К Галатам послание ап. Павла 6 глава 14 стих

Апостол напоминает, что хвалиться следует не людьми, а Богом. Поэтому любые достижения в мире (успех, известность, слава, признание и т. п.) перестали для него существовать.

34. Распространяется аромат, благоухает миро в теле, если кто может сказать: Мир для меня распят. О если бы и я мог это сказать! Мир распят не для того, кто любит богатство, любит мирские почести, любит свое, а не Христово или любит видимое, но для любящего невидимоеСр.: 2 Кор. 4:18. ; не для жаждущего жизни, но для спешащего разрешиться и быть со Христом (Флп. 1:23). Вот что значит взять крест и следовать за Христом См.: Лк. 9.23. — умереть и быть погребенными вместе с Ним, стать благоуханным миром, которое женщина пролила для Его погребения (Мф. 26:12).

***

107. Вот высшая слава веры: поистине разуметь крест Христов. Нет мне никакой пользы от других крестов, мне полезен, и поистине полезен только крест Христов, которым для меня мир распят, и я для мира. Если мир мне распят, я знаю, что он мертв, и не люблю его; я знаю, что мир уходит, и не желаю его; я знаю, что тление разрушит этот мир, и бегу его, как смрада; остерегаюсь, как страшной болезни, покидаю, как пагубу.

Что драгоценнее Бога или чего недостает тому человеку, который может сказать; «Пусть не будет того, чтобы я хвалился, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят и я для мира (Гал. 6:14)?» Князь мира сего не может присваивать себе части в том, в ком не находит ничего своего.

 А я не желаю, говорит св. апостол, хвалиться, разве крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира.

Хвалятся, хвастают обыкновенно тем, что особенно ценится всеми, что составляет достоинство, например богатство, знатность рода, удачи в предприятиях, ум, образованность, изобретательность, хорошие, послушные и даровитые дети. И св. апостол мог бы, кажется, без самолюбия указать и на свои преимущества, например на почетное римское гражданство, на свой ум и обширную образованность, на свое значение среди других христианских деятелей. Однако ж обо всем этом он умалчивает, все это считает тщетным, ничего не стоящим. Для него радость, честь и слава – в Кресте Иисуса Христа, распятого за всех нас и давшего св. апостолу тоже понести за Его имя крест. В чем же состоит похвала о Кресте? В том, что Христос ради нас принял зрак раба, состояние уничижения, и претерпел страдания за нас грешных, неблагодарных и недостойных, и так возлюбил нас, что предал Себя на смерть. Что же можно найти равное сему? Если рабы хвалятся, хвастают похвалою, полученною им от своего господина, подобного им человека, то как же не хвалиться нам, когда Господь, истинный Бог, для нас не постыдился креста – самого позорного орудия казни? Посему и мы не будем стыдиться Его неизреченного милосердия к нам! Узник, в тюрьме заключенный и после посещения ее царем получивший свободу, едва ли когда-нибудь забудет о неожиданной милости царской. Нежели он станет стыдиться рассказывать о доброте царя? неужели тем более будет отдаваться порокам, доведшим его до тюрьмы? Нет, всякий, вкусивши сладкого, например свободы – высшего блага в мире, не пожелает добровольно принимать, испытывать и заслуживать горестей, нищеты, рабства. Так бывает с узником.

И св. апостол Павел чрез Христа получил свободу от прежних пороков, неуместной ревности, и вышедший на прямой, светлый путь к небу, даже принявший за веру Христову удары и язвы, ничем прошлым не хочет хвалиться, как только Крестом Христовым. Через Крест Христов мы, грешные, примирены с Богом Отцом, правосудие Его пременилось в милость, сила греха ослаблена, враг спасения попран, нам открыт легкий способ, прямой путь к блаженству, даны спасительные средства в Православной Церкви для более удобного очищения себя от грехов, для благочестивой жизни в Христе Иисусе. Чрез Крест Христов мы сделались наследниками Богу, сонаследниками Христу. И св. апостол, объятый неизреченною любовью к нам Богочеловека, навсегда отдался Ему, возлюбил Его всею душою, всем сердцем и всем помышлением своим. Для него жизнь только со Христом и во Христе. Он оставил дом, род, ни во что вменил свои труды и подвиги. Он для мира распят, мертв, глух к похвалам от людей, к блаженству, к родственникам. Он только и жил одною верою в Иисуса Христа, возлюбившего его и предавшего Себя за него (Тал. 2:20). Ради Христа страдания, узы, побои Павлу были радостны. Язвы, которые он носил на теле своем, были ему знаками чести и радостным воспоминанием о том, что он не вотще трудился. Он подвизался… подвигом добрым. Он был в больших трудах, безмерно в ранах, много раз в темницах и многократно при смерти. От евреев пять раз дано… было ему по тридцати девяти ударов треххвостной плетью. Три раза… били его палками; однажды камнями побивали; три раза… терпел кораблекрушение… много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в бедах от разбойников… от единоплеменников… от язычников; был в опасностях в городе… в пустыне… на море… между лжебратиями, в труде… в изнурении, часто в бдении, голоде… жажде; часто в посте, на стуже и в наготе. Кроме посторонних приключений, у апостола было ежедневно большое стечение людей и забота о всех им сооруженных Церквах (2 Кор. 11:23–28). И при всем том апостол не хвалился собою, а указывая на свои немощи, он прославляет только дивную благодать Божию, проявляющуюся в немощах его (2 Кор. 12:9). Как храбрый воин, принявший при защите отечества раны, увечье, хвалится ими как свидетельством своей верности отечеству, так и св. Павел свидетельствует свою верность и любовь ко Христу язвами, носимыми им на теле за имя Его. Какое смирение! И в то же время, какая высота, величие духа в святом апостоле!

