Евангелие от Матфея 16 глава 16 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы согласно видят в словах Петра главное исповедание христианской веры: Иисус есть не просто пророк и не один из праведников, а Христос, Мессия, Сын Бога Живого. Это исповедание, по мысли святителя Иоанна Златоуста, произносит Пётр, потому что он пламенен и как бы становится устами апостолов.

Главная линия толкования у преподобного Ефрема Сирина, блаженного Иеронима, преподобного Иоанна Дамаскина, преподобного Исидора Пелусиота, святителя Кирилла Александрийского, преподобного Марка Подвижника, преподобного Иустина Поповича и блаженного Феофилакта: Пётр исповедует во Христе одновременно истинного Человека и истинного Бога. Христос назвал Себя Сыном Человеческим, а Пётр, превысив обычное человеческое понимание, исповедал Его Сыном Божиим. Поэтому в этих словах раскрыта тайна Богочеловека.

Вторая линия, особенно у святителя Кирилла Александрийского, блаженного Феофилакта, Евфимия Зигабена и блаженного Иеронима, объясняет выражения «Христос» и «Сын Бога Живого». «Христос» здесь означает не одного из многих помазанников, а Единственного истинного Мессию. «Сын Бога Живого» означает Сына Божия по природе, а не по благодати, и отличает истинного Бога от мёртвых идолов.

Третья линия у преподобного Ефрема Сирина, преподобного Марка Подвижника и святителя Симеона Солунского связывает исповедание Петра с основанием Церкви, силой веры и спасительным призыванием имени Христа. Вера, выраженная Петром, не разрушается, потому что её утверждает Сам Господь.

Частные замечания Святых Отцов

Преподобный Ефрем Сирин сравнивает Церковь с башней, ведущей на небо: её основание крепко, потому что его созидает Господь.

Блаженный Иероним замечает, что Пётр исповедует Христа от лица всех апостолов, а «Бог Живой» противопоставлен языческим мёртвым богам.

Святитель Иоанн Златоуст подчёркивает живость Петра: когда вопрос обращён ко всем, он первым отвечает за всех.

Преподобный Исидор Пелусиот кратко говорит, что слова Петра означают соединение двух естеств во Христе ради нашего спасения.

Святитель Кирилл Александрийский указывает на точность слов Петра: не просто «Христос» и не просто «Сын», но Единственный Христос и Сын Бога Живого.

Преподобный Иоанн Дамаскин поясняет: Пётр говорит не сам от себя, а наставляемый Святым Духом.

Преподобный Марк Подвижник объясняет, что Пётр превзошёл естественное рассуждение: услышав о Сыне Человеческом, он исповедал Сына Божия.

Блаженный Феофилакт Болгарский отмечает кратко: Пётр, как пылкий ученик, предупреждает других и истинно исповедует Христа Сыном Божиим.

Святитель Симеон Солунский видит в этом исповедании основание молитвенного призывания: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя».

За кого же признаете Меня вы? – спросил их далее Господь. – На это прежде всех отвечал Петр: Ты Христос (Мессия), Сын Бога живого. – В этом ответе кроме существенного различия в суждении о служении Иисуса (не предтеча Он, а сам Мессия), ясно выражалось знание Божественного Его происхождения, отличное от обыкновенных иудейских понятий о лице Мессии. «Сын Бога живого» – Сын Божий, Которого, по собственным словам Его, никто не мог знать, кроме Бога Отца, видел теперь Себя постигнутым верой любящего ученика. ).

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 144++

93. Если апостолу Павлу довольно было не знать ничего, кроме Иисуса Христа и притом распятого (1 Кор. 2:2), отчего мне желать знать больше, чем Христос? В одном этом имени выражение и божественной природы, и воплощения, и вера в Его страсти. И, хотя знают ответ другие апостолы, прежде них Петр отвечает: Ты Христос, Сын Бога Живого (Мф. 16:16). Тем самым он объял все, указав природу и имя, в котором полнота добродетелей. Спрашивать ли нам о божественном рождении, если Павел счел за лучшее не знать ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого, и Петр не счел нужным исповедовать ничего, кроме того, что Он Сын Божий? Мы пытаемся доискаться человеческим умом, когда и как Он рожден и сколь Он велик. Павел знал, что в этих вопросах скорее препятствие к пониманию, чем помощь в назидании, и поэтому рассудил, что он ничего не знает, кроме Иисуса Христа. Петр знал, что в Сыне Божьем всё, ибо все предал Сыну ОтецСм.: Ин. 3:35. . Если Отец все предал Сыну, значит, передал Свою вечность и величие. Не буду больше об этом! Предел моей веры — Христос, исполнение моей веры — Сын Божий. Не позволено мне знать, как Он родился, однако не позволено и не знать о несомненной истине Его рождения.

