Псалтирь 23 глава 7 стих

 Все вы, ищущие господства среди людей, устраните, чтобы они не препятствовали, созданным вами входам желания и страха. И поднимитесь, врата вечные. И поднимитесь, входы вечной жизни, отречения от мира и обращения к Богу. И войдет Царь славы. И войдет Царь, которым мы можем хвалиться без гордости: Который преодолев врата смерти и отверз Себе небесные места, исполнил то, что Он сказал: «///Будь из здравствуйте, ибо я победил мир.  (Ин. 16:33)

Образ небесного

Сказано: «Поднимите, врата, верхи ваши». Отбросьте образ Адама, верх ваш по плоти, и поднимитесь, врата веч­ные, пропуская Царя славы, сильного и крепкого, и в битве мощного, побе­ждающего пороки и тех, кто питает их, духов злобы. Итак, поднимите, врата, верхи ваши. Ибо как мы носили образ перстного, будем носить и образ небесного (1 Кор. 15:49).

Поскольку, будучи образом Отца и бес­смертным, Слово приняло образ раба и ради нас как людей во плоти Своей претерпело смерть, чтобы таким образом за нас через смерть Себя при­вести к Отцу, то и говорится о Нем, что ради нас и за нас вознесено как человек... чтобы стать Ему праведно­стью за нас, а нам вознестись в Нем, и войти в небесные врата, которые Он вновь открыл за нас при возглаше­нии предшествующих Ему: Князья, поднимете врата ваши и поднимитесь, врата вечные! И войдет Царь славы. Ибо и здесь врата были закрыты не для Него, Господа и Творца всяческих, но это написано ради нас, для которых закрыта была райская дверь. Потому как по-человечеству, по причине пло­ти, которую понес на Себе, говорится о Нем: поднимитесь, врата, и как о вхо­дящем человеке: войдет, - так вновь по-Божеству, потому что Слово есть Бог, говорится о Нем, что Он есть Господь и Царь славы.

Здесь всё таинственно.

Псалмопевец обращается к неведомым князьям: возьмите ворота вечные. Что за князья? Что за ворота? Это похоже на команду, но не сиюминутную, а в ожидании чего-то грядущего.

Тут напрашивается такая аналогия. Господь изгнал Адама и Еву из рая и поставил у его ворот херувима с пламенным мечом – закрывать вход. Бог прогневался, но не покинул людей, на протяжении веков давал им обетования, законы, Сам пришёл на землю.

Князья были поставлены, чтобы заградить ворота – не простые, а вечные. И князья откроют их: и внидет (войдёт) Царь славы. Когда же?

Христос воскрес из мёртвых, вывел из ада праведников и всех, чающих Его пришествия в наш мир. Сорок дней Спаситель являлся ученикам и, наконец, сказал им: «...дана мне всякая власть на небе и на земле. Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:18–20). На Ёлеонской горе – горе Вознесения – Он благословил их: «И когда благословлял их, стал отдаляться от них и возноситься на небо» (Лк. 24:51).

Вспомните, как Христос говорил Нафанаилу:

«...отныне будете видеть небо отверстым и ангелов Божиих, восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому» (Ин. 1:51). Так и сбылось! Когда Спаситель возносился, Его окружило облако (см. Деян. 1:9). Это была слава Божия. Ученики увидели её сквозь открытые райские врата. Со славой Божией Христос входил в наш мир – и потом восходил на небо. Она окружала Его на Фаворе: «облако светлое осенило их; и се, глас из облака, глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение; Его слушайте» (Мф. 17:5).

Возносится Сам Господь, а не ангел или человек.

