Евангелие от Луки 15 глава 18 стих

Так с особенной ясностью Он раскрыл сию мысль в третьей еще притче о блудном сыне, где младший сын представлял в себе мытарей, старший, занятый своей праведностью, – фарисеев.

+++Горский А. В. прот. История Евангельская и Церкви Апостольской. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1902. С. 162++

224.Но вернемся к отцу. Хотя я и не опасаюсь, что мы отойдем слишком далеко, как тот раскаявшийся, — мы не уходили и постоянно находились в винограднике, и если бы он оставался там, не отступил бы от отца, — однако поостережемся, как бы нам не задержать их примирение! Отец не промедлил и легко примиряется с сыном, когда тот усердно просит. Давайте научимся обращаться к Отцу с такой прилежной мольбой! Отче, — сказал он. Сколь милосерден, сколь сынолюбив тот, кто, даже будучи обижен, не лишает сына права называть его отцом. Отче, — говорит сын, — я согрешил против неба и перед тобою .

225.Таково первое исповедание перед Творцом природы, Владыкой милосердия, Судьей преступления. Хотя Бог знает все, Он ожидает слов твоего раскаяния. Устами исповедуют ко спасению (Рим. 10:10), потому что облегчает бремя вины всякий, кто возлагает ее на себя: предваряя обвинение признанием, он избегает злобы обвинителя. Праведный в начале речи своей обвиняет себя (Притч. 18:17). Напрасно захотел бы ты скрыться от Того, Кого ты не можешь ни в чем обмануть, и без опаски ты можешь высказать все, что, как ты знаешь, уже известно. Лучше исповедай вину, чтобы вступился за тебя Христос, Которого мы имеем заступником перед Отцом (См.: 1 Ин. 2:1), чтобы просила за тебя Церковь и проливал слезы народ. Не бойся не достигнуть просимого. Ходатай уверяет тебя в прощении, Покровитель обещает милость, в примирении с любящим Отцом заверяет тебя Защитник. Верь Ему, потому что Он есть Истина, будь спокоен, потому что Он есть Сила (Ср.: 1 Ин. 5:6; Ин. 14:6; 1 Кор. 1:24);. У Него есть причина вступиться за тебя: за тебя Он умер (См.: Гал. 2:21). А у Отца есть основание просить, ибо чего хочет Сын, хочет Отец.

226.Я согрешил против неба и перед тобою. Здесь указывается не на небо как на стихию, но подразумевается, что из-за греха души небесные дары Духа потерпели ущерб. Или эти слова означают, что не следовало удаляться от лона матери — небесного Иерусалима.

Исповедание греха

Насколько милосерден, насколько благочестив тот, кто, пострадав, не отвергает услышать отеческое имя. Отче, говорит, Я согрешил против неба и пред тобою (Лк 15:18). Это первое покаяние Творцу природы, Покровителю милосердия, Свидетелю вины. Но хотя Бог всё уже знает, Он всё-таки ждёт голоса твоего покаяния. Ведь покаяние совершается устами ради избавления, так как облегчает тяжесть ошибок любого, кто обременил себя, и злобу обвинения исключает тот, кто упреждает обвинителя признанием. А праведный с начала изложения — обвинитель себе. Напрасно же желаешь прикрыть то, что ничем не укроешь, и спокойно продолжаешь то, что, как ты знаешь, уже известно. Покайся скорее, чтобы за тебя вступился Христос, Которого мы имеем Ходатаем пред Отцом (1 Ин 2:1), чтобы просила за тебя Церковь, лил слёзы народ. И не бойся, что не добьёшься. Ходатай гарантирует милость, Защитник предлагает прощение, примирение отцовской любви тебе обещает Освободитель. Поверь, ибо истинно, утешься, ибо это достойно. У Него есть причина вступаться за тебя: чтобы за тебя не умирать напрасно.

И у Отца есть причина для прощения: ведь то, что хочет Сын, хочет и Отец.

