Евангелие от Матфея 13 глава 45 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы согласно видят в жемчужине высшую драгоценность Царства Небесного: Христа, истинную веру, евангельскую проповедь, благодать Духа и жизнь вечную. Купец — это человек, который ищет спасения не равнодушно, а усердно. Найдя единственную драгоценную жемчужину, он продает всё, потому что по сравнению с ней всё земное теряет прежнюю цену. Так объясняют святитель Иоанн Златоуст, святитель Григорий Двоеслов, блаженный Феофилакт, преподобный Макарий Египетский и другие святые.

Первая линия толкования понимает жемчужину как Христа и познание Спасителя. Блаженный Иероним говорит, что хорошие жемчужины — это закон и пророки, а одна драгоценная жемчужина — познание Спасителя, Его страдания и воскресения. Святитель Иларий Пиктавийский также видит здесь человека, долго бывшего в законе и нашедшего желанную жемчужину. Преподобный Исидор Пелусиот прямо называет бисером Господа, соединенного с глубиной Божества. Блаженный Феофилакт тоже говорит: одна истина — это Христос.

Вторая линия делает акцент на внутреннем подвиге. Святитель Григорий Двоеслов объясняет: кто вкусил сладость небесной жизни, тот легко оставляет земное. Любовь к вечной жизни как бы умерщвляет любовь к телесным вещам. Преподобный Макарий Египетский говорит еще строже: цена жемчужины — отречение от мира, крест и готовность умереть для себя ради Христа.

Третья линия связывает жемчужину с проповедью и истинной верой. Святитель Иоанн Златоуст и Евфимий Зигабен сопоставляют эту притчу с притчей о сокровище: обе показывают, что проповедь и учение веры дороже всего. Истина одна, не многосложна, но ее богатство понимает только тот, кто ею обладает. При этом Златоуст предупреждает: одной внешней принадлежности к вере недостаточно, нужна бдительная и ищущая душа.

Святитель Петр Хризолог раскрывает образ купца положительно: это не корыстолюбец, а человек, приобретающий добродетели ради будущей жизни. Преподобный Симеон Новый Богослов подчеркивает, что жемчужина невидима и духовна; купить ее нельзя земной ценой, но можно принести Богу сокрушенное сердце, веру, любовь и всего себя.

Частные замечания Святых Отцов

Святитель Иларий Пиктавийский: купец — человек, долго трудившийся под законом и нашедший то, что выше прежнего труда.

Святитель Иоанн Златоуст: притчи о сокровище и жемчужине сходны; они показывают многоценность проповеди, а горчичное зерно и закваска — ее силу.

Блаженный Иероним: прежние «жемчужины» закона и пророков не унижаются, но становятся менее ценными по сравнению со Христом.

Преподобный Исидор Пелусиот: новый народ Божий оставил прежнее отеческое достояние и взыскал Господа славы.

Преподобный Макарий Египетский: жемчужина — Дух Христа; без нее душа не может угодить Небесному Царю.

Святитель Петр Хризолог: купец торгует не ради земной прибыли, а ради славы небесной.

Блаженный Феофилакт Болгарский: море — настоящая жизнь, купцы — ищущие знания, многие жемчужины — мнения мудрецов, а одна драгоценная — Христос.

Преподобный Симеон Новый Богослов: Царство Небесное находится внутри человека и обретается не пустой надеждой, а настоящим обращением к Богу.

Святитель Хроматий Аквилейский: духовная «торговля» состоит в том, чтобы принести нищету духа, кротость, покаяние, милосердие и чистоту сердца ради Царства.

Вопрос в том, почему Он перешёл от множественного числа к единственному? А именно, когда человек будет искать хороших жемчужин, чтобы он нашёл одну драгоценную, которую купит после того, как будет продано всё, что он имеет. Следовательно, или купец, ища праведных людей, чтобы с ними жить с пользой, находит одного перед всеми без греха, посредника между Богом и людьми — Человека Иисуса Христа (1 Тим. 2:5). Или, ища предписаний (наставлений), чтобы, сохранив их правильно, обращаться с людьми, он находит любовь к ближним, в которой единой содержится всё, как говорит апостол: не будешь убивать, не прелюбодействовать, не лжесвидетельствовать, или если есть какие другие Заповеди, они являются единичными жемчужинами, которые повторяются в этой речи, есть же (заповедь) «возлюби ближнего как самого себя» (Рим. 13:8-9). Или человек понимающий ищет праведных и находит только одно, которым все вместе соединяются: «В начале Слово, и Слово у Бога, и Слово — Бог» (Ин. 1:1), — Каковой Бог должен пониматься сверкающий светом истины, и крепкий крепостью вечности, и со всех сторон подобный Себе божественной красотой. Каковое Слово должно пониматься как Бог, облечённый в панцирь плоти. Ведь Он (Человек) пришел к той самой жемчужине, которую однажды спрятал под покровом смертности, словно под преградой раковины, в глубине этого века и среди каменных твердынь иудеев. Следовательно, тот уже пришёл к самой жемчужине, кто говорит: «и если даже мы познали Христа по плоти, но теперь мы Его уже не знаем» (2 Кор. 5:16). И вовсе никакое значение не достойно имени жемчужины, кроме того, к которому приходят, разрушив все плотские покровы, которыми Он скрывается, либо через слова человеческие, либо через окружающие подобия, чтобы Он узнавался чистым и подлинным разумом всегда созвучный Себе. Однако все эти значения заключают в себе один смысл, через который всё совершается, то есть Слово Бога (Ин. 1:3). Однако какое бы ни было из трёх (значений), если что-то может противоречить чему- то, то что можно было бы лучше обозначить именем жемчужины — единственной и дорогостоящей; её'цена — это мы сами, мы, которые не являемся свободными для её владения, кроме того случая, когда мы пренебрегли всем ради нашего спасения — тем, что имеется во временном владении. Ведь продав наши вещи, никакую цену за них мы не получаем большую, чем мы сами, так как, связанные этими вещами, мы не были собой, чтобы мы отдали самих себя за ту жемчужину. Не потому, что мы имеем столь большую ценность, но потому, что больше дать не можем.