Исполненный пророческого духа, псалмопевец сначала вопрошает и затем отвечает на тот вопрос Кто взыдет на гору Господню? А в заключение псалма в том же духе пророчествует, что восхождением на Божественную гору, или, что то же, на небо, предупредит всех смертных Сам бессмертный Царь славы, как более всех достойный того, Сам Он внидет во врата вечна... хотя и в образе человека, но с пречистою Своею плотию и в прославленном естестве человеческом. Ангелы Божии, служивише на земле Сыну Божию в совершении Им великого дела спасения рода человеческого, в заключение этого дела сопровождают Господа Иисуса, торжественно вступающего на небо, как бы в некоторый храм, врата которого доселе были заключены грехами людей. При этом ангелами дается повеление небесным силам, чтобы отверзли врата небесные, а самим вратам повелевается, чтобы отверзлись, потому что еще не были отверсты для естества человеческого. Этот самый момент в вознесении Господа нашего на небо и изобразил пророк словами: возмите врата князи ваша, и возмитеся врата вечныя: и внидет Царь славы, – причем ангелы небесные названы князьями, а врата горы Господней названы вратами вечными, как место обитания вечного Царя славы.

Врата Господа и святых

Понятно, почему вратам приказы­вают подняться: ибо, по справедли­вости, вследствие таинства плоти и победы креста, Он, возвращаясь на небеса, стал выше, чем когда нисхо­дил на землю. Это врата Господа, и праведные войдут через них. Через эти врата вошел Петр, вошел Павел, вошли все апостолы, вошли мучени­ки, и каждый день через них святые входят: первым же через эти врата вместе с Господом вошел разбойник. Имейте веру и надейтесь, что тоже войдете через них.

Ангелы и врата

Он подходит к небесным вратам: ангелы Его сопровождают, а врата небес затворены, ведь Он еще не взошел на небеса. Теперь Он сперва предстает перед небесными силами в восходящей плоти. Стало быть, к этим силам обращаются ангелы, посланные Спасителем и Господом: Князья, подни­мете врата ваши и поднимитесь, врата вечные! И войдет Царь славы.

Царь славы

Наш Христос, когда Он воскрес из мертвых и восходил на небо, то поставленным от Бога на небесах князьям было приказано отворить врата небесные, чтобы вошел Тот, Который есть Царь славы, и, взойдя, сел одесную Отца доколе положу врагов Твоих в подножие пог Твоих, как сказано в другом псалме (Пс 109:1). Посколь­ку князья небесные видели, что Он имеет вид, лишенный красоты, чести и славы , то, не зная Его, спрашивали: Кто этот Царь славы ? И им отвечал Дух Святый от лица Отца или Себя Самого:

Господь сил - Он Царь славы. Всякий согласится, что ни о Соломоне, как бы ни был славен этот царь, ни о скинии свидетельства никто из предстоявших при вратах Иерусалимского храма не смел сказать: Кто этот Царь славы?

Lift up your gates, O ye princes. He comes to the third section, in which the prophet, having announced the Christian religion, gives commands with great joy to various sinners, so that with fitting faith they may unfasten the bars earlier locked, and deserve to admit the Lord King Himself into their hearts; for he bids them remove the gates of death known to have been set there by the prince who is the devil. They are called portae (gates) because men pass through them transporting their business and carrying provisions with the greatest care.' And be ye lifted up, O eternal gates, and the king ofglory shall enter in. Eternal gates are aptly set against the gates of death, to show that the   second are transient but the first perennial. What Adam lost by transgressing the law through the work of the devil, the Lord Christ renewed by fulfilling the law. The eternal gates are lifted up; this signifies the grace of baptism, the glory of the chrism, the ‘salvation of preaching and the other gifts granted at Christ the Lord’s coming. They are rightly called eternal gates since the King of glory deigned to enter through them.

++Комментарий на Псалмы, 23++

Представляя Сион местом пребывания Господа, где должны служит Ему все благочестивые люди, псалмопевец созерцает торжественное шествие сюда самого Бога, как Царя — победителя народов, населявших прежде эту землю (хананеев). Б древности царям-победителям устраивалось торжественное шествие ( — триумф), причем возвышались или расширялись ворота городских стен, обыкновенно узкия. Применительно к этому, и при торжественном шествии Господа, как Царя славы, на Сион должно возвысить врата Сиона. И вот — 

Предшествующие Царю славы в торжественном шествии Его, особо для того назначенные вестники восклицают:

 — Возмите врата князи ваши, или — „врата, поднимите ваши верхи", разумеется — для того, чтобы шествие Царя славы было совершенно свободным и величественным. Эти врата — вечныя, они никогда бы не должны перестраиваться, но здесь будет обитать Господь, Царь славы вечно...

