Евангелие от Матфея 17 глава 21 стих

Обобщающее толкование

Святые отцы единодушно понимают слова Христа как указание на духовные средства, без которых невозможно победить особенно сильное действие бесов. Главная мысль, выраженная святителем Иоанном Златоустом, святителем Василием Великим, блаженным Феофилактом, Евфимием Зигабеном, святителем Феофаном Затворником, святителем Филаретом Московским и преподобным Иустином Поповичем, состоит в том, что молитва и пост не заменяют веру, а укрепляют её и делают способной противостоять силам зла.

Первая линия толкования подчёркивает, что речь идёт обо всём роде бесов, а не только о данном случае. Молитва и пост названы главным оружием против демонов, потому что они соединяют человека с Богом и ослабляют власть страстей. При этом святитель Иоанн Златоуст, Евфимий Зигабен и блаженный Феофилакт отмечают: пост должен сопровождаться молитвой, иначе он не достигает своей цели.

Вторая линия касается того, кто должен подвизаться. Евфимий Зигабен, блаженный Феофилакт говорят, что молитва и пост необходимы не только исцеляющему, но и самому страждущему, насколько это возможно. Поэтому Христос наставляет не только апостолов, но всех верующих.

Третья линия раскрывает внутренний смысл этих подвигов. Преподобный Иустин Попович и святитель Феофан Затворник показывают, что молитва и пост очищают человека от страстей, укрепляют душу и делают её недоступной для действия злых духов. Святитель Василий Великий кратко называет пост оружием против демонов, а блаженный Иероним замечает, что этим наставлением Христос учит всех правильной духовной жизни.

Частные замечания Святых Отцов

Святитель Василий Великий кратко говорит: пост — оружие для борьбы с демонами.

Блаженный Иероним замечает, что наставление о молитве и посте относится ко всем христианам, а не только к апостолам.

Святитель Иоанн Златоуст объясняет, что пост делает человека собранным, освобождает от власти удовольствий, а молитва возвышает его к Богу; вместе они особенно страшны для демонов.

Евфимий Зигабен уточняет, что пост усиливает молитву, а потому их нельзя разделять.

Блаженный Феофилакт Болгарский добавляет, что истинная молитва несовместима с пресыщением и пьянством.

Святитель Филарет Московский подчёркивает: если даже апостолам для особых случаев понадобились молитва и пост, тем более они необходимы всем верующим.

Святитель Феофан Затворник учит, что человек, ограждённый молитвой и постом, становится недоступным для бесов; когда же эти подвиги оставляются, враг старается вновь приблизиться.

Преподобный Иустин Попович называет веру, молитву и пост единым духовным врачевством, через которое исцеляются и душа, и тело.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 149-150++

Когда будет такая устремленность к чистоте жизни и молитва за детей, тогда Господь и начнет совершать невозможное. Тогда мы засвидетельствуем, что имеем веру нашу, тогда будут спасаться и наши собственные дети, и все дети России. Потому что таким страданием, таким постом — то есть всецелым воздержанием от всякого греха и участием даже телом нашим в молитве — таким постом и такой молитвой мы будем приобщены Кресту Христову, о котором говорит сегодня Господь, совершая чудо исцеления. Потому что только Его победой над смертью, над диаволом, только Его воскресением и нашей подлинной приобщенностью этой победе, и молитвами тех, кто являет нам истинный образ христианской семьи — Царственных мучеников, прежде всего, — совершится преображение нашей России, будет у нас иное будущее, которое мы называем детьми нашими.

Как бдение, начиная с библейских времен, тесно связано с молитвой, то же самое можно сказать и о другом телесном усилии — посте, о котором ни в коем случае не следует забывать, тем более что с древности он всегда был связан с определенным временем. Однако на Западе в настоящее время он известен большинству людей только в секуляризированной форме «лечебного поста». Великий пост, например, который предшествует Пасхе, в повседневной жизни даже практикующих христиан в сущности не меняет ничего. Но, как мы уже сказали, от начала не было так, да и на христианском Востоке время поста и сегодня протекает совершенно иначе.

