К Ефесянам послание ап. Павла 2 глава 10 стих

Бог заново творит мир. Поэтому прошлое теряет всю свою силу. Человек воссоздаётся в его первоначальном предназначении - полном послушании Своему Творцу

Ибо мы – Его творение, мы созданы, обновлены для лучшей жизни во Христе Иисусе, и только благодаря Его заслугам и чрез Него посланной благодати Духа Святого, мы стали способными на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять (Еф. 2:10). Следовательно, то доброе дело спасительно, которое сопровождается смирением, сознанием своего ничтожества и недостоинства пред Богом, постоянною благодарностью к Нему за наши кое-какие добродетели; разумною, радостною, безрасчетною любовью к ближним.

Слушатели-христиане! Часто ли нам приходится встречать такие истинно добрые дела? Не часто ли мы встречаем при благотворительности самолюбивые, своекорыстные расчеты выслужиться или получить за известное пожертвование больше торговых выгод, или удостоиться награды от земных владык? Не делаются ли добрые дела только близким родным? Да и всегда ли здесь, когда есть возможность, делаем искренне истинное добро? Руководятся ли и при этом благоразумием, применимостью, пригодностью известного, например, пожертвования? И не бывает ли между нами много добреньких натур, сладких на словах и выражающих сочувствие только вздохами сожаления без действительной помощи в нужде ближнему? Что это за добродетели?

У нас в последнее время развился особый, должно быть тяжкою крайностью вынужденный род благотворении с увеселениями: народные гулянья с лотереею в пользу школ, больниц, приютов, богаделен. Как вам кажется, возможно ли в одно время одинаково служить и Богу, и маммоне? Возможно ли совершить чистое, доброе дело тогда, когда при известном взносе, плате за удовольствия, имеешь в виду не столько благодеяния другим, сколько собственное развлечение и увеселения? И если гулянье и увеселения не понравились, то после них люди, внесшие плату за увеселения с благотворительною целью, дозволяют себе пересуды, ропот на устроивших увеселения. Где же тут добродетель? А сколько пред этим гуляньем, пред этим мелким пожертвованием или платою за вход бывает суеты, заботы, особенно в женщинах, старающихся принарядиться, приодеться напоказ публике. Да, благотворительные увеселения, благотворительные лотереи – это, по выражению одного известного проповедника, хулы на христианскую благотворительность. Одни дали в лотерею ненужные вещи, другие насильственно взяли за них цену, высшую в десять раз, чем они стоят; третьи же выиграли их, посмеялись и бросили; вот и все – как будто и доброе дело сделано. В которой же из трех сторон оно оставило след добра? Любителям увеселений за взнос на доброе дело доставили наслаждение, художникам, которые для них трудились, должное за работу заплатили; учредители увеселения довольны тем, что ловко извернулись и добыли денег для поддержания своей чести как покровителей известного заведения. Кто же из них оказал подвиг христианской любви? Никто. Каждый имел в виду прежде всего свои расчеты, свое самолюбие. Не такова должна быть истинная благотворительность, не таковы свойства истинно христианских дел. В христианской добродетели проявляются честное трудолюбие, бескорыстие, смирение, простота, самоотвержение и полное сострадание к бедствующим.

И посмотрите вы на истинно верующего и добродетельного человека. Сколько в нем смирения! С какою радостью он простирает и открывает на помощь руку свою! С какою скрытностью он благотворит; и чем неизвестнее, чем скрытнее его добродетель, тем она умилительнее его сердцу. И чем больше благотворит он, тем больше ему хочется быть полезным. Как грустит иногда душа его, если ей в иной день пришлось быть малополезною для других в добре. Как тягостно ей слышать добрые отзывы о себе и видеть особенное низкопоклонничество пред собою. О наградах же земных она и не помышляет.

Да сподобит же Господь и всех нас с усердием и смирением стать на путь истинно добрых дел, сподручных нашему положению, назначенных Его Святою волею, да в них ходим.  

Мы заново сотворены во Христе Иисусе. Было старое творение, но оно разложилось. Получилась некая каша из обломков и гнили прежнего творения. Бог берет это гнилое творение, опускает его в воду и в воде творит заново во Христе Иисусе. В Своем Сыне Бог Отец усыновляет Себе людей, делает их богами по благодати, очищает от всех грехов, дает новую жизнь, новые органы чувств.

