К Римлянам послание ап. Павла 2 глава 10 стих

То, что окончательный вердикт Божий зависит исключительно от поведения и дел, ставит иудеев и язычников в равное положение.

Горьким заблуждением со стороны ревнителей закона было то, что, твердо помня одни только свои права и преимущества народа Божия, они совсем забыли, что никакого «нет лицеприятия у Бога» (Рим. 2: 11), и потому «те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся...» (Рим. 2: 12).

После Пятидесятницы, по сошествии Святого Духа на апостолов, им всего естественнее, ближе и справедливее было обратиться с проповедью о Христе, уже пришедшем Спасителе мира, к своим, т. е. к иудеям. Это, во-первых, потому, что св. апостолы в день сошествия Святого Духа на них были окружены евреями, очевидцами совершившегося чуда; во-вторых, потому, что еврейский народ издавна был отделен Богом и возвышен над другими для сохранения истинной веры на земле, и особенно приуготовлен был к принятию Мессии пророчествами, прообразами и всем своим богослужением; в-третьих, потому, что в еврейских молельнях могли слушать богослужение и поучения и язычники; в-четвертых, также и потому, что тогда не было такого повсеместного племени, как еврейское, которое было рассеяно по всем известным тогда странам света. Следовательно, чрез евреев же гораздо легче и скорее учение Христово могло огласить вселенную. Святые апостолы, по указанию Христову, так и начали проповедь свою именно с евреев, из среды и в среде которых явился Спаситель, а потому они по праву прежде язычников должны были услышать проповедь о спасении во Христе (Мф. 10:5–6).

Евреи еще до явления христианства очень ясно сознавали свое особенное положение как избранного народа Божия, гордились им, но сами по жизни-то не были лучше иных язычников. Поэтому св. апостол и говорит им: Вот, ты называешься Иудеем, и успокаиваешь себя законом, и хвалишься своим единственно истинным Богом, и знаешь волю Его, разумеешь лучше, чем язычник. Ты уверен о себе, что ты, именно ты, путеводитель слепых, свет для находящихся во тьме, наставник невежд… как же ты, считая себя наставником других, не учишь себя самого? (Рим. 2:17–21) Ты хвалишься законом, данным тебе от Бога через Моисея, а преступлением закона бесчестишь Бога (Рим. 2:23). Знай, что Бог воздаст каждому по делам его, как тебе, еврею, так и язычнику: но еврею достанется больше как наград, так и наказаний. Потому, что кому дано много, с того больше и взыщут (Лк. 12:48).

Гл. 2, ст. 8. Тем, которые упорствуют и не покоряются истине, но предаются неправде, – ярость и гнев.

Ст. 9. Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое, во-первых, Иудея, потом и Еллина!

Ст. 10. Напротив, слава и честь и мир всякому, делающему благое, во-первых, Иудею, потом и Еллину! Видите – и опять: во-первых, Иудею.

Кто больше и дольше оказывал верности и преданности единому истинному Богу, кто усерднее других последовал за явившимся Спасителем мира, тому больше и утешения, и награды. Но Господь справедлив ко всем; Он не лишает Своих милостей пришедших к Нему на подвиги в девятый и даже в одиннадцатый час, т. е. в конце земной своей жизни или уже позже многих тружеников. Поэтому от Него подается слава, честь и мир тоже после иудея и эллину, т. е. всякому язычнику, делающему доброе. Потому что во всяком народе боящийся Бога и поступающий по правде приятен Богу (Деян. 10:35), т. е. достоин быть принят в Церковь христианскую, а чрез нее – в Царство Божие.

Почему слава, и честь, и мир? Господь дает славу такому человеку. Действительно, во все времена нормальные люди стремились хвалить добродетель. Самых маленьких детей всегда учили тому, что такое хорошо и что такое плохо. Это было присуще абсолютно всем народам. Лишь во времена слома цивилизаций возникало такое явление, что начинали хвалить зло и ругать добро. Однако такие периоды длились недолго, потому что для человека это противоестественно. Даже в советское время, как вы помните, были какие-то минимальные законы неделания зла. Естественный закон учил, что нехорошо воровать, обманывать и т. д. Эти вещи внушали с детства, но не потому, что советская власть хорошая, а просто у людей есть совесть. Другой вопрос, что бессмысленно было не делать с точки зрения советской идеологии, но тем не менее не совершать зло — это требование, идущее от сердца.

