитало с нами, полное благода­ти и истины; и мы видели славу Его, славу как единородного от Отца». Как в начале всех вещей совершилась непости­жимая для разума тайна сотворения, так по исполнении времен совершилась столь же непостижимая тайна воплощения Бога Слова. «И беспрекословно, говорит апостол, великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе» (1 Тим. 3:16). Эта то великая тайна благочестия и составляет предмет библейской истории Нового Завета.

Ст. 14. И стало Слово плотью и поселилось среди нас, полное благодати и истины; и мы узрели (в этом) Т. е. в полноте благодати и истины. славу Его, как единородного от Отца.

Ст. 15. Оно – Тот, о Ком я сказал: идущий позади меня опередил меня; потому что был прежде меня.

Ст. 16. И от полноты Его все мы и благодать получили полною мерою благодати.

Коренное значение предлога ἀντὶ (против) никак не может указывать на сближение предметов (благодать на благодать). Напротив, предлог этот указывает на взаимное отношение таких предметов, которые ни в чем не уступают друг другу и легко могут быть заменены один другим; так что предлог этот имеет также значение: вместо: «межа против (ἀντὶ) межи, стена против стены, рост в (ἀντὶ) рост». Поэтому χάρις ἀντὶ χάριτος будет означать: благодать в меру (против) благодати или в одинаковой мере с благодатию (в абсолютном смысле, с благодатию в той мере, какая необходима или потребна для полного совершенства человека).

В ст. 14 евангелист излагает основную истину христианского вероучения: И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца.

Под плотью здесь нужно разуметь не тело только, но всего человека, состоящего из души и тела, и таким образом евангелист утверждает мысль, что в Лице Господа Иисуса Христа соединились два естества, Божеское и человеческое, в одно Лицо – Богочеловека. Эта же истина в III члене Символа веры выражена словами: «и во-плотившагося от Духа Свята и Марии Девы и во-человечшася». Соединив со Своей Божественной природой нашу человеческую природу, Божественное Слово стало во всем, кроме греха, подобно нам: Оно «обитало с нами, полное благодати и истины». Как человек, Господь Иисус Христос пил, ел, чувствовал голод, жажду и утомление от трудов, испытывал чувство обиды и оскорбления от невежества и злобы людей и действительно, а не призрачно, страдал, распятый на кресте. Но и в условиях человеческого существования, при всем уничижении, какое добровольно перенес Господь Иисус Христос на земле, ради нашего спасения, в самых крестных страданиях и смерти, Он явил нам Свою Божественную Славу, как Единородный Сын Божий.

Слово стало плотию. Как Сын Божий, Иисус Христос явил образ невидимого Бога, как Сын Человеческий — показал полное соответствие "подобия" (Быт. 1:26) образу. См. 1 Тим. 3:16; статью "Иисус Христос — Бог и Человек".

обитало с нами. Точный перевод: "обитало в нас".

мы видели славу Его. Божественное Слово описывается здесь на языке, характерном для книг Моисея (ср. Исх. 16:1-10; Исх. 33:18-23; 3 Цар. 8:1-11). Это выражение может также быть ссылкой на преображение, очевидцем которого Иоанн был лично (Мф. 17:1-5).

Богу по праву принадлежит высочайшая слава, ибо Он — Создатель и Правитель вселенной и перед Ним должны преклониться все колена. Одним из девизов Реформации был "Soli Deo Gloria" ("Одному Богу слово"). Величайший из грехов, совершаемых как сатаной, так и людьми, — присвоение себе славы, которая принадлежит Богу. И напротив, Сын, будучи облечен божественной славой (Ин. 17:5), уничижил Себя Самого, воплотившись в человеческое тело и умерев за человеческие грехи (Флп. 2:6-8) ради того, чтобы исполнить Свое посредническое служение между Богом и падшим человечеством.

полное благодати и истины. Выражение "благодать и истина" соответствует своему ветхозаветному аналогу "милость и истина" (Быт. 24:27; Исх. 34:6; Пс. 24:10; Пс. 25:3), которым описывается Божий завет благодати.

