Евангелие от Матфея 27 глава 59 стих

В то время, когда Голгофа уже опустела и у подножия крестов остались лишь воины римского конвоя, к прокуратору Иудеи при­шел Иосиф родом из Аримафеи — богатый, уважаемый в Иерусалиме человек и тайный последователь Спасителя. Он был влиятель­ным членом синедриона, но не участвовал в заседании, на котором Христа приговорили к смерти. Невзирая на возможные неприятно­сти, Иосиф обратился к Пилату⁷ с просьбой от­дать ему тело Иисуса из Назарета.

Обычно римляне оставляли тела распя­тых на крестах, где они становились легкой добычей хищных птиц. Разлагающиеся трупы служили своего рода напоминанием о неиз­бежности наказания, которое ждет каждого из врагов Рима. Тело можно было снять с креста и похоронить только с согласия римской вла­сти. Но Распятие Христа совершилось в пят­ницу, в канун наступавшего субботнего покоя. К тому же на субботу приходился первый день пасхи, празднование которой начиналось пят­ничным вечером. Иудейский обычай требовал снять тела с крестов до наступления праздни­ка, и синедрион ходатайствовал об этом пе­ред Пилатом. Приближался вечер, а двое из распятых были еще живы. Чтобы ускорить смерть, римские солдаты перебили им голени. Потеряв опору, казненные повисли на руках и через несколько минут задохнулись. Иисус из Назарета был уже мертв. Желая убедиться в этом, стражники пронзили его грудь копьем. Из раны показались кровь и вода — явный при­знак наступившей смерти.

Можно предположить, что со смертью Иисуса у Иосифа обрушились все мессианские надежды. Но он сохранил любовь к Учителю и хотел совершить достойное Его погребе­ние. На востоке умерших хоронили в особых пещерах. Склепы строили из кирпича, камня или высекали в скалах. По большей части за­хоронения были семейными. Для погребения Спасителя Иосиф приготовил новый склеп, не­давно купленный для себя. В этой пещере еще никто не был похоронен.

Пилат удивился не столько просьбе Иоси­фа, сколько тому, что Иисус уже умер. Каз­нимые иногда мучились на кресте несколько суток. Но Христос, претерпевший до казни много издевательств и пыток, умер через не­сколько часов после Распятия. Получив под­тверждение от центуриона римского конвоя, что смерть Иисуса из Назарета наступила в три часа пополудни, прокуратор разрешил снять Его тело с креста.

Похороны проходили в спешке, ибо насту­пал покой субботнего дня. При помощи слуг Иосиф завернул Распятого в заранее куплен­ный полотняный саван и перенес в сад. Тело положили в пещере, прочитали положенные заупокойные молитвы и завалили вход в гроб большим круглым камнем. За погребением Спасителя тайно наблюдали Мария Магдали­на и Мария Иосиева. Плача, они стояли непо­далеку от склепа. Женщины запомнили место захоронения Учителя. Как только закончится покой субботы, они вновь придут ко гробу. Но это будет уже не просто новый день — откро­ется новая страница в истории человечества.

Погребение Его

Иосиф купил новую плащаницу, то есть пелены, в которые евреи заворачивали при погребении тела умерших.

По обычаю тело умершего должно было быть похоронено в день смерти. Особенно это касалось умершего при распятии или повешенного на дереве. Об этом гласил Закон: «Если в ком найдется преступление, достойное смерти, и он будет умерщвлен, и ты повесишь его на дереве, то тело его не должно ночевать на дереве, но погреби его в тот же день, ибо проклят пред Богом всякий повешенный на дереве, и не оскверняй земли твоей, которую Господь Бог твой дает тебе в удел» (Втор. 25:22-23). Поскольку приближалась суббота, которая по еврейскому исчислению времени начиналась с заходом Солнца, то есть приблизительно в наши шесть часов вечера пятницы, с погребением тела Иисуса надо было торопиться, так как в субботу хоронить умерших было запрещено.