* * *

Молитва и пост с самых ранних времен были столь тесно связаны между собой, что в Священном Писании часто упоминались вместе, потому что доброе дело — молитва с постом (Тов. 12:8). Старая пророчица Анна не отходила от храма, постом и молитвою служа Богу день и ночь (Лк. 2:37). Подобным образом поступал апостол ПавелСм. 2 Кор. 6:5, ср. 11:27. и первохристианская общинаСм. Деян. 13:3.193. Этот обычай был столь глубоко укоренен в древнехристианской традиции, что некоторые переписчики к слову «молитва» непроизвольно добавляли слово «пост» даже и там, где, по всей вероятности, его не было, как в Мф. 17:21, Мк. 9:29,1 Кор. 7:5.

На первый взгляд может показаться, что древняя христианская практика поста не опирается на Слово Божие и на пример Христа и даже прямо им противоречит. Конечно,

Христос постился сорок дней и сорок ночей в пустынеМф. 4:2 par., но в остальное время Он представал перед другими скорее как человек, который любит есть и пить вино (Мф. 11:19), потому что не боялся есть с «мытарями и грешниками», что иногда даже вызывало вопросы: почему ученики Иоанновы постятся часто и молитвы творят, также и фарисейские, а Твои едят и пьют? (Лк. 5:33) Стало быть, апостол Павел и раннехристианская община неправильно поняли Христа, подражая в своем поведении не Ему, а ученикам Иоанновым и ученикам фарисеевым?

Конечно же нет, ибо Христос не отвергал поста, как не отвергал и молитвы. Но в обоих случаях Он хотел оградить Своих учеников от всякого вида лицемерия и тщеславной демонстрации своего благочестия.

Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры; ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою.

А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое. Чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцем твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф. 6:16–18).

С постом дело обстоит так же, как и с молитвой: конечно, и ученики Христовы постятся, но делают они это исключительно ради любви к Богу, а не для того, чтобы их видели и хвалили. То же самое относится и к милостыне, и в конечном счете к каждому доброму поступку. Отцы, которые были, конечно, великими постниками, придавали этому огромное значение. Более чем к чему-либо иному это относится к посту, который «благоухание наших аскетических усилий должен запечатать безмолвием»:

«Как ты скрываешь свои грехи перед людьми, так скрывай и свои труды перед ними!»Evagrios, Ad Eulogium 14 (PG 79,1112 В).

А потому отцы были очень далеки от того, чтобы переоценивать значение телесных трудов, а стало быть, и поста.

«Спросили у старца: „Как можно обрести Бога“. Он ответил: „Путем поста, бдений, трудов, милосердия, но прежде всех этих дел умением различать. Говорю, что многие терзают плоть свою без различения и уходят в пустыню, не накопив ничего. Рот наш провонял от поста, Писание мы знаем на память, прочли всего Давида то есть Псалтырь и не имеем того, что ищет Бог, то есть любви и смирения“Nau 222.».

* * *

У Христа было весьма конкретное основание не придерживаться обычаев, связанных с постом, коим следовали «благочестивые Израиля», и освобождать от этих обычаев Своих учеников — присутствие «жениха» (Мф. 9:14). В это краткое, особо отмеченное время Его присутствия важно было совершенно другое: приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие (Мк. 1:15). Общая трапеза была для Христа излюбленным моментом, чтобы нести Свою весть о примирении и призывать к обращению видных фарисеевСм. Лк. 7:36 и след., начальников мытарейСм. Лк. 19:2 и след. и всяких грешниковСм. Мф. 9:10 и след. И во многих других местах.. Общая трапеза как знак примирения, и это указание было глубоко воспринято отцами-пустынниками.

«Если раздражает тебя брат твой,

введи его в жилище свое

и не медли войти к нему

есть свой кусок с ним.

Это станет

избавлением для души твоей,

и она уже не будет соблазняться

во время молитвы»Евагрий. Зерцало иноков и инокинь. I. К монахам, живущим в киновиях и общинах, 15 (Цит. изд. С. 130)..

