Евангелие от Матфея 28 глава 1 стих

Воскресение Господа по времени не было в точности определено. Господь иногда говорил, что Он три дня будет в сердце земли, иногда – по триех днех востану, иногда – в третий день воскресну. След. ученики по этой причине еще не могли вдруг увериться в действительности Его воскресения – в самом начале третьего дня.

Известно, в каком положении остались ученики Христовы после того, как первосвященники Иудейские умертвили Иисуса. Страх рассеял их, так что при кресте Иисуса нашелся только Иоанн, которого Господь за верную любовь усыновил Своей Матери. На погребение Иисуса никто из Его апостолов не явился. Только один тайный ученик Иисусов Иосиф, член совета, однажды защищавший Его пред своими сочленами, осмелился просить у Пилата тела Иисусова для погребения. К Иосифу присоединился Никодим, которому Господь Сам в одной Своей беседе к нему, еще в начале Своего служения сказал загадочные слова, относящиеся до Его смерти: как Моисей вознес змия в пустыне, так должно быть вознесену и Сыну Человеческому. – Оба вместе, обвив изъязвленное тело плащаницею со множеством благовоний, положили оное в новом Иосифовом гробе. Еще было при этом несколько женщин, пришедших с Иисусом из Галилеи. Менее опасаясь за себя, или более верные чувству любви своей к Господу, они неотступно находились и при кресте, и когда совершалось погребение, сидели против гроба до самой той поры, как камень заключил вход в пещеру, где положено было тело Иисусово.

Погребавшие Иисуса, по всему видно, были уверены, что умерший уже не восстанет. Вот почему Иосиф и Никодим с такой тщательностью, несмотря на краткость времени совершают погребение Иисуса: со стороны их это был последний долг признательности Божественному Наставнику, от Которого каждый слышал несколько истин, доселе памятных их сердцу. Женщины Галилейские также имели усердие принести свою долю ароматов на гроб Иисусов и этим свидетельствовали, что и они не находили и возможным исполнить долг усердия ранее того дня, когда надлежало ожидать воскресения. – Апостолы уже и спустя два дня, когда довольно было времени собраться с мыслями, припомнить слова Господни о Своем воскресении, с трудом убеждались в этом, хотя не все с одинаковым упорством. Да и нелегко было увериться в этом. Доселе таких опытов еще не было. Воскресали умершие, но не сами собой, а при содействии великих праведников. А кто бы нашелся в это время такой, который бы мог снова вложить жизнь в мертвое тело самого величайшего праведника, какого они знали? Не разумели Писаний. Омрачены были скорбью.

Враги Иисуса не менее друзей Его были уверены, что смертью Иисуса все окончилось; саму мысль о воскресении они считали обманом.

Наступил третий день по смерти Его: довольно для уверения в действительности. Он воскрес. Событие совершилось невидимо. Да и могло ли совершиться видимо преложение видимого в невидимое, чувственного в духовное. Когда оно совершилось, неизвестно. Чтобы узнать Об этом происшествии, нужны были вестники. Являются вестники Его воскресения: Ангел сходит на землю и отверзает вход в пещеру не для Воскресшего, но для посетителей гроба. В Иерусалиме чувствуют сильное землетрясение. Но кто из жителей Иерусалима подумал, что этим землетрясением означался предел мрачной безызвестности, в какой находились на земле относительно Иисуса, после того как предшествующим землетрясением возвещено миру о смерти Его? Стража, окружавшая гроб Иисуса, которая одна могла свидетельствовать о причине страшного явления, была сама задержана страхом при гробе до яснейших свидетельств. Таким образом эта первая весть о воскресении, общая для всех, должна была привести в страх всех и друзей и врагов Иисуса.

Несмотря на то, другини Иисуса идут на гроб с ароматами.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 235-236++

Святая и Великая Суббота — день, когда Господь почил от дел Своих, сотворив мир и человека, введя его как царя во вселенную. И день, когда Он завершил дело нашего спасения. Сия суббота есть благословенная. В ней — сокровенная победа и молчание перед тайной Бога, ставшего человеком. «Да молчит всякая плоть человеча, и да стоит со страхом и трепетом, и ничтоже земное в себе да помышляет: Царь бо царствующих и Господь господствующих приходит заклатися и датися в снедь верным». Никто никогда не говорил так, как Христос, и никогда не говорил так Христос, как Он говорит сейчас Своим молчанием. Все слова Евангелия, которые мы должны были прочитать к сегодняшнему дню, заключены в Его молчании. И есть еще большее, что не написано в книгах сих, и есть еще большее, что мы сейчас не можем вместить. Вся истина, вся любовь, вся полнота жизни.

Если мы услышим это молчание Божие, нам будет дано узнать о Его победе, которая уже совершилась. Она дается вначале самым верным — женам-мироносицам, которые следуют за Христом ко Кресту и стоят у Креста. Они идут ко гробу, превозмогая страх. Ибо любовь влечет их туда, где Господь.