И вот вдруг он приходит в себя; он опамятовался, образумился; он решился оставить свою порочную жизнь и просит у Бога прощения хотя на самых тяжких условиях. И лишь только затеплился в темной душе грешника луч надежды на милосердие Божие и решимости покаяться, Господь уже идет к нему навстречу, еще более возгревает Своею благодатию это его душевное расположение. А потом, когда грешник уже совсем возвратился к Отцу Своему небесному, Господь снова ущедряет его Своими дарами, духовными и телесными, взамен утраченных им во время порочной жизни, и это его обращение составляет предмет великой радости Бога и Ангелов.

Выход есть!

Притча показывает нам несколько конкретных шагов, которые возвращают блудного сына, а вместе с ним и всех нас в отчий дом. Первый шаг – в словах: …встану, пойду к отцу моему и скажу ему: «отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих». Юноша не просто сожалеет о том, как несправедлива была к нему судьба или как глупо он поступил, оставив отчий дом, но готов предпринять конкретные шаги: «встану, пойду, скажу». Он не оправдывает свое поведение, не пытается отрицать свои ошибки, переложить вину на других или признать ее частично: «да, виноват, но…». К сожалению, мы часто поступаем совершенно иначе – начинаем с исповедания наших грехов и заканчиваем извинением их в той или иной степени! Исповедать грех означает не просто почувствовать сожаление, раз уж нас поймали за руку на проступке, – мы должны искренне раскаяться в том, что согрешили. Признать, что наши поступки были не просто результатом плохого воспитания, генетической предрасположенности, плохого настроения или неблагоприятных внешних условий. В Псалтири до нас дошло великое исповедание своего греха царем Давидом: Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих изгладь беззакония мои. Многократно омой меня от беззакония моего, и от греха моего очисти меня, ибо беззакония мои я сознаю, и грех мой всегда предо мною. Тебе, Тебе единому согрешил я и лукавое пред очами Твоими сделал, так что Ты праведен в приговоре Твоем и чист в суде Твоем… Отврати лице Твое от грехов моих и изгладь все беззакония мои. Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня. Не отвергни меня от лица Твоего и Духа Твоего Святого не отними от меня. Возврати мне радость спасения Твоего и Духом владычественным утверди меня (Пс. 50:3–6, 11–14). Это замечательный пример покаяния, когда кающийся грешник не торгуется с Богом, не ищет с Ним компромисса, но обвиняет себя честно и открыто.

Непременное условие такой устремленности к Богу – прочь от тяжести прежнего греха – умягчение сердца, о котором святитель Игнатий (Брянчанинов) пишет: «Ищи, чтобы ожило твое мертвое, окаменелое сердце, чтобы оно раскрылось для ощущения своей греховности… тогда явится истинный плод молитвы, истинное покаяние. Ты восстенаешь перед Богом и будешь вопиять к Нему молитвой из бедственного состояния души, тебе внезапно открывшегося… Покаяние для ожесточенного сердца невозможно: надо, чтобы сердце смягчилось, исполнилось соболезнования и милости к своему бедственному состоянию греховности. Когда объемлется и преисполняется сердце милостью, тогда только делается оно способным к покаянию».

Притча о блудном сыне

Продолжая обличение книжников и фарисеев и вместе с тем поучая остальных Своих слушателей, Христос произнес притчу о блудном сыне. У некоторого человека были два сына; младшему надоело быть под попечением отца, захотелось пожить веселой, разгульной жизнью подальше от родительского дома; с этой целью он попросил отца выделить его, а когда получил надел, то, собрав все доставшееся на его долю, ушел в дальнюю сторону и там расточил все свое состояние, живя распутно. Наступившая нужда, а затем и голод заставили его наняться пасти свиней. Во все время своей беспутной жизни он ни разу не подумал об отце, и только теперь, когда дошел до отчаянного положения, когда приходилось умирать от голода, вспомнил про него и, надеясь на его милосердие, сказал: встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою (Лк. 15:18). Встал и пошел к отцу своему.

