Бытие 1 глава 24 стих

Стих 23
Стих 25

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Глава XI. Объясняются 23 и 24 стихи. О различных родах животных, сотворенных из земли. И рече Бог: да изведет земля душу живу по роду, четвероногая, и гады, и звери земли по роду, и скоты по роду, и бысть тако. И сотвори Бог звери земли по роду, и вся гады земли по роду: и виде Бог, яко добра. — Теперь уже благовременно было украсить своими животными и другую половину той низшей области, которая вся со всеми пропастями и туманным воздухом, обозначается иногда в Писании общим именем земли, — ту именно половину, которая называется землею в собственном смысле. Роды животных, которых по слову Божию произвела земля, известны. Но так как под именем скотов или зверей часто разумеются все вообще животные, лишенные разума, то справедливо спросить, о каких именно зверях [бытописатель] говорит теперь и о каких скотах. И в самом деле, под пресмыкающимися или гадами земли он несомненно разумеет и всех змей; между тем, хотя змеи и могут быть названы зверями, по имя скотов по отношению к ним неупотребительно. Название зверей употребительно по отношению к львам, барсам, тиграм, волкам, лисицам, даже собакам, обезьянам и другим того же рода животным. Имя же скотов, обыкновенно, прилагается к тем животным, которые находятся в употреблении человека идя для работа, как напр. волы, лошади и т. под., или для шерсти, либо для пищи, как напр. овцы и свиньи. А что такое четвероногие? Хотя, за исключением некоторых змей, все животные ходят на четырех ногах, однако, если бы [бытописатель] под этим именем не хотел разуметь некоторых [животных] в собственном смысле, то, конечно, не поименовал бы при этом и четвероногих (хотя, впрочем, в повторении о четвероногих он умалчивает). Разве не названы ли четвероногими в собственном смысле олени, лани, дикие ослы и кабаны (так как они не принадлежат к тем животным, к числу коих относятся львы, а подобны указанным выше скотам, но только находятся вне попечения человека); тогда как остальным животным хотя это общее название, ради числа ног, вместе с другими и приписывается, но приписывается в [некотором] особенном значении? Или, может быть, употребив три раза выражение по роду, бытописатель тем самым обращает наше внимание на три известные рода животных. Прежде всего, выражение по роду [прилагается у него] к четвероногим и гадам, чем, думается мне, сделано указание, какого рода четвероногие здесь названы, именно — четвероногие, принадлежащие к классу гадов, как напр. ящерицы, гардуны и т. под. Оттого в повторении имя четвероногих здесь и опущено, что оно, может быть, подразумевается уже под названием гадов; поэтому, бытописатель говорит здесь не просто: гады, но с прибавлением: вся гады земли, — "земли", потому что есть гады и водные, а "вся" — с тою целью, чтобы здесь разумелись и те гады, которые ползают на четырех ногах и которые выше обозначены собственно именем четвероногих. Что касается, затем, зверей, о которых во второй раз сказано: по роду, то в этом случае разумеются все те животные, которые, за исключением змей, обнаруживают свою свирепость зубами (ore), иди когтями. Наконец, что касается скотов, о коих в третий раз сказано: по роду, то [под ними разумеются животные], которые наносят поражение ни тою, ни другою силою, а или рогами, или чем-либо другим. — Выше я сказал, что имя четвероногих, взятое в широком смысле. само собою указывается уже числом ног, и что под именем скотов или зверей иногда разумеется всякое неразумное животное. Но на латинском языке такое же значение имеет и слово fera: нелишне было, поэтому, сделать разъяснение, каким образом эти, в настоящем месте Писаний не даром поставленные, названия могут, как это легко можно видеть и из обыденной речи, разграничиваться между собою по своему особенному значению. Глава XII. Что значит выражение "по роду", употребленное о некоторых творениях, но не употребленное о человеке. Не напрасно занимает читателя вопрос и о том, мимоходом ли и как бы случайно поставлено выражение по роду, или же с известною целью, как бы так, что [вещи, к коим это выражение прилагается] существовали раньше, хотя в повествовании они представляются только что сотворенными, или же под родом их надобно разуметь те высшие, и, конечно, духовные, идеи (rationes), сообразно с которыми они лотом сотворены? Но если бы было так, то то же сказано было бы и о свете, небе и земле и, наконец, светилах. Ибо что между ними есть такого, вечная и неизменная идея чего не обитала бы в самой Премудрости Божией, которая досязает от конца даже до конца крепко и управляет вся благо (1 Она быстро распростирается от одного конца до другого и все устрояет на пользу.Прем. 8:1)? Между тем, выражение по роду прилагается начиная с трав и дерев и оканчивая земными животными. Даже о тех животных, которые сотворены из воды, хотя в первом перечислении их выражение это не употребляется, в повторении сказано: и сотвори Бог киты великия и всяку душу животных гадов, яже изведоша воды по родам их, и всяку птицу пернату по роду. А может быть, не потому ли о животных сказано по роду, что они явились для того, дабы от них рождались и преемственно удерживали первоначальную форму другие, т. е. — для размножения потомства, для сохранения которого они и созданы? Но почему же о травах и деревьях сказано не только по роду, но и по подобию, хотя и животные как земные, так и водные рождаются по своему подобию? Разве, быть может, [бытописатель] не захотел повторять о подобии потому, что оно уже связано с родом? Ведь не везде он повторяет и о семени, хотя семя присуще как травам и деревьям, так и животным, впрочем, не всем. Ибо наблюдением дознано, что некоторые из них рождаются из воды и земли так, что у них нет пола, а потому семя их заключается не в них самих, а в тех стихиях, из коих они происходят. Отсюда, по роду будет то, в чем мыслятся и сила семян и подобие преемников предшественникам, так как ничто не сотворено таким образом, чтобы существовало за один раз или как имеющее продолжаться, или как имеющее исчезнуть, не оставив после себя потомства. Почему же не сказано и о человеке: "сотворим человека по образу нашему и по подобию, по роду", хотя размножение и человека — факт очевидный? Разве — не потому ли, что Бог создал человека так, чтобы он, если б захотел соблюсти заповедь, не умирал, вследствие чего и не было надобности в преемнике предшественнику; но после греха он приложился скотам неосмысленным и уподобился им, так что сыны века сего уже и рождаются и рождают, вследствие чего род человеческий и может существовать, сохраняясь путем преемства? Но что же, в таком случае, означает данное по сотворении человека благословение: раститеся и множитеся и наполните землю, — чтО может быть достигаемо, конечно, только путем рождения? Но может быть, в настоящем случае не следует говорить ничего необдуманно, пока мы не дойдем до того места Писаний, где эти вопросы должны быть наследованы и рассмотрены с большею подробностью? Теперь же, быть может, достаточно заметить только, что о человеке не сказано по роду потому, что он создан был сначала один, и уже от него сотворена потом жена. Ибо родов людей не много, как [родов] трав, деревьев, рыб, птиц, змей, скотов, зверей, чтобы [в приложении к человеку] выражение по роду разуметь так, как бы оно сказано о целых классах, для различения [существ] сходных между собою и принадлежащих к одному началу семени от остальных. Глава XIV. О сотворении насекомых. Возникает вопрос и относительно некоторых самомалейших животных, созданы ли они при первоначальном творении, или при последовавшем затем повреждении смертных вещей? Ибо весьма многие из них являются или от повреждения живых тел, или от нечистоты, испарений и разрушения трупов, иные — от гниения деревьев, а другие — от порчи плодов; о всех о них нельзя сказать, чтобы творцом их не был Бог. Всем им присуща некоторая своего рода естественная красота, чтобы возбуждалось больше удивления в созерцающем их [человеке] и воздавалось больше славы их всемогущему, вся премудростью сотворившему, Художнику. А эта премудрость Его, досязая от конца, даже до конца крепко и управляя вся благо, не оставляет бесформенными даже и самые последние из вещей, которые разрушаются сообразно с порядком своего рода и разрушение которых ужасает нас по вине нашей смертности, но творит животных с крохотным телом и острым чувством, дабы мы с большим изумлением смотрели на быстроту летающей мухи, чем на величину ходящего вьючного животного, и удивлялись больше работе муравья, чем тяжелой ноше верблюда. Но вопрос в том, при первоначальном ли, как я сказал, создании вещей, о постепенном творении коих в течение шести дней повествует бытописатель, получили начало эти крохотные твари, или же при последовавшем разрушении подверженных повреждению тел? — Можно сказать, что самомалейшие [твари], возникающие из воды и земли, сотворены вначале; в числе их не будет несообразностью подразумевать и существа, рождающиеся уже от тех, которые произошли, когда земля начала пускать ростки, с одной стороны потому, что они предшествовали созданию не только животных, но и светил, а с другой потому, что принадлежат скорее к дополнению обитаемой среды, чем в числу самих обитателей. Но сказать, что тогда же сотворены и остальные, которые рождаются из тел животных и преимущественно тел мертвых, крайне нелепо, разве при этом будем иметь в виду, что всем одушевленным телам была уже присуща некоторая естественная сила и как бы наперед вложенные в них и, так сказать, основные начала, которые имели возникнуть от повреждения упомянутых тел, соответственно роду и различиям каждого, по непреложной воле Творца, дающего всему движение Своим неизреченным управлением. Глава XV. О творении ядовитых животных. Спрашивают, обыкновенно, и относительно некоторых ядовитых и зловредных животных, сотворены ли они после грехопадения человека для его карания, или же скорее сотворены безвредными и только впоследствии начали причинять вред грешникам. — Если бы даже дело было и так, ничего нет удивительного, с одной стороны потому, что в настоящей многотрудной и бедственной жизни никто еще настолько не праведен, чтобы осмелился назвать себя совершенным, по справедливому свидетельству и слову Апостола: не зане уже достигох, или уже совершился (12 Говорю так не потому, чтобы я уже достиг, или усовершился; но стремлюсь, не достигну ли я, как достиг меня Христос Иисус.Флп. 3:12), а с другой и потому, что для упражнения нашей немощности и усовершенствования добродетели потребны испытания и телесные бедствия, по свидетельству того же Апостола, который говорит, что ему, дабы не превозносился он величием откровений, дан пакостник плоти, ангел сатанин, да пакости деет, а когда он трижды просил Господа, чтобы [этот пакостник] отступил от него, Господь ответил ему: довлеет ти благодать моя: сила бо моя в немощи совершается (9 Но Господь сказал мне: "довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи". И потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова.2 Кор. 12:9). Впрочем, святый Даниил, который в своей молитве к Богу, конечно, не обманно исповедует не только грехи народа, но и свои собственные, остался и среди львов жив и невредим (22 Бог мой послал Ангела Своего и заградил пасть львам, и они не повредили мне, потому что я оказался пред Ним чист, да и перед тобою, царь, я не сделал преступления.Дан. 6:22); точно также смертоносная ехидна, повиснув на руке Апостола, не причинила ему никакого вреда (5 Но он, стряхнув змею в огонь, не потерпел никакого вреда.Деян. 28:5). Таким образом, будучи даже и сотворены, они не могли причинять никакого вреда, если бы для этого не существовало причины, в целях или устрашения и наказания пороков, или испытания и укрепления добродетели, потому что и примеры терпения необходимы для совершенствования других, и сам человек в испытаниях познает себя вернее, да, наконец, и вечное блаженство (salus), которое постыдно утрачено чрез удовольствие, прочно достигается только путем скорби. Глава XVI. Для чего сотворены звери, причиняющие вред друг другу. Почему же, возразят, причиняют вред друг другу звери, которые и грехов не имеют, чтобы терпеть за них кару, и добродетели не достигают путем подобного испытания? — Без сомнения потому, что одни из них служат пищей для других. И мы не можем сказать, чтобы одни из них не питались другими. Ибо все, пока существует, имеет свою величину, свои части и свои разряды; взятое в своей совокупности, оно вызывает в нас чувство справедливой похвалы и даже при переходе из одного в другое не изменяется без сокрытого для нас, соответственно своему роду, соразмерения (moderatio) телесной красоты. Для глупых это непонятно, но для людей, стремящихся к совершенству, оно до некоторой степени доступно, а для совершенных ясно. И нет сомнения, что всеми подобными движениями в низшей твари человеку делаются спасительные уроки, дабы он видел. как много он должен делать для духовного и вечного спасения (salus), которое превосходит всех неразумных животных, замечая, что они, от величайших слонов до самых маленьких червяков, обороняясь или остерегаясь делают все, что только могут, для своего телесного и временного благополучия, данного им в удел, сообразно с их низшим назначением; что мы и видим, когда одни из них ищут восстановления своего тела телами других, а другие защищают себя или силами сопротивления, или при помощи бегства, или укрываясь в безопасное место. Да и самая телесная боль в том или другом животном является могущественною и удивительною душевною силою, которая непостижимыми нитями связывает их в живой союз и приводит в некоторое своего рода единство, не безучастно, а, как выразился бы я, с негодованием допуская его расстроить или уничтожить. Глава XVII. Недоразумение относительно мертвых тел. А может быть, кого-нибудь интересует и такой вопрос: если нападения вредных животных на живых людей служат для последних или наказанием, или спасительным упражнением, или полезным испытанием, или же бессознательным научением, то почему эти животные пожирают тела и умерших людей? — Как будто для нашей пользы не все равно, какими путями наша уже бездушная, плоть отходит в глубокие тайники природы, откуда в восстановленном виде она извлечена будет дивным всемогуществом Творца! Впрочем, благоразумные люди пусть и отсюда почерпают для себя урок — полагаться на непреложную волю Творца, по таинственному мановению всем, великим и малым, управляющего, пред Которым и наши власи главнии изочтены (7 А у вас и волосы на голове все сочтены. Итак не бойтесь: вы дороже многих малых птиц.Лк. 12:7), — полагаться в такой степени, чтобы не страшиться такого или иного рода смерти, а с благочестивым мужеством без колебания быть готовыми ко всевозможным её родам.

