Евангелие от Матфея 13 глава 41 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы единодушно понимают этот стих как описание последнего суда. Сын Человеческий пошлёт Своих ангелов, которые окончательно отделят зло от добра. Пока в мире и в Церкви праведные и грешные находятся рядом, но в конце века все соблазны и делающие беззаконие будут удалены из Царства Христова. Это разделение совершится не человеческим судом, а властью Самого Христа.

Первая линия толкования раскрывает смысл «Царства». Блаженный Августин говорит, что Царство уже существует, но ещё не достигло своей полноты: сейчас оно собирается и созидается, а после удаления всех соблазнов явится в совершенной славе. Преподобный Ефрем Сирин также связывает очищение Царства с обновлением всего творения, когда Господь очистит мир и соберёт в нём Своих праведников.

Вторая линия касается самого суда. Святитель Иоанн Златоуст, блаженный Иероним, святитель Тихон Задонский и Евфимий Зигабен подчёркивают: Христос Сам посылает ангелов, а они отделяют делающих беззаконие от праведников. При этом Христос Сам сеет добро, а суд совершает через ангелов, что свидетельствует о Его человеколюбии и долготерпении.

Третья линия объясняет, почему суд откладывается до конца века. Блаженный Иероним, блаженный Феофилакт и приводимое на странице мнение блаженного Августина говорят, что поспешное искоренение плевелов могло бы погубить тех, кто ещё способен покаяться. Поэтому окончательное отделение принадлежит только Богу.

Частные замечания Святых Отцов

Преподобный Ефрем Сирин понимает очищение Царства как обновление земли и всего творения, где затем будут собраны праведники.

Блаженный Иероним Стридонский поясняет, что «соблазны» относятся к плевелам, то есть к еретикам и лицемерам, а пшеница означает святых, принимаемых в небесные жилища.

Святитель Иоанн Златоуст отмечает, что наказание грешников будет особенно тяжёлым, потому что они не только подвергнутся мучению, но и окажутся лишены славы праведников.

Блаженный Августин различает нынешнее и будущее состояние Царства: теперь оно только собирается, а после очищения будет царствовать во всей полноте.

Блаженный Феофилакт Болгарский вновь напоминает пример апостола Павла и благоразумного разбойника: если бы они были истреблены прежде покаяния, их будущий плод был бы утрачен.

Святитель Тихон Задонский подробно перечисляет тех, кто окажется среди «делающих беззаконие»: блудников, воров, лжецов, клеветников, лицемеров и других нераскаянных грешников.

Евфимий Зигабен объясняет, что под «соблазнами» и «делающими беззаконие» понимаются одни и те же люди; праведники будут восхищены ко Христу прежде окончательного осуждения нечестивых.

См. толкования на стихи 25-30.

Вот тайны царствия, сообщенные народу в притчах и без объяснения; оно дано только в кругу учеников и только на две первые. Когда ученики просили у Господа разрешения сей притчи (о семени), то Он, дав им объяснение, присовокупил прямые наставления о их Апостольском служении также в притчах, но уже знакомых (Мк. 4:21– 25,– светильник; Лк. 8:16–18). Плод слова в них должен раскрыться в собственной их проповеди, и здесь мера ревности каждого будет мерой сообщения каждому самого слова.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 125++