И мы, братия, должны хвалиться Крестом Христовым, прославлять безмерное милосердие Спасителя к нам, недостойным, и проповедовать о крестных Его заслугах.

Но можем ли мы, подобно апостолу, похвалиться Крестом Христовым? Правда, мы иногда возвещаем про явления силы Христовой веры в людях. Многие из нас сознательно дорожат званием православного и не решатся перейти в другое иноверное общество христианское. Мы чувствуем спасительность нашей православной веры, знаем ее благотворное действие на жизнь человечества или на общество исповедующих Православие. Но запечатлен ли в нас Крест Христов? Постоянно ли мы носим в памяти и сердце образ нашего Спасителя, Его любовь к нам, Его увещания идти за Ним, Его обещание придти к нам и обитель у нас сотворить? Где в нас язвы за Христа? Где страдания за Его имя? Где честное служение общественному делу? Где правдивое, благонамеренное слово пред властями уже христианскими? Проповедуем ли мы правую веру инакомыслящим или темному люду? А главное – живем ли мы в смирении по заповедям евангельским? Не гордится ли иной богатством? Не выставляем ли мы напоказ своего ума и учености с целью, чтобы нас хвалили, нам льстили? Как будто бы природные дарования и способности наши нами самими приобретены, а не Богом вложены в нас! Не надеются ли христиане более на родню, на связи с сильными и только в крайнем случае на Бога? Ах, если бы христиане постоянно предносили пред собою Христову любовь к нам, Его страдания! Если бы в каждом из нас тотчас было видно, что в нас живет Христос, тогда наше общество было бы истинным царством Христовым, где царит мир, любовь, правда, смирение и молитва.

Но, Господи! Тяжело нам сознавать глубину падения нашего; мы не смеем, мы недостойны и очей возвести к Твоему Пречистому лику, покрытому терновым венцом. Мы знаем, что Твои руки прободены и кровь из ран струилась за множество наших беззаконий и для нашего спасения! Но своею жизнью, своею невнимательностью к горьким урокам житейским, своею ропотливостью за скорби в жизни, нередко молчаливостью о Твоей истине мы усугубляем Твои крестные скорби. Не дерзаем мы похвалиться Крестом Твоим, не нося отпечатка его ни в жизни, ни в сердце!

Ты знаешь, Господи, как мы творим завещанное нам святою апостольскою древностью крестное знамение! Многие ленятся возложить его правильно. Тяготятся сложить персты, как следует. Или водят рукою по груди своей как попало. Довольно часто при крестном знамении вовсе не вспоминают о содеянном Тобою на Кресте спасении нашем! Или имея образ благочестия, отвергшись силы его, гордятся своим правоверием, хвастают им; презирают, жестокосердно осуждают иноверие. Или при единоверии делают резкое различие между народностями и племенами.

"Изыди от земли твоея, и от рода твоего, и иди в землю, юже ти покажу" (Быт. 12:1). Таким образом, в самых этих словах заключалась тайна Креста, ибо это же прямо являет Павел, который, хвалясь Крестом, говорит: "Мне мир распяся" (Гал. 6:14). Ибо для бегущего без оглядки из отечества или от мира, земное отечество и мир умерли и оставлены без внимания, а это и есть Крест.

Но еще прежде чем он бежал от сожительства с нечестивыми, Бог говорит Аврааму: "Пойди из земли твоей, и иди в землю" — не которую Я дам тебе, но — "которую Я укажу тебе", этими словами как бы указывая на иную, духовную землю. Какие же были первые слова Бога Моисею после того, как он бежал из Египта и восшел на гору? — "Иззуй сапоги от ног твоих" (Исх. 3:5). Здесь открывается иная тайна Креста, естественным образом вытекающая из первой. Ибо хотя ты, — говорит, — убежал из Египта и отверг служение фараону и презрел носить наименование "сына дочери фараона" и, насколько от тебя зависело, упразднил и покончил с миром злого рабства, но тебе долженствует к этому прибавить и самого себя. Что же означает это: "Иззуй сапоги от ног твоих"? — Это значит: разреши кожаные одежды, в которые ты оделся и в которых грех имеет действие и отстраняет тебя от святой земли. Итак, "Иззуй сапоги от ног" — это тоже, что и сказать: не живи более по плоти и в грехе, но да будет упразднена и умерщвлена противная Богу жизнь и рассуждение плоти и закон в членах, противящийся закону духа и пленяющий законом греха; пусть он более не одерживает верх и не имеет действия, будучи умерщвлен силою боговидения. Разве это не есть Крест? — Ибо Крест, опять же согласно божественному Павлу, означает: "Распять плоть со страстьми и похотьми" (Гал. 5:24). Итак, "иззуй сапоги от ног твоих: место бо, на немже ты стоиши, земля свята есть". Эти же слова показали ему будущее освящение, имеющее наступить на земле благодаря Кресту, после явления Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Ибо тогда, взирая на величие зрелища: купину орошаемую в огне, — он предузрел имеющее некогда наступить пришествие Христово: потому что созерцание в Боге¹ есть тайна Креста, и оно-то проистекает из второй тайны (т.е. — из распятия себя миру), которая больше — первой (т.е. самого удаления от мира). Что то и другое неразрывно связаны друг с другом, явили и великий Павел и божественные Отцы наши: первый, говоря не только, что: "мне мир распяся", но и присовокупляя: "и аз миру"; а они — предписывая нам не спешить восходить на крест прежде креста; ибо, конечно, и то и другое являются выражениями и тайнами Креста. Итак, первая тайна Креста заключается в бежании от мира и удалении от близких по плоти, если они препятствуют благочестию и отвечающему сему образу жизни, и в телесном аскетизме, которое само по себе (без наличия духовных подвигов А.А.), мало-полезно, как говорит Павел (1 Тим. 4:8). Таким образом, согласно сей первой тайне Креста, нам мир и грех распяты, когда мы бежим от сего. Вторая же тайна Креста заключается в распятии себя для мира и страстей, когда они бегут от нас. Но не могут, конечно, они убежать от нас, ни мы не возможем разумно действовать, если только не будем в созерцании Бога: ибо когда упражнением в добродетели мы взойдем к созерцанию и когда украсим и очистим нашего внутреннего человека, изыскивая скрытое в нас самих божественное сокровище и вновь рассматривая находящееся внутри нас Царство Божие, тогда мы распинаем себя миру и страстям.