На такое повелительное восклицание хранители врат или правители города, обыкновенно находившиеся при в 

но доселе еще не знавшие Господа, с недоумением спрашивают:

 — Кто есть сей Царь славы? — разумеется, это не какой-либо обыкновенный царь, — для обыкновеннаго царя, хотя бы и победителя, не поднимутся верхи вечных врат Сиона...

На такое недоумение следует ответ предшествующих Царю славы:

 — Господ крепкий и сильный, Господь сильный в брани. Он Царь славы. Вечныя врага Сиона должны торжественно встретить Господа, как Царя — победителя народов, Коему принадлежит и вся земля, и все, что ее наполняет (ст. 1).

Воззвание ко вратам Сиона и ответ на воззвание, повторяющиеся дважды, тем сильнее выражают чувства торжествующих победу Господа, как Царя Сиона.

К какому событию относится содержание этого псалма? — Известно, что после завоевания всей земли Ханаанской, оставалась в руках Иевусеев одна только крепость Сион, чрезвычайно сильная. Давид взял эту крепость; поставил здесь вновь устроенную им скипию, торжественно перенес сюда Ковчег Завета — этот видимый престол Бога — Иеговы. С этого времени Сион стал не только постоянным местом пребывания Давида, „городом Давидовым" — столицей его, но и „вечным городом" Бога — Иеговы, как Царя Славы, которому, как победителю хананеев, принадлежит земля Ханаанская и Сион преимущественно. Сюда Он и возшел, как Царь-победитель, одновременно с торжественным перенесением Ковчега Завета; при этом, вероятно, узкия врата древнейших стен Сионской крепости были возвышены (Ср. Пс. 46, и Пс. 47:2. 9. 13-15). Но этот исторический образ торжественнаго шествия Господа в свой „вечный город" — Сион есть, в тоже время, прообраз возшествия Христа, как победителя ада и Царя мира, во врата неба или единственныя, истинно вечныя врата небеснаго Сиона, т. е. вознесения Спасителя. 

Но сокрушенное временной тьмой - материнским наследством - Было величьем Отца восстановлено с третьим рассветом. Видишь - идет в вышине, окруженный ангельским чином, Храм мой, хранящий меня, чьей защитой я существую. Вечные Храма врата возвышаются над небесами, Чрез неприступные башни ведет сиянье ступеней, Белый, блистающий путь к сверкающей светом вершине.

Се пророчество о преславном Вознесении на небеса Христа Спасителя.

Сошедшу Христу Господу на ада, устрашишася князи адстии, и возопиша: «Возмитеся врата плачевная, вниде бо Царь славы Христос». Егда же сокрушивши Господь ада, и свобождши от пленения его праведных души, возношашеся на небо, тогда Силы Небесныя удивляющеся новому чудеси, вопияху: «Возмите врата», прочий же вопрошаху: «Кто есть Царь славы?» Инии возглашаху: «Господь Силам, восходяй плотию Бог Слово, и седяй на Престоле славы Сын Отечь, Сый прежде век со Отцем, сошед на землю, восприят человека и вознесе с собою на Небо, Той есть Царь славы», и вси с радостию и трепетом поклонишася Ему (Дамаскин, Афанасий, Феодорит).

Душа человеческая, имеет в себе сугубая врата: смерти и живота. Грех отверзает врата смерти, а покаяние отверзает врата живота. Царь славы, Христос Господь, Емуже вернии отверзают врата до сердца своего, писано бо: вы есте церкви Бога Живаго, о нихже сам Бог рече: вселюся в них и похожду (1 Кор. 3:16; 2 Кор. 6:16) (Иероним, Амвросий).

Бог не пожалел ради тебя Своего Сына в том, что ради нас Он был подвергнут позору, ведь сказано: проклят всяк, висящий на древе (Гал. 3:13) - чтобы Он искупил нас от грехов. Солнце затмилось в день нашего искупления. От преисподней мы отозваны, а призваны на небеса. Подняты были врата вечные, чтобы вошел Царь славы, Господь сил, Кото­рый от власти земли, более того, от преисподней, приобрел человека для небес.

