Евангелие от Луки, Глава 8

Новая 8-я глава начинается с обобщения, которым евангелист Лука характеризует все последующее время проповеди Иисуса Христа в Его странствии «по городам и селениям.» Палестины, когда синагоги были для Него уже закрыты. В этом обобщении Лука приводит некоторые имена и сведения, которые были неизвестны другим евангелистам.

Иисус следует той программе своей деятельности, которую Он некогда высказал, уходя из Капернаума, когда «народ... удерживал Его, чтобы не уходил от них. Но Он сказал им: и другим городам благовествоватъ Я должен Царствие Божие, ибо на то Я послан» (4:42-43). Вот теперь мы видим, что Он бла- говествует Царство не только проповедью, но и своими делами, исцеляя людей от болезней и освобождая их от злых духов.

Его постоянно сопровождает большая группа учеников и сотрудников. Прежде всего, это «двенадцать», самый ближний круг. Однако не только они, по и другие ученики, среди которых было немало женщин, «которых Он исцелил» и которые из благодарности следовали за Ним как участницы Его движения. Три женщины названы по имени. Это, во-первых, Мария Магдалина, из которой Он изгнал семь бесов. Ясно, что у нее было тяжелое прошлое. Во-вторых, это Иоанна, жена Хузы, домоправителя Иродова, то есть, можно сказать, придворная дама. В-третьих, некая Сусанна. «Многие другие» женщины остались неназванными.

В дальнейшей традиции Мария Магдалина отождествлялась с «грешницей», которой были прощены грехи, и которая обливала ноги Иисуса слезами и мазала их драгоценным миром (7:36-50). О пей шла речь выше. Но в Евангелиях никаких подтверждений такому отождествлению не существует. Скорее всего, Мария Магдалина - не та грешница, но совсем другая женщина, которую Иисус исцелил от некоей одержимости, изгнав из нее семь бесов. То же мы читаем и в Евангелии от Марка (Мк. 16:9). Никаких подробностей об этом изгнании мы не знаем, не знаем также, почему именно «семь» бесов.

Иногда бывает интересно следи ть за интерпретациями тех или иных евангельских рассказов в истории церкви. Эти интерпретации, уходя далеко-далеко от исторической реальности, часто образуют целые пласты культуры. Так случилось и с образом Марии Магдалины. Весьма поучительная история.

В православной традиции Мария Магдалина почитается как равноапостольная святая жена-мироносица с опорой исключительно на евангельские свидетельства о ней. Она не отождествляется с «грешницей», то есть с блудницей, которой были прощены грехи и которая обливала ноги Иисуса слезами и мазала их драгоценным миром. Так, например, святой Димитрий Ростовский в ее Житии писал:

«Если бы Магдалина была той самой блудницей, то что сказали бы ненавидящие Христа иудеи, ищущие любого повода для его хуления и осуждения, видя, что явная грешница долгое время ходит вслед Христа и Его учеников? Если уж ученики Христовы, увидев однажды, что Господь беседует с самарянкой, удивились тому, что Он разговаривает с женщиной, то тем более враги не стали бы молчать, если бы видели явную грешницу постоянно за Ним следующую и Ему служащую» (Димитрий Ростовский, Жития святых, 22 июля).

Напротив, в католической традиции Магдалина была отождествлена еще с несколькими евангельскими персонажами: с Марией, сестрой Марфы и Лазаря (Ин. 12:1-8); с неназванной женщиной, которая помазала голову Иисуса в Вифании, в доме Симона прокаженного (Мф. 26:6-7); и вот с той .самой безымянной «грешницей», омывшей ноги Христа слезами и миром в доме Симона фарисея (Лк. 7:37-38). Таким образом, Магдалина постепенно приобрела черты кающейся блудницы. Согласно этой традиции, Магдалина зарабатывала блудом, но, увидев Христа, оставила свое ремесло и стала следовать за Ним, затем в Вифании омыла Его ноги миром и отерла своими волосами, присутствовала на Голгофе и т. д.

В народном сознании жителей средневековой Европы образ кающейся блудницы Марии Магдалины приобрел чрезвычайную популярность и красочность и закрепился до наших дней. Ну а живописные изображения «Кающейся Марии Магдалины» весьма многочисленны и всем хорошо известны. Особенно знаменита Эрмитажная картина Тициана. Магдалина изображалась в виде отшельницы, подчас в пещере, с черепом, иногда без одежды или в рубище, покрытая только волосами.