Поведению противников Павел противопоставляет самого себя. Он не хвалится «плотью», ни своей собственной, ни чужой. Вместо этого он «хвалится» Крестом Христовым. А Крест как раз и означает уничтожение «плоти», понимаемой как человеческое самохвальство в греховной удаленности от Бога. Похвалы заслуживает только Крест, а не «плоть», которая «желает противного Духу» (Гал. 5:17), ибо «те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5:24). Никакие человеческие дела, дела «плоти» и мира, не смогли сделать то, что сделал Бог на Кресте, на котором произошло искупление из рабства греху, смерти и Закону. Поэтому мир для Апостола Павла больше не представляет прежней ценности, равно как и его человеческое Я больше не существует для этого мира. Лишённый своей силы и ценности мир больше не представляет для него никакой угрозы, никакого соблазна, он – в некотором смысле ничто. И наоборот, он для мира больше не представляет никакого интереса: он покинул этот мир. Оба не существуют друг для друга, стали ничем, и всё это через смерть Иисуса на Кресте!

Где престают действовать страсти, там остаются без действия начала мiра. Страсти суть следующие: вожделение богатства, стремление к собранию разных вещей; телесное наслаждение, от которого блудная страсть; вожделение чести, от которого происходит зависть; желание начальствовать; кичение благолепием власти, украшение себя пышными одеждами и суетными утварями; человеческая слава, служащая причиною памятозлобия; страх телесный.

Где эти страсти престают действовать, там мiр умер.

* * *

...иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотьми: они распяли плотское мудрование и волю падшего естества, на которых основываются и зиждутся греховные влечения души и тела, греховная жизнь. Таким образом мир распят был для апостола, а апостол для мира (Гал. 6.14). О даровании силы и способности к такому распятию молился Богу святой Давид: пригвозди страху Твоему плоти моя (Пс. 118:120), то есть мое плотское мудрование и мою волю, чтоб они пребывали в бездействии!

Быть может, (диавол) предложит богатство и славу? но в ответ будет сказано: хотящии богатитися впадают в напасти и в сеть (1 Тим. 6:9) и: вся хвала моя во Христе (Гал. 6:14).

Вот предмет нашей похвалы – Крест, или беспредельная любовь к нам Сына Божия. Чем мы сами можем похвалиться? Ничем: все у нас Божие.

Здесь вразумление для хулителей креста. Если бы кто сказал, что апостол хвалится не крестом, а Господом, который был на нем распят, тому ответим: в том-то и заключается слава креста, что он называется у апостола вместо Самого Христа или служит знамением Самого Распятаго и кто поклоняется кресту, тот чрез сие поклоняется Христу. Подобна сему слава имени Христова, о Котором сказано, что пред Ним преклонится всякое колено небесных, земных и преисподних: Флп. 2:10, что только Им одним надлежит спастись нам: Деян. 4:12; Евр. 13:13.

