Евангелие от Матфея 25 глава 15 стих

Не должны пренебрегать даже и малым дарованием. Взыщется не только за утрату, но и за не употребление в дело, за не приращение и единого таланта.

(Более подробное толкование - в притче о минах. См. Лк. 19)

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 202++

Притча о талантах является как бы продолжением притчи о девах. Талант, денежная мера той эпохи, — это время, труд, естественные и духовные способности человека и, наконец, Божественная благодать. Никто не лишен талантов. Бог щедро дает всем. Но с нашей стороны требуется ответственность. 

***

Отправляясь в путь, Он позаботился о том, чтобы снабдить Свою Церковь всем необходимым во время Своего отсутствия. Христос доверил ей все, что у Него есть, и одному Он дал пять талантов, другому два, иному один — каждому по силе его.

Разные дарования у людей, различные послушания в Церкви. И все дары Христа неисчислимо драгоценны — они куплены Его Кровью. Одного таланта достаточно, чтобы жить на это богатство всю жизнь и целую вечность. Но этот талант не должен быть зарыт в землю. Усердием и трудом — говорит нам сегодня Господь — можно многого достигнуть в духовной жизни. И чем большие дары имеет человек, тем больше он должен трудиться. От тех, кто получил два таланта, Господь ожидает употребления двух. Если они сделают по силе того, что им дано, они будут приняты в Царство Небесное, хотя они не сделали столь много, как другие.

92. Один слуга на одну мину нажил десять мин, другой пять. Возможно, смысл этих пяти мин нравственный, потому что пять телесных чувств, а значение десяти мин двойное, потому что это число таинственных пяти мин, относящихся к закону, и нравственных пяти, относящихся к добродетельной жизни. Поэтому и Матфей говорил о пяти талантах и двух талантах: в пяти талантах нравственный смысл, в двух — двойной, таинственный и нравственный; меньшее число больше по смыслу. Так и здесь мы можем под десятью минами понимать десять Ср. у свт. Илария Пиктавийского: in Matt. 27:7. , то есть учение закона, а под пятью минами — нравственные наставления. Впрочем, желаю, чтобы наставник в законе был совершенен во всем, ибо Царство Божие не в слове, а в силе (1 Кор. 4:20).

93. Так как Он говорит об иудеях, справедливо, что только двое принесли деньги с прибылью: это не денежная прибыль, но прибыток проповеди. Одно дело умножение денег, данных в рост, другое — плод небесного учения.

96. Что такое десять городов? Разве они не души, во главу которых по праву ставится тот, кто имущество Господа и слова, чистые и очищенные, как серебро См.: fid. 5. prol. 13-14. См.: Пс. 11.7. , дал в рост душам человеческим? Сказано, что Иерусалим, устроенный как город (Пс. 121:3), подобен душам, водворяющим мир. И как ангелы стоят во главе См.: Откр. 1:20; Лк. 20:36. Ср. у свт. Илария Пиктавийского: in Matt. 18:5. , так будут и те, кто сподобится ангельской жизни.

Стартовый капитал

Понятием «талант» мы обозначаем одаренность в той или иной области, но это значение возникло под влиянием евангельской притчи. В эпоху Христа талант был крупной денежной единицей: один римский талант был равен шести тысячам динариев, а динарий составлял дневной заработок. Получившие пять, два и один талант, говоря языком бизнеса, имели солидный стартовый капитал.

Этот «капитал» охватывает все стороны нашей жизни, как подчеркивает святитель Тихон Задонский: «Помните ли, что пища, которую едите, питие, которое пьете, одежда, которою одеваетесь, дома, в которых живете, скот, который вам служит, огонь, согревающий вас, вода, омывающая и прохлаждающая вас, воздух, сохраняющий вашу жизнь, земля, на которой живете, трава, злаки, служащие нуждам вашим, солнце, луна, звезды, просвещающие вас, и все прочее Божье? Господня земля и что наполняет ее (Пс. 23:1). Вкушаете блага Божьи, но помните ли благого Бога? Насыщаетесь благодеяниями, но благодарите ли и почитаете ли Благодетеля? Не видите Его? Но видите дары Его». Этой притчей Христос говорит нам: все, что дает Бог, является огромным богатством, достаточным для того, чтобы оно принесло реальную «прибыль» человеку.