Еретическое «Евангелие от Филиппа» идет дальше и расцвечивает отношения Иисуса Христа и Марии Магдалины так: «Господь любил Марию более всех учеников, и Он часто лобзал ее уста. Остальные ученики, видя Его любящим Марию, сказали Ему: Почему Ты любишь ее более всех нас? Спаситель ответил им, Он сказал. им: Почему не люблю Я вас, как ее?!» Подобные апокрифы породили дальнейшие фантазии: мол, Магдалина и Иисус Христос были женаты; Магдалина родила Иисусу ребенка, который впоследствии стал родоначальником династии Великих хранителей Священного Грааля. Именно этот мотив использован в скандальном и, к сожалению, популярном романе Дэна Брауна «Код да Винчи», по которому был поставлен еще и фильм. Роман появился в 2003 году. О сто популярности можно судить по тому, что в первый же день было продано 6 тысяч экземпляров, а общий мировой тираж романа, переведенного на 40 языков, приближается к 80 миллионам экземпляров! Таково наше общество. А кто виноват во всей этой глупости? Этот вопрос мы, христиане, должны задавать сами себе, не взваливая вину на других.

Надо сказать, что в протестантской традиции тождество Марии Магдалины и блудницы, как и в Православии, отрицается, и Магдалина почитается исключительно как святая мироносица.

Однако вернемся к нашему тексту. О других названных женщинах, упомянутых евангелистом Лукой, мы знаем еще меньше, чем о Марии Магдалине. Об Иоанне, жене Хузы, нам известно только то, что она вместе с Марией Магдалиной и другими женшинами-мироносицами посетила гробницу Иисуса и потому была одной из свидетельниц воскресения (Лк. 24:10). О Сусанне мы вообще ничего сказать не можем: она больше нигде не упоминается.

Упоминание этих трех женщин и всех других, которые поддерживали Иисуса своим участием и «служили Ему имением своим», показывает то большое значение, какое имели женщины в движении Иисуса и в Его зарождающейся Церкви. Среди них были богатые и влиятельные в общественной п политической жизни женщины. Недаром ведь отмечено, что Иоанна была женой управляющего Ирода Антипы, который был тетрархом, правителем Галилеи и Переи с 4 по 39 год РХ. Эти женщины посвятили себя служению Иисусу, выравнивали пути и открывали двери для Его миссии. Мы не можем сказать, какие конкретно задачи, функции, служения и должности несли они во время земной деятельности Господа, и чем они отличались в этом отношении от апостолов и других сотрудников-мужчин. В любом случае Иисус Христос обнаруживает нечто необычное для иудейского мужчины того времени - прорывающую все границы открытость для сотрудничества женщин. Правда, оказывать раввину материальную помощь всегда считалось делом богоугодным. Но при этом никаких женщин иудейскому учителю иметь в своей свите не позволялось. Поэтому непринужденное и лишенное предрассудков общение Иисуса Христа с женщинами вызывало постоянную критику Его фарисейских противников.

«Слово Божье» и его воздействие - тема следующих отрывков Евангелия от Луки (8:4-21). В настоящей притче о сеятеле и о семени Лука следует Евангелию от Марка (Мк. 4:1-20), редактируя его текст. Он обрамляет текст Марка вводным примечанием о множестве народа из всех городов, стекавшемся послушать Иисуса (ст. 4), и заключением с призывом приносить плод от услышанного и хранимого в сердце Слова Божьего (ст. 15).

Обступившей Иисуса большой толпе народа Он говорит притчу о семени (παραβολή) (8:4-8). Толкование этой притчи, а также последующая притча о зажженной свече (8: 16-18) предназначены только апостолам (8:9-15) - так же, как и Напольная проповедь произносилась только для ближних учеников-апостолов.

