К Римлянам послание ап. Павла 10 глава 8 стих

Далее апостол Павел цитирует Втор. 30:12—13, где Моисей говорит, что за словом Божиим нет необходимости отправляться за море или даже на небо, отныне закон не является недоступным, он в устах человека, в его жизни и сердце. «А праведность по вере говорит так: не говори в сердце своем: “кто взойдет на небо?” — чтобы Христа свести. Или: “кто сойдёт в бездну?” — чтобы Христа из мёртвых возвести». Но что она говорит? «“Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоем” — слово, которое мы проповедуем» (10:6—8). Опираясь на эти ветхозаветные свидетельства, Павел напоминает, что Мессия уже явился и жил на земле. Следовательно, нет нужды Его заново сюда свести или «из мёртвых возвести». Всё уже совершилось и проповедуется людям, близко и доступно им.

Для кого закон Божий — предмет размышления, тому сразу является милосердие, чтобы он жил вовек. Как может кто-либо быть блаженным без Божественного сострадания? Блажен тот, кто о законе Господнем размышляет день и ночь! Однако кто размышляет над законом, тот поучается в законе, и кого наставлял закон, того наставил Господь, слова Которого — закон. И потому написано: Блажен человек, которого наставишь Ты, Господи, и от закона Твоего научишь (Пс. 93:12). Станем же и мы учиться размышлять над законом! Пусть нас не отвлекают мирские соблазны, пусть не останавливают нас препятствия, но будем всегда внимательны к закону Божьему! Ведь написано: Уста праведника будут упражняться в премудрости, и язык его произнесет суд (Пс. 36:30). Это сказано в Ветхом Завете. Послушай, что говорится в Новом: Близко слово в устах твоих и в сердце твоем (Рим. 10:8). В Послании к Титу апостол показывает необходимость этого размышления особенно для священнослужителей, говоря, что епископ должен быть держащийся истинного слова, согласного с учением, чтобы он был силен и наставлять в здравом учении, и противящихся обличать (Тит. 1:9). А это, конечно, до-стигается при внимательном и глубоком размышлении, а не по-верхностном чтении. И в Послании к Тимофею апостол говорит: Внимай чтению, наставлению, учению! (1 Тим. 4:13), потому что частое чтение, не нарушаемое перерывом, производит дар учения.
А просьбой пророка о том, чтобы жить, мы часто показываем, что жизнь этого тела не имеет благодати истинной жизни. Однако эта истинная жизнь будет в будущем, блага которой, как верует каждый из святых, он увидит на земле живых (Пс. 26:13). Мы веруем в то, что мы увидим, не в настоящем, но в будущем.

Поэтому-то и говорит Писание: близко к тебе слово евангельское, убедительное в истории христианства и в современной жизни; должно быть оно в устах твоих и в сердце твоем, то есть слово веры, которое мы проповедуем. Поэтому как бы так говорит апостол: тебе не нужно вдаваться в заоблачные мечтания, чтобы искать Христа и Христовой спасительной Церкви вне земли или чтобы углубляться суемудренно в преисподняя земли, в пласты горных пород, чтобы там отыскать, отрыть тебе нужную для спасения души истину. Она близ тебя, мы ее тебе влагаем в уста и в уши, мы тебе проповедуем; она нам сообщена чрез Духа Святого. Поэтому прими ты ее от сердца, не много мудрствуя, прими – как небесный подарок, как письмо с неба – святое учение нашего Спасителя и полюби Его. Полюбивши Его от всего сердца, ты уже, конечно, будешь Его и прославлять, и исповедовать.

«Но что говорит Писание? Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоем». Это цитата из Второзакония, которую мы читали выше. Слово, которое Бог дал тебе для спасения, рядом, около твоих уст. Оно устами твоими произносится, поселилось в твоем сердце. Наступил Новый Завет в Крови Христа, когда закон Бога поселяется внутри сердца человеческого, когда человек делает дела Божии при помощи Святого Духа, живущего в нем. А Святой Дух приходит к человеку сразу же после крещения — во время миропомазания.

«То есть слово веры, которое проповедуем». Какое слово оправдывает? То слово веры, которое мы возвещаем. Это Символ веры, конечно же. Мы спасаемся, в прямом смысле этого слова, Символом веры, поэтому от крещаемого, исповедующегося и причащающегося требуется, чтобы он веровал по Символу. Это вера, в которой мы спасаемся.

что говорит Писание - В греч. тексте нет слова «Писание», поэтому субъектом здесь может быть и «праведность от веры», как и в. 10:6 (ср. Кул.).

слово веры - весть о спасении через веру во Христа или же апостольское предание как суть христианской веры.

