Книга пророка Исаии 38 глава 12 стих

And still, in addition to the things that have been said above, it grieved Hezekiah that there was no one from his offspring to take his place in the succession, for he had no child, at least at the time when he said these things. Therefore, he was then about to die childless and leave behind no one to take his place in the succession, the succession from which salvation among people had been awaited. He was thus cut off, separated from the generation of Christ and from the “seed of David,” and the text says that he then said to himself: My spirit has gone out and departed from me like one who pitches a tent and then takes down the tent. And he is speaking about the body when he says tent, as also the divine apostle called his body a “tent” 244 when he said: “For while we are still in this tent, we sigh with anxiety.” And in the deliverance from the tent he is speaking about the putting aside of the body, for the spirit takes down the tent and leaves the body behind. But also as a web of a weaver, after severing the woven robe—the things of my life and of every life—he pushed away the severed web in the end. And therefore, each one of the saints is weaving a robe and adorns his soul through his deeds. It is for this reason that he said he was as a web of a weaver, and then he added who approaches to cut it off because of the death that drew near to him. 

 

Век мой взят и переносится как куща пастырей. Взята у меня жизнь, и перенесена с веком моим, как куща пастырей, которая сегодня здесь, а утром уже в другом месте. Свилась жизнь моя как нить. Подобно свившейся нити сократилось и умалилось время жизни моей. Как ткань, которую скоро перережут. Спешу исполнить меру дней моих, уподобляюсь ткани, которая скоро будет перерезана.

Я сказал в преполовение дней моих: пойду во врата преисподней; я искал остатка лет моих. Я сказал: не увижу Господа Бога в стране живых; не увижу более человека и обитателя покоя. Прекратился род мой: снят и унесен от меня, как шатер пастухов. Прервана как бы ткущим жизнь моя: когда еще я сновался, Он подрезал меня; от утра до вечера Ты покончишь со мною. Я ждал до утра: как лев, так Он сокрушил все кости мои. От утра до вечера Ты покончишь со мною. Рассказывает, что он безмолвно помышлял во время угнетавшага его бедствия и угрожавшей болезни. Я сказал, говорит, в сердце моем, в преполовение дней моих, или как Акила и Симмах и Феодотион перевели, в болезни и безмолвии дней моих, вместо чего LXX перевели высота, по причине сходства буквы, вместо dame читая rame, хотя некоторые dame перевели кровь, чтобы был смысл: в крови дней моих, когда требовалась или ожидалась моя кровь и моя погибель. Итак в отчаянии я сказал: пойду во врата преисподней, или по общему закону природы, или в те врата, о которых, вследствие своего освобождения, Псалмопевец поет: возносяй мя от врат смертных, яко да возвещу вся хвалы Твоя во вратех дщере Сиони (Пс. 9:14-15). Я думаю, что это — те врата ада, которыя не преодолевают Петра (Мф. 16), ибо он почил в полноте дней своих. Святые достигают полноты дней своих, каков был Авраам, который умре исполнен дней, в старости добрей (Быт. 25:8). Грешники же и нечестивые умирают в преполовение дней своих. О них и Псалмопевец говорит: мужие кровей и льсти не преполовят дней своих (Пс. 54:24). Ибо они не наполняют дел добродетелями, и не стараются засаждать грехи покаянием. Посему в средине течения жизни и во тьме заблуждений будут препровождены в ад. Искал, говорит, остатка дней моих, думая, что я уже не буду жить. Я сказал: не увижу Господа, Господа в стране живых. Вместо Господа и Господа, в еврейском дважды поставлено Іa, которое слышится в последнем слоге alleluia, вместо чего LXX перевели: уже не увижу спасения Божия во стране живых. О ней в другом месте написано: благоугожду пред Господем во стране живых (Пс. 114:8), и опять: благоугожду пред Господем во свете живых (Пс. 55:14). Следовательно страна святых есть та самая, которая называется светом живых. Ибо Бог не есть Бог мертвых, но живых (Мф. 22:32). Все же то, чего он боится, состоит в том, что он, будучи отведен в преисподнюю, не удостоится видеть спасение Божие. Далее следует: не увижу более человека и обитателя покоя. Последнее слово, вследствие его двусмысленности, мы некогда присоединили к следующему стиху; ибо еврейское слово holed, если читается или пишется eled, значит покой: если edel, означает запад. Следовательно он боится, что не будет вместе с святыми и людьми Божиими обитать в покое, что не увидит Господа в стране живых, что род его будет уничтожен подобно шатру, что он, подобно ткани, будет отрезан в самом начале дня, и что от семени его не родится Христос. А что тело наше называется шатром, этому и Апостол научает говоря: находясь в этой скинנи, воздыхаем под бременем(2 Кор. 5:4). От утра, говорит, до вечера Ты покончишь со мною: ждал я до утра. И Иов говорит, что это он претерпел во время своего злострадания и телесных мучений, когда днем с нетерпением ожидал ночи, а во время ночной темноты ожидал дневного света думая, что с переменою времен могли измениться мучения (Иов. 7). Что это справедливо, это знает находящийся в жару от сильных пароксизмов лихорадки, котораго все кости пожирает, подобно льву, внутренний огонь, и который думает, что он от великой силы боли не останется уже в живых.
*** Итак, в отчаянии я сказал: Должен я идти во врата преисподней, или по общему закону природы, или в те врата, о которых, вследствие своего освобождения, псалмопевец поет: Возносишь меня от врат смерти, чтобы я возвещал все хвалы Твои во вратах дщери Сионовой (Пс. 9:14-15). Я думаю, что это - те врата ада, которые не преодолевают Петра (Мф. 16), ибо он почил в полноте дней своих. Святые достигают полноты дней своих, каков был Авраам, который умер в старости доброй, престарелый и насыщенный жизнью (Быт. 25:8). Грешники же и нечестивые умирают в преполовении дней своих. О них псалмопевец говорит: Кровожадные и коварные не доживут и до половины дней своих. (Пс. 54:24). Ибо они не заполняют дел добродетелями и не стараются заглаживать грехи покаянием. Поэтому в средине течения жизни и во тьме заблуждения будут препровождены в ад.