Как часто мы уклоняемся от Бога только потому, что, по тяжести своих грехов, признаем себя недостойными прощения! Как часто мы говорим: «Грехи мои так велики, что Бог не простит мне, как бы я ни молился Ему; поэтому бесполезно и молиться». Рассуждая так, мы приписываем Богу свои недостатки, свои несовершенства: сами мы не простили бы брату, так же много нагрешившему против нас, и потому думаем, что и Бог не простит нас, если мы обратимся к Нему. Но внимательное чтение притчи о блудном сыне должно убедить нас в необъятной любви и безграничном милосердии Бога. Будем же чаще вспоминать эту притчу и, как бы грешны мы ни были, не будем отчаиваться; сознав тяжесть своих грехов, свернем с греховного пути, вспомним, что есть у нас Отец, Который скорбит о нас и ждет нашего возвращения на путь Божественной истины; скажем: пойду к Отцу моему! И пойдем к Нему смело, надеясь на Его милосердие. Но, рассчитывая на милосердие Божие, будем сами прощать всех, согрешивших против нас, помня слова Иисуса Христа: если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (Мф. 6:15); да и прощать-то будем не со злобой, а с радостью, что согрешивший против нас сознал свой грех и, следовательно, почти освободился от него, с такой радостью, с какой отец притчи простил своего блудного сына.

Иаков вел свое стадо и привел его в дом отца своего.

Таинство для разумеющих, и притча для сведущих — сей приход в дом отца его.

Обратимся и мы к дому Отца нашего.

Братья, да не будем держимы любовью к преходящему миру, ибо ваш город — это Эдем!

Блажен тот, кто узрел в нем своих братьев!

Возвращение к Богу тоже совершается в несколько этапов. Первый этап обозначен словами: «придя же в себя». Порок извращает личность человека, как бы подменяет ее новой личностью, стирает в человеке память о добре и его источнике — Боге. Возвращение к
Богу начинается с того, что человек вспоминает о своей прежней личности — о себе самом до того момента, когда он сознательно встал на путь греха. Он в буквальном смысле приходит в себя — возвращается к своему первоначальному «я», вокруг которого начинает распознавать тени того, что его окружало, с чем он был связан. Ему хочется восстановить разорванные связи, в том числе — и прежде всего — связь с отцом. Ведь именно с разрыва этой связи началось его духовное падение.
Следующий этап — решимость вернуться. Она обозначена словами: «встану и пойду». Это еще не действие: это лишь намерение. Однако Бог не только дела принимает, но и «расположение хвалит»1. Иоанн Лествичник говорит: «Всякому духовному деланию, видимому или умственному, предшествует намерение и усерднейшее желание, при Божием в них содействии; ибо если не будет первых, то и второе не последует»   . В то же время он отмечает: «Правда, что Бог во всем взирает на намерение наше; но в том, что соразмерно нашим силам, Он человеколюбиво требует от нас и деятельности» . Если благое намерение не перерастает в дело, оно не выводит человека на путь покаяния: «Заблудший сын, как скоро вразумил себя о потребности обращения, действительно пошел, и приблизился к отцу. Чрез сие учит притча, что доброе намерение тогда спасительно, когда неуклонно и неленостно приводится в исполнение. Есть люди, которых путь усеян добрыми намерениями; но добрые намерения остались неисполненными, и путь их склонился к аду» .
Наконец, третий шаг — переход от мыслей к действию. Он обозначен словами: «встал и пошел». Это действие становится поворотным пунктом в судьбе блудного сына. Он еще не знает, что  ждет его по возвращении домой, но он знает, что только отец может спасти его.
Фразу, которую сын заготовил, он успевает произнести только частично: «Отче! я согрешил против неба и пред тобою». Здесь «небо» является синонимом Небесного Отца. По словам Григория Паламы, «оный отец — это Бог; ибо как бы тот, отступивший от отца сын, согрешил против неба, если бы это не был Небесный Отец? Итак, он говорит: согрешил я против неба, то есть против святых на небе, и которых жительство на небе, и пред Тобою, Который обитаешь с Твоими святыми на небе»

