Евангелие от Матфея 19 глава 24 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы единодушно понимают образ верблюда и игольного ушка как предельно сильное предупреждение о духовной опасности богатства. При этом большинство из них подчеркивает: Христос говорит не о богатстве самом по себе, а о порабощении сердца богатством. Святители Иоанн Златоуст, Феофан Затворник, блаженный Феофилакт, преподобный Ефрем Сирин, Евфимий Зигабен, преподобный Иустин (Попович) и блаженный Иероним сходятся в том, что богатство становится препятствием тогда, когда человек возлагает на него надежду, предпочитает его Богу и не может отказаться от него ради Царства Небесного.

Главная линия толкования объясняет, что Христос усиливает сказанное в предыдущем стихе. Если прежде Он говорил, что богатому трудно войти в Царство, то теперь показывает это как человечески невозможное, используя яркую гиперболу. Однако эта невозможность относится к человеку, остающемуся пленником своего богатства. Святитель Иоанн Златоуст подчеркивает: именно поэтому столь велика награда тем, кто, имея богатство, живет благоразумно. Блаженный Иероним также объясняет, что после освобождения от бремени земных привязанностей путь в Царство открывается.

Особую линию представляет преподобный Максим Исповедник. Он предлагает два духовных толкования. В одном «верблюд» означает язычников, которые через Христа входят тесными вратами Царства, а «игла» — Самого Христа, соединяющего два народа в один. В другом — «верблюд» изображает человека, истощившего себя воздержанием и освободившегося от тяжести страстей; такому легче войти в Царство, чем богатому, продолжающему жить в роскоши и славе.

Таким образом, святые видят в словах Христа не осуждение достатка как такового, а призыв освободить сердце от гордости, самонадеянности и любви к земному, чтобы ничто не мешало следованию за Богом.

Частные замечания Святых Отцов

Блаженный Иероним замечает, что после освобождения от тяжести грехов и земных привязанностей «верблюды» могут пройти тесными вратами жизни.

Святитель Иоанн Златоуст обращает внимание, что Христос намеренно усиливает выражение: от «трудно» переходит к образу, показывающему человеческую невозможность.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский подробно перечисляет страсти, которые обычно сопровождают богатство: роскошь, жестокосердие, гордость, скупость и презрение к бедным.

Евфимий Зигабен поясняет, что некоторые понимали под «верблюдом» толстый корабельный канат; также он сравнивает тесный путь к жизни с игольным ушком, которое не вмещает гордость и любостяжание.

Преподобный Максим Исповедник дает два символических объяснения образа верблюда: как язычников, входящих ко Христу, и как человека, истощившего страсти подвигом воздержания.

Блаженный Феофилакт Болгарский повторяет древнее толкование, что под «верблюдом» некоторые понимали корабельный канат, однако главная мысль остается неизменной: пристрастие к богатству делает вход в Царство невозможным для человеческих сил.

Когда юноша удалился, Господь заметил ученикам, как неудобно богатому войти в царство небесное, разумея здесь под именем богатства не только деньги и имущество, но все вообще, чем человек дорожит, как достоянием своим, кроме Бога. – Ученики принимая слова Его в таком строгом смысле, невольно спросили: кто же может спастись, если всякая земная привязанность лишает царствия Божия? Господь отвечал; невозможное для человека возможно для Бога. Человек, неспособный отрешиться от всего сам по себе, может достигнуть сего посредством благодати Божией. Каждый из учеников невольно обратился после этого к самому себе. С одной стороны представлялось, что он многим, всем уже пожертвовал для Господа: оставил сродников, дом, стяжания. Но с другой в тоже время каждый в себе ощущал, что такой чистоты и отрешенности, какой требует Господь, в них еще нет. Чего же им ожидать? Не будет ли с ними того же, что и с юношей?

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 166++

Путь на небо — для всех узкий путь, и врата, ведущие в жизнь, тесны. Легче верблюду — говорит Христос — пройти сквозь игольное ушко — чем богатому войти в Царство Небесное. Некоторые полагают, что речь здесь идет о воротах в Иерусалиме, которые называются «игольные ушки» за их тесноту. Верблюд не может пройти через них, пока не будет разгружен. Так богатый человек не может взойти на небо, пока не пожелает рассчитаться с грузом земных богатств и склониться перед предписаниями смиренной веры.