Все это Господь делает для того, чтобы мы жили в добрых делах, которые Он предуготовил нам исполнять. Бог заранее приготовил нам добрые дела. Он говорит: «Вот вам добрые дела, в которых вы должны ходить. Вы хотите ходить по злым делам, а у Меня есть Свои добрые дела. Вот в них и ходите». В этом значение добрых дел. Святитель Феофан Затворник пишет: «Как лист, цвет и плод — свидетельство жизни дерева, так доброделание — свидетельство оживления во Христе»¹. Делами спасение не зарабатывается, поскольку оно уже подарено, однако спасение усваивается делами, делается своим. Человек спасен в Таинстве Крещения, а теперь он должен жить, ходить в добрых делах, которые Бог заранее нам приготовил. Нам дана огромная область добрых дел. Гуляйте там на здоровье.

Причем в этом стихе употребляется множественное число, говорится не о добром деле, а о добрых делах. Святитель Иоанн Златоуст толкует это так: «Не для того, без сомнения, мы призваны, чтобы совершить одно какое-либо доброе дело, но чтобы всегда быть добродетельными. Как всеми пятью чувствами мы должны пользоваться надлежащим образом, так точно должны совершать и все добродетели»². Нужно собирать как можно больше добрых дел, коллекционировать их, складывать их искусно, строиться через них, красиво подбирать их себе, искать поводы сделать доброе дело, потому что на то нам и даны силы, чтобы мы пошли в добрых делах. Мы должны двигаться добрыми делами.

Протестанты, основываясь на данных словах апостола Павла, утверждают, будто бы добрые дела не нужны. Здесь надо иметь в виду следующее. Наша задача, данная нам Богом, в том, чтобы мы обогащались добрыми делами. Это прямое повеление Господа, для этого мы созданы. Однако творение добрых дел не предоставляет нам никакой заслуги. Протестанты же, ссылаясь на данный отрывок, говорят: «Раз мы спасены благодатью через веру, то вера — это единственное наше доброе дело». Но согласно апостолу Павлу, во-первых, вера тоже не от нас. Она есть Божий дар. Как бы мы уверовали, если бы к нам не пришли проповедники? Если бы мы ничего не слышали о Евангелии, то и не уверовали бы. «Как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего? И как проповедывать, если не будут посланы?» (Рим. 10:14—15). Если бы Бог не послал апостолов и их преемников, если бы не дал нам Евангелия, то у нас не было бы возможности уверовать. Уже поэтому вера — это дар.

Во-вторых, принять или не принять веру — это действительно дело нашей свободной воли, но вот чтобы вера сделалась животворящей силой, зависит не от нас, а от воли Божией. Чтобы вера стала живой, действующей, активной необходимо и желание человека, но без приложения к нему силы Божией ничего не получится.

ДОСТАТОЧНО ЛИ ОДНОЙ ВЕРЫ ДЛЯ СПАСЕНИЯ?

Протестанты считают, что им достаточно одной веры, но, по слову святителя Феофана Затворника, они подменяют христианский подвиг степенностью, некоторым средним уровнем порядочности, под которым скрываются неисцеленные, неуврачеванные страсти. Это очень точное замечание, которое прекрасно описывает протестантизм. Действительно, протестантизм предполагает, что христианин должен быть приличным, хорошим человеком, а вот бороться с собой не надо. Посты не нужны, монашество ни к чему, подвиги лишены смысла. Протестанты ссылаются на апостола Павла: «В членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих» (Рим. 7:23). Следовательно, делают они вывод, борьба бесполезна, но Бог все равно спасает, делает вид, что в людях греховного закона нет.

Замечательно пишет святитель Феофан Затворник: «Степенное поведение там заменяет доброту нравственную; внутренняя же нечистота вся, по их мнению, будто бы покрывается верою»¹. То есть Бог якобы закрывает глаза на человеческую нечистоту. На самом деле, когда православные христиане говорят, что Бог оправдывает нас во Христе Иисусе, имеется в виду, что Он не просто провозглашает нас праведными, а делает таковыми. Протестанты же считают: «Нет, Бог просто называет христиан праведными, а они все равно остаются грешными».

Святитель Феофан продолжает: «Что делать, говорят? “Вижду ин закон” (Рим. 7:23)… и отказываются от всякого противодействия ему. Слышно, будто первый их коновод (Лютер) изрекал часто мудрое свое слово: греши больше, но больше и веруй, и не сомневайся, что спасешься. Однако не объяснил он, как возможно иметь веру, работая страстям, когда начало веры требует: да отвержемся себе и возьмем крест»¹.

