К Римлянам послание ап. Павла 8 глава 16 стих

Итак, жизнь во Христе невозможна без Св. Духа (8:8) «Если же кто Духа Христова не имеет, тот не Его». . Его присутствие показывает кардинальное изменение статуса верующих, ставших детьми Божиими: «Ибо вы... приняли дух усыновления, которым взываем: Авва, Отче! Сам Дух свидетельствует с духом нашим, что мы - дети Божии» (8:15-16). Это новое положение обеспечивает верующим доступ к наследию Бога. И в первую очередь это относится к получению славы Божией, в которую через Свои страдания уже вошёл Иисус Христос: «Если же дети, то и наследники: наследники Божии, сонаследники же Христовы, если мы действительно с Ним страдаем, чтобы с Ним же и быть прославленными. Ибо страдания нынешнего времени несравнимы с тою славою, которой предстоит открыться в нас» (8:17—18).

Рим. 8: 15 - Все «...приняли Духа усыновления, Которым взываем: Авва, Отче!» Говоря об усыновлении Богу, Павел, будучи римским гражданином, использует свои познания римского права - Lex Romana. По римским законам, «всыновление» - patria poiesias — означало установление абсолютной, безграничной власти отца над приемным сыном. Юридически вся прежняя жизнь усыновленного лица зачеркивалась начисто, все долги аннулировались. Человек как бы рождался заново и становился полноправным наследником своего нового отца. Усыновление происходило в присутствии 7 свидетелей, которые гарантировали права приемного сына.

По Ап. Павлу, Сам Св. Дух свидетельствует о нашем всыновлении Богу: «Сей Самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии» (Рим. 8: 16). Крещением человек начинает новую жизнь, все его грехи прощены; он - полноправный наследник Царства.

На основе этих стихов Рим. в Православной Церкви было установлено «Последование в сыноположение» (Большой Требник, параг. 66, стр. 166). Усыновляемый вводится в алтарь, подводится к жертвеннику. Новый отец принимает нареченною сына у жертвенника: «...и приемлет отец сына от жертвенника, сын же падает к ногам отца, и попирает отец его выю (шею), глаголя: “Сын мой еси ты, аз днесь родих тя”» (Пс. 2: 7; Иер. 3: 19, Ос. 1: 10).

Комментируя Рим. 8: 16, прп. Феофан Затворник (Говоров) отмечал, что все, водимые Духом Божиим, суть чада Божии, над которыми Св. Дух должен постоянно господствовать, как кормчий над кораблем, чтобы право усыновления не было утрачено. Восприятие Духа Святаго в Его полноте, приобщение к Божественной славе означает вступление со Христом в полноту наследственных прав Сына.

Но Сын Крестом Своим открыл нам царство. Поэтому, чтобы наследовать это Царство, Ап. Павел призывает соучаствовать и в страданиях Христовых. Благодать Божия помогает нам нести Крест Христов: «...Дух подкрепляет нас в немощах наших... Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными» (Рим. 8: 26, 27).

Сыноположение во Св. Духе — тема евхаристическая. В первой части Евхаристического канона после возгласа «Благодарим Господа» — хор: «Достойно и праведно есть покланятися...». Свяшенник читает благодарственную молитву (ргаеі'асіо, по тсрминологии архим. Киприана Керна, или греч. «проимион»): «Достойно и праведно Тя пети, Тя благословити, Тя благодарити, Тебе покланятися на всяком месте владычествия Твоего...» В Литургии Василия Великого: «Им же (Христом) Дух Святый явися. Дух истины, сыноположения...» (Рим. 8: 15).

«...Приясте Духа сыноположения, о Немже вопием: Авва Отче. Самый Дух спослушествует духови нашему, яко есмы чада Божия. Аще же чада, и наследницы: наследницы убо Богу, снаследницы же Христу, понеже с Ним страждем, да и с Ним прославимся... Недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас» (Рим. 8: 15—18)

Павел использует другие образы, чтобы переформулировать мысль. 8:13 о том, что жизнь согласно плотским устремлениям ведет к смерти, а умерщвление этих греховных пожеланий с помощью духа дает жизнь вечную. Здесь человеческий дух (как можно понимать «дух» в. 8:13) тоже тесно связан с Духом Божьим (см. комм, к. 8:4), Который свидетельствует ему о богоусыновлении. Кроме того, по мысли Павла, бо- гоусыновление происходит через принятие Духа после обращения и отказа от жизни по законам ветхого мира. Только через Духа Божьего, которого имеют верующие, они могут назвать

жить в страхе - ожидая осуждения и, в итоге, смерти.