Заключив это воззванием: имеяй уши слышати, да слышит, Господь продолжал свои наставления также в притчах (в таком виде они даны Апостолам, конечно для того, чтобы глубже могли укорениться и занять их внимание). Первые две заключали в себе мысль столько важную для Апостольского служения, что каждый из них должен быть готов на пожертвование всем, чтобы иметь участие в царствии небесном. Господь раскрыл эту мысль в двух притчах, которые тем только между собой отличаются, что одна имеет в виду людей, без предварительного искания, внезапно встретившихся с проповедью о царствии небесном, другая – людей давно и долго ищущих этого небесного сокровища (Иудеи и язычники). Для тех и других один урок – ничем не дорожить для царства Христова. Первая притча о сокровище, нечаянно найденном на поле, вторая – о жемчужине, долго отыскиваемой. Евангелист не предложил их объяснения, а может быть и сам Господь, потому что Апостолам они могли быть понятны, так как они и решились уже пожертвовать всем ради Евангелия.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 125-126++

Кажется, снова повторяется сказанное выше, с теми же заключительными словами. Но — добавляется важная подробность. Трудившийся на поле нашел сокровище случайно, а купец сознательно ищет его. Все люди — в поисках счастья, но сколь многие ошибаются, находя фальшивые жемчужины, которые блестят как настоящие, но ничего не стоят, и обманывают только невежд. Один Христос знает, в чем наше подлинное счастье. Он предлагает нам заплатить за него цену, и, отдавая все за него, всю жизнь нашу сделать драгоценной. Не существует истинной и прочной радости вне единения с Богом, с тем, что называется Царством Божиим.

Притча о жемчужине, которую мы встречаем в 13-ой главе Евангелия от Матфея, по глубинному смыслу очень похожа на предыдущую притчу о сокровище, скрытом в поле.

«Еще подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин, который, нашедши одну драгоценную жемчужину, пошёл и продал всё, что имел, и купил её» (Мф. 13: 45–46).

В древности жемчужины очень ценились, пожалуй, даже больше, чем в наше время. Современники Христа были готовы многое отдать за хорошую жемчужину и потому прекрасно понимали слова Иисуса о том, что для того чтобы приобрести Царство Небесное, нужно отказаться от всего ради приобретения того, что предлагал им Христос.

В притче жемчужина – символ евангельской проповеди. Купцы – это люди, которые ищут знания. В мире много жемчужин, т.е. много видов знания, но только одно знание подлинно драгоценно – вера в Иисуса Христа. Уместно сравнить людей, тщательно приобретающих знание Христово и постепенно постигающих истины евангельской жизни, которая ведёт к блаженству Царства Небесного, с купцом, который ищет жумчужин и, продав многие мелкие, покупает на вырученные от них деньги одну единственную и драгоценную. «Как обладающий жемчугом, сам знает, что он богат , – говорит Иоанн Златоуст, – но для других часто бывает неизвестно, что у него в руках жемчуг, потому что жемчуг не велик: так можно сказать и об истине. Обладающие ею, знают, что они богаты, но неверующие, не понимая цены этого сокровища, не знают о нашем богатстве».

Если в притче о сокровище, скрытом в поле речь шла о внезапном нахождении истины Божией, то притча о жемчужине повествует об обретении этой истины после долгого искания. Таков был путь князья Владимира, просветителя русского народа, который в церковном тропаре прямо именуется «купцом, ищущем доброго бисера» (жемчуга). Он искал истинную веру и нашёл ее. Став христианином, князь Владимир сумел оценить Евангелие как самое драгоценное, что может быть у человека, и Христа как единственного, Кому можно подчиниться до конца и служить.

Примером искавших истины и нашедших ее только в учении Христа может послужить еще и св. Иустин-философ. В сочинении «Разговор с Трифоном-иудеем» он пишет, что будучи еще язычником, он изучал все философские системы того времени (2-ой век) и особенно увлекался учением Платона. Но все его знания не давали ему ответа на интересовавшие его вопросы о Боге, о душе, ее бессмертии и прочем, пока один старец (по преданию, св. Поликарп) не рассказал ему об Иисусе Христе и пророках, предсказавших Его пришествие. Изучив пророчества и само Евангелие, св. Иустин только в них нашёл единую истинную и полезную философию – жемчужину.

В жизни святых угодников можно найти немало примеров тому, как глаголы Священного Писания, запавшие в душу неверующих, но ищущих жемчужину людей, приводили их на след этого сокровища, к вере во Христа и жизни в Нём.

Так и каждый из нас пусть ищет эту единственную и самую драгоценную жемчужину – евангельскую веру. «Исследуйте Писания … , – говорит Господь, – ...они говорят о Мне» (Ин 5: 39). Драгоценную жемчужину Христову мы найдем при внимательном и молитвенном изучении Слова Божия, ибо оно приведёт нас к узкому пути нахождения того, о чём говорил Господь Марфе, сестре четверодневного Лазаря – «единое на потребу».

В книге Тита Коллиандера «Узкий путь» мы встречаем главу под названием «О бесценной жемчужине». Автор пишет о признаках нахождения драгоценной жемчужины: «...Чем глубже ты проник в своё собственное сердце, тем выше ты поднялся над самим собой. Твоя внешняя жизнь та же: ты моешь посуду, ухаживаешь за детьми, ходишь на службу, получаешь жалование и платишь налоги. Ты выполняешь всё, что делают и окружающие тебя люди. Но ты отказался от самого себя. Ты отдал одно, чтобы приобрести другое».

«Имея Тебя, чего могу я еще желать? Ничего иного, как только непрестанно в молитве безмолвно прилепляться к Тебе, – отвечает преп. Иоанн Лествичник. – Некоторых пленяет богатство, других почести, еще других приобретение собственности; моё единственное желание – быть с Господом.

Молитва, объемлющая самоотречение, сделалась твоей настоящей жизнью, которую ты поддерживаешь лишь как будто ради молитвы. Ходить перед Богом (Быт. 6: 9) – это есть теперь единственное ценное для тебя, и это заключает и охватывает всё небесное и земное. Для того, кто носит Христа в своем сердце, нет ни смерти, ни болезни, ни земной суеты; он уже вступил в вечную жизнь, которая всё объемлет. И «ночью и днём» Царство Небесное «восходит» в твоем сердце «и растет», и ты не знаешь как. Ибо «земля» сердца твоего «сама собою» производит сперва зелень, потом колос, потом и полное зерно в колосе (Мк. 4: 27–28)».