Востав иду к отцу моему и пр. Это – решимость грешника оставить грех и покаяться. Согреших на небо (согрешил против неба), – все то же, что согрешить пред Богом: небо есть место особенного присутствия Божия; пред тобою – пред отцем, которому так много обязан и который, конечно, оскорблен удалением сына от него. Это – выражение глубокого и искреннего раскаяния во грехах! Уже недостоин (несмь достоин) называться (нарещися) сыном твоим и пр. Это – выражение самого глубокого смирения и недостоинства, каковыми обыкновенно сопровождается истинное раскаяние!

Уверенный в прощении грехов своих, он уже не страшится наказания за них, а сознавая в себе добрые дела, думает получить за них милостивую награду. Но, несмотря на то, он еще не имеет в себе такого расположения, какое прилично сыну, который в полном уповании на отеческое благоволение к себе не сомневается усвоить себе все, что принадлежит отцу. Так распутный тот юноша, который, расточив имение отца своего, вместе с тем утратил и имя сына, не смеет даже помыслить о своем сыновнем состоянии, когда говорит: я «уже недостоин называться сыном твоим» (Лк. 15:19). Ибо после тех рожков, которые ели свиньи и которыми наполнить чрево свое никто не давал ему, т. е. после гнусной пищи пороков, когда он пришел в себя и поражен был спасительным страхом, начал ужасаться этой свиной нечистоты и мучений жестокого голода, он стал уже как раб, который, помышляя о награде, уже желает быть в числе наемников. «Сколько наемников у отца моего, – говорит он, – избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих» (Лк. 15:17–19).

В раввинистической литературе сохранились высказывания: «Когда израильтяне вынуждены есть стручки, вот тогда они раскаиваются» и «Когда сын ходит босым пребывая в нужде в чужой стране, тогда он вспоминает об уюте отцовского дома». Сын осознал всю степень своего падения, вспомнил, как хорошо питаются слуги и работники его отца. Растратив выделенную ему часть имущества, он уже не имеет прав на дополнительную долю. Но он согласен пойти к отцу в работники, не претендуя на особое положение в доме, какое имеет сын. Пойду, вернусь – дословно: «Встав, пойду»; то есть «тотчас пойду»; избыточное причастие в оригинале значит готовность немедленно исполнить решение.

Интересно сравнить слова евангельского заблудшего сына с письмом некоего Антония Лонга, дошедшим до наших дней. Оно обращено к матери: «Приветствую тебя. Надеюсь, что ты в добром здравии, об этом я непрестанно молюсь господу Сарапису. Я не надеялся, что ты прибудешь в Метрополию, поэтому не пошел туда сам. В то же время мне было стыдно идти в Канарис, ведь я так обносился. Я тебе пишу, чтобы сказать, что я голый. Прошу тебя, прости меня. Я хорошо понял, что я сделал с собой. Я получил урок. Я знаю, что совершил ошибку... Прошу тебя, прошу... Антоний Лонг, твой сын».

+++Кузнецова В. Н. Евангелие от Луки. Комментарий. М.: 2004. С. 359++

Безмолвное пребывание в обществе этих грязных животных дало злополучному юноше возможность перебрать в своей душе все события своей безумно погубленной молодой жизни. Ему припомнился и родной отцовский дом, где он некогда был окружен любовью, довольством и почетом со стороны многочисленных слуг. Сам он теперь тоже слуга, но слуга голодный, униженный и отверженный всеми, а между тем, в доме отца его и самые слуги пользуются довольством и сносным человеческим положением. И он с завистью вспомнил этих слуг. Как бы он рад был теперь занять в своем родном доме — уж но положение наследника-сына (о чем он не смел и мечтать), а хоть положение одного из наемных рабочих. Ему страшно было предстать теперь пред лицо своего некогда любящаго отца, котораго он так глубоко оскорбил своим безумным поступком; но голод и бедствие восторжествовали в душевной борьбе, и он решил возвратиться к отцу и чистосердечно раскаяться во всем.