Другие считают, что неслучайно слово «верблюд» на греческом языке совпадает со словом «канат». Богатый человек по сравнению с бедным — толстый канат по сравнению с тонкой ниткой. И он не пройдет сквозь игольное ушко, пока его не расщепить на отдельные нити. Так богатый человек должен освобождаться от своих богатств, чтобы нить за нитью проходить сквозь игольное ушко.

Где взять нам мужество и самоотверженность тех, кто, все оставив, уходили в пустыню или принимали мученическую кончину? Давно ли Церковь наша была на кресте, когда все верные Господу уповали только на благодать и, лишенные всего, ничего не имели, кроме сокровища на небесах? Но каждому без исключения дается смерть как потеря всего или как Пасха Господня.

 Господь сказал о том, что пусть даже и невозможно, но мы понимаем, что это невозможно, потому что богатые не соблюдают заповеди Божьи. Если же они будут соблюдать, тогда то, что казалось невозможным, становится возможным. Это тот верблюд, который входит тесным путем: прежде путь не мог вместить его, обуреваемого страстями, а теперь уже вмещает, когда тот исполняет Божественные заповеди. 

Когда отошел юноша, Иисус, „посмотрев вокруг» (Мк.), чтобы тем возбудить особенное внимание к Своим словам, сказал: „как трудно имеющим богатство войти в царствие Божие!“ Ученики ужаснулись от слов Его (Мк.). Но Иисус снова повторил то же изречение (по Мк.), изменив его, впрочем, так, что в то же время показал и причину трудности для богатых войти в царствие Божие: „как трудно надеющимся на богатство войти в царствие Божие!" К этому Он прибавил такое присловие: „удобнее верблюду пройти сквозь игольныя уши, нежели богатому войти в царствие Божие". Ученики продолжали изумляться словам Господа и сказали Ему: „так кто же может спастись?" У всякаго человека есть такая или другая недобрая наклонность, такой или другой порок; другия мирския пристрастия еще более сильны и порочны, нежели пристрастие к богатству. Если, поэтому, богатому так трудно войти в царствие Божие, то кто же может спастись? На это И. Христос отвечал: „человекам это невозможно, Богу же все возможно". Человеку, приверженному к богатству или же еще к чему-либо земному, трудно спастись, трудно освободиться от рабства греху; только при помощи благодати Божией возможно это освобождение.

Не только в Царство Небесное, но и в Царствие Божие богатому трудно войти, так как в душе его чаще всего царит не Бог, а идол любостяжания; а где царит не Бог, где не исполняется воля Божия, как царский закон, там нет и Царства Божия.

Апостолы ужаснулись, услышав эти слова Иисуса; ужаснулись они, конечно, не за себя, так как и прежде были бедны, а когда пошли за Иисусом, то оставили все, что имели; ужаснулись они за тех, кому им надлежало проповедовать Христово учение; ужаснулись за успех своей будущей проповеди. Чтобы несколько успокоить их, Иисус сказал, что трудно войти в Царство Божие не богатым вообще, а лишь надеющимся (Мк. 10:24) на богатство свое, то есть тем из богачей, которые надеются не на Бога, а на силу, заключающуюся, по их мнению, в богатстве; которые считают себя полновластными распорядителями и хозяевами своих богатств и потому употребляют их лишь для удовлетворения своих прихотей, а не на помощь ближним; которые любят только себя, а Бога и ближних своих забыли. Удобнее корабельному канату пройти сквозь игольное ушко, чем такому самонадеянному богачу войти в Царство Божие.

(Греческое слово камэлон означает верблюд, но, по мнению некоторых толкователей, под ним можно понимать и корабельный канат).

Богатство, честно приобретенное, как дар Божий, не может быть само по себе злом, от которого необходимо во что бы то ни стало отделаться. Зло заключается не в богатстве, а в пристрастии к нему, в любостяжании, порабощающем человека и отвращающем его от Бога; но так как страсть эта сильна, и люди, давшие ей волю, не в силах бывают потом справиться с ней, то, говоря вообще, богатому трудно войти в Царство Божие, а самонадеянному богачу так же невозможно, как корабельному канату или верблюду пройти сквозь игольные уши.

