Евангелие от Матфея 21 глава 25 стих

Обобщающее толкование

Большинство святых отцов видят в вопросе Христа об Иоанне Крестителе не уход от ответа, а мудрое обличение неверия и лукавства Его противников. Вопрос о крещении Иоанна был одновременно вопросом о его пророческом служении и Божественном посланничестве. Если признать, что Иоанн был послан Богом, то необходимо принять и его свидетельство о Христе как о Мессии и Сыне Божием. Именно поэтому Господь говорит: «Почему же вы не поверили ему?» Свт. Иоанн Златоуст, прп. Ефрем Сирин, блж. Иероним, Евфимий Зигабен, блж. Феофилакт и прп. Иустин Попович единодушно показывают, что ответ на вопрос о власти Христа уже содержался в свидетельстве Предтечи.

Вторая линия толкования раскрывает внутреннее состояние первосвященников. Они рассуждают не о том, где истина, а о том, какой ответ будет для них безопаснее. Прп. Ефрем Сирин особенно подчеркивает: они боялись людей, но не Бога. Блж. Феофилакт, свт. Иоанн Златоуст и Евфимий Зигабен отмечают, что этим они сами обнаружили свое неверие и лицемерие. Их молчание стало признанием собственной неправоты: они знали свидетельство Иоанна, но сознательно отвергали его.

Особое объяснение дает Тертуллиан. Он различает небесное происхождение служения Иоанна и природу его крещения. Иоанн был послан Богом и исполнял Божественное поручение, однако его крещение было приготовлением к пришествию Христа: оно призывало к покаянию, но еще не сообщало Духа Святого и не даровало отпущения грехов, которое совершается только через Христа. Эта мысль не противоречит общей линии остальных святых, поскольку касается не происхождения миссии Иоанна, а особенностей его крещения.

Частные замечания Святых Отцов

Тертуллиан объясняет, что выражение «крещение Иоанново» относится к служению покаяния: Иоанн готовил путь Христу, но не сообщал даров, которые принадлежат одному Богу.

Прп. Ефрем Сирин обращает внимание на слова первосвященников: они говорят «боимся народа», но не говорят «боимся Бога», чем обнаруживают истинное состояние своего сердца.

Блж. Иероним замечает, что, назвав себя незнающими, они лишь внешне проявили смирение, а на деле уклонились от истины.

Свт. Иоанн Златоуст перечисляет свидетельства Иоанна о Христе («Агнец Божий», «Сын Божий», «Грядущий свыше»), показывая, что вера Предтече неизбежно приводила бы к вере во Христа.

Евфимий Зигабен поясняет выражение «с небес» как «от Бога», а «от человеков» — как происходящее по человеческому установлению. Он также отмечает, что Христос не стал прямо говорить о Своем достоинстве, чтобы не дать повода обвинить Его в самопрославлении.

Блаженный Феофилакт добавляет, что этим примером Господь учит не отвечать на вопросы, задаваемые со злым умыслом, и не искать собственной славы.

. Иоанн ведь о Господе сказал: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира (Ин. 1:28—29). Что же ты спрашиваешь, чьей властью я это совершаю? О волки, властью Агнца я совершаю то, что совершаю. Но почему, хотя вам дано было узнать Агнца, вы не поверили Иоанну, который сказал: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира?

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 195++

 Он спрашивает их о крещении Иоанновом — откуда оно было, с небес или от человеков. Если они ответят на Его вопрос, то получат ответ и на свой. Они могли бы сказать — вопреки своей совести, — что крещение Иоанново было от людей, и это выглядело бы убедительным, потому что «Иоанн не сотворил никакого чуда» (Ин. 10, 41). Но в таком случае, как они могут объяснить, что Христос совершил много чудес! А если они скажут, что крещение Иоанново было с небес, то и ответ на вопрос о власти Христа будет также очевиден — ибо Иоанн свидетельствовал о Христе.

Иудеи — в явном замешательстве. «Они же рассуждали между собой». Разумеется, не о том, как найти истину, а о том, как выставить себя в выгодном свете перед людьми. Они боятся потерять доверие народа, ибо если они признают, что крещение Иоанново было от Бога, то Христос, а за Ним и весь народ, скажут: «Почему же вы не поверили ему?» 

