Евангелие от Матфея 11 глава 26 стих

Обобщающее толкование

Святые Отцы единодушно понимают слова «Ей, Отче, ибо таково было Твое благоволение» как подтверждение премудрой и благой воли Бога, по которой тайны Царства открываются смиренным, а не тем, кто превозносится собственной мудростью. Эти слова не означают произвольного сокрытия истины от одних и предпочтения других. Святитель Иоанн Златоуст, блаженный Феофилакт Болгарский, Евфимий Зигабен  объясняют, что причиной сокрытия становится гордость самих людей: они сами удаляются от истины, тогда как простые и смиренные принимают ее. Поэтому Божие благоволение проявляется справедливо и согласно достоинству каждого.

Вторая линия толкования раскрывает смысл слов о благоволении как свидетельство единства воли Отца и Сына. Святитель Иоанн Златоуст, блаженный Феофилакт и Евфимий Зигабен отмечают, что Христос благодарит Отца не потому, что Сам не имеет власти, а чтобы показать: все совершается по единой Божественной воле. Одновременно Господь воспитывает учеников в смирении: если простота сделала их достойными откровения, то они должны остерегаться гордости, которая лишила книжников и фарисеев этих даров. Развернутого богословского учения о предопределении или иных догматических вопросах на данной странице не содержится; внимание святых сосредоточено на благой воле Божией, открывающейся в спасении смиренных и в справедливом отношении к человеческому свободному выбору.

Частные замечания Святых Отцов

• Блаженный Иероним Стридонский замечает, что Христос обращается к Отцу с особой сыновней любовью, желая, чтобы начавшиеся в апостолах Божии благодеяния достигли полноты.

• Евфимий Зигабен поясняет, что слово «благоволение» означает добровольное желание и свободное соизволение Бога, а не чье-либо внешнее побуждение.

• Святитель Иоанн Златоуст указывает, что слова Христа должны были одновременно укрепить учеников и сохранить их от превозношения: победы над бесами были следствием Божьего откровения, а не их собственных заслуг.

• Блаженный Феофилакт Болгарский подчеркивает, что открытие тайн «младенцам» произошло по человеколюбию Отца и согласно Его изначальному благому желанию.

Но в то же время благословил Отца Небесного, который своими премудрыми и благими путями привлек и привлекает к Нему души простые и кроткие, с младенческой кротостью предающиеся Божественному влечению. Они видят пред собой величие Божественного дела, постигают Божественное величие учения, возвещаемого Сыном Божиим и, не мудрствуя по своему, не заботясь о том, как огласить это Божественное величие с убогим явлением Мессии, которого ожидали они в славе, с радостью оставляют все и идут вслед за Иисусом. Правда, это еще младенцы, но благодать Божия сильна возрастать их в мужи совершенны. Исповедаюся ти отче Господи небесе и земли яко утаил еси сия от премудрых и разумных и открыл еси та младенцем.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 115-116++

 В этом избрании смиренных сердцем и нищих духом — воля Отца Небесного, которую мы должны принять с благодарением. Все преимущества отданы малым сим. Они — не лучше, чем другие, но оттого что к ним относятся как к низшим, они привлекают особое благоволение Отца. Об этом непрестанно напоминает Евангелие. Ты, грешник, ты, оставленный всеми и презираемый всеми, раздавленный жизнью человек, обратись скорее ко Господу, потому что Отец Небесный смотрит на тебя с особенной любовью. Он открывает все Свои тайны тем, кто любит Его.

Ев. Матфей к речи об Иоанне Крестителе присоединяет (11, 20—24) обличение городов, не вразумившихся делами Спасителя, что ев. Лука излагает при послании 70 учеников иа проповедь (10, 13—15), и славословие И. Христа Богу Отцу за открытие младенцам тайн царствия Божия (25—26), вместе с учением о Себе, как о Единородном Сыне Божием (27 — 30), что по ев. Луке И. Христос произнес по возвращении к Нему 70 учеников (10, 21— 24). Трудно определить, который из евангелистов повествует здесь хронологически . Что касается обличения городов, то очень вероятно, что И. Христос произнес его при окончании Своего общественнаго служения, и, следовательно, в хронологическом порядке оно разсказывается у ев. Луки. Точно также славословие 1. Христа, вероятно, произнесено было Им в виду проявления в учениках сильной веры, и, следовательно, опять в хронологическом порядке помещено у ев. Луки (потребныя объяснения см. § 64).