Источник

О книге Бытия буквально, 3

Иное толкование

Так как нами уже сказано (20 И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. [И стало так.]Быт. 1:20), почему к слову душу прибавлено живу, а так же — что значит по роду (21 И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо.Быт. 1:21), и наконец — об обычном заключении: И бысть тако: то все это надобно понимать так, как сказано о том выше. Но так как на латинском языке именем зверей обозначается всякое вообще неразумное животное, то в настоящем месте должно различать их виды, разумея под именем четвероногих всякий рабочий скот, под гадами — всех пресмыкающихся, под зверями или дикими животными — всех не прирученных животных; а под скотами — четвероногих, которые не помогают работою, а доставляют такую или иную выгоду для тех, которые их держат и кормят.

Источник

"О книге Бытия буквально". Книга неоконченная. Глава XV. О том же 20 стихе, а также и 21, 22, 23 и 24 стихах Бытия.
Глава XVI. — Для чего сотворены опасные животные. 25. Также и это манихеи имеют обыкновение подвергать сомнению, говоря: Что за надобность была Богу создавать столь многих животных в водах или на земле, которые людям не нужны? Многие из них даже опасны и страшны. Но говоря так, они не понимают того, как все прекрасно своему Творцу и Создателю, Который пользуется всем для управления миром, над которым властвует высшим законом. Ведь если несведущий вступит в мастерскую какого-нибудь ремесленника, то увидит там многие инструменты, предназначение которых он не знает; но, только если очень глуп, сочтет их излишними. А теперь, если бы он, беспечный, попал в печь или поранил себя каким-нибудь острым металлическим орудием, владея им плохо, то тоже посчитал бы, что там много опасного и вредного. Но ремесленник, зная употребление всего, смеется над его неразумием и, не обращая внимания на нелепые слова, трудится в мастерской не покладая рук. Однако люди настолько глупы, что, не осмеливаясь порицать у ремесленника того, чего они не знают, но, видя нечто, верят, что все это необходимо и все на своем месте, — в этом-то мире, Творцом и Управителем которого провозглашен Бог, дерзают порицать многое, причин чего они не видят, и — не знающие — в делах и орудиях Всемогущего Художника желают казаться знающими. 26. Поэтому я признаю, что не знаю, почему были сотворены крысы и лягушки, или мухи и черви; но вижу, что все они в своем роде прекрасны, хотя по нашим грехам многие кажутся нам враждебными. Ибо я не найду ни одного животного, рассматривая тело и члены которого, я не обнаружил бы в них меру, число и порядок служащими единству согласия. Не постигаю, откуда они проистекают, если только не от высших меры, числа и порядка, которые пребывают в самом неизменном и вечном величии Бога. Если бы эти словоохотливейшие и неразумнейшие поразмыслили, то не стали бы нам досаждать, но, созерцая всяческую красоту и горнего и нижнего, повсюду прославляли бы Бога-Устроителя; и — поскольку разум оскорбить невозможно ничем, — если бы и соблазнилось вдруг чем-либо плотское чувство, то отнесли бы они это не к изъяну самих вещей, но к бренности нашей природы. Конечно, все животные для нас или полезны, или опасны, или излишни. Против полезных они не имеют, что сказать. Опасными же — мы или наказываемся, или подвергаемся испытаниям, или устрашаемся, дабы любили и желали не эту, наполненную многими опасностями и трудами жизнь, но другую, лучшую, где высшее успокоение; и приготовляли бы себя к ней делами благочестия. Но зачем нам рассуждать об излишних? Если тебе не нравится то, что они не приносят пользу, будь доволен тем, что они не приносят вред; потому что хотя нашему дому они не необходимы, однако ими дополняется целостность вселенной, которая намного больше нашего дома и намного лучше. Да и Бог намного лучше управляет ею, чем любой из нас своим домом. Итак, пользуйся полезными, остерегайся опасных, оставь излишних. Но, когда увидишь во всем меру и число и порядок, ищи Творца. И другого ты не найдешь, у которого высшая мера и высшее число и высший порядок, как только Бога, о Котором наисправедливейше сказано, что Он все расположил мерою, числом и весом (21 Да и без этого они могли погибнуть от одного дуновения, преследуемые правосудием и рассеваемые духом силы Твоей; но Ты все расположил мерою, числом и весом.Прем. 11:21). И, пожалуй, получишь больший плод, прославляя Бога в смирении муравья, нежели в превознесении всадника, переправляющегося через реку на вьючном животном.