Святые говорят о невечернем свете. Этот свет видим не человеческим глазом, но сердцем, и он никогда не перестаёт расти в чистоте и ясности. Этот свет беспрестанно продолжает уходить от тьмы, всё умножаясь; его отличительное свойство – постоянное очищение. Это свет бесконечной вечности, проникающий оболочку времени и материи. Святые никогда не говорят, что этот свет дан всем, но лишь тем, кто очистил свое сердце любовью ко Господу, добровольно идя узким путём.

Стоит отказаться от всего ради приобретения того, что предлагает нам Христос – жемчужину Его учения и благодатной жизни в Нём.

Продолжая испытывать Апостолов, могут ли они понимать Его мысли, скрытые в притчах, господь сказал им две притчи об искателях истины, то есть правды Божией. Один человек случайно нашел сокровище, зарытое в поле; найдя его, он так обрадовался, что пошел, продал все, что имел, и купил поле то. А другой искал хороших жемчужин, и когда нашел одну драгоценную жемчужину, то пошел, тоже продал все, что имел, и купил ее.

Притчи о сокровище, скрытом в поле, и о жемчуге имеют большое сходство между собой; та и другая говорят об обретении истины и пути к Царству Небесному (то есть Христа, так как Он есть истина и путь), с той лишь разницей, что в первой притче говорится о внезапном, неожиданном обретении сокровища, а во второй – об обретении драгоценной жемчужины после долгого искания вообще хороших жемчужин. Примером внезапно находящих сокровище, которое было скрыто от них, могут служить язычники, впервые услышавшие проповедь Апостолов об Иисусе Христе и познавшие через то, что исполнение возвещенной Им воли Божией есть единственное средство для вступления в приготовленное для праведников Царство Небесное. Озаренные проповедью Апостолов, многие из них бросали все, что раньше привязывало их к земной жизни, и такой ценой приобретали себе величайшее сокровище во Христе. Таких слушателей слова Божия Иисус уподобил человеку, который, обрабатывая чужую землю, случайно нашел зарытый в нем клад; чтобы обладать этим кладом, надо было купить поле то; и вот, он продает все, что имел, и покупает его, а с ним и найденное сокровище (в те времена, когда люди не могли считать себя вполне безопасными, многие богатые зарывали в землю часть своих сокровищ). Примером искавших истину и нашедших ее только в учении Христа может служить святой Иустин Философ: в сочинении своем «Разговор с Трифоном-иудеем» он говорит, что, будучи еще язычником, он изучил все философские системы того времени и особенно увлекался учением Платона, но все его знания не давали ему ответа на интересовавшие его вопросы о Боге, о душе, ее бессмертии и прочем, пока один старец (по преданию, святой Поликарп) не рассказал ему об Иисусе Христе и пророках, предвещавших его Пришествие; изучив, вследствие сего, пророчества и Евангелия, он только в них нашел единую истинную и полезную философию. Таким же искателем хороших жемчужин был и Тациан, ученик Иустина Философа, нашедший драгоценную жемчужину в Евангелии, и многие другие.

Мы, братия, духовные купцы и ищем драгоценную жемчужину, которая есть Христос наш Спаситель, похвала и непохищаемое сокровище, поэтому с великим старанием приобретем эту жемчужину. Блажен и троекратно блажен тот, кто постарался приобрести её; но весьма беден тот, кто вознерадел и сам приобрести общего нам Творца, и от Него быть приобретенным.

Притча похожа на предыдущую, но все-таки с заметным отличием. Там человек случайно наткнулся на сокровище, спрятанное в земле. Если так обстоит дело с Царством Небесным, то что на это сказать? Можем ли мы вообще что-то предпринимать? Или только ждать счастливого случая наткнуться на сокровище Царства? – Чтобы исключить такую мысль, Иисус добавляет к предыдущей еще одну притчу. В ней купец не просто ждет, но только тем и занят, что ищет свое сокровище и, в конце концов, находит его – драгоценную жемчужину. Ради того, чтобы ее приобрести, он, как и человек из предыдущей притчи, распродает всё своё имение.

Эта притча человеку античного мира тоже была понятна. Это сегодня мы, пожалуй, из всех драгоценных камней больше всего ценим большие ограненные сверкающие бриллианты. В античном мире еще не знали огранки камней, и гораздо больше ценились не нуждающиеся в обработке, светящиеся матовым светом жемчужины. Достаточно вспомнить книгу Апокалипсис, в которой красочно описан город Небесный Иерусалим. В этот город вели двенадцать ворот – двенадцать жемчужин (Откр. 21:21). Ничего более прекрасного древний человек и представить себе не мог. И вот с прекрасной жемчужиной сравнивается Царство Небесное.

Купец притчи настойчиво ищет жемчужину необычайной красоты, и его усилия не остаются без награды, согласно заповеди Нагорной проповеди «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам» (Мф. 7:7). – Иначе говоря, те, кто всеми силами устремляются к Царству Небесному, обретают его. Ради этой ценности, как и в предыдущей притче, можно, не задумываясь, отдать всё, чем ты владеешь.

Пожалуй, обе притчи о Царствии имеют два основных содержательных тона. Во-первых, это ни с чем иным не сравнимая радость от обретения Царствия. Во-вторых, готовность к тому, чтобы ради Царствия отдать всё, чем ты владеешь на земле. Однако, это не насилие над собой, не лишение себя, не жертва, требующая волевого подвига, но естественное и радостное устремление к тому высшему, по сравнению с которым всё прочее теряет свою ценность. Именно об этом писал апостол Павел: «Что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа» (Флп. 3:7-8).

Однако, возникает вопрос: что значит найти Царство Небесное (или Царствие Божие) уже здесь, в этом мире? Вспомним молитву «Отче наш», в которой Царствие Божие на земле означает осуществление воли Божией:

«Да приидет Царствие Твое;

да будет воля Твоя

 и на земле, как на небе» (Мф. 6:10).

