Евангелие от Матфея 21 глава 26 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы единодушно видят в словах первосвященников не поиск истины, а проявление духовной несвободы. Они понимают, что отрицать пророческое достоинство Иоанна Крестителя невозможно, однако боятся не Бога, а народа. Поэтому они сознательно уклоняются от честного ответа. По мысли свт. Иоанна Златоуста, прп. Ефрема Сирина, блж. Иеронима, блж. Феофилакта, Евфимия Зигабена и прп. Иустина Поповича, именно страх перед людьми, а не незнание, становится причиной их поведения.

Главная линия толкования показывает, что этим страхом начальники сами себя обличают. Если бы они признали Иоанна посланником Божиим, то должны были бы принять и его свидетельство о Христе как о Мессии. Если же объявили бы Иоанна обычным человеком, то выступили бы против очевидного для народа пророка. Поэтому они предпочитают ложный ответ «не знаем». Так обнаруживается их лицемерие: они рассуждают не о том, что истинно, а о том, что выгодно и безопасно.

Другая линия, представленная блж. Феофилактом и Евфимием Зигабеном, подчеркивает педагогический смысл поступка Христа. Господь отвечает вопросом не только для того, чтобы обличить лукавство противников, но и чтобы научить не вступать в бесплодные споры с людьми, которые сознательно ищут не истины, а повода для обвинения. При этом Христос избегает всякого вида самопрославления, хотя Его Божественная власть уже достаточно засвидетельствована Предтечей.

Прп. Иустин Попович напоминает, что вопрос о власти Христа не мог быть решен одними человеческими рассуждениями: вся Его жизнь и чудеса свидетельствовали о Божественной власти, которую противники упорно отказывались признать.

Частные замечания Святых Отцов

Прп. Ефрем Сирин обращает внимание на характерную деталь: первосвященники говорят «боимся народа», но нигде не говорят, что боятся Бога.

Блаж. Иероним замечает, что, опасаясь народа, они были вынуждены назвать себя незнающими, хотя истинный ответ был им известен.

Свт. Иоанн Златоуст видит в этом корень всех их зол: они пренебрегают Богом и руководствуются исключительно мнением людей.

Евфимий Зигабен кратко и резко характеризует их состояние словами: «О рабское человекоугодничество! Бога презирают, а боятся людей».

Блаженный Феофилакт объясняет, что Христос своим примером учит не отвечать на коварные вопросы и не искать собственной славы, даже когда есть возможность открыто заявить о своем достоинстве.

Прп. Иустин Попович особо различает власть Иоанна и Христа: Предтеча получил власть от Бога, тогда как Христос обладает ею по Своей Божественной природе.

И вот те, зная, что сказал Иоанн о Господе, говорили: «...если скажем: “с небес Иоанново крещение ” то скажет: “почему же вы не поверили  ему?”, а если скажем: “от человеков”, — то боимся народа, как бы не побил нас камнями, ибо почитают Иоанна за пророка» (Мф. 21:25—26). С одной стороны, они боялись людей, с другой — не решались признать истину.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 195++

Они боятся за собственную безопасность, потому что объявить, что крещение Иоанново было от человеков, — значит вызвать на себя гнев народа, «ибо все почитают Иоанна за пророка». У тех, о ком они говорили: «этот народ невежда в законе, проклят он» (Ин. 7, 49), оказывается, может быть большее познание Бога, чем у них, ученых богословов. Мы говорим, народ — хранитель благочестия, и знаем из истории, какую ревность может являть верующий народ в отстаивании чистоты Православия и хранении церковных святынь. Первосвященники и старейшины уклоняются от открытого отвержения истины — не из-за страха Божия, а исключительно из-за страха перед народом. Сколь многие отступники от правды явили бы еще большее нечестие, если бы только осмелились!

Когда И. Христос, во вторник, пришел в храм и стал учить, Его беседы с народом прерваны были первосвященниками и книжниками. Они приступили к Нему в качестве депутации от Синедриона (подобная же депутация была и к Иоанну Крестителю. Ин. 1:19 и д.) и спрашивал Его: какою властью (богоданною или просто человеческою) Он это (напр., очищение храма от торжников) делает и кто дал Ему эту власть (чрез кого Он получил это полномочие, чрез кого посвящен в эту должность?) На это И. Христос ответил тоже вопросом: Иоанн был ли пророк или самозванец? Так как для всех несомненно было, что Иоанн был богопосланный пророк, то в этом вопросе И. Христа был ясный, хотя и косвенный ответ на то: кто Он? Ибо Иоанн свидетельствовал об Иисусе, как Мессии. Первосвященники и книжники это поняли и потому уклонились от утвердительнаго ответа. Но и отрицательный ответ дать они боялись, потому что отвечать нужно было вслух всего народа, а народ почитал Иоанна за пророка. Поэтому они отвечали: не знаем! Тогда Христос отказал им дат прямой ответ на их вопрос.