Кто же похоронил Иисуса? Никто из Его родственников не мог этого сделать, потому что все они были галилеяне и у них не было гробницы в Иерусалиме. И вот за них благородную и благочестивую задачу погребения взял на себя некий «богатый человек из Аримафеи, именем Иосиф, который также учился у Иисуса». Евангелие от Марка называет его «знаменитым членом совета», то есть Синедриона. Он не только не разделял решения своих коллег из Синедриона, но был даже, согласно Матфею, учеником Иисуса. Он «придя к Пилату, просил тела Иисусова». Обычно тела казненных преступников римляне не погребали вовсе. Их либо оставляли висеть на кресте для устрашения остальных, или снимали с распятия и оставляли на растерзание стервятникам и диким собакам. Возможно, Голгофу потому так и назвали Лобной горой, то есть горой Черепа, что она была усыпана черепами распятых. Но Иосиф из города Аримафея, будучи праведным человеком, учившимся у Иисуса, избавил тело Распятого от такого унижения. Он поспешил сделать, что мог. Он должен был до захода солнца дойти до дворца Ирода, добиться там аудиенции у Пилата, чтобы просить прокуратора о захоронении своего распятого Учителя. Поступок Иосифа был смелым, потому что он ставил себя в опасное положение прослыть сообщником казненного преступника.

Согласно сообщению евангелиста Марка, Пилат сначала удостоверился в смерти Иисуса и потом разрешил Иосифу снять тело Иисуса и предать его погребению. Евангелист Матфей подробности опускает. После того как «Пилат приказал отдать тело», Иосиф «обвил его чистою плащаницею и положил его в новом своем гробе, который высек он в скале».

Итак, Иосифу надо было еще успеть купить «чистую плащаницу», то есть погребальное полотно, в которое, по обычаю, заворачивали покойников. Ему надо было озаботиться о высеченной в скале гробнице, снять тело с Креста и успеть похоронить его до наступления субботы.

Сняв с Креста тело Иисуса, Иосиф «положил его в новом своем гробе, который высек он в скале; и, привалив большой камень к двери гроба, удалился». Слово «гроб» лучше, конечно, заменить словом «гробница», так как гробы не высекают в скалах. А «дверью гроба» в Синодальном переводе назван вход в гробницу, высеченную в скале.

Иудеи хоронили обычно своих умерших в пещерах, которые служили естественными гробницами или усыпальницами, склепами. Ко входу в пещеру приваливали камень, чтобы предотвратить проникновение в усыпальницу диких животных. Согласно евангелисту Матфею, в данном случае была использована не простая пещера, но гробница была высечена в скале, по-видимому, неподалеку от места распятия. Иосиф приготовил ее для себя, но теперь она оказалась гробницей тела Иисуса. Позже там был выстроен храм Гроба Господня в Иерусалиме – место стечения бесконечных паломников со всего света.

Конечно, у Иосифа просто не оставалось времени до наступления субботы соблюсти все погребальные обычаи: омовения и помазания благовониями. Согласно евангелистам Марку и Луке эти обряды по прошествии субботы, в первый день недели придут совершать уже упомянутые женщины из Галилеи – «Мария Магдалина и другая Мария». Они присутствовали при положении тела Иисуса в гробницу.

На этом завершается скорбный рассказ Евангелия о Великой Пятнице. Впереди Суббота покоя, за которой – радостная Благая Весть Светлого Христова Воскресения.

Сколько разных людей и разных характеров мы встретили в евангелском рассказа о Страстях Господних! – Злобные враги Иисуса – первосвященники, трусливо умывший руки Пилат, вопящая во дворе у прокуратора толпа, бичующие палачи, делающие свое дело равнодушные солдаты, застигнутый врасплох Симон Киринеянин, римский сотник, сострадающие галилейские женщины, свидетельницы последних часов и минут их Господа, праведный Иосиф Аримафейский... Столько уроков на небольшом пространстве Евангельского текста! 