Мы замечаем еще маленькое, по существенное отличие от евангелиста Марка. У Марка Иисус говорит: «вышел сеятель сеять». А у Луки сказано: «вышел сеятель сеять семя свое». Понятно, что, если семя - Слово Божье, а сеятель - Иисус Христос, то у Луки Иисус говорит не просто о Слове Божьем, а о Слове Божьем в своей проповеди. «Семя» испытывает разную судьбу: 1. Часть его упала на дорогу и была потоптана и поклевана птицами. 2. Часть упала на камни и засохла из-за отсутствия влаги. 3. Часть упала в терния, и терния задушили ростки. 4. Часть же упала на добрую почву, взошла и принесла стократный урожай. - Три отрицательных результата и один положительный. Притча под этими разными результатами сеяния подразумевает не разные реакции слушателей Слова, но выражает уверенность Иисуса Христа в том, что, несмотря на всяческий неуспех, Слово Божье тем не менее даст всходы и принесет плод. И «плод» будет неожиданный, просто фантастический - стократный! Это намек на Книгу Бытия, где сказано: «И сеял Исаак в земле той и получил в тот год ячменя во сто крат: так благословил его Господь» (Быт. 26:12). «Плод» может означать как плодотворное воздействие апостольской миссии, так и практический плод нового образа жизни последователей Иисуса. Вспомним неоднократно повторяемые слова евангелиста Луки в его Книге Деяний святых Апостолов о возрастании «семени» Слова Божьего: «И слово Божие росло, и число учеников весьма умножалось в Иерусалиме; и из священников очень многие покорились вере» (Деян. 6:7; ср. 12:24; 19:20). В заключение Иисус говорит народу: «Кто имеет уши слышать, да слышит!» Речь идет о том, что слушать можно по-разному. Можно слушать и не слышать, то есть не постигать евангельское Слово. Чтобы оно было по-настоящему услышано, оно не должно быть всего лишь акустической информацией, но должно быть усвоено, пустить корни глубоко в сердце. В последнем случае слушатели будут «доброй земли» (ст. 15), и Слово Божье станет «приносить плод» (ст. 8).

Особого внимания заслуживает начало ответа Иисуса ученикам: «Ученики же Его спросили у Него: что бы значила притча сия ? Он сказал: вам дано знать тайны. Царствия Божия, а прочим в притчах, там что Буквальный (и правильный) перевод: «чтобы они видя на видали и слыша на уразумели» (Еп. Кассиан). Надо с казать, что э го всегда звучало загадочно, так, будто Иисус говорил притчами, чтобы люди не смогли попять смысл сказанного. Но нам трудно поверить, чтобы Он преднамеренно скрывал от своих слушателей смысл своих высказываний. Дело в том, что у евангелистов несколько неудачно цитируется текст из пророка Исаии. Напомню это пророчество:

И сказал Он: поиди и скажи этому народу: слухом услышите - и не уразумеете, и стами смотреть будете - и не увидите.

Ибо огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули, да не узрят очами, и не услышат ушам и, и не уразумеют сердцем,

и не обратятся, чтобы Я исцелил их (Ис. 6:9-10).

Иначе говоря, имеется в виду следующее: Иисус Христос потому и говорил они видя не видят и слыша не разумеют». У евангелиста Марка ответ Иисуса звучит немного иначе: «Когда же остался без народа, окружающие Его, вместе с двенадцатью, спросили Его о притче. И сказал им: вам дано знать тайны Царствия Божия, а тем внешним все бывает в притчах; так что они своими глазами смотрят, и не видят; своими ушами слышат, и не разумеют, да, не обратятся, и прощены будут им грехи» (Мк. 4:10-12). Мы замечаем, что у евангелиста Луки смысл тайн Царства Божьего доступен только ближайшему кругу учеников. Все прочие «видя не видят и слыша не разумеют». Поэтому им все говорится в притчах. Конечно, это не подразумевает, что Двенадцать составляют какую-то эзотерическую группу посвященных в отличие от прочих последователей Иисуса Христа. Нет, речь идет о глубине внутреннего постижения Евангелия Христа и о способности адекватной проповеди Евангелия. Им, Двенадцати, даны, вручены «тайны Царствия.», и они возвещают эти тайны далее в своей апостольской миссии. Не все же христиане - апостолы: этой харизмой обладают немногие. Прочим же, не-апостолам, «тайны Царствия» возвещаются в притчах, ибо они, согласно пророку Исайе (Ис. 6:9), видя т и слышат лишь отчасти. Так, согласно евангелисту Луке, существует некая степень усвоения евангельских истин, что и соответствует церковной реальности не только его времени, по и всех последующих времен.