97. Петр не ждал суждения народа, но вперед высказал свое: Ты Христос, Сын Бога Живого (Мф. 16:16). Кто есть, Тот всегда есть, Он не начинает быть и не прекращает. Господь явил великую милость, даровав ученикам почти все Свои именования. Он сказал: Я свет миру (Ин. 8:12), — и это хвалебное имя Он даровал ученикам: Вы свет мира (Мф. 5:14). Я хлеб живой (Ин. 6:51), и при этом: Мы все единый хлеб (1 Кор. 10:17). Я лоза истинная (Ин. 15:1), и тебе сказано: Я насадил тебя как лозу плодоносную, всю истинную (Иер. 2:21). Христос — камень, потому что они пили из духовного последующего камня, камень же был Христос (1 Кор. 10:4); но и ученику Своему Он не отказал в этом звании, так что и ученик назван был Петр, потому что каменной у него была твердость постоянства, крепость веры.

Если вслушаться в то, что о детях сказал Христос, как и во все, что могло бы быть соотнесено с ними, мы услышим все это как особое, обращенное к нам благовестие. Найти его можно повсюду. Весь Новый Завет, если читать его с ключами «детских» слов Христовых, пронизан намеками, соприкосновениями с таинством малых сих и благословением их малости. Оно являет себя даже из сугубо взрослых, «догматических» вещей. Так исповедание Петра, ставшее камнем Церкви (Ты – Христос, Сын Бога Живаго ), разве не выплеснулось из обращения в «безумие» детства?

+++Владимир Зелинский прот. Будьте, как дети. Теофания детства. Церковь возраста Христова. О том, что значит «быть ребенком» в религиозной жизни++

На вопрос же — а вы за кого почитаете Меня? (Мк. 8:29) — ответил Петр: Ты — Христос, Сын Бога Живаго (Мф. 16:16).

Апостолы, как постоянные спутники Иисуса, видели Его бедность, смирение и даже уничижение; они знали, что в постоянных утомительных путешествиях Ему часто негде бывало и головы преклонить; они понимали поэтому, что Он не тот Мессия, какого ждали и ждут евреи. Словом, если бы они смотрели на Иисуса только как на Человека, то, по человечеству Его (по плоти и крови), не могли бы признать в Нем истинного Мессию, Христа, Сына Бога живого. Однако они признали Его, и признали потому, что в делах Его видели дела Самого Бога. Таким образом, Сам Бог, открывшийся в делах Иисуса, вразумил Апостолов, что Иисус есть действительно Мессия. Потому-то Иисус и сказал Петру: блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах.

Опять Петр, всегда пламенный, выскакивает и предупреждает. Сказал: Живаго, потому что написано о Нем: «Господь живяй в вас» (Нав. 3:10); «живу Аз, глаголет Адонаи Господь», (Чис. 14:28) и много такого же, — конечно, для различия от мертвых идолов.

Разве не знал Господь, за кого Его почитали люди? Но этим вопросом Он выявил исповедание апостола Петра, оставив на будущее образец сильной веры. Ведь Господь спрашивал не одного только Петра, а всех апостолов, когда говорил: а вы за кого почитаете Меня? И один за всех ответил: Ты — Христос, Сын Бога Живаго, то есть Царь Христос, Который будет судить весь мир; Сын Божий; Сам Бог; Бог и человек. О несчастные иудеи и жалкие еретики, и теперь чуждые, и тогда идущие на вечное осуждение! Если Христос — Сын Божий, то Он и Бог; ибо если Он — не Бог, то Он и не Сын Божий. А поскольку Он — Сын и, будучи Сыном, все имеет от Отца, то станем всем сердцем нашим неотделимо держаться Его, ибо нет никого, кто избежит длани Его.

