Евангелие от Матфея 18 глава 16 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы понимают Мф. 18:16 как следующий шаг в заботе о согрешившем брате. Если личное обличение наедине не помогло, нельзя сразу бросать человека или разглашать его грех перед всеми. Нужно взять одного или двух свидетелей, чтобы увещание стало сильнее, но всё ещё оставалось бережным и не публичным. Цель та же: не наказать, не унизить, а исцелить брата и вернуть его к правде.

Главная линия толкования у святителя Иоанна Златоуста, блаженного Иеронима, Евфимия Зигабена и преподобного Иустина Поповича такова: упорство грешника требует большего врачевания, а не большего гнева. Златоуст сравнивает согрешившего с больным: врач, видя, что болезнь не проходит, не сердится и не бросает больного, а усиливает заботу. Так и обиженный должен позвать помощников не для мести, а для исправления брата.

Вторая линия — юридически-свидетельская. Её отмечают Евфимий Зигабен и Иероним: свидетели нужны не только для увещания, но и чтобы подтвердить, что обиженный сделал всё возможное кротко и справедливо. Здесь Христос применяет древнее правило: «при устах двух или трёх свидетелей» должно утвердиться всякое слово. Но у святых это не превращается в холодный суд: свидетели остаются помощниками в деле исправления.

Преподобный Иустин Попович раскрывает внутреннюю сторону: если человек не слушает, значит грех ослепил его сердце и повредил чувство братства. Поэтому свидетели становятся не врагами, а советниками и духовными помощниками.

Частные замечания Святых Отцов

Блаженный Иероним говорит, что второго и третьего брата привлекают или ради исправления согрешившего, или ради свидетельства, если он останется упорным.

Святитель Иоанн Златоуст уточняет: Христос заботится не только об оскорблённом, но и об оскорбившем. Настояще обижен тот, кто находится во власти страсти, потому что он духовно болен и немощен.

Евфимий Зигабен замечает, что нужно брать не многих, а одного или двух, чтобы человек не ожесточился от всенародного обличения. Свидетели должны подтвердить кротость обличающего и упорство согрешившего.

Блаженный Феофилакт напоминает общий смысл отрывка: Господь учит обличать брата-христианина, но не оскорблять его; сначала — наедине, чтобы он не стал бесстыднее.

Преподобный Иустин Попович объясняет, что грех делает человека глухим к брату и к Богу; поэтому свидетели нужны как советчики и помощники в исцелении братолюбия.

Вот ряд действий и наставлений, составляющих заключение Галилейского поприща Иисуса Христа. Начиная с отправления по Кесарии и вопроса о том: кого Мя глаголют быти человецы, – до учения о хранении от соблазнов и притчи о взыскании погибшего Сыном человеческим, все связано между собой тесным внутренним союзом (18, 15–20, 21–35). К этому евангелист Матфей присовокупляет еще учение о том, как надлежит поступать в отношении к причиняющим обиду – в том случае, когда оскорбивший не хочет сознать своей вины, и в том случае, когда сознает ее и просит прощения. В первом случае предлагается несколько постепенно усиливаемых мер к вразумлению оскорбившего; в последнем безграничное прощение.

Было ли это произнесено Господом тогда же, трудно решить. Если принимать во внимание то, что было говорено Спасителем выше и что случилось между апостолами: по-видимому можно найти между тем и другим связь. Однако же ни св. Лука, ни св. Марк этой беседы при настоящем случае не передают. Она отчасти дает объяснение на то, когда надлежит пользоваться апостолам своим правом вязать и решить и изображает третью высокую черту в духе последователя Христова, в его отношениях к своему ближнему (первая, – вышеизложенная, – самоуничижение, вторая – строгая внимательность, чтобы не соблазнить кого). Поэтому внутренняя связь наставлений не прерывается, но имеют ли они и внешнюю – историческую, это не видно из краткого замечания Евангелиста о споре апостолов между собой.