Взгляд на учеников, простосердечно и искренно верующих и притом в такой степени, что вера соделываеть их чудотворцами, исполняет дух И. Христа радостию, и Он возсылает Богу Отцу благодарение за веру их (Лк. 21. Мф. 25—26). Здесь Господь, во-1-х, славословит Бога Отца за то, что тайны царствия Божия, истинный смысл и значение великих дел и учения Его, Иис. Христа, остались сокрытыми от тех, которые считают себя мудрыми и разумными (ср. Ин. 9:39. Кор. 1:26—29), каковы прежде всего фарисеи и книжники, и открыты разумению младенцев, людей простых и не книжных, каковы Его ученики; во-2-х, исповедует, что это есть дело премудрой и всеблагой воли Божией: ей Отче, яко тако бысть благоволение пред Тобою. 3атем Иис. Христос обращается взором Своим к ученикам и вслух всего народа говорит (Лк. 22. Мф. 27—30): вся Мне предана суть Отцем Моим. Все Бог Отец предал Иис. Христу, как Искупителю рода человеческаго, воскресение и живот, суд и смерть (Ин. 3:35. 5, 21 и д. 17:2 и д.); в частности, и откровение, кому восхощет, Бога Отца, полным ведением Котораго обладает только Он один, единородный Сын Божий (Ин. 1:18). .Поелику же все Мне предано от Бога Отца, то приидите ко Мне все труждающиеся в делании своего спасения и однакоже обремененные грехами, и Я упокою вас, дам полное удовлетворение всем вашим духовным нуждам и стремлениям. Возьмите иго Моих заповедей на себя и сделайтесь Моими учениками, ибо Я кроток и смирен сердцем (совершенно не таков, как суровые и гордые своею лицемерною праведностию учители ваши, фарисеи и книжники); и вы найдете покой душам вашим, ибо иго, возлагаемое Мною на человека, благо, спасительно, и бремя Моих заповедей легко» (не таково, как тяжелое иго закона Моисеева и неудобоносимыя бремена, возлагаемыя на людей законниками. Лк. 11:46). Наконец, Иис. Христос обращается с речью только к Своим ученикам и им одним говорит (Лк. 23—24): „блаженны очи, видящия то, что вы видите», и пр. Это изречение ев. Матфей передает (13:16—17) в ответе И. Христа на вопрос учеников, почему Он говорит народу притчами. В связи изречений у ев. Луки это составляет прекрасное дополнение и заключение к возвышенному свидетельству И. Христа о Себе, как едином, Который только знает Бога Отца и может сообщить другим познание Отца и Который только дарует полное успокоение душам, ищущим спасения.

Последние строки. 11-й главы, к которым мы теперь приступаем, имеют столь принципиальное значение, возвышаясь до высокого богословия, что их трудно воспринимать как простое продолжение речи Иисуса в ответ на вопрос Иоанна Крестителя: «Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого?» (Мф. 11:3). Здесь открывается новый раздел Евангелия. И первые же слова этого раздела разительно отличаются от языка и стиля всего прочего, что мы читаем в Евангелии от Матфея. Скорее их можно было бы ожидать в Евангелии от Иоанна с его высоким духовным полетом. Недаром один из библеистов XIX века назвал эти слова «громом с иоаннова небосвода». А в научной литературе существует понятие «иоанновы речения у Матфея» В.Н. Кузнецова. Евангелие от Матфея. Комментарий. – М. 2003, с. 251-252.. 