Любая протестантская секта грешит этим абсурдом. От протестантов слышишь: «Я был плохим и стал хорошим. Я курил, принимал наркотики, но перестал. Теперь я хороший и славлю Бога». Это их любимая присказка. На этих историях построено большинство протестантских книжек. Причем, интересно, что здесь нет никакого принципиального отличия между исламом, протестантизмом или буддизмом. И от буддистов приходилось слышать: «Я был плохим наркоманом, а стал хорошим буддистом». Мусульмане говорят: «Когда-то я был плохим пьяницей, а теперь хороший мусульманин». А толку-то никакого: появилась внешняя степенность, а внутренняя зараза никуда не делась. Надо внутренне изменяться, а не внешне. Иначе получается как в анекдоте: «Ну что, как у тебя дела?» — «Да вот, жена умерла, дети погибли…» — «А в остальном все в порядке?» Вот пример, удачно иллюстрирующий протестантизм. Со вне — благопристойность, а внутри — грязь.

Хорошо, бросил человек наркотики, но что дальше? Если внутри он злобствует, ненавидит, гневается, полон скверны, не любит Бога и людей, то какой толк от бросания наркотиков? Когда он принимал наркотики, вся грязь вылезала наружу, а теперь сидит внутри. Вот и вся разница. Надо не только бросить наркотики, но и вычистить корни греха, чтобы и внутри было красиво. А так получается по слову Господа: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты» (Мф. 23:27).

Итак, все мы получили от Бога подарок и должны ходить в добрых делах, которые Он предназначил нам совершать. В этом наша прямая обязанность. Хорошо об этом говорит святитель Иоанн Златоуст, приводя следующий образ. Человека, который сидел в грязном болоте, вытащили из него, отмыли, одели в чистую одежду, поставили на каменную дорогу, ведущую к дворцу, и вручили входной билет. Отправившись в путь, человек дошел до середины дороги и сказал: «Меня ведь вытащили из болота, я чист, одет, и даже билетик у меня есть, а до столицы еще идти, ноги сбивать… Зачем мне это?» Понятно, что такой человек до столицы не дойдет, и виноват в этом он сам. У него было все: билет, пропитание, одежда, мыло, чтобы в случае чего умыться у колодца, но ему просто стало лень.

Интересно, что с православными христианами именно так часто и происходит. Мы вроде бы не протестанты, а в жизни ведем себя как они. Каемся в одном и том же и считаем, что на этом дело закончено. Это все равно что вылезти из болота, найти колодец, умыться и снова плюхнуться в болотную жижу. И так раз за разом. А задача-то наша в том, чтобы идти по дороге, то есть ходить в добрых делах. Нужно искать способы делать все новые и новые добрые дела. Если же случайно упадем, то всегда можно помыться в колодце, который называется Таинством Исповеди. У нас же люди не отыскивают добрых дел, а потому и к Царю не приближаются. Очевидно, где они в результате окажутся.

добрые дела - не причина тех отношений, которые устанавливаются между Богом и человеком во Христе, а скорее их следствие. Вера возвращает человека к Богу, т. е. к состоянию, для которого он и был сотворен, что означает в том числе и активное творение добра.

События Воскресения Христа, Его Вознесения и ниспослания Духа Святого изменили все отношения в мире. Поэтому читателям послания предлагается рассматривать себя причастными этим великим событиям. Они с полным правом могут ощущать себя спасенными, – «благодатью вы спасены», «благодатью вы спасены через веру» (Еф. 2:5-8). Уже спасены! Это причастие, которое употреблено здесь в посланиях Апостола Павла единственный раз, призвано обратить внимание читателей на то, что освобождающее и спасительное деяние Божие, совершенное в прошлом, продолжает действовать в настоящем.

Но Апостол совсем не желает убедить христианина в мысли, будто цель его жизни уже достигнута. Нет, все мы живем на земле, в истории, полной трудностей и непредсказуемости. Христиане в крещении воспринимают благоволение и щедрость Бога. В этом веке они отражают милость Божию как в зеркале, и отражают часто загадочно, и даже, увы, искаженно. Однако то, что видим убо ныне якоже зерцалом в гадании (1 Кор. 13:12), в веках грядущих достигнет своей цели и явится во всем своем величии и блеске. Таково наше упование. Но такова и наша задача. Церковь должна стать доказательством Благодати Божией в человеческой истории.