В картине Страшного суда, которую Иисус рисует в последнем поучении перед Тайной вечерей, Сын Человеческий садится «на престоле славы Своей и все святые Ангелы с Ним». Перед Ним собираются «все народы», и Он отделяет одних от других, «как пастырь отделяет овец от козлов». Тех, кто по левую сторону, Иисус обозначает местоимениями «они» (αύτοί) или «сии» (ούτοι); тех, кто по правую, называет «праведниками» (δίκαιοι). Как и в притче о плевелах, повествование завершается словами о блаженстве праведных: «И пойдут сии в муку вечную, праведники же в жизнь вечную» (Мф. 25:31-46).
Идея отделения праведников от прочих, занимающая центральное место в поучении о Страшном суде, проходит через все притчи, относящиеся к теме последнего воздаяния, в частности, через притчу о плевелах; притчу о неводе, «который, когда наполнился, вытащили на берег и, сев, хорошее собрали в сосуды, а худое выбросили вон» (Мф. 13:48); притчу о десяти девах, из которых пять допущены в брачный чертог, а пять нет (Мф. 25:1-13).
Притча о плевелах открывает серию из шести притч, начинающихся в Евангелии от Матфея словами: «Царство Небесное подобно...» или «Еще подобно Царство Небесное.» (Мф. 13:24, 31, 33, 44, 45, 47). Первая и последняя притчи из этой серии — о плевелах и о неводе — посвящены теме Страшного суда. Четыре других притчи — о горчичном зерне, о закваске, о сокровище, найденном на поле, и о купце, нашедшем жемчужину, — не касаются темы воздаяния, но раскрывают понятие «Царство Небесное» применительно к земной жизни человека. Это соответствует тому двойному значению, которое термин «Царство Небесное», или «Царство Божие», имел в речи Иисуса, указывая одновременно на посмертное воздаяние и на ту духовную реальность, которая, подобно горчичному дереву, прорастает в земной жизни.
Святоотеческое толкование
В святоотеческой традиции, как на Востоке, так и на Западе, в притче о плевелах видели указание на жизнь Церкви после смерти и воскресения Иисуса. Иоанн Златоуст отмечает, что лжепророки приходят после пророков, лжеапостолы после апостолов, антихрист после Христа. Еретики вслед за диаволом сеют на той ниве, которая уже засеяна:
Многие предстоятели Церквей, введя в них людей лукавых,
скрытных ересеначальников, тем самым открыли диаволу лег-
кий путь для совершения своих козней. После того, как он всеял такие плевелы, ему нечего было уже и трудиться... Далее Господь показывает, что дело диавола — не только вредное, но и излишнее, потому что он сеет после того, как нива уже возделана и все работы кончены. Так поступают и еретики, которые исключительно по тщеславию впускают свой яд. И не в этих только, но и в последующих словах Господь продолжает с точностью описывать поведение еретиков: «Когда взошла зелень, — говорит Он, — и показался плод, тогда явились и плевелы». Так действуют и еретики. Сначала они себя прикрывают; когда же приобретут смелость и получат полную свободу слова, тогда и изливают яд.
Блаженный Августин тоже толкует притчу о плевелах применительно к жизни Церкви, однако образ плевел понимает шире. В этот образ он вкладывает представление обо всех, кто на земле является членом Церкви, но кто не войдет в Царство Небесное:
Ведь поле — это мир, по которому распространилась Церковь. Тот, кто является пшеницей, пусть стоит до самой жатвы, а кто плевелами, пусть обратится в пшеницу. Ибо все это находится среди людей — и настоящие колосья, и настоящие плевелы, поскольку те, кто был колосьями в поле, колосьями и остаются, а кто был плевелами, остаются плевелами. Однако на поле Господа, то есть в Церкви, то, что было зерном, иногда превращается в плевелы, а что было плевелами, иногда обращается в зерно, и никто не знает, что будет завтра   .
Оба приведенных толкования — лишь один из многочисленных примеров того, как содержание притчи раскрывается и актуализируется в конкретную историческую эпоху. Оба текста относятся к рубежу IV и V веков. Для Церкви это была эпоха борьбы с ересями — сначала арианством, отрицавшим божественную природу Иисуса Христа, потом целым рядом других. Светская власть активно вмешивалась в эту борьбу — иногда на стороне Церкви, иногда на стороне ее оппонентов. Златоуст видел в притче о плевелах вполне конкретное указание на то, что «не должно убивать еретиков»1. В его время это толкование имело большое значение, так как гражданская власть могла использовать меч не только против своих врагов, но и против врагов Церкви. Свое мнение Златоуст подробно аргументирует:
Этими словами Христос запрещает войны, кровопролития и убийства. И еретика убивать не должно, иначе это даст повод к непримиримой войне во вселенной. Итак, Он останавливает их в исполнении предпринятого намерения, по следующим двум причинам: вопервых, для того, чтобы не повредить пшеницу; а во вторых, потому что все неисцельно зараженные сами по себе подвергнутся наказанию. Поэтому, если хочешь, чтоб они были наказаны, и притом без повреждения пшеницы, то ожидай назначенного для этого времени. Но что имел в виду Господь, сказав: «Чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницы»? Или то, что принявшись за оружие и убивая еретиков, неминуемо истребите с ними многих святых; или то, что многие из этих самых плевел могут измениться и сделаться пшеницей. Следовательно, если вы, — говорит Он, — искорените их преждевременно, то, лишив жизни людей, которым было еще время измениться и исправиться, истребите то, что могло бы стать пшеницей. Итак, Господь не запрещает обуздывать еретиков, заграждать им уста, сдерживать их дерзость, нарушать их сходбища и заговоры; но запрещает их истреблять и убивать   .
Актуальность притчи
Что может сказать притча о плевелах человеку XXI века? Прежде всего она говорит о долготерпении Божием. Часто люди задают один и тот же вопрос: почему Бог не наказывает грешников, преступников, негодяев, почему допускает зло, почему позволяет злым жить среди добрых и совершать свои злые дела? Ответ кроется не  
в том, что Бог не замечает зла или попустительствует ему, а в Его долготерпении. Еще в Ветхом Завете Бог изрек устами пророка: «Не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был» (Иез. 33:11). В Новом Завете апостол Павел утверждает, что Бог «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:4). Эти слова указывают на то, что Бог долготерпелив и не теряет надежду на покаяние грешника, пока тот жив.
Как известно, обетование о кончине века и Втором пришествии некоторые из тех, кто принадлежал к первому поколению последователей Иисуса, воспринимали как относящееся ко времени их земной жизни. Второго пришествия ждали со дня на день и удивлялись, что оно не наступало. На эти чаяния и недоумения отвечает апостол Петр: «Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (1 Пет. 3:9). Долготерпение Божие, по словам апостола, следует «почитать спасением» (1 Пет. 3:15), поскольку оно дает возможность нераскаянным покаяться, злым обратиться к добру, плевелам превратиться в пшеницу.
Во всяком случае, человек не должен брать на себя роль судьи, определять, кто относится к пшенице, а кто к плевелам, поскольку конечный суд принадлежит Богу. В очах Бога праведником может оказаться тот, к кому на земле люди относятся с пренебрежением. Лазарь из притчи, разбойник на кресте, грешница, помазавшая ноги Иисуса миром, мытари и блудницы, с которыми Он общался: все эти образы проходят через евангельскую историю, напоминая о том, что «Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее» (1 Кор. 1:27-28). Только Бог знает последнюю глубину человека, поэтому только в Его власти — отделить пшеницу от плевел. Но даже Он не делает этого до Страшного суда, оставляя «расти вместе то и другое до жатвы».
Одной из характерных черт фарисейской религиозности было представление о том, что праведники должны быть отделены от грешников: само слово «фарисей», как известно, означало «отделенный». Фарисеи искренне благодарили Бога за то, что они «не такие, как прочие люди» (Лк. 18:11). Подобным же самоощущением отличалась кумранская община ессеев. В общине учеников Иисуса все обстоит иначе: в ней грешники пребывают наряду с праведниками, и долготерпение Божие позволяет плевелам расти вместе с пшеницей.
Наконец, притча о плевелах напоминает о том, что диавол ведет свою работу параллельно с Богом, зло присутствует в мире наряду с добром. Зло и добро тесно переплетены в мире, подобно плевелу и пшеничному колосу. Изза сходства их внешнего вида пшеницу от плевела иногда бывает трудно отличить. Еще труднее, выпалывая одно, не повредить другое. В притче о сеятеле Иисус говорил о людях, подобных семени, посеянному среди терний: оно быстро дает всходы, но терние так же быстро заглушает его. В притче о плевелах Он рисует иной образ: пшеница растет среди плевел, но плевелы не должны задушить ее. Человек призван бороться против зла — бороться за свое собственное духовное выживание, искореняя семена зла не в окружающих людях, а прежде всего в самом себе.