И эта победа открывается тем верным, кто не отступал от Господа во все эти святые дни, слушая не одним внешним слухом песнопения Церкви. Тем верным, которые теперь узнают, что Христос сходит во ад, заполняя его Своим присутствием, уничтожая его до конца. И тем, кто знает, что всякий их грех — это то, что относится к аду. И они сами относятся ко аду, если не отделяют себя от этого греха до конца покаянием. Им дается уже сейчас узнать, что свет Христов касается глубин их сердец. 

147.Утром после субботы женщины пришли очень рано ко гробу. Это событие у многих вызывает большое недоумение. Евангелисты не противоречат друг другу, но приводят разные детали. У Луки женщины пришли ко гробу утром очень рано (Лк. 24:1), у Марка весьма рано (Мк. 16:2), у Матфея вечером субботы (Мф. 28.1), у Иоанна в первый день по субботе, когда было еще темно (Ин. 20:1). Лука продолжает, что они увидели двух мужей, Марк — одного юношу, сидящего в белых одеждах (Мк. 16:5), Матфей — одного ангела, а Иоанн — двух ангелов, в белых одеяниях сидящих (Ин. 20:12). Труднее всего согласовать рассказ Иоанна, как Марии Магдалине было сказано: Не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему (Ин. 20 17), — и живое описание Матфея, что Господь встретил Марию Магдалину и другую Марию и они приступили и ухватились за стопы Его и поклонились Ему.148.Как разрешить эту трудность? Может, евангелисты рассказали о четырех разных посещениях и о разных женщинах и разных видениях? Одни приходят с благовониями в первый день по субботе (Мк. 16:1, Лк. 24:1), а другие без благовоний вечером в субботу. Одни названы по именам, а о других сказано только то, что они следовали за Господом от Галилеи (Лк. 23:55).

149.Боюсь, что некоторых напугают неудобопроходимые дебри толкования, особенно если они уже с нетерпением ждут гладкого завершения. Представьте, мы уже сворачиваем паруса нашей проповеди, подходим к гавани, а корабль, стремительно пересекший моря, у самого берега начинает почти ползти из-за угрозы невидимых подводных скал. Мне тоже лучше замедлить, чем ускорить ход, и безопасно проскользнуть над таящимися отмелями, иначе проповедь пойдет ко дну из-за множества пробоин или сядет на мель, как у нерадивого кормчего.

150.Первое, что нужно сделать, это внимательно рассмотреть значение слов. Вечером субботы, на рассвете первого дня по субботе (Мф. 28:1) воскрес Господь. Ты читаешь: Вечером субботы пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб. И вот, сделалось великое землетрясение (Мф. 28:1—2). Воскрес же Он не в субботу — в субботу они оставались в покое по заповеди (Лк. 23:56) — а в ночь по ее окончании, и поэтому пришедшие рано утром женщины уже знали, что воскрес Господь.

151.Все тщательно сопоставив, мы должны принять, что воскресение произошло не утром воскресного дня (это первый день по субботе), и не в субботу (иначе не получится третий день). Значит, Он воскрес не на закате дня, а на исходе ночи. По-гречески сказано «поздно», то есть όψέ. Но «поздно» может означать и закат дня, и все, что происходит после определенного срока. Например, говорят: «Мне это предложили поздно», то есть с опозданием. Или: «Он пришел поздно», то есть позже условленного времени. Даже если что-нибудь произошло ранним утром следующего дня, это поздно, если прошли сроки окончания дела. Поздно может быть и глубокой ночью, если ты скажешь: «Слишком поздно я поднялся для ночной работы», то есть сделал это не вечером, а глубокой ночью.

а) Воскресение И. Христа. Мф. 2—4.

О воскресении И. Христа, т.-е. о том, как оно совершилось, евв., кроме Матфея, ничего не разсказывают; все внимание свое они обращают на то, как этот факт засвидетельствовался пред верующими во Христа, а потому в своих повествованиях прямо обращаются к тому, что случилось при гробе Спасителя утром в первый день недели с женами мироносицами, которыя первыя удостоились вести ангельской о воскресении Господа и потом сами были первыми благовестницами об этом событии пред людьми. По сообщению же ев. Матфея, воскресение И. Христа ознаменовалось следующими событиями: ангел Господень сошел с неба, приступил к гробу, где лежало тело Господа, отвалил камень от двери гроба и сел на нем. Лишь только воспоследовало отверстие гроба рукою ангела, тотчас же произошло великое землетрясение, свидетельствовавшее, что разрушение ада и смерти совершилось. В то же время молниеносный вид небеснаго посланника, сидевшаго на отваленном от гроба камне, произвел страх и трепет в стрегущих, и они стали как мертвые.