 Итак, тело Иисуса Христа немедленно было снято со креста. Из евангельской истории не видно, чтобы в этот момент произошло что-либо примечательное: тут слышны были одни воздыхания, видны — одни слезы. Господь снова вступил в мирный круг дружбы и любви, из которого исторгла Его рука предателя.
   В то же время, конечно, были сняты и тела распятых с Иисусом. Если у них были родственники и друзья, то и они имели право плакать над ними, хотя не имели права похоронить их без особенного позволения прокуратора.
   В руках врагов Иисусовых оставался теперь один крест Его. Еще не пришло время, чтобы этому священному древу было воздано уважение, приличное жертвеннику, на котором заклана всемирная жертва. Древнее предание говорит, что иудеи зарыли потом крест Иисусов в землю в таком месте, которого никто не знал, кроме них, и откуда он извлечен впоследствии усердием равноапостольной Елены, матери Константина Великого.
   Поскольку до субботнего вечера оставалось совсем немного времени, то друзья Иисусовы, сняв пречистое тело Его со креста, немедленно занялись погребением, в котором быстрота должна была спорить с усердием и уважением к Погребаемому.
   Прежде всего нужно было найти приличное место для погребения. У Иосифа близ Голгофы был сад, в котором, как и по всей округе, находились каменные скалы. В одной из них, по обыкновению иудеев, высечена была пещера для погребения. Никто еще не был погребен в этой пещере, и Иосиф предназначал ее, вероятно, для себя и своего семейства (Ин. 19:41). Обладание местом этим, не совсем приятное из-за близости его к Голгофе, было на этот раз очень кстати для Иосифа и прочих друзей Иисусовых, т. к. давало возможность не только погребсти Божественного Мертвеца, не теряя времени, но и беспрепятственно приходить на гроб Его, чтобы изливать горесть свою слезами.
   Поэтому пречистое тело Господа немедленно перенесено было в сад Иосифов. Провидение в этом случае явило следы своего особенного смотрения. Если бы в пещере, где решили положить тело Иисусово, были уже прежде погребены тела других людей, то злоба врагов Иисусовых могла бы впоследствии говорить, что воскрес не Он, а другой, или что Он воскрес не Своей силой, а от прикосновения к костям какого-либо праведника, как это случилось однажды во времена царей Израильских. При всей нелепости этой лжи, они могли бы смущать и соблазнять легковерных.
   Тотчас занялись и погребальными приготовлениями. Иудеи вообще почитали погребение делом важным, даже ставили его в число добродетелей для погребающих (Тов. 1:20). Любили также, подобно прочим народам, и погребальное великолепие, например, драгоценные ароматы. Поэтому, погребение Иисуса Христа, которое совершали два знаменитых и богатых человека, желая своим усердием стереть бесчестие, Ему нанесенное, было настолько великолепно, насколько позволяло время.
   Погребальные полотенца, доставленные Иосифом, были самые тонкие и дорогие, какие получали обычно из Египта, славившегося этими изделиями. А Никодим принес столько ароматов, что их достаточно было бы на погребение самого первосвященника. Это было смешение из смирны (душистой смолы из одного дерева, растущего в Аравии) и алоя (благовонного растения, один из видов которого, не самый ценный, рос и в Палестине, но лучшие получались из Индии); то и другое употреблялось при погребении, иногда в порошках, иногда в виде масти. Если вес ароматов, упомянутый евангелистом (около ста литров), и не соответствует в точности нашему весу, то, по крайней мере, заставляет предполагать, что их принесено значительное количество.
   Остаток ароматов мог быть употреблен на усыпание гробницы. Некоторая часть, вероятно, была сожжена в конце погребения, что также было частью погребальных иудейских обрядов.
   По окончании приготовлений тело Господа, по обыкновению (Ин. 19:40), было омыто чистой водой; потом осыпано благовониями и вместе с ними обвито четвероугольным широким платом (плащаницей). Голова и лицо были обвиты узким головным полотенцем (сударь). То и другое перевязано шнурками. Так Иисус Христос положен был в гроб в том же виде, в каком Лазарь был восставлен Им из гроба (Ин. 11:44). Но ароматы не спасли Лазаря от тления, а в Иисусе Христе, источнике нетления, они служили только признаком несовершенства веры Его почитателей, которые, при всем уважении к Нему, как замечает св. Златоуст, нимало не думали, что они погребают теперь Господа жизни и смерти.
   Ограниченность времени не позволяла соблюсти всех прочих погребальных обрядов. Недостаток их надеялись восполнить по прошествии субботы, когда закон Ветхого Завета не мог уже препятствовать усердию к Законодателю Завета Нового.
   Вход в пещеру, где положили тело Иисусово, был плотно завален огромным камнем (Мф. 27:60-61): предосторожность, необходимая в Иудее, где водились хищные звери и птицы, но излишняя для Того, Кто и во гробе не преставал быть Господом земли и неба.