И вот, поскольку юноша по причине своего богатства оказался неспособным принять приглашение Иисуса следовать за Ним, Господь теперь сокрушенно говорит: «Истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное!». Если бы богатый юноша последовал за Иисусом, то он вошел бы в Царствие Божие! «Ибо приблизилось Царствие Божие!», оно уже здесь! В него надо только войти! Уже сегодня! Но… «удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие».

Итак, «трудно богатому войти в Царство Небес­ное». Но мы должны понимать, как настаивал святитель Иоанн Златоуст, что «Христос этими словами не богатство порицает, но тех, которые пристрастились к нему» Иоанн Златоуст, Беседы на Мф. Беседа. 63:2..

Однако, услышав это, ученики «весьма изумились и сказали: так кто же может спастись?». Изумились они потому, что Иисус совершенно переворачивал установившиеся иудейские нормы морали. Человек богат. Это означает, что Бог помогает ему! (Разумеется, предполагается, что свое богатство человек получил законным путем). Чем богаче человек, тем вероятнее, что он войдет в Царствие Божие. Ученики сразу же решили, что если Иисус сказал истину, у человека едва ли вообще есть шансы на спасение. Но когда они испуганно спрашивают: «Кто же может спастись?», – они путают понятия. Ведь Иисус ничего не сказал о спасении, то есть о вечной жизни богатого юноши. О спасении речь шла в самом начале разговора. Конечно, обрести вечную жизнь сам по себе никто не способен: это не во власти человека. Поэтому Иисус отвечает ученикам: «Человекам это невозможно». Но тогда, в начале разговора, Иисус сказал юноше о возможности его спасения Богом: «Ты знаешь заповеди», – сказал Он ему. Заповеди Божии – путь в вечную жизнь. Бог будет всех судить по делам, и того, кто творит добрые дела и соблюдает заповеди, спасает Бог! Наследование жизни вечной, то есть спасение человека из власти смерти, – зависит от Бога, есть дар Божий. Поэтому и сказано: «Человекам это невозможно, Богу же всё возможно».

Но чтобы лучше понять историю с богатым юношей, который отказался следовать за Христом, вспомним о призвании другого отнюдь не бедного человека, мытаря Матфея (в Евангелии от Марка (2:14) он называется Левием Алфеевым): «Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфея, и говорит ему: «Следуй за Мною». И он встал и последовал за Ним» (Мф. 9:9). Богатый юноша приходит к Иисусу Христу по собственной инициативе. Иисус соединяет Свой призыв следовать за Ним с определенными условиями («продай имение твое и раздай нищим»). Мытарь же Матфей (несомненно богатый) призывается по инициативе Иисуса, и при этом не говорится ни о каких условиях. Просто «следуй за Мною». В этих историях противопоставлены две исходные ситуации: мытарь Матфей – «грешник», а богатый юноша, как его назвали бы в Палестине, – «праведник». В то время как мытарь Матфей без сожалений оставил свое имущество, богатый юноша не смог расстаться со своим богатством, ибо он в духе представлений своего времени рассматривал свое богатство как вознаграждение от Бога за свою праведность. Он исполняет заповеди, то есть он праведен, и за это Бог наградил его богатством! Расставшись с ним он вместе с тем отказался бы и от своей заслуженной праведности, от своих заслуг!

Но в нашем Евангелии, на что мы уже обратили внимание, важны слова Иисуса: «если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим». Повторимся: в нашем словоупотреблении «совершенный» – это человек, который достиг высшей ступени физического или нравственного развития. Однако в Библии, и в частности у Евангелиста Матфея, «совершенство» понимается в другом смысле. Совершенный – тот, кто полностью отдает себя Богу, жертвует всем ради Бога. Отсюда следует, что предложение расстаться со своим богатством нельзя понимать как простой совет достичь некоей высшей нравственной ступени. Юноша ведь и без того – человек высоких нравственных правил. Нет, условие быть совершенным обозначено как «всё продать и раздать», то есть пожертвовать всем, отказаться от всего, даже от своих «заслуг». Это было бы действительным знаком глубочайшего покаяния. Отсюда, кстати, следует, что совет «все, что имеешь, продай» – является не обязательным требованием для всех и всегда, но конкретным советом в конкретной ситуации конкретного юноши, которого позвал Иисус. В принципе, дело не в богатстве как таковом, так как ситуация богатого и праведного юноши может повторяться в бесконечных вариациях. Ибо можно быть «богатым» не только деньгами.