Впрочем оставляя поприще Галилейское, мы должны заметить, что не все события, там случившиеся, нам известны. Что такое случилось в Хоразине, Вифсаиде, Капернауме – что могло бы вызвать такие строгие угрозы из уст Господа (Лк. 10:13–15), – этого мы не знаем.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 154++

Но если этот человек будет упорствовать в своем заблуждении, пойди, возьми одного или двух, — говорит Христос, — единомысленных твоих и обличите его вместе. Мы нуждаемся в том, чтобы в делании добра нам помогали другие люди. И мы не должны унывать, опускать руки, говорить, что безнадежное дело — с этим человеком уже все кончено, потому что он не обращает внимания на наши вразумления. Может быть, эти двое или трое, кого ты позовешь, найдут такие слова, которые тебе никогда на ум не приходили. Может быть, у них любви больше, чем у тебя, и он послушает их. Может быть, он поймет, что он противостоит сразу всем, и покается.

Наставление об исправлении согрешающих состоит в связи с предыдущею речью о действиях всеблагого Бога Отца, направленных к спасению погибающих; между младенцами веры и согрешающими то сходство, что те и другие суть заблудшия овцы; теперь апостолы поучаются употреблять все меры к возвращению заблудшей овцы на путь спасения. Меры, какия апостолы, как пастыри церкви, должны употреблять к возвращению заблуждающих на путь спасения, суть следующия» 1) нравственное увещание их самим пастырем, 2) повторение этого увещания при соучастии одного или двух братьев и 3) увещание или вразумление всею церковию, всем христианским обществом, к которому принадлежит согрешающий. Непослушание увещанию церкви влечет за собою отлучение от церкви (буди тебе якоже язычник и мытарь). В связи с этим И. Христос вручает теперь всем апостолам полномочие вязать и решить, которое прежде Он дал Петру (16—19). В связи с предыдущим смысл этого полномочия будет такой: те, которые после обще-церковнаго осуждения будут ими, как пастырями церкви, отлучены от церкви здесь на земле, будут отвергнуты и от церкви небесной. Ст. 19—20 дают обоснование великой власти церкви — произносить окончательно решающий голос о членах своих: как бы мало ни было число верующих, но если только это истинно-верующие во Христа и соединены между собою единством веры и жизни во Христе, то они уже церковь Христова, ибо где только двое или трое собраны (для общей жизни во имя И. Христа, там Сам Он невидимо присутствует среди них, как глава образуемой ими церкви; и когда все они соединятся в один молитвенный вздох к Богу Отцу, Он исполнит всякое их прошение.

Но если он не послушает тебя, не сознается в своем грехе и не захочет примириться с тобой, то не оставляй его в таком положении, а позови себе на помощь одного или двух друзей и, совместно с ними, постарайся обнаружить перед братом твоим его грех; пусть они будут посредниками между вами и дознают, кто из вас прав и кто виноват, а в случае надобности и подтвердят это, как свидетели.

Несомненно, Иисус Христос учил о милосердии и о всех доступных способах примирения между людьми или, по меньшей мере, между Его учениками. Но прочитанный отрывок об обличении и о церковном суде носит такой формальный характер, что напоминает постановление какого-нибудь церковного комитета и скорее говорит о более позднем истолковании учения Иисуса применительно к церковной жизни. Но, как бы то ни было, мы должны присмотреться к тому, о чем здесь говорится.

Прежде всего, очевидно, что стих. 15, если не цитирует, то указывает на ветхозаветное правило: «Не враждуй на брата твоего в сердце твоем; обличи ближнего твоего, и не понесешь за него греха» (Лев. 19:17). В этом правиле важно отметить два момента. Во-первых, Книга Левит учит прощать ближнего, не таить зла в своем сердце. Во-вторых, Закон отвергает тайную вражду, призывая к прямому и честному обличению с желательным раскаянием согрешившего. В-третьих, – и это характерно для общинного сознания Ветхого Завета, – заповедь заботится прежде всего о том, чтобы грех не отразился на всей общине. Ведь прегрешение каждого члена израильского общества как бы вносилось в «копилку грехов» всего Израиля. Равно как праведные поступки отдельных лиц тоже складывались как общее достояние Израиля. Если согрешивший раскается, то его грех аннулируется и никто в Израиле из-за его греха не пострадает. В том числе и ты, обличающий, «не понесешь за него греха».