Источник

О книге Бытия против манихеев, 2

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-25

Вышло повеление, следовавшее по порядку, и земля получила свойственное ей украшение. Там сказано: «да изведут воды гады душ живых», здесь: «да изведет земля душу живу». Неужели земля одушевлена? и правы суемудрые Манихеи, которые и в землю влагают душу? Когда сказал: «да изведет», не значит, что земля износит уже находившееся в ней, но, дав повеление, даровал земле и силу извести. Ибо когда земля услышала: «да прорастит былие травное и древо плодовитое», не сокрытую какую-нибудь в ней траву извела из себя, не таившиеся где-нибудь внизу в недрах ее пальмы, или дуб, или кипарис, пустила на свою поверхность, но Божие слово созидает естество тварей. «Да прорастит земля», да изринет не то, что имеет, но да приобретает то, чего не имеет, поскольку Бог дарует силу действовать. Так и теперь: «да изведет земля душу», не ту, которая уже в ней, но ту, которая дана ей Богом чрез самое сие повеление. Притом, учение Манихеев само собою обращается против них. Ибо если земля извела душу, то себя оставила она уже лишенною души. Но мерзость их учения сама собою очевидна. Почему, однако же, водам повелено извести «гады душ живых», а земле – «душу живу?» Потому, как рассуждаем, что естество плавающих причастно, по-видимому, жизни менее совершенной, по самому обитанию своему в грубой воде. И слух у них тяжел, и видят они тупо, потому что смотрят сквозь воду, у них нет ни памяти, ни представления, ни понятия о свычке. Посему слово как бы показывает, что в водных животных плотская жизнь управляет душевными движениями; а в животных, живущих на суше, так как жизнь в них совершеннее, все владычество вручено душе. У большей части четвероногих чувства больше уяснены, представления настоящего изощрены, памятование прошедшего подробно. Посему, как кажется, в водных сотворены одушевленные тела (ибо гады душ живых изведены из воды), в живущих же на суше повелено произойти душе управляющей телом, чтобы обитающие на земле несколько более причастны были жизненной силы. Ибо хотя и живущие на суше животные бессловесны, однако же каждое из них естественным своим голосом выражает многие их душевные состояния, ибо и радость, и скорбь, и знание привычного, и недостаток пищи, и разлуку с пасущимися вместе, и другие многие состояния оно обнаруживает звуком. Водные же животные не только безгласны, но не могут быть ни укрощаемы, ни обучаемы, и ко всякому общению в жизни с людьми неподручны. «Позна вол стяжавшаго, и осел ясли господина своего» (3 Вол знает владетеля своего, и осел - ясли господина своего; а Израиль не знает [Меня], народ Мой не разумеет.Ис. 1:3), но рыба не может знать того, кто ее кормит. Осел знает привычный голос, знает дорогу, по которой много раз ходил, а иногда бывает путеуказателем и человеку сбившемуся с дороги, такой же остроты слуха, какая у сего животного, говорят, не имеет ни одно из живущих на суше животных. Какое из морских животных могло бы подражать памятозлобию верблюда, его гневливости и продолжительности гнева? Верблюд, если давно когда-нибудь ударен, долгое время таив гнев, как скоро улучает удобный случай, отмщает за обиду. Слышите жестокосердые, старающиеся укоренить в себе, как добродетель, памятозлобие. Кому вы подобны, когда огорчение на ближнего, как искру, сокрытую в пепле, храните в себе до тех пор, как получив предлог, подобно пламени, распаляете гнев? «Да изведет земля душу живу». Для чего земля изводит душу живу? Чтобы ты знал различие между душою скота и душою человека. Вскоре узнаешь, как сотворена душа человеческая, а теперь слушай о душе бессловесных. Поскольку, по Писанию, «душа всякаго животнаго кровь его есть» (11 потому что душа тела в крови, и Я назначил ее вам для жертвенника, чтобы очищать души ваши, ибо кровь сия душу очищает;Лев. 17:11), а сгустившаяся кровь обыкновенно обращается в плоть, и истлевшая плоть разлагается в землю, то, по всей справедливости, душа скотов есть нечто земное. Итак «да изведет земля душу живу». Рассмотри связь души с кровью, крови с плотью, плоти с землею, и опять в обратном порядке переходи от земли к плоти, от плоти к крови, от крови к душе, и ты найдешь, что душа скотов есть земля. Не думай, что она старше телесного их состава, и что она пребывает по разрушении тела. Убегай бредней угрюмых философов, которые не стыдятся почитать свою душу и душу пса однородными между собою, и говорить о себе, что они были некогда и женами, и деревьями, и морскими рыбами. А я, хотя не скажу, бывали ли они когда рыбами, однако же со всем усилием готов утверждать, что, когда писали сие, были бессмысленнее рыб. «Да изведет земля душу живу». Для чего при обильном течении слова молчал я не малое время, удивляются, может быть, многие. Но внимательнейшим из слушателей, конечно, не безызвестна причина, по которой прервана речь. Из чего же сие видно? Из того, что они, взглядывая друг на друга и подавая друг другу знаки, обратили на себя мое внимание и привели мне на мысль опущенное мною. Ибо целый род тварей, и притом не маловажный, укрылся от нас, и слово наше едва не простерлось далее, оставив его вовсе неисследованным (птицы - см. 20 И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. [И стало так.]Быт. 1:20).