Мы не знаем, сколько рабов было у этого господина, – судя по величине розданных сумм, могли быть десятки или сотни. Однако он выбирает именно этих троих, оказывая им особое доверие. Господин дает слугам разное количество талантов, поскольку знает их способности. Наверное, если бы получившему пять талантов дали всего один, какие‑то его возможности остались бы нереализованными, а пять талантов представляли бы неподъемную задачу для имеющего два таланта. Распределением талантов ведает Господь, именно он знает возможности каждого. Он не дает нам сверхзадач, которые мы не можем выполнить (хотя иногда мы сами берем на себя то, что превышает человеческие силы), не возлагает бремена, которые мы не можем понести. Но нам иногда кажется, что ничего особенного Бог нам не дал, более того, сравнивая себя с другими, мы думаем, что чем‑то обделены. Паисий Святогорец напоминает: «Бог любит всех людей. Каждому человеку Он дал то, что ему полезно: рост ли, отвагу ли, красоту или что‑то еще. Он дал человеку то, что может помочь ему спастись, если он употребит это с пользой. Однако мир терзается: „Почему я такой, а он такой?" Но ведь у тебя есть одно, а у него другое».

Мы не должны жаловаться, что кому‑то дали больше, чем нам, ведь от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут (Лк. 12:48). Напротив, надо постараться сделать все возможное, используя данные нам ресурсы. Если мы не можем быть Моисеем, станем Аароном. Если мы не можем быть апостолом Павлом, станем одним из тех многочисленных христиан, которые помогали ему в проповеди. С нас спросится за то, что нам было дано и что мы сделали с этим, а не за то, что мы не сделали столько, сколько одаренные большими дарами. На кухне есть чашки различного размера – большие и маленькие, у них разная емкость, однако это не делает одни более, а другие менее ценными. Наша способность принять дарованное Богом предполагает возможность распорядиться этим потенциалом. Нам дано все необходимое, поскольку Бог знает нас совершенным образом: Господи! Ты испытал меня и знаешь. Ты знаешь, когда я сажусь и когда встаю; Ты разумеешь помышления мои издали. Иду ли я, отдыхаю ли – Ты окружаешь меня, и все пути мои известны Тебе. Еще нет слова на языке моем, – Ты, Господи, уже знаешь его совершенно. Сзади и спереди Ты объемлешь меня, и полагаешь на мне руку Твою. Дивно для меня ведение Твое, – высоко, не могу постигнуть его! Куда пойду от Духа Твоего и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо – Ты там; сойду ли в преисподнюю – и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря, – и там рука Твоя поведет меня, и удержит меня десница Твоя (Пс. 138:1‑10).

Бог доверяет нам, наделяя определенными дарами – у каждого они свои. Наверное, подобно тому, как нет двух совершенно одинаковых людей, нет и людей, имеющих совершенно одинаковые таланты. Рассматривая особые духовные дарования ранней Церкви, апостол Павел пишет: Дары различны, но Дух один и тот же; и служения различны, а Господь один и тот же; и действия различны, а Бог один и тот же, производящий все во всех. Но каждому дается проявление Духа на пользу. Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно (1 Кор. 12:4‑11). То же верно и в отношении всех остальных даров, не таких возвышенных, как описанные апостолом Павлом.

Святитель Тихон Задонский говорит об особом характере христианских духовных богатств: «Имеют сыны века сего свое сокровище; имеют и христиане свое сокровище. У сынов века сего это богатство тленное, золото, серебро, а у христиан – Божья благодать. Это сокровище небесное, духовное, пребывающее в их сердцах, как написал апостол: Сокровище сие мы носим в глиняных сосудах, чтобы преизбыточная сила была приписываема Богу, а не нам (2 Кор. 4:7). Люди, имеющие тленное сокровище, восполняют за счет этого свои нужды и недостатки: не имеют хлеба – купят себе хлеба, не имеют одежды – достают одежду. Божья же благодать, небесное сокровище, живущее в христианских сердцах, восполняет все их нужды и душевные недостатки».

Это «единство в многообразии» различных дарований является основополагающим для жизни Церкви и человечества вообще. Все дары объединены тем, что они – от Бога, Который делает нас не просто их хранителями, но и распорядителями. Бог дает нам дары не для того, чтобы мы сравнивали, у кого их больше, но повелевает нам заботиться об их умножении, призывает нас конструктивно действовать с их помощью. Мы должны использовать их, «инвестируя» и получая прибыль для Бога и Церкви, помня, что мы должны будем дать за них ответ.