б) Жены мироносицы. Мф. 1. Мк. 1. Лк. 10. Ин. 1. Число и имена жен мироносиц, утром в первый день недели путешествовавших ко гробу Господню, евв. показывают неодинаково: ев. Матфей — двух: Марию Магдалину, и другую Марию; ев. Марк — трех: Марию Магдалину, Марию Иаковлеву (другая Мария Мф.) и Саломию; ев. Лк.—тоже трех: Марию Магдалину, Марию Иаковлеву и Иоанну; ев. Иоанн — одну Марию Магдалину. Это объясняется замечанием ев. Луки (1:10), что, кроме им названных жен, были с ними и некоторые другия: было следовательно, иного жен мироносиц; не имея намерения перечислять их всех, евв. упоминают только о тех из них, которыя в апостольской церкви были особенно известны и почтенны; особенно известна была Мария Магдалина, имя которой по этому и встречается у всех евв. в истории воскресения Христова; значительною также известностию в церкви апостольской пользовалась мать братьев Господних по плоти, Мария Иаковлева, почему она и упоминается в числе св. мироносиц у трех первых евангелистов. Что касается Саломии, о которой упоминает ев. Марк, и Иоанны, о которой упоминается в Евангелии от Луки, то и эти мироносицы, очевидно, принадлежали точно так же к более усердным в служении Христу женам: о них встречаются упоминания и в других местах тех же Евангелий (Мк. 15:40. Лк. 8:2.)

Это замечание совершенно достаточно было бы для примирения указанной разности евв. повествований даже и в том случае, если бы все евв. говорили об одном и том же событии, повествуя о путешествии жен мироносиц ко гробу. Но ев. Иоанн говорит о том, что было с одною Мариею Магдалиною и чему свидетельницами не были прочия жены мироносицы, а первые три евв. разсказывают о случившимся с этими последними, кроме Марии Магдалины. На это указывает совершенная разность между событиями, о которых говорит ев. Иоанн, как о случавшихся с Мариею Магдалиною, и теми, о которых говорят первые три евв.. как о случившихся вообще с женами мироносицами: последния, увидав гроб открытым, не бегут от него, а подходят к нему, входят в него, видят там ангелов, получают от них весть и потом уже возвращаются в город; Мария же Магдалина, как скоро увидела гроб открытым, бежит к Петру и Иоанну, сообщает им родившуюся в ней мысль, что тело Господа унесено из гроба, возвращается с ними ко гробу, а по удалении их от гроба видит сначала ангелов во гробе, а потом Самого воскресшаго около гроба. Таким образом ясно, что ев. Иоавн упоминает об одной Марии Магдалине потому, что передает события, бывшия только с нею одной. Но почему же первые три евв., если они говорят о событиях с прочими женами мироносицами, кроме Магдалины, об этой. последней однако упоминают в своих повествованиях? Должно думать, что жены мироносицы вместе все вышли из города, имея все одну мысль, одно намерение; поэтому первые три евв. в числе особенно известных и почтенных в апостольское время жен мироносиц упоминают, между прочим, и о Марии Магдалине. А что пламенная Магдалина побежала скорее других и тем самым выделилась из сонма прочих жен мироносиц, — это первые три евв. оставляют без упоминания, стремясь скорее передать то, что пережили мироносицы при гробе Господнем и как засвидетельствовалась пред ними истина воскресения Христова.

в) Цель путешествия жен ко гробу, Мф. 1. Лк. 23:56, 24, 1.

Евв. Марк и Лука говорят, что целью путешествия жен мироносиц ко гробу было помазание тела Иисусова; ев. же Матфей говорит, что жены пошли посмотреть гроб. Но, очевидно, одно другим не исключается: конечно, женам желательно было л просто только видеть гроб возлюбленнаго своего Учителя, но, как говорят Марк и Лука, была и другая цель их путешествия—воздать последний долг Господу помазанием Его тела.

г)Путешествие жен ко гробу. Мк. 3. Один ев. Марк сообщает, что во время пути ко гробу жены были озабочены мыслию: кто им отвадит камень от двери гроба, громадный и тяжелый?

д)Время путешествия ко гробу. Мф. 1. Мк. 2. Лк. 1. Ин. 1. ИЗ определении времени путешествия жен мироносиц есть различие собственно между первыми двумя евангелистами и Иоанном: по последнему, Мария Магдалина приходить ко гробу очень рано, еще сущей тьме, а по евв. Матфею и Марку жены мироносицы пришли ко гробу — свитающи (Мф.), возсиявшу солнцу (Мр,). Но это различие и должно быть, потому что Мария Магдалина ранее других пришла ко гробу. Что же касается первых трех евв., то евангелист Лука говорит неопределенно: зело рано, п потому не противоречить в этом случае не первым двум евв., ни Иоанну. Первое выражение ев. Матфея: в вечер субботний (οψε σαββάτων), неопределенно, оно может значить вечер и утро по прошествии субботы и хочет только сказать, что это было по прошествии времени субботняго покоя. Следующее выражение ближе его определяет свитающи во едину (εν μια, т.-е. ημέρα) от суббот (в смысле недели) — на разсвете перваго для недели. Выражение ев. Марка: возсиявшу солнцу, могло бы, пожалуй, подать повод думать, что по нему жены мироносицы пришли ко гробу в то время, как уже день начался. Но другое выражение: зело заутра, очевидно, показывает, что ев. Марк хочет обозначить выражением: возсиявшу солнцу тот же момент времени, какой указывает ев. Матфей. Разница в словах, а не в деле.