Обвит е (обвил его, — тело) чистою плащаницею, т. е. обвернул чистым полотном. Евангелист Иоанн подробнее говорит о погребении Христовом. Так он пишет: Иосиф снял тело Иисуса. Пришел также и Никодим, приходивший прежде к Иисусу ночью, чтобы послушать Его учение, и принес состав из смирны и алоя, литр около ста. Взяли они тело Иисуса и обвили его пеленами с благовониями, как обыкновенно погребали Иудеи, У Иудеев, и вообще на востоке богатые люди бальзамировали тела, т. е. мочили их в особенном составе, намазывали мазями и завертывали в пропитанное тоже особым составом, полотно, или просто умащали мазями (смирною и алоем и т. п.) и осыпали благовониями и, завернув в чистое полотно, полагали в пещерах, которыя, как известно и было объяснено (чит. объясн. Мф. 8:28.), устраивались в горах и назывались гробами. „Добрый и знаменательный обычай, замечает при этом архимандрит Фотий. Погребаемый представляется здесь как бы младенцем, повитым пеленами, а гроб — как бы колыбелью его. Смерть действительно есть переход, как бы рождение души в новую, в высшую жизнь; и самое тело человека верующаго вселяется во гроб, на уповании воскресения.

Му­жество его влило смелость и в другого подобного последователя Христова – Никодима, который как богатый человек позаботился о самых пышных похоронах – со всевозможными мастями, как это делалось при погребении иудейских царей. Приближение субботы однако же не давало возможности для совершения всех погребальных обрядов. Они сняли тело с креста и, поспешно обвив его дорогими белыми пеленами, положили в новоизсеченную гробницу, которую Иосиф приготовил было для себя в близ лежащем саду и теперь уступил своему обожаемому Учителю.

Тогда последний, не теряя ни минуты, спешит назад к Голгофе и по дороге покупает плащаницу Мк. 15:46. Сравн. Мф. 27:59; Лк. 23:53; Ин. 19:40: пелены., необходимейшую вещь при погребении. Библия дает мало указаний, по которым мы могли бы воспроизвести все подробности процесса древнееврейского погребения. Конечно, забота об этом печальном обряде падала на ближайших родственников или друзей умершего Быт. 25:9; 35:29; 464; Суд. 16:31; Тов. 6:15; 14:12 и дал. Мф. 8:21 и др.. Ученики предавали земле тело своего учителя Мк. 6:29.. Закон Моисеев считал всякий труп нечистым, и прикосновение к нему оскверняло человека на 7 дней Чис. 19:11.. Поэтому погребение совершалось в тот же день смерти, до захода солнца, и вообще отличалось поспешностью Деян. 5:6–10.. «Мертвому прежде всего закрывали глаза и рот, – говорит Маймонид, – потом его омывали, помазывали ароматическими веществами и обвивали кусками белого холста» Tract. Ebel. c. 4. § 1. См. Friedlieb, s. 171.. Эти краткие указания древнееврейского ученого отчасти находят для себя подтверждение и разъяснение в Библии. Обычай закрывать глаза умершему практиковался уже в глубокой древности Быт. 46:4. Может быть, при этом умершего целовали. Быт. 50:1.. Было в ходу и омовение трупа Деян. 9:37.. После этого его завертывали в чистый σινδών Мк. 15:46. – хлопчатобумажную материю белого цвета; голову обвивали особым куском той же материи, который назывался σουδάριον Ин. 20:7; 11:44. Погребение нагим считалось позором для всего народа, поэтому для умерших бедняков покупались погребальные пелены за счет казны.. На труп и между повязками клали ароматические вещества, обилие и ценность которых, конечно, зависели от знатности и состояния погребавших Так, при погребении Ирода было 500 носильщиков для этих благовоний. Antiqu. XVII, 8, 3, Bell. jud. I, 33, 9.; иногда благовониями и умащали тело умершего 2 Пар. 16:14; Ин. 19:40. Сравн. 12:7; Мк. 16:1; Лк. 24:1.. Но это не было то египетское бальзамирование, длинный процесс которого, по Геродоту (II, 86), продолжался 70 дней и которое было совершено над телами Иакова и Иосифа в Египте. В Палестине обычай бальзамировать тела прекратился вместе с патриархами.