Во время таинства Миропомазания, следующего за Крещением, каждый христианин помазывается освященным миром с произнесением слов «печать дара Духа Святаго» – это означает, что мы наделены всем необходимым для дальнейшей самостоятельной духовной жизни. Понятие «печать» было значимым для Античного мира: печать, или клеймо, налагали на солдат, рабов – всех тех, чья жизнь не принадлежала им самим. До нас дошли изображения римских солдат с татуировкой на лбу, означавшей их принадлежность тем или иным воинским частям. Наша христианская печать – это крест, который, хотя и невидим внешне, несмываем подобно клейму или татуировке. Он сопровождает нас до смерти и может стать либо благословением, если наша жизнь соответствует ему, либо осуждением, если мы руководствуемся в жизни ценностями, чуждыми Евангелию.

Преподобный Симеон Новый Богослов пишет о крещальной благодати: «Высшего для нас блага, то есть благодати Христовой, может духовно сподобиться душа через святое Крещение. Ибо, как только происходит Крещение, тотчас вселяется в нее Христос. Но так как большая часть людей не знают принимаемой таким образом благодати, особенно из тех, которые крещены детьми, то мало‑помалу со временем происходит в них изменение. В иных совсем гаснет благодать Божья, в других остается хоть искра ее, которая по великой милости Божьей иногда опять возгорается при содействии веры, пастырского наставления и руководства. В тех, кто после обличения и наставления возродятся к вере и упованию спасения, благодать в короткое время опять возгорается и дает ощущать себя в духе. Затем, если кто с радостью приложит к этому смиренномудрие и милость, в нем возгорается великое пламя, которое освещает даже и всех соприкасающихся с ним во Христе Иисусе, Господе нашем».

То, что мы имеем, действительно не принадлежит нам – ведь полученное слугами продолжало быть собственностью господина, их же работа заключалась в распоряжении порученными им ресурсами. Господня – земля и что наполняет ее, вселенная и все живущее в ней, – восклицает Псалмопевец (Пс. 23:1), и ему вторит пророк Аггей: Мое серебро и Мое золото, говорит Господь Саваоф (Агг. 2:8). Пока мы не осознаем, что все «наше» в действительности принадлежит Богу, не сможем быть хорошими распорядителями вверенных нам даров. Библия называет нас слугами, значит, это не наше время, не наши деньги, не наши способности – все, что мы имеем, даровано Богом. Бог желает, чтобы мы верно служили Ему, не за страх, но за совесть.

«Трояким образом можем мы угодить Богу: или благоугождаем Ему, боясь муки, и тогда находимся в состоянии раба; или, ища награды, исполняем повеления Божьи ради собственной пользы и посему уподобляемся наемникам; или делаем добро ради самого добра и тогда мы находимся в состоянии сына» (авва Дорофей).

Бог дает нам Свои дары – и не стоит у нас за спиной, а предоставляет пространство свободы, открывая перед нами двери различных возможностей. Мы можем строить планы и мечтать – Бог не препятствует этому, однако Он хочет, чтобы мечты превратились в конкретные дела. Богу не угодно, чтобы мы занимали нейтральную пассивную позицию, более того, притча ясно показывает, что никакого нейтралитета в духовной жизни не существует. Мы как человек, идущий вверх по эскалатору, который движется вниз, – нам надо быстро подниматься, иначе, остановившись, мы поедем вниз, стоять на одном месте не получится. Можно много размышлять о своем потенциале, но, как бы он ни был велик, если мы не будем его деятельно использовать, он не принесет плода.

Справедливый Бог не требует от человека ничего чрезмерного или непосильного; Он дал людям различные способности и имущественные средства для исполнения воли Его, и от того, кому дал мало, не потребует многого. Но, надеясь на милость Божию, нельзя оправдывать свое ничегонеделание своею бедностью и отсутствием особых дарований, которыми блещут другие. Тебе мало дано, с тебя мало и взыщется, но все-таки взыщется, если предстанешь на Суд вовсе без добрых дел, хотя бы и малых. Бедная вдова, имея всего две лепты, не отговаривалась своею бедностью, а положила в церковную кружку все, что имела и, по замечанию Иисуса, положила даже больше всех богачей; и если она во всем так же поступала, то накопила себе запас хотя и малых дел, но такой, однако, который откроет ей двери Царства Небесного.