Однако, в Евангелиях эта ветхозаветная и, так сказать, социальная заповедь приобрела более персональный характер. Брат согрешает против тебя, если не раскается, «то да будет он тебе, как язычник и мытарь».

Евангельские наставления очень практичны и полезны. Если у тебя возникло чувство обиды на ближнего, то самое правильное – высказать ему свою обиду. Если мы будем держать свое недовольство в сердце, то это плохо отразится, прежде всего, на нашем собственном душевном состоянии. Так недолго и сон потерять. Всегда лучше поговорить лично с обидчиком с глазу на глаз. Можно, конечно, выразить свое недовольство и в письменной форме. Но это менее надежно, так как наши письма могут быть плохо написаны или неправильно поняты. Но… увы: все мы редко придерживаемся таких простых и честных правил.

Итак, если есть возможность, конфликты надо разрешать без свидетелей и без публичного скандала. Если согрешивший тебя послушается, то «приобрел ты брата твоего». Эти слова отсылают нас немного назад, к притче о потерявшейся и вновь приобретенной овце.

Поскольку в жизни редко происходит все так гладко, чтобы согрешивший немедленно раскаялся и признал свою ошибку, то … И тут, начиная со стиха. 16 наставления приобретают все более церковный характер. «Если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово». Собственно, речь снова заходит об одной из важных ветхозаветных юридических заповедей книги Второзакония: «Недостаточно одного свидетеля против кого-либо в какой-нибудь вине и в каком-нибудь преступлении и в каком-нибудь грехе, которым он согрешит: при словах двух свидетелей, или при словах трех свидетелей состоится всякое дело» (Втор. 19:15). В Евангелии речь пока еще идет не о свидетелях в суде, но о том, чтобы постараться разрешить конфликт в узком кругу людей, что может облегчить примирение. В этом случае согрешивший может как бы посмотреть на себя со стороны, глазами других людей.

И только если согрешивший упрямо «не послушает их, скажи церкви», то есть вынеси спорный вопрос на публичное общественное обсуждение. Церковное собрание местной общины должно разрешить вопрос и вынести свое решение. В предельном случае, если согрешивший «и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытáрь». Речь идет не об официальном суде, а о братском церковном обществе. Вспомним, что уже задолго до составления Евангелия от Матфея этот вопрос поднимался апостолом Павлом в Первом послании к Коринфянам, в котором христианам запрещается выносить свои споры в государственные (в те времена, естественно, языческие) суды. «Как смеет кто у вас, имея дело с другим, судиться у нечестивых, а не у святых? … Неужели нет между вами ни одного разумного, который мог бы рассудить между братьями своими? Но брат с братом судится, и притом перед неверными» (1 Кор. 6:1-6). Личные отношения могут быть исправлены в атмосфере христианской любви, если уж таковая присутствует и действует в Церкви.

Но если даже это не поможет, то да будет тебе согрешивший «как язычник и мытáрь». И тот, и другой были привычными символами грешников. С одной стороны, это может означать отлучение согрешившего и не кающегося от церковного общения, как это предполагается и в Первом послании к Коринфянам: «Очистите старую закваску. … Извергните развращенного из среды вас» (1 Кор. 5:7.13). Но с другой стороны, в контексте проповеди и учения Иисуса Христа грешники нередко противопоставляются лицемерным книжникам и фарисеям и в реальности становятся лучшими друзьями Иисуса. Одно другому не противоречит. В одном случае «внешние» грешники обнаруживают такую силу веры, что становятся членами Церкви Христовой. В другом случае «внутренние» грешники обнаруживают свою неспособность пребывать в церковном братстве. Но и в этом случае христиане не должны оставлять надежды на их покаяние и спасение. Во всяком случае, грех в Церкви не должен оставаться без внимания, не должен становиться привычным. Увы, мы часто слышим нечто противоположное, когда «христиане объявляют себя грешниками с привычной ленцой, а то и с некоторым удовольствием в голосе: “Все мы грешники… Кто не согрешит, не покается, кто не покается, не спасется”» В.Н. Кузнецова. Евангелие от Матфея. Комментарий. – М. 2003, с. 370.. Это, конечно, лукавство.