Первый день, который Иисус провел в Иерусалиме, был ознаменован очищением Храма. После ночи, проведенной в Вифании, Иисус снова направился в Иерусалим, совершив по пути пророчески-символическое действие проклятия бесплодной смоковницы. Как мы говорили в прошлой беседе, это была «притча в действии», наглядное обвинение Храма, Иерусалима и Израиля – народа Божия, который упорно отказывается принести плод истинной, а не показной праведности. – Действия Иисуса не могли не вызвать ответной реакции со стороны предводителей иудейского народа. Начало второго дня, проведенного Иисусом в Храме, показывает нам постепенно формирующуюся оппозицию Иисусу со стороны храмового священства и народных учителей. Об этом – следующий рассказ.

Итак, во второй день Своего пребывания в Иерусалиме Иисус снова пришел в Храм и учил народ. Это Он делал во дворе язычников, там же, где накануне Он очистил Храм от торговцев и менял. Именно во внешнем дворе язычников авторитетные иудейские учителя наставляли народ, который собирался вокруг них. К Иисусу подошли «первосвященники и старейшины народа». Это были те, кто считался руководителями религиозной жизни Израиля. Почему говорится во множественном числе – «первосвященники»? Мы ведь знаем, что был только один Первосвященник. Но в Евангелиях под «первосвященниками» понимается группа людей, состоявшая из бывших Первосвященников и их родственников, из которых и выбирался Первосвященник. Это была храмовая аристократия, входившая в состав Синедриона Синедрион – высший государственный совет и высший судебный институт иудеев, состоявший из. 71 члена. – высшего органа власти иудеев.

Поскольку поведение Иисуса Христа в Храме было сознательно вызывающим, религиозные руководители были не просто возмущены, но и решили призвать Его к ответу. Имея в виду очищение Храма и абсолютно не понимая смысла действий Иисуса, они задали Ему вопрос, есть ли у Него право так поступать, и от кого Он получил право учить народ и распоряжаться в Храме? Ведь Он не был даже рукоположенным раввином. А ни один раввин никогда не учил, не сославшись на чей-нибудь авторитет. Обычно всякое учительное заявление начиналось словами: «Ибо сказано, что...то-то и то-то». А вспомним, как учил Иисус: «Вы слышали, что сказано древним: … А Я говорю вам …». Так кто же дал Ему право так учить? В этом вопросе была скрыта ловушка.

Они надеялись поставить Иисуса перед дилеммой: если Он скажет, что поступает Своею властью, они смогут арестовать Его как одержимого манией величия, чтобы Он не причинил еще какого-нибудь вреда. Они могли арестовать Его и в том случае, если бы Он сказал, что делает это властью Божией, обвинив Его в богохульстве и сославшись на то, что Бог никогда не дал бы кому-либо власти нарушать покой и учинять беспорядок в дворах Его дома. Иисус хорошо видел, куда они клонят, и Его ответ поставил их перед еще худшей дилеммой.

Иисус на вопрос отвечает встречным вопросом: «И Я вам задам один вопрос. Если вы Мне ответите, то и Я скажу вам, по какому праву так поступаю. Крещение Иоанна откуда было: с Небес, или от людей?» В цитате частично использован перевод В.Н. Кузнецовой.. Иоанн совершал очистительное крещение иудеев в Иордане перед приходом Мессии. Так за кого принимают его законники и книжники? За посланника от Бога? или за самозванца? Стремясь избегать слово «Бог» Иисус по благочестивому обычаю заменил его словом «Небеса»: «С Небес, или от людей?»

Искушавшие Иисуса первосвященники и старейшины были поставлены в трудное положение. Если они ответят, что Иоанн получил власть от Бога, то спрашивается, почему тогда они отвергли его, почему не поверили ему. – О том, что они не поверили Иоанну, говорится далее и в Евангелии от Матфея (Мф. 21:32), и в Евангелии от Луки: «Фарисеи и законники отвергли волю Божию о себе, не крестившись от Иоанна» (Лк. 7:29-30). – Признаться в этом было страшно, так как народ почитал Иоанна за пророка Божия. «И сказали в ответ Иисусу: “Не знаем”». – Неудовлетворительный ответ! Ведь в обязанности членов Синедриона входило различать истинных пророков от лжепророков, а тут они говорили, что неспособны различить их. Своим отрицательным ответом они признались в своей недееспособности.