Источник

Беседы на Шестоднев, 8
*** Какою вам показалась утренняя словесная трапеза? А мне пришло на мысль уподобить свою беседу усердию какого-нибудь бедного гостеприимца, который желает прослыть богатым угостителем, но не имеет дорогих яств и досаждает гостям, щедро нося на стоп свой бедный запас, так что его радушие обращается для него в укоризну незнания приличий. Подобно несколько и мое слово, если только вы не скажете о нем иначе. Впрочем, каково бы оно ни было, вы не должны презирать его. Ибо Елиссея не обвиняли за худое угощение современники его, не смотря даже на то, что он предложил друзьям «зелия дивия»1 (39 И вышел один из них в поле собирать овощи, и нашел дикое вьющееся растение, и набрал с него диких плодов полную одежду свою; и пришел и накрошил их в котел с похлебкою, так как они не знали их.4 Цар. 4:39). Известны мне правила иносказаний, хотя не сам я изобрел их, но нашел в сочинениях других. По сим правилам, иные, принимая написанное не в общеупотребительном смысли, воду называют не водою, но каким-нибудь другим веществом, и растению, и рыбе дают значение по своему усмотрению, даже бытие гадов и зверей объясняют сообразно с своими понятиями, подобно как и снотолкователи виденному в сонных мечтаниях дают толкования соглаcные с собственным их намерением. А я, слыша о траве траву и разумею, также растение, рыбу, зверя и скот, все, чем оно названо, за то и принимаю. «Не стыжуся бо благовествованием» (16 Ибо я не стыжусь благовествования Христова, потому что оно есть сила Божия ко спасению всякому верующему, во-первых, Иудею, потом и Еллину.Рим. 1:16). И поскольку писавшие о мире много рассуждали о фигуре земли, что она такое, шар ли, или цилиндр, или походит на кружок, со всех сторон одинаково обточенный, или на лоток, имеющий в средине впадину (ибо ко всем сим предположениям прибегали писавшие о мире, и каждый из них опровергал предположение другого), то не соглашусь еще признать наше повествование о миротворении стоящим меньшего уважения потому единственно, что раб Божий Моисей не рассуждал о фигурах, не сказал, что окружность земли имеет сто восемьдесят тысяч стадий, не вымерил, на сколько простирается в воздухе земная тень, когда солнце идет под землею, и как тень сия, падая на луну, производит затмения. Если умолчал он о не касающемся до нас, как о бесполезном, то неужели за сие словеса Духа почту маловажнее объюродевшей мудрости? Не паче ли прославлю Того, Кто не затруднил ума нашего предметами пустыми, но устроил так, чтобы все было написано в назидание и усовершение душ. наших? Сего, кажется мне, не уразумели те, которые по собственному своему уразумению вознамерились придать некоторую важность Писанию какими-то наведениями и приноровлениями. Но это значит ставить себя премудрее словес Духа и под видом толкования вводить собственные свои мысли. Посему так и будем разуметь, как написано. Да изведет земля душу живу», и скотов, и зверей, и гадов. Представь глагол Божий, протекающий всю тварь, некогда начавшийся, до ныне действенный и готовый действовать до конца, пока не скончается мир. Как шар, приведенный кем-нибудь в движение и встретивший покатость и по своему устройству и по удобству места стремится к низу, и не прежде останавливается, разве когда примет его на себя и плоскость, так и природа существ, подвигнутая одним повелением, равномерно проходит и рождающуюся, и разрушающуюся тварь, сохраняя последовательность родов посредством уподобления, пока не достигнет самого конца; ибо коня делает она преемником коню, льва – льву, орла – орлу, и каждое животное, сохраняемое в следующих одно за другим преемствах, продолжает до скончания вселенной. Ни какое время не повреждает и не истребляет свойств в животных. Напротив того, природа их, как недавно созданная, протекает вместе со временем. «Да изведет земля душу живу». Повеление сие соблюлось в земле, и она не престает служить Создателю. Одно производится чрез преемство существовавшего прежде, другое даже и ныне является живородящимся из самой земли. Ибо не только она производит кузнечиков в дождливое время, и тысячи других пород пернатых, носящихся по воздуху, из которых большая часть, по малости своей, не имеют и имени, но из себя же дает мышей и жаб. Около Египетских Фив, когда в жару идет много дождя, вся страна наполняется вдруг полевыми мышами. Видим, что угри не иначе образуются, как из тины. Они размножаются не из яйца и не другим каким-либо способом, но из земли получают свое происхождение. «Да изведет земля душу». Скоты суть животные земные и поникли к земле, но человек – насаждение небесное, отличен сколько видом телесного состава, столько и достоинством души. Какой вид у четвероногих? Голова их наклонена к земле, смотрит на чрево и всеми мерами ищет приятного чреву. Твоя голова поднята к небу, очи твои взирают горе. Потому, хотя ты иногда бесчестишь себя плотскими страстями, работая чреву и низшему чрева, «приложися скотом несмысленным и уподобившись им» (13 Но человек в чести не пребудет; он уподобится животным, которые погибают.Пс. 48:13), однако же тебе прилично иное попечение – «вышних ищите, идеже есть Христос» (1 Итак, если вы воскресли со Христом, то ищите горнего, где Христос сидит одесную Бога;Кол. 3:1), мыслью своею быть выше земного. А какой дан тебе вид, так располагай и своею жизнью. «Житиe свое имей на небесех» (20 Наше же жительство - на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа,Флп. 3:20). Истинное отечество твое – горний Иерусалим; граждане и соотечественники твои – «первородные написанные на небесех» (23 к торжествующему собору и церкви первенцев, написанных на небесах, и к Судии всех Богу, и к духам праведников, достигших совершенства,Евр. 12:23). «Да изведет земля душу живу». Итак не из земли явилась сокрытая в ней душа бессловесных, но произошла вместе с повелением. А душа бессловесных одна, потому что один отличительный признак – бессловесие. Но каждое животное отличается различными свойствами. Вол стоек, осел ленив, конь горяч в вожделении другого пола, волк не делается ручным, лисица лукава, олень боязлив, муравей трудолюбив, собака благодарна и памятлива в дружбе. Ибо в одно время и создано каждое животное, и придано ему особенное естественное свойство. Льву прирождены ярость, склонность к одинокой жизни и необщительность с зверьми подобного рода. Он, как царь бессловесных, по природному своему презорству не терпит себе равных. Он не допускает до себя с вечера приготовленной пищи, не возвращается к остаткам своей добычи. Природа дала ему такие органы голоса, что многие животные, превосходя его быстротою, нередко бывают уловлены одним его рыканием. Барс стремителен и быстр в своих нападениях. Ему дано способное к тому тело, при гибкости и легкости успевающее следовать за душевными движениями. У медведя природа неповоротлива, и нрав своеобразен, коварен, глубоко скрытен. Он облечен в такое же и тело, тяжелое, плотное, не имеющее составов, действительно приличное зверю холодному, живущему в берлоге. Если коснемся словом той заботливости, какую сии бессловесные имеют о своей жизни, не учившись и по природе, то или сами подвигнемся к хранению себя самих и к промышлению о спасении душ, или еще более осудим себя, когда найдем, что даже в подражании и бессловесным остаемся мы позади. Медведица, когда ей нанесены самые глубокие раны, часто лечит сама себя, всеми способами затыкает язвины травою – коровьяк2, которая имеет свойство сушить. Можешь увидеть, что и лисица лечить себя сосновою смолою. Черепаха, наевшись ехидниной плоти, избегает вреда от яда, употребив вместо противоядия душицу. И змея вылечивает больные глаза, наевшись волошского укропа. А предузнавание воздушных перемен не помрачает ли собою даже разумного ведения? Овца пред наступлением зимы с жадностью нападает на корм, как бы наедаясь на время будущей скудости. Волы, долго запертые в продолжение зимы, с приближением весны, по естественному уже чувству узнав перемену, начинают смотреть туда, где выход из хлевов, и все как бы по данному знаку переменяют положение. Некоторые из трудолюбивых наблюдателей заметили, что живущий на суше еж в норе своей делает две отдушины, и если будет дуть северный ветер, закладывает отдушину с севера, и опять, когда начинает дуть южный ветер, переходить к северной отдушине. Что же показывается чрез сие нам человекам? Не одно то, что попечительность Создавшего нас простерлась на все, но также, что и у бессловесных есть некоторое чувство будущего, почему и мы должны не к настоящей жизни прилепляться, но иметь всякое попечение о будущем веке. Не потрудишься ли сам о себе, человек? Еще в настоящем веке не заготовишь ли нужного к успокоению в будущем, взирая на пример муравья? Он летом собирает себе пищу на зиму, и не проводит времени в праздности потому что еще не наступили зимние скорби, а, напротив того, с каким-то неумолимым тщанием напрягает себя к работе, пока не вложит в свои сокровищницы достаточного количества пищи. И делает сие не с небрежением, но прилагает мудрую заботливость, чтобы пищи достало, сколько можно, на большее время. Он рассекает своими клещами каждое зерно пополам, чтобы оно не проросло и не сделалось негодным для употребления ему в пищу. Также просушивает зерна, когда приметит, что они отсырели, и не во всякое время рассыпает их, но когда предчувствует, что воздух будет долго находиться в ветряном состоянии. Верно не увидишь льющегося из облаков дождя во все то время, когда рассыпан запас у муравьев. Какого слова достаточно будет на сие? Какой слух вместит это? Достанет ли времени описать и поведать все чудеса Художника? Скажем и мы с пророком: «яко возвеличишася дела Твоя, Господи: вся премудрости. сотворил еси» (24 Как многочисленны дела Твои, Господи! Все соделал Ты премудро; земля полна произведений Твоих.