Точно так же в Китае говорилось о благородном человеке на основании учения Конфуция. Во всем мире возникал естественный нравственный закон. Недаром когда Господь пришел на землю, Он не стал давать принципиально новых заповедей. Порой люди заявляют: «Евангелие не может быть словом Божиим, так как заповеди Иисуса Христа имеют параллели с множеством этических систем древности». Да, конечно же, имеют параллели. А почему бы им их не иметь? Этические системы древности построены на голосе совести, а голос совести — это голос Бога. Бог же — это Иисус Христос. Почему Он должен Сам Себе противоречить? Было бы странно, если бы заповеди Евангелия радикальным образом противоречили совести.

Что представляет собой этика язычества? Это попытка ребенка нарисовать круг. А Евангелие — круг, нарисованный циркулем. Понятно, что круг, нарисованный рукой ребенка, часто на круг не похож. Он выходит неровным, но все-таки это попытка нарисовать круг. Круг же, нарисованный циркулем, — идеален. Подобным образом Евангелие противоположно языческой этике не как квадрат кругу, а как совершенство противоположно попытке его изображения. Потому святой Иустин Философ и утверждал: «Все, что когда-либо сказано и открыто хорошего философами и законодателями, все это ими сделано соответственно мере нахождения ими и созерцания Слова»¹. Он сказал так не потому, что хотел христианам что-то присвоить, а по той простой причине, что Бог Создатель мира является Богом и иудеев, и язычников. Он — Бог всех народов. Он создал все без исключения народы земли.

Итак, слава, честь и мир всякому, делающему добро. Насчет славы все ясно. Человеку хочется, чтобы за добро его похвалили. Замечали, как маленькие дети говорят: «Я вот так хорошо сделал. Ты мне спасибо скажи, пожалуйста»? Они хвастаются, и это, кстати, правильно. Очень дурно поступают родители, которые это разрушают. Обязательно нужно поддерживать это стремление ребенка. Славолюбие — это хорошо, когда человек хочет получить славу от добра. Плохо и неразумно поступают люди, которые это стремление пресекают. Нужно уметь поддерживать добро в других людях. У нас же почему-то принято игнорировать добро. Считают, что если похвалишь человека, он возгордится и упадет. Так он упадет гораздо быстрее, если ты его не похвалишь. Он скажет: «А с чего мне делать добро, раз меня никто не хвалит?» Нужно подчеркнуть: «Бог дал тебе сделать добро. Здорово, молодец».

Более того, очень хорошо искать похвалы от Бога. Христос специально на это давит. Мы хотим, чтобы в конце времен Христос нас похвалил. Есть христиане, которые не хотят, чтобы Христос их похвалил? Хотите, чтобы Он вас не похвалил? Говорят о высокой этике, которая не нуждается в похвале, но это не высокая этика, а дурость, псевдоэтика. Не смирение, а дурость.

Дальше сказано: «Мир всякому, делающему доброе». Интересный момент. Что значит «мир»? Это состояние покоя, мира на душе после доброго поступка. Замечали такое? Даже язычники, неверующие во Христа люди, чувствуют, что им становится приятно, хорошо после сделанного добра. Недальновидно поступают те миссионеры, которые заявляют: «У вас все плохо». Нет, не все плохо. И мусульмане делают добро, и иудеи, и язычники, и идолопоклонники, и коммунисты. Совесть требует, и они ей следуют. Здорово, ибо «слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, Иудею, потом и Еллину! Ибо нет лицеприятия у Бога» (Рим. 2:10–11).