Отрывок 6:11–18 есть заключение послания. Он начинается с повторного предостережения против обрезания (ст. 12–14), которое обесценивается в своем значении, и которому противополагается новая тварь (ст. 15). В основании новой твари лежит Крест Христов, представляющий для Павла высшую ценность. В 5обрезанию и необрезанию, как путям жизни, противостоит путь веры, действующей любовью. Речь идет о жизни здешней. В 6новая тварь есть понятие эсхатологическое, не путь, а цель пути. Конечно, и эсхатологическая цель предвосхищается уже в нынешнем веке: в 2Кор. 5ап. Павел говорит о новой твари, как о некоей данности. Приемлющим его учение Апостол посылает свое благословение: им и Израилю Божия (ст. 16). Понятие Израиля Божия понимается двояким образом: одни толкователи видят в нем спасшийся остаток Израиля (ср. Рим. 11:1–5). Другие – и таковых большинство – понимают его в смысле христианской Церкви, Израиля духовного, наследующего в духе обетования, данные в Ветхом Завете Израилю по плоти. Это последнее понимание заслуживает предпочтения, как отвечающее общему контексту послания (ср. 4:28). В ст. 17 Павел снова возвращается к мысли о Кресте (ср. стт. 12–14). Он говорит о своем участии в Страстях Христовых. История Римско-католической святости дала толкование этих слов в опыте стигмат. В Православной Церкви каждый монах носит их начертание на своем монашеском парамане. Переходя от Креста к новой твари и возвращаясь от новой твари к язвам Господа Иисуса, Павел, тем самым, выражал свое убеждение в явлении славы чрез Крест. Мы видели в самом построении 1 Кор. путь от Креста (глл. 1–2) к славе Воскресения (гл. 15), и во 2 Кор. участие Апостола в Страстях и Воскресении Христовом (гл. 4). Мы не должны забывать, что и Гал., кончающееся словом о Кресте (6:12–14, 17), начинается с упоминания о Воскресении (1:1).

Мы не знаем, достигло ли Гал. своей цели. Как мы уже видели, даже упоминание Галатии в 2 Тим. 4:10, может быть, относится не к Галатии, а к Галлии. Не могут повториться в наше время и те исторические условия, которые заставили ап. Павла написать Гал. Нельзя себе представить, чтобы сейчас кто-либо мог призывать христиан к исполнению иудейского закона, в частности, к наложению на себя ига обрезания. Но законничество наблюдается нередко и в христианстве, как его искажение, вызываемое человеческою немощью и малодушием, и Гал. остается на все времена «благовестием христианской свободы», как его назвал русский исследователь Н. Н. Глубоковский.

Всякое действие Христово составляет славу вселенской Церкви, но Крест составляет особенную славу. Зная сие, Павел говорит: «мне же да не будет хвалитися, токмо о Кресте» Христовом. Хотя чудесно было и то, что от рождения слепой в Силоаме прозрел (Ин. 9:7), но что сие значит в сравнении со слепыми всей вселенной? Велико и сверхъестественно то, что Лазарь четверодневный воскрес (Ин. 11:39, 44), но сия благодать им только ограничилась. Что же сие в сравнении с умерщвленными грехом во вселенной? Чудесно то, что пять хлебов с избытком напитали пять тысяч человек (Мф. 14:21), но что сие в сравнении с алчущими от неведения по всей вселенной. Чудесно то, что разрешена жена, связанная восемнадцать лет сатаною (Лк. 13:16), но что сие в сравнении с нами, которые связаны узами грехов? А Крестный венец и ослепленных неведением просветил, и всех во власти греха находящихся освободил, и весь род человеческий искупил.

Итак, да не стыдимся исповедывать Распятого; с дерзновением да изображаем рукою знамение Креста на челе и на всем: на хлебе, который вкушаем; на чашах, из которых пьем; да изображаем Его при входах, при выходах, когда ложимся спать и встаем, когда находимся в пути и отдыхаем. Он великое предохранение, данное бедным в дар, и слабым без труда. Ибо это благодать Божия; знамени для верных, и страх для злых духов. Потому, что посредством оного «победил» Он «их, изведши в позор со дерзновением» (Кол. 2:15). Когда увидят они Крест, то вспоминают Распятого. Они боятся сокрушившего главы дракона. Не пренебрегай знамением сим по той причине, что оно даром дано тебе; но за сие тем более почитай Благодетеля.

И если когда случится тебе исследовать сие, и ты не будешь иметь доказательств: то твердая вера да пребывает в тебе; а приобретши многие сведения, лучше заграждай уста иудеев Пророками, а Еллинов их баснословием. Они покланяются пораженным молниею; а молния, сходящая с небес, сходит не без причины (на таковых). Если для них не стыдно покланяться богоненавистным, пораженным молниею; то ты ли постыдишься покланяться возлюбленному Богом и Сыну Божию, распятому за тебя? Я стыжусь говорить о богах, ими называемых, и за краткость времени оставляю: а пусть говорят знающие сие. Да заградятся уста всех еретиков; если кто говорит, что Крест есть мечта, ты отвратись от него. Возненавидь тех, кои говорят, что Его распятие было призрак. Ибо если распятие на Кресте призрак, между тем от Креста спасение, то и спасение призрак. Если Крест призрак, то призрак и Воскресение. «Аще же Христос не воста, еще есмы во гресех наших» (1 Кор. 15:17). Если призрак Крест, то призрак и Вознесение; а если Вознесение призрак, то без сомнения призрак и второе пришествие, и наконец ничего не будет твердого.