Бывает, что когда Царь в город или дом какой-то хочет войти, слуги и посланники его говорят прочим людям, в городе или доме живущим: «Откройте ворота, Царь идет». И так входит Царь в город или дом, и принимается с честью гражданами или домашними. Так Христос Господь, Царь Небесный, придя на землю и соделав спасение вечное посреди земли, послал во все страны и города всей земли святых Своих учеников и апостолов возвестить пришествие Свое и спасительный к ним вход Свой. «Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари» (Мк. 16:15). Эти посланники Божии и верные рабы Христовы, «пошли и проповедовали везде, при Господнем содействии и подкреплении слова последующими знамениями» (Мк. 16:20). Они в каждом городе и каждой стране живущим людям говорили: «Откройте ворота, и войдет к вам Царь Небесный, Царь ваш, но вам неизвестный. Он хочет в вас царствовать, и в вечное Свое царствие вас привести: откройте ворота, и войдет к вам. «Поднимите, врата, верхи ваши, и поднимитесь, двери вечные, и войдет Царь славы!» (Пс. 23:7). И так в города и страны языческие вошел Царь славы со Своею благодатью и спасением вечным. Не приняли Его, как Истинного своего Царя, иудеи, к которым и послан был, как написано: «пришел к Своим, и Свои Его не приняли» (Ин. 1:11). Поэтому и отнялось у них царствие Божие. Народы, не знавшие и не ожидавшие Его, с радостью и верой отворили Ему города свои, приняли Его, поклонились Ему, и приняли на себя сладкое иго Его. Поэтому и царствие Божие обратилось к ним, ибо где Христос, Господь и Царь славы, там и царствие Божие. Богу благодарение, что и в нашу страну, в наше Отечество и города Царь славы и мира Иисус Христос вошел, и с Ним царствие Божие! Но видим, что от многих стран и городов за неблагодарность и презрение слова Его святого опять отошел, а с Ним и царствие Божие от них отнялось. А поскольку видим, что уже и в нашем Отечестве всякая неправда умножилась, любовь уже совсем почти иссякла, безмерная роскошь умножилась, плотская и беспечная жизнь почти везде усматривается, и так слово Божие в крайнем находится презрении, и почти все прихотям плотским и мирским, а не Божиим устам внимают, почти все плоти и миру, а не Богу угождают, временных и мирских, а не вечных благ ищут, то опасно, христиане, очень опасно, как бы и от нашей страны и городов не отошел Христос Господь со Своим царствием. Ни что иное и не последует, если люди мнят, что знают Его, но не почитают Его, а вместо Него почитают мамону неправды, Евангелием Его святым пренебрегают, закон святой попирают, мир и суета, а не царствие Его все ищут. Такие люди, следуя иудеям, выгоняют от себя Христа, и Он так убеждается отойти от них; и что иудеям, то и этим людям говорит: «Вот, оставляется вам дом ваш пуст» (Мф. 23:38). Страшное это слово, очень страшное! Что без Христа, как не явная погибель? Обратимся, христиане, ко Христу всем сердцем, и покаемся и восплачемся перед Ним. Да не оставит нас, да не отнимется от нас царствие Божие, как отнялось от ожесточенных иудеев. «Не остави мене, Господи, Боже мой! Не отступи от Мене; вонми в помощь мою, Господи спасения моего!» (Пс. 37:22-23).

