К Римлянам послание ап. Павла 7 глава 5 стих

Согласно предыдущему повествованию, закон был необходим для обнаружения греха. Если в крещении человек «раз навсегда умер греху» (6:10), то он неминуемо «освобождён от закона, умерши для него»

В-третьих, христианин, разрывая союз с законом дел, заключает иное обязательство на верность в союзе со Христом, а цель этого сочетания есть святость. Не на вольный простор освободились мы, а на служение высшее и совершеннейшее - служение Богу. Каковы же черты этого служения? «В обновлении духа, а не по ветхой букве», т. е. по внутренним побуждениям сердца и по одной любви ко Христу мы должны служить и работать Ему, а не по формальным предписаниям закона.

Это очень сложный текст. Попытаюсь растолковать его для вас. «Когда мы жили по плоти». Апостол говорит нам: «Когда мы еще живыми были плотски». Заметьте, все послание апостола Павла явно обращено к покойникам, умершим для греховной жизни. Что значит «жили во плоти»? Речь идет о временах, когда плоть командовала нашим духом, когда главным было удовлетворение плотских желаний. Живет во плоти тот человек, у которого плоть — командир. Захотелось моей плоти кушать, я пошел кушать. Захотелось моей плоти блудить, я пошел блудить. Захотелось моей плоти пить, я пошел пить. Захотелось моей плоти почесаться, я почесался, как обезьяна. Если кто-то сидит на моем месте, я его оттуда двигаю локоточком, чтобы не мешал. Словом, плоть стала командиршей.

«Тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших». Тут стоит слово «пафимата», которое можно перевести как «чувствование», «действование», «страствование». Интересное слово, означающее страствование ощущений. Когда мы были в плоти, чувствование грехов действовало в членах наших, а через них действовал закон. То есть в наших членах действовали некоторые органы чувств той гниды, о которой мы говорили выше. Мы говорили, что грех — это какая-то гнида, что поселилась внутри человека. Глист, только на всего человека. У этого глиста, «чужого», повсюду щупальца. Как он действовал? Захотелось греха, и он командовал: «А ну-ка, возьми два пальчика и в глазки ткни». Человек берет и двумя пальчиками тыкает в глазки. Это то самое чувствование, действование греха, «пафимата».

Закон же действовал очень просто. Он предупреждал: «Двумя пальчиками двинешь, и я тебе как дам! Мало не покажется. Ударишь кого-нибудь, и я тебя тоже ударю. Глаз выбьешь, и я тебе глаз выбью». Закон стремился хотя бы страхом ограничить действия этого внутреннего паразита. Он элементарно давал по рукам, чтобы паразит всех не сожрал.

«Чтобы приносить плод смерти». Некрещеный человек тоже «беременный». Он беременный грехом, этим «чужим», глистом. Он рожает страшненького ребеночка. Помните, как в фильме «Страсти Христовы» в момент, когда бичуют Христа, Мэлом Гибсоном показан жуткий ряд людей-уродов, словно с полотна Босха, среди которых ходит сатана с уродливым ребенком? Этот уродливый ребенок и есть грех, порождаемый людьми. Человек, делающий грех, порождает вот этого внутреннего урода. Для того грех и действовал, чтобы мы были беременными и порождали плод чужой псевдожизни. Ведь жизнью это не назовешь, это не жизнь. Порождали кому? Мужу. А от кого мы были беременными? От смерти. И для нее мы рождали детей, этих паразитов. Гнев, злоба, ненависть, разврат, пьянство — все это растлевающие начала, которые разлагают человека и все вокруг него. Наша душа в прямом смысле рожала детей для чужого мужа. Не для Бога, а для мужа чужого. Закон же только давал по рукам, чтобы люди совсем не обнаглели.

Грехи были не только в самом человеке, но и переходили на других. Замечали, как гнев переходит на другого человека? Один гневится, пришел злой в коллектив, шваркнул об компьютер папкой — и возникает напряжение. А отчего оно возникает? Ребеночек родился. Этот противный маленький глист вылез наружу. Есть очень хорошее описание этого явления. Однажды некий монах увидел видение, в котором священник на исповеди слушал грешника, у которого изо рта вылезали зеленые змеи. Потом грешник хотел назвать один грех, но ему стало стыдно, и змея заползла обратно. Змеи, что выползали, сгорали, потому что из уст священника бил сжигающий пламень, а та змея, что заползла обратно, осталась. Это те самые роды, что происходят в грешнике. Точно так же христоносцы, праведники порождают добродетели, которые тоже заражают людей. Недаром нужно совершать паломничества, ибо соприкосновение даже с костями святого дарит покой и радость душе. Например, многие любят по многу раз ходить к блаженной Матроне, так как происходит заражение рождаемой святостью.