Повсеместно считается, что подарок тайный потушает гнев (Притч. 21:19), как говорил уже премудрый Соломон. Но отцы-пустынники не имели почти ничего, что могли бы дарить. «Но мы, бедные, можем исполнить потребное трапезой»Евагрий. Слово о духовном делании, 26 (Цит. изд. С. 100)., — советует Евагрий. И потому «пост, конечно, полезен и необходим, но зависит от нашего свободного выбора»Cassian 1.

Иначе обстоит дело с божественной заповедью о любви: она отменяет все человеческие установления, даже и самые полезные. Так, заповедь гостеприимства отменяет правила поста, даже если приходится накрывать стол шесть раз в деньCassian 2…

«Однажды два брата направились к некоему старцу. Старец этот имел обычай есть не каждый день. Но как только он увидел братьев, он возрадовался и сказал: „Пост имеет свою награду. С другой стороны, кто совершает трапезу из любви, исполняет две заповеди, ибо отрекается от своей воли и следует заповеди любви “. И он накормил братьев»Nau 288..

* * *

Всегда памятуя об этой заповеди любви, ученики Христовы, «после того как отнят был от них жених», ни в чем, что касается поста, не уступали ученикам фарисеевым и ученикам Иоанна КрестителяСм. Мф. 9:15., хотя с самого начала они постились, в отличие от евреев, не в понедельник и четверг, а в среду и пятницуУчение двенадцати апостолов, гл. VIII (Цит. изд. С. 20)..

Поскольку пост неотделим от покаяния, то само собой разумеется, что с древности в него не включались дни, когда христиане вспоминали возвращение «жениха» Христа.

«Еще надобно заметить, что египетские монахи не преклоняют колен и не постятся с вечера субботнего, кануна дня Господня, до следующего вечера, равно как и все время до Пятидесятницы между Пасхой и Троицей. В это время не соблюдаются и правила поста»Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин. О постановлениях киновитян. Книга вторая (Цит. по изд.: Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин Писания. Репринтное изд. Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 1993. Гл. 18, с. 22)..

Если же пост, как и все прочие телесные «лишения» этого типа, имеет только сравнительную ценность, то какой же в нем смысл? Первую причину упоминает уже псалмопевец: пост изнуряет душу (Пс. 34:13) в противоположность пиршествам, которые ее утучняют до такой степени, что она может даже отпасть от БогаСр. Втор. 8:12 и след. 32:15 и во многих других местах..

Ибо пост телесный самым ощутимым образом напоминает людям, что «не хлебом единым жив человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих». И человек остается должником Бога и за тот хлеб, который необходим ему для жизни. И именно ради понимания этого Бог смирял и томил голодом (Втор. 8:3) израильский народ в пустыне.

Духовный смысл поста заключается прежде всего в том, чтобы сделать смиренной душу. «Поистине ничто так не смиряет душу, как пост»Evagrios, In Ps. 34,13 j., потому что он дает возможность самым простым образом почувствовать нашу полную зависимость от Бога.

На пути к этому смирению сердца стоят многие наши «страсти», те «болезни души», которые не позволяют ей вести себя «естественно», то есть в соответствии с замыслом Бога о ней. Пост — это лишь наиболее эффективное средство для «покрытия» этих страстей, как говорит Евагрий, аллегорически поясняя стих Псалма:

«Пост — это покров души, что скрывает ее страсти, то есть гнусные вожделения и неразумный гнев. Кто не постится, тот бесстыдно обнажается»Там же, 68,11 и, как пьяный НойСм. Быт. 9:21., на которого Евагрий здесь ссылается. Таким образом, смысл телесного поста — в очищении души от гнусных пороков и в воспитании смиренного духа. Без этой чистоты сердца даже мысль об истинной молитве была бы святотатством.