 Возмите врата князи ваша, и возмитеся врата вечная, и внидет царь славы. (Пс. 23:7).
Вы слышали среди настоящего тайнодействия сию торжественную весть. Она В отд. изд. прибавлено: «взята».  из уст пророка Давида. И можно ли было не спросить при сем: «кто есть сей царь славы?» (Пс. 23:8). Столь превознесенный над всяким величием, что славный царь Израилев является перед ним только провозвестником Его шествия и вратником дома Его, – столь глубоко снисходящий к рабам своим, что желает внити в тесные врата, немогущие вместить его шествия, – «кто есть сей царь славы?» Дух Божий предваряет сие благоговейное недоумение и превращает его в радостное изумление – «Господь крепкий и сильный... в брани, Господь сил, той есть царь славы» (Пс. 23:8-10), «приходящий вселиться посреде людей своих» (3 Цар. 6:13) «И вселюся посреде сынов израилевых» – АВ. . «Господь крепкий и сильный», который «совершает... силу» свою в самой «немощи» (2 Кор. 12:9), – Господь «сильный... в брани», победитель мира и ада, греха и смерти, Господь «сил», который водит все воинство небесных и земных тварей в чине их, ополчает их за славу свою и ополчается за благо их, – сей-то «царь славы» преклонился ныне внити под кров сей, дабы утвердить здесь престол своего царства, силы, славы, благости, святыни. Какое блаженство для «души, которая желает и скончавается... во дворы Господни» (Пс. 83:3)! Очами веры она видит теперь, как сии врата вняли гласу Дому-владыки, «вознесли главы свои», соделались «вратами небесными» (Быт. 28:17).
Но примечаете ли вы еще другие тайныя врата, к которым, сквозь сии видимые, взывает вратник Царя славы? «Возмитеся врата вечная» (Пс. 23:7), – говорит он. Врата вечные, конечно, не суть те, которые устрояются из древа, и украшаются златом: итак, видите ли вы другие врата, в которые внити, другой храм, который освятить, желает Царь славы?
Христиане, «вы... есте церкви Бога жива» (2 Кор. 6:16). Если Он еще не живет в вас, то стоит у вечных врат бессмертной души вашей, ожидая, чтобы вы «уготовали путь Господень, правы сотворили стези его» (Мат. 3:3). «Се стою при дверех и толку: аще кто услышит глас мой, и отверзет двери, вниду к нему» (Откр. 3:20).
Суетное было бы любопытство видеть освящение видимого храма, если бы мы в сие время не помышляли об освящении нашего храма невидимого. Но как един Бог совершает сие внутреннее освящение, так един Он может и показать славу торжества сего. Воззовем к Нему из глубины сердец наших, да даст нам очи видети, уши слышати, ум разумети.
Образ освящения внутреннего нам представлен в обрядах освящения внешнего. Здесь, при содействии молитвы, храм очищается в своих важнейших частях омовением, кроплением, помазанием, курением фимиама; уготовляется облачением и украшением престол таинственного присутствия Божия, и Царь славы, сокрывающий неприступное величие свое в осязаемых изображениях и знамениях, видимо сопровождаемый служителями алтаря, но невидимо Ангельскими дори-носимый чинми, силою своего слова, отверзает, проникает и наполняет свое жилище. То же самое и в освящении души. Освящение, украшение и благодатное посещение составляют всю тайну и всю славу храма внутреннего.
Храм Божий в человеке в самом начале своем был чист; ибо хотя создан был частию из персти земной, но создан руками Божиими: был благолепен, ибо в нем поставлен был «образ» Божий (Быт. 1:26): был свят, ибо исполнен был «дыханием жизни» (Быт. 2:7) от Духа Святого. Но дыханием змия отравлено дыхание жизни: человек сокрушил образ Божий, воздвигая собственный истукан, и тогда сам он толико возмерзил видением поруганного храма Божия, что восхотел его сокрыть от себя, ничтожною впрочем оградою – «листвия смоковнаго» (Быт. 3:7). В сем печальном виде храм Божий остается доселе в каждом естественном человеке, ибо Адам, как написано, «роди сына по виду своему и по образу своему» (Быт. 5:3), то есть чуждый образа Божия грешник распространил и на потомство свою нечистоту и безобразие.