по плоти - руководствуясь стремлениями плоти, т. е. безнравственными наклонностями человеческой природы.

страсти греховные, обнаруживаемые законом - стремления к греху, которые выявляются благодаря заповедям закона. В греч. тексте слово «обнаруживаемые» отсутствует. По мысли Павла страсти могут, в некотором смысле, возбуждаться и стимулироваться законом, поскольку в падшем человеческом естестве, лишенном благодати Божьей, они возникают и даже усиливаются, реагируя на запрет заповеди (ср. Рим. 7:7-11).

приносить плод смерти - Когда человек находится вне действия благодати, страсти влекут к действиям, которые запрещены законом и в конечном итоге ведут к смерти или достойны смерти.

Продолжая развивать тему соотношения между законом и грехом, Павел обращает речь к знатокам закона, то есть к тем из числа его адресатов, кто до крещения принадлежал к иудейской традиции:

Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив? Замужняя женщина привязана законом к живому мужу; а если умрет муж, она освобождается от закона замужества. Посему, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею; если же умрет муж, она свободна от закона, и не будет прелюбодейцею, выйдя за другого мужа. Так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу. Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти; но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве (Рим. 7:1-6).

Только что Павел говорил о смерти для греха, но теперь он говорит о смерти для закона. Что означает этот новый разворот в логике его рассуждений? То, что Павел не желает отступить от сквозной темы Послания к Римлянам, доминирующей в нем начиная со 2-й главы. Напомним, что в ней Павел сначала говорит о естественном законе, написанном в сердцах язычников (Рим. 2:12-17), а затем обличает иудеев за несоблюдение постановлений закона Моисеева (Рим. 2:18-29). В следующей главе Павел заявляет о виновности всех людей перед Богом, «потому что делами закона не оправдается перед Ним никакая плоть; ибо законом познается грех». И говорит о том, что «ныне, независимо от закона, явилась правда Божия» (Рим. 3:20- 21). После раздела об оправдании верою, а не делами закона (Рим. 3:22-5:2), примирении с Богом (Рим. 5:6-11) и Христе как новом Адаме (Рим. 5:12-19) Павел вновь возвращается к теме закона, пришествие которого он связывает с умножением греха (Рим. 5:20-22). Вся 6-я глава послания посвящена соотношению между грехом, законом и благодатью.

Таким образом, на протяжении пяти глав мы наблюдаем сквозное развитие одной темы, которое продолжается в главе 7- й. В ней Павел, прежде всего, объясняет, что закон действует только при жизни человека, а после смерти прекращает свое действие (пример вступления во второй брак в случае вдовства приведен лишь для иллюстрации этой мысли).

Наиболее трудным для понимания в рассматриваемом отрывке является выражение «умерли для закона телом Христовым». О каком теле Христовом идет речь? Можно понять это как указание на тело Христа, которое умерло на кресте, благодаря чему верующие во Христа освободились от подчинения закону Barrett С. К. The Epistle to the Romans. P. 128. Cp.: Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам 12, 3 (PG 60,497). Рус. пер.: С. 623 («телом Христовым» = «смертью Владыки»).. Такое понимание отчасти подтверждается словами: «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою» (Гал. 3:13). С другой стороны, под телом Христовым можно понимать Церковь, в соответствии с формулой: «И вы — тело Христово» (1 Кор. 12:27). В этом случае речь идет об освобождении от закона благодаря членству в Церкви как теле Христовом.

В гл. 7 Апостол возвращается к мысли о связи греха и закона, которой он касался раньше (5:20–21, ср. 3:20, Гал. 3:19). Мы имели случай отметить соотносительность Павловых понятий веры и благодати, а, с другой стороны, принципиальную противоположность веры и закона. Из гл. 6 вытекает, что домостроительство благодати заступило место домостроительству закона (ср. стт. 14–15). В гл. 7, еще раз отметив конец закона в смерти Христовой (стт. 1–4), Павел показывает, в чем состоит связь греха и закона (стт. 5–25). То, что Апостол пишет о психологии греха (ср. стт. 7–11), как влечения к запретному, о двух законах, которые борются в человеке, о власти тела, восстающего против ума (ср. стт. 22–25), отражает личный опыт пишущего, пережитый им в подзаконном состоянии, но знакомый и каждому христианину. Эта страница в Рим. принадлежит к самым сильным словам, которые когда-либо были сказаны ап. Павлом. Она имеет, поистине, общечеловеческое значение. В ст. 25б Павел подводит итог сказанному. Но ему предшествует победный клич, которым Апостол отвечает в ст. 25а на вопль раздвоенности (ст. 24). Спасение от раздвоенности – в благодати. В некоторых рукописях ст. 25а прямо говорится о благодати Божией. Но даже в лучшей форме текста, которая лежит в основании и русского перевода, мысль Павла, несомненно, о благодати. Греху, отягченному законом, противостоит благодать. Благодать и спасает человека от греха. Грех и благодать – несовместимы.