Отсюда ясно, что жизнь его была близка к концу, потому что он уже намеревался умереть, и все-таки был спасен Богом. Итак, это было делом как бы нового воскресения; хотя решение относительно смерти не исполнилось, однако жизнь его как бы имела конец. И такой умерший был воздвигнут Тем, Кто освобождает от смерти.

Прежде всего надобно сказать следующее. Семьдесят здесь читали: в высоте дней моих, тогда как другие толкователи переводили: в половине дней моих. А я думаю, что перевод семидесяти толковников весьма основателен. Ибо святой город был осажден, когда Рапсак и с ним многочисленное войско Ассирийское стояли вокруг него. Но Бог устами Исаии обещал, что Он сотворит удивительное и неожиданное, и спасет находящихся в опасности, удалит из Иудеи тирана и что он умрет, пораженный домашними нестроениями. Итак, когда все это пришло в исполнение в то время, которое назначил Бог всяческих, слава царствования Езекии достигла высшего предела. И так я сказал в себе, говорит, что во время славы или в то самое время, как дни мои достигли высоты, я буду во вратах ада и оставлю последние годы. Потом к этим словам присоединяет те, которые, случается, произносят в крайнем страхе люди, подвергшиеся болезни и видящие недалеко от себя смерть. Слова сии суть: к тому не узрю спасения Божия, к тому не узрю человека от сродства моего, оставих прочее живота моего, отыде от мене; а я был, как разрушаемый шалаш, и как стан женщины-работницы хозяйки дома, то есть, работающей или ткущей для себя и наконец приближающейся, чтоб обрезать ткань. Потом говорит, что в продолжение всей ночи и дня он предан был как бы некоему льву, сокрушающему кости мои. Кто это лев? Или тяжкая болезнь, или смерть, раскрывающая свою пасть на подобие зверя и угрожающая нападением, или ужас, пробуждающийся в душе от ожидания смерти. Ибо страх и уныние сокрушают душу и уничтожают всю ее силу.

Метафоры. Пастух постоянно перемещается, поэтому его жилище легко снимается. Когда ткач заканчивает ткать кусок полотна, нити основы, соединяющие ткань со станком, отрезаются (см. также коммент. к Суд. 16:13,14). Полотно судьбы Езекии уже соткано, и он будет «отрезан» от земной жизни. Уподобление человеческой жизни ткущемуся полотну известно из греческой мифологии, но не встречается в древней литературе Ближнего Востока.

жилище мое снимается с места... Ты пошлешь мне кончину. Для того чтобы выразить мучительное чувство скоротечности жизни, Езекия прибегает ко множеству метафор, в которых Господь предстает как бы противником царя (ср. Пс. 22; 32,3.4).

«Жилище мое», т. е. тело. «Я должен отрезать». возможно правильнее: «Я смотал в клубок жизнь мою, так ткач (который сматывает оставшиеся от пряжи нитки в клубок), так как Он отрезал меня от основы». Езекия хочет сказать, что он считал свою жизнь уже законченной.

I became an alien to the living, a stranger to my kinsmen. It has departed and gone away from me like one who takes down a tent he has pitched; my spirit was with me. He calls the body a tent, and the soul its inhabitant, whose departure makes the body resemble a tent being taken down. Then he also introduces another parable: It became as a weaver's web when she is near to cutting it. I was like, he says, not only a tent being taken down but also a fabric still on the loom, but not long before being cut off. In addition to this, he teaches the severity of the illness: For I was delivered up, he says, 13 until morning as to a lion; thus he has broken all my bones.