И вот мы снова слышим: «вы благодатью спасены, через веру». Мы спасены не за наши «дела», не за наши заслуги, не потому, что мы такие уж хорошие, а единственно по милости, любви и благодати Божией. Об этом же говорится в Послании к Титу: «Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом» (Тит. 3:5) и в Первом послании святого апостола Петра: «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых» (1 Пет. 1:3). – Благодать, спасение, вера – фундаментальные понятия всего богословия апостола Павла.

Благодать – от Бога, спасение тоже от Бога. Но и вера, как утверждает послание, – тоже не наше личное достижение, но дар благодати, дар, который дает нам озарение, глубинное осознание того, что всё, что мы имеем, – жизнь и смысл жизни, – от Бога, а не от нас самих. Человеческая гордыня утверждает: «Мы наш, мы новый мир построим». Вера дает нам знание того, что новый мир, как и старый – творение Бога. Архитектор – Бог. Но нас Он призывает в строители Его плана. Этот план, замысел Божий о мире и человеке существует предвечно, он пред-уготован. Бог дал нам жизнь. Но из этого «дал» вытекает также и «задал». Задание Божие в том, чтобы мы дар новой жизни отражали в нашем повседневном поведении, в «добрых делах». Именно к этому призывал нас Господь Иисус Христос: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16).

Человек не должен хвалиться, что будто он сам приобретает себе спасение, нет, он только удостаивается спасения по милости Божией. Но так как верующие созданы на добрыя дела: Ефес. 2, 10, то они обязаны стараться и трудиться, совершать хри-стианския добродетели, чтобы тем благодарить Бога за дарованную им благодать спасения, чему научаемся из слов того же апостола Павла: 2 Тим. 4:7. Оправдание на судилище Христовом будет не по одной только мере, но и по делам: 2 Кор. 5:10. А что апостол не отвергает добрых дел, это видно из многих мест его посланий: 1 Тим. 6:18; Гал. 6:10; Тит. 3:1.

Второе основание есть явление того же могущества Божия в нашем искуплении, которое понимается, как наше совоскресение Христу, и открывает нам чрез Христа доступ к Отцу в Едином Духе (гл. 2). Мысль о нашем совоскресении Христу возвращает нас к первому основанию упования в 1:19–23. Чередование местоимений и глагольных форм 1-го и 2-го лица множественного числа (ср. 2:1–2 и 3 и слл., далее ст. 8 и т. д.) показывает, что, по мысли ап. Павла, в этом совоскресении участвуют христиане и иудейского («мы»), и языческого («вы») происхождения, хотя и обращается он в Еф. прежде всего к христианам из язычников (ср. 2:1–2, 11 и слл. и т. д.). В единстве Тела (подр. Христова) устраняется средостение разделявшее иудеев и язычников (стт. 14–18). Это единство, достигаемое действованием Единого Духа, Который открывает и тем, и другим доступ к Отцу (ст. 18, ср. ст. 22), есть единство в Церкви (стт. 19–22). Церковь есть семья (ср. ст. 19: «свои Богу») или храм, построенный на Христе, как на краеугольном камне (стт. 20–21). Текст ст. 21 дошел до нас в двух формах, – «все здание» (так – в русском переводе), а без члена, значит – «всякое здание». Первая форма относится к Церкви Вселенской. Критики теперь обычно предпочитают вторую. Во второй форме речь идет о Церквах поместных. Но и поместные Церкви строятся на Христе, как на краеугольном камне (ср. 1Кор. 3и слл. в контексте). И то, что верно для Церкви поместной, то верно и для Вселенской Церкви.

Итак первое спасение получается по одной благодати, чрез веру, но цель этого спасения, которое есть тоже, что воссоздание или возрождение, суть дела благая, и посему кто из христиан не желает обогатиться плодами веры, добрыми делами, для того тщетно окажется возрождение или – что тоже – первоначально полученное спасение. Таково истинное учение о значении веры и добрых дел.

+++Примечания к Апостолу и Апокалипсису в обличение штундистов и подобных им сектантов. Владимир-на-Клязьме, 1904. С. 98++

«Ибо мы Его творение, – прибавляет Апостол, – созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять». Т. е. потому и нельзя никому хвалиться, как своей собственностью, добрыми делами, хотя в них и есть наше естественное Богом указанное назначение, что и дела эти в сущности принадлежат не нам, а благодати же Божией, пересоздающей и перерождающей нас в такой степени, что мы являемся как бы новым творением Божиим (сравнить 2 Кор. 5:17. Обличения древнему пелагианству и современному католичеству). Блаж. Феодорит пишет: «Апостол сказал здесь “созданы”, разумея возрождение (в крещении)».