Иначе говоря, обрести Царствие (или войти в Царствие) – это то же, что познать благую волю Божию и жить по воле Божией. Это как произошло с тем же апостолом Павлом, который мог о себе сказать: «уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20). Что может быть ценнее для верующего человека? К одним это познание воли Божией приходит как неожиданное озарение – как к тому человеку, который неожиданно нашел сокровище на поле. Другой сознательно и упорно трудится, ищет, в чем состоит исполнение воли Божией, как купец, который среди хороших жемчужин ищет самую прекрасную. Но ведь и он находит свою драгоценность неожиданно. Всё это говорит о том, что Бог и познание Его воли приходят к нам через откровение, как некий дар свыше. Вот человеку на поле повезло. Повезло и купцу. Более того, они поняли, какая открылась им ценность, и беспрекословно, даже с радостью отреклись ради нее от всех прочих ценностей, продали всё свое имущество. Повезло и тому юноше, который, общаясь с Иисусом Христом, спросил Его: «Учитель благий! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?». На этот вопрос Иисус, которому юноша понравился, ответил так: «Пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною». Но юноша, у которого было большое имение, не нашел в себе силы воли так поступить и войти в Царство Небесное уже здесь на земле. Он не воспользовался своей удачей, открывшимся ему общением с Иисусом Христом (Мф. 19:16-24). В отличие от героев наших притч, этот юноша, как и великое множество ему подобных, не смог поступиться привычными представлениями, привычным образом жизни и отдать всё, чтобы принять волю Божью и исполнять ее. Не хватило веры. Оттого он и не возрадовался, но отошел от Иисуса с печалью. А грусть и печаль – характерные состояния в жизни греховного мира.

В истории толкования этих притч часто обращалось внимание на слова «идет и продает всё, что имеет», «пошел и продал всё, что имел». Большинство как древних, так и новых толкователей не склонно понимать эти слова буквально, как некую заповедь полного отказа от имущества. Слова о продаже имущества следует понимать гораздо шире их буквального звучания. Они, как и всё в притчах, имеют образно-метафорическое измерение. Речь идет не только и не столько о богатстве, которое бывает лишь наиболее сильной стороной земной озабоченности. Об этом было уже сказано: «Посеянное в тернии означает того, кто слышит слово, но забота века сего и обольщение богатства заглушает слово, и оно бывает бесплодно» (Мф. 13:22).

Последняя притча. 13-й главы – притча о неводе.