Притча о талантах

Мысли эти наглядно выражены в притче о талантах. Собственно талантом в древности называлась высшая денежная единица. В притче же под талантом разумеются данные Богом человеку духовные дарования и вещественные блага, то есть все, что человеку дано и чем он должен пользоваться не только лично для себя, но и для ближних своих.

Один богатый человек, отправляясь в чужую страну, поручил управление своим имением рабам своим; и так как он знал способности и силы каждого из них, то одному дал пять талантов, другому два и третьему один, а сам тотчас же отправился в путь. Получившие пять и два талантов пустили их в оборот и, к возвращению господина своего, удвоили хозяйское достояние. Получивший же один талант нашел, что ему против других дано слишком мало, что не стоит трудиться над умножением такого ничтожного капитала и что все равно ничего на него не наживешь; однако он боялся господина своего, зная его строгость, и потому не совершил по отношению к его капиталу никакого преступления, и думал, что достаточно будет, если он только сохранит его; поэтому он зарыл данный ему талант в землю. По прошествии долгого времени, возвратился господин тот и потребовал от рабов своих отчет. Пришел получивший пять талантов и сказал: «Ты мне дал пять талантов, но я удвоил их; вот они, десять талантов, возьми их». Похвалил господин раба того, назвал его добрым и верным, обещал большую награду, а главное приблизил к себе настолько, что предложил ему разделить с ним радость его. Получивший два таланта представил господину четыре, и удостоился одинаковой с первым похвалы и награды.

Как говорилось выше, термином «талант» в грекоримском мире обозначали единицу веса, равную примерно 42,5 килограмма. Во времена Иисуса Христа этот термин обозначал денежную единицу, равную 6 000 динариев. Талант был самой крупной денежной единицей. Греческий термин μνά, переводимый как «мина», соответствует еврейскому мане и арамейскому мене: он был равен 100 шекелям (сиклям) или 100 аттическим драхмам и стоил в 60 раз меньше, чем талант.

***
Продолжая данную аналогию, мы можем увидеть учеников Иисуса Христа в рабах, которым вверено управление имуществом господина. Девять из них, получив каждый по мине, употребляют ее в оборот, и она приносит прибыль — пятикратную или двукратную, в зависимости от их способностей. Но один из десяти прячет мину в платок. Не Иуда ли имеется в виду? Именно он носил ящик с денежными пожертвованиями (Ин. 12:6), и именно он станет единственным из апостолов, кто пойдет против своего Учителя, войдя в сговор с теми, кто не хотел, чтобы Он царствовал над ними. Другие же апостолы, напротив, каждый в свою меру исполнят ту миссию, которую возложил на них Христос.
Иоанн Златоуст сравнивает притчу о талантах, как она изложена у Матфея, с притчей о минах из Евангелия от Луки:
В притче у Луки от одинаковой суммы проистекли различные выгоды, потому что от одной мины иной приобрел пять, иной — десять, каждый потому различную получил и награду; здесь же наоборот, и потому награда одинакова. Кто получил два таланта, тот и приобрел два; равно и тот, кто получил пять, пять и приобрел; а там, так как от одинаковой суммы один приобрел более, другой менее, то по всей справедливости они не удостаиваются и одинаковой награды. Но заметь, что везде не сразу требуется отчет. Так, отдав виноградник земледельцам, хозяин удалился, равно и здесь, раздав деньги, ушел; и все это для того, чтобы показать нам Свое долготерпение. Мне же кажется еще, что Христос этим делает намек на воскресение.
Таким образом, Златоуст видит в главном герое притчи Христа. С этим пониманием согласны другие древние толкователи. Григорий Великий спрашивает: «Кто иной этот человек, отправившийся в чужую страну, как не наш Искупитель, вознесшийся на небеса в теле, которое Он принял?»   . Кирилл Александрийский считает, что с отшествием в притче сравнивается «Христово восхождение на небеса», под имением следует понимать «уверовавших в Него в каждой стране и городе», а рабы — это «те, кого Христос увенчивает в свое время славой священства»1. Христологическое понимание притчи, доминирующее в трудах древних толкователей, разделяют и некоторые современные комментаторы.
Многие исследователи, однако, оспаривают христологическое понимание притчи. Н. Т. Райт называет это понимание «стереотипным» и «неверным», поскольку, по его мнению, в большинстве притч Иисуса под царем, господином или хозяином понимается Бог Израилев, а не Сын Человеческий; слова о возвращении хозяина после долгого отсутствия «превосходно вписываются в контекст возвращения Господа на Сион»; идея Второго пришествия «больше похожа на послепасхальное новшество, чем на особенность проповеди Самого Иисуса»   .
Оставляя эту весьма спорную аргументацию на совести ее автора, отметим, что если воспринимать идею Второго пришествия как «послепасхальное новшество», изобретенное апостолами, тогда значительную часть прямой речи Иисуса Христа в Евангелиях следует признать лишенной аутентичности. На наш взгляд, идея Второго пришествия является настолько центральной в проповеди Спасителя, что это не требует доказательств. Значительная часть последнего поучения ученикам посвящена этому: в нем Спаситель многократно говорит именно о «пришествии Сына Человеческого» (Мф. 24:27, 37, 39) и ни разу — о возвращении Господа на Сион. Предсказание о том, что «приидет Сын Человеческий» — лейтмотив проповеди Иисуса Христа, начиная от его первого наставления ученикам (Мф. 10:23) и кончая последним (Мф. 24:44; 25:13}}}, 31). Предсказания же о том, что Господь вернется «к Своему народу, в Свой город и Свой храм» , мы не встречаем нигде.