Симон, — глава и князь, — сказал: Ты — Христос, Сын Бога Живаго. И ответил: блажен ты, Симон,.. И врата ада не одолеют тебя» (ср. Мф. 16:15–18), то есть что вера не разрушится. Ибо кто может разрушить то, что созидает Господь, и кто может восстановить то, что низверг Господь? Хотел ассириец¹ разрушить храм, который создал Господь, но Сей разрушил престол его царства. Так и Никанор (2 Мак. 8:34–36). И Ахав хотел построить низвергнутый город Иерихон, и низвергнуто было его княжение.

Созидая Церковь Свою, Господь создал такую башню, основания которой могли бы держать все, что построено на них. Как в то время, когда один язык был разделен на многие, (Господь разрушил башню), чтобы люди не взошли на небо (Быт. 11:4–8), (именно этим побуждались искать прибежища не в башне, а в правде, ибо и неизмеримая бездна потопов ничего бы им не причинила, если бы они искали прибежища на возвышенностях², но неправда (их) потопила, а покаяние освободило, то есть правда спасла); как, — говорю, — рассеяние их послужило препятствием к (успешному окончанию) земной башни и долговременного строения и к уклонению от труда, так потом Сам Спаситель устроил людям башню, которая ведет на небо, и дерево, плоды коего суть врачевство жизни.

«Ты — камень» (ср. Мф. 16:18), — тот камень, который воздвиг (Господь), чтобы сатана споткнулся на нем. Но когда Петр говорил Господу: «да не будет сего, ...Господи!» (ср. Мф. 16:22), сатана хотел противопоставить этот камень Господу, дабы Он споткнулся на нем. Мы не сказали бы, что сатана помышлял (именно) так, если бы Тот, Кто знал (о сем), не обнаружил этого, говоря: «отойди... сатана! ты... соблазн... Мне!» (Мф. 16:23). И Господь взял этот камень и отбросил от Себя, дабы последователи сатаны спотыкались на него, так как «отступили назад и распростерлись по земле» (ср. Ин. 18:6).

Теперь вернёмся к нашему тексту. – Итак, Иисус задал ученикам второй, на этот раз прямо к ним обращенный вопрос: «А вы за кого почитаете Меня?». И Петр, далеко еще не понимая сути истинного мессианства, тем не менее, из глубины сердца и, наверное, от имени всех учеников, ответил: «Ты – Христос, Сын Бога Живаго».

Этот ответ и эти слова Петра в Евангелии являются тем поворотным моментом, после которого Иисус будет учить Своих учеников уже не притчами, не иносказаниями, но прямо и непосредственно говорить им о цели Своей деятельности на земле.

Впервые Иисус прямо признается как Мессия, Христос. До этого восторженный народ мог лишь удивляться Его целительной силе и неуверенно предполагать: «Не это ли Христос, сын Давидов?» (Мф. 12:23). Но фарисеи тотчас обрывали такие предположения, заявляя, что Иисус не может быть Христом, ибо действует «не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского» (Мф. 12:24). И вот теперь Петр заявляет: «Ты – Христос», добавляя: «Сын Бога Живаго», то есть признавая Его откровением Животворящего Бога.

Я удивляюсь тому, что некоторые толкователи отыскивают причины заблуждений отдельных людей и измышляют весьма длинные разъяснения по вопросу о том, почему одни в Господе нашем Иисусе Христе видели Иоанна, другие — Илию, третьи Иеремию или одного из пророков; когда на самом деле они могли ошибаться относительно Илии и Иеремии подобно тому, как Ирод впал в заблуждение относительно Иоанна, говоря: Это Иоанн, которого я обезглавил; он воскрес из мертвых Мк. 6:16. — По Синодальному переводу, использовавшемуся переводчиком: Иоанн, которого я обезглавил; сам восстал из мертвых и в нем проявляют действие силы. - Ред..

А вы за кого почитаете Меня quern me esse dicitis? Симон же Петр отвечая сказал: Ты Христос, Сын Бога Живого. — Благоразумный читатель, обрати внимание на то, что из следующего и из связи речи видно, что апостолы называются уже не людьми, а богами. Действительно, когда Он сказал: Кем называют люди Сына человеческого? то присоединил: А вы за кого почитаете Меня? Первое обращено к ним, думающим по-человеческому, потому что они — люди. А вы, будучи богами, за кого Меня считаете? От лица всех апостолов Петр исповедует: Ты Христос, Сын Бога Живого. Он называет Его Богом живым, в отличие от тех богов, которые считаются богами, а в действительности мертвы, указывая на: Сатурна, Юпитера, Венеру, Минерву (или: Цереру), Либера, Геркулеса и прочие идольские диковинки.