Авва - арамейское слово, означающее «отец». Так Иисус обращался к Богу в молитве, и так же Он велел поступать ученикам (ср. Мф. 6:9; Лк. 11:2). Этим словом подчеркиваются очень близкие отношения между верующими и Богом, подобные близости любящего отца к детям.

«Ибо Сам... Дух свидетельствует духу нашему», именно — намерению нашему, «что мы» делами нашими «(есмы) чада» и рабы со Христом.

Павел, кроме того, усматривает родство между Духом Божиим и духом человеческим. В человеке дух — та часть его естества, которая противостоит плоти и которая способна к прямому контакту с Духом Божиим:

Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии. Потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить

в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!». Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии. А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться. Ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас (Рим. 8:14-18).

Здесь Павел вводит важную тему: усыновления Богу. Мысли, которые высказывает Павел, являются почти дословным повторением Гал. 4:6-7 («...чтобы нам получить усыновление. А как вы — сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: “Авва, Отче!” Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа»).

На первый взгляд новая тема может показаться не вытекающей из предыдущего изложения. Но связующим звеном является тема рабства: усыновление Богу приходит на смену рабству греху. В рабовладельческом обществе статус сына и наследника радикально отличался от статуса раба: сын и наследник был равен отцу, тогда как раб не мог иметь на такое равенство ни малейших притязаний. По мнению Аристотеля, неравенство между рабами и свободными было не просто социальным: оно было онтологическим, природным Ср.: Аристотель. Политика 1, 2, 15. С. 40-41 («Очевидно, во всяком случае, что одни люди по природе свободны, другие — рабы, и этим последним быть рабами и полезно и справедливо»).. Павел не разделял этот взгляд О теме рабства см. на с. 95., но тем не менее хорошо знал о радикальном различии в статусе между рабом и свободным, а потому активно использовал терминологические пары «раб — свободный», «рабы — сыны» в своем богословском дискурсе.

Слова о Духе, Который научает христиан обращаться к Богу словами «Авва, Отче!», несомненно, отражают раннехристианскую литургическую и молитвенную практику обращения к Богу как Отцу. Эта практика восходит к Иисусу, Который преподал ученикам молитву «Отче наш» (Мф. 6:9—13; Лк. 11:2-4) и учил их не называть отцом никого, кроме Отца Небесного (Мф. 23:9). В Евангелии от Марка, в рассказе о молитве Иисуса в Гефсиманском саду, зафиксировано употребление Им арамейского слова «авва» ( abba) применительно к Своему Отцу: «Авва Отче! все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты» (Мк. 14:36). Формула αββα о πατήρ (Авва Отче!) как у Марка, так и у Павла (в Рим. 8:15 и Гал. 4:6) представляет собой арамейское слово в греческой транслитерации с прибавленным к нему греческим переводом.

Сама тема усыновления Богу также восходит к проповеди Иисуса. В подлинном, абсолютном и онтологическом смысле Сыном Божиим является Он Сам — «Единородный Сын, сущий в недре Отчем» (Ин. 1:18). Свое нерасторжимое природное единство с Отцом Он засвидетельствовал в словах: «Я и Отец — одно» (Ин. 10:30). В то же время, Он неоднократно обещал Своим ученикам усыновление Богу, если они будут исполнять Его заповеди: «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9); «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного» (Мф. 5:44-45); «Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего» (Лк. 6:35).

Приняв на Себя человеческую плоть, Сын Божий усыновил людей Своему Небесному Отцу. Но не всех, а тех, кто исполняет волю Отца Его (Мф. 12:50; Мк. 3:35). Тем, кто приняли Его как Единородного Сына Божия и уверовали во имя Его, Он «дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (Ин. 1:12-13). Это второе рождение Иисус называл рождением свыше, рождением «от воды и Духа» (Ин. 3:3-5).

Павел развивает те же идеи, но делает это по-своему, не повторяя слова Иисуса, которые мог слышать от других, а, скорее, подводя под них богословскую базу. Для него усыновление человека Богу является прямым следствием страданий Христа на кресте, но оно невозможно без соучастия человека в этих страданиях, делающих его не только сыном, но и наследником Бога.