Кстати, здесь возникает интересный вопрос: почему в первую очередь иудею слава, честь и мир? Логично было бы сказать: «Во-первых, эллину, а потом и иудею», потому что иудею легче, ему не нужно искать, что делать. Иудею дан явный закон. Даже и думать не надо — исполняй закон и все. Как вы думаете, почему все равно сначала иудею? Почему подчеркивается, что нет лицеприятия у Бога? Дело в том, что иудею нужно делать больше, чем по совести делает язычник. Закон требовал много такого, чего не требовалось от язычника. В Пятикнижии Моисеевом содержится шестьсот тринадцать заповедей, и многие из них никак не выводятся из совести. Они даны Богом помимо совести. Бог заповедал больше, чем требует совесть. К примеру, заповедь субботы никак не выводима из совести. Из совести не следует, что Богу нужно приносить именно такие жертвы, определенным образом очищать себя, ограничивать в конкретной пище и т. д. Все эти ограничения из совести не выводятся. То есть от иудея требовалось больше, чем от язычника, и именно поэтому выполнявший закон иудей получал большую похвалу от Бога, похвалу в первую очередь. Но и эллину, служащему Богу и делающему добро, слава, и честь, и мир.

Святитель Иоанн Златоуст отмечает: «Под еллинами разумеет здесь Павел не идолопоклонников, но людей богобоязненных, повинующихся естественному закону, которые, за исключением соблюдения иудейских обрядов, сохраняли все относящееся до благочестия»². А святой Феофан Затворник дополняет: «Веровали в Бога Творца, Промыслителя и Воздаятеля, надежду свою всю на Него единого возлагали и боялись оскорбить Его нарушением чего-либо, что совесть внушала им, как богоугодное, — и, так быв настроены всегда, богатились делами правды и любви, обязательность которых сознавали»³. Таким людям слава, и честь, и мир, ибо, как было сказано подробно в прошлой главе, идолослужение есть величайшее преступление мира. Когда уверяют, будто идолопоклонник, поступающий по заповедям своей религии, может быть спасен, знайте, что это ложь. Идолопоклонство само по себе уже величайшее преступление, великий грех пред глазами Бога.

всякой душе человека - т. е. всякому живущему человеку.

2:9-10 во-первых... Еллина - см. комм, к. 1:16.

2:10 мир - (а) вечная жизнь, уготованная праведникам, будет мирной и спокойной; (б) праведники будут жить в мирных отношениях с Богом (ср. 5:1).

+++Павловы послания. Комментированное издание. С комментариями А. Десницкого и других. Под ред. А. Десницкого. М.: 2017. С. 44++

Прочитанный отрывок из Послания апостола Павла к Римлянам труден теоретически, в богословском отношении, но понятен и приемлем для всякого человека, который обладает врожденным чувством справедливости. Действительно, как не принять слова Апостола о том, что Бог воздаст каждому по делам его (Рим. 2:6)? «Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое. … Слава и честь и мир всякому, делающему доброе» (Рим. 2:9–10)? Но, с другой стороны, разве не сам же апостол Павел утверждал, что человек оправдывается не делами Закона, а только верою в Иисуса Христа, … ибо делами Закона не оправдается никакая плоть (Гал. 2:16)?

Попытаемся разобраться в этом видимом теоретическом противоречии. И первое, на что следует обратить внимание, — та духовная реальность, которая для апостола Павла не требует доказательства, ибо основана на его личном опыте. Реальность эта состоит в том, что вера в Искупителя и Спасителя Иисуса Христа открывает сердце человека для благодати Духа Святого, той благодати, которая преображает искаженную грехом человеческую природу — сердце, ум, совесть, поступки. Обретя Духа Христова, Апостол мог воскликнуть: Уже не я живу, но живет во мне Христос! (Гал. 2:20). В Духе Святом человек следует не голосу греха и непослушания воле Божией, но приносит плод Духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание (Гал. 5:22–23). Для людей веры не нужен Закон, который и выражает волю Божию, и принуждает исполнять ее. На таковых нет Закона (Гал. 5:23). То добро, которого требует Закон, творится людьми веры без принуждения, свободно, по велению преображенного сердца. Поэтому вера, по мысли апостола Павла, которая не проявляется в делах человека, есть абсурд. Это и не вера вовсе. Он сказал бы даже, что веру человека вообще можно видеть только в делах его.