«Одержимый грехами и гневом, но бесстыдно дерзающий простираться к ведению божественных вещей и приступать к нематериальной молитве пусть услышит апостольское запрещение, гласящее, что небезопасно ему молиться с обнаженной и непокрытой головой. Ибо таковая душа, говорит апостол, должна иметь на голове своей знак власти над нею, для Ангелов1 Кор. 11:5-11., облачившись в стыд и подобающее смиренномудрие»Евагрий. Слово о молитве, 145 (Цит. изд. С. 92)..

* * *

Помимо этого, пост имеет еще и весьма практический смысл:

«Желудок, терпящий лишения,

способствует молитвенному бдению,

полный же, напротив,

вызывает обильный сон»Evagrios, De Octo Spiritibus Malitiae, 1,12..

И это практическое преимущество имеет, в свою очередь, духовную цель, которая в конечном счете только и имеет значение:

«Грязное зеркало

не дает ясного отражения лица,

смотрящегося в него,

так и дух, оглушенный сытостью,

не способен к познанию БогаТам же, 1,17..

Молитва постящегося —

это высоко летающий орленок,

молитва же набившего себе брюхо

тащится понизуТам же, 1,14..

Ум постящегося —

как звезда, сияющая в ясном небе,

но ум обжоры

остается сокрытым в безлунной ночи»Там же, 1,15..

Иными словами, как бдение, так и пост подготавливают дух молящегося к созерцанию божественных тайн.

Коль скоро для того, кто хочет «молиться истинным образом», пост столь же необходим, как и бдение, то, как и все в духовной жизни, он должен совершаться «в подобающее время и в надлежащей мере», ибо для каждого существует своя мера, зависящая от его сил, возраста и жизненных условий.

«Ибо случающееся без соблюдения меры и не вовремя — непродолжительно, а то, что непродолжительно, — вредно и неполезно»Евагрий. Слово о духовном делании, 15 (Цит. изд. С. 99)..

Продолжая объяснение Апостолам причин постигшей их неудачи, Иисус сказал, что, кроме сильной веры, необходимы пост и молитва, чтобы свершить то чудо, какое Он только что сотворил: пост — чтобы отрешиться от всего земного, молитва — чтобы призвать особую помощь Бога: сей же род изгоняется только молитвою и постом . А так как Апостолы не обладали надлежащей для чудотворения силой веры и не прибегли к Богу, путем молитвы и поста, за помощью, а отец больного вовсе не имел веры, а лишь хотел верить, то исцеление и не могло совершиться.

Повелевая духу нечистому выйти из отрока, Господь назвал его духом немым и глухим, а потом сказал Апостолам, что сей род изгоняется только молитвой и постом. Что же означают слова — дух немой и глухой (Мк. 9:25) и почему сей род требует для изгнания особых усилий?

Думаю, что Господь назвал злого духа немым и глухим не потому, что он в действительности был нем и глух, а потому, что под его влиянием отрок онемел и оглох. Поэтому и слова — сей род — надо отнести не к злому духу, а к одержимому им, который не мог понять, что хотели Апостолы сделать с ним, когда приступили к нему, а следовательно, не мог иметь и веры в возможность исцеления. Между тем, мы знаем, что Господь требовал от исцеляемых Им веры в божественную силу Его и, следовательно, в возможность исцеления. Хотя Он исцелял и таких, которые не могли проявить своей веры (например, находившихся в бессознательном от болезни состоянии, а также отсутствовавших больных), но во всех других случаях Он всегда требовал от исцеляемых Им веры. Если Господь исцелял и неверующих, так как Ему все возможно, то спрашивается: возможно ли это для Апостолов? Да, возможно (отвечает Христос); но для этого нужны особые с их стороны усилия, особое призывание помощи Божией; нужна молитва, сила которой не ослаблялась бы, порывы которой не задерживались бы никакими житейскими привязанностями; нужна молитва при строгом воздержании, строгом посте.

Отрок ничего не слышал и ничего не говорил; он и не знал Иисуса, и не имел, да и не мог иметь веры в Него; словом, он был представителем того рода больных, исцеление которых требует особых усилий, к каковым Апостолы не прибегли, а потому и потерпели неудачу.