Да будет тебе Крест первым незыблемым основанием, и на оном созидай все прочее учение веры. Не отрекайся Распятого: ибо если отречешься, то многие обличат тебя. Первый обличит тебя Иуда предатель: ибо предавши, увидел он, что Иисус осужден Архиереями и старцами на смерть. Будут свидетельствовать против тебя тридцать сребреников. Будет свидетельствовать Гефсимания, где случилось предательство. Я не говорю уже о горе Елеонской, на которой молились бывшие там ночью. Будет свидетельствовать ночная луна; будет свидетельствовать день и солнце померкшее: ибо не могло оно взирать на совещавших беззаконие. Обличит тебя огонь, у которого стоя грелся Петр. Если отречешься Креста, то ожидает тебя огонь вечный. Жестоко говорю я, чтобы ты не был искушен жестоко. Воспоминай о мечах Гефсиманских, с которыми шли на Христа, чтобы не был поражен ты мечем вечным. Обличит тебя дом Каиафы, настоящим запустением своим являющий силу Того, Который был осужден тогда в нем. Станут против тебя и Ирод и Пилат, как бы так говоря: почто отрекаешься Того, Который распят при нас иудеями, и о Котором мы знаем, что Он ни в чем не согрешил? Ибо я, Пилат, умыл тогда руки. Станут против тебя лжесвидетели и воины, одевшие Его в багряную одежду, и возложившие на Него терновый венец, и распявшие Его на Голгофе, и метавшие жребий о хитоне Его. Обличит тебя Симон Киринейский, несший за Иисусом Крест.

От светил обличит тебя померкшее солнце, а от вещей земных вино со смирною смешенное, а от тростей трость оная, от растений иссоп, от морских произращений губа, от дерев древо Крестное. Обличать тебя воины, как сказано, пригвоздившие и метавшие жребий об одежде; воин, прободщий копием ребро Его; жены, бывшая при том; завеса церковная, тогда раздравшаяся; Претория Пилата, запустевшая ныне силою Распятого тогда; сия святая возвышающаяся Голгофа, видимая и до днесь, до ныне показывающая, как распались тогда для Христа камни; вблизи находящаяся гробница, в которой Он положен был, и положенный при входе камень, доселе лежащий при гробнице; Ангелы, бывшие тогда; жены, поклонившиеся Ему после воскресения; Петр и Иоанн, притекшие к гробнице; и Фома, вложивший руку в ребро Его и персты в раны от гвоздей. Ибо он вместе и для нас с толиким тщанием осязал Его. Чего бы ты, не бывши тогда, должен был искать, то он по Божественному смотрению нашел, быв тогда.

Свидетели Креста двенадцать Апостолов, видимая вселенная и мир, состоящий из людей верующих в Распятого. Даже то самое, что ты теперь пришел сюда, должно убедить тебя в силе Распятого: Ибо кто ныне привел тебя сюда? Какие воины? Какими узами привлечен ты? Какой суд принудил тебя? Победное, спасительное знамение Креста Иисусова, Крест собрал всех. Оно покорило Персов; укротило Скифов; оно, вместо кошек и собак и многоразличных за6луждений, даровало Египтянам Боговедение. Оно до ныне исцеляет болезни; оно до ныне прогоняет злых духов, и рассеивает обольщения чародеев и волшебников.

Оно паки явится с небес со Иисусом. Ибо победное знамя будет предшествовать Царю сему, чтобы увидевши Того, Которого пронзили, и по Кресту узнавши поруганного, иудеи восплакали в раскаянии. Восплачут они, восплачет каждое колено; ибо раскаются тогда, когда не будет им времени для раскаяния. Но мы в восхищении да хвалимся Крестом; покланяясь посланному и распятому за нас Господу, покланяясь и пославшему Его Богу Отцу вместе со Святым Духом. Слава Ему во веки веков. Аминь.

Здесь вразумление для хулителей креста. Конечно они скажут, что апостол хвалился не крестом, а Господом, Который был на нем распять, но в том то и заключается слава креста, что он называется у апостола вместо Самого Христа или служит знамением Самого Распятого, что кто покланяется кресту, тот чрез сие покланяется Христу. Подобна сему слава имени Христова, о котором сказано, что пред ним преклонится всякое колено небесных, земных и преисподних (Флп. 2:10), что только им одним надлежит спастись нам (Деян. 4:12).

+++Примечания к Апостолу и Апокалипсису в обличение штундистов и подобных им сектантов. Владимир-на-Клязьме, 1904. С. 96++

«А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа», т. е. славу свою полагаю в проповеди о кресте, которым подается нам спасение, какие бы опасности и неприятности ради сей проповеди для меня ни последовали, «которым (крестом) для меня мир распят, и я для мира». Т. е. ничто суетное и мирское соблазнить (например, слава) и поколебать (например, гонения) меня не может, как бы мертвеца.

Противопоставляя себя лжеучителям, Апостол говорит, что он верует только в силу креста, на которую он надеется во спасении и ею только хвалится. «Но кроме веры в спасительную для себя силу креста, «хвалиться крестом» есть еще – с радостию терпеть за эту веру и проповедь о ней все уничижительное, всякое лишение и страдание. «Сие почитается бесчестным, говорит св. Иоанн Златоуст, но только в мире и у неверных, а на небесах и у верных это величайшая слава. В чем же похвала о кресте? В том, что Христос ради меня принял зрак раба и претерпел страдания за меня, раба, врага, неблагодарного, и так возлюбил меня, что за меня предал Себя на смерть. Что еще можно найти равное сему?» «Апостол говорит: силою креста Христова мир для меня мертв, и я для мира. Мир – все земное и человеческое: честь, слава и богатство, утехи... Когда Апостол говорит, что все это для него мертво, то утверждает, что все это он бросил, а когда говорит, что он для всего этого мертв, то утверждает, что ко всему этому нет у него никакого сочувствия, все это его не занимает и не привлекает» (Преосвящ. Феофан).