То есть своим встречным вопросом Иисус постыдил Своих противников, изобличил их в неискренности и тем самым заградил им уста. Они не ответили Иисусу. Тогда «сказал им и Он: “И Я вам не скажу, какою властью это делаю”». Как уполномоченный и посланный Богом Учитель, Он вовсе не должен испрашивать разрешения и оправдываться перед трусливыми иудейскими руководителями. Да они в своей закоснелой узости просто и не были в состоянии понять Его. Разговор с ними был лишен смысла.

В действительности Иисус им все-таки ответил, но в завуалированной форме, и они этого не могли не почувствовать. Они боятся всенародно признать, что крещение Иоанна было предопределено Богом. Но Иоанн готовил иудеев к приходу Мессии. Более того, Иисус мог бы напомнить, что Иоанн указывал людям как на Мессию на Него, на Иисуса. Если бы члены Синедриона признали божественность деятельности Иоанна, они должны были бы признать, что Иисус – Мессия. Если же первосвященники и старейшины отрицают Божественное посланничество Иоанна, то они ни за что не признáют и Его, Иисуса – как Мессию, действующего властью с Небес, от Бога. Нет никакого смысла отвечать на их искушающий вопрос. – Ни признать, ни отрицать Божественность проповеди и действий Иоанна они не в состоянии. Они молчат. Безвыходная ситуация. Искушение не удалось.

Первосвященников возмутило очищение Храма, произведенное Иисусом. Если бы они потрудились проникнуть в суть проповеди Иоанна Крестителя, то они поняли бы, что тот возвестил новое время, ибо старое время храмового культа миновало. Шумно и торжественно празднуемое богослужение Израиля не в состоянии было спасти человека, не отвечало духу нового времени, не отвечало воле Божией. Но заскорузлые умы и сердца продолжают цепляться за ветхое и привычное. Таким консерваторам и реакционерам действительно не о чем было говорить с Иисусом, ибо они не были способны ощутить знамений времени.

Оборвав бессмысленный разговор с первосвященниками и старейшинами, Иисус тем не менее задает им новый вопрос в форме учительной притчи. В этой притче тоже затрагивается тема о новом времени, о возвещенной Иоанном Крестителем воле Божией, о новой, лучшей праведности, чем праведность фарисеев и книжников. 

Крещение Иоанново откуду бе (откуда было): с небесе или от человек? Словом крещение Господь называет здесь все дело служения Иоанна, как пророка, учителя и Своего предтечи, так как Иоанн тех, которые принимали его учение, крестил в Иордане, где крестил и И. Христа. С небес, — от Бога, или от человек, т. е. Бог ли послал Иоанна на служение, или он самовольно начал оное и только обольщал народ? И. Христос предложил такой вопрос об Иоанне для того, чтобы изобличить лукавство вопрошавших: этот вопрос был самый близкий к делу и в то же время прямо вел к посрамлению вопрошавших. Они могли знать, какою властию Господь действует, но не хотели; дело Господа и Иоанново было одно и то же — Иоанн начал, Господь продолжал это дело; следовательно, если Иоанн послан от Бога, как не могли не признавать и сами первосвященники и старейшины, то от Бога же и Он — Христос. Тем более могли знать это, что Иоанн говорил всем об Иисусе Христе, что Он Агнец Божий, вземлющии грехи мира, что Он грядущий свыше, Сущий над всеми, Сын Божий, у Котораго Иоанн недостоин быть последним слугою (Ин. 1:27, 29; Ин. 3:31 и др.). Как же ответили Господу первосвященники и книжники на Его вопрос? Они сначала разсуждали, как ответить, и потом ответили: не вемы (не знаем): потому что иначе нельзя было ответить, как прямо признать Господа за Мессию. Не вемы (не знаем). Тут новое лукавство и при этом еще ложь и гордость: потому что знали, но не хотели признаться. Ни Аз вам глаголю (и Я вам не скажу). Не скажу, потому что нечего и говорить: так как это само собою видно и понятно; да если и скажу, все равно — вы не поверите. „Так воплощенная Божия Премудрость, говорит Блаж. Феофилакт, объясняя ответ Господа врагам Его, уловила сих мудрецов в коварстве ихь“. Так сильна бывает злоба, что готова принять позор, как приняли фарисеи, когда публично сказали относительно служения Иоаннова: не знаем, лишь бы не верить в то, во что не хотят верить!

– Иисус отвечает встречным вопросом. Если они на него ответят, тогда даст ответ и Он. Его вопрос об Иоанне Омывающем. Признаю́т ли они, что Иоанн был послан Богом совершить очистительное омовение перед приходом Мессии, или не признают и считают Иоанна самозванцем? От Бога –в греческом дословно: «от Неба»; стремясь избежать употребления слова «Бог», благочестивые люди часто заменяли его словами «Небеса, Небо, Имя» и др.