Когда труп был таким образом приготовлен, его клали не в гроб, подобный нашим, а на открытый одр, или носилки מטה – 2 Цар. 3:31; 2 Пар. 16:14; Лк. 7:14.. Такой погребальный одр царей нередко был очень богато украшен Antiqu. XVII, 8, 3., а за ним следовала многочисленная толпа, с громким плачем провожавшая умершего Быт. 56:10; 2 Цар. 3:31–34; Иер. 22:18. Сравн. 34:5.. Эту обязанность в позднейшее время стали исполнять женщины-плакальщицы по специальности Иер. 9:17.. Они начинали свой вопль еще в доме умершего, притом так, что причитания и выкрикивания одной подхватывались и повторялись хором всех остальных, соответственно делению каждого стиха такой плачевой песни на две половины В Библии мы находим песни (Давида) на смерть Саула, Ионафана и Авенира. 2 Цар. 1:19–27; 3:33–34. См. еще 2 Пар. 35:25.. Эта печальная вокальная музыка, иногда с присоединением и инструментальной – особых траурных свирелей Мф. 9:23; 11:17., следовала за носилками умершего до самого места погребения. 

С длинным куском тонкого полотна Σινδών καθαρά. Мф. 27:59. в руках, спешит Иосиф от Пилата к Голгофе. Между тем, последняя за это время совершенно изменила свой вид. Не видно стражи, которая, исполнив приказ Пилата, считала свое дело оконченным. Рассеялась и многочисленная толпа, еще недавно теснившаяся здесь. Чудесные события, сопровождавшие смерть Богочеловека, заставили этих легкомысленных людей инстинктивно почувствовать нечто великое и необычайное и, «бия себя в грудь», разойтись по домам Лк. 23:48.. Умолк и голос вожаков толпы, которым теперь оставалось лишь торжествовать успех своего дела. Тихо на Голгофе. Лишь несколько взоров с мольбою покоятся на Умершем и несколько сердец бьются быстрее обыкновенного, с нетерпением ожидая возвращения Иосифа. Здесь стоят Мария Магдалина, Мария, мать Иакова меньшого и Иосии, может быть, еще некоторые из преданных Спасителю галилейских женщин Мф. 27:55–56, 61; Мк. 15:40–41, 47.. Здесь же, вероятно, стоят в ожидании и ученик, которого так любил Умерший, и святая Матерь, оставленная Сыном на попечение этого ученика. Здесь же, наконец, и другой тайный ученик Господа, приходивший к Нему для ночной беседы Никодим. С радостью выслушав добрую весть от возвратившегося Иосифа, поспешно приступают они к отданию последнего долга на земле Умершему. Не грубые руки палачей-солдат, а любящая рука Иосифа снимает тело с креста. Новая высеченная в скале гробница была окружена тенистым садом, и последний находился так недалеко от Голгофы, что евангелист Иоанн прямо помещает его там, где был распят Иисус Христос Ин. 19:41.. Такая близость места, гораздо более удобного для совершения необходимых приготовлений к погребению, чем открытая вершина Голгофы, вероятно, побудила тотчас же, после снятия с креста, перенесть тело Господа в сад Иосифа. И вот здесь, омыв запекшиеся кровью раны, завертывают Его в чистый σινδών плащаницу, а царственную главу – в особый плат (σουράριον), обильно пересыпая погребальные пелены (ὀθόνια) 100 литрами принесенных Никодимом смирны и алоя Ibid. ст. 39–40.. После этого, молчаливые и погруженные в глубокую скорбь, Иосиф и Никодим тихо поднимают святое тело и, войдя в гробницу, бережно кладут его на единственное высеченное здесь ложе Гроб Господень имел именно такое ложе в виде скамьи, а не loculi. Это ясно из того, что на третий день, придя к гробнице и наклонясь к низкому входу в пещеру, Мария увидела «двух Ангелов в белом одеянии, сидящих одного у главы и другого у ног, где лежало тело Иисуса» (Ин. 20:11–12). Этого нельзя было бы сказать о loculus.. Отдав таким образом последнюю земную дань Умершему, совместными усилиями они подкатывают сюда голал – большой камень, и закрывают им вход в гробничную камеру Так делали всегда с целью защитить место от хищничества диких зверей. Так как всякое, даже невольное прикосновение к гробнице делало еврея нечистым, то такие камни, особенно если гробницы имели место где-нибудь среди открытого поля, сверху покрывались белою или красною штукатуркою, чтобы их можно было видеть уже издали. В месяце Адаре, после дождливого времени, штукатурка подновлялась. – Отсюда уподобление фарисеев гробам повапленным (Мф. 23:27).. Быстро надвигающиеся сумерки, которыми уже начинался праздничный день, заставляют очень торопиться с погребением. Тем не менее, считая обряд неоконченным, присутствовавшие здесь женщины, возвратясь домой, приготовляют еще «благовония и масти» Лк. 23:56. с целью помазать ими тело, как только пройдет суббота. Но их забота была напрасна и их благовониям не пришлось уже коснуться пречистого тела Господа Иисуса Христа.