В себе же пришед рече: колико наемников отца моего избывают хлебы, аз же гладом гиблю? Востав иду ко отцу моему и реку ему: отче, согреших на небо и пред тобою, и уже несмь достоин нарещися сын твой, сотвори мя яко единаго от наемник твоих. И востав иде ко отцу своему. в дальнейшем течении притчи не всякая черта, взятая в отдельности, имеет высшее таинственное значение, но все частные черты в совокупности, в связном и оживленном рассказе, человекообразно представляют милосердие отца небесного к кающемуся грешнику, не только возвращающее грешной душе то, что она утратила через грех, но и усугубляющее ее новыми дарами благодати. Еще же ему далече сущу, узре его отец его и мил ему бысть, и тек нападе на выю его, и облобыза его. Рече же ему сын: отче, согреших на небо и пред тобою, и уже несмь достоит нарещися сын твой. Рече же отец к рабом своим: изнесите одежду первую, и облецыте его, и дадите перстень на руку его, и сапоги на нозе. И приведше телец упитанный заколите и ядше веселимся, яко сын мой сей мертв бе и оживе, и изгибл бе и обретеся, и начаша веселитися.

Ответом на эти недоумения и злость фарисеев стали три притчи, которые принято называть притчами о покаянии: о заблудшей овце, о потерянной драхме и о блудном сыне (Лк. 15:3–32) Покаянный смысл притчи о блудном сыне подтверждает богослужебное использование: неделя о блудном сыне – одна из подготовительных недель к Великому посту.. У всех трех притчей есть общая, связанная с покаянием черта: они показывают, что покаяние грешника всегда желаемо и вызывает великую радость на небе «Почему же радость [на небесах бывает больше о грешниках, приносящих покаяние, чем о праведниках, которые не согрешили? Потому, что радость обыкновенно бывает после печали. Итак, поскольку печаль бывает у тех, которые согрешили, то пусть будет и радость им, когда они раскаиваются… Но как радость, так и печаль суть чувствования души; как же могут печалиться и радоваться на небесах? А именно, «печалью на небесах» называется то, что грешники осуждены за грехи, дабы и мы поражались скорбью. Ибо если наши грехи печалят Ангелов, то насколько более нам самим надлежит раскаиваться в них?» (Ефрем Сирин, прп. Толкование на Четвероевангелие. 14. С. 205).]; все три притчи говорят о том, что Богу дорог каждый человек и Он стремится спасти погибающие души: как пастух – пропавшую овцу, поэтому он идет в горы и подвергает себя опасности ради нее; как бедная женщина – потерянную драхму, поэтому она не успокаивается, пока не выметет весь дом и не найдет потерянную драхму; как отец – оскорбившего его сына, на возвращение которого отец тем не менее надеется и ждет его, поэтому сам выходит навстречу сыну, показав желанность его возвращения («когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его» – Лк. 15:20), и, простив сыну грех, возвращает ему сыновнее достоинство, велев одеть нарядно и устроить пир, чтобы со всеми разделить свою радость. Эта притча показывает, что на уход человечества от Бога (грехопадением прародителей и личными грехами) Бог ответил любовью, открывшей для всех людей возможность прощения и спасения: «Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее… Ибо нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих» (Мф. 18:11, 14).