Пс. 103:24). Посему не довольно к нашему извинению того, что не учены мы полезному по книгам, когда и не по незаученному закону природы можем избирать, что служит к нашей пользы. Знаешь, какое добро должен ты сделать ближнему? То же, какого сам себе желаешь от другого. Знаешь, что такое зло? То, чего бы сам ты не согласился потерпеть от другого. Не какое-либо искусство резать корни, не опытное изведание трав открыло бессловесным познание полезного. Напротив того, каждое животное естественным образом отыскивает спасительное для него и имеет какое-то непостижимое сродство с тем, что сообразно его природе. И в нас есть естественные добродетели, с которыми душа имеет сродство не по человеческому научению, но по самой природе. Ни какая наука не учит нас ненавидеть болезнь, но сами собою имеем отвращение ко всему, что причиняет нам скорбь, так и в душе есть какое-то не учением приобретенное уклонение от зла. Всякое же зло есть душевный недуг, а добродетель соответствует здравию. Хорошо некоторые определяли здоровье, что оно есть благоустройство естественных действований. Кто скажет то же и о благосостоянии души, тот не погрешит против приличия. Посему душа, и не учась, желает свойственного ей и сообразного с ее природою. По сей-то причине для всякого похвально целомудрие, достойна одобрения справедливость, удивительно мужество, вожделенно благоразумие. Сии добродетели душе более свойственны, нежели телу здоровье. Чада, любите отцов, родители, «не раздражайте чад» (4 И вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем.Еф. 6:4). Не то же ли говорит и природа? Не новое что советует Павел, но скрепляет узы естества. Если львица любит рожденных ею, и волк вступает в бой за своих волчат, что скажет человек, и заповедь преступающий, и природу искажающий, когда или сын не уважает старости отца, или отец, вступив во второй брак, забывает прежних детей? У бессловесных неодолима взаимная любовь между детьми и родителями, потому что создавший их Бог вознаградил в них недостаток разума избытком чувств. Почему ягненок, выскочив из хлева, среди тысячи овец знает самый цвет и голос матери, спешит к ней, ищет своих собственных источников молока? И хотя он встретит тощие матерние сосцы, довольствуется ими, пройдя мимо многих сосцев обремененных молоком. И мать в тысяче ягнят узнает своего. Один у всех голос, и цвет то же, и запах подобен, сколько представляется нашему обонянию, но у них есть какое-то чувство, которое гораздо острее нашего представления, и по которому для каждого легко распознать собственное свое. У щенка нет еще зубов, однако же ртом защищается уже он от раздражившего. У тельца нет еще рогов, но он уже знает, где у него вырастет оружие. Все сие служит доказательством, что всяким животным природное ему не изучается, и что в существах ничего нет беспорядочного и неопределенного; а, напротив того, все носят на себе следы Творческой премудрости, и каждое показывает в себе, что оно снабжено нужным к охранению собственного благосостояния. Пес не одарен разумом, но имеет чувство почти равносильное разуму. Что едва изобрели мирские мудрецы, просидев над сим большую часть жизни, – разумею хитросплетение умозаключений, – тому пес оказывается наученным от природы. Ибо, отыскивая звериный след, когда найдет, что он разделился на многие ветви, обегает уклонения ведущие туда и сюда, и тем, что делает, почти выговаривает следующее умозаключение: или сюда поворотил зверь, или сюда, или в эту сторону. Но как не пошел он ни туда, ни сюда, то остается бежать ему в эту сторону. И таким образом, чрез отрицание ложного, находит истинное. Более ли сего делают те, которые, чинно сидя над доскою и пиша на пыли, из трех предложений отрицают два и в остальном находят истину? А памятование милости в этом животном не пристыдит ли всякого неблагодарного к благодеяниям? Рассказывают, что многие псы, когда господа их были убиты в пустом месте, умирали над ними. А некоторые, вскоре по совершении убийства, служили путеводителями сыщикам убийц и достигали того, что злодеев предавали казни. Что же скажут те, которые не только не любят сотворившего и питающего их Господа, но и в числе друзей имеют глаголющих неправду на Бога, одной приобщаются с ними трапезы и при самом вкушении пищи терпят хулы на Питающего? Но возвратимся к рассмотрению тварей. Животные, удобно уловляемые, бывают многоплоднее. Поэтому зайцы и дикие козы рождают детей помногу, а дикие овцы по двойне, чтобы не оскудел род, истребляемый плотоядными зверями. Напротив того, животные, пожирающие других, рождают детей понемногу. Посему львица едва бывает матерью и одного льва. Ибо львенок, как сказывают, сперва остриями когтей растерзывает матернюю утробу, а потом выходит на свет. И ехидны рождаются, прогрызая утробу рождающей, и тем воздавая ей приличную награду. Таким образом ни одно существо не оставлено без Промысла, и ни одно не лишено надлежащего попечения. Если станешь рассматривать и самые члены животных, найдешь, что Творец не прибавил ни одного лишнего и не отнял необходимого. Плотоядным животным придал острые зубы, ибо в таких имели они нужду по роду пищи. А которых в половину вооружил зубами, тех снабдил многими и различными влагалищами для пищи.Поскольку они с первого раза не могут достаточно, разжевать пищу, дал им возможность отрыгать поглощенное, чтобы измельченное посредством жвачки усвоилось питаемому. Желудок, предутробие, сеточка и утроба не напрасно даны животным, у которых они есть, но каждое из сих орудий служит для необходимой потребности. У верблюда шея долга, чтобы она равнялась ногам и доставала до травы, которою кормится верблюд. Шея коротка и вдалась в плечи у медведя, льва, тигра и прочих того же рода животных, потому что они питаются не травою, и им, как плотоядным и довольствующимся ловлею животных, нет нужды наклоняться к земле. К чему хобот у слона? Великому этому животному и даже величайшему из всех живущих на суше, как созданному на ужас всякому встречающемуся, надлежало быть рослым и иметь громадное тело. Если бы ему дана была большая и соразмерная с ногами шея, трудно было бы носить ее, потому что она, от чрезмерной тяжести, клонилась бы всегда к земле. А теперь голова соединена у слона с хребтом не многими шейными позвонками, но есть у него хобот, вознаграждающий недостаток шеи, им слон достает пищу и черпает питье. Да и ноги у него без составов и как соединенные столбы подпирают тяжесть тела. А если бы заменить их нежными и слабыми мышцами, то у слона часто случились бы вывихи в составах, которые были бы недостаточны к поддержанию тяжести, когда слон становится на колена или встает. Но теперь короткая надпяточная кость подставлена под ногу слону, а ни в подколенье, ни в колене нет у него составов, потому что шаткость составов не выдержала бы чрезмерно громадного и зыблющегося тела, каким слон обложен. Посему нужен был этот нос, опускающийся до ног. Не видишь ли на сражениях, как слоны, подобно каким-то одушевленным башням, идут перед рядами, или, подобно плотяным холмам, в неудержимом стремлении прорывают сплоченные щиты неприятелей? А если бы нижние части у слонов не были соразмерны, не долго бы держалось это животное. Теперь же, как некоторые повествуют, слон живет триста и более лет. Посему-то ноги у него цельные и без составов. А пищу, как сказали мы, с земли вверх поднимает хобот, который по природе гибок, сжимается и разжимается, на подобие змеи. Так верно слово, что в сотворенном нельзя найти ничего ни излишнего, ни недостаточного. Однако и сие столь огромное по величине животное Бог сотворил покорным человеку. Когда учим его, оно понимает, и когда бьем, терпит. А сим Бог ясно научает нас, что Он все подчинил нам, потому что мы сотворены по образу Создателя. Но не в одних только великих животных можно усматривать неисследимую премудрость. Напротив того, и в самых малых легко соберешь не меньшее число чудес. Как высоким вершинам гор, которые по близости к облакам чрез непрестанное дуновение ветров сохраняют постоянную стужу, удивляюсь не более, сколько и низменным долинам, которые не только спасаются от жестокости горных ветров, но и всегда удерживают в себе теплый воздух, так и в устройстве животных не более дивлюсь слону за его величину, чем мыши, потому что она страшна и для слона, или самому тонкому жалу скорпиона, которое Художник сделал пустым, как свирель, чтобы чрез него вливался яд в уязвленных. И никто не ставь в вину Творцу, что Он произвел животных ядовитых, разрушительных и враждебных нашей жизни. Иначе станет кто-нибудь винить и пестуна, что он удобоподвижность юности приводит в порядок ударами и бичами уцеломудривает продерзость. Звери делаются и доказательством веры. Веришь ли Господу сказавшему: «на аспида и василиска наступиши, и попереши льва и змия». (13 на аспида и василиска наступишь; попирать будешь льва и дракона.Пс. 90:13)? И по вере имеешь ты власть попирать змей и скорпионов. Разве не знаешь, что ехидна прикоснувшаяся к Павлу, когда он собирал хворост, не сделала ему никакого вреда, потому что святой нашелся исполненным веры (3 Когда же Павел набрал множество хвороста и клал на огонь, тогда ехидна, выйдя от жара, повисла на руке его.4 Иноплеменники, когда увидели висящую на руке его змею, говорили друг другу: верно этот человек - убийца, когда его, спасшегося от моря, суд Божий не оставляет жить.5 Но он, стряхнув змею в огонь, не потерпел никакого вреда.6 Они ожидали было, что у него будет воспаление, или он внезапно упадет мертвым; но, ожидая долго и видя, что не случилось с ним никакой беды, переменили мысли и говорили, что он Бог.Деян. 28:3-6)? А если не имеешь веры, то бойся не зверя, а своего паче неверия, чрез которое сделал ты себя от всего удоборазрушаемым.