Притчи о сокровище и жемчужине
в общем контексте поучений Иисуса
Притчей о закваске завершается в Евангелии от Матфея серия притч, которые Иисус произнес, сидя в лодке. Далее, согласно этому Евангелию, Он отпускает народ и входит в дом. Там к Нему приступают ученики с вопросом о значении притчи о плевелах на поле. Он разъясняет им ее смысл, после чего тут же добавляет еще три притчи: о сокровище на поле, о жемчужине и о неводе.
По какой причине эти притчи были адресованы ученикам, а не народу? Есть ли существенная разница между притчами, обращенными к народу, и теми, что были произнесены в узком кругу учеников?
Ученые, следующие различным редакционным гипотезам, предполагают, что притчи изначально существовали в виде разрозненных коллекций, где они вообще не были снабжены указаниями, касающимися обстоятельств их произнесения и аудитории, к которой они были адресованы (примером такой коллекции может служить апокрифическое «Евангелие от Фомы»). В частности, высказывалось мнение, что некоторые притчи, изначально адресованные всему народу, при включении в Евангелия были представлены так, будто они произносились только в присутствии учеников. Это якобы происходило в том случае, если притча теряла свое изначальное «место в жизни» (Sitz im Leben) и использовалась Церковью в качестве назидательного материала для общины.
Такие предположения, однако, носят в высший степени спекулятивный характер, не основаны на какихлибо указаниях, содержащихся в самом тексте Евангелий, и вряд ли способны дать надежный ответ на поставленные вопросы. Как следует из евангельских рассказов, Иисус иногда произносил притчи в присутствии только учеников, иногда в присутствии всего народа, включая фарисеев.
Так, например, в Евангелии от Луки мы находим серию притч, из которых часть обращена к народу (Лк. 14:25-35), другая часть — к фарисеям (Лк. 15:2-32), третья — к ученикам (Лк. 16:1-13). Однако в отношении притч, адресованных ученикам, Евангелист отмечает: «Слышали же все это и фарисеи...» (Лк. 16:14). Вариативность в обозначении аудитории продолжается и далее: «Он сказал им», то есть фарисеям (Лк. 16:15); «сказал также ученикам» (Лк. 17:1); «быв же спрошен фарисеями. отвечал им» (Лк. 17:20); «сказал также им притчу.» (Лк. 18:1); «сказал также к некоторым» (Лк. 18:9).
Иногда выбор конкретной аудитории вполне объясним. Например, вполне естественно, что притча о мытаре и фарисее (Лк
18.    9-14) была адресована фарисеям. Однако в других случаях мотивация, стоящая за выбором адресата, менее очевидна: это относится, в частности, к притчам о сокровище на поле, о жемчужине и о неводе. Как может показаться, по своему содержанию и общей направленности эти три притчи, адресованные только ученикам, не отличаются радикальным образом от тех притч, которые были произнесены из лодки и обращены к народу.
И тем не менее, если оставить в стороне редакционные гипотезы и исходить из того, что притчи были произнесены именно там, где указывают Евангелисты, вряд ли выбор аудитории был случаен. Очевидно, переход от публичной проповеди к беседе с узким кругом учеников должен быть отражен и в некоем сдвиге, касающемся содержательной стороны. Посмотрим на это внимательнее.
Шесть притч, следующих одна за другой в 13-й главе Евангелия от Матфея, начиная с притчи о плевелах на поле, имеют одинаковый зачин, указывающий на то, что в этих притчах раскрывается понятие Царства Небесного. При этом первые четыре притчи в той или иной мере относятся к публичной деятельности Иисуса: притча о сеятеле говорит о Его миссии и ее плодах; притча о плевелах на поле — о том, как диавол пытается осуществлять свою «параллельную миссию» среди тех же людей, среди которых Иисус сеет семена Своего учения; притча о горчичном зерне — о том, как посеянные Иисусом семена дают обильные всходы; притча о закваске — о том, как Царство Небесное, принесенное Иисусом на землю, качественно меняет мир, наполняет его жизнь новым содержанием и смыслом.
Последующие две притчи — о сокровище и жемчужине — говорят о ценности самого Царства Небесного и о том, на какие жертвы человек может пойти, чтобы его приобрести. Большинству из тех, кто слушал поучение Иисуса из лодки, этот образ ничего бы не сказал, поскольку никто из них пока еще ничем не пожертвовал ради Царства Небесного и ради Иисуса. Ученики, напротив, уже «оставили все и последовали за Ним» (Лк. 5:11). Они не могли не задаваться вопросом, который в конце концов будет озвучен Петром от лица всей группы: «Вот, мы оставили все и последовали за Тобою; что же будет нам?» (Мф. 19:27; Мк. 10:28; Лк. 18:28). Группа людей, которых Иисус оторвал от обычных занятий, отделил от родственников, приучал к непривычному для них образу жизни и которой при этом ничего не обещал, кроме страданий, гонений, ненависти и непонимания со стороны людей (Мф. 10:1623), — эта группа нуждалась в моральной поддержке. Такую поддержку Иисус предложил им, в частности, в притчах о сокровище и жемчужине.
Текст двух притч, их сходство и различия
Эти две притчи настолько близки по структуре и содержанию, что их удобнее рассматривать вместе, чем по отдельности. Обе они приводятся только в Евангелии от Матфея:
Еще подобно Царство Небесное сокровищу, скрытому на поле, которое, найдя, человек утаил, и от радости о нем идет и продает все, что имеет, и покупает поле то.
Еще подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин, который, найдя одну драгоценную жемчужину, пошел и продал все, что имел, и купил ее (Мф. 13:44-46).
Сходство наблюдается, вопервых, во внешней структуре обеих притч и в используемом в них образном ряде. Сокровище и жемчужина — два близких по значению, родственных по смыслу образа. В обоих случаях речь идет о находке, которую делает человек. В обоих случаях для того, чтобы приобрести найденное, он должен продать все, что имеет.
Разница заключается в том, что сокровище скрыто на поле, и чтобы им завладеть, нужно купить поле, тогда как жемчужина покупается в единственном экземпляре, без какой бы то ни было нагрузки. Еще одно отличие состоит в том, что в первом случае упоминается о радости, которой сопровождается обретение, и о том, что человек утаил находку: во втором не говорится ни о том, ни о другом. Наконец, третье отличие — в том, что Царство Небесное в одном случае уподобляется покупке, в другом покупателю. Однако это не более чем особенность речи Иисуса: совсем не всегда в Его притчах конкретный предмет точно увязывается с его подобием; часто уподобление относится к ситуации в целом, а не к отдельному ее элементу.
Исторический контекст
Обычай закапывать сокровища в землю был широко распространен в древности. В эпоху, когда у людей не было возможности положить драгоценности в сейф или открыть для их хранения ячейку в банке, сохранить клад в безопасности было не менее сложной задачей, чем его найти. Наиболее надежным способом спрятать сокровище от потенциального похитителя было зарыть его в землю. Раб, получивший от господина один талант, не нашел ничего лучшего, как скрыть его в земле, полагая, что таким образом он сбережет серебро господина своего. Когда господин приезжает после долгой отлучки, раб возвращает серебро хозяину (Мф. 25:25).
Сокровища зарывали в землю, если городу или стране грозила опасность. Иосиф Флавий, описывая последствия разграбления Иерусалима римскими войсками, особо упоминает о том, что «из неимоверных богатств города еще многое было найдено в развалинах; многое римляне сами откапывали, но в большинстве случаев указания самих пленников вели к открытию золота, серебра 
и других очень ценных предметов, владельцы которых ввиду безызвестности исхода войны закопали их в землю»1. До сих пор при раскопках, ведущихся в местах, где когдато находились крупные и богатые города, помимо различных артефактов, сохранившихся внутри того культурного слоя, к которому они естественным образом принадлежат, нередко находят драгоценности, зарытые значительно глубже. Это касается не только захоронений, но и кладов, некогда закопанных, а потом по той или иной причине не востребованных хозяевами.