«Сказав, что принявшие Слово родились от Бога и соделались чадами Божиими, евангелист предлагает причину и основание такой неизреченной почести. Причина та, что само Слово соделалось плотию и Господь воспринял на Себя образ раба. Будучи истинным Сыном Божиим, Он соделался Сыном Человеческим, дабы сынов человеческих соделать чадами Божиими» (свт. Иоанн Златоуст). По замечанию святых Отцов, у евангелиста под плотию разумеется полный, совершенный человек, состоящий из тела и разумной души. Святитель Кирилл Александрийский говорит: «Выражение Слово плоть быст указывает не на видимую только часть существа живого, но на целого человека; евангелист не говорит, будто бы Божественная сущность изменилась некоторым образом в плоть, но проповедует воспринятие Богом Словом человеческого естества. Возвестив, что Сый в начале, Бог и у Бога, всегда пребывающий, создавший все, не сущее приведший в бытие, живот, истинный свет, воспринял тленное естество и приобщился немощам человеческим, дабы совершить спасение людей, евангелист пожелал еще более показать величие Его благодеяния и упомянул не о душе бессмертной, но о плоти страстной, смертной, тленной, образованной из персти, и частью изобразил всю природу». В Священном Писании тело человеческое называется храминою, или скиниею (2 Кор. 5:1. 2), а посему выражение евангелиста: вселися в ны может иметь тот смысл, что Слово обитало среди нас во плоти, подобно тому, как древле Бог обитал среди Своего народа в ветхозаветной скинии. И как в скинии завеса вела в Святая Святых, так и плоть Христова, по слову апостола, есть завеса, чрез которую открывается нам новый и живый путь в небо (Евр. 10:19–20). Как завеса скинии скрывала от взоров Святая Святых куда мог входить однажды в год один только первосвященник (Евр. 9:7), так и завеса плоти отвсюду закрывала Слово, потому что «иначе, по замечанию святителя Григория Богослова, невозможно было бы Ему приблизиться к нашим немощам». Слово обитало среди нас – полное благодати и истины, так что вся земная жизнь Спасителя была непрерывным рядом благодеяний страждущему человечеству (Мф. 11:4–5; Деян. 10:38) и исполнением прообразований закона и предсказаний пророков. С вочеловечением Слова, по выражению того же святого Отца, «тени проходят, их место заступает истина». Несмотря на то, что неприступная слава Слова была сокрыта под покровом тела, она проявлялась в такой необычайной силе и светозарном сиянии, что очевидно указывала в Господе нашем Царя Славы (Пс. 23:10). «Мы видели славу не пророка, не Ангела, не Архангела, не других высших Сил, и не иного какого-либо сотворенного естества, но Самого Владыки, Самого Царя, Самого истинного Единородного Сына, Самого общего всех нас Господа» (свт. Иоанн Златоуст). Сия слава выражалась в жизни Его, в учении, деяниях, чудесах и знамениях, даже в самых крестных страданиях Его, в которых проявились не только промышление Его и любовь к человеку, но и неизреченная сила: «тогда-то, – говорит святитель Иоанн Златоуст, – смерть упразднялась, и клятва разрушалась, и бесы были посрамляемы, и торжество над ними открывалось, и рукописание грехов наших было пригвождаемо ко кресту. Но тогда, как эти чудеса совершались невидимо, были и другие – видимые, которые показывали, что Он есть истинно Единородный Сын Божий и всей твари Господь». Преимущественно же слава Единородного Сына Божия воссияла в воскресении Его из мертвых (Рим. 1:4).

Главную мысль, которая проходит чрез все части изложения евангелиста Иоанна, святой Ефрем Сирин выражает в следующих словах: «Тот, Кто от Бога, Бог Слово, от Отца Единородный Сын, Единосущный Отцу, Сущий от Сущего, предвечное Слово, рожденный от Отца без матери прежде всех веков неизреченно, – Сей самый в последок дней рождается от дщери человеческой, от Марии Девы без отца, рождается Бог воплощенный, понесши на Себе от Нее заимствованную плоть, соделавшись человеком, которым не был, и пребыв Богом, Которым был, чтобы спасти мир. И Он есть Христос, Сын Божий, Единородный от Отца и единородный от Матери».