После притчи о десяти девах, поучающей всегдашней готовности встретить Господа (ст. 1—13), И. Христос предложил притчу о талантах, показывающую, как Он будет судить людей при втором Своем пришествии или в частности после смерти каждаго. В этой притче Господь указывает, что те, которые употребляют полученныя ими от Бога разнообразные дары, как-то: ум, положение в обществе, средства к жизни и др., во славу Божию, на истинную пользу себе и другим, получат награду, а нерадивые будут наказаны в загробной жизни. Господь — Судия поступит на суде так же, как поступил в притче о талантах господин с своими слугами.

Человек некий, господин, это — Бог, наш Творец и Промыслитель, в частности — Господь И. Христос, наш Спаситель. Рабы этого человека, это — верующие люди. Господин этот отправлялся (отходя) в чужую страну. Это обстоятельство означает время нашей жизни до смерти, когда мы должны подвизаться для спасения своей души, и вместе — долготерпение Божие к нам, грешным. Господин поручил (предаде) им (рабам своим) имение свое, т. е. роздал имение, — но не затем, чтобы они только хранили его, а чтобы употребили в дело, как то видно далее из притчи. Это означает, что Господь дает каждому из нас Свои дары: дары естественные, как-то: душевныя способности, то или другое положение в обществе, большия или меньшия средства к жизни и т. п. и дары духовные, напр., духовныя дарования, как-то освящающие и спасающие дары Св. Духа, евангелие и таинства и пр. Каковые дары каждый должен употреблять во славу Божию, на пользу себе и другим (св. Златоуст, митр. Филар.). Все эти дары, ниспосылаемые человеку от Бога, представляются в притче под видом талантов. Талант, это — сумма, по одним, около 1800, а по другим около 2500 руб. (чит. объясн. Мф. 18:24.). Таланты роздал господин рабам так, что одному (овому) дал (даде) пят, другому (овому) два, иному (овому) один, каждому (противу силы) по силе его.||| Это значит, что дары раздаются от Бога, кому в большей, кому в меньшей мере, т. е. каждому столько, сколько нужно: потому что Бог знает, кто какие из даров и сколько может употребить в пользу. Напр., кто не способен стоять на высоте общественнаго служения, того Бог не поставляет так, и он может быть полезным на нисшей степени - кто не сумеет употребить во благо богатство, того не наделяет Господь им и т. п. Но какие дары и сколько их ни получил бы человек от Бога, непременно должен стараться употреблять их во славу Божию и на пользу себе и другим. В этом состоит цель человеческой жизни. „Под талантами разумеется то, пишет св. Златоуст, что, по милости Божией, находится во власти каждаго, напр., покровительство, или имение, или научение, или другое что-нибудь".