***
Власть Господа — из того же источника, что и власть Иоанна Крестителя. Если крещение Иоанново было от Бога, то почему они не верят тому, что Предтеча говорит о Христе? А сказать, что оно было от человеков, боятся, потому что весь народ считает его за пророка.

Когда И. Христос, во вторник, пришел в храм и стал учить, Его беседы с народом прерваны были первосвященниками и книжниками. Они приступили к Нему в качестве депутации от Синедриона (подобная же депутация была и к Иоанну Крестителю. Ин. 1:19 и д.) и спрашивал Его: какою властью (богоданною или просто человеческою) Он это (напр., очищение храма от торжников) делает и кто дал Ему эту власть (чрез кого Он получил это полномочие, чрез кого посвящен в эту должность?) На это И. Христос ответил тоже вопросом: Иоанн был ли пророк или самозванец? Так как для всех несомненно было, что Иоанн был богопосланный пророк, то в этом вопросе И. Христа был ясный, хотя и косвенный ответ на то: кто Он? Ибо Иоанн свидетельствовал об Иисусе, как Мессии. Первосвященники и книжники это поняли и потому уклонились от утвердительнаго ответа. Но и отрицательный ответ дать они боялись, потому что отвечать нужно было вслух всего народа, а народ почитал Иоанна за пророка. Поэтому они отвечали: не знаем! Тогда Христос отказал им дат прямой ответ на их вопрос.

||Крещение Иоанново с небес было (то есть от Бога), или от человеков? отвечайте Мне.

Синедрион посылал к Иоанну священников и левитов, принадлежащих к секте фарисеев, узнать, кто он? И тогда же Иоанн сказал им, что он не Христос, но что Христос уже пришел, стоит среди вас (Ин. 1:26). И когда Иисус, после сорокадневного поста и искушений, подошел к Иордану, где Иоанн объяснялся с посланными синедриона, то Иоанн, указывая на Него, сказал: вот Он, Агнец Божий, Который берет на себя грех мира (Ин. 1:29). Тогда же Иоанн рассказал посланным, как Дух Святой сошел на Иисуса при крещении Его и как голос с неба назвал Его Сыном Божиим.

Все это синедрион прекрасно знал, а потому, если бы он на вопрос Иисуса ответил, что Иоанн был Пророк, посланный от Бога, то этим самым признал бы, что Божий Посол говорил правду, и что, следовательно, Иисус есть действительно Христос, Сын Божий.
Вопрос Иисуса поразил синедрион неожиданностью своей. Они, конечно, заранее сговорились, о чем спрашивать Иисуса и как отвечать Ему, но такого вопроса, вероятно, не ожидали, так как для ответа на него вынуждены были совещаться тут же, в храме. Если скажем: с небес, то Он скажет: почему же вы не поверили ему||| (Мк. 11:31), когда он свидетельствовал вам обо Мне, называя Меня Христом, Сыном Божиим? И тогда народ провозгласит Его Царем Израилевым и восстанет против кесаря; и придут римляне и овладеют и местом нашим, и народом. Нет, так нельзя отвечать!

Первый день, который Иисус провел в Иерусалиме, был ознаменован очищением Храма. После ночи, проведенной в Вифании, Иисус снова направился в Иерусалим, совершив по пути пророчески-символическое действие проклятия бесплодной смоковницы. Как мы говорили в прошлой беседе, это была «притча в действии», наглядное обвинение Храма, Иерусалима и Израиля – народа Божия, который упорно отказывается принести плод истинной, а не показной праведности. – Действия Иисуса не могли не вызвать ответной реакции со стороны предводителей иудейского народа. Начало второго дня, проведенного Иисусом в Храме, показывает нам постепенно формирующуюся оппозицию Иисусу со стороны храмового священства и народных учителей. Об этом – следующий рассказ.

Итак, во второй день Своего пребывания в Иерусалиме Иисус снова пришел в Храм и учил народ. Это Он делал во дворе язычников, там же, где накануне Он очистил Храм от торговцев и менял. Именно во внешнем дворе язычников авторитетные иудейские учителя наставляли народ, который собирался вокруг них. К Иисусу подошли «первосвященники и старейшины народа». Это были те, кто считался руководителями религиозной жизни Израиля. Почему говорится во множественном числе – «первосвященники»? Мы ведь знаем, что был только один Первосвященник. Но в Евангелиях под «первосвященниками» понимается группа людей, состоявшая из бывших Первосвященников и их родственников, из которых и выбирался Первосвященник. Это была храмовая аристократия, входившая в состав Синедриона Синедрион – высший государственный совет и высший судебный институт иудеев, состоявший из. 71 члена. – высшего органа власти иудеев.