Почему Павел считает нужным, помимо слова «сын», ввести также термин «наследник»? На этот вопрос в своем комментарии отвечает блаженный Феодорит:

Поскольку не всякий сын бывает наследником родителя, божественный апостол справедливо связал наследование с усыновлением. А поскольку и раб часто получает от господина какое-то наследство, но не становится общником сына, он по необходимости добавил «сонаследники же Христу», чтобы открыть несказанное человеколюбие. Если мы вместе с Ним страдаем, то это для того, чтобы вместе и прославиться. Ибо не все, удостоенные спасительного крещения, вкушают эти блага, но лишь те, кто к тому же разделяет и страдания Владыки Феодорит. Толкования на послания святого Павла (PG 82, 136). Рус. пер.: Библейские комментарии отцов Церкви. Новый Завет. Т. 6. С. 334..

Называя детей Божиих «наследниками (κληρονόμοι) Божиими» и «сонаследниками (συγκληρονόμοι) Христу», Павел вводит дополнительное терминологическое различие, призванное подчеркнуть общность между христианами и Христом. Христос — не только Сын, но и наследник В Послании к Евреям говорится о Сыне, Которого Бог поставил «наследником всего» (Евр. 1:2).. Он — наследник Отца по природному родству, а Своих учеников делает Его наследниками через усыновление Ему. Соответственно они становятся «сонаследниками», то есть входят в обладание тем наследством, которым по природе обладает Единородный Сын.

И происходит это благодаря действию Духа Божия, Которого Павел называет «Духом усыновления». Этот Дух действует в крещении, Он же научает уверовавших во Христа молиться Богу как Своему Отцу.

Итак, сказавши о различии в жизни, в дарованной благодати и свободе, (апостол) представляет и новое доказательство превосходства, получаемого от этого усыновления. Какое же именно?

Самый Дух, — говорит он, — спослушествует духови нашему, яко есмы чада Божия.

   Я утверждаю это, говорит он, не только на основании слова, но и на основании причины, порождающей слово, так как произношу это по внушению Духа. Это (апостол) еще яснее выразил в другом месте, сказавши: «посла Бог Духа Сына своего в сердца наша, вопиюща: Авва Отче» (Гал. 4:6). Что же значит — «Дух спослушествует духови?» Утешитель, говорит (апостол), свидетельствует о сообщенном нам даровании. Это — не только голос дарования, но и голос Утешителя, подавшего дар; Он Сам посредством дарования научил нас произносить это слово. А когда свидетельствует Дух, какое может быть недоумение? Если бы это обещал человек, или ангел, или архангел, или другая какая-нибудь подобная сила, то для некоторых сомнение, пожалуй, было бы возможно, но когда высочайшее Существо и даровало это, и свидетельствует нам об этом тем словом, которое повелено произносить в молитве, тогда кто может сомневаться в достоинстве? Когда царь кого-нибудь жалует и пред всеми объявляет о его чести, то осмелится ли кто-нибудь из подданных ему противоречить?

„ Сынами Божиими" и „наследниками Божиими" называются те великие праведники, которые удостоены ближайшаго общения с Господом, на которых почивает Дух Святый, „семя Его", которые стали своими Богу: Еф. 2:19; такие люди не согрешают и сознательно: Лк. 6:45; но не-намеренно иногда впадают в погрешности, по общей слабости человеческой: 1 Ин. 1:8; Еккл. 7:20.

К учению о благодати, как основании христианской нравственности, принадлежит и гл. 8. В главе 8 ап. Павел осмысливает то раздвоение, о котором была речь в гл. 7, как борьбу духа и плоти. Смысл спасительного дела Христова и есть осуждение греха во плоти. Духу человеческому сообщается дар Св. Духа, который соединяет нас со Христом (ср. ст. 10). В Духе Святом преодолевается власть плоти, и верующий усыновляется Богу (стт. 1–16). Но в нынешней жизни мы имеем только начаток Духа (ст. 23). С обладанием начатком связано ожидание полноты. Мы уже имели случай сближать «начаток» Рим. 8:23 с «залогом» других посланий ап. Павла. Цель верующего есть приобщение к божественной славе (стт. 17–30). Это приобщение есть вступление со Христом в полноту наследственных прав Сына. Но условие вступления есть участие в страданиях Христовых. В отличие от гл. 6, слава, о которой здесь идет речь, есть слава будущего века, та самая, которую человек утратил чрез грехопадение (ср. 3:23). Она распространяется и на тело (ср. ст. 23), и на всю тварь, которая тоже участвует в человеческом страдании и порабощена тлением (стт. 19–22). В этой надежде, которая, как и в гл. 5, есть надежда славы, Павел старается утвердить читателей (стт. 24–30). Он указывает на помощь Духа (стт. 26–27), Который влагает в наши уста слова молитвы. Очень возможно, что в ст. 26 Павел имеет в виду дар языков. Но с особою силою он говорит о Божественном изволении спасения (стт. 28–30). Угодная Богу полнота спасения понимается и тут, как слава, при том, как слава, уже данная (ст. 30: прославил). Она дана в Божественном изволении спасения. Это свидетельство о Божественном изволении спасения не может быть основанием для учения о предопределении в Августино-Кальвиновском смысле, – однако, не потому, как обычно утверждается в учебных руководствах, что предопределение обусловлено предведением. Божественное предведение, уже заключает момент избрания. Но учение о предопределении, как его формулировал бл. Августин и развил Кальвин, распространяет предопределение и на осуждение. В Рим. 8 Павел говорит только о спасении. Он знает и торжественно провозглашает, что Богу угодно спасение человека. Он ничего не говорит о предопределении осуждения. 