Примечания

  • 1 Λαχανα αγρια. Сими словами переводит Св. Василий оставленное без перевода у Семидесяти Еврейское слово Αριοθ.
  • 2 Так называется однолетняя трава, известная также под именем: царский скипетр.

Источник

Беседы на Шестоднев, 9

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Идет речь о сотворении животных, живущих на суше. Между ними различаются скоты, пресмыкающиеся и звери земли [полевые]. Различие между скотами и зверями состо­ит в том, что первые большею частию принадлежат к четвероногим домашним, легко привыкающим жить вмес­те с человеком (18 И прошел этот год; и пришли к нему на другой год и сказали ему: не скроем от господина нашего, что серебро истощилось и стада скота нашего у господина нашего; ничего не осталось у нас пред господином нашим, кроме тел наших и земель наших;Быт. 47:18; 12 отделяй Господу все [мужеского пола] разверзающее ложесна; и все первородное из скота, какой у тебя будет, мужеского пола, [посвящай] Господу,Исх. 13:12), последние назначены для обитания только в степях и лесах.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Наступил последний творческий день - пятница. Первым делом произведенным тогда Богом было завершение биосферы. Воды морей и рек уже кишели жизнью чувствующей, птицы и насекомые владели воздухом, а земля произвела лишь низший вид ее - растительный. Надлежало, чтобы и эта стихия была благословлена тем, что и ее использовал Господь для создания природы чувствующей и движущейся. Итак, с наступлением пятницы Бог снова сотворил нечто новое. Бог вложил в землю Свое Творческое слово и она тотчас приобрела способность производить животных, имеющих чувства и отсветы разума. "Представь - учит божественный Василий - глагол Божий протекающий всю тварь, некогда начавшийся, до ныне действенный и готовый действовать до конца, пока не скончается мир. Как шар, приведенный кем-нибудь в движение и встретивший покатость, и по своему устройству и по удобству места стремится к низу, и не прежде останавливается, разве когда примет его на себя плоскость; так и природа существ, подвигнутая одним повелением, равномерно проходит и рождающуюся, и разрушающуюся тварь, сохраняя последовательность родов посредством уподобления, пока не достигнет самого конца; ибо коня делает она преемником коню, льва - льву, орла - орлу, и каждое животное, сохраняемое в следующих одно за других преемствах, продолжает до скончания вселенной. Ни какое время не повреждает и не истребляет свойств в животных.(!) Напротив того, природа их, как недавно (!) созданная, протекает вместе со временем. ". - Великий Отец Церкви предвидел в IV веке безумства псевдобогословов - эволюционистов века ХХ-го! Он отвергает как возможность генетического изменения, которое считается основой эволюции, так и современную хронологию, отбрасывающую сотворение (или появление) животных на миллионы лет. Таким образом, для великого Каппадокийца неприемлема теория дня-эпохи. Душа животная, которую по повелению Господню произвела земля - смертна. Она, по слову Писания (11 потому что душа тела в крови, и Я назначил ее вам для жертвенника, чтобы очищать души ваши, ибо кровь сия душу очищает;Лев. 17:11), живет в крови. Благодаря ей животные чувствуют, двигаются, показывают чудеса сообразительности и общаются друг с другом. По причине своего происхождения из земли, скоты и звери смотрят на свое родное лоно и головы их обращены к месту своего упокоения. Человек же и внешним своим устройством показывает бессмертное, небесное происхождение своего духа. Душа животных также, как и их тела возвращается в землю. По словам Писания: "Душа всего живущего покрыло лице ее (земли - Д.Д.), и в нее все возвратится" (31 Душа всего живущего покрыла лице ее, и в нее все возвратится.Сир. 16:31). Мысль о том, что она бессмертна, граничит с языческой идеей переселения душ. Св. Василий говорит, что животные, созданные в шестой день, более совершенны потому, что у них все владычество над плотью предоставлено душе, а твари созданные в воде более грубы и их плотская жизнь управляет душевными стремлениями. В следствии этого земные животные поддаются одомашниванию легче, нежели водные. Хотя есть и исключение - дельфины. Нельзя думать, однако, что раз земля произвела скотов, что она одушевлена сама по себе, как думают оккультисты, создавая теории Живой Земли. Эта мысль противоречит Св. Писанию, которое приписывает творческую мощь Самому Богу. В перечислении книги Бытия под "зверями полевыми" надлежит понимать животных не имеющих копыт - таких как волк, лиса, медведь, "скот" - это копытные животные, а "гады земные" - это рептилии, как современные, так и вымершие (динозавры). Святые Отцы всячески подчеркивают, что смысл жизни любого создания в служении человеку. Посему для христианина нормальным является домашнее, а не дикое (то есть одичавшее) животное. Так например, обезьяны созданы для увеселения человека, также как и попугаи, и сороки. Поэтому православные не могут во всем согласиться с идеями современных экологов, для которых человек часто лишь помеха для правильного существования природы.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Сказав о сотворении гадов, птиц и китов в пятый день, Моисей переходит к описанию творения тех гадов, зверей и скотов, которые сотворены в шестой день, и говорит: И рече Бог: да изведет земля душу живу по роду, четвероногая и гады, и звери. Гадов извела земля повсюду, а звери и скоты сотворены близ рая, чтобы жили они рядом с Адамом. Так земля, по Божию повелению, немедленно извела гадов, зверей полевых, зверей хищных и скотов, сколько нужно их было на служение тому, кто в тот же день преступил заповедь Господа своего!

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Видишь, как и земля, повинуясь Божию повелению, приносить двойной плод. Тогда произвела она растения, а теперь одушевленные животные, четвероногие, пресмыкающиеся, зверей и скотов. Вот и теперь оказывается то же, о чем я прежде говорил, то есть, что Бог создал все не для нашего только употребления, но и для того, чтобы мы, видя великое богатство созданий Его, изумлялись могуществу Создателя, и могли понять, что все это с премудростью и несказанною благостью создано для чести имеющего явиться человека.