Ибо когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, которые чрез закон Наши переводы вводят для пояснения дополнительные слова: «страсти греховные, (обнаруживаемые) законом» (Син.); «страсти греховные, (поднятые) законом» (Победоносцев); «страсти греховные, (вызываемые) законом» (еп. Кассиан). Даём перевод буквальный, чтобы был виден проблемный характер этого места,требующего истолкования. Ср.: «страсти греховныя, яже законом» (Елизав.). , действовали и т. д.

(V, В) Плотью он именует плотские помышления φρόνημα (Рим. 8:6.7.27). Ср.: «мудрование» (Елизав., Победоносцев); «помышления» (Син.); «помышление» (еп. Кассиан). , как и в другом месте он говорит: Живущие по плоти Богу угодить не могут (Рим. 8:8). Но разве не истинно, что такие увещания он направляет не тем, которые наставляются им в таинстве, поскольку они были вне этих помышлений? А что именно желает он показать, это необходимо рассмотреть внимательно. Так вот, когда мы проводили жительство плотское и в нас господствовало земное мудрование, тогда и действовали в нас страсти плоти чрез закон, чтобы приносить плод смерти.Так что же, спросят, законом привнесены страсти плоти? Как в таком случае мы освободим его от обвинения? Тогда мы что скажем на это? Не из-за закона пришли в движение в нас страсти плоти, но они происходят от врождённой похоти и завладевают ослабевшим умом. И это он ясно представляет нам, когда говорит: Плоть желает противного духу, а дух — противного плоти: они друг другу противятся (Гал. 5:17). Теперь же, опустив это, он говорит, что плоть выступает против духа, ничего не поместив посредствующего. Следовательно, не из-за закона приходят в движение в нас страсти плоти, но природно, и они парадоксальным образом восстают против желаний закона, как сам Павел говорит: Плотские помышления суть вражда против Бога, ибо закону Божию не покоряются, да и не могут (Рим. 8:7). Если же плотские помышления борются с законом, то разве не расстройство ума — полагать, будто им приводятся в действие страсти, столь противящиеся ему? Так что говорит Павел? Он беседует с теми, которые умерли для греха, погребясь со Христом посредством крещения, и с теми, которые уже обогатились умерщвлением страстей, которым и была бы прилична необходимость шествовать вне закона по причине того, что они освободились от страстей, осуждённых законом. Следовательно, когда мы ещё оставались в плотских помышлениях, страсти, чрез законперечисленные и наименованные, действовали в нас,были и мы под судом закона, поскольку и грех ещё жил в нас В рукописи В имеется окончание этой схолии (CramerJ. А. Op. cit. 1844. Р. 80), которое почти дословно совпадает с (7:6) и обоснованно исключено Ф. Пьюзи из текста. .

He calls the carnal mind “flesh.” As he also says 195 elsewhere, “Those who are in the flesh cannot please God.” Surely he does not entrust these things to anyone but those whom he is leading into the mysteries. So we must investigate carefully what he intends to communicate. When we used to live carnally, he says, and our earthly mind dominated us, the passions of the flesh were at work in us by the law “to bear fruit for death.” “What?” someone might ask. “The passions of the flesh were introduced through the law? In that case, how shall we rescue the law from accusation?” How then do we reply to this? The passions of the flesh are not stirred up in us by the law. Rather, they are born from natural pleasure, and they capture the weak mind. He makes this clear to us when he says, “What the flesh desires is opposed to the Spirit, and what the Spirit desires is opposed to the flesh; for these are opposed to each other.” Now here he omits the law and says that the flesh opposes the Spirit without putting anything in between them. Therefore, it is not by the law that the passions of the flesh are stirred up in us, but by nature. And, incredibly, the passions oppose the will of the law, as Paul himself says somewhere: “The mind of the flesh is hostile to God; it does not submit to God’s law—indeed it cannot.” Now if the mind of the flesh wars against the law, how is it not insane to think that the law stirs into action what is so opposed to it? So what is Paul saying? He is speaking to those who have been buried with Christ through baptism as having died to sin and having already attained the mortification of the passions. For them it would be proper to proceed without the law, at least in the sense that they have been freed from the passions that the law condemns. But since we still retain the mind of the flesh, those things that are identified and condemned as passions “by the law,” he says, “were at work in us.” We are accountable to the law so long as sin still lives in us. 196

Сказавши о новых плодах жизни с Богом, Апостол обращает внимание и на подзаконные плоды, как он прежде обращал внимание и на плоды греховной – языческой жизни (6:21). Плоды эти те же, что и вообще плоды греховной жизни, так как закон только обнаруживал человеческия страсти и потому приводил к тому же концу, т. е. смерти. Таким образом закон, как буква, без всякой внутренней силы, только связывал человека своими предписаниями, не давая силы для исполнения их, посему очевидно, что теперь, когда явился дух жизни, мы должны служить Богу сообразно этому новому духу жизни, служить свободно, радостно, с надеждою на полнейший успех.