Ибо как сущий из сущности подающего Его святым, т. е. Христа, и так как мы, когда Божие Слово вселяется в нас Духом и обитает в нас, восходим к достоинству сыноположения, имея в себе Самого Сына, по образу Коего и преобразуемся причастием Его Духа, и, восходя к равному образу дерзновения, дерзаем говорить: «Авва, Отче» . Стало быть, Дух — Бог, раз Он делает богами приемлющих Его.

Философы говорили о совести, которая выступает как свидетель (ср.: Рим. 2:15; Рим. 9:1); евреи верили, что Дух свидетельствовал о Божьей истине против Израиля и других народов через пророков. Но здесь свидетельство Духа — радостная весть для сердца верующего. Законный акт усыновления у римлян (ср.: Рим. 8:15) должен был удостоверяться в присутствии свидетелей; здесь Дух удостоверяет, что Бог принимает верующих в Иисуса как Своих собственных детей.

В-третьих, освободившись от осуждения пред Богом и живя не по плоти, а по духу, – истинные христиане приобретают сладкое чувство сыновства пред Богом.

В этом чувстве мы не боимся взывать к Богу: «авва, Отче! Сей самый Дух (т. е. Дух Святой) свидетельствует духу нашему, что мы дети Божии» (Рим. 8:14–16).

Из мысли о сыновстве нашем Богу, как естественное следствие, выводится мысль о сонаследии нашем Иисусу Христу, но под условием, если мы будем сострадать Христу.

«Наследие у Бога, – пишет Амвросиаст, – не как у людей бывает. У Него оно есть дар отца детям повинующимся, так что живой делается наследником живого, но не по случаю смерти отца, а по своему чину – сына. Это изобразил Господь в притче о блудном сыне, введенном по благости отца в наследие всеми благами сыновства, ради одного возвращения к отцу. И Апостол, чтоб сделать нас готовыми повиноваться Отцу Небесному, убеждает к тому такою же надеждою, – что будем за то наследниками Божиими, сонаследниками же Христовыми; чтоб по величию чаемой награды, тем большее показывали мы усердие к делам Божиим, отодвигая назад всякую заботу о мирском... Что же значит быть сонаследниками Христу, сему научает нас Апостол Иоанн, говоря: егда явится, подобни Ему будем (1 Ин. 3:2)".