Источник

Беседы (гомилии) на Бытие, 7
*** «И сказал Бог: да произведет земля душу живую» (24 И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так.Быт. 1:24). Землю Бог наделяет двойною честью. Во-первых, она рождает семена и растения, во-вторых, животных. И это не без причины, а в силу того, что она должна была стать жилищем человека. Кроме того, так как от той же самой земли должен был питаться сам человек, то Бог наделя­ет ее честью, как питательницу и мать этого великого живот­ного. Смотри и здесь, с какою последовательностью действовал Творец. Сначала он приготовляет пищу, а затем уже вводит тех, кто должен пользоваться этой пищей. Так Он сделал и в отношении к человеку: сначала изготовил дом, и затем ввел владыку дома. «Да произведет земля душу живую». Откуда бездушная земля рождает живую душу? Откуда про­изошел ревущий лев, или бегущий конь, или трудолюбивый вол, или носящий тяжести осел? Откуда такое разнообразие животных? Откуда столько душ из бездушной земли? И ере­тикам не стыдно признавать, что бездушная земля производит душу, которой не имела, когда же слышат, что Бог родил из собственного существа, тотчас же сплетают хитрый ряд рассуждений и строят выводы: «следовательно Бог рассекся, следовательно разделился, следовательно потерпел страдание», и другие свойственные им подобного рода выводы. Теперь не время перебирать все, что говорят еретики против Единород­ного, вернее же сказать — против собственного спасения, потому что Бог ничего не приобретает, когда Его прославляют, равно как не терпит никакого вреда, когда Его хулят, если только кто-нибудь не назовет приобретением для Бога наше спасение. Сам он полон всякого блага и вседоволен; Сам всех бо­гатит, но ни в чем не нуждается. Что мог бы дать кто-ни­будь Тому, Кто есть источник всех благ, от единой только благости Коего зависит все? «Все... ожидают от Тебя, — говорит Давид. — Открываешь руку Твою и насыщаешь все живущее по благоволению» (27 Все они от Тебя ожидают, чтобы Ты дал им пищу их в свое время.Пс. 103:27, 16 открываешь руку Твою и насыщаешь все живущее по благоволению.Пс. 144:16). Но доведем до конца начатую речь. Это и нам приятно, и последовательностью требуется. Земля, повинуясь требованию, производит то, чего не имеет; боже­ственная ли и чистейшая природа не в состоянии рождать то, что имеет. Но пусть опять не поймет кто-нибудь слова «име­ет» слишком человекообразно, чтобы сказать: «видишь, как и сам учитель признал, что Отец существует раньше Сына»? Отнесись лучше снисходительно к слову, так как это — люди, владеющие глиняным языком, и говорящие о божественной и пре­восходящей всякое слово природе с людьми же. Будучи людьми, мы и говорить умеем как люди. Не знают жалкие еретики, что, говоря о Боге, они употребляют слова, которые к Богу применимы быть не могут. Например: все рождаемое, говорят они, имеет начало бытия. Почему? Они тотчас же отвечают таким образом: «ты, рожденный, разве не имеешь начала? Твой отец равным образом? Твой дед?» Если ты из са­мых их же рассуждений представишь другое рассуждение, которое может опровергнуть их безумие, они тотчас же го­ворят: «речь о Боге, а ты представляешь мне рассуждения человеческие»? Так, корень нечестия берут из общих всем рассуждений, а опровержение нечестия брать из тех же самых рассуждений не хотят. 4. Часто еретики говорят: «может ли кто-нибудь быть и рождаться». Если я покажу, что Писание утверждает подобное не только относительно Бога, но и относительно людей, то что ты будешь делать? Про чад блаженного Авраама Писание говорит, что они рождаются, говорит не как о несуществовавших, а как о предсуществовавших. Авраам родил Исаака; Исаак ро­дил Иакова; Иаков родил Левия, от которого произошло колено священников. Апостол Павел, изъясняя богословски исто­рию встречи Авраама с Мелхиседеком, говорит: Мелхиседек встретил Авраама и благословил его (1 Ибо Мелхиседек, царь Салима, священник Бога Всевышнего, тот, который встретил Авраама и благословил его, возвращающегося после поражения царей,Евр. 7:1), и тотчас же прибавляет: «и, так сказать, сам Левий, принимающий десятины, в лице Авраама дал десятину: ибо он был еще в чреслах отца» Авраама (9 И, так сказать, сам Левий, принимающий десятины, в лице Авраама дал десятину:Евр. 7:9, 10). И смертный, следовательно, был, прежде чем родился. Так как корень жил, то вместе с живым корнем апо­стол назвал (существующим) и плод. Здесь же, где нет ни страдания, ни образа преемственного происхождения, ни плодо­ношения, ни других человеческих страданий, еретик не хочет назвать Сущего рожденным из Сущего, хотя и пребывающим вечно. «Если Он рожден, говорят, то каким образом был всегда? Всякий рождаемый имеет начало». Имя отца у нас приобретается в известный срок. Предположи, напр., что юноша желает жениться; сначала он сватается, затем становится женихом, потом мужем, и когда, наконец, родит, называется отцом, и если рожденное дитя не даст ему этого имени, то хотя бы он прожил с женою тысячи лет, не называется отцом. Точно также и мать; сначала она девица, потом обру­чится и невеста, потом жена; зачинает и носит плод, и если этого не произойдет, то не называется матерью. Хотя бы даже корень и носил плод, но если происшедшее дитя не даст ему в воздаяние за труды названия матери, она не называется этим именем. И это сделал премудрый Бог для того, чтобы отцы не превозносились над детьми, чтобы отец не говорил сыну: «я тебе дал жизнь, мною ты рожден, чрез меня полу­чил бытие», а если бы и сказал так, то услышал бы тотчас же в ответ: «я чрез тебя рожден, но чрез меня и ты отец»; равно как и матери сын мог бы сказать: «ты дала мне сыновство, я дал тебе материнство». Рождение у нас яв­ляется взаимным даром. Подобно этому и сын не сразу же является сыном, а сначала — семенем, потом зародышем, и только когда уже родится, — сыном. Все это подлежит необхо­димым условиям времени, все это подвержено страданию, все это следствие телесного устройства. Но где бестелесна рождающая природа, где бестелесен рождаемый плод, есть ли какое основание утверждать, что было время, когда и Рождаемого не было, что Он рожден впоследствии времени? Итак, мы говорили: если Бог всегда один и тот же, и никогда ничего не приобре­тает, то Он всегда и Отец; если же Он всегда Отец, то всегда имеет Сына; следовательно Сын совечен Отцу. Мы говорим, что Сын рожден бесстрастно, но способа рождения изъяснить не можем. Истинное ведение в том, чтобы испо­ведать свое незнание превосходящей нас природы. Итак, рож­дению мы поклоняемся, но природы исследовать не дерзаем. Если бы родивший был человек, то он произвел бы и рож­дение человеческое; если бы имел тело, то и родил бы как тело. Если же Он чужд тела, то не приписывай бестелесному телесных страданий. Но, говорят, Он родил из своего естества, родил, следовательно, со страда­ниями, через разделение, чрез излияние. Докажу противное земными явлениями. Рождает виноградная лоза, рождает ма­слина, рождает и вода, но рождает не как наша природа, а сообразно с собственными устройствами. Всякая женщина, когда получит от Бога дар быть матерью, когда носит плод, пол­неет, когда же родит плод, худеет. С деревьями же про­исходит наоборот. До рождения дерево не увеличивается в объеме; когда же родит, тогда становится тучнее, плод умно­жается, корни увеличиваются, и не бывает ни уменьшения рождающему корню, ни умаления рожденному плоду. Виноград­ная лоза рождает не по нашему; а Богу, превосходящему вся­кое естество человеческое, когда слышишь, что Он родил, приписываешь человеческие страдания? 5. «И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так». «Скотов» — это домашние животные. «Гады, звери» — это змея, дракон. Домашним скотом называются не только подъяремные животные, а и носящие тя­жести. Всякое травоядное, — вол ли, овца ли, — называется скотом, поскольку оно есть предмет облада­ния человека. А что домашним скотом называются и овцы и волы, свидетельствует Писание: «У него были стада мелкого и стада крупного скота» (14 У него были стада мелкого и стада крупного скота и множество пахотных полей, и Филистимляне стали завидовать ему.Быт. 26:14). Наполнилась земля, укра­силась плодами, произвела животных; не доставало только домо­владыки. Небо было украшено; земля одета в пестрый убор, море наполнено, воздух украсился множеством птиц; все было готово, не доставало лишь человека. Впрочем, то, что он яв­ляется последним, служит не к уничижению его, а к чести. Приготовляется дом, и вводится домовладыка. Бог ничего не делает ни безвременно, ни бесцельно, а все творит целесообразно. И заметь последовательность. Сначала Он сотворил траву и сено, и после того уже питающихся ими животных. Если бы не было того, что служит для питания, то безвременно было бы творение животных; они страдали бы от недостатка плодов. Сначала он сотворил пищу, и тогда уже создает питающихся; сначала производит необходимые средства жизни, а потом уже тех, кто пользуется этими средствами. Так сде­лал Он и в отношении к Писанию. О Христе предварительно возвестили Писания, и тогда уже пришел Тот, о Ком они возвещали. Предваряли свидетельства, дабы поверили Тому, о Ком давались свидетельства. Предварял закон, дабы возве­стить о Законодателе. Предваряли пророки, дабы провозгласить Того, о Ком пророчествовали. И заметь мудрость Бога. Он соизволил, чтобы писания пророков оставались не только в церкви, но и у иудеев; Он оставил их у недостойных богопротивных иудеев — врагов Христовых, чтобы обличить их. Почему Он так сделал, а не отнял у них Писаний? Причина ясна и не требует долгого рассуждения, — так что моя проповедь вне подозрений. Если бы я один только имел пророков, то неверующий мог бы воз­ражать мне. Смел ли бы я сказать: «сказал Моисей», или: «сказал Исаия», или: «сказали другие пророки о Христе и о том, что произойдет во время Его пришествия?» Желающий мог бы возражать, говоря: «откуда известно, что Моисей был пророк и сказал или проповедовал об этом, как утвер­ждаете вы, христиане, измышляя для подтверждения своих догматов пророков и выдумывая имена? Разве мы должны согла­шаться с вашими предрассудками?» Теперь же у желающего возражать, хотя бы он обладал и большою способностью за­щищаться, отнять всякий повод к возражению, так как те самые свидетельства, которые приводили мы в подтверждение своих догматов, есть и у них. Отсюда ли нельзя изобличить их легкомыслие? Итак, чтобы иудеи не возражали, Бог соиз­волил оставаться у них книгам Писания, дабы, если не пове­рят мне, как измышляющему свидетельства в пользу своих догматов, в виду моего их признания, поверили тем, кото­рые остаются чужды этим догматам. Если ты спросишь иудея, — разумеется, не простеца из народной толпы, а искусного в слове и сведущего в законе, — «есть ли Христос?», он не скажет: «нет», а скажет: «есть, но только не тот, о котором вы го­ворите, а другой». Факта, следовательно, он не отрицает, а сомневается лишь относительно лица. Но иное дело — отрицать факт, и иное — отрицать лицо. Например, если кто-нибудь требует с меня долг, то иное будет сказать: «я не должен», и иное: «я должен не тебе, а другому». Долг, следовательно, признается. Так и иудеи признают, значит, что есть Хри­стос, а сомневаются в том, есть ли Он тот, о котором мы проповедуем; они допускают Христа не существующего, так как отвергли существующего. Но заметь, как сам законода­тель Моисей в самом рассказе о творении человека указывает на Сына и сообщает познание о Нем. У него сказано: «да будет твердь»; сказано: «да произрастит земля», сказано: «да произведет вода».