Итак, в первой из рассматриваемых притч человек находит сокровище, скрытое на поле. Для обозначения сокровища употреблено греческое слово θησαυρός — родовой термин для различных видов драгоценных предметов и изделий. В классическом греческом языке термин нередко обозначает клад. В Септуагинте он чаще всего используется для обозначения «сокровищ дома Божия», то есть серебряных и золотых изделий, хранившихся в Иерусалимском храме, и «сокровищ дома царского» (1 Цар. 14:26; 1 Цар. 24:13) — различных драгоценностей, принадлежавших правителям народа израильского.
Почему, найдя сокровище, человек должен был утаить его? Потому что цена поля с зарытым на нем сокровищем возросла бы во столько раз, что ему было бы не под силу его купить. Его собственных средств хватало только на покупку поля; для приобретения зарытого на нем клада требовались совсем другие деньги. К тому же сокрытие клада, по мнению специалистов по истории древнего Израиля, было преступлением против закона и могло повлечь за собой суровое наказание. Однако вопрос об этичности или неэтичности описанного в притче поступка не имеет никакого отношения к той вести, которая в нее вложена. Мы имеем дело с притчей, образом, сравнением, а отнюдь не с рассуждением на правовую тему.
Иосиф Флавий. Иудейская война. 7, 5, 2. 
Толкование обеих притч
Что делал человек на чужом поле и как вообще на нем оказался? Некоторые ученые считают, что речь идет о работнике, который трудился на поле, принадлежавшим богатому землевладельцу. Другие справедливо отмечают, что у подённого рабочего вряд ли нашлись бы средства на приобретение того поля, на котором он трудился. Ни то, ни другое толкование никак не сказывается на понимании смысла притчи.
Некоторые древние толкователи усматривали особый, скрытый смысл в том, что сокровище из притчи было зарыто в поле. Ориген, выдающийся мастер аллегорических толкований, считает, что «нужно исследовать отдельно поле и отдельно скрытое на нем сокровище»1. Его понимание данной притчи, основанное на представлении о том, что поле символизирует буквальный смысл Писания, а сокровище — сокровенный, аллегорический, мы подробно рассмотрели выше   .
Ключевым моментом в притче, однако, является не разница между сокровищем и полем, а то, что сокровище представлено как неожиданная находка: человек натыкается на него там, где вовсе не предполагал его найти. Есть ли в этой неожиданности какойто переносный смысл? Думается, что да. Царство Небесное здесь представлено как то, что скрыто от взора людей, что зарыто на глубине и что обнаруживается не сразу и не легко. Оно может стать внезапной находкой, которая не должна быть незамедлительно обнародована. Обретение Царства Небесного сопровождается радостью, но этой радостью не следует делиться с кем попало, чтобы не потерять то, что обретено столь негаданно и стоит так дорого.
Такой же неожиданной находкой является жемчужина из следующей притчи. Для обозначения жемчужины в ней употреблено слово μαργαρίτης, встречающееся также в Нагорной проповеди в словах: «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Мф. 7:6). Жемчуг в Ветхом Завете воспринимался как символ самого драгоценного, чем может владеть человек (Притч. 8:11; 31:10}}}). Жемчуг добывался с большим трудом, а торговля жемчугом была распространенным и весьма прибыльным бизнесом.
Изделия из жемчуга представляют собой особый вид драгоценностей, поскольку жемчуг не является ни камнем, ни кристаллом: жемчуг образуется в морской глубине внутри раковин. В древности причиной образования жемчуга считали попадание молнии внутрь раковины , однако реальная причина заключается в попадании туда инородного тела, например, песчинки или мелкого камня. Вокруг этого тела постепенно нарастают слои перламутра, образующие концентрические круги. По цене жемчужины могут отличаться одна от другой в сотни и даже тысячи раз. При оценке одним из основных критериев является размер жемчужины; учитываются и такие факторы как форма, цвет, блеск. Найти крупную жемчужину хорошего качества для профессионального торговца жемчугом (а именно таковым является герой притчи) было огромной удачей. Ради такой находки стоило продать все остальное.
Главные темы двух притч
Значение обеих притчблизнецов можно свести к одному главному пункту. Иисус подчеркивает, что Царство Небесное драгоценнее любого земного стяжания. Оно является абсолютной ценностью, тогда как любые земные ценности относительны. Ради него человек может продать все, что имеет, или отказаться от всего, чем обладает. В наиболее радикальной форме этот призыв выражен в словах Иисуса, обращенных к ученикам: «Всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную» (Мф. 29:19). То же самое — в выражениях, близких к рассматриваемым притчам, — Он предложил богатому юноше, спросившему, что нужно сделать, чтобы наследовать жизнь вечную: «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною» (Мф. 19:21; Мк. 10:21; Лк. 18:22).
Мы видим, что для Иисуса граница между притчей и реальностью была не столь велика: то, что одни слышали от Него в форме притчи, содержащей обобщенный символ и допускающей различные толкования, другим предлагалось как руководство к действию, на которое можно было ответить немедленно: «да» или «нет». Ученики ответили «да», богатый юноша — «нет».
Если же касаться побочных тем, то между двумя притчами есть определенные отличия. В первой Царство Небесное предстает как неожиданная находка, во второй — как результат поиска. Купец ищет хорошие жемчужины и, наконец, находит то, ради чего стоит продать все остальное. Человек, купивший поле, как кажется, ничего специально не искал. Он наткнулся на Царство Небесное неожиданно, обретя его как клад, зарытый на чужом поле.
Это различие может указывать на то, что люди обретают Царство Небесное разными путями. Они ищут его и находят, что буквально соответствует словам Иисуса из Нагорной проповеди: «Ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят» (Мф. 7:7-8). Других Царство Небесное как бы «настигает» само — когда они его не ищут, или когда ищут чтото другое.
Упоминание о радости как главной причине, по которой человек продает все, что имел, и покупает поле вместе с зарытым на нем сокровищем, может указывать на эмоциональную составляющую обретения человеком Царства Небесного. Обретение Царства не сводится к тому, что человек утвердился в какихто убеждениях или взглядах; Царство не является просто мировоззрением или интеллектуальной установкой. На появление в своей жизни Царства Небесного человек реагирует всем естеством, включая сердце. Радость об обретении Царства сродни тому всеохватывающему чувству, которое описано в словах: «Возлюби Господа Бога твоего всем  
сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею» (Мк. 12:30; Мф. 22:37; Лк. 10:27; ср.: Втор.
6.    5). Ни одна составляющая человеческой природы не должна быть исключена из чувства любви к Богу и Его присутствия.
Во второй притче действия купца могут быть поняты как основанные на расчете: он продает все и покупает жемчужину не от радости, а потому, что считает, что ее стоимость с лихвой окупит понесенные затраты. Такая интерпретация, однако, противоречит общей тональности повествования, в значительной степени заданной предшествующей притчей. Если эмоциональный элемент в истории купца не выявлен, это не значит, что он отсутствует. Продажа всего, что человек имеет, ради одной жемчужины в любом случае является исключительным и рискованным поступком. Он ведь не продает все жемчужины ради одной: он продает все свое имущество, включая, следовательно, собственный дом. Подобно Иисусу, он становится бездомным, не оставляя для себя на этой земле ничего, кроме приобретенной жемчужины.
Притчи о сокровище и жемчужине подчеркивают то, что вытекает из многих других притч и поучений Иисуса. Царство Небесное, о котором Он говорит, не является ни нравственным учением, ни определенным типом духовности или религиозности. Царство Небесное — это Сам Иисус. Мы вновь возвращаемся к пункту, являющемуся, с нашей точки зрения, ключевым для понимания Его притч. Нет и не может быть в жизни человека никакой иной ценности, которая превосходила бы Иисуса по важности и значимости. Это — абсолютная и наивысшая ценность, поскольку Иисус есть Сам Бог — такой, каким Он открылся человечеству. 