Бывает, что человек другому человеку, отлучившемуся от своего отца и медлящему, говорит так: «Отец твой давно тебя ждет, что ты здесь медлишь?» Так пророки, апостолы, пастыри и учителя церковные всякому грешнику, который при Крещении святом к Небесному Отцу пристал было и к домашним Его святым Божиим причислился было, но потом беззаконной и развращенной жизнью от Него отлучился, и словно в далекую страну отошел, такому говорят и увещевают его: «Отец Небесный давно ожидает тебя. Что ты, бедный грешник, медлишь в беззаконной стране этой и пагубном удалении? Имение, тебе данное – ты потерял. Лишаешься дневного пропитания. Голод пагубный постиг тебя. Оставив милосердного и благоутробного Отца своего, ты впал в рабство злому и немилостивому мучителю, пасешь бессловесный и нечистый скот его, свиней. И при такой тяжкой и мерзкой работе не имеешь чем чрево свое насытить. И уже до того дошел ты, что желаешь и ищешь рожки, которыми питаются свиньи, но и такой худой и последней пищи никто тебе не дает. Видишь сам, в каком злополучии, бедности и окаянстве ты находишься! В какую нищету от какого богатства ты упал! В какую подлость с такой высокой чести ты низринулся! Какого великого блаженства ты лишился и в какое великое злополучие попал! Все это с тобой сделалось потому, что ты самовольно отлучился от благого и благоутробного Отца твоего, от дома Его, святой семьи. Всем живущим в Его доме всякое изобилие проистекает и подается – ты же всего лишаешься! Там все во всяком благополучии живут благодатью Милостивого Отца своего – ты же во всяком бедствии находишься! Там все достаточно пищей насыщаются и питьем прохлаждаются – ты же от голода умираешь! Там у благоутробного Отца и сладкой пищи, и благоприятного питья достаточно всем домашним Его – ты же до такой скудости дошел, что желаешь чрево свое насытить рожками, которые едят свиньи, но и тех никто не дает тебе! Там все в доме упокаиваются под защитой Отца своего Милосердного – ты же здесь среди нечистой скотины, свиньей находишься! Там все в добрые одежды одеваются – ты же разодранным и смердящим рубищем, как какой-то лишенник, покрываешься! Там все утешаются – ты сетуешь. Там все радуются – ты же плачешь. Там все веселятся – ты же скорбишь и печалишься. Там все едят и пьют изобильно – ты же всего лишаешься. О, в какое тяжкое бедствие ты пришел, ты, который был в чести, в славе, богатстве, изобилии, мире, покое и во всяком блаженстве, живя при благоутробном и милосерднейшем Отце своем! Такие слова и увещевания часто слышит заблудший сын, однако медлит в своем бедственном отлучении. Ждет благоутробный Отец, и часто посматривает, когда заблудший сын Его к Нему придет. Но у сына нет такой мысли и сердца, чтобы к Отцу своему опять возвратиться. Отец хочет милость ему явить, но сын о милости Его не заботится. Отец хочет его принять опять в сыны и подать наследие, но сын не хочет прийти к Отцу своему. Отец хочет его сотворить участником Своего блаженства, но сын того не понимает. Отец с семьей Своею ожидает его в дом Свой, но сын медлит, как медлил в беззаконном отлучении и в пагубной стране. Желает лучше быть при злом мучителе, чем при благом и благоутробном Отце своем. Желает лучше смрадным и гнусным рубищем покрываться, чем