Приготовления женщин галилейских к шествию ко гробу Иисуса Возвратясь в Иерусалим после погребения Иисуса, некоторые женщины, пришедшие с Ним из Галилеи, успели до захода солнца купить благовония и масти, а Мария Магдалина, Мария Клеопова (она же Мария Иаковлева, как мать Иакова) и Саломия, вероятно, возвратились в Иерусалим несколько позже, когда торговля уже была прекращена, и потому только по прошествии субботы, то есть в субботу после захода солнца, купили ароматические масти, чтобы, по обычаю еврейскому, помазать ими тело Иисуса и тем воздать Ему последний долг.

Купив ароматы, женщины эти, которых принято называть женами-мироносицами, не могли тотчас же тронуться в путь ко гробу, потому что наступила уже ночь. И ждали они рассвета, и казалась им эта ночь особенно длинной; и, не дождавшись конца ее, рассчитывая на скорое наступление дня, они пошли при свете полной луны.

Примирение кажущегося противоречия в повествованиях Евангелистов

Евангелист Лука свидетельствует, что женщины, пришедшие с Иисусом из Галилеи, смотрели гроб, и как полагалось тело Его; возвратившись же (в город), приготовили благовония и масти (чтобы, по обычаю еврейскому, помазать ими тело Иисуса); и в субботу остались в покое по заповеди (Лк. 23:55—56). То были Магдалина Мария, и Иоанна, и Мария, мать Иакова, и другие с ними (Лк. 24:10). Евангелист Матфей говорит, что при погребении Иисуса были Мария Магдалина и другая Мария, которые сидели против гроба (Мф. 27:61). Евангелист Марк, говоря о том же, поясняет, что эта другая Мария была Мария Иосиева, то есть мать Иосии. Таким образом, из свидетельства трех Евангелистов нам известно, что Мария Магдалина, Мария Клеопова и другие женщины, пришедшие из Галилеи, в том числе и Саломия, мать Апостолов Иакова и Иоанна, постарались узнать место, куда Иосиф и Никодим положили тело Иисуса. Повествуя об этом, Евангелисты хотели лишь удостоверить, что некоторым женщинам было известно это место; но перечислять поименно всех этих женщин они сочли излишним для своей цели и потому ограничились вышеприведенными указаниями на Марию Магдалину, Марию Клеопову и других, пришедших из Галилеи. Все они купили ароматы или благовония для помазания тела Иисуса. По сказанию Луки, некоторые сделали это, возвратясь в город после погребения, из чего следует заключить, что они возвратились довольно рано, когда еще не начался пасхальный вечер, когда торговля еще продолжалась. Другие же, а именно Мария Магдалина, Мария Клеопова и Саломия, вероятно, вернулись в город несколько позднее, так как купили ароматы лишь по прошествии субботы, то есть в субботу вечером, так как празднование субботы у евреев начиналось с вечера пятницы и оканчивалось с заходом солнца в субботу же; об этом свидетельствует Евангелист Марк, говоря: По прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти помазать Его (Мк. 16:1). И в этом нет никакого противоречия или разногласия. Вероятно, все они вместе тронулись в путь, но пришли ко гробу не одновременно, потому что некоторые шли скорее, спешили прийти первыми, прежде остальных. Этим и объясняется кажущееся разногласие Евангелистов о времени прихода их к погребальной пещере.

Приход Марии Магдалины ко гробу

Евангелист Лука, не поименовывая сначала женщин, шедших ко гробу, а ограничиваясь лишь указанием, что это были пришедшие с Иисусом из Галилеи, говорит: В первый же день недели, очень рано... пришли они ко гробу (Лк. 24:1). Евангелист Иоанн говорит, что Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было еще темно (Ин. 20:1). Евангелист Матфей повествует, что на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб (Мф. 28:1), а Евангелист Марк говорит, что Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия... весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу, при восходе солнца (Мк. 16:1—2).