Это событие составляет последнее, конечное звено в истории страданий Господа Иисуса Христа. Еще несколько часов после него, и те, которым Провидение судило быть первыми последователями божественного Учителя, уже с радостью и страхом передавали друг другу весть о Его воскресении. – Но дойдя до этого конечного пункта в истории страданий Спасителя, мы далеко еще не выполнили задачи своего исследования. Где в современном нам Иерусалиме тот путь, которым прошел Господь Иисус Христос, среди многочисленной толпы, от судилища Пилата до места казни? Где Голгофа, это место ужаса и позора для древних иудеев, сделавшееся священным для всех христиан? Где, наконец, гроб Спасителя мира, эта величайшая святыня, привлекающая в Иерусалим тысячи пилигримов из всех стран света? – Эти вопросы настолько важны и обширны, что решение их требует самостоятельной главы.

***

После удостоверения в смерти распятых тела их должны были снять с крестов, чтобы они не омрачали праздничных дней. Тела разбойников, наверное, тут же на Голгофе и были зарыты. А о достойном погребении тела Иисуса Христа позаботилсиь два тайных ученика Христовых: Иосиф из Аримафеи и Никодим. Оба они были членами Синедриона. Евангелист Марк называет Иосифа «знаменитым членом совета», т. е. Синедриона, а по свидетельству евангелиста Луки, Иосиф, человек добрый и правдивый, не участвовал в заседаниях Синедриона, когда Христос беззаконно осужден был на смерть. Иосиф лично испросил у Пилата разрешение погребсти Христа невдалеке от Голгофы, в своем саду, в новой гробнице – пещере, заготовленной для себя. Вместе с Никодимом, приготовившим для погребения Христа около ста фунтов благовонного состава из смирны и алоэ, Иосиф снял тело Иисуса с Креста. Они благоговейно перенесли Его на руках в пещеру и там обвили Его пеленами с благовониями, как обыкновенно погребают Иудеи (19, 40). К входу в пещеру был привален большой камень. В погребении Христа принимали участие и некоторые благочестивые женщины, ученицы Христа.

Впрочем, по замечанию святителя Иоанна Златоуста, Иосиф и Никодим «все еще думали о Христе как о простом человеке»; понятия их, возвышавшиеся над понятиями народа, однакоже не достигали той духовной выспренности веры во Христа как сына Божия, которая стала отличительной чертой последователей Его лишь по воскресении Его и сошествии святого Духа. А посему, действуя в простоте души, они устроили, по-человечески говоря, великолепное погребение. В то время как Иосиф, купив чистую плащаницу, пришел на Голгофу с дозволением правителя снять с креста тело Иисуса Христа, Никодим, следуя погребальным обычаям Иудеев (Ин. 19:40), принес туда «такие ароматы, которые преимущественно имели силу надолго сохранять тело и не давать ему скоро предаться тлению». Это был состав из смирны – благовонной смолы одного аравийского дерева, смешанной с алоем, высоко ценимым в древности индийским растением, отличавшимся сильным, чрезвычайно приятным запахом. Такой состав был употребляем при погребении и в жидком виде, и в порошке: им намащали тело умершего, посыпали погребальные пелены и то место в пещере, куда полагали покойного. Приношение Никодима соответствовало великому усердию его и составляло, по тогдашнему весу, литр около ста.

День клонился к вечеру, и благоговейные чтители Господа видели, что нужно было спешить, чтобы кончить обряды погребения до заката солнца. Они решились исполнить над бездыханным телом своего наставника самое необходимое, – то, что требовалось общепринятыми у Иудеев обычаями.

По снятии тела с креста Иосиф и Никодим обвили его чистой плащаницей (Мф. 27:59; Мк. 15:46; Лк. 23:53), руки и ноги обвернули пеленами с благовониями (Ин. 19:40), а голову обвязали платком (20:7). В таком именно виде был положен в погребальной пещере и Лазарь, друг Христа, воскрешенный им (11:44); в таком виде Иудеи хоронили и всех своих усопших.