Пять тысяч, две тысячи и одна тысяча золотых монет –дословно: «пять талантов, два таланта и один талант». Так как талант примерно соответствует шести тысячам денариев, то первому слуге была дана сумма в тридцать тысяч, второму – пятнадцать, а третьему – шесть тысяч денариев. В любом случае, это очень большие деньги, что предполагает, что перед нами не простые слуги, а правители целых областей, как это было в Мф. 18:24. Каждому по силам –это значит, что хозяин учел способности и возможности слуг, не поручив им ничего непосильного.

Таким образом, Сын человеческий неодинаково распределяет Свои дары верующим. Люди получают не одно и то же призвание, имеют не одне и те-же нужды, вследствие чего и самыя обязанности в церкви Христовой различны, потому что гармония общаго должна выходить из разнообразия обязанностей отдельных членов. Это неравенство не должно уязвлять никого. Тот, кто получил больше, должен и трудиться больше; с более тяжелым трудом затем связывается и большая ответственность. Кто получил меньше, тот будет и отвечать меньше. Он не должен ни завидовать положению другого, ни стыдиться своего. В своей собственной, более умеренной области, всякая способность дана ему для того, чтобы он умножал свои плоды, за которые получит должную награду.

талант. См. ком. к Мф. 18:24 и Мф. 18:28. Значение слова "талант" в смысле "способности", "дарования" произошло именно от этой притчи.

«Талант — обозначение не монеты, а веса металла, обычно серебра, около 26 кг... ко времени Римского владычества в Палестине талант расценивался приблизительно в 1500 американских долларов (по курсу 1963 г.)»¹. (Талант золота — 49,11 кг.) В любом случае слово «талант» означало большую ценность.

В Евангелии речь идет не о материальной или какой-либо иной преходящей земной ценности, не о талантах-способностях, например, поэта, художника, артиста, спортсмена и т. д., которые погибают вместе с телом. В притче под талантами подразумеваются духовные свойства личности, не подвластные смерти тела.

В каждом человеке как образе Божьем потенциально присутствует полнота всех богоподобных свойств, однако у каждого активно проявляется свое, особое, которое говорит о себе в сердце и разуме человека, в голосе его совести. Этот духовный талант, разный по силе (каждому по его силе: пять, два, один), человек призван взрастить, удвоить трудом и подвигом своей духовной жизни. Апостол Павел перечисляет некоторые из талантов: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал. 5:22-23), называя их плодами Духа Святого. Святые отцы сообщают о многих других духовных талантах, которыми прославились ревностные подвижники: о смирении, нестяжании, послушании, любви к людям и др. Особенно ценится ими дар рассуждения, о значении которого они постоянно напоминают: «Нет добродетели без рассуждения».

Но все таланты только в том случае являются таковыми, когда в них присутствует их источник и основа — талант любви, без которого они извращаются, делаясь карикатурой и теряя весь свой смысл. Ибо без любви нет ни истины, правды, добра, красоты, ни мира, кротости, милосердия — нет ничего ценного. Любовь является сущностью всех талантов. Но какая любовь? Только та, которая пробуждается и возрастает в душе по мере ее очищения от страстей, освобождения от своего «эго», и познается в смирении. Потому святой Исаак Сирин с такой силой утверждает: «Блажен человек, который познает немощь свою». Ибо мерою смирения, говорят отцы, оценивается и мера любви.

Талант духовный подобен семени, которое не просто дается, но и задается человеку, чтобы он проявил свою свободу и либо вырастил его в древо плодоносное, либо, увы, закопал в землю страстей.

История дает бесчисленные примеры того и другого. Одни отдавали все силы на искание святой жизни: оставляли царские троны, богатства, славу и уходили в пустыни, леса, подвизались, шли на мученическую смерть. Иные трудились в монастырях, в миру на разных поприщах, ведя праведную жизнь в милосердии и молитве. Третьи, как евангельские благоразумный разбойник, блудница, мытарь и подобные им, сохранили и умножили свой талант слезами покаяния.

Но есть и те, о которых Господь сказал: получивший же один талант пошел и закопал его в землю и скрыл серебро господина своего (Мф. 25:18).

Скрывают талант те, кто не задумывается над конечным смыслом своей жизни, не слушает голоса совести и разума, не ищет Бога. И как некоторые проматывают целые состояния и зарывают свои природные способности, бессмысленно прожигая земную жизнь, так и получившие духовный талант, призывающий к умножению его жизнью по совести евангельских заповедей, закапывают его своим эгоизмом, бессмысленной гордыней и нераскаянностью. Такой человек оказывается во тьме внешней (Мф. 25:30), вне Бога, ибо Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы (1 Ин. 1:5).