Продолжая изображение величия милости Божией, Апостол показывает, что спасение совершается по благодати, по вере, ибо и вера бывает по благодати, а тем более воссоздание во Христе и последование Ему, чрез совершение дел, многообразий предызображенных Им. Все это совершено Богом для того, чтобы не было чем хвалиться людям, и, напротив, чтобы Бог являлся им достохвальным за все Его неизреченное множество благодати. Здесь очень обращается внимание на соотношение веры и благодати, в учении о чем многие сбиваются; посему приведем изречения о сем древних учителей Церкви. Так св. Иоанн Златоуст говорит: «Чтобы величие благодеяний не надмило тебя, смотри, как он тебя смиряет, говоря: благодатию есте спасени. Но чтобы не уничтожить и твоего участия, он прибавляет и то, что требуется от нас: чрез веру. Потом снова как бы уничтожает это наше свободное участие, когда говорит: и сие не от вас. И вера, учит он, не от вас. Если бы Иисус Христос не пришел, если бы Он не призвал нас, как бы могли мы уверовать? Как уверуют, сказано, аще не услышат (Рим. 14:10)? Таким образом, вера, по учению Апостола, не наше достояние, а дар Божий. Вера недостаточна для спасения; но, дабы не спасать нас без всякого участия нашего, Бог требует ее от нас... Вера спасает, но не сама, а чрез Бога; Бог хочет – и вера спасает». «Не веру называет Апостол даром Божиим, но то, чтобы спастись верою, вот что есть дар Божий» (Блаж. Феофилакт). «Но чтобы, услышав, что не от дел, но верою совершается наше спасение, ты не остался беспечен, посмотри, что далее говорит Апостол: Того бо есмы творение, создани на дела благая. Заметь, это проповедует тот же Апостол. Здесь намекает он на наше воссоздание. Действительно, наше спасение есть второе творение. Тем творением мы призваны к жизни, этим же созданы способными к жизни доброй. От нас теперь требуется добродетель постоянная, до последнего часа жизни... Нам нужно соблюдать все заповеди» (Иоанн Златоуст).

 Бог, чтобы уничтожить эту духовную мертвенность как язычников, так и иудеев, оживил нас вместе со Христом, т. е. воскресил нас в духовном смысле. Мало того, Он в воскресении Христа положит начало и нашему телесному воскресению (ср. 2 Кор. 5:5; Рим. 8:11), а в вознесении и прославлении Его —нашему прославлению (ср. Кол. 1:18; Ин. 12:32). И всем этим мы, как иудеи, так и язычники, обязаны только милости, благодати Божией. Бог возродил нас к новой жизни, спас от того гибельнаго состояния, в котором мы прежде находились, и даже предначертал нам нравственныя задачи, которыя мы должны исполнять по своем возрождении.

Как именно совершается само спасение, Апостол показывает в 8 и 9 стихах второй главы: «Благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар; не от дел, чтобы никто не хвалился». Спасение совершается Богом, по благодати, но и не без нашего участия: «через веру»: но и вера не вполне наше достояние, а дар Божий. В каком же смысле вера есть дар Божий? В том, что даже то, во что мы уверовали – Бог непостижимый, – Им же Самим явлено в откровении; и само возбуждение к вере, ее рост, усовершенствование происходит хотя и с нашим произволением, но силой Божией благодати; Св. И. Златоуст, поясняя вышеприведенный стих, говорит: «Вера недостаточна для спасения; но чтобы не спасать нас без нас, Бог требует от нас веры... Вера спасает, но не сама, а через Бога; Бог хочет – и вера спасает» (еп. Феофан, Толк. посл. к Ефесянам; стр. 155).

Ап. Павел говорит о вере, а не делах веры, как нашем участии в деле спасения, «чтобы никто не хвалился» делами своими (Еф. 2:9) и не почитал спасение делом собственных усилий. Но Апостол говорит и о том, что одной веры без дел недостаточно: Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять|||» (Еф. 2:10). Добродетели – это то, что соответствует природе уверовавших, они как бы предопределены верующим, но и их исполнять помогает Бог. Поэтому все спасение – от Бога, по благодати, при нашей вере, выражающейся в добрых делах (здесь уместно вспомнить притчу Спасителя о рабе, который, исполнив все ему порученное, не благодеяния должен за это ожидать, будто сделал что-то великое, а должен лишь сказать: я раб, ничего не стоящий, сделал лишь то, что должен был сделать (Лк. 17:7–10).