Источник

О творении мира (также приписывается еп. Севериану Гавальскому), беседа на день 4. 6 том, "О творении мира". С. 733

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Земле же опять повелел произвести многообразную природу скотов и бесчисленные роды диких зверей. И несомненно Он произвел все, что Ему было угодно и выше всякого ума. В каждом из сотворенных дел Зиждителем было Слово, и одно только мановение давало бытие всему.

Источник

Глафиры на Бытие. О Адаме.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-25

Бог повелел: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их (24 И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так.25 И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо.Быт. 1:24-25). И от одного повеления из одной земли произошли разные по природе животные: кроткая овца и плотоядный лев; и разные побуждения бессловесных животных, подражающие различным склонностям людей: так, лисица являет людское коварство, змея - тех, кто испускает яд на друзей, ржущий конь представляет любострастных юношей, трудолюбивейший муравей подталкивает ленивого и беспечного. Ибо кто проводит юные лета в праздности, тот вразумляется бессловесными животными и обличается словами Божественного Писания: Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его, и будь мудрым (6 Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его, и будь мудрым.Притч. 6:6). Видя, как он заблаговременно собирает для себя пищу, подражай ему и собирай для себя плоды добрых дел на будущую жизнь.

Источник

Огласительные слова для просвещаемых. TLG 2110. 003, 9.13.4-18

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Вода и воздух наполнились жизнью, но оставалась еще пустынною третья часть земли — суша, та именно, которая представляет наиболее удобств для жизни живых существ. Но вот настало время и для её заселения. «И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду её, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их: и стало так. И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их». Все эти животные образованы были из земли, откуда они и теперь извлекают свои питательные вещества, и в которую обращаются опять при разложении.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Шестой день творения. Создание животных и человека.

душу живую по роду ее. См. ком. к 20 И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. [И стало так.]Быт. 1:20.

скотов, и гадов, и зверей земных. Скот животные, которые будут одомашнены; гады пресмыкающиеся (в т.ч. земноводные); звери дикие животные.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-25

Думаю, что эти слова: Да произведет земля душу живую по роду её, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их, относятся к движениям нашего внешнего, то есть плотского и земного, человека. В том, что говорится о плоти, не названо ничто летучее, но только скоты и гады, и звери земные. Ибо, согласно тому, что сказано апостолом: Знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе (18 Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу.Рим. 7:18), и еще: Плотские помышления суть вражда против Бога (7 потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут.Рим. 8:7), поистине таковы порождения земли, то есть нашей плоти...

Источник

Гомилии на Книгу Бытия. С1. 0198 б (А), 1.11. 13.8.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Учение св. Отцов о творении наземных животных в шестой день в основном повторяет то, что уже было сказано о других живых существах. Так, преп. Ефрем пишет: «...земля по Божию повелению немедленно извела гадов, зверей полевых, зверей хищных и скотов, сколько нужно их было на служение тому, кто в тот же день пре­ступил заповедь Господа своего» (Толкование на книгу Бытия, гл. 1, сс. 225–226). Свят. Василий учит: «...не из земли явилась сокрытая в ней душа бессловесных, но произошла вместе с повелением» (Шестоднев, IX, с. 140). С сим актом творения все готово для появления человека, которому надлежит быть господином всего этого. Но не только для практической пользы человека предназначено это величественное творение.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Здесь снова, как и в двух предшествующих случаях (11 И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя [по роду и по подобию ее, и] дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так.Быт. 1:11, 20), указывается на некоторое влияние естественных сил природы, в данном случае непосредственно земли.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Вопрос 19. Для чего сотворил Бог зверей <...>? Для детей бывают нужны устрашения, и бичи, и жезлы: одними приводишь их в боязнь, другими наказываем, то же и другое делаем, обучая их ко всякому благочинию. И поскольку Владыка Бог предвидел, что будут уклоняться в леность, то предуготовил зверей, как бы некие бичи и страшилища, чтобы, приводя нас ими в боязнь, привлечь к Себе и довести до необходимости призывать Его себе на помощь. Но как совершеннолетние ни во что ставят страшилища и бичи: так питомцы добродетели не боятся нападения зверей, потому что Адаму до греха предстояли звери, признавая свое рабство, а также и за Ноем, когда входил в ковчег, подобно овцам, следовали и лев, и барс, и самые злые пресмыкающиеся. И Даниилу предстояли львы, алкая пищи, но не смея приблизиться, потому что видели в нем боговидные черты Божия образа. Так ехидна, вонзив зубы в руку апостолу, и не нашедши в нем греховного расслабления и изнеможения, тотчас отпала и бросилась в горящий костер, как бы сама себя наказывая, что прикоснулась к телу, на которое не надлежало ей нападать. А мы боимся зверей, потому что наша жизнь недобродетельна. Поэтому Бог, пекущийся о нерадивых, уделил зверям места пустынные, и для снискания пищи назначил им время ночи: ибо «в ней, – сказано, – пройдут вси зверие дубравнии» (20 Ты простираешь тьму и бывает ночь: во время нее бродят все лесные звери;Пс. 103:20)... Кроме сего и в других отношениях не бесполезны для нас звери, потому что врачи приготовляют из них многие предохранительные лекарства. Посему никто да не укоряет Творца за зверей, принимая только во внимание, что звери сами в себе, но пусть разыщет, какая от них польза. И в теле человеческом много красоты, стройности, взаимной соответственности частей, но есть также мокрота, слюна и отделяющийся зловонный помет. Впрочем никто из здравомыслящих не унижает за это живого существа, потому что без сего и жить ему невозможно, сим увлажняемое, растет оно в силах. Ему нужны и слизь, и кровь, и обе желчи; но как ими поддерживается оно, так ими же и разрушается; потому что избыток, или недостаток, чего-либо из сказанного разрушает живое существо. Так опять, если кто отрежет кто один сустав от пальцев, то найдет его совершенно бесполезным, но сустав сей, пока он не отрезан, доставляет весьма великую пользу телу. Посему и нам надлежит поступать таким образом: каждую часть твари рассматривать не в отдельности, какова она сама в себе, доискиваться же, полезна ли она для целой вселенной. Огонь попаляет, и [бывает] не только разрушителен для наших тел, но сжигает дома, и корабли, и нивы, однако же составляет одну из четырех стихий, которыми все приводится в устройство, и смертному естеству невозможно прожить без огня. И вода также затопляет землю, разрушает дома, губит многих мореходов, даже причиняет вред тем, которые пьют ее безвременно и неумеренно; но никто, если не вовсе он безрассуден, не назовет воду губительной; потому что она орошает землю, питает и растения, и бессловесных животных, и человеческий род. Посему таким же образом будем рассматривать и всякую другую тварь, не допытываясь того, вредна, или полезна она, взятая сама в себе, но доставляет ли какую пользу в общем составе. Ибо и звери боятся человека по причине данной ему в начале власти над ними, но иногда презирают его, как преступившего Божественный Закон, потому что и лукавые рабы, имеют обычаи презрительно обходиться с теми, которым господа велели управлять ими, как скоро видят, что своими проступками они лишили себя возможности действовать свободно.

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

В шестой день Бог сотворил животных четвероногих, зверей и гадов, но не произнес благословения на них, сохраняя его для человека, которого намерен был создать в шестой день. Животные четвероногие и звери суть также образ людей, которые не знают Бога, живут нечестиво, помышляют о земном и не раскаиваются. Ибо обращающиеся от беззаконий и праведно живущие подобно птицам взлетают душою, помышляя о горнем и угождая воле Божией. Незнающие же Бога и нечестиво живущие подобны птицам, которые имеют перья но не могут; взлетать и носиться в высотах Божиих. Такие люди имеют имя человеков, но мудрствуют о дальнем и земном, будучи отягчены грехами. Звери (θηρια) получили свое имя от того, что они одичали (απο του θηριουσθαι), а не потому, чтобы изначала были злыми или ядовитыми, ибо ничего злого не было изначала сотворено Богом, но все было прекрасно; грех же человека испортил их, ибо с преступлением человека, и они преступили. Если владыка дома хорошо ведет себя, то необходимо и слуги живут благочинно, если же господин согрешит, то и слуги также будут грешить; таким же образом произошло и то, что с согрешением человека, который есть господин всего, и служащие ему твари уклонились к злу. Но когда человек опять возвратится в сообразное с своею природой состояние, тогда и те животные восстановятся в первоначальный образ кротости.

Источник

К Автолику, 2

Толкование на группу стихов: Быт: 1: 24-24

Шестой день творения представляет сотворение животных, живущих на суше, сотворение человека, благословение человека и всеобщее одобрение тварей. Земля, более прочих стихий мертвая, но в свою чреду производящая животные живые, новым образом являет мощь Творца, не зависящую от помощи и насаждающую жизнь, где только восхощет.

Все к этому стиху