Поскольку поведение Иисуса Христа в Храме было сознательно вызывающим, религиозные руководители были не просто возмущены, но и решили призвать Его к ответу. Имея в виду очищение Храма и абсолютно не понимая смысла действий Иисуса, они задали Ему вопрос, есть ли у Него право так поступать, и от кого Он получил право учить народ и распоряжаться в Храме? Ведь Он не был даже рукоположенным раввином. А ни один раввин никогда не учил, не сославшись на чей-нибудь авторитет. Обычно всякое учительное заявление начиналось словами: «Ибо сказано, что...то-то и то-то». А вспомним, как учил Иисус: «Вы слышали, что сказано древним: … А Я говорю вам …». Так кто же дал Ему право так учить? В этом вопросе была скрыта ловушка.

Они надеялись поставить Иисуса перед дилеммой: если Он скажет, что поступает Своею властью, они смогут арестовать Его как одержимого манией величия, чтобы Он не причинил еще какого-нибудь вреда. Они могли арестовать Его и в том случае, если бы Он сказал, что делает это властью Божией, обвинив Его в богохульстве и сославшись на то, что Бог никогда не дал бы кому-либо власти нарушать покой и учинять беспорядок в дворах Его дома. Иисус хорошо видел, куда они клонят, и Его ответ поставил их перед еще худшей дилеммой.

Иисус на вопрос отвечает встречным вопросом: «И Я вам задам один вопрос. Если вы Мне ответите, то и Я скажу вам, по какому праву так поступаю. Крещение Иоанна откуда было: с Небес, или от людей?» В цитате частично использован перевод В.Н. Кузнецовой.. Иоанн совершал очистительное крещение иудеев в Иордане перед приходом Мессии. Так за кого принимают его законники и книжники? За посланника от Бога? или за самозванца? Стремясь избегать слово «Бог» Иисус по благочестивому обычаю заменил его словом «Небеса»: «С Небес, или от людей?»

Искушавшие Иисуса первосвященники и старейшины были поставлены в трудное положение. Если они ответят, что Иоанн получил власть от Бога, то спрашивается, почему тогда они отвергли его, почему не поверили ему. – О том, что они не поверили Иоанну, говорится далее и в Евангелии от Матфея (Мф. 21:32), и в Евангелии от Луки: «Фарисеи и законники отвергли волю Божию о себе, не крестившись от Иоанна» (Лк. 7:29-30). – Признаться в этом было страшно, так как народ почитал Иоанна за пророка Божия. «И сказали в ответ Иисусу: “Не знаем”». – Неудовлетворительный ответ! Ведь в обязанности членов Синедриона входило различать истинных пророков от лжепророков, а тут они говорили, что неспособны различить их. Своим отрицательным ответом они признались в своей недееспособности.

То есть своим встречным вопросом Иисус постыдил Своих противников, изобличил их в неискренности и тем самым заградил им уста. Они не ответили Иисусу. Тогда «сказал им и Он: “И Я вам не скажу, какою властью это делаю”». Как уполномоченный и посланный Богом Учитель, Он вовсе не должен испрашивать разрешения и оправдываться перед трусливыми иудейскими руководителями. Да они в своей закоснелой узости просто и не были в состоянии понять Его. Разговор с ними был лишен смысла.

В действительности Иисус им все-таки ответил, но в завуалированной форме, и они этого не могли не почувствовать. Они боятся всенародно признать, что крещение Иоанна было предопределено Богом. Но Иоанн готовил иудеев к приходу Мессии. Более того, Иисус мог бы напомнить, что Иоанн указывал людям как на Мессию на Него, на Иисуса. Если бы члены Синедриона признали божественность деятельности Иоанна, они должны были бы признать, что Иисус – Мессия. Если же первосвященники и старейшины отрицают Божественное посланничество Иоанна, то они ни за что не признáют и Его, Иисуса – как Мессию, действующего властью с Небес, от Бога. Нет никакого смысла отвечать на их искушающий вопрос. – Ни признать, ни отрицать Божественность проповеди и действий Иоанна они не в состоянии. Они молчат. Безвыходная ситуация. Искушение не удалось.