Выясняя участие в произведении смертных плодов подзаконной жизни, св. Иоанн Златоуст говорит: «Апостол не обличает плоти, не сказал: страсти, которые производимы были членами, но: яже действоваху в членах наших. Сим показывает, что в человеке есть иное начало порочности, именно: не управляемые члены, а управляющие помыслы. Душа была как бы музыкант, а телесная природа гусли; они издавали такой звук, какой заставлял издавать музыкант. Посему нестройную игру должно ставить в вину не гуслям, а игроку». Что же касается участия закона, то, по слову его, «закон исправлял должность строгого обличителя и обнаруживал грехи». Но как участие всех этих влияний приводило к смерти, это особенно ясно представляет преосв. Феофан в следующих словах: «закон обличал страсти, совесть согласовалась с сим обличением и подавала голос свой словам закона, и человек убеждался словом закона и голосом совести; но всякий раз, как поднималась страсть, он, наперекор закону и совести, сознательно и самоохотно предавался страсти. Сим он нещадно убивал себя нравственно... Удар за ударом, – и конечная смерть, т. е. такое состояние, когда добрые возбуждения не поднимаются из сердца». Верующие в Иисуса Христа оживлены, конечно, духовными началами и потому они настроены так, что могут и должны работать Богу по внутренним, а не по внешним побуждениям, однако это им дается не вдруг, а потому в словах Апостола находится вразумление всем колеблющимся в последовании благодатному духу жизни о Иисусе Христе... Внедряя далее в умы и сердца читателей послания сознание великой благотворности веры в Иисуса Христа, Ап. Павел сначала представляет изображение нравственного человеческаго растления (в 7–25 ст.), а потом уже начертывает и самую светлость состояния Христиан под благотворным действием Христовой веры (8:1–39).

 Закон (какой бы ни был) имеет обязательную силу только над живыми, а не над умершими. Со смертью подзаконника прекращается для него обязательство закону. Это хорошо известно понимающим закон
  Жена, связанная с мужем законом, будет прелюбодейцей, если при живом муже выйдет за другого мужа, но если умрет ее муж, она освобождается от закона первого брака и может вступить во второй, без нарушения закона. Отсюда Апостол делает приложение к верующим во Христа.
 С кем в законном союзе люди были до Христа? С грехом, который царствовал в мире над людьми, как законный их глава. Христос плотью Своею, Своими крестными страданиями умер за грехи людей, и верующий в Него во святом крещении умирает для греха, следовательно, освобождается по закону от служения греху, чтобы сочетаться с Воскресшим, и приносить плод уже не греху, а Богу. Какой же плод приносили греху связанные, образно говоря, состоящие в супружестве с ним?
 Когда люди жили по плоти, в союзе с грехом, то вся их природа проникалась грехом, и во всех членах их господствовали греховные страсти, обнаруживаемые законом и приносящие плод смерти.
 Но ныне, уверовав во Христа и крестившись, мы умерли для греха. Смерть, таким образом, разорвала наш союз с грехом, и мы стали законно свободными от него, чтобы сочетавшись с Господом, обновленными Его благодатными дарами, служить Богу не наружно, как прежде (по ветхой букве), а духом – сердцем и всей духовной природой.

Но чтобы никто не подумал, что ап. Павел, провозглашая свободу от закона, разрушает Божие установление, домостроительство спасения, Апостол специально останавливается на роли ветхозаветного закона. Он говорит о той положительной роли закона, которую он имел, а именно: законом познается грех, степень виновности перед Богом. «Я не иначе узнал грех, как посредством закона» (Рим. 7:7). Закон, как зеркало, отражает наши грехи, открывает Божие требование и дан для нашей пользы. Но закон, обнаруживая живущий в плоти нашей грех, не дает силы его победить. Зло происходит от греха, делающего закон своей почвой. Грех берет повод от закона (Рим. 7:8), так как закон обнаруживает греховные пожелания. На законе испытывается наша свобода, которая, будучи несовершенной через приражение греху, старается уклониться от требований закона.