Господь, конечно, и без вопроса знал, что думает о Нем народ, как равно и то, за кого сами апостолы, ближайшие Его ученики, принимают Его, но Ему нужно было, чтобы апостолы собственными устами высказали и первое, особенно же второе.

На это Петр, возжигаемый пламенною ревностию и наставляемый Духом Святым, ответствовал: "Ты еси Христос Сын Бога живаго". Итак, кто Сам назвал Себя Сыном Человеческим, Того Петр, или лучше глаголющий в Петре провозгласил Сыном Божиим: и Он подлинно — Бог и человек: Он сын не Петра, не Павла, не Иосифа, не другого такого отца, но Сын человеческий, ибо Тот не имел на земле отца, у Кого не было матери на небесах.

Не только ап. Петр исповеди вал Христа Сыном Божиим, но и дети Ему восклицали: осанна Сыну Давидову: Мф. 21:15 — 16. Отсюда ясно, что сердечное исповедание может быть и у малолетних, поэтому грешно воспрещать детям, хотя бы и младенцам, родиться от воды и Духа: Ин. 3:5; тем более, что апостол Петр говорит: Деян. 2:39. Очевидно крещение младенцев было и у первых христиан: Деян. 16:15.

И вот, на прямой вопрос Иисуса, кем считают Его они сами, Петр, вероятно, от имени всех учеников, отвечает: «Ты – Помазанник». Эти слова становятся поворотным пунктом повествования, после него многое меняется. Ведь с этого момента Иисус начинает учить Своих спутников, что значит быть Его учеником. До тех пор Иисус рассказывал притчи, а потом наедине объяснял им то, что осталось для них непонятным. Теперь начинается новый этап: Он сообщит ученикам о том, что должен будет умереть в Иерусалиме, и начнет путь к кресту.

Экскурс: Христос

Христос – это греческое слово, которым переводится еврейское «Маши́ах» (арам.«Меши́ха»), на греческом оно транскрибируется как «Месси́ас» (русское «Мессия»). Слово это означает «помазанник», потому что по древнему обычаю царей, а также пророков и первосвященников помазывали оливковым маслом в знак того, что Бог даровал им силу и возможность исполнить возложенную на них миссию. Например, Исайя назвал так персидского царя Кира, разрешившего народу Израиля вернуться из плена, а Иосиф Флавий – римского императора Веспасиана, захватившего Иерусалим.

Но обычно под словом «Мессия» понимался долгожданный царь из рода Давида, который, по мнению народа, свергнет иноземное иго и восстановит былое могущество Израиля. Вот как об этом говорится в знаменитом 17‑м Псалме Соломона¹: «Опояшь его силой, чтобы он сотряс неправедных правителей и очистил Иерусалим от народов, которые попирают его вплоть до разрушения... Жезлом железным он разобьет на куски их могущество, он разрушит безбожные народы словом уст своих; от укора его народы побегут перед ним, и он обличит грешников за помыслы их сердца» (ст. 21‑22).

Постепенно эта фигура земного могущественного царя и полководца все чаще видится в эсхатологическом свете: он явится в конце времен, перед наступлением Царства Бога, и принесет не только победу над земными врагами народа Божьего, но и освобождение от грехов. С его приходом установится мессианское царство мира с Богом, счастья и изобилия.

К первому веку, кроме такого традиционного представления о происхождении Мессии, появляются и другие, особенно в неортодоксальных кругах. Юстин Мученик свидетельствует о таких верованиях: «Мессия, даже если уже родился и существует, неизвестен и даже сам о себе не знает и не имеет никакой силы, пока Илья не помажет Его и не сделает Его известным всем». В апокалиптической 4 Книге Ездры говорится о том, что Сын человеческий, который там же назван Мессией, выйдет из моря. В XX веке в Кумране, в пещерах около Мертвого моря, были найдены многочисленные документы, из которых можно заключить, что благочестивые отшельники, жившие в I веке до н. э. – I веке н. э., ожидали двух Мессий (Мессию‑Царя из рода Давида, так называемого Мессию Израиля, и Мессию‑Первосвященника, или Мессию Аарона, а возможно, даже третьего – Мессию‑Пророка). Но вряд ли кто‑то мог предположить, что может прийти такой Помазанник, как Иисус, никто и представить не мог Мессию страдающим и умирающим позорной смертью на кресте.