Апостол Павел очень образно противопоставляет «Закон» и «праведность по вере». Если Моисей о «праведности по Закону» пишет, то новая «праведность по вере» говорит, как бы возвышает свой живой голос. Как тут не вспомнить противопоставление буквы и Духа: буква убивает, а Дух животворит (2 Кор. 3:6). Если Моисей пишет отстраненно, обращаясь к человеку вообще, в третьем лице: исполнивший его человек жив будет им (Лев. 18:5), то вера говорит «на ты», обращается к сердцу человека: «Не говори в сердце своем: Кто бы взошел на небо?». Если Моисей связывает обетование жизни с неким условием (жив будет только тот, кто будет соблюдать заповеди Закона), то праведность по вере дается без условий, она приходит к человеку сама, она близко. Апостол Павел при этом цитирует книгу Второзакония: «весьма близко к тебе слово сие: оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его» (Втор. 30:14). Но ведь Второзаконие говорило о «слове заповеди Закона». На каком же основании апостол Павел относит эти слова ко Христу? — Дело в том, что уже задолго до апостола Павла иудейские книжники в том «близком Слове» признавали Премудрость Божию, которую они отождествляли с Законом. Об этой Премудрости Божией написано: «Кто взошел на небо, и взял ее, и снес с облаков? Кто перешел моря и нашел ее? Нет никого, знающего путь ее, ни помышляющего о стезе ее. Но Знающий всё знает ее. … Он нашел все пути Премудрости и даровал ее … возлюбленному Своему Израилю. … Вот Книга заповедей Божиих и Закон, пребывающий вовек. Все, держащиеся ее, будут жить …» (Вар. 3:29–32; 37–38; 4:1). Но для апостола Павла явившаяся на земле Премудрость и праведность от Бога есть Христос (1 Кор. 1:30)! Эта Премудрость сошла с небес, она воскресла из бездны преисподней, она близка в Слове веры, которое возвещают апостолы.

Стихи 5-8. Моисей бо пишет правду, юже от Закона (Лев. 18:5). В доказательство того, что Закон должен был принять конец, Апостол приводит слова самого Моисея, который обещал евреям жизнь или оправдание только за полное исполнение его. Но для исполнения Закона, по словам Моисея, не нужно ни на Небо восходить, ни в бездны моря опускаться: то есть не нужно прибегать к каким-нибудь внешним — механическим или физическим средствам и усилиям. Слово Закона, как пишет Моисей, близко и должно быть близко от сердца каждаго, и исполнение его не тяжело (Втор. 30:11-14). Но оно (слово Закона) в устах и в сердце каждаго, очевидно, по силе веры, как и объясняет Апостол. Стало быть (заключает Апостол), если и исполнение Закона возможно только при вере, то и праведность Закона, к которой стремился Иудей, возможна только при вере.

Слова Моисея о Законе Апостол прилагает ко Христу. И как еврей мог находить в самом себе, в своём сердце, в своей вере силы к выполнению Закона, так и верующий в своём сердце может найти силу к признанию Воплощения и Воскресения Иисуса Христа; и этой верою и исповеданием спасётся.

Что такое праведность от веры? Она вовсе не представляет собой некий новый нравственный кодекс, принципиально отличный от предлагаемого законом Моисеевым. Описывая эту праведность, Павел вообще не обращается к сфере нравственности: он говорит лишь о вероучении. И предлагает очень простой символ веры, состоящий из двух пунктов: устами исповедовать, что Иисус есть Господь, а сердцем веровать, что Бог воскресил Его из мертвых Некоторые ученые в прошлом предполагали, что формула «Иисус есть Господь» была самым ранним исповеданием христианской веры и что она возникла как ответ на языческий культ императора, которого требовали именовать «господом». См.: Cullmann О. Die ersten christlichen Glaubensbekenntnisse. S. 22. Такое мнение косвенно подтверждается «Мученичеством Поликарпа Смирнского» (II в.), где рассказывается о том, как этому святому старцу, ученику апостола Иоанна Богослова, предлагали избежать смерти, признав кесаря господом: «Что плохого в том, чтобы сказать “кесарь есть Господь” и принести жертву и остальное, и остаться в живых?» Но Поликарп остался непреклонен: «Я не намерен делать то, что вы мне советуете» (Мученичество Поликарпа Смирнского 8,1-2. SC 10,252-254. Рус. пер.: С. 383). В современной новозаветной науке предположение о прямой связи между почитанием Иисуса как Господа и культом императора в основном отвергнуто. См.: Barrett С. К. The Epistle to the Romans. P. 187.. Такое исповедание спасет всякого уверовавшего, будь то иудей или эллин.