Выражения Евангелистов — очень рано, на рассвете и при восходе солнца — нельзя считать противоречащими одно другому. Как восход солнца, так и рассвет, это очень раннее время дня, начало его; определения времени словами на рассвете и при восходе солнца тоже нельзя считать противоречивыми, так как в южных странах нет тех продолжительных зорь, какие бывают у нас в средней и северной России; там после захода солнца быстро темнеет, равно как и при рассвете скоро восходит солнце. Поэтому одно и то же время можно определить и как настоящий рассвет дня, и как начало восхода солнца. Но с этими определениями времени стоит в несомненном противоречии сказание Евангелиста Иоанна о том, что Мария Магдалина пришла ко гробу, когда еще было темно; и это противоречие было бы непримиримым, если бы Иоанн сообщил о приходе всех жен-мироносиц; но так как он говорит только о приходе Марии Магдалины, то надо полагать, что она ушла вперед, оставив далеко за собой остальных женщин, и пришла ко гробу, когда еще было темно; другие же пришли позже, но все-таки очень рано, на рассвете, при начале восхода солнца. Евангелист Иоанн, писавший свое Евангелие последним и дополнявший упущенное первыми Евангелистами, не нашел нужным говорить о других женщинах, шедших ко гробу, так как об этом уже было достаточно сказано другими Евангелистами; не стал бы он говорить и о том, что с остальными женщинами шла Мария Магдалина, если бы первые Евангелисты не упустили заметить, что она пришла ко гробу первая, когда еще было темно. Евангелисты Матфей, Марк и Лука, сообщая о приходе женщин ко гробу, не придавали особого значения тому обстоятельству, что Мария Магдалина пришла ранее всех, и потому, перечисляя по именам некоторых из этих женщин, упоминают и Марию Магдалину, как бы приходившую вместе с остальными ко гробу. Евангелист же Иоанн, дополняя их повествования, вносит поправку к их сказаниям, говоря, что Мария Магдалина пришла раньше всех, и делает это потому, что рассказывает о явлении ей Христа, о чем первые Евангелисты умалчивают. Поправка эта имеет особенное значение как сделанная свидетелем-очевидцем: Мария Магдалина, найдя камень отваленным от пещеры, тотчас же побежала к Петру и Иоанну поведать им свое горе и затем вместе с Иоанном опять прибежала к пещере. Следовательно, все, что Иоанн повествует об этом, он знал тогда же от самой Марии, да и сам своими глазами видел то, о чем она говорила ему, то есть отваленный камень и опустевший гроб.

Вообще ни один из Евангелистов не намеревался описать все без исключения события Евангельской Истории; да это было бы даже и невозможно, так как, по словам Евангелиста Иоанна, весь мир не мог бы вместить написанных книг. Поэтому умолчание одного или нескольких Евангелистов о каком-либо событии нельзя принимать за отрицание ими таковых. Для того, чтобы читатели могли сознательно уверовать в действительное Воскресение Иисуса Христа, первым Евангелистам было вполне достаточно рассказать о том, как пришедшие ко гробу женщины нашли его пустым и как после того Христос являлся им и ученикам; подробностям же о том, когда именно пришли женщины ко гробу, кто из них пришел раньше и кто опоздал, а также сколько раз являлся Христос — они, по-видимому, не придавали существенного значения.

Итак, следует признать, что в день, следовавший за субботою, который назывался первым днем недели, а теперь называется воскресеньем, женщины, пришедшие с Иисусом из Галилеи, в числе которых были Мария Магдалина, Мария Клеопова, Саломия и Иоанна, еще ночью, когда было темно, вышли из Иерусалима с купленными благовонными составами и направились к пещере, в которую было положено тело Иисуса. Слова Иоанна, что тогда еще было темно (Ин. 20:1), надо понимать в том смысле, что тогда была еще ночь, день еще не наступал; дневного солнечного света не было, но был свет лунный, так как это происходило во вторую ночь после полнолуния, когда луна светит до самого восхода солнца.

Удрученные горем женщины шли тихо, намереваясь лишь к утру дойти до гроба; но Мария Магдалина, как особенно любившая Иисуса, шла впереди их и, быть может, сама того не замечая, отделилась от них и ускоренными шагами пошла одна. Впрочем, есть некоторое основание полагать, что она не одна ушла вперед, так как после того, говоря Петру и Иоанну о том, что унесли Господа из гроба, она добавила: не знаем, где положили Его (Ин. 20:2). Не шла ли с ней Мария Клеопова?

Поспешный уход ее в Иерусалим к Апостолам

Подойдя к пещере, Мария Магдалина увидела, что камень отвален от гроба (Ин. 20:1). Не входя в пещеру, она подумала, что тело Иисуса перенесено в другое место; но кем и куда? В страхе и недоумении бежит она назад в Иерусалим, чтобы рассказать об этом Апостолам Петру и Иоанну.

Они уготовали миро и ароматы; в Субботу находились в покое, согласно (ветхозаветной) заповеди: ибо еще не пришла истинная Суббота, и они не познали еще ту преблагословенную Субботу – преведение нашего естества от адских бездн на светозарную и божественную и небесную высоту. «Во едину же от суббот, зело рано, приидоша на гроб, носяще яже уготоваша ароматы», как говорит Лука (Лк. 24:1). Матфей же говорит: «В вечер же субботный, свитающи во едину от суббот», и указывает, что две жены были пришедшие. А Иоанн: – «Еще сущей тме» (Ин. 20:1), и говорит, что пришла одна Мария Магдалина. Марк же: – «Зело заутра во едину от суббот» (Мк. 16:2), и говорит, что было три пришедших женщины. То, что Пасха была в первый день после субботы, это утверждают все Евангелисты. Относительно же времени они так говорят: «По вечери субботней», и «рано утром» и «очень рано» и «рано, когда было еще темно» и около того времени, когда свет смешивается с темнотой, т.е. когда на горизонте начинала сиять заря, предвозвещая день. Если бы кто желал уточнить время, то цвет неба начинает меняться около девятого часа ночи, так что до наступления дня остается целых три часа. Видится же, что Евангелисты имеют разногласие не столько относительно времени прихода на гроб Жен Мироносиц, сколько относительно числа жен. Ибо, как я сказал, Мироносиц было много, и не все вместе, но два и три раза они приходили ко гробу, и в группах не были те же самые лица. Все оне пришли при наступлении утра, но не все в точно то же самое время. Магдалина одна из всех снова пришла и дольше пребывала (у гроба Христа). Некоторые Евангелисты, минуя других пришедших, упоминают ее одну из всех. Но, как я заключаю и суммирую из всех Евангелистов, как я уже и раньше сказал, первая из всех пришла на гроб Сына и Бога – Богородица вместе с Марией Магдалиной. И этому мы научаемся особенно от Евангелиста Матфея: «Прииде», говорит, – «Мария Магдалина, и другая Мария, видети гроб».