Спрашиваешь, почему Св. Павел сказал: слава же и честь, и мир всякому, делающему благое, Иудееви же прежде и Еллину, — и при этом вовсе не упомянул о христианине? Итак, знай, что у Апостола Павла идет речь о живших до Христова пришествия во плоти, потому что, занявшись ими, не коснулся он еще времен благодати. Еллинами же называет здесь не идолослужителей, но людей благочестивых, которые ведут жизнь по закону врожденному, без иудейских обрядов, сохраняя все, относящееся к благочестию, каковы были Мельхиседек, Иов, Корнилий.

Мы уже отметили ударение на вере в обращении (ст. 5, ср. еще ст. 8). В стт. 16–17 оно подчеркнуто с особою силою и подкреплено текстом из пророка Аввакума. Но если приобщение к правде Божией, поставленное в зависимость от веры, должно быть понимаемо, как процесс деятельного восхождения, – то и вера имеет разные степени: Павел говорит о возрастании веры. Из слов Апостола вытекает, что мера откровения правды Божией находится в прямой зависимости от возрастания веры. И, наконец, последнее: путь спасения по вере открыт каждому. В представлении иудеев, а, значит, и Павла, род человеческий делился на две части: на иудеев и на эллинов. Спасение по вере объемлет и иудеев, и эллинов. Павел провозглашает абсолютный универсализм спасения. Но преимущество – по силе непреложных обетований Божиих – имеют иудеи (ст. 16). Правда, с преимуществом спасения связано и преимущество ответственности. Иудеям принадлежит первенство в наследовании спасения, но они и первые несут наказание за зло (ср. 2:9–10). Мысли, намеченные в стт. 16–17, получают развитие в послании.

Первая – догматическая – часть послания (1:18–4) доказывает положение об оправдании верою. Павел отправляется от факта всеобщности греха (1:18–3:20). Он, прежде всего, показывает, что ответственность за грех несут и язычники (1:18–32). В естественном откровении им было дано познание Бога, которым они пренебрегли. Те страшные грехи, – и в том числе и в первую очередь грехи против естества, – в которые они впали, были попущены Богом в наказание. Но сила греха господствует и над иудеями (2–3:20), Павел признает непреложные преимущества иудеев, покоящиеся на нерушимом слове Божием. Но под властью греха эти непреложные преимущества оказались бездейственными. Положение иудеев, имеющих закон, не отличается от положения язычников, не имеющих закона. Грех иудеев являет бессилие закона, то самое бессилие, на котором Павел настаивает и в Гал. Закон не дает оправдания.

Из рассмотренного отдела о подсудности иудеев надлежит выделить для особого примечания следующие слова Апостола Павла:

Иже (т. е. Господь Бог) воздаст коемуждо по делом его… Не слышателие бо закона праведни пред Богом, но творцы закона сии оправдятся (Рим. 2:6, 13). Чем замечательны слова сии в устах Св. Ап. Павла? Тем, что он считается (и действительно есть) главным и настойчивым проповедником оправдания единой верой без дел закона, а между тем здесь судьбу людей ставит в зависимость от праведного воздаяния коемуждо по делом его, и оправдание обещает только творцам закона. Пусть же лютеранские лжеучители, столь любящие ссылаться на Апостола Павла, уразумеют, что условием спасения он ставит не просто веру, но веру, рождающую дела, или, как выражает он в другом месте, – веру любовью (т. е. делами любви к Богу и ближним) поспешествуемую (Гал. 5:6). «Ничто нечистое не войдет в царство Божие, – примечает по сему поводу один толкователь слов Павловых, – и потому, когда услышишь “верь только и спасешься” – затыкай уши. Это речь змеиная» (Еп. Феофан).