Отдельного рассмотрения заслуживают слова Иисуса, завершающие историю в Евангелии от Марка: «Сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста». В современных критических изданиях Нового Завета этот стих приводится в сокращенной редакции: «Сей род не может выйти иначе, как от молитвы». Основанием для сокращения служит отсутствие упоминания о посте в ряде древних рукописей, а также то, что это упоминание якобы противоречит учению Иисуса о посте, выраженному в ответе на упрек учеников Иоанновых в адрес учеников Иисуса: «Могут ли поститься сыны чертога брачного, когда с ними жених? Доколе с ними жених, не могут поститься» (Мк. 2:19; Мф. 9:15; Лк. 5:34). Указывают также на то, что Иисус ссылался на пост фарисеев как на отрицательный пример (Лк. 18:12). На основании совокупности данных делается вывод, что ранняя Церковь, продвигавшая идею поста вопреки учению Иисуса, расширила изначальный текст Евангелия от Марка.
Исходя из тех же соображений, слова «сей же род изгоняется только молитвою и постом» полностью опускаются и в критическом издании текста Евангелия от Матфея. Считается, что сначала Церковь решила добавить упоминание о посте к упоминанию о молитве в Евангелие от Марка, а потом весь стих в отредактированном виде перенесла также в Евангелие от Матфея.
Такое мнение, однако, основывается на неполном и тенденциозном понимании как данных рукописной традиции, так и учения Самого Иисуса. Во множестве авторитетных рукописей, включая Синайский кодекс, слова о посте присутствуют — и у Марка, и у Матфея. Что же касается учения Иисуса о посте, то Он его излагал не только в ответ на упрек учеников Иоанновых. В этом же ответе Он говорит о том, что Его ученики будут поститься, когда отнимется от них Жених, то есть после Его смерти (Мк. 2:20; Мф. 9:15; Лк. 5:35). Кроме того, наставление о посте имеется в Нагорной проповеди (Мф. 6:16-18). Из этого наставления вполне очевидно, что, критикуя фарисейское отношение к посту, Иисус вовсе не предлагал отменить пост: напротив, Он противопоставлял истинный пост ложному и показному посту фарисеев.
Если бы переписчик Евангелия от Марка хотел привести текст данного отрывка в большее соответствие с ответом Иисуса ученикам Иоанна, то скорее можно было бы предположить, что он  
в редакционных целях опустил упоминание о посте, имевшееся в оригинальном тексте, чем что он добавил его, тогда как в оригинальном тексте его не было.
Что же касается Евангелия от Матфея, то в него слова о посте и молитве могли попасть по следующим причинам: 1) они могли быть заимствованы из Евангелия от Марка; 2) они могли быть заимствованы из общего источника, которым пользовались оба Евангелиста; 3) они могли быть с самого начала частью оригинального текста; в таком случае в тех рукописях, где они отсутствуют, их опущение следует объяснять ошибкой редактора или переписчика.
По крайней мере в IV веке слова о молитве и посте воспринимались как часть оригинального текста Евангелия от Матфея, о чем свидетельствуют, в частности, толкования Отцов Церкви на это Евангелие. Иоанн Златоуст не сомневался в аутентичности рассматриваемых слов:
«Сей же род изгоняется только молитвою и постом», — присовокупляет Он. Здесь Он разумеет вообще демонов, а не одних только лунатиков. Видишь ли, как и апостолам говорит уже о посте? Не говори мне о редких случаях, что некоторые и без поста изгоняли бесов. Хотя и рассказывают про некоторых, что они и без поста изгоняли бесов, однако быть не может, чтобы человек, живущий среди утех, избавился от такого недуга: нет, страждущий таким недугом имеет особенную нужду в посте. Ты скажешь: если нужна вера, для чего же еще нужен пост? Для того, что, кроме веры, и пост много придает крепости; он научает великому любомудрию, человека делает ангелом, и укрепляет против сил бестелесных. Впрочем, не сам по себе — нужна еще молитва, и она должна предшествовать .
В первом томе настоящего учебника, говоря о Нагорной проповеди, мы отмечали, что во времена Иисуса под постом понимали полное воздержание от пищи, а не только временное отсутствие в рационе тех или иных продуктов. Мы также отметили, что практика Самого Иисуса могла отличаться от практики учеников: Он мог поститься в то время, как они не постились . В одном из эпизодов Иисус отказывается от пищи, когда ученики приносят ее ему (Ин. 4:31-32). В другом эпизоде Иисус и ученики «приходят в дом; и опять сходится народ, так что им невозможно было и хлеба есть» (Мк. 3:20). Эти слова вполне можно понять в том смысле, что ученики хотели есть, тогда как Иисусу было не до того.
Весьма вероятно, что пост как полное воздержание от пищи был одним из элементов аскетической практики Иисуса, имеющей непосредственную связь с Его борьбой против диавола и демонов. Встреча лицом к лицу с диаволом происходит, согласно Матфею и Луке, после того, как Иисус сорок дней провел без пищи (Мф. 4:2; Лк. 4:2). Очевидно, воздержание от пищи было частью приготовления к бою, который Иисус дал диаволу. То же самое может относиться к другим столкновениям Иисуса с демонической силой. Если Иисус постился, в то время как Его ученики не постились, то объяснение, которое Он дает им относительно их неспособности изгнать беса, вполне логично: они не смогли этого сделать, потому что этот род бесов изгоняется «только молитвою и постом».
Выражение «сей род» указывает на то, что бесы имеют свою иерархию и классификацию. Судя по тому, что ученики в других случаях успешно справлялись с задачей и бесы повиновались им о имени Иисуса (Лк. 10:17), в данном случае они имели дело с демоном особого рода, изгнание которого требовало от самого эк- зорциста определенных аскетических усилий. Одного призывания имени Иисуса здесь оказалось недостаточно.
Суммируя сказанное об этом эпизоде, мы можем отметить, что чудо изгнания беса из мальчика произошло благодаря сочетанию трех элементов. Первым и основным была сила, которой обладал Иисус: она проявлялась во всех описанных в Евангелиях случаях исцелений и изгнаний бесов. Вторым, вспомогательным элементом была аскетическая практика Иисуса, точнее — пост, который Он соблюдал, в отличие от Своих учеников. Третьим важным элементом стало желание отца мальчика обрести веру: он ею не обладал, или обладал не в полной мере, но он доверился Иисусу и у Него попросил помощи. Эта помощь пришла одновременно к отцу и к мальчику: отец был исцелен от неверия, мальчик освобожден от беса.