Притча о купце и жемчужине совершенно сходна с притчею о сокровище на поле, и значение ея также сходно, т. е. что спасение души для человека должно быть дороже всего, и что для сего спасения должно жертвовать всем земным.

Жемчуг в древности чрезвычайно высоко ценился, вероятно, так, как сейчас ценятся бриллианты (Откр. 17:4; 18:12, 16; 21:21). Важно, что купец ищет жемчуг – только те, кто всеми силами устремляются к Царству, ищут его, способны его найти и увидеть (ср. 7:7). Ради драгоценной жемчужины купец без колебаний отдает все, что он имел.

Притчи о сокровище и о жемчужине можно назвать притчами о великой радости. Что здесь главное? То, что человек так переполнен радостью от своей находки, что он не может поступить по‑иному. Ради нее он не задумываясь отдает все, что у него есть. Слово «радость» – ключевое для понимания этих притч. Иисус требует от людей полной самоотдачи, но это не мучительная жертва, не подвиг самоотречения аскета или героя, не насилие над собой. Нет, радость, переполняющая человека от встречи с Царством, столь велика, что все остальное теряет всякую ценность в сравнении с ней. Ср. слова апостола Павла: «Все то, в чем я раньше видел свое приобретение, я счел – из‑за Христа – потерей. Более того, я вообще все считаю потерей, потому что нет ничего, что превзошло бы познание Иисуса Христа, моего Господа. Ради Него я потерял все – и это все для меня не дороже, чем мусор! – лишь бы приобрести Христа и обрести себя в Нем» (Флп. 3:7‑9). Только тогда можно понять слова Иисуса о том, что Его ярмо легкое и доброе (11:30).

Господь, говоря о Царстве Небесном и повествуя о пречистом, и преславном, и Божественном, и единственном жемчуге и научая, как кто его получит, отвечает так, пользуясь сравнением с видимыми вещами: «Подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин, который, нашед одну драгоценную жемчужину, пошел и продал все, что имел, и купил» тот жемчуг, чтобы, принеся его, угодить царю, потому что драгоценными камнями вплетается властительский венец. Так, следовательно, и душа должна стяжать и найти небесный и многоценный жемчуг, Дух Христа, великую и хорошую куплю, чтобы он был вплетен в венце славы Небесного Царя Христа; а без этого Божественного жемчуга, который есть Святой Дух, душа не может угодить Царю Христу, ни получить царский венец.

Итак, каким образом приобретет кто-либо и найдет этот жемчуг, можно научиться от видимых купцов, торгующих драгоценными жемчугами, потому что они, продавши свое имущество, и удалившись далеко от родины, и прошедши чрез пустынные и разбойнические края, достигают местности, где рождаются жемчуги. Потому что там бывают выставлены самые ценные и славные из драгоценных камней, с их выгравированными и надписанными ценами. И каждый из торгующих видит выставленные (напоказ) камни, предвидит, и как ему предстоит явиться царю. Если же это превосходит его средства, он не только тяготится о пустом труде и плачет, но даже не может увидеть царя. Тем же образом и Христос, Господь наш, предобразил и преднаписал цену хорошего и великого жемчуга, без которого никто не может угодить Небесному Царю, а пена — отречение от мира и смерть и крест, потому что Он стал образом и начальником отводящего в жизнь пути, предав на смерть Свое Тело за нас, и победив насилие диавола, и искупив нас Своею собственною Кровью. И таким образом всех, последовавших за Ним, и ставших Его учениками, и хотящих приобрести небесный жемчуг (а он есть Царство Небесное), научает отречься от себя и более не себе жить, по Апостолу: «Чтобы живущие, говорит он, уже не для себя жили, но для умершего за них и воскресшего Христа» (2 Кор. 5:15). А Сам Господь говорит: «Да отвержется себя и да последует за Мной» (Лк. 9:23). И снова: «Если кто, говорит Он, не возненавидит отца, мать, братьев и так далее, еще же и самую свою душу, не может быть Моим учеником» (Лк. 14:26). Итак, смертью покупается этот жемчуг жизни, Христос. И таким образом, если кто не приготовит себя и от себя не отречется, предав на смерть свою душу, не может приобрести того жемчуга и без него не может увидеть Небесного Отца. Ибо Он есть венец, сплетенный из славы, Он есть Христос, связанный драгоценными камнями и бывший преславным венцом Церкви святых. И всякая душа, отдающая себя до смерти и желающая отойти в жизнь, да взыщет этот жемчуг и да стяжает Господа, ставшего всем во всех, пищей, питием, одеждою, сокровищем, упокоением, радостью нерассказуемой, жизнью истинной. Следовательно, нашедший Его нашел во все века богатство, наслаждение непрестанное, свет незаходимый, славу незатемняемую. Ибо Он все это действует различно в нем, соизменяясь с нуждами.

Душа, услышавшая слово Божие и соуслаждаемая с Богом, да воздвигнет себя, и да возбудится в любовь вожделенного Господа, и да возгорится в любовь Жениха. Как огонь, разжигаемый в обильном веществе, увеличивает пламя, да возжелает и она наконец удостоиться неизреченного явления и до смерти да подвизается, чтобы, победив, получить вечную жизнь по предшественнику нашему, Христу, до смерти предавшему Себя за нас. Потому что Господь стал всем указанием, чтобы как Он, посредством бесславия и бесчестия и последней смерти, победил врага, так и мы, живущие в страданиях и смирении и бесславии и во смерти, презревшие стыд, смогли победить диавола и получить жизнь и стяжать «многоценный жемчуг», Он же есть Христос, по сказанному: «Вы еще не до крови сражались, подвизаясь против греха» (Евр. 12:4). Смертью победим смерть, не сочетаясь со злом, не падая вместе с помыслами. Постыдно же купцам переплывать такие пучины и пренебрегать смертоносными опасностями ради возрастания и прибавки богатства, а нам, вожделеющим держаться за вечную жизнь и хотящим стяжать нетленный свет самого лучшего жемчуга и желающим приторговать куплю истинного сокровища, не презирать временной смерти, (то есть) мирских наслаждений.

Итак, прошу вас, братья, презирать смерть, и за ничто считать свою душу, и до смерти стать подражателями Господа, бывшего во всем нам образом и примером и смертью победившего смерть.

-46 Иисус в притчах поведал сокровенное о Царстве (ст. 35), но от очень многих оно осталось сокрытым, ибо они не осознают, насколько бесценно сообщенное Им: те, кто знает цену Царству, отдадут за него все (ср. Флп. 3:8).