Первосвященников возмутило очищение Храма, произведенное Иисусом. Если бы они потрудились проникнуть в суть проповеди Иоанна Крестителя, то они поняли бы, что тот возвестил новое время, ибо старое время храмового культа миновало. Шумно и торжественно празднуемое богослужение Израиля не в состоянии было спасти человека, не отвечало духу нового времени, не отвечало воле Божией. Но заскорузлые умы и сердца продолжают цепляться за ветхое и привычное. Таким консерваторам и реакционерам действительно не о чем было говорить с Иисусом, ибо они не были способны ощутить знамений времени.

Оборвав бессмысленный разговор с первосвященниками и старейшинами, Иисус тем не менее задает им новый вопрос в форме учительной притчи. В этой притче тоже затрагивается тема о новом времени, о возвещенной Иоанном Крестителем воле Божией, о новой, лучшей праведности, чем праведность фарисеев и книжников. 

Крещение Иоанново откуду бе (откуда было): с небесе или от человек? Словом крещение Господь называет здесь все дело служения Иоанна, как пророка, учителя и Своего предтечи, так как Иоанн тех, которые принимали его учение, крестил в Иордане, где крестил и И. Христа. С небес, — от Бога, или от человек, т. е. Бог ли послал Иоанна на служение, или он самовольно начал оное и только обольщал народ? И. Христос предложил такой вопрос об Иоанне для того, чтобы изобличить лукавство вопрошавших: этот вопрос был самый близкий к делу и в то же время прямо вел к посрамлению вопрошавших. Они могли знать, какою властию Господь действует, но не хотели; дело Господа и Иоанново было одно и то же — Иоанн начал, Господь продолжал это дело; следовательно, если Иоанн послан от Бога, как не могли не признавать и сами первосвященники и старейшины, то от Бога же и Он — Христос. Тем более могли знать это, что Иоанн говорил всем об Иисусе Христе, что Он Агнец Божий, вземлющии грехи мира, что Он грядущий свыше, Сущий над всеми, Сын Божий, у Котораго Иоанн недостоин быть последним слугою (Ин. 1:27, 29; Ин. 3:31 и др.). Как же ответили Господу первосвященники и книжники на Его вопрос? Они сначала разсуждали, как ответить, и потом ответили: не вемы (не знаем): потому что иначе нельзя было ответить, как прямо признать Господа за Мессию. Не вемы (не знаем). Тут новое лукавство и при этом еще ложь и гордость: потому что знали, но не хотели признаться. Ни Аз вам глаголю (и Я вам не скажу). Не скажу, потому что нечего и говорить: так как это само собою видно и понятно; да если и скажу, все равно — вы не поверите. „Так воплощенная Божия Премудрость, говорит Блаж. Феофилакт, объясняя ответ Господа врагам Его, уловила сих мудрецов в коварстве ихь“. Так сильна бывает злоба, что готова принять позор, как приняли фарисеи, когда публично сказали относительно служения Иоаннова: не знаем, лишь бы не верить в то, во что не хотят верить!

– Иисус отвечает встречным вопросом. Если они на него ответят, тогда даст ответ и Он. Его вопрос об Иоанне Омывающем. Признаю́т ли они, что Иоанн был послан Богом совершить очистительное омовение перед приходом Мессии, или не признают и считают Иоанна самозванцем? От Бога –в греческом дословно: «от Неба»; стремясь избежать употребления слова «Бог», благочестивые люди часто заменяли его словами «Небеса, Небо, Имя» и др.

Власти поставлены в трудное положение. Если они ответят, что Иоанн исполнял волю Бога, они сами дадут против себя свидетельство: они воспротивились Богу. Конечно, они отвергли весть Иоанна (см. Мф. 21:32; Лк. 7:29‑30), но открыто признать это боялись, потому что народ почитал Иоанна как пророка, то есть вестника Божьего. Тем самым изобличена их неискренность и лицемерие, ими движет не стремление узнать истину, а желание сохранить и упрочить свое положение.