Что значит – водится Духом? В таинствах верующие получают благодать Святого Духа, которая рождает их к новой духовной жизни. Но этого недостаточно, можно и после этого опять подпасть обольщениям греха и грешить. А чтоб не грешить и продолжать жить по духу, нужно руководство Духа Святого, Который влагает в дух наш соответственные мысли, чувства и желания, верующий же должен внимать этому и руководиться им. Только такое возрождение и руководство Святого Духа дает право на сыновство Богу.
Из чего же видно, что верующие – сыны Божьи?
 Из отношения верующих к Богу. Вы, говорит Апостол, приняли не духа рабства из страха, а духа усыновления из любви. В Ветхом Завете дух закона состоял в том, что он страхом наказания удерживал людей в покорности себе, и бывшие под законом покорялись ему как рабы, невольники, так что дух жизни, навеянный всем существом закона, был духом рабства и страха. Дух Евангельской жизни не таков. Здесь служат Богу духом не как рабы, а как дети в доме родительском, из любви к Нему. И свою любовь к Богу как Отцу, выражают в молитве, когда называют Его своим Отцом. Смелость эту к Богу, как к Отцу, внушает верующим вместе с духом нашим и Святой Дух.
 Дух наш из глубины своего существа говорит нам, что мы чада Божьи (ср. Деян. 17:28). Но свидетельство его в падшем человеке глухо и почти не слышно, за суетным шумом клокочущих внутри нас страстей. Однако лишь только силою благодати укрощается это страстное море, тотчас воспрянет наш дух, и мы ясно услышим его радостный крик – Авва Отче! Таким образом, сам Дух Святой дает нам свидетельство, что мы дети Божьи, а если дети, то и наследники.
 Но наследство Божье христиане (дети) получают не так, как бывает обычно у людей, по смерти отца, а после своей смерти телесной.
Какое же наследие Божие? Апостол отвечает, что оно, собственно, есть наследство Христово, но в нем будут участвовать (сонаследовать) и христиане. Святой Евангелист Иоанн так говорит об этом наследии Христа: егда явится (Христос во славе Своей во второе пришествие на землю), подобии Ему будем (1 Ин. 3:2). Так верующие становятся едино с Ним, облекаются в Него, прививаются к Нему, как ветви к дереву. Если же мы теперь и страдаем, то страдаем за Христа и со Христом, а потому разделим с Ним и Его славу, потому что все христиане, доказав предварительно свою веру и любовь ко Христу страданиями своими, внешними ли то, или внутренними – борьбой со страстями, похотями и духами злобы, непременно с Ним и прославятся.
Таким образом, искупительная сила Иисуса Христа совершенно восстановит падшего человека, не только освободит его от рабства греху, но и от смерти, даруя ему блаженную – вечную жизнь. Остается в порабощении тварь, но и она будет восстановлена тою же силой. Ввиду такого славного будущего, Апостол и предлагает благодушно переносить скорби в настоящей жизни.

Тот, кто имеет в себе Духа Божия, — только тот носит в себе и свидетельство, что он чадо Божие. Без Духа Божия нет и этого свидетельства. Не способна его дать и вся вселенная. О чем ином свидетельствует нам собственно вселенная, без Духа Божия, как не о том, что мы ее рабы, ее жертва, которую она беспощадно проглатывает. Язычники, по сути дела, так и считали. А богоборцы наших дней — не думают ли они точно так же? Думают. Ведь и в самом деле трудно даже оторваться от этой мысли человеку, не познавшему Духа Христова, Духа Божия, Свидетеля небесного.

"Вы не приняли духа рабства", — говорит тот же Апостол (Рим. 8:15). Какой это дух рабства? Любой другой, кроме Духа Божия, Которого Христос ниспосылает любящим Его. Только Дух Божий есть всемирный Дух свободы и усыновления.

Сколько счастья, сколько мира, сколько радости, когда Дух Божий вселяется в очищенное сердце человека, как ласточка в гнездо свое! Тогда надежда отверзает сотни дверей в темнице космоса и наши объятья, превосходящие всю вселенную по широте, простираются к Кому то величайшему и более милосердному, чем вся вселенная. К кому? К Отцу! И тогда мы взываем:

Авва, Отче!

Свидетельство о Боге, приходящее к нам через глаза, может привести нас к сомнению того, что мы дети Божии. Но свидетельство, глаголющее в серб. букв:. приходящее. — Ред. нам из сердца, от Духа Божия, не оставляет в нас ни малейшего сомнения.

Это Бог свидетельствует о Боге.

Какое тут может быть сомнение? Умиленно ласкает нас Бог Дух Святой в самом сердце нашего существа. Где здесь место каким-то сомнениям? Нет, тогда мы с полной уверенностью знаем и чувствуем, что Бог — Отец, а мы — дети Божии.

Не рабы и не слуги кого бы то ни было, а именно дети Божии.

О Господи Боже Душе Святый, вселись в нас и пребудь с нами как Свидетель Троицы и Царства, как Свидетель бессмертного рая. Тебе слава и похвала вовеки. Аминь.

В возгласе "Авва, Отче" проявляется двойное свидетельство о нашем сыновстве - свидетельство нашего собственного духа и свидетельство, исходящее от Святого Духа (Гал. 4:6).

Далее Апостол указывает и на объективное свидетельство нашего усыновления Богу, – это свидетельство Самого Духа, которое мы слышим в своем сердце: «Сей Самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы – дети Божии». В славянском тексте употреблено более точное выражение «спослушествует», т. е. сосвидетельствует Дух Божий духу нашему. Значит, если наш дух свидетельствует, что Бог есть наш Отец, то и Дух Божий свидетельствуете что «мы – дети Божии».

Сам Утешитель свидетельствует о сообщенном нам даровании. Ибо мы выговариваем слово "Авва" не без свидетеля и не сами от себя, но это есть дар Утешителя; и Он научил нас говорить так в молитвах Духом, то есть дарованием.