Искренно ищущим смысла жизни и нашедшим его во Христе давались такие откровения и духовные состояния, перед лицом которых все земное теряло свое значение. Такие люди часто отказывались от семейной жизни, блестящей карьеры, от богатства, славы, раздавали свое имущество, уходили в пустыни, леса, шли на тягчайшие мучения. Найденное ими внутри сердца (Лк. 17:21) сокровище, драгоценная жемчужина, был Сам Бог, Который с непобедимой силой свидетельствовал о Себе, Своей любви к человеку и той неиссякаемой вечной радости, которая предназначена ему.

Игумен Никон (Воробьев) рассказывал о том, что было с ним, неверующим, когда он в поисках смысла жизни, разочаровавшись в науке, не ставящей этого вопроса, и в философии, так и не нашедшей критерия истины, дошел до полного отчаяния. И в таком состоянии однажды, как утопающий хватается за соломинку, он вспомнил о Боге. И из всей глубины своего существа воскликнул: «Господи, если Ты есть, то откройся мне! Я ищу Тебя не для каких-нибудь земных целей. Мне одно только надо: есть Ты или нет Тебя?» И... Господь открылся. «Невозможно передать, — говорил он, — то действие благодати, которое убеждает в существовании Бога с силой и очевидностью, не оставляющей ни малейшего сомнения у человека. Господь открылся так, как, скажем, после мрачной тучи вдруг просияет солнышко: ты уже не сомневаешься, солнце это или фонарь кто-нибудь зажег. Так Господь открылся мне, что я припал к земле со словами: „Господи, слава Тебе, благодарю Тебя! Даруй мне всю жизнь служить Тебе! Пусть все скорби, все страдания, какие есть на земле, сойдут на меня, — даруй мне все пережить, только не отпасть от Тебя, не лишиться Тебя“»¹.

Так найдена была им драгоценная жемчужина — Царство Божие. Ради нее он в страшный 1931 год принимает монашество, становится священником, а в 1933-м уже отправляется на каторгу в Сибирь.

Множество таких же ищущих людей пережили подобный опыт богопознания. Можно вспомнить жизнь преподобных Арсения Великого, Марии Египетской, святителя Игнатия (Брянчанинова), Ф.М. Достоевского, протоиерея С.Н. Булгакова и др.

Подобно есть Царствие Небесное человеку купцу, ищущу добрых бисерей, иже обрет един многоценен бисер, шед продаде вся, елика имяше, и купи его. «Драгоценная жемчужина одна, по выражению блаженного Феофилакта, – ибо одна истина, которая есть Христос».

... Чему еще подобно Царство Небес? Вот представьте себе: ищет купец хороший жемчуг ... - Таков традиционный зачин многих еврейских притч, и его дословный перевод может ввести в заблуждение. «Подобно чему-либо» - это сокращенное арамейское выражение, в котором нечто сравнивается не с конкретным человеком или вещью, а с ситуацией в целом.   

Почти все притчи Христовы можно назвать притчами о Царстве Божием. Некоторые притчи говорят о том, что такое Царство, другие – о том, как войти в него, но строго классифицировать притчи по содержанию невозможно, в одной притче могут быть отражены многие реалии духовной жизни. Например, можно притчу о мытаре и фарисее отнести к притчам о покаянии, а можно назвать ее и притчей о молитве или о смирении. Но некоторые притчи по преимуществу можно отнести к притчам о Царстве, потому что Сам Христос это делает, говоря: «Царство Небесное подобно…» «Царство Небесное» и «Царство Божие» – это синонимы, то и другое выражение указывают на иную, таинственную реальность по отношению к реальности земного мира. Отсюда сложность адекватного описания в терминах нашей действительности того, что «не видел глаз, не слышало ухо, и не приходило на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9). В Евангелии от Иоанна Царство Божие часто называется просто «жизнь вечная» (например: Ин. 3:15–16; 4:14, 36; 5:24, 39 и т. д.). В явлении Царства сочетаются два плана – времени и вечности: во Христе человек на земле уже обладает Царством Божиим, но в то же время он им еще не обладает, уже имеет в себе вечную жизнь и в то же время еще только стремится к ней (это общехристианское состояние между «уже» и «еще» ап. Павел выразит одной фразой: «Мы спасены в надежде» (Рим. 8:24). Притча как прикровенная форма знания помогает уловить эту двойственность в явлении Царства, явление Царства как процесс.

В Евангелии от Матфея в одном месте собраны семь притч Христа о Царстве (Мф. 13): о сеятеле, о пшенице и плевелах, о неводе, о закваске, о зерне горчичном, о сокровище, зарытом в поле, и о жемчужине. В Евангелии от Марка приведена еще одна притча о Царстве – о невидимо растущем семени (Мк. 4:26–29). Прежде чем сказать, какие черты Царства Божия раскрываются в этих притчах, учтем совет свт. Иоанна Златоуста: «В притчах не нужно все изъяснять по буквальному смыслу, но, узнав цель, для которой она сказана, обращать сие в свою пользу, и более ничего не испытывать»? Иоанн Златоуст, свт. Беседы на Евангелие от Матфея. 64. 3. Если акцентировать детали приточной истории, можно лишить притчу всякого смысла, она «работает» только как цельный образ, – например, в притче о жемчужине Господь говорит, что Царство подобно купцу, ищущему хороших жемчужин, но очевидно, что конкретным образом Царства здесь является не купец, а жемчужина. Притча же в целом показывает, что Царство – это высшая ценность для человека и ради него надо оставить все, что было дорого прежде. 

Да вразумятся любостяжательные: пoелику и богатство имеет притязание на славу внешнюю. Стоит ли труда изнурять себя непрерывными заботами о приобретении и сбережении приобретенного свыше нужды, чтобы можно было хвалиться блестящим прахом, доколе не унесет его вихрь непредвидимых превратностей, или доколе не придет чреда хвалящемуся им самому В рукоп. автора «самим нам».  обратиться в прах? Не лучше ли «продать все», то есть, отложить всякую привязанность и пристрастие к земным вещам, чтобы приобрести «един многоценный бисер» (Мф. 13:46), – Христову жизнь в сердце, и посредством сей драгоценности приобрести бесценные нетленные сокровища неба?