Пусть хвалятся, говорит, лжеапостолы тем, что убедили они вас обрезаться: мне же не даст Господь хвалиться иным хвалением, точию хвалением креста. Крестом Господа нашего Иисуса Христа я хвалюсь, понеже Христос подъял распятие крестное для спасения моего, крест Христов свободил меня от тирании диавола, и соделал меня наследником вечного царствия Божия. Силою же креста Христова мир для меня распят, и я распят миру. Но како сие? Кто ни гонений от язычников, ни нападений от Иудеев не страшится, кто телесное упокоение, уважение к себе от людей, честь и славу мира, одним словом, вся мирская вменяет за уметы, да Христа приобрящет (Флп. 3:8), кто благоволит «в немощех, в досаждениих, в бедах, во изгнаниих, в теснотах по Христе» (2 Кор. 12:10), как подкрепляемый благодатию креста Павел, в том мире ничего творить не может, но для такового он есть распят, то есть мертв и недействителен. Таким образом мир распят был Павлу: о чем о говорил он: «мне мир распяся». А кто будучи от мира гоним, поносим, презираем, почитаем якоже отребие и всем попрание (1 Кор. 4:13), великодушно и радостно то претерпевает, как подкрепляемый силою креста Павел: того мир почитает как бы распятым, то есть, как бы мертвым и неподвижным. И сие-то значит: «Имже мне мир распяся, и аз миру».

***

Святое таковое хваление! Но почему «токмо», как бы так говорил, о едином кресте Христовом?» Потому что крест Христов совершил дело Божие, то есть, спасение человеков. Но не были ли спасительные дела Божии — и вочеловечение Бога Слова, и страдание, и воскресение, и вознесение, и седение одесную величествия, и Всесвятого Духа с небеси послание? Почему убо не сими, а крестом хвалился Богодухновенный Павел? Вочеловечение Сына Божия имело цель, а не совершение спасения человеков: так мы веруем, и так исповедуя, говорим: «нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес, и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечшася». Страдание также вочеловечившегося Сына Божия начало было, а не совершение спасения. «Подобаше бо Ему, Егоже ради всяческая и Имже всяческая, приведшу много сыны в славу, Начальника спасения их страданми совершити» (Евр. 2:10). Тогда же страданиями совершил, когда на кресте, принесши Себя в жертву Богу за грехи наши, предал душу Свою Богу и Отцу: тогда совершил Он дело спасения нашего. Посему тогда, как вися на кресте принял оцет, сказал: «совершишася: и преклонь главу, предаде дух» (Ин. 19:30). «Совершишася», получила то есть конец вражда между Богом и человеками. «Совершишася», получила конец держава греха и власть смерти. «Совершишася», совершилось дело спасения человеков. Воскресение, вознесение, одесную седение и сошествие Святого Духа были последствия и плодоношения животворной жертвы на кресте совершившиеся. Почему кто хвалится крестом Христовым, тот хвалится всеми для спасения нашего совершившимися таинственными делами Божиими. Так вот причина, почему Богонаученный Павел не хвалился иным чем, как только крестом Христовым.

Поистине же крест Христов есть предмет достойный того, чтобы оным хвалиться, не только по изъясненной причине, но и по совершившимся от Распятого на оном великим и преславным делам. Иудеи почитали крест орудием посрамительным, а распятого проклятым. Еллины же хотя многих и великих имели богов, но не имея Бога распятого, о Кресте почитали безумием проповедь. Хотя же Павел и прочие Апостолы знали мысли Иудеев о кресте, и Еллинов поругания над Распятым, но нимало не останавливаясь со дерзновением всюду проповедывали Иудеем и язычникам, что крест есть орудие спасения, а распятый на оном Иисус Христос есть Бог и Творец всей видимой и невидимой твари. «Мы же проповедуем», говорил Павел, «Христа распята, Иудеем убо соблазн, Еллином же безумие» (1 Кор. 1:23). Но сие не дивно: Апостолы в истине Веры удостоверены будучи тем, что видели и слышали, и дыша Божественною ревностию, проповедывали Иудеям и Еллинам, что распятый Иисус Христос есть истинный Бог, почему и говорили: «не можем бо мы, яже видехом и слышахом, не глаголати» (Деян. 4:20). Дивно же то, как соблазн убедил Иудеев, и безумие удостоверило Еллинов: дивно и непостижимо, как Израильтянин верующий, что всякий висящий на древе есть проклят от Бога, и Еллин предубежденный, что таковая проповедь есть безумие, уверовали и удостоверились, что Христос при Понтии Пилате как преступник осужденный на смерть, распятый и умерший, есть Бог, Вседержитель, Творец и Промыслитель всего видимого и невидимого: дивно и непостижимо то, как столь бесчисленное множество Иудеев и язычников приняли таковую Веру.