Наконец, посмотрим на известный всем. 18-й стих: «Истинно в подлиннике: Аминь говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешитé на земле, то будет разрешéно на небе. Здесь употреблены антонимы: «связывать – развязывать» – в переносном смысле «запрещать – разрешать». То есть: «что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что развяжете на земле, то будет развязано на небе», или «что вы запретите на земле, то будет запрещено на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе».

Внешне этот стих повторяет недавно сказанное Петру: «И дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешéно на небесах» (Мф. 16:19). Мы уже говорили, что в иудействе того времени так обозначалась власть учителей Закона, которые определяли, что Закон запрещает, а что разрешает. Тогда Иисус наделил Петра (а в его лице и всех апостолов) учительным авторитетом. Но в нашем случае речь уже идет не об учительном авторитете, а о праве исключения согрешившего из церкви («связывать», то есть запрещать) и, наоборот, – о снисходительном прощении и оставлении согрешившего в церкви («развязывать», то есть разрешать). Кроме того, это право утверждается не только за Петром и апостолами, но и за всем церковным обществом («вы»). Что решит Церковь («на земле»), то и будет признано «на небе», то есть Богом. Уже в посланиях Апостола Павла говорилось о том, что отлучение от церковного общения должно происходить не просто по решению отдельного высокопоставленного лица, но в церковном собрании. «Очистите старую закваску. … Извергните развращенного из среды вас» (1 Кор. 5:7.13). Но как это сделать? Апостол отвечает: «В собрании вашем во имя Господа нашего Иисуса Христа» (1 Кор. 5:4). Так «демократично» жила Ранняя Церковь. И еще: пожалуй, ближе всего к нашему случаю подходит сказанное в Евангелии от Иоанна: «Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20:23).

Из истории мы знаем, что право «вязать» и «решать» было предметом острого спора между католиками и протестантами. Первые утверждали право учительства и отлучения исключительно за предстоятелем Римской церкви как наследником апостола Петра, вторые отрицали такую исключительность прав Папы Римского. Это расхождение в толковании евангельских слов продолжается и поныне.

Не послушает, т. е. не послушает твоего дружескаго вразумления и будет упорствовать в своем грехе, и таким образом один ты будешь не в силах убедить его; поими (возьми) с собою еще единаго или два, — для более сильнаго и действительнаго вразумления и увещания: да при устех двою или триех свидетелей станет всяк глагол (дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово). Этими словами Господь указывает на правило закона Моисеева (Втор. 19:15), где сказано, что недостаточно одного свидетеля, чтобы свидетельствовать на другого в какой-нибудь вине или в преступлении. Св. Златоуст уподобляет человека злого или обидевшаго другого больному и учит: „врач, когда видит, что болезнь упорствует, не оставляет больного и не гневается на него, но тем более прилагает попечения о нем“.

«Возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово» (Мф. 18:16). Чем он будет бесстыднее и дерзновеннее, тем более нам должно прибегать к врачевству, а не к гневу и негодованию. И врач, видя, что болезнь не прекращается, не оставляет больного и не гневается на него, но тем более прилагает попечение. То же самое и здесь повелевает делать Спаситель. Ты был слаб, когда был один; будь сильнее при помощи других. Двое могут обличить согрешившего. Видишь ли, как Спаситель ищет пользы не оскорбленного только, но и оскорбившего? Обижен собственно тот, кто объят страстью; он и болен, и слаб, и немощен. Потому-то Спаситель и посылает к нему оскорбленного, то одного, то с другими. Если же и тогда он будет упорствовать, то посылает вместе с Церковью: «Скажи, — говорит, — церкви» (Мф. 18:17). Если бы Он искал только пользы оскорбленного, то не повелел бы кающегося прощать до седмижды седмидесяти раз и не указал бы столько врачей для его болезни, но раз он остается упорным после первого обличения, и приказал бы его оставить; напротив, Он повелевает врачевать его однажды, и дважды, и трижды, и то одному, то с двоими, то, наконец, со многими. Когда дело касалось одних внешних, то Он там ничего такого не заповедовал, а говорил: «Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Мф. 5:39), а здесь не так. Тому же самому и Павел научает, говоря: «Что мне судить и внешних» (1 Кор. 5:12)? И тот же Павел повелевает и обличать, и обращать братьев, а непокорных отсекать, дабы устыдились. И Спаситель здесь то же делает, когда предписывает такое правило касательно братьев; троих дает оскорбившему учителей и судей, которые бы вразумили его в том, что сделал он во время своего опьянения. Хотя он и сам говорил и делал все непристойности, но имеет нужду в постороннем вразумлении, как и пьяный. Гнев и грех приводят человека в сильнейшее исступление, нежели всякое пьянство. Кто был мудрее Давида? Но и он, когда согрешил, ничего не чувствовал, похоть овладела всем его рассудком и, подобно дыму, наполнила его душу. Потому-то он и имел нужду в светильнике пророческом и в тех словах, которые бы привели ему на память то, что он сделал. Потому-то и здесь Спаситель приводит к согрешившему таких людей, которые бы рассказали ему о его поступке.

2. А почему повелевает обличать оскорбленному, а не кому-либо другому? Потому что оскорбивший может удобнее перенести обличение от него, как от обиженного, оскорбленного и потерпевшего вред. Не все равно слышать обличение от других, которые вступаются за обиженного, и от самого обиженного, — особенно когда обличителем бывает только он один. В самом деле, если тот, кто имел бы право требовать от него удовлетворения за обиду, появляется перед оскорбившим с заботами о спасении его, — тогда скорее всех может привести его в стыд. Видишь ли, что обличение здесь делается не с тем, чтобы обидеть, но чтобы исправить. С тою же целью и двоих повелевает Спаситель брать для обличения не вдруг, а когда сам обиженный уже не будет иметь успеха; да и тогда не повелевает обличать вдруг многим, но повелевает взять только двоих, или одного; а когда обличаемый презрит и этих, тогда предоставляет его суду Церкви. Таким образом Спаситель великое прилагает попечение о том, чтобы о грехах ближнего не было разглашаемо. Хотя право поведать Церкви Он мог бы предоставить обиженному в самом начале, но чтобы грех не разглашался, Он повелевает делать это уже после одного и двух обличений. А что значит: «устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово»? Это значит, что ты с своей стороны сделал все, и не опустил ничего, что тебе надлежало сделать. «Если же не послушает их, скажи церкви», то есть, ее представителям; «а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь». Таковой неизлечимо болен. Вспомни, что Он везде мытаря представляет в пример самого тяжкого грешника. И выше сказал Он: «Не то же ли делают и мытари» (Мф. 5:46)? И еще в другом месте: «Мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие» (Мф. 21:31), — т. е. люди самые презренные. (Пусть слушают те, которые ищут неправедных ростов, и требуют процентов на проценты!). Почему же Он поставил человека, преслушавшего Церковь, в ряду с мытарями? В намерении утешить обиженного и устрашить того. Но в этом ли только наказание? Нет; но послушай далее: «Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе» (Мф. 18:18).

Из этих слов видно, что Сам Господь установил отлучение от Церкви преслушников ея. Апостолы так и поступали: 1 Кор. 5:5; 1 Тим. 1:20; в особенности они повелевали отвращаться и анафе- матствовать ^отлучать) еретиков: Тит. 3:10—И; Иуд. 18- 19; Гал. 1:8; когда же отлученный раскаивался, то получал прощенье: 2 Кор. 2:7-8. Церковь составляют не одни миряне, но и пастыри: Мф. 18:17, и власть вязать н разрешать, а, стало быть, и отлучать дана не мирянам, а пастырям: Ме. 16:19; Ин. 20:23.