хорошую одежду у Отца своего носить. Желает лучше свинской пищей, рожками насыщать чрево свое, чем благами дома Отца своего наслаждаться. Желает в беднейшем состоянии находиться, чем в блаженстве быть. О благость, о благоутробие Отца, Который сына, самовольно отлучившегося и прогневившего Его злым нравом, не презирает, не забывает, не отвергает, но с великим желанием ждет, когда Его заблудший сын к Нему возвратится! О слепота, о бесчувствие сына, который предпочитает лучше в чужой стране, в крайнем злострадании находиться, нежели к Отцу своему возвратиться и в доме Его и во всяком благополучии быть! О бедный сын, очувствуйся, оставь беззаконную и пагубную эту страну! Вспомни благоутробие Отца своего, вспомни многие щедроты Его! Прогневал ты Его, но Он милости Своей не отнимает у тебя. Удалился ты от Него, но Он ожидает тебя к Себе и хочет принять. Вспомни, какое изобилие благ в доме твоего Отца, «сколько наемников у Отца твоего избытычествуют хлебом, а ты умираешь от голода!» (Лк. 15:17) Встав, возвратись к Отцу твоему. Расточил ты богатство Его, не бойся! Он благоутробен, долготерпелив и многомилостив. Не помянет твоего своевольства, не будет выговаривать за противные Ему твои поступки. Он щедр и богат, опять обогатит тебя. Встав, иди смело к Отцу твоему, и, пав перед милосердными очами Его, признай свою виновность, и скажи Ему с сокрушением и жалением сердца: «Отче! я согрешил против неба и пред Тобою, и уже недостоин называться сыном Твоим; прими меня в число наемников Твоих» (Лк. 15:18-19). Он с великим желанием ожидает тебя и с радостью примет тебя. Как только увидит тебя возвращающегося, хотя бы издалека, – милосердно и любезно воззрит на тебя, сжалится, смятется милосердная Его утроба ради тебя, и милуя помилует тебя. «Ах! Чадо Мое любезное, чадо заблудшее, возвращается ко Мне. Сын Мой, отлучившийся от Меня, опять идет ко Мне: «сын Мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся. ...Милуя помилую его» (Лк. 15:24, Иер. 31:20). Выйду ему навстречу, обниму его руками Моими, и облобызаю его». Воистину, еще ты будешь далеко, увидит тебя Отец твой, и сжалится; и, побежав, падет тебе на шею и поцелует тебя, и введет тебя в дом Свой и подаст тебе одежду лучшую, и в ту оденет тебя, и перстень на руку твою, и сапоги на ноги твои даст, и повелит всей святой Своей семье радоваться и веселиться о тебе, говоря: «этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся». И начнут веселиться о тебе (См. Лк. 15:13-24). «Бывает радость у Ангелов Божиих и об одном грешнике кающемся» (Лк. 15:10). Чем усерднее будешь каяться и исправляться, и к лучшему изменяться, тем скорее к Отцу Небесному будешь идти и приближаться. Ибо к Нему не ногами, а сердцами, не переменой места, а переменой воли и нравов приходим. Как грехами отлучаемся от Него и удаляемся, так истинным покаянием, исправлением и переменой воли нашей и нравов на лучшее к Нему приближаемся. Обратись и ты, душа моя, к Отцу твоему Небесному и получишь у Него покой и свое блаженство. «Сколько наемников у Отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к Отцу моему и скажу Ему: Отче! я согрешил против неба и пред Тобою и уже недостоин называться сыном Твоим; прими меня в число наемников Твоих!»
            