***

И так, братия, исследовали мы по возможности, и сколько требуемая краткость позволила, сии Богодухновенные слова: «мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа» (Гал. 6:14). Чему же научились мы от сего исследования? Научились, что хваление Павлово было святое и Богоугодное, поелику хвалился он великими и преестественными делами, кои соделал распятый за нас Иисус: хваление же величающихся собственными делами, или благами своими, есть грех Богоненавистный, заслуживающий великое наказание. Научились еще отсюда и тому, что принятие и распространение Христианской веры дела суть десницы распятого Иисуса Христа. Блажен убо тот, кто подражая Павлу хвалится крестом Христовым: а тот злосчастен, кто подражая гордым людям хвалится собственными своими благами и делами. Кто же может хвалиться как Павел, крестом Христовым? Никто иной, разве тот, кто распял, как он, похоти мирские, никто иной поистине не хвалится, как Павел, разве тот, кто пригвоздив ум к горе Голгофской, изобразит в сердце своем крест и страсти Господни, и видя Его всегда на кресте висящего, распнет плоть свою «со страстьми и похотьми» (Гал. 5:24). Таковой поистине хвалится как Павел, говоря: «мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа, имже мне мир распяся, и аз миру».

 У святого Павла все противоположно лжеучителям. Они ищут спасения в рабстве закону, он – в свободе во Христе, те ревнуют о законе для своего тщеславия, он – для истины, для славы Креста, который для него составляет единственную похвалу. Для него он умер для всего мирского, и все мирское стало для него как мертвое ––несуществующее, ибо вся его жизнь сосредоточилась в Кресте Господа Иисуса Христа или в Нем, распятом на кресте.

хвалиться разве только крестом. См. 1 Кор. 1:18 - 1 Кор. 2:5.

Поелику таким образом крест соделался как бы жертвенником сей страшной жертвы, ибо на кресте умер Сын Божий за падение людей, то справедливо крест и чтится и поклоняем бывает, и изображается, как знамение общаго всех людей спасения, чтобы покланяющиеся древу креста освобождались от клятвы Адамовой и получали благословение и благодать Божию на делание всякой добродетели. Для христиан крест — величание, слава и сила: ибо вся наша сила в силе распеньшагося Христа; вся грешность наша умерщвляется смертию Христа на кресте, и все возвеличение наше и вся слава наша в смирении Бога, Который до того смирил Себя, что благоволил умереть даже между злодеями и разбойниками. По сей-то причине христиане, верующие во Христа, знаменуют себя знамением креста не просто, не как попало, не с небрежением, но со всем вниманием, со страхом и с трепетом и с крайним благоговением. Ибо образ креста показывает примирение и содружество, в какое вступил человек с Богом. Посему и демоны боятся образа креста, и не терпят видеть знамение креста изображаемым даже и на воздухе, но бегут от этого тотчас, зная, что крест есть знамение содружества человеков с Богом, и что они, как отступники и враги Богу, удаленные от божественнаго лица Его, не имеют более свободы приближаться к тем, кои примирились с Богом и соединились с Ним, и не могут более искушать их. Если и кажется, что они искушают некоторых христиан, да ведает всякий, что это борют они тех, которые не познали, как следует, высокаго таинства креста. Те же, которые уразумели сие таинство и на самом деле опытно познали власть и силу, какую имеет крест на демонов, познали также, что крест дает душе крепость, силу, смысл и божественную мудрость, — эти с великою радостию восклицают: мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего, имже мне мир распяся и аз миру (Гал. 6:14). Итак, поелику знамение креста велико и страшно, то всякий христианин имеет долг совершать его со страхом и с трепетом, с благоговением и вниманием, а не просто и как попало, по привычке только и с небрежением: ибо по мере благоговения, какое кто имеет ко кресту, получает он соответственную силу и помощь от Бога, — Коему слава и держава, во веки. Аминь".

* * *

Сказав: имже мне мир распяся, Апостол показывает, что если б не пришел Господь, не сделался человеком и не принес Себя в жертву за нас и если б не благоволил Он так устроить, чтоб всякий верующий в Него, преисполняясь освящения чрез приятие благодати Его, освобождался от уз мира, то никто никогда и не освобождался бы от них, то есть не освобождался бы от тех трех страстей, – ибо они суть узы мира, – и все бы погибали, ибо другого пути ко спасению нет и быть не может.

Ап. не принадлежит к разряду таких, ищущих расположения мира, людей.

- А я не желаю — точнее: "да не будет со мною того, чтобы"... Тогда как те ищут себе славы, стараясь на большее число язычников наложить печать иудейства, Апостол единственным предметом своей гордости считает крест Христов, который в то же время есть и его крест: он сам пережил и перечувствовал то, что пережил и перестрадал Христос на кресте (Гал. 2:19). И как для Христа Его отношение к узким границам иудейской национальности прекратилось со смертью на кресте, так и для Павла, который участвует в этой смерти. Через распятого Иисуса мир для Павла и Павел для мира — умер.

В противоположность им Апостол говорит, что он верит в силу креста и им одним хвалится: «|||я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят и я для мира.

Каким же крестом желает хвалиться ап. Павел? Тем, которым для него мир распят и он для мира. Начало такому распятию, миру, т. е. всему земному, временному и греховному: чести, славе, богатству, утехам и т.д. полагается в крещении; затем оно совершается на протяжении всей земной жизни христианина.

Но я желаю хвалиться единым спасительным крестом. Потому-то вся жизнь для меня излишня, но и я для нее излишен, потому что ожидаю жизни бессмертной. Ибо сие присовокупил Апостол:

Ст. 15. Ибо во Христе Иисусе ничего не значит ни обрезание, ни необрезание, а новая тварь.