Далее Иисус истолковывает для своих учеников притчу о семени. «Семя есть слово Божие», и это Слово попадает в различные ситуации слушания и внимания. Часто проповедь Слова Божьего терпит неудачу: 1. Слово слушается, но скоро уносится диаволом из сердца. 2. Слово с радостью принимается, но потом отвергается теми людьми, вера которых не имеет крепких корней. 3. Слово слушается, вроде бы усваивается, но жизнь с ее заботами душит его, и оно остается бесплодным. 4. Наконец, Слово слушается, удерживается и, благодаря крепости веры и терпения, приносит плод. - Лука понимает, сколько многообразных трудностей встает перед христианской миссией. Но при этом он полон уверенности, что, несмотря ни на что, есть много таких, «которые, услышав слово, хранят его в добром и чистом сердце, и приносят плод в терпении». «Хранение», точнее, *удержание» (κατέχω) Слова в добром и чистом сердце - это тоже плод хорошей апостольской проповеди, и «плодоношение» слушающих - результат «терпения», точнее, «стойкости и выдержки» (υπομονή) перед лицом конкретных жизненных трудностей, бесстрашного принятия реальности.

Перед нами три разных премудрых изречения, каждое из которых продолжает тему слушания Слова Божьего. 1. Изречение о светильнике («свече» в нашем переводе). 2. Ничто не может остаться тайным. 3. Кто имеет, тому дано будет.

Изречение о светильнике возникает и далее, в Лк 11:33 (Q), об обнаружении тайного - в Лк. 12:2 (параллель в Мф). Что касается изречения «кто имеет...» (ст. 18), то оно явно примыкает к стиху 15 о доброй почве, на которую падает Слово Божье: ученики Христовы должны вслушиваться в Слово Божье и усваивать его. В таком случае им «дано будет» и действие Слова Божьего в них, и спасение.

Изречение о светильнике («Никто, зажегши свечу, не покрывает ее сосудом, или не ставит под кровать, а ставит на подсвечник, чтобы входящие видели свет») в более древней редакции находится в Нагорной проповеди Евангелия от Матфея. Там (Мф. 5:15) речь идет о палестинском доме с плоской крышей. В таком доме только одно помещение, в котором масляный светильник никто не ставит под «ведро», по выставляют на специальной подставке. Евангелист Лука - человек иной культуры быта, не палестинской. Он исходит из представления о более обширном доме с несколькими комнатами. Входящие в такой дом должны видеть свет. Потому светильник ставят на подставку, а не прячут - только уже не под ведром, как у Матфея, а под неким «сосудом». Цель светильника- «чтобы входящие видели свет». Речь идет о том, что проповедь Слова Божьего в Церкви и Церковью должна происходить так, чтобы его свет просвещал «всех», кто открывает себя Евангелию и «входи т» в круг последователей Иисуса Христа. Подчеркивается универсальный характер проповеди Слова. Эта проповедь не замыкается в узком кругу посвященных, как в какой-то секте, по должна происходи ть откры то и публично, «стоять на подсвечнике».

Второе изречение о «тайном»: нет ничего тайного, что не сделалось бы явным...» То, ч то было вверено Иисусом первоначально только Двенадцати и узкому кругу последователей, должно обнаружиться, стать явным и известным. Учение Иисуса Христа не есть что-то принципиально «тайное» (наподобие языческих «мистерий» и практик всяких тайных обществ). Разумеется, процесс катехизации, обучения, проходит разные ступени усвоения, введения в «тайну Царства Божьего». Но христианское учение никогда не было тайным гнозисом эзотерической секты, по всегда было открытым и публичным.

Третье изречение о правильном слушании: «Наблюдайте, как вы слушаете: ибо, кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется, и то, что он думает иметь». Оно непосредственно относится к притче о сеянии семени Слова Божьего, объясняя, как именно следует принимать это Слово. «Кто имеет...»: «иметь» Слово Божье - означает «хранить», «удерживать» его. Кто так поступает, тому «дано будет». Что дано? Благодать и благословение. А кто «не имеет», то есть обходится со Словом Божьим, как в тех трех отрицательных случаях притчи о сеянии семени (ст. 11-15), «у того отнимется и то, что он думает иметь». То есть существует опасность иллюзорного, мнимого обладания Словом Божьим, которое остается бездейственным. - Конечно, здесь действует универсальный закон постоянства: чем более ученик учится, тем большему может он научиться; но если он отказывается продолжать учебу, то забудет и то, что знает. Мы идем либо вперед, либо остаемся позади, и тог, кто по идет вперед, тот обязательно отстает от жизни. Кто ищет, то т всегда найдет; по тот, кто перестает искать, теряет и то, что имел.

В этом отрывке Лука (как и Матфей) опирается на Евангелие от Марка, по в извес тной степени изменяет рассказ Марка. Можно указать три важных отличия Луки от Марка. Во-первых, в Евангелии от Марка слово Иисуса Христа о Его родствен пиках более пространно и более решительно:

И сказали Ему: вот. Матерь Твоя и братья Твои и сестры Твои, вне дома, спрашивают Тебя. И отвечал им: кто матерь Моя и братья Мои? И обозрев сидящих вокруг Себя, говорит: вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь (Мк. 3:31-35).