Центральная мысль евангельского чте­ния Великого Вторника — о ценности вре­мени. Притчи о мудрых и глупых десяти де­вах, о талантах, о нерадивом домоправителе, о Страшном суде учат относиться к текущему моменту с предельной ответственностью. Мы не властны ни над минувшим, ни над буду­щим. В наших руках всего лишь постоянно ускользающий момент настоящего, в который при этом принимаются все самые главные ре­шения. Удержаться в нем необычайно сложно. Это требует большой веры и вдумчивой сосре­доточенности на «здесь и сейчас», а не на том, что было или будет.

Искусство пребывания в настоящем свя­тые отцы Церкви неоднократно описывали как один из важнейших навыков в духовной жизни. В патерике есть повествование о том, как к старцу пришел ученик с давно мучившим его вопросом: «Учитель, когда в моей жизни наступит „момент истины", определяющий мою судьбу в вечности? Кто тот человек, от ко­торого будет зависеть участь моей души? » Зная о пророческом даре старца, ученик ожидал по­лучить конкретные указания, которые помогут «не проморгать» наступление важной минуты. Но старец ответил иначе: «Самый важный мо­мент — тот, который ты проживаешь, потому что будущее еще не наступило, а прошлое уже минуло. Самый главный человек в твоей жиз­ни — тот, кто рядом с тобой сейчас, потому что его тебе послал Сам Бог!»

Как часто мы живем иначе — то идем, по­вернув голову назад, то будоражим себя гре­зами и перспективами, которым не суждено сбыться. И как важно научиться любить на­стоящий момент вне зависимости от того, что он несет нам — радость или горечь, наслажде­ние или боль. Но ценить настоящее можно, только научившись прозревать в нем присут­ствие Того, Кто за стремительно летящей кино­лентой жизни остается Любящим Отцом, Кто мудро выстраивает каждую нашу секунду, что­бы помочь нам стать достойными участниками Его Небесного торжества!

Традиция — прекрасная и нужная вещь, в этом нет никаких сомнений. Но можно остаться вне грядущего Царства Христова, придерживаясь ее формально. Притча о та­лантах говорит об опасности превращения традиции в культ, угрозе слепого подчинения ей. Стоит вспомнить, что в буквальном смыс­ле «талант», упоминаемый в Евангелии, — это не совокупность выдающихся качеств лично­сти, а единица веса золота, серебра или меди. Ленивый раб, получив талант, спрятал его, не желая ничего менять в своей жизни, брать на себя ответственность за дар. Подобным обра­зом книжники и фарисеи относились к вверен­ной им истине. Они ее хранили и оберегали, но не приумножали. Вся их цель заключалась в том, чтобы сохранить закон точно таким, ка­ким он был в ветхозаветные времена. Любое изменение и развитие было для них абсолютно неприемлемо.

Христос нигде и никогда не выступал про­тив существующей традиции, более того, Он ей тщательно следовал. Но ровно до тех пор, пока традиция не ставила дело любви к ближ­нему в зависимость от дня недели или иных условностей. Очень важно помнить об этой притче. Особенно нам — людям, которые в силу известных исторических причин только начинают знакомиться с собственной религи­озной традицией и еще толком не научились отделять важное и главное от незначительного и второстепенного.

Сии различные таланты даются нам, по притче, «комуждо противу силы его», а по изъяснению Апостола, «по мере дарования Христова» (Еф. 4:7), то есть, вполне удовлетворительно для потребностей нашей жизни, которыя предведение Божие определяет, и щедрота Божия наполняет. Смотрите же. Правда, что все зависит от дарованных талантов, без которых рабы, как были, так и остались бы ни с чем. Но не одно получение талантов, а делание и приращение вводит в радость Господа. И удивительно, что те, которые более имеют, более стараются приобретать; а получивший менее совсем не старается. Не указывает ли сие на нас, которые часто говорим, что мы не Апостолы, не Святые, не Праведные, не имеем их благодати, и тем думаем извинить у себя недостаток подвигов и добродетелей? Не то же ли это, как если бы мы сказали: пусть получившие пять, или два таланта, трудятся, чтоб приобресть другие пять или два; мы получили один, и потому нам позволительно меньше заботиться; довольно, если возвратим полученный; можно и в землю зарыть его.