Мы видим, что речь Иисуса Христа приобретает торжественный характер в духе радостных библейских псалмов. К переводу следует сделать небольшое примечание: Буквально ст. 25 звучит так: «В то время, ответив, Иисус сказал…». В какое «то время»? «Ответив» кому и на что? Здесь чувствуется несогласование с предыдущей речью Иисуса, несогласование, которое Синодальные переводчики попытались устранить вымышленным предложением: «В то время, продолжая речь, Иисус сказал». Ничего такого в оригинальном тексте Евангелия нет. Очевидно, что евангелист Матфей взял последующие слова Иисуса Христа из какого-то другого контекста. Действительно, в Евангелии от Луки эту речь Иисус произносит в несколько иной ситуации, в ответ на радостные рассказы Его. 70-ти учеников, когда те вернулись с проповеди, вдохновленные своими успехами (Лк. 10:21-22). Но евангелист Матфей, как мы знаем, свободно распоряжается материалом предания, размещая его по своему усмотрению. Очевидно, ему важно было связать торжественное исповедание Иисуса с предыдущей речью о неуверовавших городах и с темой отвергнутой народом Премудрости Божией.

«Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли». По смыслу этот перевод удачный, но по букве неверный, так как Иисус говорит не «славлю Тебя, Отче…», а «исповедаю Тебя, Отче, Господи неба и земли» («и3сповё1даютися, О4ч=е, гдcи нб=се2 и3 земли2»). Это нам сразу напоминает множество Псалмов. Например, Псалом. 105: И№сповё1дайтеся гдcеви, э4кw въ вё1къ млcть e3гw. – «Исповедаю Тебя, Господи» – так обычно начинались ветхозаветные прославления и благодарственные исповедания. А вот добавленное обращение «Отче» – типично только для Иисуса Христа. Оно отражает Его новый опыт общения с Богом. Бог – Отец, Сам Иисус – Его Сын.

Бог – Творец и Господин неба и земли. «Небо и земля» – это вся вселенная, весь космос. Так было принято говорить на Востоке. Вспомним первый стих Библии: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1).

Будучи Творцом, Бог принципиально невидим и непостижим. Он пребывает в тайне своей трансцендентности, внемирности. Но Он открывает Себя. Не люди открывают Бога, а Бог открывает Себя людям. И каким? Не гордым, которые считают себя «мудрыми и разумными», а смиренным, малым, «детям», «младенцам», «нищим духом», оставаясь сокрытым от высокомерных. Премудрость Божия открывается с небес не тем людям, которые убеждены в своей мудрости, ибо таковые не принимают Премудрости Божией, считая ее «соблазном и безумием» (1 Кор. 1:23). Как риторически вопрошал Апостол Павел: «Где мудрец? где книжник? где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?» (1 Кор. 1:20). В конце концов, быть верующим христианином означает не знание всех учений и теорий о Новом Завете, об Иисусе Христе… Вера означает не знание о Христе, а знание самого Христа. И такое знание требует не сомнительной земной мудрости, а откровения небесной благодати. Об этом Иисус Христос говорит торжественно: «Ей, Отче! Ибо таково было Твое благоволение». (И прежде встречавшееся нам словечко «ей», которое иногда попадается в Синодальном переводе, передает торжественное греческое заверение «ναί» – «воистину так!»).

Далее Спаситель говорит о том, что сущность Бога и сущность Его Сына известна только Им двоим и тому, «кому Сын хочет открыть».

«Все предано Мне Отцем Моим,

 и никто не знает Сына, кроме Отца;

 и Отца не знает никто, кроме Сына,

 и кому Сын хочет открыть».

Это утверждение отражает одну из самых важных тем Евангелия от Иоанна: «Как Отец знает Меня, так и Я знаю Отца» (Ин. 10:15). Творец и Господин неба и земли, то есть Вседержитель (Παντοκράτωρ), всё передал Своему Сыну Иисусу, так что отныне Сам Иисус есть тоже Вседержитель, универсальный носитель Откровения и эсхатологический Господин всего мира. Только Отец знает об истинной сущности Сына, которая остается тайной для людей. Своими силами они не могут постичь эту тайну. Только Сын – исключительный носитель откровения о сущности Бога, которую Он изъясняет людям в слове и деле. Вспомним слова, которыми заканчивается Пролог Евангелия от Иоанна: «Бг=а никто1же ви1дё нигдё1же: e3диноро1дный сн=ъ, сы1й въ ло1нё О4ч=и, то1й и3сповё1да», или, как несколько неудачно выражено в Синодальном русском переводе, «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1:18). У Евангелиста Иоанна есть еще более сильное выражение той же мысли: Иисус в этом Евангелии говорит: «видевший Меня видел Отца» (Ин. 14:9).