Если сия прирожденная нечистота мало примечаема человеками, сие точно потому, что, подобно лютой проказе, она внедрилась в существо их и смешалась с самою природою. Но не она ли, будучи сознаваема, хотя темным, но тем не менее постоянным ощущением в таинственной глубине души, заставляет их чуждаться бессмертного естества своего, заниматься только временными нуждами, питаться только чувственными удовольствиями, жить в суете, в рассеянии, далече от себя самих: – «Адаме, где еси» В отд. изд. этих слов нет.  (Быт. 3:9)? Бегут во мрак, дабы скрыться от мрачного вида внутренности своей, и, страшась испытать снедающую жалость обветшавшего дома Божия, предают его в мерзость конечного запустения.
Кто сделает решительное усилие войти в себя самого, тому представится первою потребностию, и первым его желанием будет – очищение.
Уже Бог «очистил» нас, христиане, «банею водною в глаголе» (Еф. 5:26). Впрочем, церковь, при всей уверенности в силе и преизбыточестве благодати единократного крещения, признает и второе крещение в покаянии. Первый креститель водою проповедывал еще «крещение Духом Святым и огнем» (Мат. 3:11).
Все сии крещения заключаются в «едином», которое исповедует Церковь «во оставление грехов»: но единая благодать очищения толикократно изливается, колико крат для нее открывается и упраздняется сосуд наш; она является многообразною, по видам греховных нечистот. Кто не видит, что древняя проказа разсыпается в новых язвах и после очищения, и корень зла непрестанно дает отрасли? Какое же право имеем мы желать, чтобы Бог в одно мгновение ока оставил нам те грехи, которые мы в течение целой жизни хотим и не хотим оставить? «Измыйтеся, и чисти будите», повелевает Господь чрез Пророка. Но как, Господи? – «Отъимите лукавства от душ ваших пред очима моима,.. – и приидите, и истяжимся, глаголет Господь, и аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю, аще же будут яко червленое, яко волну убелю» (Ис. 1:16:18). Отрекитесь прежде сами от нечистот своих искренно и постоянно, и потом с совершенною доверенностию предоставьте Богу продолжать или переменять купель, им для вас поставленную. Кровавые пятна нечистой природы будут убелены кроткою водою благодати; язвы непослушания омыются и уврачуются слезами раскаяния; деяния плотские умертвятся духом; вожделения и помыслы душевные очистятся огнем искушения и страдания.
Ничто так не опасно для желающих очищения, как то, чтобы они не успокоивали себя одною наружною чистотою, которая, услаждая их самолюбие, удержала бы стремление ко внутреннему и всецелому очищению. Да видят они, что делает Церковь в очищении видимого храма: оно начинается от внутреннейших и существеннейших частей, и от сих сообщается всем. Так должно быть и с человеком. «Очисти прежде внутреннее В отд. изд. напечатано так: «Очисти прежде внутреннее (сткляницы и блюда) (иносказательно) говорит Христос, «да будет и внешнее (их) чисто». , – говорит Христос, – да будет и внешнее... чисто»« (Мат. 23:26). Человек! источник нечистоты твоей в твоей внутренности: заграждай потоки в источнике. Уклонением ума и воли ты отпал от Бога, и погибаешь в самом себе; отпади от себя глубоким внутренним самоотвержением, и ты обрящешься в Боге, и Бог в тебе. Изглаждай сокровеннейшие следы твоей собственности, где только их приметишь. Положи в огонь очищения самые добродетели твои; не ограждай себя сим «листвием смоковным» (Быт. 3:7), которое более обнаруживает, нежели покрывает наготу немощи твоей; ищи лучше в наготе самоотвержения чистоты своей пред очами того, который в чистейшей наготе пролил за тебя очистительную кровь свою; «отложи» без остатка «твоего ветхаго человека тлеющаго в похотех» (Еф. 4:22).
По мере совлечения ветхого человека христианин облекается в нового, и за очищением храма внутреннего следует украшение.