***

«Миром» же назвал Апостол все житейское, честь, славу, богатство. И сказал, что мертв он для них.

Противополагает себя лжеучителям. У тех одно притворство, хитрость и самолюбивые виды. Ревность по закону — одна личина. Я отвергаю обрезание и весь закон и проповедую спасение единою верою в Господа распятого. Но в этом и вся жизнь моя. Для меня все мертво; за крестом ничего не вижу: он заслонил собою все от меня. В нем взор ума моего; в нем все сердце мое и все надежды мои. У подножия его я сложил все свои преимущества земные. Хвались кто чем хочет. Я не хвалюсь ничем, кроме креста Господня Им только хвалюсь, и да не будет мне, не дай Господи, чтоб я когда-нибудь чем-либо другим похвалился, кроме креста Твоего. Таков был святой Апостол; так и проповедывал, чтоб в деле спасения никто ни на чем не опирался, кроме креста Господня.

Хвалиться токмо крестом Господним — значит веровать, что им одним дается спасение, и ни на чем другом не основывать своего спасения, как на нем; и не только веровать в силу его и основывать спасение на нем, но действительно иметь себя спасенным в нем. Как кто хвалится каким патентом, данным от царя, с полным знанием силы его: так христианин хвалится крестом, предъявляя его как патент на спасение. Этим всеупованием на крест в ничто обращаются все иудейские чины, и в христианстве отрицается сила спасительности помимо креста у всего, что бы кто ни наделал и ни подъял. Выше всего страдания за веру, но и их цена вся от веры в силу креста Христова. Помимо всего надо прилепляться ко кресту Господню; и потом, когда прилепишься, хвались громогласно пред всеми спасением своим. Оно — твое.

Но, кроме веры в спасительную для себя силу креста, хвалиться крестом — есть еще с радостию терпеть за эту веру и проповедь о ней все уничижительное, всякое лишение и страдание. Это будет хвалиться тем, что несешь крест, который есть Христов крест; ибо несется за Него и прививает к кресту Его. И это было у Апостола. И он, когда хвалился крестом, хвалился тем, что верует в него, и проповедует о нем, и несет за то всякие скорби и лишения. Святой Златоуст говорит: «сие почитается бесчестным, но только в мире и у неверных, а на небесах и у верных это величайшая слава. Бедность для других бесчестна, а для нас похвала. Терпеть поругания для многих кажется смешным, а мы этим хвалимся. Так и крест есть наша похвала. В чем же похвала о кресте? В том, что Христос ради меня принял зрак раба и претерпел страдания за меня, раба, врага, неблагодарного, и так возлюбил меня, что за меня предал Себя на смерть. Что еще можно найти равное сему? Если рабы, получая только похвалу от своих господ, которые притом одного естества с ними, хвалятся сим; то как же не хвалиться нам, когда Господь, истинный Бог, для нас не постыдился креста? Посему и мы не будем стыдиться Его неизреченного милосердия к нам. Он не устыдился быть распятым за тебя, и ты ли постыдишься исповедать Его бесконечное милосердие — подобно тому узнику, который прежде не стыдился своего царя, а когда бы сей, пришед в его темницу, разрешил узы его своими руками, за это стал бы стыдиться его? Это было бы крайнее безумие. Ибо сим особенно и надобно хвалиться».

Имже мне мир распяся, и аз миру. — Распяться чему — значит умереть чему. Апостол говорит: силою креста Христова мир для меня мертв и я для мира, — его для меня нет, а меня для него. Мир — все земное и человеческое, — честь, слава, богатство, утехи — все, чем думает человек на земле установить свое счастие и довольство. Когда говорит Апостол, что все это для него мертво, то утверждает, что все это он бросил; а когда говорит, что он для всего этого мертв, то утверждает, что ко всему этому нет у него никакого сочувствия, не находит во всем этом он вкуса, не занимает это его и не привлекает. Святой Златоуст говорит: «миром называет здесь Апостол не небо и землю, но дела житейские — похвалу от людей, славу, богатство и все подобное, кажущееся светлым и блистательным. Все это, говорит, для меня стало мертво. Таков должен быть христианин; и слова сии он должен всегда носить в себе. Но Апостол еще не был доволен только первым видом мертвости, но присовокупил еще и другой, сказав: и аз миру, — внушая сим сугубую мертвость и как бы так говоря: это для меня мертво, и я мертв для сего. Это пленить меня не может, ибо мертво уже; и я не хочу желать его, потому что и я мертв для сего. Что может быть блаженнее такой мертвости? Она есть основание блаженной жизни».

Это потому, что мертвость миру производится жизнию для Бога и в Боге. Иже Христовы суть, плоть распяша со страстъми и похотьми. Се мертвость миру! Но в то самое время, как совершается сие самораспятие, образуется и живот Иисусов в мертвенном (умерщвленном греху) естестве нашем. Се жизнь о Христе Иисусе! Об этом тотчас и напоминает Апостол.

О, кресте славы! не буди отныне древом проклятия и ужаса, но древом благословения и мира; повергни к подножию твоему языческие оливы и лавры; взыди на священные венцы державных глав; будучи свидетелем и орудием подвигов, буди также их воздаянием и украшением; являйся любящим Тебя во всей природе; паче же водрузися в сердцах наших, «да не будет нам хвалитися, токмо о тебе, кресте Господень»