Все это напоминает нам многие изречения из Ветхозаветной литературы Премудрости. «Только Отец знает Сына» – сразу вспоминаются строки, в которых сказано, что только Бог знает Премудрость, ибо

«Он произвёл её, и видел, и измерил её,

 и излил её на все дела Свои

 и на всякую плоть по дару Своему,

 и особенно наделил ею любящих Его» (Сир. 1:8-10).

Равно как «и Отца не знает никто, кроме Сына». Это нам тотчас напоминает строки книги Премудрости Соломона:

«С Тобою Премудрость, которая знает дела Твои

 и присуща была, когда Ты творил мир,

и ведает, что угодно пред очами Твоими

 и что право по заповедям Твоим» (Прем. 9:9).

И далее: «Отца не знает никто» кроме тех, «кому Сын хочет открыть».И это тоже сказано о Премудрости:

«Мы едва можем постигать и то, что на земле,

 и с трудом понимаем то, что под руками,

 а что на Небесах, кто исследовал?

Волю же Твою кто познал бы, если бы Ты не даровал Премудрости

 и не ниспослал свыше Святого Твоего Духа?

И так исправились пути живущих на земле,

 и люди научились тому, что угодно Тебе,

 и спаслись Премудростью!» (Прем. 9:16-19).

Итак, евангелист Матфей с помощью намеков на книги Премудрости изображает Иисуса Христа воплощенной Премудростью Божией. Это очевидно.

Во всем этом выражена также мысль о Богосыновстве Иисуса Христа. Нет, пока еще Иисус прямо не называет Себя «Сыном Божиим». Евангелисты придерживаются исторической достоверности: они знают, что до событий Креста, Воскресения и сошествия Духа Святого Богосыновство Иисуса оставалось тайной, сокрытой даже от ближайших учеников и апостолов: «Кто есть Сын, не знает никто».

Утаил еси сия (сие), т. е. то, что открыто ученикам Христовым, — тайны веры Христовой. От премудрых (мудрых) и разумных, т. е. от книжников и фарисеев, еврейских ученых, которые по преимуществу считали себя мудрыми и разумными (Ин. 9:40. Злат. и Феоф.), и вообще от всех тех, которые считают себя мудрыми, имея лишь мирскую мудрость; скрыл, потому что они сделали себя недостойными, по своему самомнению и гордости. Младенцам, т. е. людям простым, как младенцы, незнакомым с книжною мудростью. Таковы были апостолы (1 Кор. 1:26. 27). Им Господь открыл тайны своей веры, и они приняли эти тайны в простоте своей души, и не только сами приняли веру Христову, но и проповедуют ее другим; тогда как ученые книжники и фарисеи не только сами не принимают проповеди евангельской, но и препятствуют другим принимать, преследуют и самых проповедников. „Утаил, это не значит, чтобы Бог был, но сами люди бывают причиною сего, пишет св. Златоуст. Так сказано в том же смысле, в котором говорит Павел о язычниках: предал их Бог в неискусен ум“ (Рим. 1:28). Тако бысть благоволение пред Тобою (таково было Твое благоволение), т. е. такова Твоя благая и премудрая воля. Ты все ведешь к лучшему часто путями, для людей непостижимыми или кажущимися им неправильными. — Господь И. Христос произнес Свою молитву к Богу Отцу: Нсповгъдаютися, Отче и пр. для того, чтобы показать, что фарисеи, не слушая Его, отпадают не только от Него, но и от Бога Отца (Злат.).