Ученики, как, вероятно, и богатый юноша, все еще мыслили привычными категориями земного царства. Но в Царствии Божием свои законы. Жить переоценкой привычных ценностей очень трудно, почти невозможно для того, кто не в состоянии отказаться от своего богатства. Вот потому и «Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие».

Яркий и парадоксальный образ! Его иногда пытались ослабить искусственными филологическими уловками. Так делалось в рационалистической экзегезе. 19-го века. Мол, не может же Иисус Христос говорить такие абсурдные вещи! Нет, Он, мол, сказал не о реальном игольном ушкé, а говорит о городских воротах, которые так назывались – «игольное ушкó». Или – не о верблюде, а о корабельном канате. Нет. Иисус Христос рисует именно остроумный и живой парадоксальный образ: игольное ушкó и верблюд! И действительно, невозможно богатому войти в Царствие Божие – тому богатому, который делает из Бога своего работодателя, Который вознаграждает земным богатством за праведность. И ученики Иисуса Христа прекрасно понимают глубокий смысл этого образа, понимают, что речь идет не собственно о богатстве, ибо этим «богатством» может быть все что угодно. Понимая, что слово Христа касается всех, даже бедных, они испуганно спрашивают: «Кто же может спастись?». Только нищие, отдавшие себя Богу? Но кто способен к этому? Иисус «воззрев на них», то есть внимательно на них посмотрев, ответил: «Человекам это невозможно, Богу же всё возможно». Иными словами, «если бы, все спасение человека зависело от человеческих усилий, никто не смог бы спастись. Но спасение есть дар Божий, а для Бога все возможно».

Но как Бог делает это возможным? Иисус Христос предлагает ответ на этот вопрос: Бог дарует вечную жизнь тому, кто исполняет Его волю, соблюдает Его заповеди. Но полное ощущение спасения, вхождение в Царствие Божие уже в этой жизни, становится доступным тому, кто жертвует всем ради того, чтобы следовать за Иисусом. Тот, кто Ему следует, находит «драгоценную жемчужину», ради которой он продаёт всё, что имел (Мф. 13,45-46).

Возвращаясь к вопросу о богатстве: Если мы вникнем во все речи Иисуса Христа на эту тему, то поймем, что смысл проповеди Иисуса Христа не в социально-экономической критике богатства. Такая критика не несет в себе ничего оригинального, она стара как мир, поверхностна и тривиальна. Проповедь Иисус Христос – новая благая весть о приблизившемся Царствии Божием. И в свете этой проповеди осуждение «богатых» касается всех и каждого, ибо все хотят сами себя обезопасить, обеспечить себе жизнь. Цель же осуждения «богатых» – покаяние. Всякий «богатый» должен постичь, чтò приносит Иисус Христос, и как «нищий» дать Ему одарить себя частью того истинного богатства, которое утоляет всякую жажду и снимает все заботы.

Иисус Христос не ставит своей целью ни социальное регулирование богатства и собственности, ни революционную отмену его. Он строит жизнь на новом основании, на эсхатологическом Царствии Божием, которое приходит в мир вместе с Ним и Его делами.

Далее евангелист Матфей приводит разговор между Петром и Иисусом. Как и другие ученики, Петр, – хотя он и не был состоятельным человеком, – в отличие от богатого юноши, оставил всё и с самым искренним чувством последовал призыву Иисуса, пошел за Ним в надежде войти в Царство Божие и обрести в нем много больше всего того, что ему пришлось оставить. Поэтому вполне естественным представляется недоумение Петра по поводу слов Иисуса о том, что даже (даже!) богатым людям войти в Царство Божие труднее, чем верблюду протиснуться сквозь игольное ушкó.

Здесь Господь высказал Свое учение о богатстве, именно о том, что трудно человеку, привязанному всею своею душею к богатству, принять христианскую веру, требующую не иметь такой привязанности, трудно для такого человека исполнять правила христианской веры, и таким образом войти в царство небесное: яко неудобь богатый внидет (трудно богатому войти) в царство небесное. Удобее (удобнее) есть вельбуду (верблюду) сквозе иглины уши, проити. Удобнее верблюду и пр., это — народное присловие, употребляемое для того, чтобы показать, что известное дело невозможно или чрезвычайно трудно. Под вельбудом, или верблюдом одни из толкователей разумеют животное, для котораго невозможно пройдти в узкую дверь, на подобие пглиных ушей, которою едва проходит человек, другие — толстый канат, употребляемый на кораблях, который невозможно пропустить сквозь иглиныя уши.