Это превыспреннее благовестие святого евангелиста Иоанна о вочеловечении Сына Божия, выражающее сущность Домостроительства нашего спасения, составляет, по смыслу своему, необходимое вступление не только к Евангелию самого Иоанна, но и к повествованиям трех других святых евангелистов – Матфея, Марка и Луки. Святой Иоанн Богослов, вознесенный силою Святого Духа выше всего чувственного и временного, восходит к самому началу и прежде всего благовествует о Божестве воплотившегося Бога Слова, Господа нашего Иисуса Христа.

…милости и истины. – Смысл этого словосочетания: «постоянная любовь»: это качества Бога… Истина в Библии – это не философское понятие, но почти что синоним слов «верность», «преданность», «постоянство».   

"...елицы прияша Его, даде им область чадом Божиим быти, верующим во имя Его, иже не от крове, ни от похоти плотския, ни от похоти мужеския, но от Бога родишася. И Слово плоть бысть, и вселися в ны, и видехом славу Его, славу яко Единороднаго от Отца, исполнь благодати и истины" (Ин. 1:12–14). Нате! Вот вам зеркало, о коем я сказал прежде, – эти самые слова! И посмотрите, прошу вас, какая точность в словах Евангелиста! Как ясно обозначает он признаки, по коим познаются верные, чтоб мы и самих себя могли познавать, и ближних своих! Елицы же, говорит, прияша Его, разумеется, посредством веры, и исповедали Его Богом, а не человеком только, даде им область чрез Крещение чадами Божиими быти, освободив их от тиранства диавола; так чтоб они не только были верными, но, если восхотят жить и по заповедям Его, чтоб к вере притяжали и святость чрез делание заповедей Его, как и в другом месте говорит Господь: святи будите, яко Аз свят есмь (Лев. 19:2). И опять: будите милосерди, якоже и Отец ваш милосерд есть (Лк. 6:36). Потом Евангелист показывает и способ, как таковые делаются чадами Божиими, говоря: иже не от крове, ни от похоти плотския, ни от похоти мужеския, но от Бога родишася (Ин. 1:13). Рождением здесь называет он духовное изменение, совершающееся и узреваемое чрез Крещение Духом Святым, как говорит Сам неложный Господь: Иоанн крестил есть водою, вы же имате креститися Духом Святым (Деян. 1:5). Посему крещаемые Духом Святым бывают, как свет во свете, и знают Родившего их, потому что видят Его. А что рожденные благодатию Святого Духа имеют нужду быть питаемыми и святым причащением пречистого Тела и честной Крови Господа нашего, о сем послушай, что говорит Евангелист: и Слово плоть бысть и вселися в ны. И что слова сии говорят о Пречистых Тайнах, послушай Господа, который говорит: ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин. 6:56). Когда же родимся мы духовно благодатию Святого Духа и соделаемся чадами Божиими, и чрез причастие пречистого Тела и честной Крови Господа вселится в нас и станет обитать, как Свет, Христос, Сын и Слово Бога воплотившееся, тогда последует и сие: видехом славу Его, славу, яко Единороднаго от Отца. Ибо, когда родимся мы духовно от Него, когда Он вселится в нас чрез Тайны и мы станем сознательно пребывать в Нем, тогда, в тот самый час, как будет сие в нас, вдруг узреваем мы славу Божества Его, славу яко Единородного от Отца, то есть такую, какой никто другой не имеет, ни Ангел, ни человек. И поелику Отец и Сын Его Единородный едино суть, то явно, что и слава Их обоих едина есть, каковая открывается и познается (ведомою делается) всем, кому хощет Сын открыти, чрез Святого Духа, от Отца исходящего.

Но если бы кто вздумал спросить, как это сделалось, что Безначальный начался, что Слово стало плотию, что совокупились разстоящия естества в едином лице Богочеловека: заградим слух, и ум, и сердце от духа пытливаго; почтим и ныне безмолвным благоговением Божественную тайну, в которую и «Ангелы» только «желают приникнути» (1 Пет. 1:12), – желают «приникнути», потому что любят премудрость Божию, но не дерзают испытывать, потому что благоговеют пред Божиею непостижимостию.