Иосиф Аримафейский, накануне наступления субботы совершил благое дело погребения тела Иисуса Христа. Но он не имел времени для соблюдения погребальных обрядов омовения тела и помазания его благовониями, ибо наступила священная суббота, когда работать было запрещено. Суббота наступила вечером в пятницу (по нашему счету часов), и длилась она сутки. Вечером в субботу (по нашему счету времени) наступил первый день недели (наше воскресенье). Прошел вечер и ночь этого первого, следующего за субботой дня, и рано утром, с рассветом, к гробнице подошли две женщины – «Мария Магдалина и другая Мария». Эта «другая Мария», как уточняет Евангелие от Марка, была «Мария Иаковлева» (Мк. 16:1). Она упоминалась и Матфеем, как одна из женщин, присутствовавших при распятии и возле гробницы, в которую Иосиф Аримафейский положил тело Иисуса. Другие евангелисты сообщают, что женщины «купили ароматы, чтобы идти помазать Его» (Мк. 16:1), то есть завершить то, что не успел сделать Иосиф. Но евангелист Матфей о принесенных благовониях не упоминает. Возможно, он, следуя логике своего повествования, полагал, что стражники, охранявшие запечатанный вход в гробницу, просто не позволили бы женщинам снять печать и войти внутрь. Так что, с точки зрения Матфея, женщины, скорее всего, пришли совершить традиционный обряд оплакивания умершего.

В вечер субботный (по прошествии субботы). Суббота была вторым днем после смерти Христовой. Суббота, это — седьмой и последний день недели у Евреев, день праздничный (4-я зап.). На разсвете перваго дня недели (свитающи во едину от суббот), т. е. новой недели, — дня, который со времени воскресения Христова в этот день, называется у нас воскресным. Господь имел воскреснуть в третий день по смерти. Так пророчески было представлено прор. Ионою; так неоднократно предсказывал Сам Господь Своим апостолам; так и совершилось на самом деле. „А как считается воскресение Христово тридневным, узнай, пишется в синаксаре пасхальном; вечер четверга и день пятка, — вот сутки, по еврейскому счету. Ночь пятка и день субботный — другия сутки. Субботняя ночь и день недельный — третьи сутки. Здесь начало дня принимается за целый день“. В каком именно часу последовало воскресение Христово, этого определить нельзя; полагают — утром, после полуночи (Амврос. Медиол.). Мария Магдалина и другая Мария, это — те самыя жены, о которых говорилось выше. Мария Магдалина, — одна из учениц Христовых, и Мария — Пресвятая Матерь Его (Мф. 27:56, 61 ст.). Оне первыя пришли на гроб Христов, первыя и увидели Его воскресшаго (9 ст.). „Первее убо воскресение Божией Матери познаваемо бывает, прямо седящей гроба с Магдалиною", пишется в синаксаре. Это и понятно: любящий Мать Свою, Господь первую Ее и утешил, воскреснув из мертвых. „Пресвятая Богородица ближе всех из земнородных была к Господу И. Христу, и сердце ея более других было поражено невыносимою сердечною скорбию, когда Она видела на кресте Спасителя мира, по Своему человечеству Ею рожденнаго и воспитаннаго, и связаннаго с Нею самыми тесными кровными узами. Господь видел со креста страдания Своей Матери и в нежной сыновней заботливости о Ней, в предсмертныя минуты, поручил Ее попечениям Своего возлюбленнаго ученика. Можно ли предположить, чтобы Сей необыкновенный Сын необыкновенной Матери забыл о Ней, когда открылся и настал день Его славы, и когда Он с торжеством явился на земле победителем смерти и ада? Можно ли думать, чтобы Ему угодно было продлить минуты страданий Той, от Которой Он принял плоть Свою, Которая Им жила и дышала и в Которой Он находил утешение и отраду во дни земной жизни Своей )? Если не говорится в Евангелии об этом явлении, то и вообще о Пресвятой Богородице говорится там мало. „Видно Ей Самой не угодно было, чтобы разглашали о Ней и выставляли на показ тайну Ея жизни. Смирение было одним из главных и отличительных Ея качеств. Господь, по Ея собственным словам, призрел на смирение Ея (Лк. 1:48), когда избрал Ее послужить искуплению рода человеческаго чрез восприятие от Нея пречистой плоти, и этому смирению Она не изменяла во все годы Своей жизни, как во дни скорби, так и во дни славы Своего Сына и Господа. И апостолы с благоговением относились к этому необычайному смирению величайшей из матерей, свято берегли ея желания и не хотели говорить о Ней, когда Она более всего любила молчание" (Воскр. Чт. 1883 г.). Вообще же явление Господа женам объясняется в синаксаре так: „Мария Магдалина с другою Мариею удостоилась первая явления воскресшаго Господа. Так и надо было, чтобы тот пол, который впервые слышал: в болезнях родиши чада твоя, прежде другого услышал и радостную весть" (Синакс.). Жен мѵроносиц было много, и евангелисты не поименовывают всех их, а только не многих из них, по своему усмотрению (Мк. 16:1. Лк. 24:1. 10. Ин. 20:1. Мих.). Видети (посмотреть) гроб. Жены мѵроносицы, как пишут евангелисты Марк и Лука, приготовили масти, чтобы помазать тело возлюбленнаго своего Учителя, и, взяв их, пошли посмотреть гроб Его, чтобы узнать, могут ли оне помазать, и если окажется возможным, исполнить свое благочестивое желание (чит. Лк. 23:56. Лк. 24:1;Мк. 16:1, 2). По всей вероятности, оне не знали, что ко гробу приставлена стража, и он опечатан.