Свою мысль Павел разъясняет при помощи парафраза слов из книги Второзакония:

Ибо заповедь сия, которую я заповедую тебе сегодня, не недоступна для тебя и не далека; она не на небе, чтобы можно было говорить: «кто взошел бы для нас на небо и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?»; и не за морем она, чтобы можно было говорить: «кто сходил бы для нас за море и принес бы ее нам, и дал бы нам услышать ее, и мы исполнили бы ее?»; но весьма близко к тебе слово сие: оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его (Втор. 30:11-14).
Однако, если в цитируемом тексте речь идет о восхождении на небо и хождении за море, то у Павла — о восхождении на небо и сошествии в бездну. Возможно, на то, как он модифицировал текст Второзакония, повлиял стих из Псалтири: «Взойду ли на небо — Ты там; сойду ли в преисподнюю — и там Ты» (Пс. 138:8). Для него в данном случае важны образы движения вверх и вниз — к небу и в бездну. Он показывает, что этим путем прошел Христос: после Своей смерти Он спустился в преисподнюю, а после воскресения вознесся на небеса. Именно этот подвиг Христа является основанием для надежды на спасение, а не упование иудеев на собственную праведность.

Спасение получается не чрез одно устное исповедание Господа: Лк. 6:46; Рим. 2:13; недостаточно для него и одной бездеятельной веры: Иак. 2,14— 21. Искренняя и истинная вера в Господа всегда сопровождается подвигами добродетели: Лк. 9:23; 2 Тим. 4:7.

Его второй ответ на вопрос о судьбах Израиля есть обвинение самого Израиля. Это – тема гл. 10, но ап. Павел подходит к ней постепенно. В 9:22–24 он говорит о милости и долготерпении Божием. После того, что было сказано в 1:18–3о всеобщности греха, должно быть ясно, что наказания заслуживали все. Его отсрочка была проявлением долготерпения, и спасение было возможно только по милости Божией. В частности, вина Израиля состояла в том, что он искал «закона праведности»... «не в вере, а в делах» (9:32). Он не уразумел, что «конец закона Христос к праведности всякого верующего» (10:4). Павел старается показать, что учение об оправдании верою во Христа может быть выведено из Ветхого Завета (10:6–10). Как и во многих других случаях, он не дает точной цитаты (из Второзак. 30). Иудейские внебиблейские тексты доказывают, что те слова, на которые он ссылается, цитировались очень часто. Ссылка Павла в Рим. Х есть не столько цитата, сколько комментарий: сказанное о законе он прилагает ко Христу. Свою мысль он подкрепляет другими ссылками (стт. 11, 13) и в ст. 17 высказывает общее положение: «вера – от слышания, а слышание – от слова о Христе» (такова лучшая форма текста). Слово о Христе было проповедано Израилю, но проповеданному слову Израиль не внял. Это и есть его грех, за который он несет наказание.

Обращаясь к сущим от языков, Павел говорит: «Поминайте вы, языцы, глаголемии (καλούμενοι) необрезание, яко бесте во время оно без Христа, отчуждена жития Исраилева и чужди от завет обетования, упования не имуще и безбожна в мире, ныне же познавшие Бога» (Еф. 2:11-13). Затем, разъясняя им образ познания, говорит: «Близ ти глагол есть, во устех твоих и в сердцы твоем, сиречь глагол веры, егоже проповедаем. Яко аще исповеси усты твоими Господа Иисуса, и веруеши в сердцы твоем, яко Бог Того воздвиже из мертвых, спасешися»   (Рим. 10:8-9) . Итак, когда верующий во Христа Иисуса и исповедающий, что Он есть Господь, как познавший истинного Бога, оправдывается, то как же Сын — не Бог по природе? А будучи таковым, как Он может быть и творением?

Пункт пятый. К наибольшему обвинению евреев Апостол сравнивает удобство новозаветного способа оправдания чрез веру с недоступностью оправдания чрез закон, которую евреи вполне должны были знать (Рим. 10:5–16).

«Моисей пишет о праведности закона: исполнивший его человек жив будет им (Лев. 18:5). А праведность от веры так говорит: не говори в сердце твоем: кто взойдет на небо? т. е. Христа свести (Втор. 30:12), или кто сойдет в бездну? т. е. Христа из мертвых возвести» (Рим. 10:5–7). Сжатость речи апостольской производить в ней некоторую неясность. Подлинная мысль Апостола такова: Моисей говорит, что для спасения нужно исполнить весь закон, – а кто может это сделать? На строгие требования закона относительно праведности ветхозаветный человек мог только отвечать: где мне взять праведности? Во мне нет ее, и чтобы ее достигнуть – нужно идти либо на небо, либо за море, т. е. она совершенно недостижима, все равно как бы находилась на небе или за морем. Оправдание же через веру совершается гораздо проще и легче. Хотя праведности в себе мы тоже не имеем, хотя она должна быть усвоена от Спасителя, который видимо с нами не пребывает, однако никто не должен говорить: где мне взять праведности? Идти ли на небо, где должен быть Спаситель, или в ад, куда Он нисходил? Для приобретения Его праведности не необходимо Его видимое присутствие с нами, и отсутствие Его не затруднит дело оправдания.