 Доброплодной называем такую волю, которая, по подобию плодоносной земли, производит из своего сердца (внутреннего человека) многоразличные высокие помыслы и пожелания и усердно посвящает их славе Божьей, как первородные плоды. Именно здесь проявляется глубокое благоразумие — ум, тяготеющий к Небу. Здесь воздыхания, полные любви, и стоны сердечные, возносящиеся горе: "о милостивый Боже, как я желаю не только страдать, но и умереть за Тебя, хотя бы то было самой тяжкой и поносной смертью. "
 Этими небесными мыслями Бог и человек столь тесно соединяются во всяком добром деле, что от этих внутренних благоприятных соотношений между Богом и человеком, является невидимое, но ощутимое общение человека с Богом и самый искренний союз с Ним — до того искренний, что невидимо сообщается человеку свыше великая Божья милость относиться к Богу во всяком событии так, как добрый сын относится к своему отцу, говоря: "ей, Отче! ибо таково было Твое благоволение" (Мф. 11:26). "Так, Отче, если мы все доброе получили и получаем от руки Твоей, то неужели ничего злого не перенесем на себе"?
 Так истинный христианин все, что ни случается с ним доброго и недоброго, все принимает охотно, как посланное ему от Бога. Эта истина была известна еще древним мудрым мужам; один из них, Эпиктет так учит: "никогда не смей говорить: я потерял то или другое что либо; но говори: я то, или что-нибудь другое (которого ты лишился), отдал Богу. Умерло ли у тебя дитя — оно отдано Богу; отнято ли кем имение — и оно не отдано ли Всевышнему. Быть может скажешь: злодей отнял его у меня — зачем говоришь так: Господь дал, Господь и взял. Но как скоро оно взято, ты заботься о нем столько же, как бы заботился о чужом имении, или как путешественник заботится о том доме, где он имел отдых или ночевал. "
 Так должен думать всякий, желающий искренне предать себя Богу. Обо всем, им потерянном из имевшегося у него, он рассуждает так: "Бог дал мне, Бог и взял,///" то есть он при этом обращает взор свой не к похитителю — человеку, но к попустившему это Богу, возвращающему Свое, наперед Им же данное. Поэтому истинно преданный Богу во всяком событии с ним повторяет слова Христовы: "Ей, Отче, совершилось это потому, что таково было Твое благоволение. " Вникни, любезный читатель, обстоятельно в смысл и значение этого премудрого и таинственного Божественного изречения. 
 Отец Небесный в древности сказал Сыну Своему через пророка Исаию: "Я поставлю тебя в завет для народа (Израильского), во свет для язычников" (Ис. 42:6), как бы этим говоря: "Мне недостаточно, чтобы Ты привел ко Мне остаток верных Мне Израильтян; Я хочу, чтобы Ты и незнающих обо Мне язычников просветил и обратил ко Мне. "
 Это воля Отца Небесного было проречена пророком за восемьсот лет до Рождества Христова от Пречистой Девы Марии, и была принята Сыном, имеющим по Божественному Существу одно хотение со Отцом, принята для исполнения с охотной готовностью смиренной человеческой Своей воли. Так повествует об этом Евангелист Матфей: "в то время Иисус сказал: Славлю Тебя Отче и Господи…" Говорил Он Отцу Небесному в духе Своего всегдашнего единения с Ним. После того как на самом деле исполнил волю Своего Отца, благовестив народу, и в особенности своим ученикам, Тайну искупления рода человеческого через Свою Евангельскую проповедь, с какой радостью и в каком восторге прославляет Он Святейшую волю Отца небесного, говоря: "Славлю Тебя, Отче, Господи Неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных (по их самомнению) и открыл то младенцам (т.  е. ученикам Своим, подобным младенцам по духовной простоте и сердечной их чистоте). Ей, Отче! Ибо таково было Твое благоволение: все исполню, Отче, что ни повелишь Мне. "
 Подобно тому, как Отец Небесный за столько лет до рождения Сына во плоти говорил с Ним чрез пророка Исаию, так точно говорит Он с каждым из нас испокон веков. Ибо Он всех нас распределил по времени и пространству, наперед с совершенной точностью зная о каждом из нас: когда и где, кто именно имеет родиться, когда умрет, и для каждого подготовил верную помощь для спасения его и блаженства, согласуя эту помощь с характером и духовно-нравственными свойствами каждой личности. Ибо Бог предвидит всю жизнь каждого из нас во всей ее совокупности настоящего, прошедшего и будущего времени, в полном ее движении, со всеми ее обстоятельствами в каждое время, как бы жизнь каждого совершалась на Его (Божьей) длани, перед Его глазами. И Он содействует к спасению каждого невидимо, но разумно, или точнее сказать — премудро, распоряжаясь многоразличными средствами или событиями, сладкими для нас или же горькими, приятными или противными. 
 А потому должны мы твердо верить в управление Божье вселенной и в особенности в промысел Божий о человеке, и быть внимательными к себе: благодарим ли мы Бога каждый раз за все то, что Он посылает нам во все течение нашей жизни — приятное ли для нас или неприятное, но всегда приводящее нас ко спасению. А потому должны мы разумно сообразовать наши желания с волей Божьей, выражающейся в знаменательных событиях, происходящих с нами и признаваемых совершенно предающими себя в волю Божью за глас Божий, ///отзывающийся в их сердце. И при каждом изъявлении нам Божия благоволения или не соизволения нашим намерениям или предприятиям, должны мы смиренно и с покорным духом благодарить Бога, повторяя слова нашего Спасителя и Искупителя: Славлю, Тебя, Отче, за все, посланное мне Тобой для поддержания моей жизни, для исправления моих заблуждений и для спасения души моей. Ей, Отче! Верю я — таково было Твое благоволение обо мне. 
 