Вероятнее всего, в Своей земной жизни Иисус никогда не называл себя титулом Мессии, опасаясь, как бы люди не стали видеть в Нем прежде всего политического вождя. Когда Церковь вышла за пределы Палестины в страны, где понятие Помазанника не было укоренено в сознании людей, этот титул постепенно стал пониматься как второе имя Иисуса.

* * *

Сын Бога –см. Экскурс Сын Бога (Мф. 14:33) . В Писаниях Бог часто назывался Живым, вероятно, не потому, что все остальные боги не были живыми, а представляли из себя изделия человеческих рук, а скорее всего, потому, что в Боге обреталась жизнь и Он был ее источником и подателем для всего сущего (Втор. 5:26; Пс. 42:2 (41:3); 84:2 (83:3); Мф. 26:63; 1 Тим. 3:15; 4:10; Деян. 14:15; Рим. 9:26; 2 Кор. 3:3 и др.). Отныне Помазанник и Сын Божий также стал источником жизни для верующих (ср. Ин. 1:4).

Итак, Иисус не один из тех великих личностей, которые лишь пророчествовали о суверенном Божьем правлении, но Тот, кто явился в полноте Божьего откровения как Его воплощение, Тот, кто непосредственно вводит правление Бога на земле.

Но Дух Божии уже посеял в их простых душах смена знания истины, и ап. Петр от лица двенадцати торжественно ответил своему бо­жественному Учителю: «Ты Христос, Сын Бога Живаго»! Это исповедание, сделанное теперь с полнейшею торжественно­стью на прямо поставленный вопрос, показало, что не напрасно бы­ло земное служение Спасителя и что наконец хоть избраннейшим Его ученикам открыта была великая тайна, сокровенная от веков и родов. Если не весь избранный народ, то хоть по крайней мере апостолы не только познали в Иисусе Назарянине обетованного Мессию своего народа, но по особенной бла­годати Божией им было открыто, что Мессия этот был не только тем, чем ожидали Его иудеи, не только царем, правителем и Сыном Давидовым, но больше того: был Сыном Бога Живаго. И Спаситель с величайшею торжественностью подтвердил это великое исповедание.

«Послушай, что говорит ученикам Господь: «За кого люди почитают Меня, Сына Человеческого?». Обрати особое внимание, что Он назвал Себя не Сыном Божиим, но Сыном Человеческим. И, услышав, что некоторые (почитают Его) за Иоанна, а некоторые за Илию, сказал им: «А вы за кого почитаете Меня?». Ответил Ему Петр, основание апостолов, и сказал: «Ты — Христос, Сын Бога Живаго». Господь же на это (сказал): «Блажен ты, Симон Петр, сын Ионин, потому что не плоть и кровь», — то есть, не человеческое размышление, — «открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах». Ибо, услышав о Сыне Человеческом, (Петр) исповедал Сына Божия. И что (еще сказал) ему? — «Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:13-18). Итак, если и ты, превзойдя естественное разумение, исповедуешь рожденного от Марии Сына Человеческого как Сына Божия, то Он всячески ублажит, КАК СВЯТОГО ПЕТРА, и ТЕБЯ, и созиждет все собрание твоих рассуждений НА СЕМ КАМНЕ ВЕРЫ, и врата ада не одолеют его. Как и оные узы Он, сойдя, разрешил (Своим) Святым Телом, чтобы спасти так нераздельно верующих Ему.

Называя Иисуса Христом, Петр имеет в виду, что Он — долгожданный Мессия, Царь, обещанный Ветхим Заветом.