После того как Спаситель уготовал для нас воскресение, он редко является ученикам Своим в другие дни, кроме дня Господня. Как прежде, исполняя закон, Он каждую субботу приходил в синагогу, так со времени спасительного Своего воскресения и дарования залога миру, Он является предпочтительно в день Господень, первый после субботы, утверждая основание святого дня Господня. Для празднования субботы наступил теперь конец, а положено начало установлению дня Господня, т. е. именно воскресенья, как вы помните из прежних объяснений. Почему блаженный Матфей, обозначая субботу, но вводя начало святого дня Господня, говорил: "в вечер субботний"? Потому, что это был конец и вечер прежней субботы: "По прошествии же субботы" (свитающи во едину от суббот) (Мф. 28:1). И в этот именно первый день после субботы, в самый день святого праздника воскресения, явился воскресший (Господь).

* * *

Начало — см. Лк. 23:56

Без сомнения, некоторые из евангелистов употребляют выражение — «в вечер же субботний» в смысле обыкновенных выражений: в поздний час, в позднее время. Это не был вечер субботы в прямом смысле, но поздние часы субботы, поздно в субботу. А это означает полночь, или немного спустя. Откуда это видно? Из того, что Господь по Его обетованию должен был воскреснуть в третий день, т.е. в день Господень. Это и будет третий день, считая с пятницы, когда Он был распят. День же Господень начинается с седьмого часа ночи и продолжается до шестого часа следующей ночи. И таким именно способом, считая всякий день, ты не будешь противоречить словам бытописателя о миротворении: «и был вечер, и было утро» (Быт. 1:5). Ведь как только минует полночь, солнце, обтекая землю, тотчас освещает обращенные к востоку страны, хотя еще не показывается само, и производит для живущих там так называемое раннее утро. Так и у нас наступает рассвет в различные часы, по мере приближения солнца, а не у всех одинаково в одно и то же время. После же полуночи до рассвета Господнего дня воскрес Господь из мертвых, именно, в третий день по писаниям. Итак, Пресвятая Дева Богородица, удрученная скорбью более всех, найдя споспешницу себе в лице Марии Магдалины это была ревностнейшая женщина, почему она и вспоминается всеми четырьмя евангелистами (Мф. 28:1; Мк. 16:1; Лк. 24:10; Ин. 20:1), пришла тотчас после полуночи, т.е. в поздний час субботы, ко гробу — не с благовониями (для этого еще не настало время), но только посмотреть гроб. Вот первый приход святых и достойных жен, о которых рассказывает евангелист Матфей.

Минула суббота, и на рассвете следующего дня – дословно: «Поздно в субботу, на рассвете первого дня». Это трудные для понимания слова, потому что по еврейскому счету суббота заканчивалась вечером и поздний вечер – это уже следующий день. Эти два выражения кажутся противоречащими друг другу, тем более что вся христианская традиция, за исключением апокрифического евангелия Петра, говорит о том, что женщины посетили гробницу ранним утром следующего за субботой дня. Поэтому многие ученые предлагают видеть в греческом слове «опсе́» («поздно вечером») не наречие, а предлог со значением «после, вслед за».

Две женщины пошли навестить гробницу (у Марка и Луки их было три, а у Иоанна только одна Магдалина). В Евангелиях Марка и Луки говорится, что они купили необходимые для умащения душистые мази, потому что хотели завершить погребение должным образом. Матфей об этом не упоминает, возможно, потому, что, согласно его сообщению, у гробницы находилась стража, которая не позволила бы женщинам войти внутрь, да и вход в гробницу был опечатан. Поэтому женщины пришли, вероятно, исполнить обряд оплакивания, куда входили ритуальные причитания и битье себя в грудь. Известно также, что близкие и родные во время траура посещали гробницы, особенно в первые три дня.