Власти поставлены в трудное положение. Если они ответят, что Иоанн исполнял волю Бога, они сами дадут против себя свидетельство: они воспротивились Богу. Конечно, они отвергли весть Иоанна (см. Мф. 21:32; Лк. 7:29‑30), но открыто признать это боялись, потому что народ почитал Иоанна как пророка, то есть вестника Божьего. Тем самым изобличена их неискренность и лицемерие, ими движет не стремление узнать истину, а желание сохранить и упрочить свое положение.

Но коварство это обру­шилось на их собственную голову. Провидя их злую мысль, Христос с божественною мудростью сказал им, что Он ответит им, если только они сами предварительно ответят на Его вопрос, именно: «Крещение Иоанна откуда было – с небес, или от человеков?» Вопрос этот сразу смутил совопросников, и водворилась мгновенная тишина. «Отвечайте Мне», настаивал Спаситель, прерывая их шопотливые переговоры. Но ответа не последовало: Они вполне понимали значение и цель вопроса. Отклонить его, как не относящийся к делу, не было никакой возможности. Иоанн открыто и выразительно свидетельствовал об Иисусе, признавая Его, пред самыми уполномоченными от синедриона, не только пророком, но пророком гораздо большим себя самого, даже величайшим пророком, Мессией. При­знавали ли они это свидетельство, или нет? Ясно, что Христос имел право требовать от них ответа на этот вопрос, прежде чем отвечать им. Но они не могли или вернее не хотели отвечать на него. Он ставил их в безвыходное положение. Они не хотели сказать «с неба», потому что они отвергли его; они не смели сказать «от человеков», потому что вера в Иоанна (как видно даже из Иосифа Флавия) была так сильна и единодушна, что открыто отвергать его значило бы подвергать опасности свою личную безопасность.

Но Христос, истинная Премудрость, сам «уловляет мудрецов в коварстве их». Вопрошу вы и Аз слово едино, – отвечал он, – еже аще речете Мне, и Аз вам реку, коею властию сия творю. Крещение Иоанново откуду бе: с небесе ли или от человек? – Отвещайте Ми. В прямом, бесхитростном ответе на этот вопрос заключалось решение и того вопроса, который был предложен Господу врагами Его. Служение Иоанна находилось в неразрывной связи с служением Иисуса Христа. Предтеча Господень был послан от Бога, чтобы свидетельствовать о свете истинном, просвещающем всякого человека, – Христе (Ин. 1:6–9), и сам себя считал не более, как другом Божественного Жениха, недостойным развязать ремень у обуви Его (Ин. 1:27; Ин. 3:29–31). Если же служение Иоанна было так высоко, то еще выше служение и лице того, кого Иоанн называл пришедшим свыше, с небес и высшим всех (Ин. 3:31). Признав Иоанна посланником Божиим, совопросники принуждены были бы принять свидетельство его о Христе. Но и сказать, что Иоанн был простой человек и что служение его не заключало в себе ничего Божественного, представляло для них большую опасность со стороны народа. Совопросники увидали себя в крайне затруднительном положении и начали рассуждать между собою: аще речем: с небесе, речет нам: почто убо не веровасте ему? Аще ли же речем: от человек, боимся народа, – аще речем: от человек, вси людие камением побиют ны, известно бо бе о Иоанне, ибо Пророк бе, вси бо имеяху Иоанна, яко воистиину Пророк бе.

Когда Спаситель впервые появился в храме после изгнания оттуда торгующих, первосвященники и старейшины, желая явить собственную власть как распорядителей в храме и унизить Христа, спросили Его прилюдно: «Какой властью Ты это делаешь? и кто Тебе дал такую власть?» (Мф. 21:23). Господь не отказывается отвечать, но ставит условие: Он ответит, если они вначале скажут Ему, «крещение Иоанново откуда было: с небес, или от человеков?»(Мф. 21:25). Собственно, это и есть ответ на их вопрос: Иоанн Предтеча был пророком и свидетельствовал о Христе как о Сыне Божием, и старейшины все это знали. Признав небесное происхождение служения Предтечи, они должны были бы признать и Божественное достоинство, и власть Христа. Но, видя опасность как в признании, так и в непризнании ими на публике небесного служения Крестителя, они решили слукавить: «И сказали в ответ Иисусу: не знаем. Сказал им и Он: и Я вам не скажу, какою властью это делаю» (Мф. 21:27). Евангелие отмечает, что они лгут, потому что боятся народа: «О рабское человекоугодничество низких людей! Бога презирают, а боятся людей и в угоду им делают все» Евфимий Зигабен. Толкование на Евангелие от Матфея, 21: 26. [Электр. ресурс:(14.11.11).]. Это человекоугодие дойдет до логического предела, когда руководители еврейского народа торжественно откажутся от Бога и признают своим царем язычника-кесаря: «Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря» (Ин. 19:15).