 Господь будет судить только за дела. И вера, дело, только начальное, руководящее поведением христианина. Она выводит на путь спасения, дает силы для спасения, самое же спасение совершается делами по вере. Когда услышишь, что только верой спасешься, надо бежать этих соблазнительных и опасных речей. Они не от Бога, а от врага спасения нашего.
 Тем, кто решился жить свято и богоугодно, поддерживая себя надеждой будущего мздовоздаяния (славы и чести),тому Бог даст вкушение вечных благ – жизнь вечную.
 А тем, которые грешат не случайно, а рвутся из рук Истины, заповедующей добродетельную жизнь, и охотно, с раболепством, повинуются неправде, зная, что она – неправда, тем – ярость и гнев, отвержение от Бога – идите от Мене (см. Мф. 25:41), и страшные мучения.
 Апостол снова повторяет сказанное о суде, желая как бы сильнее запечатлеть ту истину, что будет суд ,и на нем каждый получит то, что заслужил своими делами. Внутренние, душевные (скорбь) и внешние, телесные (теснота) страдания и муки падут на всякую душу, как главную виновницу грехов, делающую злое со тщанием, увлекающуюся злом и не раскаивающуюся в нем. На душу иудея, как более осведомленного в истине, падут прежде всего и большие наказания, а потом и на душу эллина.
 Всю полноту благ, уготованных Господом в Царстве Его Небесном, получат все преимущественно иудеи, которым труднее было оправдаться, ввиду массы предъявленных к ним требований закона, потом и эллины, те из язычников, которые чтут Бога и живут по правде, под руководством естественного богопознания и совести.
 Чтобы кто не подумал, что Бог несправедливо равняет в наградах язычников, не имевших писаного закона и откровенного богоучения с иудеями, избранным народом Божиим, Апостол и прибавляет, что Бог не лицеприятен. Кто чего достоин по своим делам, тот то и получит, иудей ли он или эллин, безразлично.

-10 Божий суд основывается на том, что составляет характер отношения человека к Богу. Лишь те, кто получают благодать, действительно "ищут славы, чести и бессмертия" (ст. 7). Остальные "упорствуют", не покоряясь Богу (ст. 8). Павел учит, что спасение даруется по милости, а суд производится по делам (2 Кор. 5:10). Если бы не милость, и иудеев, и язычников могло бы ожидать лишь одно — осуждение (ст. 10; Рим. 1:16).

Если оказались виновными в своей греховности перед Богом язычники, имевшие лишь естественное откровение, то тем более виновными оказываются иудеи, которые имели всю полноту ветхозаветного откровения о Боге. Ап. Павел показывает, что хотя иудеи и хвалятся законом и Писанием, превозносятся этим перед язычниками, осуждают всех, но сами тоже подлежат смертному осуждению от Бога, потому что сами делают то же, хотя и не сознают своей греховности и виновности перед Ним. И если они до сих пор остаются не наказаны, то подлежат в день суда еще большему осуждению, чем язычники. Иудеи присвоили себе принадлежащее одному Богу право судить другие народы, и в этом их великий грех.

Ап. Павел поэтому говорит о всеобщности суда и наказания: «Те, которые не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут, а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся, потому что не слушатели закона праведны перед Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2:12–13). Язычники осудятся по закону, данному от рождения: способности познавать добро и зло, т. е. по закону совести, а иудеи осудятся как бы по двойному закону: закону внутреннему, от природы, и закону писанному, данному от Бога через Моисея.

Естественный нравственный закон, или закон совести, с которым человек рождается в мир – всеобщий судья рода человеческого (Рим. 2:14–15). Сверх этого закона иудеи имели закон Моисеев – это их преимущество (Рим. 2:10, 7–20), ибо он путеводил к истине, но лишь при исполнении его. А без исполнения закона он лишь больше осудит иудеев (Рим. 2:9). Истинный тот иудей, кто исполняет закон, притом исполняет не по букве, а по духу, т. е. делает закон из долга своей внутренней потребностью (Рим. 2:23–29).