Сей род, т, е. демоны, изгоняется (не исходят) токмо (только) при вере, молитвою и постом; потому что пост и молитва, отрешая человека от всего земного, вводят его в общение с Богом, и чрез то укрепляют его веру и умножают чудотворную силу. „Кто молится и постится, пишет св. Златоуст, тот имеет два крыла, легчайшия самаго ветра; он быстрее огня и выше земли, потому-то таковой особенно является врагом и ратоборцем против демонов". Это особенно мы видим из житий свв. подвижников. „Видите ли потребность и пользу поста, соединеннаго с молитвою? замечает при этом Филарет, митрополит московский. Апостолам он нужен, нам ли ненужен? Чудотворцам он помогает, можем ли мы пренебрегать его помощию? Победе над мучительным и преобладающим духом зла он способствует, не ближе ли будет способствовать к укрощению плоти, воюющей против духа?“ Каждый, одержимый страстью, грешник, говорит один из духовных писателей, есть в духовном смысле бесноватый и требует исцеления, т. е. очищения души его от страстей; а это исцеление не может совершиться без поста и молитвы".

См. Мф. 6:17-18

Иисус Христос еще прежде дал своим ученикам власть изго­нять бесов, и этою властью от имени Его пользовались иногда да­же люди, которые не были Его ближайшими учениками (Мк. 9:38). И в этом они не терпли неудачи. Естественно отсюда, что ученики воспользовались первым удобным случаем спро­сить Его о причине последнего своего неуспеха. Он прямо сказал им, что это было по причине их неверия. Может быть сознание Его отсутствия ослабило их веру; может быть они сознавали себя мене способными справляться с затруднениями, когда с ними не было Петра и сыновей Зеведеевых, а может быть также на умы слабейших из них произвела печальное влияние скорбная весть об отвержении и смерти их Учителя. Во всяком случае Он воспользовался этим обстоятельством для того, чтобы преподать им два великих наставления: одно, что есть виды столь сильного и застарелого духовного, физического и нравственного зла, что с ним можно бо­роться только молитвой, соединенной с тем самоограничением и самоотвержением, самая действенная и сильная форма которого есть пост, другое – что для совершенной веры возможно все. Вера даже с горчичное зерно способна производить чудеса. Обладающий ею повелеть даже горе сдвинуться с места и ввергнуться в море, и будет так.

 Сей же род изгоняется только молитвою и постом. 

       Пост и молитва суть два столпа веры, два огня живые, попаляющие злых духов. Постом утишаются и уничтожаются все плотские страсти, особенно блуд; молитвою утишаются и уничтожаются страсти души, сердца и ума: злые намерения и злые дела, мстительность, зависть, ненависть, злоба, гордость, славолюбие и прочие. Постом очищается телесный и душевный сосуд от нечистого содержимого – мирских страстей и похотей; молитвою низводится благодать Духа Святого в освобожденный и очищенный сосуд, а полнота веры состоит в обитании Духа Божия в человеке. Православная Церковь испокон веков подчеркивала значение поста как испытанного лекарства от всех страстей плотских и как грозного оружия на злых духов. Все, уничижающие или не признающие пост, в действительности уничижают и не признают ясное и важное правило, вписанное Господом нашим Иисусом Христом в систему человеческого спасения. Пост усиливает и продлевает молитву, молитва и пост укрепляют веру, вера же передвигает горы, изгоняет бесов и все невозможное делает возможным. 

Господь указывает на необходимое условие освобождения души от нечистых духов, бесов. Поскольку демоны являются возбудителями в человеке соответствующих им страстей, то освобождение души от рабства им — это и освобождение от власти демонов. В «Лавсаике» читаем: авва Питирион «говорил нам, кто хочет изгонять бесов, тот должен сперва поработить страсти: ибо какую страсть кто победит, такого беса и изгонит. Мало-помалу должно вам поработить страсти, чтобы изгнать демонов этих страстей» (Лавсаик. Об авве Питирионе).

Но победа над страстями и очищение ума, сердца и тела от всякого греха невозможны без подвига как телесного, так и душевного. Поэтому, например, в послании, известном под именем святителя Климента Римского (I в.), «О девстве» подвижникам-экзорцистам предписывается: «Постом и молитвою пусть заклинают, не словами красными, отборными и изысканными, но как мужи, от Бога получившие дар врачевания» (Гл. 12). Святой Исаак Сирин объясняет, почему для молитвы необходим и телесный подвиг: «Всякая молитва, в которой не утруждалось тело и не скорбело сердце, вменяется за одно с недоношенным плодом чрева, потому что такая молитва не имеет в себе души» (Слова подвижнические. Слово 11).

В связи с этим естественным будет коснуться и вопроса о современной так называемой отчитке. Христос и апостолы изгоняли бесов. Но этим пытаются иногда заниматься и люди, не имеющие соответствующей святой жизни. Книга Деяний апостолов, предупреждая об опасности этого, сообщает о следующем факте. Семерым заклинателям (экзорцистам) злой дух сказал в ответ: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто ? И бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они, нагие и избитые, выбежали из того дома (Деян. 19:15-16). «Постановления апостольские» (IV в.) запрещают епископам возводить кого-либо в экзорцисты. А в V веке экзорцисты уже не упоминаются на Востоке¹.

Святые отцы по этому вопросу высказываются вполне определенно.