Чтобы подтвердить обязанности этого взаимного мира, нарушенного ими, и показать им, что как бы ни велик был гнев Божий против соблазнителей других, они-то никогда не должны питать ненависти даже против тех, которые причини­ли им вред, Спаситель затем наставлял их, как поступать с согрешившим братом: сначала должно честно увещевать его, а затем, если понадобится, и публично, пред церковью, но только кротко и с любовью.

Во взаимных сношениях последователи Евангелия, по учению Господа, должны соблюдать благоразумную кротость и снисходительность: аще согрешит к тебе брат твой, иди и обличи его между тобою и тем единым; аще тебе послушает, приобрел еси брата твоего. такое дружеское обличение оскорбившего со стороны оскорбленного, устраняя возможность соблазна для других, иногда действительнее, нежели преследование его судом, и скорее может привести его к сознанию вины и восстановить нарушенный мир. Аще ли тебе не послушает, пойми с собою еще единаго или два, дa при устех двою или триех свидетелей станет всяк глагол. Так и Закон Моисеев для окончательного удостоверения в каком-либо деле требовал показания двух или трех свидетелей (Втор. 19:15). Такие свидетели могли содействовать примирению противников и в случае упорства обидчика – быть беспристрастными изобличителями его пред Церковью: аще же не послушает их, повеждь Церкви, т. е. Предстоятелям и представителям ее. И только тогда, когда упорствующий грешник не примет увещаний лиц, облеченных церковной властью, и не подчинится суду их, он должен быть лишен братского общения: аще же и Церковь преслушает, буди тебе, якоже язычник и мытарь, – такой «неизлечимо болен» (свт. Иоанн Златоуст), и удаляться от него надобно для того, чтобы не заразиться недугом его.

Как мы уже отметили ранее, спасение человека осуществляется в Церкви, как обществе верующих, которые должны подражать Богу в заботе о других людях и стараться вразумлять грешников и заблуждающихся, так как «нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих» (Мф. 18:14). Среди тех, кто сеет соблазн, есть различие: это могут быть как люди трудноисправимые, упорствующие в своем заблуждении, так и те, кто при явлении истины готов отказаться от своих ошибочных воззрений. Сеять разные соблазны среди людей – это очевидный грех, но если соблазняемый превозносится над тем, кто его смущает, или враждебно себя ведет с ним, то его поведение тоже является грехом. Поэтому Христос призывает тех, кто терпит соблазны, не поступать опрометчиво, но стараться приобрести для вечности душу согрешающего брата: «Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему; и если семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится, и скажет: каюсь, – прости ему» (Лк. 17:3–4). Господь указывает путь бережного вразумления: на первом этапе – обличение наедине («Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним, если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего…///), второй этап – попытка убедить грешника в его заблуждении не только своим словом, но и свидетельством двух-трех братьев, по ветхозаветной норме об истинности свидетельства нескольких человек («...если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово…»), последний этап – вразумление всею Церковью и при упорстве заблуждающегося – прекращение общения с ним, отдаление от него ради сохранения чистоты веры («...если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе как язычник и мытарь» (Мф. 18:15–17)). Последнее наставление по преимуществу относится к предстоятелям Церкви – апостолам, а впоследствии епископам; одним из направлений их служения является служение словом – наставление и вразумление. На это указывают последующие слова Христа – апостолам дается дар «вязать и решить», то есть благодать прощения грехов: «Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе|||» (Мф. 18:18).

If he will not hear you, take with you one or two more, that in the mouth of two or three witnesses, every word may stand. But if he will not hear them, tell the church. But if he will not hear the church, let him be to you as the heathen and tax collector” Matt 18:16–17. How full and necessary is the affection of love that we are commanded to show toward the sinning brother, so that first he should be rebuked at once by each of us, only then, if he refuses to hear, one or two others must be summoned as well! But if he thinks that even they deserve to be despised, he instructs us to tell it to the church; if, finally, he thinks that the church must be despised, a person of this sort is to be considered as a heathen and tax collector. And so, in every way there must be great effort on our part to gain the sinning brother or sister, either by our rebuke or surely by that of the church. For if there is the benefit of no small praise to people of this world to receive back a friend into favor after correction, how much more is there greater and glorious profit for us to gain the corrected brother or sister for God and eternal salvation.