Если очищение внутреннего человека состоит в отложении всего, что свойственно растленному человеческому естеству, то тем менее обновление и украшение оного может быть располагаемо по чертежам человеческого мудрования. Красота тварей недостойна человека, призываемого к славе Божественной, и может ли она в человеке удовлетворить Богу? Одно то украшение, которое с таким великолепием сияло в первосозданном, возвеличить может обновляемый храм Божий. Образ Божий в человеке есть такое сокровище, которое не только человека, но в нем и весь мир делает Богу драгоценным и любезным.
Где же найдем мы сей вожделенный образ, толь давно изглажденный, разрушенный и потерянный ветхим Адамом? – Он явлен, слушатели, паки в новом Адаме, в воплотившемся Сыне Божием, и преподан нам Его словом и жизнию. «Образ... дах вам», сказал Он пред разлучением с учениками своими, «да якоже Аз сотворих.., и вы творите» (Ин. 13:15).
Доколе внутренний храм наш не столь еще упразднен от образов мира и плоти, чувств и воображения, чтобы мог вместить в себе великий образ Иисуса Христа, – мы можем собирать в оный уменьшительные образы Его, которые Он показал миру в избранных своих последователях. Апостол даже с убеждением предлагает себя самого в образец для тех, которые не смеют взирать на Божественный пример Господа: «молю... вас, подобни мне бывайте» (1 Кор. 4:16). Впрочем сие подобие, присовокупляет он, не должно вас удовлетворять и успокоивать само собою, но только приближать к существенному образу совершенства во Христе: «подобни мне бывайте, якоже аз Христу». Нет сомнения, что только неослабным подвигом и даже «болезнию» мы можем достигнуть того,"да вообразится в нас Христос» (Гал. 4:19). Мы должны, по словам Писания, «преднаписать» его себе «пред очами» (Гал. 3:1) и непрестанно брать для себя с образа его каждую черту, для которой будем находить место в нашем уме, в нашем сердце и в нашей жизни. Надобно, чтобы мы его сопровождали от его рождения до его смерти, от яслей до креста и гроба, и подражали Ему во всем, что вочеловечившийся Бог может сообщить человеку долженствующему быть «причастником Божественнаго естества» (2 Пет. 1:4). И когда наконец раздробленные черты истины, правоты, любви, смирения, послушания, долготерпения, умерщвления Христова, нами приемлемые и сохраняемые, слиются в единый живой образ Его; когда сей нерукотворенный образ отразится во всех наших силах, способностях, действиях и наполнит их так, что мы не «восхотим и ведети что.., точию Иисуса.., и сего распята» (1 Кор. 2:2), и сие «не... по плоти, но по духу» (2 Кор. 5:16) В отд. изд.: «в дусе». ; когда во внутреннейшей храмине души, в небесной славе смирения, совокупно видимы будут ясли и крест Иисусов, подобно как в сем видимом алтаре священная трапеза, где Христос таинственно рождается и совершает крестную жертву свою; когда дух человеческий готов будет ежеминутно с духом Иисусовым предавать себе в руце Божии, – тогда «готов престол Твой оттоле», и одушевленному «дому Твоему подобает святыня Господи в долготу дний» (Пс. 92:2:6) не земли, но «неба».
Престол Вездесущего не может быть празден, слушатели. Господь не умедлит посетить дом, коего един Он есть зиждитель и краеугольный камень, и украситель, и украшение.
«Аще... снасаждени были подобию смерти Его, то и воскресения будем» (Рим. 6:5). Если мы насадили в себе его жизнь умерщвления, то процветет в нас и «сущий в нем живот и свет человеков» (Ин. 1:4). Если мы не стыдимся «носить поношение» (Евр. 13:13) Сына человеческого, и хвалимся о кресте Его, то узрим и «славу... единороднаго от Отца» (Ин. 1:14). Если в Нем умираем себе и миру, Он воскреснет в нас и в безмерном избытке все возвратит нам в себе самом. Привлекаемый силою своего в нас подобия Он «явится сам, и посетит» (Бл. Мак., «Беседы», 33), как изъясняется некто из посещенных Его благодатию, – «посетит душу чрез все ея исходы, стези и чувства». Он «приидет... дверем затворенным» (Ин. 20:19) и предстанет во внутреннейшем ея основании; постигнет и «приближится» на пути (Лк. 24:15) внешней деятельности; предварит «в горе» (Мат. 28:16) Богомыслия; воссияет в духе неприступным светом своим; воспылает в сердце «преспеющею разум любовию своею (Еф. 3:19). Человек не столько будет чувствовать жизнь и бытие свое, сколько присутствие и действование возлюбленнаго своего Спасителя. «Живу... не ктому аз, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20).