Сын Бога. Значение этого титула в корне отлично от его языческой трактовки. Речь идет не о "полубоге" или "богоподобном человеке", как в античной религиозной традиции. Ветхий Завет называет обетованного Царя сыном Божиим (2 Цар. 7:14; Пс. 2:8). Весь Израиль — сын Божий (Исх. 4:22); Иисус воплощает в Себе и сыновство Израиля (см. Мф. 2:15 и ком.). Однако в отношении Иисуса этот титул подразумевает, что Он знает Отца как Единородный Сын (Мф. 11:27; Мф. 21:38). Отец признает Его "Сыном Возлюбленным" (Мф. 3:17; Мф. 17:5). Знание Петра пришло к нему свыше, как готовый вывод.

Тогда Петр, всегда пламенный в лике апостольском, уста апостолов, на вопрос, предложенный всем, отвечал от себя: Ты еси Христос, Сын Бога живаго. Это исповедание излилось от полноты души Петровой, проникнутой твердой, непоколебимой верой в Иисуса Христа как сына Божия, и высказывало общую веру апостолов, уже прежде признавших Его сыном Божиим (Мф. 14:33). В кратких словах здесь выражена вся сущность христианства – «соединение двух естеств, которое для нашего спасения боголепно совершил в себе сын Божий» (преподобный Исидор Пелусиот).

Событие исповедания у Кесарии Филипповой (Мф. 16:13–18; Мк. 8:27–30; Лк. 9:18–21), когда апостол Петр – не под влиянием чуда, не под давлением страха, как это было во время бури на море, но в совершенно свободной и спокойной обстановке, когда вокруг не было даже никого из народа Господь, как предполагает еп. Кассиан (Безобразов), нарочно уходил иногда в языческие области, куда иудеи старались не ходить, чтобы побыть наедине с учениками, – от лица всех учеников исповедал Христа Сыном Божиим, является итогом, плодом этого общения. Вывод, к которому пришли апостолы, – что Иисус есть Христос, Сын Бога Живого, – есть свидетельство чистоты сердца, давшей дорогу богопознанию («Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» – Мф. 5:8). Как сказал ап. Павел коринфянам, «никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым» (1 Кор. 12:13). Христос Сам подтвердил духовное значение и происхождение этого исповедания словами: «Блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах» (Мф. 16:17).

Все время личного общения с Христом – это время духовного роста апостолов. Христос отмечал открытость и восприимчивость их сердец для Него. В частности, это выражалось в объяснении ученикам некоторых притчей, когда Господь открыто говорил с ними о Царстве: «Вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано… потому говорю им притчами, что они видя не видят и слыша не слышат, и не разумеют» (Мф. 13:11, 13). Это с поразительной силой проявилось и в событии Преображения Господня, когда трое апостолов смогли увидеть нетварный Божественный свет. Свт. Григорий Палама говорит, что для видения этого света нужно было иметь просвещенные очи сердца Стоит здесь вспомнить известную беседу прп. Серафима Саровского с его учеником Николаем Мотовиловым, во время которой Николай увидел преподобного сияющим неземным светом. Прп. Серафим сказал, что Мотовилов сейчас и сам в таком свете пребывает, иначе бы не смог увидеть свет вокруг учителя..

260. Что такое священная молитва

Эта божественная молитва — призыва­ние Спасителя нашего: Господи Иисусе Хрис­те, Сыне Божий, помилуй мя, есть и молитва (προσευχή), и обет (ευχη). Эта молитва есть:

• исповедание веры;

• орудие общения со Святым Духом;

• проводник Божественных даров;

• очищение сердца;

• отгнание демонов;

• вселение Христа;

• источник духовных мыслей и Божествен­ных помыслов;

• освобождение от грехов;

• врачевство душ и телес;

• посредница Божественного озарения;

• привлечение Божия милосердия;

• раздаятельница откровений и Божест­венных тайн для смиренных;

• источник спасения, так как носит в себе и спасительное имя Бога нашего.

А нам одно только имя и следует призы­вать — имя Иисуса Христа, Сына Божия, «ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4:12), как го­ворит апостол. Таким образом она есть:

• молитва, потому что в ней мы испраши­ваем Божественного милосердия;

• и обет, потому что через призывание Христа мы обещаем себя самих Христу;

• и исповедание, потому что, исповедав это, Петр был назван блаженным;

• и дарование Духа, потому что «никто не мо­жет назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым» (1 Кор. 12:3);

• и проводник Божественных даров, пото­му что за неё¹ Христос обещал Петру: «дам тебе ключи Царства Небесного» (Мф. 16:17—19); <...>