События жизни Иисуса то и дело сбивают нас с толку! Никогда не соответствуют они тому, чего мы ждем. Однако они дают нам куда больше, одобряют нас тем, на что мы и не смели надеяться. Иосиф Аримафейский положил Иисуса во гроб, но ни одна гробница не может ни вместить Его, ни удержать. Женщины приносят ароматы ко гробу, однако Бог, Которого они хотели помазать, воскрес. Женщина разбивает алавастровый сосуд, чтобы возлить драгоценное миро, воздавая честь телу живого Господа, Иисус же говорит, что это сделано ею для Его погребения. Крест, казалось бы, сокрушает надежду. Но Воскресение сокрушает отчаяние. Дела Господни обращают в прах наши начинания, превосходят их. Так бывает всегда, когда Иисус входит в нашу жизнь. Что-то в ней разлетается вдребезги, но что-то может и взмыть к небу. Иисус не вмещается ни в какие из наших рамок; Его присутствие, Его слово разбивает их все.

Римские воины зорко и бодро стояли на страже гроба Господня, с часу на час ожидая мнимых похитителей. Но похитителей не было, а того, что сокрыто от всего мира, погруженного в глубокий сон – духовный и телесный, воины не могли усмотреть. Они продолжали бы охранять гроб, лишенный Мертвеца, если бы премудрость Божия, как бы посмеиваясь над мудростью человеческой, не обратила их в первых, хотя и невольных, вестников воскресения. Величайшее чудо всемогущества Божия, совершившееся неощутимо для очей неверия, обнаружилось для воинов сильным сотрясением земли и явлением светотозарного вестника из другого мира. Это служение стихий и горных сил Погребенному внушительно говорило грубому чувству людей, видевших себя во всеоружии, что пред ними – сила высшая, могущество неземное, и что в этом случае земные средства защиты или нападения вполне бессильны. Ангел, сошедший с небес, при великом землетрясении приступил к гробу, отвалил камень от двери гроба и сел на нем. Отваление камня, ненужное для Господа, уже воскресшего, было необходимо для стражи, которая должна была удостовериться в воскресении стрегомого Мертвеца собственными глазами, а также и для последователей Господа, особенно же святых жен, чтобы и они могли скорее увериться в том, что напрасно ищут Живого между мертвыми. «Ангелу поручено было, – по выражению преподобного Исидора Пелусиота, – уверить ищущих, что Господь восстал, а не украден». Вид его был, как молния, и одежда была, как снег. явление светоносного вестника из другого мира среди ночной мглы привело стражей в ужас: они затрепетали и, забыв все – и себя, и место, и дело, им вверенное, стали, как мертвые. Земные стражи у гроба Господня кончили свою стражбу и должны были уступить место стражам небесным – светоносным вестникам всерадостного воскресения.

У Иудеев очень точное определение весеннего равноденствия и полнолуния для совершения праздника пасхи, и Православная Церковь для определения дня Воскресения Господня – Пасхи Христовой – тоже вычисляет, подобно Иудеям, эти весенние дни. Христос Бог предал себя на крестные страдания в пятницу, когда Иудеи праздновали пасху, а затем, мертвый, пребывал во гробе три дня. (Части дня вменены за целые дни).

В первый день недели, по привычному счету – в воскресенье (это тот день, когда Бог сотворил свет; день един – сказано у Моисея), Господь воскрес. Поэтому христиане празднуют Пасху после весеннего равноденствия, после за сим полнолуния, в первый воскресный день после еврейской пасхи Для определения дня православной Пасхи мы соблюдаем равноденствие, 14-й день луны и трехдневье – пятницу, субботу, воскресенье. Принимаем для празднования Пасхи равноденствие, отыскивая 14-й день после него и отсюда отсчитывая пятницу, субботу и день Господень. Если случится, что 14-й день луны прежде равноденствия, то мы оставляем его и ищем другой 14-й день луны, и не берем раньше весеннего равноденствия..

Пасха ветхая – избавление от временного рабства, а новая Пасха избавляет от вечной погибели и смерти.

Если праздновать Пасху в один день с Иудеями, то искажается, забывается Евангелие. В день полнолуния, когда праздновалась пасха ветхая, Господь был распят. Второй день – день пребывания во гробе, а третий день – воскресный день.

Святые жены мироносицы первые услышали радостную весть о воскресении Господа и первые узрели Его, «вкусив, по замечанию святителя Григория Богослова, Христова вкушения в уврачевание прежнего», потому что «Еве, которая пала первая, первой надлежало приветствовать Христа и возвестить ученикам».

Очень рано утром, в первый день седмицы, когда еще ночной мрак не успел рассеяться, Мария Магдалина, пламеневшая, по выражению святого отца, «самою нежною любовию к Учителю», пришла к гробу и, увидев сквозь ночную мглу, что камень отвален, тотчас, не теряя ни одной минуты, побежала с этой вестью к апостолам Петру и Иоанну (Ин. 20:1-18)