Так у Марка. Во-вторых, в Евангелии от Марка непосредственно перед этим эпизодом рассказывается о том, что родственники Иисуса хотели «взять Его, ибо говорили, что Он вышел из себя» (Мк. 3:21), и это может логически объяснять как бы «отречение» Иисуса от своих родственников. Да и в Евангелии от Матфея Иисус, исходя из своего горького опыта, предупреждает своих учеников, что врагами человека могут быть и «домашние его» (Мф. 10:36). Евангелист же Лука избегает всяких отрицательных упоминаний о родственниках Иисуса Христа. И, в-третьих, Лука не пишет пи о каких «сестрах» Иисуса. Только «Матерь и братья». И поэтому исследователи Писания придерживаются мнения, что Лука под «братьями» Иисуса понимал Его двоюродных братьев и еще более далеких родственников. А «сестер» для евангелиста Луки у Христа никаких не было. И это мнение укладывается в веру I Церкви в приснодевство Марии.

Итак, мать и братья приходят к Иисусу, по из-за толпы народа не могут к Нему приблизиться. Ему сообщают, что Его родные «стоят, вне». Эго «стояние вне» можно понимать и в пространственном, буквальном смысле - «вне толпы, вне дома», но можно также понимать - что характерно для Луки - и в переносном с мысле: «они - внешние». Не все родственники Иисуса принадлежат к верующим в Него и к слушающим Его Слово Благой вести. По при этом они хотели бы Его видеть: «Матерь и братья Твои стоят вне, желая видеть Тебя». Это примечательно: до сих пор речь шла о «слушании» Слова Божьего из уст Иисуса, а родственники желают не «слушать», а только «видеть» Его.

Иисус отвечает, что Его истинные родственники «суть слушающие слово Божие и исполняющие его». Кто «удерживает» и «хранит» Слово проповеди Иисуса Христа, тот принимается в семью Иисуса, в Его Церковь.

Конечно, из прочитанного отрывка можно делать и более общий нравственный вывод, который диктуется человеку его житейской практикой. Ведь нередко человек чувствует себя ближе к чужим людям, нежели к родным. Самые тесные отношения между людьми - не кровное родство, а родство душ и мыслей. Только люди с общими целями, общими принципами и общими интересами становятся поистине близкими друг другу. Но этот практический вывод «естественной» нравственности, конечно, не был целью рассказа Евангелия от Луки. Речь идет не об этом тривиальном выводе, а о важности и значимости внимательного слушания спасительного Слова Божьего.

Мы прочитали и разобрали три отрывка Евангелия о слушании и исполнении «Слова Божия» (8:4-21: притчу о сеятеле с ее толкованием; об истинном слушании; об истинных родственниках Иисуса Христа). За этими тремя отрывками следуют три удивительных чуда Иисуса: усмирение бури, исцеление «Гадаринского бесноватого» и воскрешение дочери Иаира (8:22-5(5). Они дополняют проповедь словом, проповедью чудесами, в которых властное слово Иисуса одолевает силы природы, демонов и самое смерть.

Итак, усмирение бури. В этом рассказе евангелист Лука следует Марку (Мк. 4:35-41) и при этом редактирует его текст. Он его сокращает и концентрирует на личности Иисуса Христа.

«В один день», в который происходят все три упомянутых чуда, Иисус желает переправиться со своими учениками на другой берег Геннисаретского озера. Они тотчас отправились в плавание. Иисус в лодке заснул, и тут на озере разразился шторм. Жизни Иисуса и Его учеников грозила опасность. Ученики разбудили «Наставника» (у Марка «Учителя»). Кстати, если говорить о редакторской работе Луки, вспомним, что в Евангелии от Марка апостолы говорят Иисусу: «Учитель! неужели Тебе нужды пет, что мы погибаем ?» Лука не может позволить себе вложить в уста апостолов такую речь. У него они говорят скромнее, не возмущаются, а умоляют: «Наставите! Наставник! Погибаем». Иисус встает, «запрещает» ветру и волнам, и они «престали», то есть прекратились. Здесь мы видим, что силы природы мгновенно подчиняются божественному слову повеления Иисуса, как мы читаем об этом уже в ветхозаветных писаниях. Вспомним хотя бы всем известный Псалом 103:

Бездною, как одеянием, покрыл Ты ее;

на горах стоят воды.