Но Христос нашел утешение в том, что если возвещаемое Им откровение или божественная мудрость осталась сокры­тою для мнящих себя мудрыми и разумными, то она открыта младенцам, т. е. нижайшим членам человеческой семьи в умственном и общественном положении, несшим доселе на себе все тяготы презрения в мире. И к ним-то теперь Спа­ситель обратился с любящим воззванием: «Прейдите ко мне все утруждающиеся и обремененные, и Я успокою вас. Возьмите иго Мое на себя, и научитесь от Меня: ибо Я кроток и смирен сердцем; и найдете покой душам вашим. Ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко».

«Ей, Отче! ибо таково было Твое благоволение». Предполагаемое нами чтение: «воистину, Отче! потому что это (т. е. то, что Господь открыл младенцам) стало таким образом благоугождением пред Тобою». Εὐδοκία стоит без члена; очевидно, это – сказуемое. «Стало» или «сделалось» – самое близкое значение греческого: ἐγένετο: Слово стало плотию – ὁ λόγος σὰρξ ἐγένετο. Ин. 1:14.

Прискорбно было сердцу Богочеловека ожесточенное неверие городов, видевших поразительное явление силы Божией и непокаявшихся, но Всеведущий знал, что проповедь Евангелия окончательно восторжествует над лжеверием и неверием; Он зрел Своим оком всемирную победу христианства, зрел, как избранные Им проповедники, простые и неученые, но умудренные Духом Святым, пронесут учение Его во все концы мира и восторжествуют над всеми сильными, славными и мудрыми мира. Возрадовавшись духом, Он молитвенно обратился к Отцу Небесному и произнес: исповедаютися, Отче, Господи небесе и земли, яко утаил еси сия от премудрых и разумных, и открыл еси та младенцем. Ей, Отче, яко тако быст благоволение пред Тобою. Здесь словами: утаил, открыл, по толкованию святителя Иоанна Златоуста, «означается не то, будто Бог сие производит, но относится сие к людям, подающим к тому причину».

Господь и Сам после этих слов возрадовался и обратился к Отцу: «Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл младенцам. Ей, Отче! Ибо таково было Твое благоволение» (Лк. 10:21). Благоволение Божие выразилось в том, что тайны Царства были открыты простым, не книжным людям (младенцам как в смысле учености, так и в значении незлобия), а не тем, кто считал себя мудрым, разумным и достойным этого познания. Слова, что Отец что-то «утаил», не делают Его виновником их незнания. Подобный оборот встречается и в беседе о Хлебе небесном (Ин. 6:44). Открываемое через Христа учение о Царстве имеет особое свойство: адресованное всем людям, оно остается закрытым для человека пристрастного, не желающего его принимать по злобе или неспособного его принять из-за греха. Можно думать о себе как о хорошем и достойном человеке, никогда никому ничего плохого не делавшем, и в этой самоуспокоенности (по сути, греховной) так и не почувствовать нужды в Спасителе; знание библейского учения остается для такого человека внешним, то есть невостребованным, непонятым, утаенным.