Святитель Иоанн Златоуст: «Многие изгоняли даже бесов, но потому, что творили беззаконие, не только не сделались чудными, но еще подверглись и наказанию» (Беседы на Евангелие от Матфея. Беседа 46. 3-4).

Преподобный Иоанн Пророк: «Противоречить же (дьяволу) прилично не всем, но только сильным о Боге, которым повинуются бесы; если же кто из несильных будет противоречить, бесы ругаются над ним, что, находясь в их власти, он им же противоречит... Нам же, немощным, остается только прибегать к имени Иисусову» (Руководство к духовной жизни в ответах на вопросы учеников. Ответ 301).

Святой Исаак Сирин обличал самочинных заклинателей: «Ты выходишь учить тех, кому уже шесть тысяч лет. А это (твое дерзкое прекословие) служит для них оружием, которым возмогут они поразить тебя, несмотря на всю твою мудрость и на все твое благоразумие» (Слова подвижнические. Слово 39). В другом слове он говорит: «Кто... молит Бога и желает, чтобы в руках его были чудеса и силы, тот искушается в уме своем ругателем демоном и оказывается хвастливым и немощным в своей совести» (Слово 36).

Преподобный Кассиан Римлянин пишет то же самое: «А кто желает повелевать нечистыми духами, или чудесно подавать здравие болящим, или являть перед народом какое-либо из дивных знамений, тот хоть и призывает имя Христово, но бывает чужд Христа; поскольку, надменный гордостью, не следует Учителю смирения... Потому-то отцы наши никогда не называли добрыми и свободными от заразы тщеславия тех монахов, которые хотели слыть заклинателями» (Писания к семи другим собеседованиям отцов... 5. Гл. 7). «Ибо весьма часто. люди, развращенные умом, и противники веры именем Господа изгоняют демонов и творят великие чудеса» (Там же. Гл. 6).

По мысли святых отцов, беснование попускается Богом тем людям, для которых этот путь оказывается наилучшим в приобретении смирения и спасения. Освобождение же тела от злого духа без соответствующей христианской жизни может повлечь за собой самые отрицательные последствия. По мысли блаженного Феофилакта Болгарского, «освободившиеся от бесов еще хуже становятся впоследствии, если не исправляются» (Толкование на Евангелие от Матфея. Гл. 12).

История Церкви свидетельствует, как редко даже святые изгоняли бесов. Так, преподобный Сергий Радонежский единственный раз, при этом вместе со всей братией, молился об одержимом. Преподобный Серафим Саровский вообще никогда не делал этого. В житии преподобного Пахомия Великого сообщается следующее. Святой однажды молился за человека, одержимого злым духом, но ему был глас свыше, чтобы он прекратил свою молитву за него, так как это несчастье постигло его для его же душевной пользы: «Господь послал ему эту болезнь, чтобы спасти его от козней диавола».

Современные люди, к сожалению, не знают, какому риску подвергают своих близких и самих себя, приходя на так называемую отчитку. Священник, монах, игнорирующие предупреждения великих святых и дерзающие вычитыванием молитв (как магией) победить бесов, неминуемо сами побеждаются их страстями и заражают их лукавым духом всех окружающих. Святитель Игнатий (Брянчанинов) с горечью писал о подобных «чудотворцах», ищущих славы человеческой (а часто и денег): «Душепагубное актерство и печальнейшая комедия — старцы, которые принимают на себя роль древних святых старцев, не имея их духовных дарований» (Приношение современному монашеству. Гл. 12). ²

Ученикам, обеспокоенным, почему на этот раз они не смогли совершить исцеление, Господь говорит о важности поста и молитвы. Когда-то в начале служения Он объяснял фарисеям, что сынам чертога брачного нет нужды в усиленном молении и посте, так как с ними Жених, сейчас же после предупреждения о приближении дней, «когда отнимется от них Жених» (Мф. 9:15), обращает внимание на необходимость и поста, и молитвы для победы над бесами (примерно в это же время Господь ответит на просьбу учеников о научении молитве, даст им молитву «Отче наш…» и наставления о молитве – см.: Лк. 11:1–4).