Но коварство это обру­шилось на их собственную голову. Провидя их злую мысль, Христос с божественною мудростью сказал им, что Он ответит им, если только они сами предварительно ответят на Его вопрос, именно: «Крещение Иоанна откуда было – с небес, или от человеков?» Вопрос этот сразу смутил совопросников, и водворилась мгновенная тишина. «Отвечайте Мне», настаивал Спаситель, прерывая их шопотливые переговоры. Но ответа не последовало: Они вполне понимали значение и цель вопроса. Отклонить его, как не относящийся к делу, не было никакой возможности. Иоанн открыто и выразительно свидетельствовал об Иисусе, признавая Его, пред самыми уполномоченными от синедриона, не только пророком, но пророком гораздо большим себя самого, даже величайшим пророком, Мессией. При­знавали ли они это свидетельство, или нет? Ясно, что Христос имел право требовать от них ответа на этот вопрос, прежде чем отвечать им. Но они не могли или вернее не хотели отвечать на него. Он ставил их в безвыходное положение. Они не хотели сказать «с неба», потому что они отвергли его; они не смели сказать «от человеков», потому что вера в Иоанна (как видно даже из Иосифа Флавия) была так сильна и единодушна, что открыто отвергать его значило бы подвергать опасности свою личную безопасность.

Но Христос, истинная Премудрость, сам «уловляет мудрецов в коварстве их». Вопрошу вы и Аз слово едино, – отвечал он, – еже аще речете Мне, и Аз вам реку, коею властию сия творю. Крещение Иоанново откуду бе: с небесе ли или от человек? – Отвещайте Ми. В прямом, бесхитростном ответе на этот вопрос заключалось решение и того вопроса, который был предложен Господу врагами Его. Служение Иоанна находилось в неразрывной связи с служением Иисуса Христа. Предтеча Господень был послан от Бога, чтобы свидетельствовать о свете истинном, просвещающем всякого человека, – Христе (Ин. 1:6–9), и сам себя считал не более, как другом Божественного Жениха, недостойным развязать ремень у обуви Его (Ин. 1:27; Ин. 3:29–31). Если же служение Иоанна было так высоко, то еще выше служение и лице того, кого Иоанн называл пришедшим свыше, с небес и высшим всех (Ин. 3:31). Признав Иоанна посланником Божиим, совопросники принуждены были бы принять свидетельство его о Христе. Но и сказать, что Иоанн был простой человек и что служение его не заключало в себе ничего Божественного, представляло для них большую опасность со стороны народа. Совопросники увидали себя в крайне затруднительном положении и начали рассуждать между собою: аще речем: с небесе, речет нам: почто убо не веровасте ему? Аще ли же речем: от человек, боимся народа, – аще речем: от человек, вси людие камением побиют ны, известно бо бе о Иоанне, ибо Пророк бе, вси бо имеяху Иоанна, яко воистиину Пророк бе.

Когда Спаситель впервые появился в храме после изгнания оттуда торгующих, первосвященники и старейшины, желая явить собственную власть как распорядителей в храме и унизить Христа, спросили Его прилюдно: «Какой властью Ты это делаешь? и кто Тебе дал такую власть?» (Мф. 21:23). Господь не отказывается отвечать, но ставит условие: Он ответит, если они вначале скажут Ему, «крещение Иоанново откуда было: с небес, или от человеков?»(Мф. 21:25). Собственно, это и есть ответ на их вопрос: Иоанн Предтеча был пророком и свидетельствовал о Христе как о Сыне Божием, и старейшины все это знали. Признав небесное происхождение служения Предтечи, они должны были бы признать и Божественное достоинство, и власть Христа. Но, видя опасность как в признании, так и в непризнании ими на публике небесного служения Крестителя, они решили слукавить: «И сказали в ответ Иисусу: не знаем. Сказал им и Он: и Я вам не скажу, какою властью это делаю» (Мф. 21:27). Евангелие отмечает, что они лгут, потому что боятся народа: «О рабское человекоугодничество низких людей! Бога презирают, а боятся людей и в угоду им делают все» Евфимий Зигабен. Толкование на Евангелие от Матфея, 21: 26. [Электр. ресурс:(14.11.11).]. Это человекоугодие дойдет до логического предела, когда руководители еврейского народа торжественно откажутся от Бога и признают своим царем язычника-кесаря: «Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря» (Ин. 19:15).