В самом деле, «что говорит Писание? Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоем, т. е. слово веры, которое проповедуем (Втор. 30:14). Ибо если устами твоим будешь исповедовать Иисуса Господом, и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься, потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению» (Рим. 10:8–10).

Из множества мест Ветхого Завета, ясно доказывающих его подготовительное ко Христу значение, в настоящем случае Апостол берет только два или три. В первом из них ясно указывается недостижимость спасения чрез закон, так как им требовалось исполнение закона полнейшее, совершеннейшее, неукоснительное, чего между тем не мог достигнуть никто сам по себе. А посему очевидно, что закон должен был получить свое исполнение чрез особенную Божественную помощь, которая и дана в лице Иисуса Христа, исполнившего всякую правду (Мф. 3:15) и весь закон (Мф. 8:17).

Второе место приведено Апостолом в доказательство удободостижимости спасения чрез веру, так как для веры, как внутреннего состояния, не требуется каких-нибудь внешних усилий и множества трудов, а только сердечное чувство благоговейной веры в Господа Спасителя и всецелой преданности убеждению в Его снизшествии на землю для нашего спасения, в Его живоносное воскресение из гроба и другие основные предметы Апостольской проповеди о Нем. В этом месте достойно внимания то, что Апостол нашел мудрую возможность объяснить применительно к Иисусу Христу общее учение о близости для сердца предметов веры в Бога к частным предметам Христианского учения. Глубоко-знаменательные выражения ветхозаветные о снизшествии на землю и восшествии на небо подали к сему естественный повод, а сокровенный смысл их к справедливому применению, верному как по внутреннему соотношению предсказания и исполнения, так и по внешнему очевидному выражению. Древние толковники, обращая внимание на слова Апостола – да не речеши в сердцы твоем, говорят о необходимости твердой веры в Иисуса Христа. «Не должно входить в исследование о Владычном домостроительстве, или подвергать сомнению, как вочеловечился Единородный Сын Божий и, прияв страдание, совершил воскресение, – но верою плодоносить спасение» (Феоф.). Так же говорит и св. Иоанн Златоуст: «видишь ли, что таково преимущество свойств веры, – оставив все земные соображения (должно) искать того, что выше природы, и отринув помощь помыслов, принимать все и утверждать на всемогуществе Божием». К сему можно присовокупить, что это и возможно, так-как, по слову одного церковного писателя, душа по природе Христианка, а потому ей не чуждо как общее учение о Боге – Творце и Промыслителе, так и частное учение о Господе Искупителе и Спасителе нашем Иисусе Христе, ибо учение это может быть удобоприемлемым для самой сердечной и убежденной веры, согласной со всеми требованиями высших умов, а вместе доступным и понятным для самых простых и детских душ (Мф. 11:25).

О правде через веру так говорит Господь народу, через Моисея. Заповедь, которую я заповедую тебе сегодня не недоступна для тебя и не далека на не на небе, чтобы можно было говорить кто взошел бы для нас на небо и дал бы нам услышать ее, и мы бы исполнили ее. И не за морем она, чтобы можно было говорить кто сходил бы для нас за море и принес бы ее нам и дал услышать ее, и мы исполнили бы ее? Но весьма близко к тебе слово сие оно в устах твоих и в сердце твоем, чтобы исполнять его (Втор. 30:11-14). Закон, написанный на скрижалях, на хартии, есть закон внешний. Чтобы ему стать источником жизни, он должен перейти в сердце, слиться со всем существом человека, и тогда заповеди уже будут написаны в сердце. Это – главное в законе, и осуществляется оно только верой в Иисуса Христа. Как пишется Новый Завет, со всеми его законами в сердце? Через веру в Господа Иисуса Христа, через возрождение крещением, и, наконец, через обручение Духа Святого в сердцах наших, то есть когда Дух начертает новый закон в самом сердце. Итак, корень всего – есть вера в Иисуса Христа, ибо верующий в Него получает Духа, Который учит нас всему (ср. 1 Ин. 2:27). Поэтому-то Апостол в пророчественные слова Моисея вставляет и исполнение их. Не говори: кто взойдет на небо, чтобы Христа свести, дабы Он начертал в нашем сердце Свой новый закон? Христос уже пришел, веруй в Него и получишь просимое. Не говори: кто сойдет в бездну, чтобы Христа из мертвых возвести? Он уже возведен, как Иона из бездн моря, воскрес. Веруй в Него, и восприимешь Христа, а с Ним и новый закон. Как за законами-заповедями не нужно было ходить ни на небо, ни за море, они были вблизи – принесены, начертаны, так и слово веры проповедуется всюду Апостолами.
Таким образом, единственный путь спасения есть вера в Господа Иисуса.