От прещения Твоего бегут они,

от гласа грома Твоего быстро уходят (Пс. 103:6-7).

или Псалом 105:

Грозно рек морю Чермному, и оно иссохло;

и провел их по безднам, как по суше (Пс. 105:9).

После слова Иисуса Христа «сделалась тишина». Все э ти замечания символичпы, так как они напоминают об изначальном состоянии тишины и покоя творения, равно как и о конечном обещанном покое. Нам в переводе это не заметно. По ведь когда евангелист пишет, что ветер и волны «престали» (по-гречески έπαύσαντο), то он использует слово, родственное именно слову «покой» (άνάπαυσις), то есть переводу еврейского слова «шаббат», «суббота», Божественный покой.

Иисус с некоторым упреком спрашивает учеников об их вере: «Где вера ваша?» (У Марка более резко: «Что вы так боязливы ? как у вас нет веры ?» (Мк. 4:40) Но евангелист Лука всячески избегает таких резкостей и грубостей, особенно в устах

Иисуса). Вопрос «Где ваша вера?» означает, что в критической ситуации и через опыт спасения вера апостолов должна была бы возрасти и укрепиться. Однако апостолы обнаруживают свое маловерие. Они исполняются страхом и удивляются, но не открывают в Иисусе «Господина творения», Господа, которому повинуются стихии. - «Они же в страхе и удивлении говорили друг другу: кто же amo, что и ветрам, повелевает и воде, и повинуются Ему ?»

Разумеется, смысл рассказа шире, чем усмирение конкретной бури на Геннисаретском озере. Смысл в том, что там, где присутствует Господь Иисус, там утихает всякая буря - буря искушений и страстей, скорбей и страданий, которые сопровождают плавание любого человека по жизненному морю.

Лука заимствует историю Евангелия от Марка (Мк. 5:1- 20), слегка обрабатывая ее. В Евангелиях сообщение о замечательном случае экзорцизма превращается в рассказ о проповеди среди язычников. Исцеленный становится здесь первым посланником, апостолом Иисуса в языческом Десятиградии, Декаполисе. Это союз десяти городов со своей валютой и своим исчислением времени в восточном Заиорданье (Дамаск, Дион, Гадара, Гepaca, Гиппос, Канафа, Пелла, Филадельфия (Амман), Рафана, Скифополь (Бет-Шеан) и Авила). Эта история обосновывает более позднюю языческую мисс ию Церкви, в которой Иисус демонстрирует с вою власть на языческой территории. Слово Иисуса, Его Евангелие, освобождает язычников. Как сказал Господ!» Иисус апостолу Павлу в Книге Деяний, он посылается к язычникам, чтобы «открыть глаза им, чтобы они обратились от тьмы к свету и от власти сатаны к Богу, и верою в Меня получили прощение грехов и жребий с освященными" (Деян. 26:18).

Итак, Иисус переправляется на противоположный берег Гениисаретского озера, которое называют также Галилейским морем.  

Итак, напомню, что, читая восьмую главу Евангелия от Луки, мы сначала разобрали три отрывка Евангелия о слушании и исполнении «Слова Божия» (8:4-21: это притча о сеятеле с ее толкованием, а также изречения об истинном слушании и об истинных родственниках Иисуса Христа). За этими тремя отрывками в той же восьмой главе следуют еще три отрывка, в которых проповедь словом подкрепляется проповедью чудесными делами. В них властное слово Иисуса одолевает враждебные человеку силы. Мы рассмотрели рассказ об усмирении бури (власть над враждебной силой природы), рассказ об исцелении гадаринского бесноватого (власть над силами бесовскими). Теперь мы прочитали отрывок, в котором Иисус Христос показан как Господин над болезнью и даже над смертью.

В основе этого отрывка лежит сообщение евангелиста Марка (Мк. 5:21-43). В нем, как и у Луки, в рамки рассказа о воскрешении двенадцатилетней девочки вставлен рассказ об исцелении кровоточивой женщины.

Мы читаем, что, когда Иисус возвратился с языческого берега Геннисаретского озера нa галилейский, там Его уже ожидал народ. 

После эпизода с кровоточивой возобновляется прерванный рассказ о начальнике синагоги Иаире и его дочери. Приходит некий человек из дома Иаира «и говорит ему: дочь твоя умерла,; не утруждай Учителя,. Но Иисус, услышав это, сказал ему: не бойся, только веруй, и спасена будет,».