Не медли, грешник, обратиться к Госпо­ду – да не познаешь на себе, вместо милости Божией, суд Божий. Ко Христу приходим не ногами, но сердцем, не переменой места, но переменой воли и нравов в лучшее. Кто внут­ри себя изменится, и, от злого обычая отстав, покаянием себя очищает, и всякого бережется греха, и воле Христовой угождает, тот ко Христу идет и уже не говорит: «Завтра приду», но с пророком говорит: Готово сердце мое, Боже, готово сердце мое (Пс. 107:2). Вот, иду! Встану, пойду к Отцу моему и скажу ему: «Отче! Я согрешил против неба и пред Тобою и уже недостоин называться сыном Твоим; прими меня в число наемников Твоих» (Лк. 15:18-19).

О том сколь многие бедами телесными и временными подвиглись к истинному покая­нию, история не только церковная, но и свя­щенная свидетельствует. Видим это и ныне. Для того и посылает Человеколюбивый Бог беды на нас – да подвигнемся к истинному покаянию и в страхе Божием поживем. И беды, и напасти о благости и человеколюбии Божием к нам сви­детельствуют. И в бедах, и в напастях должно Человеколюбивого Бога благодарить, ибо все от Него к доброму нашему концу происходит. Он печется о нас. Блудный сын, когда расто­чил имение отеческое и в такую пришел ску­дость и нищету, что начал с голода погибать, тогда уже в себя пришел и сказал: Сколько на­емников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу мо­ему и скажу ему: «Отче! Я согрешил против неба и пред тобою» (Лк. 15:17-18). Так и грешника беда подвигает возвратиться к Небесному Отцу и истинному покаянию.
Бедами и напастями стесненный грешник так рассуждает: «Не имею я телесных и времен­ных благ. Нищета моя, скудость и убожество увещевает меня искать душевного богатства; поищу его у Христа, Который, будучи богат, меня ради обнищал (2 Кор. 8:9). Телесная моя немощь научает меня искать здоровья душев­ного у Христа: Он Врач душ наших и телес. Тер­плю я бесславие и посмеяние от людей – по­ищу славы и похвалы у Бога. Говорит Господь: Только прославляющих Меня прославлю (1 Цар. 2:30). Терплю я гнев царский или господина моего – поищу милости у Бога. Уповающего на Господа милость окружит (Пс. 31:10).
Служу я телом такому-то человеку, не имею свободы и благородства телесного – поищу свободы и благородства душевного. Все люди меня презирают и оставляют – прибегну я к Богу и приближусь к Нему, и Он не оставит со­здание Свое и не презрит: никого Он не остав­ляет и не презирает. Не остави мене, Господи, Боже мой! Не отступи от мене; вонми в помощь мою, Господи спасения моего! Упование всех кон­цов земли и находящихся в море далеко (Пс. 37:22– 23; 64:6). Удален я от Отечества своего и от дома и отлучен от родственников и друзей моих – постараюсь усерднее искать небесного Отече­ства, и с Ангелами и святыми Божиими вечное дружество иметь. Темница эта, в которой я сижу, и узы эти, которыми я связан, убеждают меня покаянием избавиться от темницы адс­кой и от уз греховных и адовых, и прочее.
Слава Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины (1 Тим. 2:4). Он посылает мне скорбь, но ею меня об­ращает, и пресекает пути к погибели, и к Себе возвращает. Встав, иду к Отцу моему. Так беды телесные и временные не только не вредят ду­шам, но и весьма им полезны. Беды эти ведут нас к покаянию и к Самому Богу, и как бы убеждают нас войти в царствие Божие. Слава Человеколюбивому Богу, слава дивному Его о нас Промыслу! Через беды и напасти наши Он ищет нашего истинного блаженства. Так все наше бедствие и окаянство обращает в наше блаженство.

Забота Духа

Подобным же образом и младший сын, расточивший свое имение и растративший наследие своего отца среди блудниц, не потерял сыновней чести, принадлежавшей ему до того, как он покинул дом. И тогда, когда был в стране пленения и отверг своего отца, он помнил о том, сколько у его отца наемников, которые имеют в достаточном количестве хлеб, — он же погибал от голода. Даже будучи грешником и так согрешив, что растратил все полученное от отца наследие на беззаконные дела, он звал Бога своим Отцом. Это свидетельствует о том, что он не был лишен благодати Духа, дающей ему возможность звать Бога Отцом. Мы не можем употреблять это слово и звать Бога нашим Отцом без дозволения, подаваемого Святым Духом, пребывающим в нас. Так как известно, что тем, кто не стали сыновьями Божьими через святое рождение в крещении, не дозволено пользоваться этим словом и не разрешено говорить: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое (Мф 6:9). Ибо нет в них Святого Духа, дающего им на то дозволение. Мы знаем, что когда крещаемые приближаются к священным таинствам, то дерзновенно повторяют эту молитву (в соответствии с тем, как было передано Господом) и затем подступают к таинствам