Но почто прежде времени немотствовать там, где и достигшие в меру возраста Христова, самые гласы словесе, в благоговении трепещут и умолкают? Апостол Павел освящение внутреннего храма называет «тайною сокровенною от век и... родов» , и, в то самое время, когда открывает, что уже она «явися святым» (Кол. 1:26), что «Бог восхоте сказати, кое богатство славы тайны сея во языцех», – заключает сию богатую тайну в сих только словах: «Христос в вас, упование славы» (Кол. 1:27). Един тот может ввести во святилище тайны сей и показать ее богатство, кто повелевает вратам вечным, и тогда только покажет, когда они отверзутся. «Тайна Господня боящимся Его, и завет Его явит им» (Пс. 24:14).
О, тайна таин, тайна славная и неизвестная, толь близкая и недосягаемая, толь давно проповеданная, но всегда неизреченная, толь часто пререкаемая, и толь редко постигаемая! Тщетно любопытство желает одним взглядом проникнуть всю глубину христианства, тщетно неверие думает слышать осязанием и слухом познавать свет, – Бог разумов таится от премудрых и разумных и открывается младенцам; его тайна не может быть исторгнута или похищена, но только испрошена терпеливо и дарована милосердо.
Наш долг, христиане, очищать и украшать храм свой, а не назначать Господу время и образ Его благодатного посещения. Если мы желаем испытать, как Он может обитать в сем храме, то испытаем прежде, как мы совершаем наше к тому приуготовление.
Отделимся на минуту от самих себя и внидем во внутренний храм наш хотя столь же хладнокровными зрителями, каковыми бываем иногда в храме видимом. Можем ли мы не приметить в нем множества образов мира, и плоти, которые одни за другими в него вносятся, одни над другими утверждаются и возвышаются, совокупно или попеременно требуют какой-либо жертвы и, хотя от времени до времени, ее получают. И сие ли есть храм единого Бога, или, это всебожница мира?
И, между тем, Господь «при дверех» (Откр. 3:20). О милость, о неблагодарность, непостижимые! Какой раб может пренебрегать посещением владыки своего, и какой владыка может снести такое пренебрежение? Может ли богатый оставить нищего толцать во врата свои от утра до вечера, и нищий не проклясть жестокосердного? Но Ты, Господи, с неизреченными сокровищами щедрот Твоих, с того времени как воссиял надо мною свет Евангелия Твоего, стоишь у вечных врат души моей, а я не внемлю Твоим кротким толцаниям, и вратами тления убегаю, скитаться по миру, и просить у врагов твоих моей погибели.
Пожелаем, слушатели, чтоб у каждого, кто будет отверзать врата освященного ныне храма, и входить в них, в то же время отзывались в душе, и отверзали бы ее Богу, Божественные слова освящения: «вознесите, врата, главы ваша, и отверзитеся врата вечная, и внидет Царь славы» (Пс. 23:7). Аминь.

Дивились, без сомнения, сей тайне и на небесах, когда она там открылась; когда Иисус Христос, воскресший, и возносящийся, дабы сести одесную Бога Отца, «показася Ангелом», в невиданной ими славе Богочеловека. Небесное удивление, как и все небесное, прекрасно. Дивились Ангелы тайне и славе Богочеловека: но не смущались. Вопрошали: «кто есть сей Царь славы?» но не любопытствовали, не сомневались; желали знать, чтобы благоговеть; и прежде нежели провозглашено им разрешение вопроса их: «кто есть сей Царь славы», они уже принимали Его, как Царя славы; потому что уже взывали: «возмите врата князи ваша, и возмитеся врата вечная: и внидет Царь славы» (Пс. 23:7-8). Чем более непостижимою видят они тайну: тем более находят ее достойною непостижимаго Бога, тем более благоговеют, тем более славят Бога, тем более просвещаются Его славою, и блаженствуют. Там ведение и слава не противоречат и не завидуют тайне: и тайна до безконечности умножает славу и свет.