Послет Сын Человеческий, т. е. Он Господь, судия неба и земли, Ангелы воя и проч. Образ действий ангелов при конце мира взят от жатвы. Как во время жатвы плевелы отделяют от пшеницы и сожигают, а пшеницу убирают в житницу; так и при конце мира, Ангелы отделят праведных людей — сынов царствия, от грешных, творивших соблазны и беззакония, — сынов лукаваго, (ст. 38), и первых поселят для вечнаго блаженства в царстве Отца их, т. е. в царстве небесном, которое уготовано им Господом от создания мира (Мф. 25:34), а грешных осудят на мучения в аду. Ад назван Господом пещью огненною от обычая Вавилонян бросать государственных преступников в разожженную печь (Дан. 3 гл.). Тогда, т. е. после всемирнаго суда, праведницы просветятся (возсияют) яко (как) солнце. Так, под видом сияющаго солнца изображает Гоепяядь блаженство праведников в раю. „Это не значит, объясняет св. Златоуст, что они будут светиться, точно как солнце. Но поелику не знаем светила, которое было бы блистательнее солнца, то Господь и говорит так“. Имеяй уши слышати, да слышит (чит. объясн. Мф. 11:15)

Иногда эти стихи называют кратким матфеевским апокалипсисом. Сын человеческий придет уже не в смиренном образе слуги и раба, но облеченный полнотой Божественной власти. Пошлет Своих ангелов –ангелы, которые всегда присутствуют в сцене Суда, здесь названы Его ангелами. Его Царство –в данном контексте Царство Сына человеческого вряд ли тождественно тысячелетнему правлению Мессии (см. Откр. 20:4), но, скорее всего, означает то же, что и Царство Бога. Прославленный Иисус – соправитель Божий, поэтому Царство Бога есть и Его Царство тоже. Выберут из Его Царства –это не значит, что какие‑то грешники попадут в Царство, а потом будут из него изгнаны, хотя некоторые толкователи отождествляют Царство Сына человеческого с Церковью. Скорее всего, это означает, что наступление Царства для одних есть одновременно суд и приговор для других. Образ горящей печи, вероятно, заимствован из Дан. 3:6, но там злой и безбожный правитель хочет казнить поклоняющихся истинному Богу, здесь же этой казни будут подвергнуты те, кто творил зло. Там будет плач и зубовный скрежет – см. коммент. на. 8:12.

Значение этой притчи по просьбе учеников также, как и первой, объяснено Самим Спасителем. В осно­ванной Им церкви рядом с пшеницей будут существовать и плевелы, как насаждение исконного врага; но только божественный Судия на последнем суде может произнести свой нелицеприятный приговор о судьбе тех и других, так как во время настоящего века всем предоставляется полная возмож­ность покаяться и из плевелов перерождаться в добрую пше­ницу. «Ибо те, говорит бл. Августин, которые сегодня пле­велы, завтра могут сделаться пшеницей».

Бывает, что между пшеницей растут плевелы. Что пшеница и плевелы, то благочестивые и нечестивые. Плевелы растут между пшеницей. Так и нечестивые имеются и обращаются между благочестивыми. Плевелы сначала не отличаются от пшеницы, но потом, когда пшеница начнет созревать и приносить плод, оказывается, что они не пшеница, а плевелы. Так и нечестивые не скоро познаются, но потом мало-помалу показывается их нечестие и злонравие: «По плодам их узнаете их», – говорит Господь (Мф. 7:20). Между плевелами и пшеницей великая разница. Так и между нечестивыми и благочестивыми. Плевелы, как видим, ни к чему негодны, пшеница ко всему полезна. Так и нечестивые ни к какому делу не годятся, а благочестивые на все полезны. Плевелы, как негодные, во время жатвы собираются в снопы и сжигаются, а пшеница собирается в житницу. Так и нечестивые, как бесплодные, при кончине века будут собраны, связаны в снопы и преданы вечному огню. Блудники и прелюбодеи, осквернители и студоложники составят свой сноп. Воры, хищники и грабители, чужое добро похищающие, составят свой сноп. Лживые, хитрецы и лукавые составят свой сноп. Клеветники, злоречивые и ругатели составят свой сноп. Лицемеры, которые показывают себя снаружи святыми, а внутри злые, свой сноп составят. Эти и прочие беззаконники, как для Господа своего бесплодные, будут ввержены на сожжение в вечный огонь. Но благочестивые, праведные, святые, добрые, как плод слова Божиего в терпении приносящие иной во сто крат, иной в шестьдесят, а иной в тридцать – соберутся в небесное царствие, как пшеница в житницу. «Сеющий доброе семя есть Сын Человеческий; поле есть мир; доброе семя – это сыны царствия, а плевелы – сыны лукавого. Враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы суть Ангелы. Посему как собирают плевелы и огнем сжигают, так будет при кончине века сего: пошлет Сын Человеческий Ангелов Своих, и соберут из царства Его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов; тогда праведники воссияют, как солнце, в царстве Отца их. Кто имеет уши слышать, да слышит» (Мф. 13:37-43). Грешники, покаемся! Да не сгорим вечным огнем, как плевелы и сотворим достойные плоды покаяния. Да будем благодатью Божией пшеницею, которая в небесную собирается житницу. "Боже Сил! Обрати ны, и просвети лице Твое, и спасемся» (Пс. 79:4).