Подлежит осуждению не само богатство, а обольщение им: Мф. 13:22; любостяжание: Лк. 12:15; презрение к бедному: Иак. 2:6; удержание платы у работников: Иак. 5:4; таким богачам трудно спастись, если они не последуют евангельск. совету: Лк. 12:33; 16, 9; трудно войти в Цар. Божие на богатство (Мк. 10:24); но, конечно, человекам это невозможно, Богу же все возможно: Мф. 19:26.

Христос же извлек из этого случая предмет нового поучения для своих слушате­лей, сказав им, как трудно богатому человеку войти в царствие Божие. «Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому (всецело преданному своему богатству как источнику благ мира сего) войти в царство Божие».

Проще, говорит Иисус, искривленному естеству язычников — ведь это и есть верблюд — пройти тесными вратами и узким путем (Мф. 7:14), что и означает ушко, в Царствие Небесное, нежели народу иудейскому, имеющему Закон и пророков. Подобно тому как иголка проходит сквозь два отрезка ткани и делает из них один, так и Господь наш Иисус Христос, который есть иголка, соединил два народа, по словам Апостола, соделав из обоих одно (Еф. 2:14). Однако, по другому толкованию, кто воздержанием истощил и свил себя как нить, тому легче пройти тесными вратами в Царствие Небесное, нежели богатому, который постоянно утучняет себя яствами и людской славой.

Возможно, что это образное выражение указывает на ушко иглы, чтобы показать трудность, даже неисполнимость какого-либо дела. Но некоторые высказывают предположение, что игольные уши — это специальный проход в стене города для людей, в который трудно пройти верблюду.

Преподобный Петр Дамаскин прекрасно объясняет смысл этих слов: «все то, что бывает сверх естественной потребности, делается препятствием для желающего спастись, то есть все, что не служит к спасению души или к жизни тела» (Добротолюбие. Т. 5. Книга 1. Гл. 35. О чтении по Богу).

Трудно спастись богатому; кто же этот богатый? По мысли отцов — любой, независимо от того, богат он или нищий, который смысл жизни видит в богатстве, кто жаждет его, кто отдает все силы на его приобретение. Как писал один американский автор: «Вы никогда не станете богатым, если не доведете страсть к деньгам до кипения».

Осуждается Христом и тот, кто тщеславится богатством, превозносится и роскошествует перед лицом неимущих, кто не помогает им, забыв заповедь блаженны милостивые, — и любой, кто, как сказал Господь, собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет (Лк. 12:21). По духовному закону о взаимосвязи страстей такой человек легко сползает на путь серьезных нравственных падений и потери веры в Бога, если она и была. Такому трудно спастись.

Удаление юноши показало, что пристрастие к богатству для многих служит непреодолимым препятствием к достижению небесного Царства. Господь, посмотрев вокруг, заметил ученикам: како неудобь имущии богатство в Царствие Божие внидут! Аминь глаголю вам, яко неудобь богатый внидет в Царствие Небесное. «Богатство, – по выражению святителя Иоанна Златоуста, – само по себе не есть ни добро, ни зло, и смотря по людям пользующимся бывает иногда тем, а иногда другим»: «душе богочестивой, – по мысли святого василия великого, – богатство служит средством делать добро через любообщительность, а душе сластолюбивой и плотолюбивой оно обращается в пособие роскоши». Слова Господа поразили учеников; они ужаснулись строгости этого учения. Тогда он с новой силою подтвердил сказанное: чада, како неудобь уповающим на богатство в Царствие Божие внити! Удобее бо есть вельбуду сквозе иглине уши проити, неже бо-гату в Царствие Божие внити. «так тесен путь, ведущий в Царствие небесное, так богатство широко, обременительно и непоместительно!» (свт. Иоанн Златоуст). При этом Спаситель воспользовался ходившим в то время в народе присловием для выражения чрезвычайной трудности или даже несбыточности какого-либо дела.